Тёмный принц идёт убивать Этого Чёртового Дракона

Аннотация:

Никогда не переходите дорогу принцу тёмных эльфов – он мстит с одержимостью и упорством безумца! Даже ценой сна, морального здоровья и здравого смысла.

[свернуть]

 

 

«Мне надо развлечься, идём на охоту», — говаривал принц Алистер, скучая без дела во дворце.

-Кто вообще решил, что охота – это весело?! – ругался он теперь.

И ладно, если бы принц собрал целую компанию друзей (которых у него не было) или – на худой конец – прихватил с собой лесничего и пару рыцарей, неутомимых искателей приключений. Но нет – он взял с собой в горы только слугу-гоблина, вечно всем недовольного.

-Вот уж не знаю, хозяин, — вяло ворчал Винсан, карабкаясь следом.

Старый гоблин, с кожей, похожей на курагу, только цветом как дохлая рыба. Всю жизнь – то есть, сколько его помнили придворные – густые волосы покрывали его руки, но не голову. Однако к старости он опустил бакенбарды, белые как снег – когда выкупается, и сально-желтые – всё остальное время.

Алистер, его хозяин, являлся никем иным, как принцем тёмных эльфов. Ему от роду было лет двести восемьдесят, а это тот самый возраст, который эльфы считают крайне безответственным – он уже был совершеннолетним, но ещё не зрелым.

Придворные песнопевцы могли бы часами описывать внешность принца, а дамы столько же вздыхать: «О, как он красив!» Но если коротко – весь его вид излучал высокомерие и самодовольство, хотя сейчас его изящные руки уродовали выступающие от напряжения жилы, а смазливое лицо корчилось в ужасной гримасе от злобы на «Эти Мерзкие Горы Которые Такие Высокие» и «Эти Грёбанные Скалы Которые Такие Отвесные».

Они, конечно, ушли не так уж далеко от Урлара, столицы королевства Нокс, но опасные склоны заставляли слугу искренне волноваться за своего упрямого и безрассудного господина – врача-то с ними не было! Но больше всего Винсан, конечно же, переживал за себя, потому как его руки уже сводило судорогой.

-Уступ, — ныл гоблин, — передышка!

-Скоро! – повторял принц, но они всё также лезли вверх.

Возможность отдохнуть им предоставилась только когда они залезли на самый верх и оказались на плато. Травы там не было, но каким-то непостижимым образом на этом самом плато оказался баран, в шелковистой шерсти которого играло бликами солнце.

Принц заметил возможную дичь, и утянул слугу за крупный валун, вцепившись в руку гоблина так сильно, что тот ойкнул от боли.

-Шшш!

-А нельзя как-то понежней?

-Да заткнись ты, — шепотом огрызнулся Алистер, – спугнешь!

-Этот баран наверняка глух на оба уха.

-? — принц непонимающе посмотрел на своего слугу.

-Я к тому, что любой зверь удрал бы, заслышав вашу ругань.

-Дурень! – он замахнулся, чтобы ударить Винсана, но в последний момент остановился. — Это ведь был золотой баран, или мне показалось?

Оба выглянули из-за камня – баран был на месте, а его шерстка действительно была золотистой.

-Навряд ли он сделан из золота – баран как баран.

-Идиот! Это же знак богов! Тебе в детстве мама книжек не читала?

-Ваша-то матушка преставилась когда вы младенцем были.

-Кретин, мне эту легенду рассказывала няня: тому, кто убьет золотого барана, целый год будет сопутствовать удача во всем!

Воодушевленный, принц достал лук и стрелу. Потихоньку, чтобы зверь не заметил, он высунулся из-за валуна. Натянул тетиву, прицелился. Приготовился стрелять.

Вдруг черная тень накрыла плато. Цепкие когти подхватили спокойно стоящее животное, а огромные крылья подняли в воздух. Вихрь от них ударил Алистера в лицо так сильно, что тот был вынужден зажмуриться и отвернуться.

А когда повернулся — баран исчез.

-НЕ-Е-ЕТ! – эхом разнеслось над вершинами.

Переживая серьезную утрату, иные эмоциональные личности припадают к земле и, стоя на коленях, посыпают голову пеплом. То же самое пытался осуществить принц, только вместо пепла он загребал в руки щебень.

-Хозяин, ну бывает! — слуга топтался рядом, проявляя чудеса эмпатии. — Ну-ну, не нужно так убиваться – это же всего лишь баран.

-Золотой баран! – проревел он в ответ. – Ты разве не понимаешь?

-Нет, не понимаю.

Гоблин ответил спокойно, смотря на своего господина, как… Ну, как смотрел бы на нормально видящего дальтоник, которому первый пытался объяснить, что трава зеленая, а розы — красные. В этот момент принц понял, что между ним и его слугой есть некая культурная пропасть. Которую нужно немедленно заполнить, а то негоже, чтобы гоблин смотрел на эльфа ТАК.

-Рассказать конец той легенды про золотого барана? Тот, кто его упустит, будет на год проклят!

-Всего то, — пожал плечами гоблин, но тут же осекся. – То есть, хозяин, неужели вы в это верите?

Но принц уже не слушал слугу – он, смотря на закат, произнес:

-Я найду этого чертового дракона и заберу у него моего барана!

-Хозяин, дракон полетел в другую сторону.

 

Но сколько в тот день принц не излазил гор, сколько пещер не осмотрел – нигде он не нашел того дракона.

А легенда оказалась правдивой — с тех пор Алистеру постоянно не везло. Он случайно опрокинул кружку грога на важные государственные бумаги, проиграл турнир по стрельбе из-за неожиданно напавшей икоты, и его бросила девушка, которую он любил. Даже хотел на ней жениться, несмотря на слова отца: «Будущие короли на служанках не женятся!» Но она сбежала с актёром из бродячего балагана. Печально.

Но самое ужасное – принц несколько раз предпринимал попытки разыскать, но нигде не мог найти того самого дракона. Ни столичные рыцари, ни жители маленьких горных деревушек – никто не мог помочь ему. Но Алистер не желал сдаваться. И дело было уже не столько в баране. Найти тварь, которая увела его удачу — это было дело принципа.

От всего навалившегося принц стал жутко нервным, всё время как на иголках. Перина и подушки казались ему то слишком мягкими, то невозможно жёсткими, и сон был крайне беспокойным. От недосыпа его красные (как у всех темных эльфов) глаза казались ещё краснее, а аристократически бледная кожа с каждым днём всё больше сливалась со стенами замка.

Большую часть времени Алистер проводил в библиотеке, листая «Перепись самых жадных и самых богатейших драконов Нокса с описанием внешности и указанием места их жительства». А так как все драконы жадные и веками могут чахнуть над своим золотом (согласно распространённому в обществе стереотипу), то эту книгу можно было считать полной переписью драконов, обитающих в родных для принца горах.

Листая книгу, Алистер в первую очередь обращал внимание на описания внешности, однако ни одно не подходило под того самого дракона. Принц смутно его помнил, но кое-что врезалось ему в память: белые лапы и тёмные перепончатые крылья. В книге попадались описания и чисто-белых драконов, и угольно-чёрных – но тот не был угольно-чёрным, скорее, цвета ночного неба. А такого дракона, да ещё и с белыми лапами, Алистер, пролистав почти половину толстенной книги, так и не нашёл.

С каждой следующей страницей, с каждым новым описанием «не того дракона», и без того нервный принц только еще больше раздражался. А тут ещё парочка служанок-дроу решили прибраться в библиотеке: сперва подняли облако пыли от старых книг, такое, что чихать охота, а затем – встали в сторонке и давай сплетничать. И их болтовня ещё больше раздражала Алистера.

-Эй, вы! – рявкнул он на девушек. – Хватит трещать — займитесь делом или брысь отсюда!

Служанки, обиженно поджав губки, решили уйти вместо того, чтобы закончить работу. Не доходя до дверей, они продолжили беседу:

-И что же та ведьма-предсказательница?

-Она попросила у меня его вещь…

-БРЫСЬ!

От крика принца девушки подскочили. Они стрелой метнулись вон, чуть не сбив с ног Винсана, не вовремя пришедшего в библиотеку.

-Хозяин, почто ж вы пугаете девок! – возмутился гоблин, все ещё боязливо вжимаясь в дверной косяк.

-Замолчи хоть ты! – Алистер одарил слугу злобным взглядом, но тут же смягчился. – Что это?

Принц указал на висящий на его шее самодельный талисман из крупного когтя, перемотанный бечёвкой.

-А, это коготь дракона, – похвастался гоблин. — Того самого. Взял с плато сувенир.

-М-м, — задумчиво протянул Алистер. – Те служанки вроде что-то говорили о ведьме-предсказательнице, да?

-Может быть, я не знаю – я же пришёл много позже.

-Расспроси их.

-Что? Я? Спросить что-то у дроу? – глаза Винсана округлились, и стали похожи на две почерневшие от времени монеты. — Но они же посмеются надо мной – стариком-гоблином!

-Просто сделай это, — отрезал принц, не принимая от слуги никаких отговорок.

 

Винсану многих нервов стоило пересилить себя, поскольку гоблинская родовая память до сих пор хранила воспоминания о времени, когда тёмные эльфы ещё не обосновались в Ноксе, а жестокие дроу были здесь царями и  рабовладельцами. Но гоблин всё-таки разузнал у служанок о ведьме-предсказательнице.

-Да, кажется это здесь.

Он привёл своего господина к старой, полуразвалившейся хижине в небольшом, реденьком и светлом, сосновом бору. Крышу ковром покрывал мох, кое-где даже пророс папоротник и показались молодые побеги падуба, так что, будь эта хижина в глухом лесу, её можно было бы и не заметить.

-Ладно, допустим, — скептически оглядев развалюху, принц вздохнул, — где дверь у этого чуда архитектуры?

-Полагаю, спереди, хозяин.

Хижина была настолько старой, приземистой и сложенной из чего попало, что её углы потерялись где-то при строительстве.

-Так, а где у круга перед? – Алистер раздраженно развел руками.

Гоблин раскрыл было рот, чтобы ответить, но не нашел ответа лучше, чем его отсутствие. Так и не издав звука, он закрыл рот под громкий скрип.

-Это у тебя так челюсть скрипит?

-Нет, хозяин.

Они оба уставились на хижину – ничего не изменилось.

-Ты думаешь о том же, о чем и я? – заговорчески прошептал принц.

-Что у круга может быть дверь сзади? – также шёпотом предположил Винсан. – Ну, то есть, у хижины.

-Я подумал о том, что хижина может быть живой, — тихо сказал Алистер, но откашлявшись,  продолжил нормальным голосом. – Хотя, твой вариант мне нравится больше.

Они обошли развалюху – с другой стороны действительно оказалась дверь, причём, открытая настежь. То, что стояло в проёме, не поддавалось никакому описанию, кроме как «срубленное наполовину дерево, которое вдруг решило ожить».

-Здрас-сте, — из вежливости выдавил из себя принц. — Ты, то есть, Вы… Вы – ведьма?

Нечто развернулось, и то, на что Алистер нехотя тратил свои манеры, оказалось спиной. У «ожившего срубленного наполовину дерева» было лицо – морщинистое и покрытое бородавками, но всё-таки лицо.

-Э-эйнсли, — проскрипел голос старухи. — Меня зовут Эйнсли. Ведьма – да-а, это йя-а-а.

Её голос звучал немногим приятнее скрежета ногтей о стекло, и то, как она растягивала гласные – это было невыносимо больно для музыкального слуха эльфа. Ну, хотя гоблину это тоже пришлось не по нраву.

Пока двое незваных гостей морщились и собирались с мыслями, ведьма скрылась в хижине.

-Заходи-ите, — донеслось изнутри. — Бобро пожаловать в мою хату, в мой оплот девственности.

Алистер нервно сглотнул. У Винсана затряслись поджилки.

-Хозяин, может, не надо? – трусливо проканючил он.

-Надо, — твёрдо ответил принц, ну, по крайней мере, постарался ответить твёрдо. — Не можем же мы уйти ни с чем.

Нерешительно они вошли в дом ведьмы – пахло в нём свининой и полынью, а все стены были увешаны чесноком. От такого амбре Винсан готов был потерять сознание – настолько его большой гоблинский нос был оскорблён.

-Коготь, — закрыв нос и рот ладонью, буркнул принц.

Слуга молча стянул талисман и отдал господину, а тот передал его старухе.

-Вот. Нам нужно найти его.

-А-а, ты ищешь своего друга? – улыбнулась ведьма, взяв в руки коготь.

Улыбка не совсем была похожа на улыбку – скорее, на оскал беззубого рта, но на более доброжелательный жест старуха была не способна. Однако немного погодя выражение её лица изменилось, и новая гримаса была откровенно неприятной.

-Мне нужно подумать, — она развернулась к гостям спиной.

А пока ведьма ворожила и гадала, у принца и гоблина успел завязаться спор:

-Я всегда знал, что женщины гоблинов страшные – посмотри на эту!

-Нет, она слишком высокого роста для гоблина! – возмущённо парировал Винсан. – Она определённо  эльфийка!

-Но она слишком страшная, чтобы быть эльфийкой!- принц поморщился. — У неё же столько бородавок!

-Может, она дроу?

-У дроу тёмная кожа, а у этой ведьмы..? – Алистер почесал затылок. – Песочного цвета? Вроде, похож на песочный.

-Или она просто давно не мылась.

-Как и ты.

-Как и я.

Старуха резко к ним обернулась, и собеседники прикусили языки. «Хоть бы у неё было плохо со слухом», — подумал принц, — «ещё одного проклятия я не выдержу». Но, к счастью, ведьма была погружена в свои мысли и ничего из их разговора не слышала. Она озвучила место, где Алистер сегодня же сможет найти дракона, а гоблину вернула его талисман.

-А как же оплата? – топнула она ногой, когда гости уже выходили (точнее, выбегали) из её провонявшей лачуги.

-Точно, — сказал принц, ища кошелёк, — сколько ты хочешь…ААА!

Ведьма выдрала клок волос Алистера и, посмеиваясь, начала его нюхать.

-Моло-о-оденький, — приговаривала она, поднося к носу чёрную, лоснящуюся прядку, — краси-и-ивенький…

 

-Она определенно сумасшедшая, — несколько раз повторил принц, пока они со слугой шли туда, куда им указала ведьма.

Он потирал носовым платком то место, откуда старуха выдрала клок, — кровь никак не хотела останавливаться.

-Хозяин, если будете продолжать, то она не остановится, — предостерёг Винсан, но его господин предпочёл проигнорировать замечание слуги.

Наконец, они пришли – и оказались у высокой отвесной скалы. Тупик.

-Ведьма должно быть пошутила, — мрачно заключил гоблин. — Или поиздевалась над нами.

-Нет, этого не может быть!

Принц никак не мог смириться с тем, что потеря клока волос была напрасной. Он суетился и искал пещеру, где мог бы прятаться дракон. Но всё было напрасно – перед ним был сплошной камень.

– Да ГДЕ? – в отчаянии проревел он. – Где же этот ЧЕРТОВ ДРАКОН!?

Крик Алистера разошёлся эхом.

А когда воцарилась тишина, раздался низкий грудной голос:

-Я здесь.

И принц, и слуга посмотрели наверх: дракон, лениво и важно, устроился на вершине скалы. Это был тот самый дракон – Алистер готов был в этом поклясться: передние лапы белые, как в перчатках, а сам цвета ночного неба, и белые крапинки на крыльях – будто звёзды.

-Спускайся, трус! – принц достал из ножен меч и направил на грозное чудовище.

Но дракон, сладко зевнув, лишь непринуждённо ответил:

-Спущусь, если отгадаешь загадку.

Алистер был взбешён. Но его и противника разделяла такая высота, что пыхтеть и лезть вверх расхотелось.

-Ладно, давай свою загадку.

Улыбаясь глазами (всё-таки, клыкастая пасть дракона к улыбке не приспособлена), величественное создание промурлыкало:

-У кого ноги растут из головы?

Ответа на загадку принц не знал. Он взглянул на своего слугу. Маленькое тельце и нелепо длинные ноги, вечно согнутые в коленях. Покрытые густыми волосами голени и нестриженные ногти. Бррр! Алистера передёрнуло: всё-таки ногти гоблинов – это зрелище не для слабонервных.

-У гоблина? – предположил принц.

Из нутра дракона раздался какой-то непонятный звук, похожий на приглушенный рык. Но уже через мгновение этот звук оформился в смех, который затем перешёл в хохот, разносимый на многие мили горным эхом.

-Не-ет, — закончив смеяться, произнес он, — неверный ответ.

-Как нет?! – вспыхнул Алистер. — Если это не гоблин, то у этой загадки нет ответа!

-Но это не гоблин, — сдержанно ответил дракон, — это каракатица.

-Кто-о?

-Ответ «медуза» или «осьминог» тоже  подошёл бы, но «каракатица» смешнее.

-Да кто это такие?

-Ты когда-нибудь бывал на море?

Принц воздержался от ответа. Он никогда не покидал своего королевства – горы Нокса были и его родиной, и его пожизненной тюрьмой. Такова его доля.

-Ах, море, — дракон мечтательно сощурился. — Там можно хорошо отдохнуть, расслабиться, погреться на солнышке. Или окунуться в глубоководные пучины и увидеть такое, что и вообразить сложно.

Закончив сие лирическое отступление, он расправил крылья. На мгновение все небо заполонила ночь – и дракон, окраской под звёздное небо, улетел прочь.

 

Теперь принц мог подробно описать того дракона, и потому он с новыми силами оккупировал библиотеку. Он искал любое упоминание об этом прекрасном создании: легенды, мифы, сводки похищения скота за последние лет двести…

Алистер, слишком сильно увлёкшись поиском дракона и листанием книг, совсем забыл о том, что у его отца скоро день рождения – 999 лет, великолепное число. Вспомнил только день в день — тогда, когда ему объявили, что в Урлар прибыла его тётушка Терлаг вместе с кузеном Фрейзером, а в столовой уже всё накрыто к ужину. Приличия ради принц решил привести себя в порядок, но, подойдя к зеркалу, он ужаснулся от собственного отражения – в мешках под глазами можно было проносить контрабанду. Хронический недосып ещё никого не красил.

Вместо черного плаща он решил надеть дублет яркого цвета – всё, чтобы перестать быть «невзрачной массой». Вот только оттенок, который Алистер считал «цветом молодой травки», на самом деле был кислотно-зеленым, и потому ещё больше подчеркивал серость его лица.

-Каким же ты красавцем был, — посетовала тётушка, увидев его, — а сейчас – сам на себя не похож. Ты заболел?

Для вида она немного обеспокоенно повздыхала, а затем переключила внимание на собственное чадо. Кузен принца был ребёнком крайне капризным и избалованным. По большей части, в этом была виновата его излишне заботливая мать.

«Если Фрейзера отлучить от семьи и отдать на обучение в какой-нибудь монастырь, из него мог бы получиться толк», — думал Алистер в начале ужина, но, чем больше кузен ел и капризничал, тем больше принц убеждался в несостоятельности своих умозаключений насчет него.

Сам ужин был отвратителен. Нет, еда была прекрасной – отвратительным было всё остальное. Путем сплетен и обсуждения нелепостей, родня принца пришла к выводу, что его болезненное состояние – это «тоска по той девице, которая от него ушла». Устав это слушать, Алистер просто ушёл с банкета, даже толком не поев.

-Глупцы! – воскликнул он, хлопнув за собой дверью, — причины моей хандры куда выше простых любовных переживаний!

-О да, у ребёнка забрали игрушку – благословенного барашка! – пробурчал себе под нос Винсан — выскочивший вслед за господином и едва не зашибленный дверью.

-Ты что-то сказал?

-Не, ничего, хозяин.

-Вот и иди отсюда, смерд безграмотный, — принц снова направился в читальный зал, — займись своими делами, и не мешай мне!

Но своих дел у гоблина не было, поэтому спустя пару часов он как ошпаренный влетел в библиотеку.

-Хозяин! Там… это… ваша тётка… переворот! Заговор!

Винсан «случайно» (а стоит ли верить в такие «случайности»?) подслушал разговор Терлаг с великим камергером Синклиром. И теперь впечатлительный слуга делился с господином информацией: Синклир обещал передать ей руководство над армией.

-Он так и сказал – отдам вам, значит, наших золотых рыцарей!

-Немыслимо, — известие настолько шокировало принца, что он мигом забыл о драконе и начал нервничать уже по другому поводу, — мы должны с этим что-то сделать.

-Убить вашу тётку?

-Нет, идиот, она же моя родня! – Алистер закусил ноготь большого пальца.

Он с детства не грыз ногти, но тут дрянная привычка вернулась к нему. И не такое может произойти, когда твои родственники запланировали вооруженный переворот, а от твоих собственных нервов остались одни ошметки.

-Говоришь, ей помогает камергер? Убьём его!

-Но как, хозяин?

-С помощью яда, — принц коварно ухмыльнулся.

 

Конечно же, яд он поручил приобрести своему слуге. Винсан подошёл к заданию творчески: в лавке у джинна купил синильную кислоту и миндаль, а затем заказал своему знакомому-пекарю пирожные.

И поздним утром (как раз ко времени второго завтрака) Алистер, держа в руках поднос с очаровательными корзиночками с миндальным кремом, ввалился в кабинет великого камергера:

-Мой друг Синклир, доброе утро! Как насчёт выпить чаю?

Тот был в растерянности, но отказать принцу он не имел права.

-С чего вдруг такие почести, Ваше высочество? – поинтересовался камергер, не зная, куда себя деть.

-Ну, ты ведь ближе всего к королю, — Алистер завел разговор ни о чём. — А когда-нибудь – надеюсь, не скоро, — королём стану я. Просто решил, что нам бы неплохо побеседовать. Потолковать. Узнать друг друга. Получше.

Последнее слово он особенно выделил.

Было видно, что Синклир волновался. Принц наслаждался его тревогой, и всё ждал, когда же он возьмет пирожное.

Но камергер не торопился. Он ждал служанок с чаем, потому как негоже портить желудок и перекусывать всухомятку. Служанки, впрочем, тоже не торопились.

-Ваш визит – это такой неожиданный подарок.

-Рад, что доставил тебе сию радость.

Обмен любезностями – Алистер не знал, как ещё можно тянуть время так, чтобы это не выглядело глупым. Но обмен любезностями тоже выглядел глупо.

«Возьми пирожное. Принесите чай. Скажи что-нибудь умное», — повторял про себя принц, обращаясь, соответственно, к Синклиру, служанкам и себе.

-Я служу вашему отцу не так много – всего лет триста, или триста пятьдесят, — после затянувшегося молчания камергер осмелился взять инициативу на себя. – Но я безгранично ему верен – в этом можете не сомневаться.

-О, ну что ты – никто в тебе не сомневается, — Алистер натянуто улыбнулся.

-Ой, нет – триста семьдесят, кажется, — Синклир погрузился в свои мысли и уже мало обращал внимания на кислое лицо принца. — Ох, как быстро бежит время — а я ведь помню вас ещё совсем ребёнком…

«Только не эта тема, ну пожалуйста», — принц внутренне страдал, а камергер тем временем вслух предавался «забавным» воспоминаниям с его участием. Спасти Алистера мог только чай. Но даже когда его подали, Синклир не унялся, а продолжил уносится по волнам памяти.

Чай принесла ушлая служанка-гоблинша. Свою ушлость она проявила тем, что без спроса взяла с подноса пирожное и тут же запихала его в рот. Принц даже не успел ничего сказать – пирожное уже было проглочено. Прям целиком – гоблинша не стала утруждать себя и что-то пережёвывать.

Яд подействовал быстро – служанка рухнула замертво, не успев даже выйти из кабинета камергера.

«Это провал», — Алистер ударил себя по лбу.

 

-Теперь он будет под нас копать! – принц шагами мерил коридор поперёк.

-Не под нас, а под вас, — отметил гоблин, — меня там не было.

-Ах ты мелкий мерзавец! – Алистер схватил слугу за грудки. – Я тебя с собой заберу на встречу с гильотиной!

-Оу, а кто это такая? – даже будучи в состоянии полу-удушения, этот гоблин продолжал шутить. – Судя по имени, она должна быть приятной женщиной!

-И-ди-от, — по слогам разложил принц и отпустил слугу, позволив ему спокойно рухнуть на пол. – Нужно как можно скорее вернуть мою удачу, или мне не выжить. Я убью этого чёртового дракона!

-Опять за старое, — уныло откликнулся Винсан. — Хозяин, объясните мне – идиоту, безграмотному смерду и мерзавцу – как, ну вот КАК связаны смерть дракона и ваша удача?

Вместо ответа слуга получил порцию оскорблений и тумаков.

После принц вознамерился отправить гоблина к ведьме (одного, в наказание), но тот наотрез отказался идти к ней.

-Ты боишься старухи? – пытался пристыдить его Алистер. – У тебя волос толком нет, а те, которые есть – не жалко!

-Не в этом дело – у меня больше нет драконьего когтя.

-Куда ты его дел?!

-Обменял на яд, — Винсан шмыгнул носом. – В лавке «У Дабниса».

Едва гоблин это произнёс, как и он, и Алистер оказались в весьма светлой и приятной торговой лавке, витрины которой были завалены блестящими товарами. Причем «блестящий» — это не оценка высокого качества, а описание – большинство товаров действительно блестели, сверкали и имели невообразимые по своей вульгарности расцветки.

-Добро пожаловать в лавку к Дабнису, — из-за прилавка величаво выплыл джинн, — Дабнис – это я.

-Просто отдай моему слуге коготь дракона, и я заплачу вдвойне за яд, — принц перешёл сразу к делу, стараясь не глазеть по сторонам.

-Никаких возвратов, — развёл руками джинн. – Но у меня есть для вас специальное предложение – одну секундочку.

Джинн испарился.

Алистер тем временем думал: «Не смотреть на блестяшки, не смотреть… а-а, что это за прелесть?» Он взял со стойки с очками одни – с розовыми стёклами. Нацепив их, он заключил:

-Как необычно.

Весь мир предстал перед ним в тёплых, бордово-розовых оттенках. «Блаженство», — подумал принц, ведь это были его любимые цвета.

Расставаться с «розовым миром» ему не хотелось, но когда появился джинн, Алистер солидности ради снял очки и сунул их Винсану. В руках у торговца была какая-то склянка.

-Это – зелье оборотня, — улыбаясь от уха до уха, рекламировал свой товар Дабнис, — может превратить любого в дракона!

-Беру! – принц вырвал бутылёк из рук джинна. – Только у меня нет с собой денег.

-Ничего, — потёр ладони  торговец, — просто запишу на ваш счёт — Алистер, принц Нокса, верно?

-Да-да, — кивнул он и указал на очки, которые теперь украшали необъятный нос Винсана, — это тоже запиши.

-Отличный выбор – как доказали учёные, розовый цвет способствует позитивному восприятию реальности.

-Ни слова не понял, — почесал затылок гоблин, — но мне нравится.

-Как насчёт светящихся носков – они никогда не потеряются под кроватью!

-Их я тоже возьму! – Алистер вошёл в раж.

-О, а это раритет – ритуальная маска большелапов, — Дабнис решил разрекламировать всё, что только можно. – Отпугивает нечисть! Отдам за полцены, и ритуальный барабан призыва – в подарок!

-А кто такие большелапы? – спросил Винсан, но принц тут же наступил ему на ногу.

-Не позорься! – шепотом огрызнулся он.

-Хозяин, а вы сами-то знаете, кто это такие?

-Ну-у, — протянул Алистер, но быстро понял, что выкручиваться бесполезно. – Замолчи и не позорь меня перед иностранцем!

-Камуфляж под медведя, — торговец продолжал восторженным тоном перечислять товары, — он немного сел – отдам с большой скидкой!

-Слушай, — собрался с мыслями принц, — нет ли у тебя чего-нибудь, что могло бы помочь найти дракона?

Джинн ухмыльнулся:

-У меня есть кое-что получше. И пара девайсов в подарок!

 

Алистер оказался настоящим шопоголиком. В итоге он купил у джинна:

— зелье, превращающее в дракона;

— компас, указующий на то, что хочешь найти;

— копьё драконоборца (в подарок к компасу);

-АСЛ (автроструктуратор ловушек) – экспериментальная модель, чудо инженерной мысли;

— ритуальную маску большелапов;

— барабан призыва (тоже от большелапов);

— партию светящихся носков;

— розовые очки для Винсана;

— севший камуфляж под медведя ака «костюм медвежонка» — тоже для него.

Носки принц попросил доставить во дворец. Сам же – в маске с перьями и барабаном на шее, держа в одной руке копьё, а в другой – компас, направился туда, куда указывала стрелка. Рядом семенил гоблин в обновках — медвежонок в розовых очках.

В боевой одёже и при полном параде к ночи они таки нашли дракона. Тот опять забрался на скалу повыше, а навстречу им вышло лохматое, белое создание, которое могло сойти за взрослого медведя.

-Ты не тронешь звёздного дракона! – проревело существо. – И почему ты в маске вождя?!

Оно поиграло мышцами, согнуло-разогнуло пальцы громадных рук, затем – ног, ещё более громадных, чем руки.

-А, так вот как выглядят большелапы, — догадался Винсан и в целях предосторожности отошёл в сторонку.

Алистер трусом не был. Осторожным тоже. Он храбро кинулся на лохматое существо и начал бить его древком копья.

-Хозяин, острым концом! – подсказывал гоблин. – Тыкать, как вилкой в мясо!

-Может, сам попробуешь?! – маска и барабан всё ещё были на нём и мешали свободно двигаться.

Принц продолжал колошматить врага древком, как палкой. Большелап стойко терпел его удары и не отвечал агрессией. Он, конечно, пытался уворачиваться, но ему – большому и неповоротливому – давалось это с трудом.

-Почему бы тебе не ударить в ответ? – спросил дракон, непонимающе глядя на своего «защитника».

-Я пацифист! – заревел большелап. – Сдаюсь! Не надо больше!

После этих слов дракон, разочарованно вздохнув, расправил крылья и улетел.

-Стой, коварный зверь! – Алистер кинул ему вслед копьё, но далеко оно не улетело.

Принц скинул с себя маску и барабан, достал из сумки зелье и залпом выпил. В облике дракона он рванул следом, но, пролетев немного, камнем рухнул вниз. Зелье оказалось короткого действия. Очень короткого.

-Твоему собрату нужна помощь, — большелап обратился к гоблину, искренне сочувствуя недавнему противнику.

-Он мне не собрат, — Винсан едва сдерживался, чтобы не засмеяться. — Этот чокнутый эльф – мой хозяин.

 

Принц был разбит. И морально, и буквально. К счастью, для эльфа он обладал сумасшедшей живучестью. И у него даже оставались силы злиться.

-Может, всё-таки к врачу? – выразил беспокойство слуга, хотя знал, что ответит его господин.

-Ну нет, — Алистер фыркал, цыкал и пыжился, но ковылял к лавке джинна. – Этот хитрожопый торгаш ответит мне за всё!

-По-моему, у него не было той самой хитрой части тела, о которой вы говорите, — гоблин задумчиво почесал щёку, — у джиннов и ног-то нет.

-Замолчи, а?

Принц с ноги вынес дверь мелкой лавчонки с нескромной вывеской «У Дабниса, джинна и великого кудесника». Ночью товары уже не так сияли и переливались.

-Хозяин, гляньте-ка!

Гоблин, стянув с себя очки (которые, кажется, уже едва ли не приросли к его носу), застыл перед окном. В отличие от вышибленной двери, за которой красовались городские постройки Урлара, за ним открывался совсем иной пейзаж, показавшийся коренным жителям гор необычайным и великолепным. Полоска песка, на которую, пенясь, накатывали волны, а дальше – бесконечный простор, покрытый посеребрённой лунным светом водой, протяженностью до самого горизонта.

-Никогда не видел столько воды, — Алистер смотрел, как заворожённый. – И она так плещется! Что это?

-Это Серединное море, — пояснил взявшийся из неоткуда торговец. – Но вы сюда пришли не за этим, да?

Принца очень сильно взбесила его улыбка – такая лукавая и неискренняя, хотя ещё утром она казалась добродушной.

-Да, не за этим, — он уже доходил до точки кипения, — ты продал мне некачественный товар!

-И?

-Я требую вернуть деньги!

Джинн картинно развёл руками:

-Никаких возвратов.

Через мгновение он испарился вместе со своей лавкой, а Алистер со слугой оказались посреди пустой улицы.

-ЧЁРТОВ ДЖИНН!

-Хозяин, будьте терпимее, — Винсан снова нацепил свои очки. — У вас и без того много поводов для волнения. Например, великий камергер Синклир.

Принц злобно зыркнул на своего слугу. Тот трусливо сжался, но продолжил свою мысль:

-Хозяин, я понимаю, что он догадался, что вы хотели его убить. И я знаю, что гильотина – не женщина, я вовсе не идиот.

-О, как же я рад, что ты у нас такой умный! – съязвил Алистер.

-Да, умный! И вот что я хочу предложить – просто свалите всё на меня, – впервые в жизни Винсан почувствовал себя уверенно, и говорил он с небывалой твёрдостью и решимостью. — С вас уйдут все подозрения, а я тем временем сбегу и отсижусь у своей семьи на болотах. Как вам?

С трудом принц переварил всё сказанное гоблином. По окончании мыслительного процесса он выдал:

-Ты понимаешь, что тебя всё равно найдут, где бы ты ни прятался, а ещё и семью твою казнят?

Винсан поджал губы. Это, в купе с костюмом медвежонка, сделало его вид до милости нелепым, и в то же время удручённым.

-Если ты хочешь уйти – скажи об этом прямо, — вздохнул Алистер.

Лицо гоблина озарила улыбка, но тут же погасла:

-Но я же…

-Я никогда не относился к тебе, как к рабу, — перебил его принц. – Ну, за редким исключением.

Алистер вспомнил, как много раз бил и оскорблял своего слугу, причём незаслуженно. А Винсан меж тем был хорошим слугой. Но он достался отвратительному хозяину, который его не ценил.

-Винсан из рода гоблинов – ты свободен, — с чувством задекларировал принц. – А теперь иди.

-Хозяин… то есть, Ваше высочество, — гоблин, приподняв очки, потёр глаза, — у меня есть для вас подарок.

Он сунул руку себе за шиворот и что-то оттуда выудил.

-Вот, — он протянул Алистеру книгу. – Подумал, что она вам пригодится, потому и стащил у джинна.

Книга была небольшой, а её обложку украшало выбитое серебром изображение дракона, всё тело которого покрывали звёзды. Принц был так растроган, что даже не мог ничего сказать. Он молча кивнул Винсану и дружески похлопал его по плечу.

Гоблин, улыбнувшись на прощание, засеменил к городским воротам. Отдалившись на несколько десятков шагов, он обернулся и помахал принцу.

«Как же всё-таки нелепо он выглядит», — подумал Алистер, махнув ему в ответ, — «главное, чтобы его в этом костюме никто не принял за настоящего  медведя и не пристрелил ненароком».

 

У дверей замка принца встретили: плачущий Фрейзер, недовольная и злая (что совсем ей было не свойственно) тётушка, а также Синклир.

-Ваше высочество, — с порога накинулся на него камергер, — как Вы могли такое допустить?!

-Эм? – вяло промычал Алистер. – Пирожные?

-Дело не в пирожных, хотя и о них тоже стоит поговорить, — прошипел Синклир, затем сорвался на крик, — Вы годовой бюджет Урлара спустили в торговой лавке!

Кузен принца заревел с новой силой так, как будто бы для него это что-то значило, а его сердобольная матушка тут же принялась носовым платком размазывать слёзы по раскрасневшемуся лицу чада.

-И теперь вместо того, чтобы подарить коллекцию золотых рыцарей этому очаровательному малышу, — камергер ткнул пальцем на плачущего ребёнка (точнее, почти подростка, и, к тому же, совсем не очаровательного), — мы будем вынуждены продать их!

-С полным вооружением и доспеха-ха-ми, — захлёбываясь слюнями, соплями и слезами, заорал Фрейзер.

Алистера осенило: маленькие игрушечные фигурки, с которыми он играл в детстве — так вот о передаче каких «золотых рыцарей» говорили камергер и его тётя.

-И да, насчет пирожных, — продолжил Синклир уже шёпотом, — они были отравлены!

-Я знаю.

-Да? – камергер сглотнул. – Поймите меня правильно: я вовсе не утверждаю, что подозреваю Вас в этом.

-Но это был я.

Синклир был шокирован такой откровенностью.

-Значит, Вы…

-Да, я пытался тебя убить.

Если можно, будучи в шоке, быть шокированным ещё больше – то вот именно то, что испытал камергер после признания принца.

-Уверен, это было недоразумение, — сглотнув, он попытался сгладить углы.

-Да, недоразумение, — подтвердил Алистер.

И больше ничего не добавил.

-Я жду объяснений, — как бы шокирован он не был, но Синклир быстро оправился.

-Их не будет, — отрезал принц и поплёлся в свои покои.

Камергер проводил его осуждающим взглядом, а тётушка покрутила у виска. Алистер всё это заметил, но у него не было сил даже возмущаться.

Несмотря на усталость, он не смог уснуть. Перина и подушки казались ему то невозможно жёсткими, то слишком мягкими, впрочем, это уже стало привычным. Также уснуть мешали светящиеся в темноте носки, которыми была завалена комната принца.

Зато при их свете удобно было читать – Алистер открыл книгу, подаренную Винсаном. Из книги принц узнал имя звёздного дракона и откуда он. А также ему стало известно, что этот дракон – единственный в своём роде. А точнее, последний из своего рода.

 

«Сегодня всё и закончится».

Ещё засветло Алистер пришёл к горному ручью.

Погода была несносной – небо заволокли тучи. Ветер развивал чёрный плащ принца и его тёмные, длинные волосы. Алистер был похож на огромного ворона, и то, что он не отрываясь смотрел в одну точку, добавляло сходства.

Он повертел в руках коробочку АСЛ, припрятал её в карман. Затем решительно достал меч из ножен и, вдохнув поглубже, прокричал:

-Явись, Илдвайн!

Вспыхнула молния, озарив всё белым, слепящим светом.

-Зачем ты меня позвал? – звёздный дракон возник из ниоткуда прямо перед принцем.

-Чтобы убить тебя! — Алистер поднял меч.

Клинок указывал на сердце дракона. Илдвайн обречённо вздохнул.

-А что тебе даст моя смерть?

Решимости у принца поубавилось. В самом деле – что ему это даст? Действительно ли смерть Илдвайна вернёт ему удачу? Алистер не знал наверняка. Он уже потерял способность здраво мыслить. Возможно, он потерял её вместе со спокойным сном.

В книге было сказано, что Илдвайн исполнит одно любое желание того, кто призовёт его. Может, Алистеру стоило просто попросить о том, что действительно ему нужно?

-Я просто хочу вернуть свою удачу, — выдавил он из себя.

Но дракон в ответ рассмеялся:

-Так никто же её не крал!

-Ты! Ты её украл! Вместе с тем бараном!

-Каким ещё бараном? — Илдвайн наклонил голову набок.

-Золотым бараном!

Дракон закатил глаза.

-А-а-а, то потерянное животное, — вспомнил он. – Он забрался на самую вершину и не смог спуститься, а я помог ему. Ты был там?

У Алистера от злости сердце забилось чаще. В висках стучало, а голова, казалось, вот-вот готова была лопнуть.

-Это. Был. Мой. Баран.

Илдвайн печально вздохнул:

-Мне очень жаль, но я правда не заметил на животном никаких меток о том, что он кому-то принадлежит. Но только скажи – и я разыщу для тебя этого барана.

-Нет. Дело не в баране. Дело в принципе.

-То есть, из-за барана ты хочешь меня убить?

-Да, — принц встал в боевую стойку, — борись со мной, Илдвайн!

Едва дракон услышал своё имя, его глаза вспыхнули огнём.

-Слушаюсь, — ответил он, и кинулся в атаку.

Алистер хоть и обезумел от недосыпа, но вовсе не тешил себя победой над драконом в честном поединке. Увернувшись от удара когтистых лап, он достал из кармана АСЛ. Чудо инженерной мысли полетело под брюхо Илдвайну. Раздался скрежет и противное жужжание. Вспышка – и дракон пал, крепко связанный верёвками.

-Готовься к смерти, — принц крепче сжал рукоять меча.

Дракон в неистовстве пытался вырваться из пут, но, отчаявшись, произнес:

-Если ты знаешь моё имя — то знаешь, и что будет, если я умру!

Рука Алистера дрогнула. В книге было сказано, что если последний звёздный дракон умрёт – вся магия уйдет из мира вместе с его душой.

-Этого я и добиваюсь, — он занёс меч для удара, — не будет магии – не будет и проклятий.

Илдвайн молчал. В его янтарных глазах принц увидел страх, а также собственное отражение – безумец с перекошенным в гневе лицом.

Алистер опустил меч. «В кого я превратился», — он осознал, что слишком долго был одержим гневом и глупыми амбициями, бессмысленными и никому не нужными.

Он разрезал верёвки, сдерживавшие дракона. Илдвайн поднялся, встрепенулся и расправил крылья.

«Сейчас он улетит», — подумал принц, — «а я, наконец, высплюсь».

Огромная сила отбросила его, боль окутала всё тело. Придя в себя, Алистер увидел, что его придавила к земле когтистая драконья лапа.

-Коварная зверюга.

-Именно поэтому я до сих пор жив.

Илдвайн ухмылялся во все свои триста двадцать клыков (или сколько их там у драконов).

-Ну, давай, — устало пробурчал принц, — убей меня.

-Даже молить о пощаде не будешь?

-Не-а.

Дракон перестал скалить зубы и отпрянул.

-Да у тебя глубокая депрессия, — заключил он и убрал когти. – Тебе нужно отдохнуть.

-Отдых мне бы не помешал, — согласился Алистер. – Могу я загадать другое желание?

-И чего же ты хочешь на сей раз?

-Я хочу увидеть море.

 

Первое, что сделал Алистер, очутившись на побережье Серединного моря, – зайцем пробрался в «Удивительный океанариум», где узнал у гида, кто такие каракатица, осьминог и медуза.

Затем он продал меч и верхнюю одежду, а на вырученные деньги нанял судно с водолазным колоколом, чтобы окунуться в море и посмотреть на настоящий коралловый риф.

Итак, он остался в одних портках, без денег и планов на завтрашний день, зато теперь он был по-настоящему счастлив.

-И на что же ты, смертный и зависимый от денег, собираешься жить? – в шутку поинтересовался Илдвайн.

Он нашёл Алистера лежащим на горячем песке, и явно довольным жизнью: тот загорал, слушал морской прибой и ни о чём не думал.

-У тебя когти слоятся, — ответил принц, — я их собираю и продаю – они в большой цене у алхимиков.

-Находчиво, — похвалил его Илдвайн. — Домой вернуться не хочешь?

-Пока нет, — улыбнулся Алистер. – Я ещё недостаточно загорел, недостаточно отдохнул, и, к тому же, у меня есть счёты с одним торговцем-джинном, который держит лавку неподалёку.

-Да, джинны – поганый народец, — усмехнулся дракон. – Без них отдыхать здесь было бы куда приятнее.

-Да ладно – мне и так хорошо, — на душе принца наконец наступил покой, который ничто не могло нарушить.

-А вот мне нужно лететь, — не без сожаления сказал Илдвайн, — я не могу надолго задерживаться на одном месте.

-Мне будет не хватать тебя, друг, — Алистер поднялся на локтях, — но ты ведь ещё вернёшься?

-Конечно! — кивнув, дракон расправил крылья и взметнулся ввысь.

А принц снова опустился на песок и продолжил предаваться неге.

читателей   360   сегодня 2
360 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 4,50 из 5)
Загрузка...