Эрик Керси

Золотой шиповник

Принцесса надула губки и задергала ножками. Как бы ни пытались король с королевой развеселить ее – все без толку. Холеная ручка принцессы держала книжку, на которой красовалось блестящее название «Золотой шиповник». Издавна люди считали, что таинственный плод может исполнить любое желание, но никому еще не посчастливилось его найти.

– Хочу-хочу-хочу! – визжала маленькая принцесса. – Принесите золотой шиповник!

Ни рауты, ни цирк, ни придворный шут не могли успокоить девчонку. Родители и так, и сяк старались угодить своей драгоценной дочурке, ведь не существовало в мире золотого шиповника. Гонимый слезами принцессы, король нанял лучших ищеек, которые тут же разбежались по всему королевству, будто рассыпанный бисер; алхимики, некогда сотворившие философский камень, не могли добиться нужного окраса ягоды; старая ведьма, почесывая бородавку на носу, лишь покрутила пальцем у виска; святоши открещивались, а наиболее уважаемые селекционеры пожимали плечами. И тут государь вспомнил об отважном рыцаре, который некогда убил самого дракона.

– Старый дурак, – шлепнул себя по плеши король. – Немедля оповестите героя Макри, да не засиживайтесь, ленивые псы!

Но Макри был вовсе не тем, за кого себя выдавал. Статный паренек жил в приличном домике зажиточной жизнью драконоборца, да только драконов он в глаза не видывал и даже не верил в этих тварей. Зато какие красивые байки о себе слагал. Жил он не один, а вместе с художником Брэддоном, в тех махинациях ему подсобившим. Были небедны и уважаемы народом. Ели, что хотели, пили, что хотели, но вот беда в лице короля с его капризным чадом нежданно-негаданно к одной из трапез привалила.

– И коль не справитесь вы с сим заданием, головы ваши незамедлительно слетят с плеч, – окончил мужиковатый глашатай и свернул распоряжение.

Раскрыв от удивления рты, герои обляпались вкуснейшим супом. Вся жизнь пробежала перед их глазами. Ни приличного домика, ни зажиточной жизни, ни головы. Такой расклад опечалит любого. Как только глашатай удалился, стали они думать, подперев головы руками, чтобы мысль хорошая скорее нагрянула.

– Нужно то – не знаю, что, бери там – не знаю, где, – пробурчал Макри, собирая каштановые волосы в хвост. – Хотя даже это задание оказалось гораздо более легким. Принести царю невиданную безделушку бог весть откуда – как два пальца о брусчатку. А этой семилетней соплячке нужен золотой шиповник, да еще такой, который желания исполняет. Это что ж получается, серьезно браться за поиски несуществующей ягоды? Не сносить мне головы.

Брэддон остановил напарника жестом.

– Не клепай себе гроб раньше времени. Старик должен подсказать, что делать.

– Откуда ему знать, если даже ведьма не знала?

Стройный брюнет упаковал краски, кисти и надел черный цилиндр, который удачно контрастировал с бледной кожей интеллигента.

– Что не знает ведьма – знает окудник. Макри, этот человек живет среди трав и ягод, а не ограничивается темным лесом, окружающим избу. К тому же, у старой бабы уже давно прогрессирует склероз, так что я бы не ставил на местную полоумную. Собирай вещи. Неизвестно, как долго придется искать наш злосчастный оброк.

Герои, облаченные в мужественные брючные костюмы, до зубов вооруженные тросточками и сумками, окрыленные надеждой на лучшее, покинули родное гнездышко на рассвете.

 

***

Утро встретило путешественников теплыми лучами солнца и легким ветерком. Птицы пели, цветы источали приятный аромат, и все бы замечательно, да навязчивые мысли об отрубленной голове сводили настроение на нет.

По дороге к знахарскому жилью юноши перебирали все возможные варианты. Сначала хотели перекрасить ягоду самого обыкновенного шиповника, но такой он всяко не будет наделен магическими свойствами. Затем Макри осенило: коль государь златого шиповника в жизни не видывал, то золотым можно обозвать и самый простой, мол, это название определенного сорта, а за магические свойства они не ответственны. Мало ли, что люди себе навыдумывали. Но и здесь незадача, ведь селекционеры вряд ли смогли бы упустить из виду подобный нюанс. Вариант побега рассматривался как наиболее удачный, только вот от королевских псов еще никто не убегал.

Макри потер шею. Не замечали путники изумрудных деревьев, проходили мимо звонких ручьев и ромашковых полей. Какими же скучными казались пройдохам настоящие приключения, о которых действительно слагают легенды.

Через некоторое время их уже исподлобья рассматривал невзрачный старичок невысокого роста.

– Ба! Да это же сами шарлатаны. Какая честь для меня, – бросил он и исчез в черном пятне дверного проема. – Можете заходить. Чувствуйте себя как в гостях.

– Этот карлик? – тихо прошептал Макри.

– Тсс, у него прекрасный слух.

Еще через мгновение юноши сидели на холодном полу, потому как в знахарском домике стоял всего один табурет.

– Чего хотите? Куда бредете?

Брэддон учтиво поклонился.

– Сэр, говорят, что Вы лучше кого-либо разбираетесь в травах и зельях. Мы хотели бы знать, существует ли на свете белом золотой шиповник?

Знахарь насупил брови:

– Не обзывайся! – Он встал, деловито заложил руки за спину и начал прохаживаться по комнате. Неожиданно он остановился, будто что-то придумал, и воскликнул: – Решено! Я помогу вам в этом деле. Но у меня будет одно условие.

– Какое? – в один голос спросили юноши.

– Вам оно не понравится, не радуйтесь раньше времени. – Старичок достал пылившуюся на полке книжку. – Помните ваше дело о таинственной зачарованной красавице для одного графа, мм?

Парни кивнули.

– Так вот. Может, многие и не знают, но мне прекрасно ведомо, где вы ее откопали.

Знахарь открыл перед носами Макри и Брэддона книгу, которая оказалась дневником. И, – о, ужас, – этот престарелый карлик вел переписку с зачарованной красавицей, которая на самом деле была простой блудницей. Да еще и какую переписку! Эротического характера! Макри с трудом подавлял смешок.

– На этом деле вы, обманщики, заработали двести золотых, а я остался без красивой бабы!

Макри не сдержался, и Брэддон осмотрительно влепил другу крепкий подзатыльник.

– Так чего Вы хотите? – приподнял бровь художник.

– Будь я более современным и раскрепощенным, то запряг бы вас двоих оказывать ее услуги, но, будем откровенны, я не по этим делам. А бабу мне достаньте: как хотите, где хотите. И чтоб красивая! Моя плата – информация. Идет?

Сделку подкрепили рукопожатием, после чего знахарь поведал, что на холме, который водрузился в полях к югу от его домика, растет куст, а на нем – золотые ягоды. Поговаривают, что это и есть тот самый золотой шиповник. Да только сорвать плоды никому не удавалось, ведь сторожит сей куст маленький капризный тролль. И все бы ничего, если б не способность тролльчонка превращаться во что угодно. Условие у него есть: он просит желающих набросать его портрет, хотя свою истинную форму никогда не принимает из-за низкой самооценки. Не нравится троллю ни его нос, ни огромные уши, ни хвост, ни маленькое синее тельце. То и дело превращается в эльфов с восхитительными рельефными телами да любуется собой. Больше всего ненавидит зеркала.

– Мне этот прохвост все зеркала в доме перебил! – возмутился знахарь.

Делать нечего. Рыцарь-шарлатан и его пособник откланялись негостеприимному старику и двинулись в сторону холма. День потихоньку уступал свои права вечеру. Никаких идей: и знахарю бабу подавай, и троллю портрет. Хоть сразу голову на плаху складывай.

– А я так мало в этой жизни сделал, – причитал Макри, чуть не плача. – Столь молод, столь беспечен. Мне бы еще в баньке хоть разок попариться, в королевском дворе раза два отобедать… Не отказался бы от скакуна я верного…

Брэддон остановил товарища жестом. Впереди виднелся холм, о котором рассказывал старик. Люди ведали и о тролле, и о его способности превращаться во что угодно, но никто знать не знал, какой номер выкинет маленький хитрец на сей раз, потому и к шиповнику подобраться никак не могли.

Товарищи по несчастью с опаской приближались к холму, и уже отсюда, издалека, на его верхушке виднелись горящие золотом маленькие ягодки. Их спасение находилось всего в десяти шагах.

Первым не выдержал Макри.

– Скорее, Брэддон! – Он бросился к холму и начал на него вскарабкиваться.

– Что ты делаешь, дурень? Слезай немедленно!

– Сам ты дурень! Там растет наше спасение. Вот оно! Только руку протянуть. – Макри оказался почти на самой вершине и стал изо всех сил тянуться к заветным плодам. – Еще… чуть-чуть… совсем… немного!

Неожиданно из-за холма вышел огромный бурый медведь. Его рев стал предупреждающим сигналом, что заставил незваных гостей застыть в ужасе. Единым движением зверь схватил Макри за ногу, и тот повис, словно тряпичная кукла.

– М… мамочка, – заныл известный драконоборец. – По-мо-ги-те!

«Идиот», – мысленно выругался художник. Он подобрал увесистый камень и швырнул в голову огромной твари. Медведь разжал хватку, а незадачливый рыцарь с отчаянными воплями спикировал наземь.

– Сэр тролль! – окликнул Брэддон. – Я знаю, чего Вы хотите, и готов выполнить Ваши условия.

Медведь медленно подошел к человеку и опустил морду на уровень его лица. Темные глазенки замерли, ожидая, когда страх завладеет нахалом, что вызвался исполнителем. Но художник и не думал бежать. Вместо этого он достал походной мольберт компактных размеров, большую палитру красок и кисти. Табуретом послужил ближайший камень. Брэддон расположился и критично окинул взором своего натурщика, от которого воняло мокрой животиной.

– Так не пойдет, господин тролль, – поморщился художник. – Неудовлетворительно. Вы слишком безобразны в этой форме. И что это за куски грязи на вашей шерсти под самым пузом? Ну не позорьтесь, прошу Вас. Раз искупались в реке, так хоть бы вымылись дочиста.

Натурщик обиделся. Он мог с легкостью разорвать художника, но не стал. Вместо этого ему захотелось продемонстрировать, каким красивым он может быть. В тот же момент бурая зверюга подпрыгнула и приземлилась светловолосым эльфом.

– Оцени же, художник, мое величие и красоту, – покрутил ножкой натурщик и принял более изящную позу, выпятив коленку и подперев голову одной рукой.

Макри привстал.

– Эй! – крикнул он. – Эльфы – недостойная раса. – Он отряхнулся и подошел к  Брэддону. – Мне всегда казалось, что мужчина должен оставаться мужчиной. А это что? Ну ты посмотри на себя.

– Завидно? – съехидничал эльф. – Что ж, на вкус и цвет. А как насчет… – Светловолосый красавец подпрыгнул и приземлился статным бородатым мужчиной. – …этого?

Художник цокнул языком.

– Если бы я хотел написать портрет лешего, уважаемый, я бы сразу направился в чащу. Будьте добры: ценители искусства желают видеть более представительный продукт моего творчества.

Звезды распускались на небе подобно цветам, толстушка-луна заняла свое место, а тролль все превращался и превращался. Не подошла юношам и прекрасная дама, ведь нагая красавица – слишком избитая тема, которой уже никого не удивишь; поморщились при виде снежного волка, мол, не наше, а заморское популярностью не пользуется; даже миленький котеночек был отвергнут суровыми критиками, как чересчур мягкий и нежный образ, рассчитанный лишь на детскую аудиторию. Вот и луна уж уходила обратно в свои покои, сиреневый рассвет расплескивался по небосводу. Как ни старался тролль, как ни пытался угодить товарищам, все не так и не эдак.

Макри чихнул, стоя в промокших от росы ботинках.

– Ну что ж, – протянул художник, покидая рабочее место, – видимо, зря расхваливали тролля местные жители. Я так надеялся увидеть что-нибудь доселе невиданное, но это все… штампы, тривиальность и никакой новизны. Видимо, мысль о нашем с вами сотрудничестве была ошибкой, уважаемый. Вы только потратили мое время.

Попугай растерянно захлопал крыльями.

– Стойте, чик. Не уходите! Я все сделаю. Я позволю написать никогда ранее невиданное, чик-чирик.

Со снисходительным видом Брэддон занял свое прежнее место.

– Хорошо. Даю Вам последний шанс.

Разноцветная птица взлетела и приземлилась маленьким синим тролльчонком. Он подобрал свой хвост и прикрыл им мордочку.

– Я… я немного стесняюсь… вас, – протянул он тоненьким голосом.

– Вот! – ободряюще воскликнул художник. – Это именно то, что нам нужно. Почему Вы раньше прятали от нас свою красоту, господин тролль?

Когтистые ручки отпустили хвост, и тот завилял, будто собачий. Ушки выпрямились, как длинные антенны, и тролль радостно начал позировать в своем истинном облике. Через несколько часов портрет был закончен. Конечно, Брэддон, как профессиональный художник, немного приукрасил своего натурщика, но тот лишь выплясывал вне себя от радости. Синий тролльчонок поблагодарил художника и его товарища, взобрался на холм и нарвал целую охапку золотых ягод. Он подтвердил, что плоды этого шиповника действительно исполняют любое желание. Так, в свое время его очень обидели, обозвав уродцем. Тролльчонок намеренно отыскал небезызвестный куст, съел ягоду и возжелал принимать форму любого существа или предмета.

– Спасибо тебе, – поблагодарил его Макри. – Но у нас будет еще одна просьба.

– Слушаю, – завилял хвостом тролль.

– У знахаря, который живет неподалеку, ты перебил все зеркала. Он очень расстроен, а ведь именно знахарь рассказал нам о тебе.

Ушки-антенны повисли.

– Мне… мне так жаль, так жаль! Я ведь не думал тогда, что…

Макри присел на одно колено и ободряющее похлопал тролльчонка по спине.

– Но я точно знаю, что сможет обрадовать старика, – ехидно улыбнулся он.

 

Всю дорогу домой Брэддон ворчал.

– А что если знахарь поймет? Ты осознаешь, что нам потом несдобровать? И разве тебе совсем не жалко маленького тролля? Ведь он нам, так или иначе, помог сохранить головы.

Макри улыбнулся.

– Во-первых, знахарь не прознает. Ты же видел этого синего прохвоста в деле. Да и сам говорил «как хотите, где хотите». А во-вторых, я уверен, что старику просто нужна женская компания. Ему уже под сотню лет! О чем ты подумал вообще?

Так, рыцарь-лжец и его товарищ художник еще долго спорили на тему моральных принципов, а набитые ягодами карманы пиджаков некрасиво выпирали в композиции с облегающими и немного испачканными брюками.

 

Обсудить на форуме

читателей   915   сегодня 1
915 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 7. Оценка: 4,71 из 5)
Загрузка...