Когда магия — жизнь

Дрожащей старческой рукой Аристарх поднёс пистолет к виску. Его указательный палец чувствовал холодноватый металл курка, висок – круглое дуло. Аристарх зажмурился. Несколько секунд он был сосредоточен лишь на этих ощущениях, а потом…

— Плешивые гаргульи! – С чувством выругался он и отвёл пистолет от виска. – Етти лишайные! Тьфу! Теперь даже и жизни достойно не уйти!

Стреляться как глупый простак из дурацкой железки! – продолжил он тираду уже мысленно. – До чего же я докатился… Совсем опустился.

Дверь за его спиной бесшумно отворилась и в комнату вошёл рослый лысеющий мужчина в полотняной рубахе.

— Чего это вы Барин с железкой играетесь? – спросил он, глупо уставившись на пистолет.

Аристарх смутился и бросил ствол на антикварный диван.

— Ой! – воскликнул мужик – Да не уж то стреляться собрались? Бааарин! Ну что же вы! Хоть бы яду сварили ей богу, а то ж коллеги засмеют!

— Не коллеги они мне больше! Гниды химеровы! – с досадой выругался Аристарх – Раз сочли меня неуравновешенным, так лучше б жизни лишили, чем самого главного! А то чувствую себя червём… Ни на что теперь не годен стал.

— Да много ль вы ей пользовались, магией-то?

— Много, не много – дело моё! – огрызнулся Аристарх. – Главное что мог! Главное что силу в себе чувствовал!

Он опустился на краешек, обтянутого карминовым бархатом, дивана и тоскливо уставился на свои ладони.

— Эх какие искорки я умел пускать… Бывало целый день так и любовался.

Управляющий закатил глаза, но вслух ничего не сказал.

— А чего пришёл-то? – спросил вдруг Аристарх.

— А. Так это. Новости есть. Я ж вам домик новый присмотрел. Аккурат по карману! Далековато правда, в провинции, но зато места красивые. Грузчиков заказывать?

Аристарх глубоко вздохнул, представляя как двое глупых увольней роняют его раритетные вазы и статуэтки.

— А с тобой разве не управимся? Да ещё Ерошка есть!

— Эээ… А тут-то как раз плохая новость выходит. – потупился Слуга. – Вы теперь, вроде как, меня себе позволить не можете.

Бывший волшебник встрепенулся.

— Это как не могу? А кого ж могу?

— Нууу… Вроде как… никого.

Повисла долгая пауза.

— А может хоть кухарку? – Аристарх умоляюще посмотрел на своего управляющего.

— Неа. – тот печально помотал головой. – Так уж вы кутили в последние годы, что от состояния копейки остались. За три месяца жалование и усё.

-Как за три месяца? – волшебник вскочил на ноги. – Это ж всего двадцать тысяч выходит!

Управляющий ничего не ответил.

— А может мебель какую продать, да пару картин?

— И то уж посчитано.

Аристарх упал обратно на диван.

— А где хоть дом-то?

— В Карелии, барин.  В спиридон-наволоке.

 

Аристарх забрался в битком набитую карету и уселся на краешек сиденья. Обозрев окружающих, он брезгливо приподнял полу мантии. Напротив сидела баба с курицей в клетке. От курицы нещадно воняло. Рядом ехали два алкаша. Они орали во всю глотку нецензурные песни и толкались локтями. По диагонали от него сидела расфуфыренная проститутка. Единственная, на ком Аристарх с удовольствием остановил свой взгляд. Он впервые пользовался общественным транспортом и этот первый опыт не доставлял ему ни малейшего удовольствия. То ли дело телепортация или стационарные порталы. Хотя он в принципе редко отходил от дома дальше, чем мог пройти пешком.

Карета тронулась. Час тянулся за часом, за окном мелькали скучные ёлки, а небо затянуло тучами. От вонючей курицы волшебника начало мутить, а неровная дорога усугубляла ситуацию, поэтому когда карета остановилась, Аристарх, не смотря на возраст, вылетел из неё как мотылёк в окно.

— Это спиридон-наволок? – крикнул он кучеру, но тот уже пустил лошадей в бег.

— Ага! – раздался за его спиной женский бас.

Аристарх обернулся и увидел за спиной молодую здоровенную бабу с огромным чемоданом.

— Ты чтоль тот чудак, что мой домишко купил? – спросила баба прищурившись.

Аристарх неуверенно кивнул.

 

Тишина звенела в ушах. Вот уже с полчаса Аристарх сидел за грубым деревянным столом, тупо уставившись в одну точку. Там, куда он смотрел, на обоях красовалось длинное, рыжевато-жёлтое пятно, оставленное, судя по всему, водой с протекающей крыши. Аристарх словно прирос к жёсткой скамейке не в силах сдвинуться с места и начать делать хоть что-то. Грузчики привезли все его нехитрые пожитки двумя днями ранее и, за небольшую плату, расставили всё по своему усмотрению. Сейчас дом напоминал крайне бедствующий музей с очень дорогими экспонатами.

Когда Прохор сообщил ему, что подыскал подходящий дом, Аристарх представил себе убогую усадьбу комнат на шесть с конюшней, свинарней да колодцем посреди двора. Но сейчас он сидел в крошечной покосившейся хижине, которая состояла из веранды, кухни и спальни. Бывшая хозяйка даже не провела его внутрь, а лишь указала на избу рукой и потащила свой чемоданище обратно к остановке.

— Эээх! – раздался рядом скрипучий женский голос.

Аристарх вздрогнул и испуганно уставился на подкравшуюся гостью.

— Сами безрукие и вон чё натворили! – с горечью произнесла бабка, глядя на Венеру Милосскую, гордо украшавшую косой угол избы. – Такую девку попортили!

Аристарх озадачено глянул в угол, пытаясь понять смысл бабкиных слов. Он кинулся проверять состояние любимой статуи сразу по приезде и не нашёл ни одной трещинки.

— Только чёй то у неё титьки голые? Фу! Срам один! Ох уж мне эти ваши Европы! Так чего, милый, чаем-то будешь соседку поить, или как?

Растопить печь и поставить чайник Аристарх смог только с бабкиной помощью. Разжечь огонь без магии, используя только кремень, оказалось непростой задачей.

— Чего ж ты в такую глухомань забрался, родимый? Неужто лучше места не нашёл?

Аристарх растерялся и ничего не ответил. Он лишь спросил:

— А колодец далеко?

— Да метрах в пятистах. Домишко-то обособленный. Уж какая дура здесь до тебя жила! Мы всей деревней перекрестились, когда она уехала.

— А чего уехала? С домом что не так? – поинтересовался волшебник.

— Да неее… Дом-то ладный. Хвори ей надоели. Проклятая, говорит, ваша деревня. Здесь хвори у всех. Да и кто ж её за это осудит? Святая правда.

— Что? Неужели проклятая?

— Да уж так или не так, никто не скажет. Но хвори действительно у всех стали. Даже кони и те хворают. Года с полтора уже. И никакого спасу нету! Только лишь одной микстурой спасаемся. В княжеском дворце отпускают по двадцать пять рубликов. Вот продадим урожай да затаримся микстурой на сезон вперёд. Так вся выручка на неё и уходит.

Аристарх отхлебнул чаю и печально вздохнул. Да уж, не везёт так не везёт. Лишился работы, лишился магии, а теперь вот ещё и поселился в проклятой деревне. Счастливчик, ничего не скажешь.

Матрона Никитишна болтала без умолку весь вечер. Поди скучно ей в деревне, поговорить не с кем. Аристарх узнал всё про всех жителей, где грибные места и какие в деревне девки на выданье. Послушал про все бабкины хвори да о том, как за её внучкой-красавицей местный молодой князь увивается.

Когда стемнело и в печи догорели поленья, Аристарх привычно щёлкнул пальцами и прошептал «Свет», но ничего не случилось. Тогда он огляделся вокруг и заплакал. Слёзы текли по щекам и капали на мантию. Неужели теперь такой будет его жизнь? Тёмной, холодной и беспросветной.

 

Он проснулся резко, словно от удара током. Открыл глаза – ничего не изменилось. Такая темень, что разницы никакой.

— Чёрт, кто здесь? – прокряхтел он и дрожащими руками потянулся за спичками. Чиркнул о коробок, зажёг свечу. Воздух наполнился запахом сгоревшей серы. Аристарх присел в кровати и прислушался. Подозрительное поскрипывание доносилось из кухни.

Этот дом явно был живой. Вот уже несколько ночей Аристарх не спал по-человечески. Стоило ему закрыть глаза, как дом наполнялся звуками. Шуршание, скрип, позвякивание и даже слабый гул доносились изо всех углов. Но ни разу ещё ему не удалось обнаружить источник звуков. В его двухэтажной квартире в центре Москвы подобного никогда не было.

Ситуацию усугубляло и полученное в этом убогом месте расстройство желудка. Вот и сейчас живот немилосердно съёжился, отозвавшись болью в позвоночнике. Аристарх сунул ноги в холодные и влажные, как две замороженных рыбины, тапки и зашаркал к выходу.

Без магии было неуютно. Половицы скрипели выдавая его шаги, а в кромешной темноте мерещились причудливые фигуры. Стулья превращались в людей, шапки в кошек а полотенца в призраков. Тяжко вздохнув, волшебник открыл тяжёлую скрипучую дверь и вышел на холодную веранду. Поёжился и запахнул халат по-лучше. «Уборная во дворе, и какой гений это придумал?» — сокрушался он который раз, шагая в тапках по сырой траве. Сырость тут же залезла в тапки, щипая за пятки и сковывая ступню холодом. Аристарх остановился возле небольшой деревянной будочки, немного помедлил и рванул на себя дверь. В нос тут же ударил характерный запах. Его замутило, но вариантов не было, и он смело шагнул в темноту.

Сколько же ужасных, унизительных часов он провёл уже здесь, мучаясь сильнейшими приступами поноса. Приехав из своих начищенных до блеска апартаментов, Аристарх подхватил в местной антисанитарии какую-то палочку в первые же пару дней. То ли виной была странно пахнущая рыба, которую принесла в подарок соседка, то ли вода из колодца. А быть может на него уже начало действовать местное проклятье.

Так или иначе, но лишённый магии бывший волшебник не мог исцелиться с помощью заклинаний восстановления, а денег на нужные микстуры у него не было. Так что мысли его всё чаще возвращались к совету управляющего Прохора: сварили бы хоть яду, барин. И действительно, руки последние дни так и тянулись к костру.

А тут ещё этот сон. Он снова переживал момент разлучения. Всё так подробно и ясно, как наяву. Он видел свои руки, лежащие на голубом металлическом шаре. Чувствовал, как магия сжигает его изнутри, покидая тело. Чувствовал моральное опустошение и физическое истощение, в момент, когда последняя капля магии перетекла в шар. Ощущать это снова и снова было пыткой.

К тому же в этой деревне и впрямь творилось что-то не ладное. Сильные молодые парни мучились суставами. Дети ходили понурые без сил на игры или смех. А уж бабки и подавно выли от тоски по ночам, снедаемые бессонницей. Сам Аристарх чувствовал себя не лучше. От рубки дров на руках появились мозоли. Суставы ныли от холода ночей. Спина болела от постоянного таскания вёдер с колодца.

Выйдя из туалета и полной грудью вдохнув свежего ночного воздуха, Аристарх двинулся к дому, но вдруг что-то привлекло его внимание. Какая-то тень скользнула по дороге, ведущей к колодцу. Волшебник слегка ускорил шаг, чтобы получше рассмотреть происходящее, но фигура быстро скрылась за деревьями.

— И кто это тут шляется по ночам? — хмыкнул старик входя в дом.

Ещё и в чёрном плаще. Уж не из братства ли Чёрной руки охотники пожаловали? Хотя что им здесь делать? Не уж то кто-то важный может жить в такой дыре… Наверное показалось.

 

На следующий день волшебник проснулся ещё до рассвета, разбуженный очередным зовом деревянной будки. Абсолютно безрадостный он умылся ледяной водой и отправился на колодец. Проходя по дороге, вспомнил вчерашнее видение и призадумался. Эта тропа ведёт только к колодцу. Кто в своём уме пойдёт за водой в такой час? А впрочем… Невдалеке виднелся дом Матроны Никитишны. Разве что какой ухажёр к её Наське по ночам бегает, вот и лезет через задний двор?

Увлечённый этими мыслями, Аристарх кое-как набрал два ведра воды и приготовился произнести заклинание левитации. Он поставил руки в нужную позицию и… злость исказила его лицо, он с силой пнул ведро чуть не сломав об него палец. Вода расплескалась по траве, мигом промочив ему ноги.

— Рогатые демоны! И как только они тут живут? – Выругался волшебник, вновь забывший об отсутствии магических способностей.

Всё! Пора с этим кончать! К чему ему такая никчёмная жизнь? Пол ночи торчать в сортире, потом пол дня из кожи вон лезть, чтобы приготовить себе тарелку безвкусной жижи! И всё чего ради? Просто продлить своё жалкое существование ещё на пару лет? Ну уж нет… Но в этот раз он всё сделает по-своему. Сделает всё как волшебник.

Неукротимая жажда смерти мигом придала ему сил. Вновь наполнив ведро водой, он подхватил оба ведра и энергично зашагал в сторону дома.

Поставив вёдра на веранде, Аристарх схватил с крючка свой дорожный плащ, надел высокие сапоги и двинулся в сторону леса. Ему никогда ещё не приходилось самому собирать ингредиенты для зелий, но он прекрасно знал где их нужно искать и как они выглядят. Когда-то он был одним из лучших учеников в Академии, и в алхимии ему не было равных. Правда он давненько уже забросил это дело за ненадобностью. Кто ж будет пыхтеть и потеть над котлом, когда все нужные зелья можно купить в паре шагов от дома? А ещё лучше послать слуг, чтобы не отвлекаться от партии в дурака с приятелями.

Аристарх остановился у кромки леса. Продираться сквозь разнотравье поля было нелегко и ему понадобилось отдышаться. Как давно он уже не бывал в лесу? Лет двадцать? Да нет, больше! В последний раз он был там ещё мальчишкой! Мастер алхимии гонял их в чащу, чтобы они учились сами различать нужные растения.

Ветер тихонько шуршал травами и листьями деревьев. Птички весело посвистывали. Где-то невдалеке слышалось журчание ручейка. Солнце вышло из-за туч, мигом согрев плечи. От всего этого на душе стало как-то легко и приятно. Словно выпил кружечку тёплого, ароматного какао в тихий воскресный день. Аристарх ухмыльнулся сощурившись и шагнул в лес.

Здесь пахло прелой листвой, мхом и грибами. Приятный аромат.

— О, подосиновик! – Воскликнул Аристарх и с детской непосредственностью сорвал плотный упругий грибочек.

Шляпка рыженькая, тельце в чёрную крапинку. Довольный старик сунул его в карман и осмотрелся. Ему нужен был вороний глаз, болиголов и багульник. Он был уверен, что в этой местности найти их не составит труда.

Пройдя по лесу с пол километра, Аристарх встретил с дюжину маленьких животных. Белки, ласки, тетерева, змеи и лисицы – все тянулись к нему, влекомые ещё не выветрившимся ароматом былой магии. Они с любопытством оглядывали его издавая забавные звуки, а он разглядывал их. Лисица даже позволила почесать себя за ухом и погладить пушистый хвостик.

Через час с небольшим, Аристарх уже возвращался домой с целой корзиной грибов и нужными для зелья травами. И сердце пело в груди! У него получилось! И он, наконец, сможет уйти. Уйти так, как ему этого хочется. Так, как подобает уходить волшебникам.

Дома его встретил сладковатый аромат старых рассохшихся брёвен и копчёный дымок остывающей печки. Аристарх принёс поленьев, затопил печь и поставил на плиту свой медный котёл. Через полчаса последний ингредиент был добавлен и волшебник, с довольным лицом оглядев картину, присел рядом с печью в старое скрипучее кресло. Что ж. Теперь осталось недельку подождать. Умирать медленно и мучительно ему не больно то хотелось, а по сему зелье необходимо было варить двое суток, после чего ещё пять суток настаивать. И что, всю неделю мучиться животом? – вдруг подумал он. Нет уж. Алхимик он или нет, в конце концов? Он встал и отправился в спальню. Побегав пальцами по корешкам книг, он нашёл нужную и, прочитав состав, снова засобирался в лес. Только где взять второй котелок?

 

— Матрона Никитишна? – Аристарх постучал в окно. – Матрона Никитишна?

— Ай!

Бабка появилась в дверях, на ходу запахивая старый засаленный халат.

— У вас котелка не найдётся?

— Неужто в лес собрались, Аристарх Палыч? В ваши ли годы в походы ходить?

— Да нееет. – Махнул рукой волшебник. – Микстурку бы мне сварить, а мой котёл уж занят.

— Ох! – Бабка присела на обветшавшую лестницу. – Так ты что же, из этих? То-то и смотрю бородища у тебя больно длинная! А может и мне чего сваришь? Уплачу, вестимо, сколько скажешь.

— Да что вы, Матрона Никитишна, ну какие деньги. Вы мне столько помогаете. – засмущался волшебник. – Сварю, конечно. Что именно нужно?

— Мне бы знаешь что, голубчик, надобно… — Матрона Никитишна понизила голос. – от поносу бы зельице.

Аристарх Палыч потупился.

— Так его варить и собираюсь. Уж больно здесь у вас вода непривычная…

Старики посмеялись, и через пару минут Матрона Никитишна вынесла добротный чугунный котёл.

— Занесу, как только готово будет. – Пообещал Аристарх и вышел со двора.

 

Всю неделю волшебник любовно заботился о своём смертельном вареве, как о долгожданном первенце. Помешивал его по часовой стрелке, накрывал крышкой, когда холодало, подливал колодезной водички до нужной консистенции. А когда, наконец, пришло время снимать его с огня – аккуратно перелил в самую красивую бутылочку из-под коллекционного виски и убрал в любимую антикварную тумбочку.

За эти дни он успел сварить несколько лекарственных зелий для Матроны и ещё нескольких соседей, вдоволь нагулялся по лесам и даже несколько раз плавал на соседской лодке на другой берег озера, в поисках нужного вида камыша. Он перетаскал с колодца уйму воды, нарубил целую поленницу дров и даже пару раз полоскал в озере бельё.

Местный быт уже не так выматывал и удручал, потихоньку даже начинал нравиться. А потому у волшебника оставалось время, чтобы вести дневник. Вот и сейчас, при тусклом свете луны и догорающей свечки он сидел за столом в спальне и записывал собственные мысли.

Он зажал губами кончик пера и нахмурился. Не зная какой бы гениальной мыслью закончить свой очерк о политической обстановке в современной России, он уставился в окно. Серебристо-голубая луна путалась в рваных облаках. Травы в её тусклом сиянии отливали синим, придавая пейзажу мистические нотки. Вдруг чёрная тень скользнула по дороге. Высокая фигура в чёрном плаще с капюшоном, слегка пригнувшись, юркнула на дорогу к колодцу. Точно так же, как и в ту ночь.

Аристарх насторожился и отложил перо. Что делать? Выбежать на улицу? Нет, его прыти не достанет, чтобы догнать эту проворную тень. И что же тогда? Просто закрыть глаза и забыть? Но должны же быть ещё варианты?

Аристарх посмотрел на перо, на стопку пожелтевшей и слегка отсыревшей бумаги и, схватив один лист, начал выводить своим каллиграфическим почерком приветствие старому другу.

 

Он проснулся резко, словно бы и не спал. Сердце стучало в груди так сильно, что его ритм отдавался в висках. Сегодня. Сегодня это, наконец, случится.

Аристарх бросил взгляд на резную антикварную тумбочку викторианской эпохи, в недрах которой был спрятан билет в лучший мир. Затем посмотрел в окно. «Ну, помыться и позавтракать перед смертью будет не лишним, верно?» — подумал он и, радостный, встал с постели. Когда лицо и зубы сверкали чистотой, а завтрак был съеден, волшебник подумал, что надо бы сначала позаботиться об отправке важного письма, а уж потом сводить счёты с жизнью. Так он и сделал, отнеся письмо молодому соседу и взяв с него обещание непременно поскорее доставить его на почту.

По дороге пообщавшись с несколькими соседями, Аристарх вошёл домой, втянул носом закопчённый аромат хижины и медленно направился к тумбочке. Чего тянуть? – подумал он и, открыв красивый ящичек, с замиранием сердца взял в руки заветный бутылёк. Всё. Время пришло. Пора довести начатое до конца.

Он медленно отвинтил пробку и посмотрел в окно. Там над горизонтом нависли тяжёлые свинцовые облака. Солнце освещало их и мерную рябь озера. «Красиво» — подумал Аристарх и поднёс бутылёк к губам. «Ну…»

— Аристарх Палыч! Аристарх Палыч!

Приглушённый женский вопль доносился откуда-то со двора.

— Аристарх Палыч, миленький, помогите!

— Плешивые гаргульи! – выругался Аристарх и резко поставил бутылёк на стол, чуть не расплескав содержимое. – Ну что ещё там? Помереть спокойно не дадут!

— Аристарх Палыч… — раздалось уже за спиной.

Старая Матрона Никитишна, запыхаясь, начала сбивчиво излагать ситуацию:

— Убили! Ой, Богом клянусь – убили! Лежит, вся бледная, еле дышит! А ведь сегодня только на колодец бегала да вышивала да…

— Матрона Никитишна. – Строго остановил её волшебник – Объясните толком. Кого убили? Кто лежит? Где?

— Да Наську мою! Отравили, ей богу вам клянусь, отравили!

Аристарх опасливо покосился на незакрытый бутылёк со смертельной настойкой.

— Кто отравил? Чем? Когда?

— Да почём же я знаю! Только пойдёмте скорей, спасать девку надо!

Аристарх тут же снялся с места и поспешил за Мартроной Никитишной. На полпути он всё же вернулся, плотно закрутил крышечку яда и убрал поглубже в тумбочку.

 

Тусклая спаленка освещалась лишь маленькой свечкой. Все занавески были плотно задёрнуты, а на кровати белая и холодная как снег, лежала Настасья.

— Почему шторы задёрнуты?

— Так попросила. Говорт глаза болят, света белого видеть не может.

Аристарх прищурился и взял руку девушки в свою.

— Света видеть не может… — повторил он себе под нос и, присев на краешек кровати, закрыл глаза и сосредоточился.

Несколько лет медитативной практики в академии научили его определять последствия применения магии. Её мельчайшие частицы какое-то время ещё остаются в телах и предметах после её воздействия. И здесь она тоже была. Тело Настеньки было насквозь пропитано остаточным мерцанием чего-то недоброго. Это не яд, – понял Аристарх, – намного хуже. Это заговорённая вода. А значит снять заговор может лишь тот, кто его наложил.

Внезапно дверь в спальню распахнулась и в комнату влетел местный князь весь бледный и напуганный.

— Что с ней? Что с моей Настенькой? – Хрипло простонал он, подлетая к кровати и хватая девушку за руку. – Мне сказали что она здесь, без сознания. Я сразу примчался как мог!

Как только Князь Елизар приблизился, Аристарха как холодом обдало. От него исходила тонкая энергия, холодная как сталь на морозе – следы тёмной магии.

Аристарх невольно отшатнулся, но вовремя взял себя в руки.

— Её отравили. – Медленно произнёс он, мастерски скрывая отвращение.

— Отравили? Как? Кто? Когда?

— Да вот утречком ещё бегала – запричитала Матрона Никитишна.

— Но не переживайте, я смогу её вылечить – заверил Аристарх.

Елизар посмотрел на него с недовольством.

— Сможете вылечить? И как же, интересно? Вы просто жалкий беспомощный старик, потерявший магию! Нет! Я отвезу её в город, к настоящему магу.

— До города она не доедет и мы оба это знаем. – Сощурился Аристарх. – Да и зачем же к магу? Здесь же всё очевидно. Нужно просто дать ей противоядие и дело в шляпе.

— Какое противоядие? – взвился Елизар. – Неужели не видно, что она заколдована?

— Хмм… И как же это может быть видно человеку, не обладающему магическими способностями?

— Ой! – схватилась за сердце Матрона Никитишна и тяжело опустилась в кресло.

— Ну вот, смотрите! Ваше упрямство погубит сейчас не только мою Настеньку, но и её мать!

— А не вас ли я видел сегодня возле колодца? – Резко сменил тему Аристарх, всё ещё не отпуская руку девушки.

Елизар опешил и замолчал.

— О чём-то вы с ней спорили, что-то доказывали… Да водичкой потчевали.

— Ой! – снова ойкнула Матрона Никитишна.

— Ничем я её не потчевал! Мало ли что такому старику могло причудиться? И вообще, какое вам дело до чужих разговоров?

— Ну что вы так переживаете. Сейчас всё наладим и будете дальше спорить со своей Настасьей сколько вашей душе угодно. Я вот уже и бутылочку приготовил. Всегда держу дома универсальное противоядие, на такие случаи.

Аристарх хитро улыбнулся, и извлёк из кармана бутылёк с лекарством от поноса.

— Нет! – вдруг воскликнул князь вскидывая руки. – Нет! Не смейте!

— Да ладно вам так нервничать, хуже уж точно не будет. – спокойно сказал волшебник и, откупорив бутылочку, поднёс к Настенькиным губам.

— Стой! – с диким воплем Елизар метнулся к волшебнику и выхватил бутылёк у него из рук.

Матрона Никитишна непонимающе глядела на них, всё ещё прижимая руку к сердцу. Её глаза бегали от одного к другому.

— А знаете, что я слышал, Матрона Никитишна? – преспокойно обратился к ней Аристарх. – Что если против заговорённой воды использовать обычное противоядие, то человек умрёт мгновенно.

— А что ж вы тогда?..

— Но это не противоядие, не бойтесь. Это моё лекарство от поноса. – с улыбкой объяснил волшебник. – Только вот Князь этого знать не мог. Зато он прекрасно знал, что обычное противоядие убьёт его Настеньку. Потому что водицу, которой её опоили, заговорил он сам!

— Ах ты ж чёрт болотный! – злобно прокричала старуха, поднимаясь со стула. – Наську мою извести вздумал? За то, что лечь с тобой не хотела?!

Марфа Никитишна выросла над князем словно скала. Елизар жалобно съёжился под её грозным взглядом, полностью выдавая свою вину.

— Да не хотел я! Ей богу не хотел! И в мыслях такого не было! – Запричитал князь.

— Правду говорит, гадёныш мелкий. Не сжить он её хотел, а героически спасти, чтоб вы её за него тут же и отдали. Видали мы таких горе-магов. Плакали потом на похоронах, когда что-то не так шло. Не он первый, не он и последний. А ну читай обратный заговор, гнида! – Прикрикнул Аристарх, замахнувшись на князя рукой.

Испуганным псом князь бросился к девушке и, склонившись над ней, принялся быстро шептать себе под нос какие-то заклинания.

 

— И чем всё закончилось? – спросил Пётр у старого друга.

— Да поколотила его бабка знатно. – Улыбаясь ответил Аристарх, отхлебнув из блюдечка копроского чаю. – А потом выяснилось что он же и колодец отравлял, паскуда. Подливал туда слабый яд, а потом драл с людей деньги, продавая собственноручно сваренное противоядие. Понятное дело его тут же с должности сняли, а мне добрые местные жители предложили новым князем стать.

— Так чего ж ты, балда, отказался-то? Всю жизнь ведь только об этом и мечтал, чтобы важной шишкой быть да людьми управлять!

Аристарх задумчиво глянул в окно. Его глаза лучились странным тихим счастьем, которого Пётр никак не мог понять.

— Да ну его к лешему. – мягко произнёс он. — Куда мне такая ответственность на старости лет.

— Ну а к нашим вернёшься? Царь Николай тебя с распростёртыми объятиями ждёт! И магию вернём и апартаменты выделим роскошные, соглашайся! Мы ведь этого отравителя пару лет искали, да никак найти не могли!

Аристарх улыбнулся и поставил блюдце на стол.

— И вас к лешему, мой друг, и вас к лешему! – рассмеялся он глядя в усталые глаза товарища, видя насквозь все его печали и треволнения. – Я в этой дыре главное понял. У природы и труда своя магия. Более тонкая и целебная. И мне она теперь по душе куда больше, чем прежняя.

читателей   101   сегодня 2
101 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...