Свобода это ра…

Мэтт стоял на носу воздушного корабля и наслаждался победой.

Наконец-то! Наконец-то он богат! Больше не придётся скитаться по пустошам, хватаясь за случайную работу – тяжёлую и малооплачиваемую. Серьёзно, перегонять скот или гнуть спину на плантациях – разве этим разбогатеешь? Другие варианты немногим лучше. Старателям везёт редко. Мэтт видел их в салунах, оборванных, воняющих, тратящих последние деньги на выпивку. Добыча драконьего газа теперь под властью Конфедерации – не то, что раньше. Можно, конечно, пойти в наёмные рабочие, наслушавшись зазывал, но… Нет, работяг Мэтт тоже видел. Повезло, если отделались парой пальцев или двумя-тремя шрамами. Иные оставались без рук, ног или глаз – и всё, что им светило, это просить милостыню на городских площадях.

Нет, Мэтту явно улыбнулась удача. Пять тысяч золотых – и почти не рискуя!

Дело за малым. Перелететь Мёртвые земли, миновать Лунный залив (если облачность будет как сейчас, Мэтт не увидит ни первого, ни второго) – и встречай героя, о славный Юг! Места там дикие, государственные щупальца дотуда ещё не дотянулись, короче – живи, как вздумается. Мэтт ещё не знал, чем займётся – торговлей, добычей полезных ископаемых или исследованием необжитых земель (говорят, там полно сокровищ) – он планировал разобраться на месте. Может, просто построит себе домик-форт, заведёт жену или две, и будет наслаждаться закатами, покуривая местный табак.

Женский голос прервал его грёзы:

– А ну опускай эту штуку! Живо!

Мэтт вздрогнул. Обернулся, выхватывая револьвер…

– Не это ищешь?

Револьвер был в руках девушки. А у Мэтта – пустая кобура.

– А теперь плавно, без резких движений – опускай корабль. Ну!

Её голос дрожал. Да и сама она дрожала. Видимо, ещё не отошла от действия шокера. Провалялась в беспамятстве несколько часов, очнулась над облаками – не позавидуешь.

Мэтт не растерялся.

– Уже проснулась? – улыбнулся он своей обаятельной улыбкой, от которой другие девушки таяли. – Не думал, что это случится так скоро.

– Становись за штурвал! Не то буду стрелять!

– Убьёшь единственного пилота? И кто тогда посадит корабль?

Девушка смутилась, и Мэтт шагнул ей навстречу. Улыбка-соблазнение пока не действовала. То ли из-за трёхдневной щетины, то ли из-за того, что девушка была заложницей, а не привычной Мэтту дочерью фермера. Но ничего, он сладит и с этой.

– Не приближайся!

– Успокойся, я не причиню тебе вреда.

– Не подходи! Слышишь? Вставай за штурвал и опускай корабль!

– Я бы с радостью это сделал. Но… видишь ли, не всё так просто. Двигатель Шойера – вещь тонкой настройки. Любое неосторожное движение, и мы сорвёмся в пике. К тому же, концентрация драконьего газа в оболочке не должна превышать определённой нормы, а сейчас полдень, мы движемся по ветру и…

Убалтывать Мэтт умел. Но пленница была настроена решительно:

– Врёшь!

Верно. Мэтт врал. И пока врал, продвигался вперёд, осторожно перешагивая через мешки с золотом. Сейчас он был уже на середине корабля, а девушка стояла на корме, прижавшись талией к фальшборту. Ещё полпути, и он выхватит револьвер из рук этой нахалки.

– Опускай корабль. Ниже облаков, чтобы я видела землю. И поворачивай назад. Я буду стрелять. Не шучу. Выстрелю тебе в ногу! Или в…

– Да? – Мэтт сделал ещё шаг.

– А сам догадайся.

Он сморщился, как от лимона. Ну правда – нахалка.

– Поверь опытному пилоту, в данной ситуации это решительно невозможно.

– Выстрелить тебе по одному месту?..

– Опустить корабль.

– И почему же?

– Мы покинули Конфедерацию, под нами – Мёртвые земли. Ты сама не захочешь на них оказаться. Поверь, на берегу Лунного залива я спущу тебя на землю, обещаю. Там полно портов, как-нибудь доберёшься до своего захолустья. Просто положи револьвер и успокойся, хорошо? Я не причиню тебе вреда.

– И с какой стати я должна тебе верить?

– Я похож на негодяя?

– Ты – грабитель банков!

– Ну… – Мэтт развёл руки в стороны, как бы сознавая свою вину. Он преодолел уже две трети крошечного судёнышка и стоял в нескольких шагах от девушки. – На самом деле – нет. Это был первый и последний раз. Клянусь.

Девушка целилась прямо в него. Нахмурившись, стиснув зубы и чуть ли не пылая огнём из глаз, она выглядела весьма внушительно. И решительно. К тому же, как заметил Мэтт, она перевела револьвер из режима шокера в боевой. Наверное, случайно – это и впрямь глупо, убивать единственного пилота. Если она выстрелит, у парня в груди образуется дыра. Радости от этого мало.

Он вздохнул:

– Да, я ограбил банк. Сознаюсь. Но в остальном, я честный и порядочный джентльмен. Сморкаюсь в платочек, прикрываюсь ладонью, когда чихаю и держу вилку в левой руке. И уж тем более, не причиняю вреда прекрасным леди. Ни при каких обстоятельствах.

Руки пленницы дрожали. Указательный палец впился в спусковой крючок. Между Мэттом и ней оставалось каких-то полтора шага.

– Поверь. Если бы я хотел, я бы уже сделал это. Понимаешь? Да-да, пока ты спала. Но ты проснулась целой – да я даже смотреть в твою сторону не думал. Единственное, зачем ты мне была нужна, это прикрытие. Не хотелось, чтобы шериф продырявил оболочку аэростата или что-нибудь ещё. Всё. Ты свою функцию выполнила, от тебя мне больше ничего не нужно.

Он замолчал. Давай же, мужское обаяние, действуй! Никогда ещё ты не подводило, вот и сейчас сработай. Пусть этот конфликт разрешится мирно.

Но девушка не думала опускать руки. Злоба, ненависть, боль – всё что было у неё внутри, до последней капли – сейчас отражались на её милом лице.

– А вот и флот конфедератов, – сказал Мэтт, уставившись в точку за спиной пленницы. – Тебя спасать прилетели. Плохо дело.

Уловка сработала. Девушка обернулась, и Мэт схватил её за руку.

Последовала борьба.

Выстрел.

Боль.

– Эй, мой револьвер!

Мэтту потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что произошло. Эта девчонка – не просто человек. В ней течёт кровь аборигена. Может быть, одна шестнадцатая или даже одна восьмая. Только сейчас он заметил, что глаза у заложницы чуть больше положенного, радужка желтее, чем у нормальных людей, а под толстым слоем косметики проступают едва заметные полоски. Наверняка, под юбкой у неё и хвостик есть. Не такой длинный, как у чистокровных новви, но всё же.

Впрочем, пёс с ним, с хвостиком. Аборигены владеют магией. Школа целительства, как они сами это называют. Только никакое это не целительство. Для своих – да. На словах – да. А вот попробуй к ним подступись, вырубят одним прикосновением. Что-то вроде встроенного шокера. Также, они невосприимчивы ко многим ядам, проклятиям, чарам колдунов и так далее. Мэтт догадался – увы, слишком поздно – почему девица проспала всего несколько часов.

Дьявол!

А ещё она выронила его револьвер. Прямо за борт.

– Ты хоть понимаешь, что ты наделала? – спросил Мэтт вставая. Всё тело болело, как от удара дубиной. – Это не просто револьвер, это подарок от бабушки!

– Она тоже банки грабила?

– Пфф, банки! Однажды, она остановила целый караван. И в одиночку угнала табун лошадей.

Девушка побледнела.

– Вот-вот. Такая она была – моя бабуля. И если ты думаешь, что…

– Мы падаем!

Мэтт замолчал. Он вдруг понял две вещи.

Первое: перевес теперь не на его стороне. Револьвера он лишился, а хрупкая девушка, оказывается – сильный маг. Но не в этом проблема.

Второе – дыра в аэростате. Случайный выстрел пробил оболочку, и драконий газ быстро выходил наружу. Несколько минут, и они грохнутся об поверхность. Пополнят Мёртвые земли своими мёртвыми телами.

– Мы падаем! Сделай что-нибудь! – пропищала девушка, вцепившись в поручни. Вся злость из её взгляда мигом улетучилась. – Пожалуйста!

Мэтт кинулся к штурвалу, перескакивая через мешки с золотом. Потянул на себя, в попытке выровнять корабль. Тщетно! Они вошли в густые облака, скорость только возрастала.

– Знаешь, если я назвал себя хорошим пилотом, это совсем не значит, что нужно проверять мои навыки на практике. К тому же – в экстремальной ситуации.

Он судорожно щёлкал рычажками и тумблерами, пытаясь сделать хоть что-то. Ничего не выходило.

– К тому же, красавица, я немножко приврал. Не такой уж я и хороший пилот. Я всего второй раз в воздухе. И впервые – за штурвалом. Я понятия не имею, как управлять этой штукой. Кроме, разве что, самых азов…

Корабль вынырнул из облаков. Увидев столь близкую землю – Мёртвую землю – Мэтт осознал всю горечь иронии. Да, он разбогател. И что? Первый день его новой жизни, счастливой и безбедной, станет одновременно и последним. Смешно?

Ну уж нет! Мэтт снова потянул штурвал на себя, и…

– Сработало! – возликовал он. – Мы замедляемся! Иии-хо!

Он ещё раз переключил тумблеры, и корабль пошёл совсем плавно. Нет, они до сих пор падали, и приземление будет жёстким, но, по крайней мере, они останутся живы.

Мэтт обернулся, чтобы поделиться хорошей новостью и застыл в ужасе.

– Что ты делаешь?!

Девушка выбрасывала мешки с золотом. За борт! Изначально их было четырнадцать, сейчас осталось всего три. Два на палубе, один – у неё в руках. Раз – исчез и он. Девушка нагнулась за следующим.

– Прекрати!

– Я спасаю наши жизни, идиот!

Так вот что замедлило падение. Мэтт до того опешил, что забыл об управлении кораблём. Потребовался толчок воздушной ямы, чтобы вспомнить. Ладно, за золотом можно вернуться. Главное сейчас – мягко опустить зад.

– Ого!

Мэтт заметил впереди город. На вид – заброшенный. Покосившиеся дома, дырявые крыши, занесённые песком мостовые. В центре – вышка, из тех, что используются, чтобы качать драконий газ из недр земли. Рядом несколько цистерн.

Корабль летел прямо на город.

– Держись крепче, красавица!

Мэтт стиснул челюсти. Судно перестало слушаться, скорость будто бы увеличилась. Раз – и они чиркнули днищем по старой крыше. Слишком быстро, слишком! Мэтт дёрнул штурвал, и вывернул на широкую улицу. Он даже не обратил внимания на странное поведение прохожих (в заброшенном-то городе!) – не до того сейчас было.

Удар! Скачок, несколько секунд в воздухе. Снова удар! Они проехались по грязи, оставляя позади борозду и большущее облако пыли.

– Слава левой пятке великого прародителя! – выдохнул Мэтт, когда корабль замер. – Ты цела?

Их догнало облако пыли, и Мэтт закашлялся. Палуба накренилась. Девушка сидела в позе «мисс неуклюжесть». Одной рукой она держалась за ванты, другой убирала волосы с лица. Оболочка стратостата быстро сдувалась. Она стелилась рядом с кораблём, как одеяло.

И люди. Место катастрофы окружила толпа. Мэтт прищурился, его глаза слезились от пыли, и он не мог разглядеть зевак, как следует. Одни лишь силуэты. И было в них что-то странное. Неловкие движения, робость, абсолютное молчание. Даже дети – а в толпе их было несколько штук – и те не издавали ни звука.

Зато пленница постаралась за всех:

– На помощь! Меня похитил грабитель банков! Эй, кто-нибудь позовите шерифа!

Мэтт, кашляя и пуская слёзы, шикнул на неё:

– Тихо! Молчи!

Девушку это удивило:

– Боишься попасть в тюрьму? Что ж, ты это заслужил.

– Это Мёртвые земли! Понимаешь?

– И?

– Не доходит? – Мэтт говорил громким шёпотом с перерывами на кашель. – А? Мы не в Конфедерации, и это – не люди!

Девица громко хмыкнула и взялась за старое. Помогите, позовите шерифа – и всё в том же духе. Пыль потихоньку рассеивалась, и Мэтт с грустью осознал свою правоту. Окружившая корабль молчаливая толпа – а с каждой минутой народу прибывало – состояла не из людей.

Вернее, из людей, но из мёртвых. Серая кожа, потускневшие глаза, трупные пятна и неуклюжие движения.

– Да. Это зомби, – подтвердил Мэтт, когда девушка прекратила орать и тупо уставилась на него. – Дошло?

Она кивнула.

– Когда-то давно, по Мёртвым землям, тогда ещё Живым, прошлась эпидемия. Часть людей умерла, часть превратилась в ходячих мертвецов. Позже, их всех перебили, но земли так и остались незаселёнными. Как видно, перебили не всех.

– Да понимаю я! Тоже слышала эту историю, можешь не считать меня дурочкой. Что будем делать?

Мэтт почесал подбородок.

– Теперь жалеешь, что поступила глупо?

– Сейчас не время пререкаться!

– Да ещё и револьвер мой потеряла. А ведь всё могло закончиться благополучно. Высадил бы тебя на Лунном заливе, может, даже частью денег поделился, всё-таки ты мне здорово помогла. Знаешь, если бы не твоё поведение, ты могла бы стать отличной напарницей…

– Что будем делать?! – едва не завизжала девушка.

Даже зомби, какими бы хладнокровными они ни были, отшатнулись. Мэтт пожал плечами – мол, не знаю, нет у меня запасного плана. Он хотел уже как-нибудь отшутиться, как заметил двух человек.

Именно человек, не мертвяков. В синих мундирах, с винтовками и верхом на лошадях, они подъехали к кораблю.

– Эй, там, вы в порядке? – спросил парень с густыми чёрными усами.

– Помогите! Меня взял в заложники грабитель банков! Позовите шерифа!

Мэтт ударил себя ладонью по лбу. Не будь эта девчонка магом, он заткнул бы ей рот. Что-то во всадниках его насторожило. Вроде, обычные ребята, но нет – обычные рядом с ходячими трупами не живут. Да ещё и в заброшенном городе.

– Не бойтесь, мы сейчас их отгоним, – сказал усатый.

Управляясь с зомби, словно со стадом овец, оба наездника расчистили улицу. Кто-то из живых трупов скрылся в домах, остальные просто отступили на дощатый тротуар.

– Позовите шерифа и арестуйте этого человека! – не унималась девушка.

– У нас нет шерифов, – ответил второй всадник. – До границ Конфедерации отсюда несколько дней пути. Мы тут сами по себе, никакой власти.

– Отлично, – произнёс Мэтт. Он сам не понял, сказал он это с сарказмом или же облегчением. – По крайней мере, за решётку я не угожу.

Девушка насупилась.

– Тогда просто схватите его! Он преступник. И, если можно, отправьте меня на север. Или хотя бы просто дорогу укажите. Не бойтесь, не пропаду. Моя прабабка была новви, мы умеем выживать в пустошах.

Мэтт снова хлопнул себя по лбу. На этот раз – другой рукой. Если у этой девушки есть жених, то ему не позавидуешь. Бедный парень!

Усатый всадник ответил:

– Мы здесь живём по своим законам. На все ваши вопросы ответит мэр Стоун. Спускайтесь, мы вас проводим.

Мэтт посмотрел на небо. Через пару часов начнутся сумерки. Конечно, он всей душой желал выбраться из города, полного трупов, но встречать ночь посреди Мёртвых земель – тоже радости мало. Остаётся лишь надеяться, что этот Стоун окажется приличным человеком.

Ещё раз посетовав, что у него нет револьвера, Мэтт спрыгнул на землю. Он даже не подумал подать руку девушке (ещё чего, вдруг снова своей магией шарахнет), и ей пришлось спускаться самой. Всадники медленно поехали по улице. Мэтт и его спутница пошли следом.

Снизу город выглядел хуже. Дома серые, пыльные, с выбитыми окнами и зловещей чернотой внутри. Когда-то давно здесь кипела жизнь. Сохранились вывески банков, магазинов, баров и отелей. Грязные и перекошенные, они лишь усиливали зловещее впечатление.

Мёртвое. Всё – мёртвое. Люди, дома, скелет лошади у коновязи, вросший в землю. Даже воздух и низко зависшие облака – Мэтт не чувствовал в них жизни.

Он обратил внимание на квартал, бывший когда-то парком. Трава и деревья сгорели, оставив после себя пепелище. Фонтан почернел. А главное, это место использовали, как свалку. Стащили сюда всё, что могло напоминать о прошлом: детские игрушки, красивую одежду, посуду, предметы интерьера, книги. Наверное, со всего города, из каждого дома – просто принесли и бросили в пепел. Пусть лежит, перемешиваясь с пылью и сажей.

Всадники спешились возле массивного трёхэтажного здания, похожего на крепость. Оно единственное во всём городе не выглядело покинутым. Стёкла целые, на окнах – занавески, Мэтт даже разглядел герань в горшке.

«Муниципалитет Либертауна» – прочитал он над входом.

– Сюда, – сказал усатый.

Они прошли внутрь, миновали широкий холл и очутились в столовой.

– Побудьте пока здесь. Присаживайтесь, не стесняйтесь. Сейчас накроют ужин, а я позову мэра.

Мэтт осмотрел помещение. Было видно, что за ним следили – смахивали пыль с полок, полировали лысины статуй, даже фигурки на камине периодически сдвигали, чтобы протереть под ними. Но всё это – начиная с картин и заканчивая книгами – из прошлой эпохи, из тех времён, когда в городе жили люди. Нынешние хозяева, кем бы они ни были, лишь поддерживали порядок, не более.

Единственным исключением был стол. Большие напольные часы пробили шесть вечера, и появилась служанка. Не человек – зомби. Мэтт отошёл к стене, притворившись одной из статуй. Служанка на него даже не посмотрела. Двигаясь словно механизм, она накрыла стол на пять человек. Это заняло всего несколько минут.

– Что, испугался? – спросила мэттова спутница. Её саму немного трясло и подташнивало. У служанки время от времени выпадал глаз, и та резким движением вставляла его в орбиту. Это зрелище не каждый осилит. – А, сдрейфил, грабитель банков?

Мэтт решил не хорохориться. Это глупо.

– Мы оба в большой опасности. Разве тебе не кажется это странным?

– Что именно?

– А всё! Люди, живущие с мертвяками, толпы ходячих трупов, древний город среди Мёртвых земель?

Она отмахнулась. И наградила Мэтта презренным взглядом. Чем-то средним между «я на одну восьмую новви, мне это не страшно» и «уж лучше оказаться в городе, полным зомби, чем на одном корабле с тобой!».

Мэтт фыркнул.

Вскоре появились хозяева. Те двое парней в синих мундирах, и полная женщина с седыми кудряшками. Она представилась, как мэр Стоун. И в самом деле, кто говорил, что мэром обязан быть мужчина? В добавок к должности главы города, она являлась матерью обоим парням.

– Присаживайтесь, не стесняйтесь, – сказала Стоун.

Сама она уселась во главе стола, где дымилось аппетитное на вид жаркое. Сыновья опустились по бокам, девушка села чуть поодаль. Мэтт хмуро посмотрел на вошедших в зал мертвецов. С полдюжины, все вооружены винтовками.

– Не обращайте внимания, это для нашей же безопасности.

Мэтт сел, но к еде не притронулся. «Не голоден» – отрезал он. На незаданный вопрос, откуда мясо и овощи, Стоун ответила. Мол, у них на окраине небольшая ферма. Есть коровы, лошади, мелкий рогатый скот и приличный огородик. Работают мертвяки, но еда не заразна.

– Я поел утром, – соврал Мэтт.

– Хотя бы воды хлебните, – Стоун указала на кувшин. – У вас вид человека, мучимого жаждой.

Это было правдой. Мэтт налил себе в жестяную кружку, отхлебнул. Обычная колодезная вода, некипячёная. Её пили и остальные, вот только за их шкуры Мэтт не беспокоился. Матушка Стоун себя не отравит, сынишек тоже, а у девчонки врождённый новвийский иммунитет.

Мэтт похлёбывал воду, словно дорогое вино, и думал, как бы отсюда выбраться. Взять коня, отыскать хотя бы один мешок с золотом, двинуться к югу – города Лунного залива хоть и подчиняются Конфедерации, но в них он будет чувствовать себя намного спокойнее, чем здесь. Тем более, оттуда всего один рейс до Юга.

Мэр Стоун всё болтала и болтала. Рассказывала, как тут всё устроено. Что в городе всего трое живых, остальные – зомби. Говорила, что это не так уж и трудно, управлять мертвецами. Что это почти идеальное общество, а трупы – лучшие граждане, о которых можно только мечтать. Ни преступности, ни драк, ни нарушений законов. Сделают всё, что им прикажешь.

Говорила она долго.

А потом…

Нет, вода всё же была отравлена. Позже, когда Мэтт возвращался в воспоминаниях к этому моменту, он отчётливо это понимал. Вот он сидит, трезвый, обдумывающий побег, а вот его, с заплетающимися ногами ведут в спальню. Девицу и вовсе несут на руках, будто невесту.

– Поспи, ты устал, – говорят ему. – Утром проснёшься обновлённым, полным сил. Тебе понравится в нашем городе, не сомневайся.

А ещё – странный сон.

Нет, действительно странный.

Мэтт стоит посреди незнакомой комнаты. Рядом – широкая кровать с балдахином. У дверей – она. Та самая девушка, которую он взял в заложницы, когда грабил банк. Только презрение, ненависть и нелюбовь – всё это исчезло из её взгляда. И вообще, сейчас она какая-то другая. Верхние пуговицы блузки расстёгнуты, волосы растрёпаны, а рот слегка приоткрыт. И страсть во взгляде.

Мэтт шагает ей навстречу. Она шагает ему, плавно виляя бёдрами.

Он чувствует её запах. Глаза большие, очень большие. Грим почти смылся, полоски проступают ярко, как боевая раскраска. Мэтт кладёт ей руки на талию, опускает ниже – то ли в поисках новвийского хвостика, то ли в поисках застёжки на юбке. Она обнимает его за шею.

Целует…

И чары спадают. Мэтт, конечно, пытается повторить поцелуй, но вместо этого получает пощёчину.

– Проснись, идиот!

– Эй, больно же!

Последовал ещё один удар (удар, потому что на пощёчину он не походил), и Мэтт окончательно вернулся к реальности. Вот они, стоят тут вдвоём, в опасной близости от кровати, а ведь снаружи – город, полный мертвяков.

– Боюсь, ты оказался прав, – сказала девушка, отступая назад. Поправив юбку и застегнув пуговицы блузки, она добавила. – Ну что, любовник, доволен?

– Чем?

– Своей правотой?

– Да не особо, – пожал плечами Мэтт.

– И что будем делать?

Он с сожалением посмотрел на кровать. Ладно, это ещё успеется. Главное, выбраться отсюда живыми. Во всех смыслах. Мэтт был уверен, что его не просто так опоили-околдовали, а грядущий секс был не просто сексом. Вся эта несуразица планировалась лишь с одной целью – превратить их обоих в зомби. Мэтт в этом не сомневался.

– Что будем делать? – повторила девушка.

– Вернёмся в столовую. Уже вечер, должны были подать чай, а ты, наверное, знаешь, как я люблю чаепития. Надеюсь, у них есть тортики?

– Ох, парень!..

В этот момент двери распахнулись и в комнату вошли трое. Кто же? Да всё те же лица – мамаша Стоун и два её сынишки.

– Очень жаль, что вы не оценили наше гостеприимство, – покачала головой она.

Мэтт заметил у неё в руке револьвер. У парней были винтовки: безусый как раз заряжал одну магическими кристаллами.

Ну уж нет, он им не дастся! Мэтт рванул к выходу и был сражён ударом шокера.

– Очень жаль, – повторила Стоун, обездвиживая следом его спутницу. – И да, у нас нет тортиков, – добавила она, склонившись над корчившимися гостями. – От них растут животы, а нам это не нужно.

Тряхнув своим необъятным телом, она скомандовала:

– В клетку их, мальчики! И влейте им в глотки коктейль, предыдущей дозы оказалось маловато!

Мэтт всё это слышал сквозь туман и боль. Пошевелиться он не мог, сделать что-то – тем более. Единственное, что оставалось, это терпеть. И пытаться как можно скорее прийти в себя.

Когда ему это удалось, он стоял на четвереньках и пытался блевать. Даже пальцы в рот засунул, чтобы облегчить процесс. Часть жидкости выплеснулась на пол, но часть (особенно её мерзко-сладкий привкус) осталась внутри.

Мэтт, шатаясь, вскочил на ноги. Колени подкосились, и он упал. Вернее, упал бы, не схватись за прутья решётки. О, как удачно! Мэтт дёрнул пару раз, проверяя её на прочность. Крепкая, зараза!

Они находились в небольшой камере полицейского участка. В прежние времена, когда город населяли живые и не обезумевшие, как мадам Стоун, люди, этот полуподвал служил тюрьмой. Долго тут не держали – серьёзных преступников отправляли в заведения понадёжней. Здесь же проводили ночи пьяницы, мелкие дебоширы, пойманные за руку карманники и прочий сброд. Мэтт и сам пару раз оказывался в подобных камерах.

Снаружи караулили два мертвяка. В проходе между клетками стояло кресло, а в нём восседала госпожа Стоун. С револьвером на коленях и книжкой детских сказок в руках.

– Мам, можно мы спать пойдём? – спросил заглянувший в коридор усатый. – Уже поздно, а мы устали.

– Хорошо, – мэр оторвалась от книжки. – Только не забудьте почистить зубы. И поцелуйте друг друга в щёчку, а то мамочка занята.

Когда усатый скрылся, женщина отложила книгу в сторону. Посмотрела на пленников с улыбкой доброй бабушки на лице.

– К утру вы станете моими слугами, – сказала она. – Сопротивление бесполезно.

Мэтт прикусил губу и оторвался от решётки. Бесполезно. Всё бесполезно. Он слаб, он накачан ядом, снаружи дежурят зомби и безумная старуха, а камера надёжна заперта. Абсолютно никакой надежды на спасение.

Девушка застонала. На вид ей было даже хуже, чем Мэтту. Она сидела на койке, схватившись за живот – бледная, напуганная, с потускневшим взглядом.

Одно утешение. Перед смертью (или как назвать это состояние, когда превращаешься в ходячий труп?) они займутся любовью. И Мэтт наконец-то узнает, есть ли у неё хвостик.

Впрочем, какая теперь разница?

– Зачем мы вам? – спросил он. – Ради двух пар мёртвых рук? Глупо! У вас целый город зомби. Неужели мало?

Женщина молчала и улыбалась. Девушка боролась с тошнотой.

– К тому же, я криворук. Рабочий из меня так себе. Не верите – спросите у моих прежних работодателей. Письмо напишите, что ли.

– Любая сила полезна, – сказала Стоун.

Мэтт не сдавался:

– Я банк ограбил. Растерял половину золота в пустыне, – он кивнул на свою сокамерницу, – но это не беда. Отыщем. Могу с вами поделиться. Мне всё равно много не утащить, а вам финансы не помешают. Город отстроите, прикупите вещей, шмотья. Не смотрите на меня так, я говорю чистую правду.

Мэр Стоун возразила:

– Допустим, что так. Только зачем вам свобода?

Мэтт возмутился – ну что за глупый вопрос. И хотел было на него ответить, как женщина резко сменила тему:

– На самом деле, ты прав. У меня полно рабов… вернее, граждан, как говорят мои мальчики. Две пары рук, одна из которых, по её утверждению, криворука – капля в море. Я могла бы вас просто отпустить.

– Так отпустите!

– Тише. Видите ли, я изобрела средство, которое превращает людей в зомби. Думаете, эта болезнь неконтролируемая? Как бы не так!

И Стоун пустилась в длинное рассуждение о природе зомбирования. Мэтт мало что понял из её научной лекции. Вернее, всего одну вещь – этой женщине удалось придумать способ, как превращать людей в универсальных рабов. И подчинить их себе.

– Моё средство работает. Я уверена в этом. Есть только одна проблема. Перед тем, как начать победоносную экспансию на север, я должна испытать его на живых людях. Надо же знать, в каких пропорциях подмешивать коктейль в питьевую воду. Так что, у вас очень важна роль, ребятки. Ключевая, я бы сказала.

Спутница Мэтта впервые подала голос:

– Что? – произнесла она сдавленно. – Вы хотите завоевать Конфедерацию?

Мэр расхохоталась. Так задорно, что револьвер чуть не упал у неё с колен.

– Как будто что-то плохое! – произнесла она сквозь смех. – Нет, ну в самом деле! Сильный всегда подчиняет слабого. Конфедерация уничтожила большие племена новви, которые ещё лет сто назад владели этими землями. Слабые племена она загнала в резервации. Если бы могла заставить пахать на добыче драконьего газа – будь уверена, она сделала бы и это.

– Это не то же самое, что превращать людей в мертвецов! В рабов с пустыми мозгами!

Стоун вытерла выступившие в уголках глаз слёзы. Достала зеркальце, поправила кудряшки. Улыбнулась:

– Моя сладенькая! Помимо новви, Конфедерация обложила бизнес чудовищными налогами. Такими, что честным парням, вроде твоего друга, некуда податься, и они идут грабить банки. Драконий газ принадлежит им, золото и прочая руда – тоже. Открой лавочку, и они обдерут тебя до нитки.

– Это не рабство!

– Это шаг к нему. Моё открытие не столь уникально. Рано или поздно, кто-то из правительства до него додумается, и сделает то же самое, что хочу сделать я. Подумай сама. Любое государство мечтает о таких гражданах, как мои подданные. Честные, послушные, трудолюбивые и ничего не просящие взамен, кроме простой еды и крыши над головой. Золото, а не граждане!

Девушка едва не зарычала. Видать, дух свободолюбивых новви в её крови превозобладал над здравым смыслом. Как и страх за друзей и близких. Наверняка, у неё кто-то остался – там, на севере.

Сам же Мэтт молчал. Думал, почёсывая небритый подбородок.

– И тут возникает вопрос, – продолжала мэр, – если я могу сделать первый шаг, то зачем ждать? Если мы всё равно рано или поздно к этому придём? Да, я уничтожу Конфедерацию, но взамен создам куда более совершенное государство. Лучшее всегда приходит на смену худшему, таков порядок вещей. Когда-то на этих землях жили драконы, но их истребили новви. Потом пришёл белый человек и притеснил новви. Вскоре приду я, и потесню белого человека. Может быть, лет через тысячу, заявится кто-то ещё, и тогда я – вернее, мои последователи – с радостью уступят ему место. Такова жизнь, ребятки.

Девушка хотела ответить. Ей было что возразить. Но Мэтт остановил её одним жестом. Тише, не надо растрачивать силы – дал он ей понять. А сам подошёл к решётке, взялся за прутья.

– Знаете, я восхищён вашим планом.

– Что? – воскликнули обе женщины одновременно.

– Да, всё верно. Восхищён. Я всего лишь бездельник, да неудачливый грабитель банков – увы, на большее оказался неспособен. Но будь у меня ваша целеустремлённость, ваше зелье и ваш… ваша любовь к сыновьям, как, впрочем, и сами сыновья… Да, наверное, я поступил бы точно так же.

– Что ты несёшь! – возмутилась девушка.

– Лесть тут не поможет, – покачала головой Стоун.

Но Мэтту было всё равно:

– Это не лесть. Да, меня ничуть не радует перспектива стать чурбаном на ножках да ещё и с кашей вместо мозгов. Я немного к другому привык. И даже брачная ночь с этой красавицей не привлекает. Вы ведь будете подглядывать, да? А я, признаюсь, очень стеснителен. Но! Я на самом деле восхищён вашим коварным планом. Захватить целую страну, а если повезёт – целый мир – не каждый на такое отважится!

Мэр расплылась в улыбке.

– Я просто хотел пожать вам руку. В знак солидарности, так сказать. Пока не превратился в ходячее бревно с головой-наковальней.

– Почему бы и нет? – пожала плечами Стоун.

Она поднялась с кресла. Револьвер держала в левой руке, переведя в боевой режим. «Смотри, без фокусов, парень!» – говорил этот револьвер. То же подтверждали стражи-зомби, стоявшие по обеим сторонам камеры.

Мэтт пожал мягкую руку старушки. Дуло смотрело прямо ему в живот – тут действительно, не повыёживаешься.

– Вот, хороший мальчик.

– Моя невеста тоже хочет пожать вам руку. Она хоть и любительница поспорить, но не сомневайтесь, тоже восхищается вашим планом. Это она подтолкнула меня на ограбление банка.

План сработал. Мэтт с самого начала заметил, что мэр Стоун близорука – она щурилась за ужином и подносила книжку близко к глазам, когда читала. Она не разглядела полоски на лице его спутницы, и не догадалась, что та – на одну восьмую новви, а значит – маг. Косвенно это подтверждалось её упоминанием аборигенов во время разговора. Она ни разу не намекнула, что пленница – отчасти абориген (например, мэр могла сказать: смотри, конфедераты уничтожили твой народ, твоё племя).

Естественно, едва их ладони соприкоснулись, мэр рухнула на пол. Толстое тело дёрнулось, револьвер выстрелил – к счастью, мимо – а изо рта старушки пошла пена.

Зомби не шелохнулись. Видимо, подчинялись они лишь прямым приказам.

– Супер! – возрадовался Мэтт, подцепляя ключ и отпирая замок. – А теперь, поцелуй меня. Кажется, я начинаю чувствовать действие яда.

Он повернулся к спутнице с улыбкой на губах. Та отвесила ему пощёчину.

– Этого хватит.

– Эй!

– Яд ещё действует? Могу повторить.

Мэтт запротестовал, но девушка решила действовать наверняка. На этот раз – в другую щёку.

– Теперь точно пройдёт.

Улыбка Мэтта куда-то пропала. Даже победное настроение немного снизилось. Он подобрал револьвер мэра Стоун. С трудом открыл дверь камеры – мешало тело. Тяжёлое, бездыханное, похожее на мешок с мусором. Умерла? Или всё ещё жива? Да какая разница – главное отсюда выбраться.

Зомби не протестовали. На всякий случай Мэтт ударил их шокером, израсходовав половину магического кристалла. Заглянул в барабан револьвера – осталось четыре целых и один неполный. Плохо дело. Ни на трупе, ни в кресле, Мэтт боеприпасов на нашёл.

– Идём, я знаю, где конюшня.

Он поспешил наверх, стараясь не шуметь. Сыновья находились где-то в этом здании. Может спали, а может, их разбудил выстрел. За свою чокнутую мамашу они сдерут с беглецов шкуры. Живьём.

Наконец, они оказались в конюшне. Пока девушка светила фонарём, Мэтт надел седло на самую здоровую на вид лошадь. Всего их было пять, в остальных же стойлах, блестя глазами и переминаясь с ноги на ногу, стояли зомби. Мэтт спешил как мог. Руки тряслись, по спине струился пот.

– Я слышу шум в доме, – сказала девушка. – Если парни проснутся…

– Да, да, понимаю. Они прикажут зомбакам разодрать нас на части. И сделают из наших черепов пепельницы.

– Я серьёзно! Чего ты возишься, забирайся в седло!

Мэтт фыркнул:

– А ты пешком пойдёшь? Или останешься здесь?

– Мы поедем на одной лошади! Залезай!

Дважды просить не пришлось. Мэтт неуклюже забрался в седло – последствия шокера давали о себе знать – и помог спутнице устроиться сзади. Ей пришлось задрать юбку чуть ли не до самого верха и вплотную прижаться к Мэтту, но разве это плохо, а?

– Только постарайся без своих новвийских штучек, ладно?

Она не ответила. Мэтт вывел лошадь на тёмную улицу. Пустынную, вымершую. Светились только несколько окон Муниципалитета, фонарь в руке девушки, да отблески в тысячах глаз зомби – те прятались под крышами, даже не думая выходить наружу.

– Мы должны тут всё уничтожить!

– Мы должны отсюда смыться, – возразил Мэтт.

В Муниципалитете послышались крики. Видать, сыновья наткнулись на тело мамаши.

– И чем быстрее, тем лучше.

– Эй, это наш гражданский долг!

Мэтт хотел возразить. Ведь не его это дело – спасать Конфедерацию от собранной безумной бабкой армии мертвецов. К тому же, бабка померла, а зомби сами по себе не опасны. Ну, разбредутся по пустошам, подумаешь.

Однако девушка считала иначе. По её рукам пробежала дрожь, перекинувшись Мэтту на грудь. Вот же зараза! Эта проклятая новвийская магия! Захочет, и сбросит его прямо тут – на съеденье живым мертвецам. Дрожь усилилась, и Мэтт понял, что его тело болезненно вибрирует.

– Хорошо! – крикнул он.

Дрожь пропала. Мэтт остановил лошадь. Прислушался к воплям внутри Муниципалитета: один из сыновей убеждал другого в необходимости мести. Пройдёт совсем мало времени, прежде чем они догадаются обследовать конюшню. Или просто выглянут в окно.

Но пара минут у Мэтта есть.

Он перевёл револьвер в режим супервыстрела. Четыре с половиной кристалла – маловато для такой задумки. Может и не сработать. К тому же, это последние его кристаллы. Остаться без пистолета и патронов к нему в самом сердце Мёртвых земель – то ещё развлечение. Но попробовать всё же стоит.

Мэтт отыскал вышку для добычи драконьего газа. Её силуэт слабо выделялся на фоне ночного неба. Рядом стояла цистерна. Мэтт прицелился.

– Стоун говорила, она полная. И они используют газ для своих нужд. Если мне это не приснилось, конечно.

Он выстрелил. Искрящийся шар вылетел из дула револьвера и устремился к цистерне, освещая всё вокруг. Казалось, его полёт никогда не кончится.

Мэтт заставил себя отвернуться. Развернул лошадь, пустил её в галоп, прочь из города.

Взрыв! Сначала вспышка, потом грохот, потом ударная волна и падающие с неба горящие обломки.

– Всё сгорит! – прокричал Мэтт сквозь шум.

Девушка ответила – только позже, когда они оставили пылающий город далеко за спиной:

– А не проще было запереть сыновей в клетке?

– Зомби подчиняются им. Приказ, полунамёк – и нам крышка.

Мэтт остановил лошадь. Они долго любовались торжествующим в ночи пожаром.

– И что ты думаешь делать сейчас, герой-спаситель? Что ты хочешь?

Мэтт пожал плечами. Он много чего хотел. Снова стать богатым, например. План оставался такой: добраться до ближайшего поселения, высадить там свою спутницу, взять телегу, вернуться в Мёртвые земли – за честно награбленным золотом. А дальше – как повезёт. Пересечь Лунный залив, раствориться в южных землях. Там его приключениям никто не помешает.

В конце концов, сама по себе свобода – это уже большая радость.

Но Мэтт ответил другое:

– Что я хочу, красавица? – он громко хмыкнул, напугав лошадь. – Я хочу знать твоё имя!

читателей   151   сегодня 3
151 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 6. Оценка: 4,00 из 5)
Загрузка...