Гурвенгудрун Амфибрахийская, принцесса Девяти Королевств или Повесть о внеземной любви

Аннотация (возможен спойлер):

Юмористический эпос о ролевиках - попаданцах в мире сплошной магии.

[свернуть]

 

Октододекалогия

Книга восьмая

Глава первая

– Меня так просто не слижешь шершавым языком нави с этой прекрасной яви!– прошептала Гурвенгудрун, доставая верный ятаган, проткнувший не одну тысячу ворогов, и крикнула во весь голос: – Надо же было так влипнуть!

И было от чего и зачем – со всех четырёх сторон, насколько хватало взгляда, раздавались угрожающие утробные звуки: кряхтение, урчание, рычание, мычание, мурчание, камлание... Казалось, Великая Пустошь, простиравшаяся до самых Льдистых Гор на севере и Туманного Моря на западе, таила в себе всех возможных чудовищ, выведенных колдунами Ордена Осселиона в дурно пахнущих подземельях Чёрного Замка Аршлохх.

Гурвенгудрун резво и грациозно, как Паравийская лань, вспрыгнула на древний межевой камень, когда-то обозначавший границу Трёх Королевств Предтеч, и изготовилась дорого отдать свою жизнь: она положила перед собой лук из Эринского ясеня, Зуб Асфальдафийского многорога, достала из-за спины второй меч, затянула потуже чешуйчатую кольчугу из магического сплава аурелия и бронзы, которая выгодно подчёркивала её тонкую талию, крутые бёдра и поддерживала упругую грудь четвёртого размера (дразня её вибрирующими сплетениями проволоки – приводя в боевой настрой), и затаилась в тени большого раскидистого вереска.

Ветер нёс по небу плотную слоистую облачность и холодил открытые плечи, руки, спину и плоский живот Гурвенгудрун, аккуратно развевал роскошные волосы и обдувал тонкий, как серебряная струна эльфийской арфы, шрам на правом полупопии – след от битвы с Древним Драконом Басгардом. Тогда только гениальная смекалка и недюжинная хитрость её верной команды позволили одолеть Ужас Чернобрешьской Пущи – дикого леса, где кроны кошмарных вязов переплелись с Корнями Изначального Зла. Они все могли бы сложить там свои головы – и лишь длиношеии грифоны и короткошёрстные кушканы грызли бы их кости – но Добрые Боги решили иначе: Гурвенгудрун и её друзья оказались неуязвимы перёд тёмными чарами и серыми стрелами Врага.

С той Первой битвы прошло много лет. Воительница набралась опыта в боях и мудрости в трактирах, куда забрасывала её Судьба (которую, как говорят учёные мужики, мойры записывают со слов Великого Беруна в норножурнал), и окрепла духом и телом – да так, что целые дружины воев и легионы берсерков приносили клятву верности Гурвенгудрун ради одной возможности взирать на крепкую, как Оболонский эль, качку её бедёр.

А ведь когда-то она и мечтать не смела о всеобщем обожании, о том, что юноши и девушки будут кланами и племенами падать к её ногам.

Росла она обыкновенной девчушкой, в меру конопатой, в меру угловатой, заплетала в косички магнолии и бегала с соседскими мальчишками по лавандовым полям, окружавшим их маленькую уютную деревеньку, играла в куклы и прятки в белом платье до пят, разбивала коленки и царапалась о колючки диких роз, увивавших голые скалы, а вечерами бабушка, вычёсывая репьи из её роскошных, до пояса, чёрных волос, рассказывала внучке сказки и легенды о сокрытом в глубине предгорий гроте, где феи сторожат покой легендарного короля, спящего до поры до времени беспробудным сном. Поужинав фуагра и чаем с орегано и молоком, девушка засыпала, представляя, как когда-нибудь обязательно разыщет пещеру – а в ней хрустальное ложе спящего принца, – разбудит его самым-самым нежным поцелуем, и он возьмёт её замуж, и будет у неё нарядное платье с диадемой, усыпанной стразами, и миллион восторженных взглядов гостей (полных любви и обожания) и подруг (полных зависти).

Пока же ей приходилось быть обыкновенной Ксюшей Литвиновой, ученицей обыкновеннейшей московской гимназии № 3553 с углубленным изучением чего-то жутко скучного. Окончив школу, она поступила на журфак МГУ, влюбилась, разочаровалась, ещё раз влюбилась (на этот раз в ролевика, научившего её играть на гитаре) и перестала ездить на каникулы к бабушке с дедушкой – в ту унылую дыру в нескольких лье от Лазурного Берега, предпочитая проводить время в своей тусовке, где Ксюша под ником Арвен Нистанор была известна как автор баллад о судьбе непонятых окружающими (прежде всего родителями) героев, и мечтала переехать в изумрудную Ирландию.

Кто же мог подумать, что мечты сбываются не только у Национального Достояния...

В тот раз они отправились ролить (или роллить – по поводу правильного написания этого слова на форуме так и не смогли прийти к консенсусу) в окрестности села Арда Килемарского района Республики Марий Эл – мало того что название вряд ли было совпадением, так и край был населён (как писали в блогах) «последними язычниками Европы». И пусть язычников обнаружить не удалось, но чудный вид на одну из заросших тальником и камышами проток Чебоксарского водохранилища скрашивал неудачу.

На второй вечер ребята, облившись репеллентами, собрались у костра, кто-то в стороне тренировался на теннисных мячах в метании файерболов, Майлсеххнайлл (в другой жизни – Миша Петров, однокурсник из параллельной группы) спорил с Дурином, носил ли Арагорн штаны, Сауроныч клеил Галадриэль, шаман Коля втирал о нагвалях и тоналях, литровая мифриловая манюня с «Белым Русским» шла по кругу, а Ксюша сидела на бревне, пытаясь медитировать на костёр, но больше – уклониться от дыма, валившего от сырых брёвен.

– Гурфнгуфрун! – вдруг послышалось откуда-то со стороны.

Она вздрогнула – мурашки пробежали по спине – обернулась: ничего, только лес и кусты шиповника. Поёжилась.

– Озябла? – спросил незаметно подошедший парень в чёрном плаще.

– А? Да, немного, – соврала Ксюша, пытаясь вспомнить его имя.

– Может, споёшь что-нибудь своё? – попросил он.

Девушка почувствовала, что не может перечить ему, взяла гитару и запела:

– Тёмны Арды леса, но не меркнут в глазах

Вера, сила, отвага, любовь!

Мы идём нога в ногу на Fight Fightterach.

Пусть прольётся эльфийская кровь!

– Да. Всё верно, – сказал незнакомец, когда Арвен закончила. – Я в тебе не ошибся!

– То есть? – протянула она.

– Ты – Избранная. Сейчас я тебе всё объясню. Когда-то давно Три Короля-Предтечи соблазнились Злом – вместе с канцлерами, генералами, воеводами, дворецкими, министрами и прочим народом разделились каждый на три части, и в бесконечной битве Девяти Воинств, продолжавшейся три дня и тридцать три часа, истребили друг друга. Ты – единственная оставшаяся в живых, кто несёт в себе кровь Предтеч, ту, что добыта богами из жил Небесного Вомбата в Нулевую Эпоху Истории. Поэтому ты и волосы заплетаешь в девять косичек!

«Это дреды», – подумала Ксюша.

– Да, дреды – никак не могу купить словарь вашего нелепого наречия, – сказал незнакомец. – Мой злобный брат-карлик Footelf лишил тебя памяти и отправил в этот убогий мирок. Но я не звался бы Handelf, если б не нашёл тебя и не помог исполниться Древнейшему Пророчеству! Так ты готова исполнить свой Священный Долг? – голосом, звенящим как бронзовые трубы, спросил Чародей.

Арвен, всю его речь не отрываясь смотревшая в эти чёрные, как вороново крыло, бездонные глаза, пылающие огнём неземной страсти, трепетно улавливавшая среди десятков запахов – дыма, тушёнки, болота, спирта с портвейном – его мускусный запах, проникавший в самые глубины её живота, уже давно знала, что ответит.

Она ответила:

– Да.

 

Глава вторая

«Да, – подумала Гурвенгудрун, отсекая двуручным мечом щупальце химеры и в прыжке ловя на ятаган волкодлака, кинувшегося из зарослей василисковой травы. – Где же моя верная дружина? Где же ты, Хандельф?»

В ту ночь он сказал ей: «Следуй за мной!» – и она пошла, как верная волчица за своим львом. Чародей привёл её на поляну, окружённую высокими соснами, где уже ждали друзья: здоровяк Сауроныч со своей пассией, брутальный Дима-Диарнах, даже вечно ноющий Фиахайд был тут как тут. Хандельф приказал ей раздеться – лучи фонарей скрестились было на её прелестях, привлекая ночных бабочек, бившихся о плоский живот, но маг цыкнул на парней, и те вмиг присмирели.

– Сейчас я открою Портал, – громовым голосом прокомментировал он своё действие. – На той стороне вы найдёте всё необходимое оружие: луки, мечи, стаканы, шлемы, подшлемники, книги могучих заклинаний, волшебные кристаллы, дальнозоркие зеркала, генераторы огненных шаров... много там всего, в общем. Там же будет лежать лист пергамента с инструкцией, как всем этим пользоваться. Сам я скоро последую за вами – тут нужно ещё дела законч... – маг осёкся, чуть было не материализовав образ того дела, что требовало окончания. – Короче! Выпейте это снадобье, слушайтесь Гурвенгудрун, – он указал на дрожавшую от холода Ксюшу и напутствовал: – И да пребудет с вами Мощь!

Хандельф поднял с земли чашу с каким-то мутным варевом и пустил ей по кругу.

 

Глава третья

Утром друзья проснулись в том же лесу.

С дикой головной болью.

Бубня под нос «да никогда больше!», они вернулись в лагерь, но обнаружили там лишь дымящееся костровище и бродячих собак, злобно огрызавшихся при виде людей.

– Документы! Палатка! Всё пропало, – запричитал Фиахайд, бегая по покинутой поляне.

– Не мельтеши! – буркнул Сауроныч. – Кто-нибудь помнит, что вчера было? – спросил он, бросив взгляд на Арвен-Гурвенгудрун.

– Ничего не было, – ответила за подругу Галадриэль, отводя глаза.

– Ладно, потом разберёмся. Пошли в посёлок, вызовем полицию.

Но разобраться не удалось.

Спустя три часа пути друзья обнаружили, что ни посёлка, ни асфальта, ни самой завалящей грунтовки в окрестностях нет, сотовые не ловят, а лес внезапно обрывается на краю снежной пустыни: вот только что девчонки обнажёнными ступнями мяли лютики, а парни прокладывали тропу через бурелом, и вдруг ели расступились и под ногами захрустел лёд.

– Мы влипли. И хавки нет, – сказал Сауроныч.

– Да, жрать хочется очень, – подтвердил Фиахайд.

Диарнах снова промолчал.

– Вы слышите? – прервала всех Арвен.

– Что? – хором переспросили друзья.

– Топот. Как будто кто-то скачет на коне...

И действительно, не прошло и нескольких минут, как из-за языка леса показался человек верхом на огромном орле. Увидев ребят, он пришпорил птицу, и та резво припустила к ним.

– Тпру, – подъехав ближе, человек натянул поводья. – Гурвенгудрун Амфибрахийская? – спросил он, обращаясь к обеим девушкам сразу.

– Наверное, – ответила Арвен.

– Почтовая служба Гибернарнии, – козырнул всадник. – Тебе посылка, Владычица!

С этими словами он протянул зелёный пульсирующий мешок и добавил:

– Лорд McCrtchan ждёт Братство Бивера в замке Наг-Бранданблах к исходу третьего оборота второй луны. Это в той стороне, – почтальон махнул куда-то вверх.

– Э-э... на небе?! – уточнил Фиахайд.

– Вы что, из-под земли что ли вылезли? – рассмеялся всадник. – На другой стороне мира! Если умеете летать, можете срезать прямиком через небо, – с этими словами он развернул орла и умчался в туман.

Летать друзья не умели, а потому скорей сорвали свинцовую печать с небольшого, литров на сорок, мешка, развязали его и (хоть и с опаской, потому что он шевелился) достали оттуда несколько больших окороков, пять комплектов подобающей героям одежды, с полдюжины мечей, тридцать девять комплектов метательных кинжалов и сюрикенов, кучу всяких кристаллов, когтей, шкурок, палочек, магических корешков (некоторые из них поела моль), литеры для печати заклинаний на коже и пару бутылок лучшего местного эля, на вкус хоть и подобного разбавленной «Балтике-девятке», но как по мановению руки вернувшего ясность уму.

Ко всему этому богатству прилагалась обещанная инструкция на пергаменте. Увы, она ничем помочь не могла, потому что написана была даже не скандинавскими рунами, которые худо-бедно знала Галадриэль, и не на любимом языке Профессора (на котором бегло шпарил Фиахайд), а какой-то вертикальной абракадаброй, напоминавшей неумело сплетённое макраме.

Позавтракав, сразу же пообедав и чуть погодя отполдничав, группа будущих героев обнаружила, что многомерный мешок больше не хранит в себе еды – последнее, что удалось извлечь, это несколько превратившихся в урюк абрикосов. Понимая, что от великих подвигов теперь никуда не деться, друзья навьючились, как мулы, и, произнеся на дорожку старое заклинание из родного мира – «Хеликоптер нихьт!» – двинулись в населённые места.

 

Глава четвёртая

Со временем попаданцы превратились в сплочённую команду воров, крепко-накрепко связанную понятиями и Пророчеством. Правда, в первой же таверне Диарнах, так и не произнеся ни слова, скоропостижно скончался то ли от пронесучей, то ли от какой другой хвори. На его тризне Фиахайд, взявшийся было перевести гримуар с протонаречия на русский, очаровал выросшими у него способностями пастушку Брунхильду, молочницу Арденбелайт, ещё несколько десятков прелестных дев и парочку валькирий – и тоже откололся от Братства.

Стремясь исполнить Предназначение, Сауроныч попытался взять штурмом один из хуторов, но был бит палками и забодан козлами. Зализывая раны в ближайшей роще, он спросил Гурвенгудрун:

– А как дословно звучало Древнее Пророчество?

– Там что-то про то, что апостол наших дней сказал, что единство может скреплено быть железом лишь и кровью, – прикладывая к перелому подорожник, ответила девушка.

– И всё?

– Ну ещё что-то про любовь... Как же там...

– «Но мы попробуем достать его любовью», – подсказала Галадриэль.

– Так что ж вы раньше молчали! Теперь всё ясно! – осенило Сауроныча, и он изложил новый план по завоеванию мира.

Следуя ему, друзья начали странствовать от города к городу и от ашрама к ашраму. Парень добывал золото и серебро, обучая глупых вилланов и недалёких баронов покеру и преферансу (к счастью, в карманах разгрузки завалялись не только бесполезные здесь джи-пи-эс и флешки, но и колода карт), а девчонки завоевывали любовь, уважение, почтение и восхищение, переходящее в каждой деревне в бурные, продолжительные овации, сопровождающиеся народными гуляниями, с помощью двух Древнейших профессий: той, которой Ксюша обучалась в МГУ и той, которая рассеивала Тьму и уныние в сердцах её новых подданных.

Конечно, не всё давалось такими тяжкими трудами, порою удавалось и сражаться, танцевать балет смерти, мазурку разрушения и канкан истребления. Замки тех, кто не желал покоряться Любви принцессы Гурвенгудрун, были стёрты в пыль ковровыми бомбардировками – секретным навыком, открытым Сауронычем: в мире, располагавшемся на внутренней поверхности сферы, можно было достигнуть Верхних Земель (при наличии альпинистской подготовки, которой он, к счастью, обладал) и оттуда метать камни и целые валуны на супостата.

Так или иначе Её Высочеству и Братству покорились все осколки Трёх Королевств – девять империй, двадцать семь герцогств, восемьдесят одно графство, двести сорок три баронетства (и так далее вплоть до тройки в девятой и десятой степенях), как то: полуросликские Gododdin, Ddyrnllwg, Yr Hen Ogledd, Calchfynydd, Gwenddoleu, Ainbcheallach, Царства Подгорного Народа Часначорр, Расвумчорр, Путеличорр, Элгорас в Сальных Тундрах, Айкуайвенчорр, Кунийокниецккукисявр и прочая, и прочая, и прочая.

Но сейчас ей предстояла Последняя Битва.

Битва, в которой Гурвенгудрун добудет Последний Артефакт.

Или сложит свою прелестную голову.

Проблема была в том, что магией в этом мире делали абсолютно всё: понукали ездовых животных, пекли хлеб, вытряхивали грязь из одежды, жарили мясо, кипятили воду, лечили большинство болезней. Особые гильдии волхвов заставляли реки струиться в своих руслах (иначе она вся стремилась стечь в нижнюю половину шара, как во времена легендарного Потопа), свет светить, а луны – крутиться в центре сферы. Но никто во всей вселенной не обладал секретом джакузи, шампуня и геля для душа.

Долгие поиски в архивах, долгие допросы с пристрастием причастных к сией тайне открыли, что в глубине Льдистых гор прячется Тайный Народ – мало того что коварно скрывший Артефакт от Гурвенгудрун, так ещё и последний непокорившийся её воле. И что завершающее примечание к Древнему Пророчеству, изложенное в талмуде № 54, на странице 843 Книги Толкований гласило: «На Поле Агнирёка придёт Она одна».

И она пришла.

И, следуя своему Року, Арвен билась со всей яростью валькирии, с исступлением берсеркини, с азартом ландскнехтки, с остервенением амазонки. Её оружие выписывало алфавит смерти, азбуку возмездия на телах чудовищ: сделав подсечку двум одновременно атаковавшим гоблинам, Гурвенгудрун апперкотом отправила орка в полёт метров на тридцать – к своему создателю; в следующий миг она метнула большой меч в несущегося во весь опор драгопотама, пригвоздив его к земле, прочла Заклинание Тенет, спутав щупальца десятку осьминогоподобных монстров, выхватила катану, и сталь в её нежных руках запела песню истребления.

Отбив очередной приступ Врага, принцесса в изнеможении припала на колено и эффектным жестом, как Ума Турман, стряхнула кровь с клинков.

– Впечатляет! – раздался голос из-за спины.

Гурвенгудрун обернулась:

– Сауроныч! Галадриэль! Как я рада вас видеть!

– А как мы тебе рады! Помощь нужна?

– Не помешала бы.

– Тогда подвинься, – сказал верный друг, вскарабкался на валун, снял с плеча пулемёт и закрепил его на станке. – Мы тут выловили Хандельфа, сгоняли в наш мир, притащили разные полезные штуки. Галадриэль вон в душ сходила...

Гурвенгудрун с завистью посмотрела на подругу.

– Кстати, лови! – Сауроныч кинул принцессе набор косметических средств для ухода за кожей.

– Вау! – воскликнула воительница. – Ты – мой герой!

– Галке спасибо скажи, – ухмыльнулся товарищ. – Ну что, пора заканчивать Последнюю Битву?

– Пора! – хором воскликнули друзья и скрестили мечи.

Мир магии впервые услышал, как поёт крупнокалиберный пулемёт.

Через полчаса всё было кончено. Пустошь была усеяна ошмётками чудовищ, а древние боги, неспешно собиравшиеся принять участие в Битве Битв, поняли, что несколько припозднились, и вернулись за стол.

Правда, необходимость в Последнем Артефакте отпала, и Орден Осселиона был лишь навеки запечатан в своём Чёрном Замке и вымаран из скрижалей и памяти людей.

 

Глава пятая

Празднества и церемонии в честь триумфа наших героев продолжались не один год. Гурвенгудрун на золотом единороге, Галадриэль на серебряном жирафе и Сауроныч на медном быке объезжали завоеванный потом, кровью и любовью мир – провинцию за провинцией, город за городом, купались в лучах славы и обожания, принимали дары и приношения, внимали скальдам, бардам и акынам, слагавшим в их честь саги, поэмы и эпосы, вершили суд и расправу, снисходя до нужд малых и сирых. Мажордомы и кастеляны хватались за головы, пытаясь подсчитать, сколько было съедено на пирах бекасов, каплунов, фазанов, трюфелей, тирамису, расстегаев, люля-кебабов, сколько выпито пива, браги, мёда, вина, пунша, глинтвейна, аспирина – чем-чем, а качеством еды этот мир мог завоевать все звёзды.

Кожа девушек приобрела ровный бронзовый загар – так, что в самых глухих деревнях их принимали за богинь, Сауроныч обзавёлся эскортом из гурий, а Хандельф с Фиахайдом наладили контрабанду товаров между мирами: мыла, электрогенераторов, домашних кинотеатров, шапок-невидимок, заклинаний для отвода глаз, эликсиров бессмертия, астральных помощников и прочих полезных в хозяйстве и воровском ремесле вещей. Конечно же, это привлекло внимание правоохранительных органов и спецслужб, но все попытки последних пресечь канал поставок провалились – лучшие агенты пропадали без вести. В конце концов район, в котором находился портал, обнесли колючей проволокой, выставили охрану по периметру, а населению объявили, что местность подверглась радиоактивному заражению (для чего ударными темпами построили и вывели из строя АЭС). Но это уже совсем другая история.

Наша же история заканчивается в самом начале тысячелетнего правления прекрасной Гурвенгудрун Амфибрахийской, принцессы Девяти Воссоединённых Королевств – правления, вписанного текучими, как ртуть, рунами в алмазные Аналы Истории.

 

читателей   103   сегодня 4
103 читателей   4 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 2,67 из 5)
Загрузка...