О красавицах и чудовищах

- Фрекен, коляска-то ваша совсем плоха. Да и в грязи намертво застряла. Коли вытащите – так совсем развалится.

Признать правоту старика-лавочника не позволяло упрямство и злость на то, что все сложилось именно так.

- Так и будете возиться? Или на подмогу кого позвать?

Руки были грязные, два ногтя сломались, а в ботинках булькало жидкое нечто.

- А лучше оставьте-ка вы эту рухлядь. Я у вас ее куплю, буде так угодно. За седло, скажем. И вы можете на коне скакать себе дальше.

Старик вытянул шею в ожидании ответа. Оставив ненавистную коляску, я села на груду камней и опустила руки. Во всех смыслах.

- Делайте, что хотите. Отдам коляску за хорошее седло.

- Ага, фрекен, – обрадовался лавочник. – Вы подождите, я за ним сбегаю.

Пока он ходил, я смотрела на унылый пейзаж вокруг, мерзкое серое небо и чахлые кустики вдоль дороги, и размышляла об обстоятельствах, которые поставили меня в такое жалкое положение. Мои родители, младший брат или мое нежелание жить, как все люди. Многие девушки моего возраста (как я не люблю это слово) умерли бы от счастья, если бы родились в моей семье, а точнее, в королевской семье. Слуги, наряды, почтение и никаких обязательств, кроме придворного этикета. Да, и еще замужества. Собственно, с него-то все и началось.

Отец и мать баловали меня, несмотря на то, что я была старшая. Брат рос в большей строгости, как и положено наследнику престола, но и он не был обделен любовью наших коронованных родителей. И все было прекрасно до тех пор, пока они не задумались о наших браках. За год, пригласив ко двору нескольких претенденток, выбрали невесту брату, а вот со мной получилось не так гладко. Дело в том, что на середине процесса нанесения взаимных визитов, я поняла, что вообще не хочу замуж. Нет, я, конечно, знала, что это нужно и так все делают, и всем людям необходима пара и семья, однако мое внутреннее «я» было с этим в корне несогласно, и подкидывало мне неудобства в поведении и общении. В результате противоположный пол в лице принцев, а потом уже и просто графов и баронов (трудно представить отчаяние моего отца) разбежался, а я осталась в мире с тем самым «я» и с чувством, что я плохая и неблагодарная дочь.

Помню, как мой брат накануне своей свадьбы, сказал мне:

- Вообще я даже рад, что ты разогнала всех женихов. Теперь не надо беспокоиться, кто будет нянчить наших с Норой детей. Они будут называть тебя тетушкой Гретой, а когда ты состаришься помогать искать твое пенсне.

- Смотри, чтобы тебя, благодаря твоей Норе, в будущем не прозвали королем-подкаблучником. Так и войдешь в историю.

- Лучше я буду Рихардом Подкаблучником, чем Гретой Старой девой, – хихикнул братец.

- Это тебе обязательно надо жениться, а я вольная птица. – Плохо, что я повысила голос. Значит, ему удалось меня разозлить.

- Ага, вольная… Словно неуклюжий дракон, раскидала своими крыльями всех, даже самых захудалых женихов. Странно, что отец не пообещал тебя выдать за какого-нибудь мрачного кузнеца… ай! – Это я стукнула брата достаточно плотной подушкой.

- Что за дурацкие шутки, какого еще кузнеца?

- Ну как… – Рихард весело посматривал на меня из-за своего убежища-стола. – В некоторых королевствах так и делали. Говорят, что это способствует улучшению восприятия окружающего мира и осознанию собственного места в нем.

- Какая чушь! Сказки все это! Родители никогда со мной так не поступят! – Я чувствовала, что мой голос срывается на плач, но ничего не могла поделать. И почему меня так задел этот разговор?

- Гм… Не знаю, не знаю… Из милосердия тебе могут дать выбрать – либо нянчиться с племянниками, либо замуж за кузнеца.

- Не желаю слушать тебя! – закричала я и убежала в свою комнату.

Смешной детский поступок. Уж в двадцать пять лет можно было придумать ответ лучше. Тем более сопливому мальчишке, которому едва сравнялось девятнадцать.

Сейчас, сидя на холодном камне и дожидаясь лавочника с седлом, я снова почувствовала гнев и беспомощность, которые тогда не давали мне уснуть.

Свадьбы Рихарда я не дождалась. Проведя ночь в библиотеке, к утру я сбежала. Виноваты в этом были злость, обида, осознание собственного ничтожества, а также старая хроника, найденная случайно среди покрытых пылью книг.

Умудренные опытом и прилагающейся к нему сединой старцы, вроде того, что предложил мне купить сломанную коляску, сказали бы, что мне надо снова в колыбель, чтобы вырасти из бабкиных сказок. Потому что только ребенок поверит в истории, подобные той, что я прочитала в этой книге.

Кряхтя и отдуваясь, старик нес седло, а с ним шел мальчишка, который тут же кинулся распрягать коня. Я молча смотрела, как они освобождали коляску и прилаживали седло.

- Все готово, фрекен, - поклонился старик. - Можете продолжать свой путь.

Я залезла в седло, которое оказалось не таким плохим, как я предполагала и, отказавшись от еды и мытья рук, поехала дальше. Есть я не хотела, а руки и без того были настолько грязные, что вода из местного корыта их все равно бы не спасла. Скоро я должна приехать в город, где найдется приличная гостиница.

Город не заставил себя долго ждать, как и говорила карта, предусмотрительно прихваченная мною из отцовских запасов. Она была явно моложе, чем книга, по которой я ориентировалась, но я надеялась, что расхождения в географии окажутся незначительными.

Увидев красивый ухоженный и на редкость цивилизованный город, я воспрянула духом. «Ничего, – бормотала я себе под нос, спешиваясь возле первого здания с вывеской «Гостиница». – Я вам всем покажу, как надо мной смеяться».

Улыбчивый хозяин взял деньги и проводил меня в комнату, не высказав ни единого замечания по поводу моего внешнего вида. До чего вежливый человек!

Горячая ванна расслабила меня окончательно, и я, преисполненная самых обнадеживающих мыслей, задремала.

Я увидела город, в который приехала, только теперь он был не таким красивым и ухоженным. Его словно полили грязными красками, похожими на ту несуразную смесь, которую мы с Рихардом в детстве умудрялись сотворить на уроках живописи. Нечто коричнево-серое. А по улицам бегали какие-то странные создания, то ли собаки, то ли крысы, то ли что-то среднее. Они забирались на стены и крыши домов, чтобы оттуда спрыгнуть на редких прохожих. Испугавшись тварей, я забежала в ближайшую открытую дверь и оказалась в библиотеке. По крайней мере, об этом можно было судить по множеству книг на полках. Я кинулась искать ту самую книгу, которую прочитала у себя в замке, забыв, что взяла ее с собой в дорогу. Испачкав руки и одежду в коричнево-сером веществе, что покрывало все вокруг, я нашла толстый том и стала листать его. Удивительно, но в этой книге попадались страницы, которых не было в моем экземпляре. Попытка прочитать их в полутьме вызвала головную боль, с которой я и проснулась в уже остывшей ванне.

Я ошеломленно озиралась, не понимая, что увидела сон. Комната была светлой и чистой. Встав и наспех обсушившись полотенцем, я накинула нижнюю рубашку и подошла к окну – ничего похожего на грязный кошмар, представший передо мной недавно.

Я вспомнила нашего придворного составителя гороскопов и его рассказы о снах. По его мнению, к снам следовало прислушиваться, поскольку именно в них заключались решения большинства жизненных проблем. Неужели я видела какое-то предостережение?

Однако минуты задумчивости прошли, и я стала решительно собираться к ужину. Мне предстояло еще выяснить последнюю щекотливую деталь в моем гениальном плане – узнать, не была ли старая хроника, на которую я ориентировалась, от начала до конца сказкой. Случись так – и я буду вынуждена терпеть насмешки брата и огорченные взгляды родителей до конца своих дней.

На самом деле, времена, когда жили волшебники, давно миновали. Короли, конечно, подобно моему отцу, держали при дворе личностей, отвечающих за предсказания судьбы и погоды, толкования снов и тому подобное. Но они, по их же словам, были уже бледной тенью былого величия. Даже история моего маленького королевства хранит кучу сведений о великих магах, существовавших когда-то. А так же о всяких происшествиях, о которых за давностью лет все забыли. И именно на правдивость и совесть когда-то жившего историка была вся моя надежда.

Улыбчивый хозяин гостиницы разговорился легко, только теперь он слушал меня недоверчиво и серьезно. Надо сказать, это приободрило меня, я боялась, что он начнет смеяться.

- Мне нужны все старые и новые слухи о том месте, где мог находиться этот замок, - закончила я и осторожно выдохнула.

- Но это было так давно, фрекен… – нерешительно протянул хозяин. – Вроде бы старый замок наших королей действительно стоял в другом месте. И сейчас там непроходимые леса. Почему правители бросили город-столицу, никто не знает, но говорили всякое. Большинство этих россказней, несомненно, сказки, фрекен. - Он развел руками.

- А что именно рассказывали? – Конечно, я могла просто показать ему хронику и спросить, насколько ей можно доверять, но что-то в его жестах и взгляде насторожило меня.

- Ну… злые колдуны, проклятия, чудовища… Возможно, им просто не понравились место или погода, вот и уехали.

Теперь вновь появившаяся улыбочка хозяина выводила меня из себя. Да, конечно, жили себе короли в столице, а потом с какой-то радости решили ее перенести. Уж я-то знаю, насколько это должно быть хлопотно - перевозить весь королевский двор с места на место. Однако кое в чем хозяин попал в цель: в хронике тоже говорилось про проклятие.

- Может, вы подскажите мне место, где я смогу больше узнать об истории вашей страны?

- Конечно, фрекен. У нас есть отличная библиотека.

Я вздрогнула, вспомнив свой сон, и с трудом заставила себя выслушать, где находится нужное мне здание.

Несмотря на то, что приближалась ночь, я не стала терять время, и решила найти библиотеку. Возможно, мне удастся поговорить с работниками?

И конечно сердце мое упало в пятки, когда улица и здание библиотеки оказались точно теми, что я видела во сне. Только без грязи и скачущих вокруг зверей.

Внутри было светло и тихо. Я медленно прошла между полок и глазами отметила то место, откуда во сне взяла книгу.

- Чем я могу помочь вам? – раздался дребезжащий старческий голос.

Ко мне шла пожилая женщина.

Я достала свою книгу и протянула ей.

- У вас есть похожий экземпляр?

Я спросила это неожиданно для себя. Сначала я просто собиралась узнать, что библиотекарь думает о правдивости этого автора. Если бы не сегодняшний сон.

- Как интересно. Я и не знала, что нашу старую историю переписывали для других стран. Конечно, у нас есть полное издание.

- Полное? – Так вот к чему были эти страницы, которые я не смогла прочитать во сне. Как бы мне сейчас пригодился наш придворный прорицатель!

- Конечно, – улыбнулась мне библиотекарь. - Переписчики увозили с собой сокращенную версию. А мы любим свою историю и бережно храним ее.

- Я могу посмотреть вашу книгу?

- Конечно. Присаживайтесь, где вам удобно, я принесу.

Я следила за тем, как женщина подошла к полке, взяла толстый том и направилась к своему столу, видимо, сделать положенную отметку. Все верно, то самое место. Если бы я могла тотчас же встать и убежать отсюда, я бы непременно это сделала. Но перед моим мысленным взором стояли укоризненные лица родителей и, что еще хуже, смеющееся Рихарда. И я готова была кинуться в более опасное дело, чем то, которое я сейчас пыталась расследовать.

- Скажите… – Я с некоторой опаской смотрела на толстую книгу, которую услужливо положила передо мной библиотекарь. – Скажите, а как давно кто-нибудь брал эту хроникой?

- О… – Старушка замялась. – К сожалению, мало людей сейчас интересуется своим прошлым. К тому же уважаемого Ингве считали просто выдумщиком, недостойным звания историка. За минувшие десять лет его книга пылилась на полках. И, если вам интересно, то последней ее брала юная дама.

«Ну, еще бы, – пронеслось у меня в голове. – Еще одна охотница за богатством и мужем. Вот будет досада, если ее поиски увенчались успехом, и мне достанется пустая бочка».

С этими не очень обнадеживающими мыслями я принялась искать страницы, которых не было в моем издании. Где-то через пару часов я вспомнила, что уже, должно быть, поздно, и библиотека скоро закроется.

- Простите, уважаемая, – окликнула я библиотекаря.

Мне никто не ответил, и я позвала второй раз. Потом третий. Неужели она заснула? Мне стало стыдно, что я задержала пожилого человека, и я решила найти ее, тихо положить на место книгу и удалиться.

За столом библиотекаря не было. Могла ли она забыть про меня и спокойно уйти домой? Я осмотрела зал, предназначенный для посетителей, прихожую. Ни души. В темноту бесконечных стеллажей я себя пойти не заставила. Мне казалось, в ней было что-то жуткое. А если совсем честно, то за несколько минут я успела здорово испугаться. Раньше я никогда не думала, что настолько боюсь темноты.

Рассердившись на себя, я положила книгу на библиотекарский стол и решительно пошла к двери. Может, старушка просто куда-нибудь отлучилась? Но дверь оказалась заперта.

Каждый из нас когда-нибудь в жизни оказывался в глупом положении. И обычно из него всегда было два выхода – либо звать на помощь и смириться с тем, что это самое положение будет раскрыто, либо сидеть тихо в надежде, что все само собой разрешится.

Подавив первое желание начать стучать в дверь с целью привлечь внимание прохожих, я прислонилась к стене и попыталась привести мысли в порядок. Ночевать в библиотеке было, несомненно, приятнее, чем, скажем, в уборной (слава всем богам, такого со мной еще не случалось!), однако меня никоим образом не радовала эта перспектива. Во-первых, здесь, кроме столов и лавок, ничего не было, а во-вторых, и это было самое скверное, мой страх стал набирать силы. Теперь мне казалось, что из темноты бесчисленных полок с книгами доносятся звуки. Минут через пять я была уже уверенна, что они приближаются. Я злилась на себя и боялась одновременно.

Не знаю, сколько я простояла, прижавшись к стене у двери, когда она внезапно распахнулась. Прежде чем я успела закричать от неожиданности, в библиотеку вбежал какой-то человек и быстро закрыл за собой дверь.

- Вы все-таки здесь, любопытная особа.

- Да что вы себе позволяете… – начала я и осеклась.

Человек не стал нападать на меня, убивать или грабить, чего, надо сказать, я, несомненно, ожидала. Он остановился напротив меня и рассматривал, словно какой-то диковинный вид насекомого. Одет он был в непонятный плащ (в детстве мы с Рихардом называли такие хламида-манада) с капюшоном, из-под которого торчали одни глаза. Прямо злодей из спектаклей, которыми нас развлекали при дворе. Я невольно улыбнулась.

- А, так вам еще и смешно. Старая Торгерд рассказала мне, что очередная сумасшедшая решила устроить себе романтическую прогулку в проклятый замок.

- Так меня намеренно закрыли здесь? – возмутилась я.

- Это было необходимо. Если вы соблаговолите присесть, я объясню, почему вам надо отказаться от своей нелепой затеи.

Не спрашивая моего согласия, он прошел к ближайшему стулу.

- Я не думаю, что вы или кто другой имеете право вмешиваться в мои дела, – насколько могла холодно сказала я.

- Глупая девушка, ты не представляешь, с чем ты имеешь дело.

- Между прочим, вы разговариваете с принцессой, так что я попрошу…

- Еще лучше. Всегда считал, что королевские особы хорошо образованы и, несомненно, умеют рассуждать здраво.

Я уже открыла рот, чтобы разразиться гневной тирадой, но вовремя поняла, что только потешу этого человека. Если уж он так желает поговорить – что ж, его можно выслушать. Однако как мне дальше поступить, решаю только я.

Я села на стул, стараясь придать себе смиренный вид. Незнакомец недоверчиво посмотрел на меня.

- Вам известно, что произошло в том месте, куда вы так желаете попасть? – спросил он.

- Конечно. Я прочитала все хроники, которые смогла достать.

Мужчина продолжал на меня смотреть, и я вздохнула и продолжила:

- Когда-то у одного короля родился сын, и он устроил в честь него величайший праздник. Все шло хорошо, пока не явилась его бывшая жена, которую он сослал для посвящения в жрицы, поскольку не дождался от нее наследника. Она прокляла новорожденного принца, и он превратился в чудовище, которое обречено было оставаться таковым, пока какая-нибудь девушка его не полюбит. Шли годы, принц вырос, но девушки приходили в ужас от его вида, и ни одна не захотела стать его женой. Когда король и королева умерли, принц заперся в замке и больше не выходил оттуда. Он не мог умереть из-за проклятия и сделал так, чтобы народ забыл его. Люди покинули город, и одинокий замок зарос лесом. И по сей день принц-чудовище ждет ту единственную, кто освободит его от проклятия и одиночества.

- Какая потрясающая память. А вам в детстве не говорили, что не всегда можно верить тому, что написано в книгах?

Я почувствовала, что мое с трудом обретенное спокойствие пошатнулось. Слишком быстро. Неужели я позволю снова вывести меня из себя? До сих пор это удавалось только моим родным.

- То есть ваш Ингве Торвальдсон, автор самой известной книги, лгал? – услышала я свой голос. Он был ровным, и я немного успокоилась.

- Ему не позволили написать всю правду. И он решил сделать из истории сказку. В конце концов, он не первый хронист, кто этим занимался.

Незнакомец вздохнул, прошелся по комнате, взял стул, поставил его напротив моего и сел. Плащ, однако, остался на нем.

- Конечно, остатки правды хроника все-таки содержит. Например, что касается двух жен короля Хагена.

Меня хватило только на то, чтобы заинтересованно приподнять брови. Я чувствовала, как мои мечты летят в пропасть. Теперь Рихард будет смеяться надо мной всю жизнь, а родители не спускать печального взгляда.

- Королева Лиоба действительно не смогла родить Хагену наследника, и он настаивал на том, чтобы брак признали недействительным. Но многие считали, что он намеренно избавился от Лиобы, поскольку та была еще и чужестранка, и ее не любили при дворе. Королеву отправили в храм Фригг, чтобы она пополнила ряды служительниц. Новая королева Сольвейг родила сына, которого назвали Харальдом. На праздник в честь рождения принца Лиоба не приходила и показательно никого не проклинала. В положенное время она прошла посвящение в жрицы и всю жизнь провела при храме Фригг, как считали, в мире и спокойствии. Однако у Хагена и Сольвейг дела шли не столь хорошо. Короля начали мучить головные боли, приступы гнева, появились провалы в памяти. Принц Харальд рос слабым, болезненным и нервным. Однажды король в ярости ударил королеву, и та скончалась. По двору поползли шепотки, что надо бы что-то сделать с разбушевавшимся правителем. Попытались составить заговор в пользу принца Харальда, но Хаген узнал о нем и намеренно жестоко расправился с заговорщиками. После этого пошли слухи, что Лиоба прокляла короля. Более того, нашлись даже свидетели, которые слышали это лично и те, кто утверждал, что бывшая королева была чародейкой. Измученный болезнью и слухами Хаген со свитой поехал в храм Фригг, чтобы призвать к ответу отвергнутую жену. И когда он вернулся, то наступило поистине бедствие. Король Хаген меньше чем за месяц превратился в страшное чудовище, которое погубило весь двор и большую часть города. Выжившие люди во главе с принцем Харальдом в панике бежали. Но потом оказалось, что проклятие, на сей раз настоящее проклятие, сгубившее короля Хагена, коснулось и всей страны. Оно расползалось от брошенного замка, принося темноту и ужас и мешая жить мирным людям. Принц Харальд с риском для жизни отправился к своему чудовищу-отцу, чтобы попытаться узнать, как прекратить все это. От почти лишившегося разума Хагена он узнал, что Лиоба действительно прокляла его и весь его род за то, что он отрекся от нее. Несчастный король обречен жить в образе чудовища, а потомки должны стеречь его и замок, чтобы помешать проклятию окончательно расправиться со страной.

Повисла пауза. Я отчаянно старалась не позволить рухнуть своему достоинству вместе с моей челюстью на не очень чистый пол библиотеки.

- Но… но как же… – Я запнулась.

- О, понимаю, – иронично произнес рассказчик. – Вы думаете о том, что выйти замуж за полубезумного старика-чудовище, которое не расколдовать, это совсем не то, что выйти за принца-чудовище, который от великой любви превратится в красавца.

- Не смейте смеяться надо мной! – выкрикнула я, впрочем, уже понимая, что моя бравада уже ни к чему: я позорно и постыдно проиграла. Как жаль, что проклятье не побрало и этого вруна Ингве!

- А потомки Хагена так до сих пор и охраняют замок? – спросила я, желая уцепиться за останки своих надежд.

- Принц Харальд ушел, оставив престол дальнему родственнику покойной королевы Сольвейг. Внуку Харальда удалось узнать о несчастье, постигшем семью, немного больше. Какая-то старуха-жрица рассказала перед смертью, что королева Лиоба, спустя несколько месяцев после ссылки в храм, родила ребенка, мальчика, которого назвала Сигурдом. Когда спустя несколько лет король приехал к ней, она потребовала посадить на престол своего сына. Хаген отказался и вроде бы попытался избавиться от мальчика, которого не считал своим сыном. В результате Лиоба наслала проклятие и сказала, что только когда законный король сядет на трон, удастся избавиться от него. Так что, как видите, романтики здесь мало.

- Да уж. – Я облизала внезапно пересохшие губы. – А… а что стало с мальчиком, сыном Лиобы?

- Говорили, что Лиоба отослала его на свою родину. Но возможно он умер еще в раннем детстве. Если бы не та старуха, то о нем вообще бы не узнали.

- Но проклятый король знал?

- Наверняка.

У меня в голове зашевелилось какое-то воспоминание, связанное с тем, что совсем недавно сказал мой собеседник. Однако прежде чем я успела ухватить мысль за хвост, она сбежала. Я постаралась снова сосредоточиться на насущной проблеме.

- Но… но если мальчик действительно был законным наследником и умер, не оставив потомков, то как же теперь снять проклятие?

- Замужество тут точно не поможет, – ядовито сказал мне собеседник.

- Я и сама догадалась, – сердито буркнула я.

- Прекрасно. Тогда мы подождем утра, и я провожу вас в гостиницу, где вы сможете собрать вещи.

- А кто вам сказал, что я уже собираюсь уезжать? – с вызовом спросила я. Просто поразительно, меня еще никогда так нахально не выпроваживали!

- В общем-то, это ваше дело – оставаться или нет в проклятом городе. Главное, что вам больше не придет в голову искать старый замок.

- Да что вы. – Вот теперь я рассердилась, и во мне возникло всепоглощающее желание делать назло. – А я вот подумала, раз уж мне не досталось мужа, почему бы не забрать сокровища? Хотя бы казну отца пополню.

Я смотрела на молчавшего незнакомца, искренне надеясь, что молчит от неожиданности и теперь трижды подумает, как выставлять меня вон из города. Кстати….

- И еще вам не мешало бы представиться.

- Как пожелаете, - пожал плечами мужчина, одновременно скидывая с головы капюшон. – Я Харальд.

Я смотрела на грустное лицо с красивыми четко очерченными скулами. Глаза неожиданно оказались ярко-синими, как холодное море под солнцем, а волосы цвета платины были заплетены в косу, как я успела заметить, по моде этих мест.

- Какое совпадение. - Я заставила себя отвести он него взгляд. Право же, я должна вести себя вежливо.

- Это не совпадение. Это семейное имя.

- А… – от неожиданности я запнулась. Мысли устроили в голове настоящий штурм. – А я принцесса Грета.

- Очень приятно. К сожалению, давно не принц.

- Ну, почему же? Ведь…

- Если вам так угодно, то да. – Он мне улыбнулся, но я не поняла, что могло его рассмешить.

Вне себя от смущения, которое я почему-то стала испытывать в присутствии.. кхм… принца Харальда, я встала со своего стула и принялась ходить туда-сюда по комнате.

- Так. Я теперь поняла. Значит, вы даете отворот-поворот всем женщинам, которые приезжают за легендой о заколдованном принце, потому что настоящее чудовище до сих пор живо и опасно?

Харальд молча кивнул.

- Так, – повторила я. – И это чудовище ваш прапра и так далее дедушка?

- Первый Харальд был прадедом моего деда.

Я попыталась посчитать, но быстро оставила это занятие. В конце концов, так ли это важно? Я походила еще, краем глаза отмечая, что Харальд наблюдает за мной, причем улыбаясь при этом. Нежели я так смешно выгляжу? Я вернулась на свой стул и шумно выдохнула.

- И за все это время никто так и не придумал, как избавиться от проклятия?

- Мы только что говорили об этом. Для этого надо найти потомков сына Лиобы, если они вообще существуют. Пока все попытки были неудачными.

- А… чудовище… оно разумно?

Харальд посмотрел на меня, как на сумасшедшую.

- Конечно, нет. Мне и не приходило в голову даже посмотреть на него, не то что разговаривать.

- Но ведь Лиоба могла сказать ему о своих планах перед тем, как проклясть, – возразила я. – А вы и ваши предки, кроме разве что сына, даже не пытались его разговорить.

- Разговорить безумное чудовище? Вы понимаете, что сказали?

- Оно все-таки человек. В какой-то мере. А у вас, по вашим же словам, скверная ситуация с этим старым проклятием. При этом вы занимаетесь только тем, что охраняете старый замок и гоняете желающих замужества дам.

Харальд медленно поднялся со стула и сделал шаг ко мне. Лицо его при этом не выражало ничего хорошего.

- Если вы считаете себя такой умной, то можете сами поехать и заняться этим.

- И поеду. – Я тоже встала.

- Вы даже не знаете, где искать замок.

- У меня с собой карты. Какая-нибудь из них подойдет. Если вы, конечно, не захотите сопровождать меня.

Харальд теперь стоял совсем близко, и меня не утешило то, что я оказалась ростом ему по шею. Я с вызовом подняла голову, давая понять, что меня не просто будет запугать.

- Зачем вы это делаете? Неужели разочарование от потери сказочного замужества настолько велико, что вы готовы лезть в пасть к чудовищу?

- Рихард будет всю жизнь смеяться надо мной, а родители смотреть укоризненным печальным взглядом, – проворчала я, опуская глаза. Аргумент был глупый и детский, но разве мог знать этот красивый спокойный человек, как отравляют жизнь подобные вещи.

- И вы предпочитаете чудовище жизни со своей семьей? – неожиданно улыбнулся Харальд. Шутник… Смешно, просто обхохочешься…

- В общем, или вы идете со мной, или я иду одна. Я спасу всех, и мне поставят памятник благодарные жители. А вас закидают тухлыми овощами, – прибавила я, вспомнив некоторые провальные спектакли при дворе отца.

Я отпрянула от него, подошла к двери, распахнула ее и застыла на пороге, услышав предостерегающий возглас:

- Осторожнее, в городе нельзя гулять по ночам.

- Это почему же? - обернулась я и тут же почувствовала, как что-то упало мне на плечи. Что-то небольшое и… живое. Я скосила глаз и увидела знакомое гадкое существо, чья отвратительная похожая на крысиную морда скалилась мне в лицо. Я издала громкий, не приличествующий моему сану визг, и попыталась спихнуть пакость. Я вспомнила свой сон в гостинице. Твари, прыгающие по крышам домов, были как две капли воды похожи на то, что меня атаковало. Сильная рука схватила меня за плечо, оттаскивая от двери внутрь, существо с писком слетело с меня, дверь захлопнулась, а я от неожиданности и испуга потеряла равновесие и упала. Мой спаситель, которому я грозилась несвежими овощами, пытался подхватить меня и упал вместе со мной. Я пыталась отдышаться и прийти в себя, пока не осознала, что на мне лежит тяжелое тело. Я смущенно посмотрела в синие глаза.

- Похоже, вы лишили меня выбора, и мне придется идти с вами, – сказал Харальд странным хриплым голосом. – Иначе ваши обглоданные кости будут на моей совести.

До проклятого замка мы добирались дольше, чем я рассчитывала. Мы ехали все утро, день, вечер и только к полуночи прибыли к нужному лесу. Харальд настаивал на том, чтобы сделать привал, не углубляясь в лес, я же считала, что небезопасно ночевать на открытой местности.

- Хищники лучше разбойников. Они не умеют разговаривать и думать, - сказала я. – К тому же нам не обязательно далеко углубляться.

- Ваше высочество не отрубит мне голову, если я скажу, что начинаю жалеть об этом путешествии? – сквозь зубы произнес Харальд, спешиваясь.

- Я не заставляла ваше высочество.

- О, безусловно.

- Но вы почему-то поехали?

Он посмотрел на меня и промолчал. Мне стало не по себе, и я тоже поспешила слезть с лошади, чтобы провести ее в лес.

- У вас есть план? – спросил Харальд многим позже, заставив меня вздрогнуть: мы не разговаривали уже около часа.

- Конечно. Я собираюсь поговорить с ним. – Я уткнулась носом в одеяло, под которым лежала. Становилось прохладно.

- Прекрасный план, – выдохнул он.

- К тому же у меня есть вы, а вас он может узнать.

- Да, – медленно сказал Харальд. – У вас есть… - Он замолчал и продолжил уже о другом. - Ночью будет холодно, и я осмелюсь предложить вам придвинуться ближе ко мне.

Посчитав предложение разумным, я последовала ему, с тоской вспомнив ванну в гостинице. Возможно, в старом замке есть какие-нибудь удобства. Злосчастный старый король не мог совсем одичать. Ну, та же ванна, камин, горячая еда… Я зевнула и скоро провалилась в сон, чтобы проснуться утром с ощущением того, что меня обнимает теплая рука, прижимая к не менее теплой груди.

Высвобождаться из таких уютных объятий не хотелось, и я стала рассматривать своего попутчика. Через несколько минут мне пришло в голову, что я, наверное, веду себя неприлично. Хотя здесь нет родителей и преподавателей, чтобы сделать мне замечание. А если я сумею разговорить чудовище и избавить страну от проклятия, то Рихард будет мне всю жизнь завидовать. Я так размечталась, представляя себе, как посрамлю вечно хихикающего братца, и какое у него будет выражение лица, когда он услышит мою историю, что не заметила, как снова задремала. Рихард в моем сне сидел на троне, грыз яблоки и гримасничал. «Ты путешествовала, проехала такое расстояние и вернулась, чтобы теперь попрекать меня тем, что я трус и подкаблучник? Только ты могла за столько времени даже не посмотреть на людей, которые тебе встречались и не привести одного-единственного мужа. Моих детей будет нянчить тетушка-героиня, какая прелесть». – И Рихард мерзко захохотал.

Я вздрогнула и вынырнула из сна в отвратительном настроении и с желанием отвертеть братцу голову. Мой взгляд снова скользнул по лицу и губам спящего рядом мужчины. Так вот же то, о чем говорил воображаемый Рихард – тот, кто может стать моим мужем. Если, конечно, захочет. А почему, собственно, нет? С другой стороны, не могу же я спросить его прямо в лоб. И я со вздохом решила, что когда разберусь с проклятием, то снова над этим подумаю.

Таинственный замок оказался не таким уж таинственным, только очень запущенным. Лес вокруг разросся и отвоевал у камня большую часть территории. В дневном свете логово предполагаемого монстра походило на разбойничье пристанище, каким я его себе представляла по детским сказкам.

- Вы когда-нибудь были здесь? – спросила я у Харальда.

- Два или три раза.

- Значит, показывайте дорогу.

- Это зависит от того, куда вы хотите попасть.

- Видимо, в комнату чудовища, – пожала я плечами.

- Вы уверены, что хорошо подумали? – Харальд пристально посмотрел на меня. – Последний раз с ним разговаривал его сын.

- Я читала, что проклятие - вещь постоянная. То есть, на каких условиях его наложили, на таких оно и держится. Если с ним можно было говорить и даже получить знания о Лиобе и ее сыне… Кстати, как, вы говорили, его звали?

- Сигурд. Только не понимаю, чем это может помочь вам.

Я так резко остановилась, что почувствовала, как морда лошади уткнулась мне в макушку. Нет, то, что я вспомнила, слишком невероятно, чтобы быть правдой. Но если это так…

- Мы идем в библиотеку, – решила я.

- Даже боюсь спросить, что вам опять пришло в голову, – ответил мне Харальд. – Уверен - библиотеку перевернули вверх дном давным-давно.

- У меня есть слабая надежда, что кто-то из ваших предков мог все-таки пополнить ее. Мне надо уточнить одну вещь.

- Посмотрите на меня, – попросил Харальд.

Я выполнила его просьбу. Видимо, мои горящие азартом глаза впечатлили его. Он не стал больше спорить и пошел вперед.

Через несколько минут я уже копалась в старых книгах, морщась и чихая от пыли. Мое возбужденное состояние и нетерпение помешали оценить их несомненную историческую ценность. Я даже не успела пожалеть о запущенном состоянии комнат и самой библиотеки. Я еле услышала слова Харальда, что он пойдет осмотреть соседние помещения на всякий случай. Мое платье и руки были в ужасающем состоянии, а я все продолжала копаться в поисках нужных сведений, не замечая ничего вокруг.

- Кхе, кхе, – раздалось сзади вежливое покашливание.

- Не сейчас, Харальд, – не оборачиваясь, бросила я.

- Если вы про того симпатичного молодого человека, то он пошел в сторону столовой, – сказал скрипучий незнакомый голос.

Я обернулась и увидела высокого, но сгорбленного старика, кутающегося в длинный халат. На голове у него был ночной колпак, нечесаные седые волосы падали на плечи. Я открыла рот для невежливого вопроса «вы кто?», но человек ловко обошел стол, подошел ко мне и сунул нос в раскрытые книги, напряженно при этом прищурившись.

- Кхе… что у нас тут?.. Глаза-то совсем никакие стали…

- Вы что делаете? – вырвался у меня другой невежливый вопрос.

- Как что? – не глядя на меня, ответил старик. – Я здесь живу.

- П-простите… - пробормотала я, собираясь испытать ужас, ну, или хотя бы испуг. Понятно, что этот буднично выглядящий старик на самом деле и был тем чудовищем-королем, наводящим ужас на всю страну. Никто другой и не мог жить в этом замке. Однако, как говорилось в одной поучительной книге, все было совсем не так, как я себе представляла.

- Ничего. Ко мне редко заходят гости. - Он оторвался от книги и посмотрел на меня.

- Я принцесса Грета. А вы, наверное, король Хаген?

- Вы забыли прибавить «тот самый король Хаген». - Он захихикал. – Я ведь здорово надоел потомкам моих благодарных подданных. По сути, я был виноват лишь в том, что не сумел разобраться со своими женщинами. Со временем я все понял и разложил по полочкам. Занимательная это вещь – отношения мужчин и женщин в браке. Я даже написал трактат о семейной жизни, хотите дам почитать?

- У меня пока нет семьи. - Я поняла, что от старика, долгие годы лишенного общества, будет не так-то просто избавиться, и неважно, чудовище он или нет.

- Но ведь появится. Недаром ваш спутник так тщательно обследует мое скромное жилище. Он желает убедиться, что ваша драгоценная особа в безопасности. Я не буду питать надежды, что вы пригласите меня на свадьбу, однако позвольте мне преподнести свою книгу в качестве свадебного подарка. Это поистине бесценное руководство.

- Если вы так хотите, - почти вежливо сказала я. Боги, и почему так получается? Я шла на борьбу с чудовищем и подвиг, а получила в результате некое подобие моей старой тетушки, которая заставляла родителей пробовать собственноручно приготовленные лекарства. Я была маленькая, но хорошо помню, как мать говорила отцу, что если он не уберет сумасшедшую старуху из замка, то она сама сойдет с ума. Однако я чуть не забыла про дело, которое привело меня в библиотеку.

- Простите, мне надо посмотреть одну из ваших книг.

- Я могу помочь вам. Вот эту, - старик ткнул пальцем в книгу, которую я смотрела до его появления, - я еще помню со своего детства.

Я еле сдержала разочарованный возглас.

- А вот эти, - хозяин указал на стопку, сложенную у окна, - привез мой…ммм…. Наверное, внук или его сын. Впрочем, неважно, это тоже было давно. А знаете ли вы, как...

Но я уже не слушала его. Внук или правнук – то, что мне было нужно.

- Что здесь… - раздался голос Харальда, - происходит?

Я кинулась к нему.

- Это король Хаген, он помог мне найти нужную книгу, - торопливо сказала я, опасаясь, что Харальд, не разобравшись в ситуации, свернет старику шею.

- Как? – Мой спутник остановился. – Он же…

- Сумасшедший? – закончил за него хозяин замка и скрипуче рассмеялся. – А ты, - он невежливо указал пальцем на Харальда, - наверняка один из моих потомков. Подарили мой трон непонятно кому, а потом даже навещать меня перестали.

- Но проклятие, - возразил Харальд, который выглядел весьма растерянным.

- Ну и что проклятие? – Старик сел на ближайший стул, словно на трон, приосанился, снял колпак и пригладил волосы. – Не спорю, это весьма неприятно, однако не повод бросать в одиночестве своего родителя.

- А вы разве не расчленяете людей на улицах? – рассеянно спросила я, снова занявшись книгой.

- Это не совсем я. Ночью внутри меня словно бы скапливается куча грязи, которая вырывается наружу и расползается по окрестностям. Было время, когда я мучился от ужаса и стыда за это, но теперь понял, что это бессмысленно. Злобная женщина прокляла меня за ошибки, которые я допустил.

- А ее сын действительно был вашим сыном? – продолжала расспрашивать я.

- Наверняка. Иначе бы она так не рассвирепела. В моем трактате я посвятил целую главу женскому мировосприятию и их…

- Подождите, - прервал его Харальд, за что я была ему весьма благодарна, - а как же все эти девушки, которые пытались найти здесь прекрасного принца и сокровища? Что стало с ними?

Старик пожевал губами.

- Ну… некоторые, кто имел глупость приехать сюда ночью, скорее всего, сгинули бесследно. А остальные были весьма разочарованы. Я давал им кое-какую посуду, подсвечники и экземпляр моего трактата в подарок, и они уезжали. Кроме них, никто больше не приезжал утешить меня в одиночестве.

Харальд молчал, как мне показалось, весьма пристыжено. Ведь он, как и его потомки, оставили старика одного, полностью уверенные в том, что с ним нельзя даже разговаривать.

Я наконец-то нашла то, что искала, и с торжествующим видом посмотрела на Харальда и хозяина замка.

- Все верно. Основателем нашей династии был король Зигфрид, по преданиям прибывший откуда-то с севера и объединивший воинственные племена. Я считаю, что Лиоба была родом из тех же мест.

- Невероятно, - сразу подхватил мою мысль Харальд. – Значит, твой возможный будущий сын, и есть тот законный король, который может снять проклятие.

- Да, получается я потомок сына Лиобы. И мои родители, и мой брат тоже. Однако никто из нас не может занять трон этого государства – его давным-давно передали в другие руки.

- Ты права. Вряд ли нынешняя династия тебе так просто его уступит, - вздохнул Харальд.

- Мои дорогие, вам не кажется, что вы все усложняете? – хихикнул старик. - Проклятие вещь весьма конкретная и несложная. В моем замке есть трон, мой трон. И он был троном в те времена, когда я… кхе-кхе… правил. Надо всего лишь сесть на него.

Я даже открыла рот от такого неожиданного и действительно простого решения.

- В любом случае, я не могу мгновенно выйти замуж и родить сына, который должен туда сесть, - буркнула я.

- Зачем? Пройдите в тронный зал и сядьте сами. - Старик совсем развеселился, хотя я не понимала, почему.

- В проклятии сказано «законный король», - напомнил ему Харальд.

Хозяин замка расхохотался.

- В мои времена слово «король» могло относиться и к мужчине, и к женщине. Потому как женщины на троне вообще не сидели. Так что, дорогая, идите в зал, садитесь на трон и снимайте проклятие. Я смогу поехать на свадьбу и умереть в окружении …ээээ... внуков. За много веков мне непередаваемо надоел этот замок.

Вот так я стала героем – посидев на высоком старом кресле. И не было ни кровавых битв, ни душераздирающих стонов и воплей, ни даже радужных ослепляющих вспышек. Старый король радостно похлопал в ладоши и подкинул вверх свой колпак. Харальд потом отвел меня в сторону и сказал, что я молодец. Если бы я не решила поехать в замок и поговорить с «чудовищем», они бы еще долго мучились с этим проклятием. А ехидные слова старика о свадьбах и внуках навели Харальда на ту же мысль, что меня недавно – сделать мне предложение. Хотя Харальд признался, что хотел это сделать еще в библиотеке. А когда мы путешествовали по лесу, он уже любил меня, не надеясь, впрочем, на взаимность. С чего он так решил – непонятно, не такой уж скверный у меня характер.

Старика нам пришлось взять с собой, в мое королевство. Все-таки родственник, не бросать же его. Моим родителям и Рихарду досталось по экземпляру трактата о семейной жизни. Брат потом сказал, что Нора выбросила его с высокой башни в реку. На нашей с Харальдом свадьбе все наши старшие родственники не выдержали и прослезились. Похоже, искренне радовались за нас. Ну, а мы порадовались за них.

 

читателей   113   сегодня 3
113 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 3,50 из 5)
Загрузка...