Часовщик с улицы Тайм

Холодная летняя ночь. Сковывающие и поедающие всю смелость лесные деревья. Звёздное небо, на котором правит месяц. Тепло угасающего с каждой секундой костра. Ужас.

Четыре ребёнка, четыре маленьких существа, жмущихся друг к другу от чувства, присущего любому живому созданию, от чувства страха. Девочка лет четырнадцати и три мальчика, явно меньшего возраста. Одному из этих, когда-то шалунов, восемь лет, а остальным двум примерно по семь. Сироты.

И вот наступает полный мрак, последний огонёк угасает от подувшего ветра и уносит с собой последнюю искру надежды. Теперь обороняться от диких зверей нечем. Теперь всё пропало. Нет огня, нет еды, нет защиты. Где-то в чащобе леса слышны страшный рык и вой, вскоре всё утихает. Неужели придёт она? Смерть.

Сироты сидят на поляне, образовав собой один клубок, пытаясь хоть каким-то образом согреть друг друга. Ни о какой нормальной одежде речи не идёт. Каждый ребёнок одет в лохмотья и очень старую обувь, девочка же совсем босая. Все смотрят на звёздное небо и чего-то ждут. Вдруг один из них прерывает зловещую тишину:

— Мы ведь умрём, да, сестра? – обратился один из семилетних мальчиков к девочке.

— Ничего не говори, — прошептали бледные губки девочки, а руки её закрыли унывающему брату рот. – Слышите? Что это?

В воздухе действительно пронёсся какой-то резкий звук, как будто что-то очень быстро куда-то бежало. Сироты подняли свои головы и увидели в воздухе чью-то странную фигуру.

Тело пришельца обладало очень странными свойствами для человека. Оно парило в воздухе за счёт больших крыльев какого-то насекомого. Незнакомец опустился на землю, напротив детей, и его средство передвижения само собой сложилось и закрепилось за спиной. Рука неизвестного протянулась к потухшему костру и застыла. Девочка и её братья могли услышать лёгкий шепоток: «Форе́с». Из руки летающего существа вылетел небольшой огонёк и зажёг новый огонь. Поляна наполнилась светом и теплом.

Теперь сироты могли полностью осмотреть того, кто подлетел к ним, тем более, что он сейчас стоял в полный рост перед ними. Первое, что бросалось в глаза, — это одежда незнакомца. Она была намного лучше, чем одеяние детей. Небольшие аккуратные алые башмачки привлекали в наряде стоящего больше всего, они казались звёздами в ночной мгле; на ногах незнакомец имел узкие чулки зелёного цвета; сейчас на нём был одет зелёный дублет с длинными рукавами, застёгнутый на десять пуговиц и подпоясанный кожаным ремнём. Лицо пришельца выражало собой что-то детское и милое, золотые глазки просто пленяли маленьких ребятишек, всех, кроме самого старшего ребёнка. Волосы у этого существа были белоснежные и слегка длинноватые, поэтому, скорее всего, незнакомец и заплёл их в небольшой хвостик, доходивший за спиной до лопаток. Когда это существо встало к сиротам боком и протянуло руку, по-детски улыбнувшись, то можно было хорошо разглядеть крылья. Они представляли из себя жёлто-синее искусство. Все переливы крыльев настолько сильно притягивали взор, что оторваться мальчикам от них было уже невозможно. Это были крылья стрекозы, только принадлежали они далеко не насекомому. Они, как и их обладатель, были тонкими и лёгкими, но яркими и какими-то сказочными.

Это был фей. О нём дети знали не так уж и много, но одних он смог пленить своей яркостью и красотой, а других из-за этого только отпугнуть. На лицах мальчишек был виден интерес и любопытство, переполнившее их ещё до того, как незнакомец зажёг заново костёр. Девочка же смотрела на всё это глазами страха и ужаса, она не видела в этом получеловеке-полунасекомом ничего притягательного. Она боялась его, страшилась и даже отползла на полметра от костра из-за страха.

Фея это слегка огорчило, поэтому он решил поскорее познакомиться с детьми и убедить их, что он не является врагом:

— Здравствуйте, — как же сладко он произнёс это слово. – Дети, как вас зовут? Я – фей. Прошу вас, не бойтесь меня, я фей помощи и никакого вреда вам не принесу.

— Меня зовут Рой, — сказал восьмилетний мальчик.

— А меня зовут Пэтом, — продолжил тот, кто до этого первый решил спросить у сестры про смерть.

— Я – Кир, — отозвался последний ребёнок, верящий словам незнакомца.

Девочка же молчала и не сходила со своего места, со страхом смотря на всю эту картину. Фей понял в чём дело, поэтому решил попробовать ещё раз, но чуть более убедительно:

— Девочка, я знаю, что ты боишься, но я действительно добрый фей и не могу причинить тебе вреда. Как мне тебе это доказать? – искренности был наполнен и взгляд, и вид говорившего.

— Уйдите от нас, пожалуйста, — чуть ли не плача проговорила сестра мальчишек. – Я знаю, что вы – недобрый. В этом мире нет добрых людей, а феи… — она как-то замялась и не смогла продолжить.

— Хорошо, — сказав это, фей отошёл от костра на десять метров и оказался целиком и полностью во власти темноты, он смотрел в глубь леса, стоя спиной к сиротам.

— Но, почему, сестра? Почему он не может сидеть рядом с нами? – спрашивал Пэт у девочки.

— Пэт, пойми, если тебе сделают плохо, то будет уже поздно, — заговорила сестра нравоучениями и приблизилась к костру.

— Но ведь он не сделал ничего плохого, да и выполнил твою просьбу, — заговорил Рой, пытаясь убедить сестру в том, что она ошибается.

— Да, действительно, — кажется, в голову девочки закрались сомнения.

— Лана, он всё-таки разжёг нам костёр. Пусти его погреться, — стал просить за фея последний брат девочки.

— Хорошо, но только ради вас, — вздохнув, ответила сестра и крикнула в сторону не человека, — Фей!

— Ку́про, — прошептал новый знакомый и вернулся к костру. Он поставил вокруг себя и сирот барьер, чтобы дикие животные не смогли помешать их разговорам. – Я очень рад, что ты поверила мне. Лана, я верно услышал? – спросил фей и, получив положительный ответ на свой вопрос, продолжил:

— Я просто летел мимо и увидел вас в темноте. Мне захотелось помочь, поэтому я и спустился сюда.

— Да. Большое спасибо, — прервал его Пэт, во взгляде которого до сих пор наблюдалось любопытство.

Вообще, каждый ребёнок выглядел уставшим, но каким-то заинтересованным, поэтому среди сирот прозвучали слова:

— Фей, расскажите немного о себе, — предложила девочка.

— Хорошо. Я летаю по миру и, как подобает доброму фею, помогаю всем людям жить. Это всё, — золотоглазый замолчал.

— А я-то думал, что будет интересно, — пробубнил про себя Кир.

— Понимаю. Вы, наверное, хотите услышать сказку на ночь? – спросил фей, зная, что он угадал мысли детей.

— Да! Да! – запрыгали мальчики-сироты около костра, от чего Лане пришлось усаживать их по местам.

— Хорошо. Я расскажу вам сказку, лучше назвать её историей. Она о часовщике с улицы Тайм.

— Часовщике с улицы Тайм? – недоверчиво спросила Лана, потому что никогда не слышала такую историю, хоть и была самой умной из сирот.

— Да, о часовщике с улицы Тайм. Лана, её мало кто слышал. Тебе тоже будет интересно, уверяю тебя.

Девочка улеглась рядом с братьями около костра, сироты напрягли свои уши и полностью расслабили всё остальное тело, готовясь к сказке на ночь. Фей выдержал небольшую паузу и начал рассказывать историю.

Часовщик с улицы Тайм вышел из своего дома, наполовину являющегося лавкой. Недавно парню исполнился двадцать один год, одет он был очень просто, как и все горожане среднего сословия. В одежде Ноя, то есть часовщика, присутствовали одни коричневые и серые тона. Жители города всегда отличали его по лицу: высокий лоб, прямой нос, яркая улыбка, но всегда безжизненные голубые глаза. Часовщик был русым и худым, и сейчас, в середине дня, он направлялся в пригород, где договорился встретиться с одним человеком. У того Ной недавно приобрёл лошадей и повозку, товар осталось только забрать. Лошади выглядели уставшими, повозка старой, но Ноя ничего не смутило. Перекинувшись парой слов со знакомым трубочистом, часовщик повёл лошадей к своему дому-лавке, где их привязал к столбу. В повозку он начал медленно переносить все вещи. Вообще, причин для переезда Ноя было несколько, но стоит начать с самой очевидной, о которой герой истории и сообщил всем.

Часовщик – очень нужная профессия, но только в крупных и богатых городах. Улица Тайм же находилась в городке Грисель, где богатых людей было мало. Ной, конечно же, сопротивлялся этому факту, снижал цену, когда мог, но всё было тщетно. Часовщик заметил, что все деньги, которые он получает, моментально уходят куда угодно, но только не копятся. В последнее время Ной часто повторял, разговаривая с жителями: «Вот уеду я, и останетесь вы без часовщика», — что являлось абсолютной правдой. Других часовщиков в Гриселе не было. Почти обеднев, парень и решил уехать, распродав всё самое ненужное.

Но это, как уже было сказано, была не единственная причина. Три дня назад часовщик после похода вечером на базар решил поспать, поэтому закрыл дом на замок и отправился на второй этаж, где находилась его комната. Ной вошёл в неё и очень сильно удивился. На его кровати без какого-либо спросу сидел человек, на спине которого находились большие крылья бабочки, переливающиеся чёрными и фиолетовыми оттенками. Комната была тёмной, но незнакомец, короткий, рыжеватый, с веснушками, светился в ней. В руках этот «человек» держал золотые часы, которые были слабо похожи на карманные из-за своих размеров, и наблюдал за бегом стрелок.

Когда наш герой вошёл в комнату, фей бросил в его сторону взгляд и начал говорить:

— Меч не трогай. Знаю, что сражаться умеешь. Я тебе не враг.

— Стой. Кто ты такой? И откуда ты вообще?.. – сказать, что Ной был удивлён, значит ничего не сказать.

— Успокойся, Ной, я – фей. Да, тот самый фей, в которых ты никогда не верил. Я – фей времени. Я пришёл, чтобы рассказать тебе о том, что тебе не смог сказать отец.

— Хорошо, фей времени, но почему отец мне что-то недосказал? Да и вообще, почему я должен тебе верить? – в голове часовщика возникло немое подозрение, поэтому он схватил меч, висящий на стене, и направил оружие на возможного противника.

— Твой отец, как тебе, может быть, известно, — с улыбкой произнёс фей, — погиб в битве под Гриселем, когда тебе было одиннадцать лет. Он успел обучить тебя делу часовщика и дал пару уроков на мечах. Но он не успел сказать тебе о том, кто ты есть. И ты должен мне поверить, потому что больше никто тебе не скажет правды.

— Хорошо, я выслушаю тебя, — Ной слегка опустил меч.

— Посмотри на эти старинные часы, — фей указал на настенную семейную реликвию семьи Ноя. Как утверждал отец парня, их ни в коем случае нельзя было продавать, чинить или трогать.

— Смотрю. Что ты хочешь мне сказать? – взгляд Ноя упал на часы.

— Не замечаешь на них ничего? – попытался направить мысли человека в правильное русло фей.

— Да, это всё я помню наизусть, заставляли учить: «Дед мой говорил, что время – это деньги, а отец мой, что время – это смерть».

— Да. Всё верно, — фей вспорхнул и за секунду оказался около Ноя, чем его напугал, — твой дед был нищим, но сумел благодаря своей силе накопить на лавку. Твой отец предпочитал своему основному ремеслу оружие, и он защитил тебя. Но чем является время для тебя?

— Время? – переспросил Ной.

— Ты – один из тысячи избранных. Твой дед был первым в вашем роду, потом он передал силу фей твоему отцу, и она дошла до тебя.

— Но я ничего не чувствую и не умею, — возразил часовщик своему короткому собеседнику с негодованием.

— Всё верно, потому что ты не чувствуешь и не знаешь, что такое время. Что оно значит для тебя? Ты не сможешь ответить на этот вопрос сейчас, поэтому я и здесь. Твоё время, оно подходит к концу, — фей глянул на свои часы. —  То, что ты являешься избранником фей, поверь мне, отнимает у тебя жизненные силы. Начиная с этой минуты, у тебя остаётся ровно месяц, чтобы понять, что такое время, а иначе ты лишишься жизни и титула избранника.

— Понять, что такое время, — Ной ненадолго задумался, — а если не смогу, то умру.

— Всё верно. А ты быстро смекаешь, когда нужно. До скорого.

Как только последняя фраза выпала из уст фея, он что-то прошептал и исчез. Ной что-то ещё хотел сказать напоследок, но не успел. Часовщик стоял посредине комнаты с опущенным взглядом и о чём-то думал. «А зачем я жил до этого? — осенило его вдруг. — Теперь у меня есть цель. А раньше?»

Ной два дня пытался найти информацию о месте, хоть как-то связанном со временем. Его поиски, его мысли о времени стали нравиться ему больше, чем работа часовщика. В итоге он разузнал об одной деревушке, где находилась самая популярная в то время таверна. В этом питейном заведении часто собиралось много путешественников, рассказывающих о чём-то магическом и таинственном. Туда как раз Ной и отправился, в деревню, названную Чёрной после того, как по ней прошёлся пожар войны.

Все вещи собраны. Часовщик тронулся. В его глазах всё ещё виднелась какая-то потерянность, но её стало меньше, сейчас Ной знал свою цель и стремился только к ней. Сейчас он ехал по улице Тайм, которая показывала обыкновенное течение времени.

Лавка часовщика с каждой секундой становилась всё меньше и меньше, а перед повозкой Ноя росли новые дома. Проехав примерно с минуту, часовщик увидел самую главную достопримечательность улицы Тайм – церковь. Это архитектурное сооружение было действительно великолепно. Церковь являлась одним из немногих зданий городка Грисель, которые были выстроены из камня. Купола церкви сияли от солнечных лучей, не давая прохожим и шанса посмотреть на небо. Часовщик всегда удивлялся этим масштабам, здание действительно было огромно. Каменный великан, сжигающий глаза всех мимо идущих и едущих ослепительным светом, стоял абсолютно неподвижно и безмолвно. Он не дышал и был полумёртвым. Часовщик проехал церковь и услышал позади себя какие-то звуки, в церкви началась служба. Сейчас великан ожил и говорил голосами сотен людей о чём-то высшем и недоступном для обыкновенного жителя Гриселя.

Далее улица Тайм расширялась и становилась очень сильно похожа на базар. Множество людей толпятся там и там, пьяные, трезвые и не очень. Где-то слышна брань мужиков, пытающихся проехать сквозь толпу гуляющего народа, а где-то крики более зазывающие: «Хлеб! По рыночной цене! Рыба! Свежая рыба!» Продукты в корзинах и торговки, снующие туда-сюда попадаются каждую секунду. От них нет спасения обычному человеку. Самому часовщику, который еле-еле пытался проехать сквозь толпу народу, успели два раза предложить хлеб, один раз мясо и три раза кожаные сапоги. Как же он был рад, когда вдалеке увидел резкий поворот, улица Тайм обещала им и закончиться.

После поворота располагалось небольшое старое здание суда, около которого сегодня было ещё меньше народу, чем обычно. Часовщика обрадовал этот факт, и он пронёсся мимо мрачной статуи Богини Правосудия так быстро, что одна старуха даже крикнула ему какое-то проклятие в путь: неудивительно, Ной её чуть не сшиб.

Улица Тайм закончилась, и повозка избранника фей выехала на площадь. Ной остановил лошадей, обратив своё внимание на толпу народа, собравшегося около длинного деревянного столба. Часовщик спрыгнул с облучка и направился к толпе, попросив какого-то мальчишку сторожить груз. Ной подошёл к людям, но ничего из-за их спин и голов не увидел. Часовщик мог только слышать, что читают глашатаи, а читали они решение суда:

— Основываясь на священном писании, Грисельский суд, находящийся на улице Тайм, приговаривает эту девушку к сожжению на костре. В честь этого события… — глашатай говорил ещё о каком-то событии в городе, но Ной уже не слушал.

— Уважаемый, я только подошёл. Не подскажете, какую ведьму на этот раз будут жечь? – спросил Ной, задев стоящего перед ним мужчину за рукав.

— А… — гражданин Гриселя помедлил, подыскивая правильные слова, — да какую-то Ланду. Она бездомная, как я слышал. Колдунья хотела морить нас голодом… — человек, разговаривающий с избранником фей, замялся.

— Я не виновата в смертях, в которых меня обвиняют. Моё колдовство не повредило ни одному человеку в этом мире. Я клянусь перед всеми вами, – гордое лицо девушки увидел Ной. Ланда говорила серьёзно и отрывисто.

Часовщик удивился. Даже перед лицом смерти ведьма вела себя настолько гордо и достойно, что оставалось только восхищаться. Она словно рвалась в битву, на её лице была видна отвага, хотя её тело внушало трепет. На теле Ланды сильно выделялись синяки и порезы. Красные отпечатки говорили о том, что кнутом правосудие пользовалось не один раз. На светящемся лице ведьмы были видны ожоги. Казалось, что перед тем, как показать Ланду народу, пытки без остановок продолжались дня три, не меньше. Светлые волосы клочьями были выдраны на голове. Девушка внушала толпе только ужас, но никак не жалость. Ланда попыталась ещё раз сказать, что она невиновна, но ей завязали рот какой-то старой тряпкой и продолжили привязывать её бледное худое тело к столбу.

Ной развернулся, ему стало противно, и избранник фей побрёл обратно к повозке, у которой до сих пор сидел мальчишка. В сторону мальца парень кинул серебряную монету. Мальчик схватил награду за свою работу и скрылся в улицах. Избранник фей присел на облучок и задумался. Желание уехать из Гриселя возросло. Что-то или кто-то задел избранника фей по плечу. «Неужели ты позволишь ей умереть?» — прозвучал голос в голове часовщика, и Ной узнал в этом голосе фея. Начался небольшой диалог, он проходил в голове:

— Да, я дам ей умереть. Ты видишь в этом что-то плохое? Она же ведьма! — думал часовщик.

— Ведьма? А ты умеешь врать сам себе, Ной. Люди такие странные! Сначала верят так, а потом из-за мнения толпы думают иначе. Ты же хотел её спасти, верно? – фей времени, говорящий только в голове Ноя, произносил истинную правду.

— Да, хотел… — замявшись, сказал вслух часовщик.

— И? – что-то прошептало прямо под ухом паренька.

Ной обернулся, но никого рядом не было. Теперь был слышен лишь звук толпы, жестокой средневековой толпы, которая ликовала, наблюдая за ведьмой и огнём. Страшное зрелище.

Глаза Ноя расширились в ужасе. Ведьма закричала, словно маленькая девочка. Пронизывающий до самой глубины души крик. Ной схватил меч из кучи своих вещей и рванулся вперёд от ненависти к себе. Огонь уже коснулся ног невинной Ланды, когда Ной оказался около толпы. Настолько густо было это скопление людей, что пробиться просто так было невозможно, а скопление продолжало ликовать.

«Замолчите!» — крикнул Ной и стал толкать людей, постепенно пробиваясь через толпу. Время замерло, что удивило часовщика. Люди в толпе и стража не оказывали абсолютно никакого сопротивления, они застыли, как статуи. Ной добрался до Ланды, он заметил, что огонь больше не движется, а лицо девушки застыло, и в этом лице было столько боли и страдания, что слеза, надолго задержавшаяся где-то там, внутри, выкатилась из глаз избранника фей.

Ной как можно быстрее перерезал верёвки, схватил девушку, упавшую к нему на руки, и помчался назад, к лошадям, окончив тем самым этот немой театр жизни, отвратительный и бездушный.

Ведьма очнулась уже в повозке, укутанная какими-то старыми одеялами. Небо проносилось над ней, и Ланда могла слышать только далёкое пение птиц и работу дятла, шум города был позади. Она приподнялась и обнаружила, что находится не в самых лучших условиях, но явно в лучших по сравнению с темницей. Обвинённая в колдовстве сейчас видела лишь спину человека, который несколько часов назад смог спасти ей жизнь и незаметно вывезти из Гриселя, но она не знала о нём ничего. Ланда не могла ничего понять, в голове путались мысли, а ноги ныли от боли.

Девушке нужны были ответы на её вопросы. Чтобы узнать истинное лицо и имя человека, сидящего перед ней, Ланда нарушила спокойствие леса одним вопросом. В её голосе до сих пор ощущалось страдание:

— Кто вы?

— Кто я? – удивился часовщик, наполовину повернувшись лицом к ведьме.

— Да, всё верно. Кто вы? – на лице ведьмы были смешанные эмоции: здесь читалась и радость из-за спасения, и страх из-за неизвестности, а также сомнение.

— Я – часовщик, — с улыбкой на лице ответил парень.

— Часовщик? – ответ был смешным, и девушка, поняв, что ей ничего не угрожает, засмеялась.

— Я рад, что с вами всё хорошо, — сказал избранник фей, посмотрев на солнце, которое уже думало об уходе с неба.

— Спасибо, конечно. Но, почему? Для многих это был своеобразный праздник, моя смерть, — пролепетала Ланда куда-то в сторону.

— Народ Гриселя очень странен. Они любят смотреть на зверства, на публичные казни. Меня это не притягивает, а наоборот, ужасает, особенно, когда казнят невинных, — ответил Ной.

— Часовщик, — вздохнула спасённая и отодвинула от себя старинные часы, дабы было чуть удобнее сидеть, – но как вы поняли, что я невиновна?

— Ланда, вы это сами сказали.

— А давайте перейдём на «ты», — ведьма улыбнулась такой детской, доброй и умиротворённой улыбкой, что любой бы судья мира, увидев подобное, отменил бы приговор. Её, к сожалению, часовщик не увидел.

— Давай, — спокойно ответил Ной.

Вокруг становилось всё темнее, но лес даже не думал кончаться, а наоборот, продолжался. Лошади остановились, они устали. Кругом было тихо и спокойно. Ночевать придётся около дороги, в окружении леса.

Ведьма доползла до края повозки, пока Ной кормил лошадей, и решила спуститься, но как только прикоснулась босыми пятками тёмной земли, то съёжилась от боли и забралась обратно. Ланда попробовала слезть ещё раз, используя только одну ногу, но боль снова сковала ногу девушки, отчего она взвизгнула и вернулась на холодные доски. Обожжёнными пятками было настолько больно и непривычно ступать, что ведьме больше нравилась перспектива ночевать там, где она находилась, среди часов и старых тряпок, а не на земле.

Все эти попытки несчастной не были не замечены Ноем, поэтому он подошёл к Ланде, предложив свою помощь:

— Слушай, давай я помогу тебе, — и, подняв девушку на руки, часовщик с улицы Тайм опустил ведьму на молодую зелёную траву.

— Спасибо ещё раз, — сказала девушка, слегка смутившись, ведь выглядела она очень подавленной, а Ланде такое было несвойственно. – Слушай, я так и не знаю, как тебя зовут.

— Разве это проблема, Ланда? – спросил, улыбаясь, часовщик. Сейчас он отошёл от девушки на пару метров и собирал сухие ветки, валяющиеся недалеко от места остановки.

— Да, проблема. Ведь я даже не знаю, как к тебе обратиться, часовщик! — сказала ведьма, продолжая сидеть на земле и наблюдать за действиями парня.

— Ну, если это так важно, то меня зовут Ной, — произнёс избранник фей, складывая все собранные ветки в кучу.

— Ной, — Ланда посмотрела куда-то вглубь леса и прищурилась. Её взгляд через пару минут снова упал на часовщика, который, свалив все ветки в одну кучу, вспомнил, что не приобрёл кресало и сейчас никак не мог разжечь костёр. – Ной, тебе нужна какая-нибудь помощь?

— Помощь? — слегка усмехнулся избранник фей и заволновался. Время постепенно шло к ночи, поэтому практически ничего не было видно. – Мне надо что-нибудь придумать, чтобы разжечь костёр.

— Ничего проще не видела в своей жизни, — девушка направила указательный палец в сторону веток, и, словно по её велению, из пальца выбросился небольшой сгусток огня, своеобразная искра. Это дитя огня ринулось в сторону сухих веток, поглотило их и начало разгораться. Когда задача была выполнена, Ланда мирно улыбнулась избраннику фей, удивившемуся от увиденного. – Вот за это меня и хотели сжечь. За то, что я могу использовать магию огня, мне приписали все пожары, происходившие за это лето.

— Но ты ведь ничего не поджигала, верно? – поправляя костёр, сказал Ной.

— Конечно нет. Я не хочу убивать людей или причинять им вред. Я просто облегчала себе жизнь магией. А в итоге… — Ланда чуть замялась, вспоминая свой допрос и пытки.

— Ладно, не будем об этом. Я с самого начала поверил тебе. Ты никого ещё не убила. Это видно по глазам! — сказав это, часовщик поднял девушку на руки и перенёс её поближе к костру, чтобы Ланда не замёрзла.

Ной присел рядом с ведьмой, ничего не боясь. В его руках откуда-то взялись два яблока. Скорее всего он прикарманил их для себя, чтобы не умереть с голоду по пути в Чёрную деревню. Естественно, одно часовщик предложил своей новой знакомой: «Держи!» Ланда приняла подарок избранника фей, ещё раз поблагодарив. Наступила полная тишина. В этой тишине слышался лишь треск костра да далёкое пение сверчков. Звёзды начинали появляться одна за другой, и девушка устремила голову вверх, постепенно кусая своё яблоко:

— Ной, а куда мы едем? Ты ведь готовил повозку не специально для меня, верно? – вопрос был скорее неожиданным для Ноя. А ведь действительно, часовщик с улицы Тайм так ничего и не рассказал ни о себе, ни о том, куда они с Ландой направляются.

— Ах, да, Ланда, совсем как-то забыл сказать. Вообще у меня уже были идеи уехать из Гриселя ещё до того, как я увидел тебя. В деревне Чёрной есть трактир, в котором собирается разный народ, включая и путешественников. Мне нужно узнать у них что-нибудь интересное…

— Хочешь стать путешественником? – перебила Ноя светловолосая.

— О нет, мне не стать путешественником. У меня лавка в Гриселе, много забот и всё прочее. Просто, мне нужно узнать, что такое время, а иначе я просто умру.

— Но почему? Почему ты умрёшь?

— Отчасти меня тоже могут посадить за колдовство. Я обладаю магией, но сам до конца не знаю, как ей пользоваться, из-за этого время моё не вечно.

— Понимаю. У меня раньше была похожая проблема, но мне удалось её решить, — девушка о чём-то задумалась на пару минут и продолжила. – Я помогу тебе. Уверена, вместе мы сможем продлить тебе жизнь. В конце концов, тебе ведь удалось продлить мою.

— Ланда, большое тебе спасибо, — сказал часовщик добродушно, отведя взгляд от костра на ведьму.

— Пока не за что, — также добродушно ответила девушка. В тот же момент её лицо изменилось, глаза ведьмы устремились вглубь леса, она съёжилась. – Волки… — раздался едва слышный шёпот, из рук девушки упало яблоко.

— Волки?! – Ной повернулся в ту сторону, куда смотрела девушка, и смог в темноте разглядеть множество фигур животных, мелькающих между стволами и стремящимися именно к костру. Избранник фей вынул меч из ножен, поднял лежащий рядом камень и встал в боевую стойку около костра.

— Вот они, – прошептала ведьма, в глазах которой чётко читался испуг. Пять серых, облезлых и зверски злых созданий выпрыгнули из чащобы и показались на поляне около дороги, где и разбили костёр наши герои.

Звери начали постепенно окружать ведьму и часовщика. Голодные собрались в пятиугольник вокруг Ноя и начали постепенно подходить к нему всё ближе и ближе, выбирая удачный момент для атаки. Один из волков, не выдержав напряжения ситуации, первый кинулся на беспомощную Ланду со спины и уже занёс клыки над её шеей. «Нет! Стой!» — парень рванулся из последних сил и за пару секунд оказался около светловолосой. Он поднял свой меч и одним резким ударом отрубил волку голову, оставляя его тело лежать на земле. Часовщик обернулся и понял, что время для него застыло вновь. Избранник фей не стал медлить, поэтому убил одного волка за другим, и когда это произошло, время начало идти обычным ходом.

Ланда даже не успела моргнуть, как волк, недавно пытавшийся съесть её заживо, лежал рядом с ней, а всё плечо ведьмы было в алой крови. К удивлению ведьмы, это был не один труп. За секунду Ной избавился от всех, кто нападал. «Но как это возможно?» — задалась вопросом ведьма, но, решив, что для очередного «Спасибо» лучший момент, поблагодарила часовщика:

— Спасибо, Ной.

— Не стоит, — ответил парень. – Нужно отнести их подальше и похоронить. Я этим займусь, Ланда, никуда не уходи.

— Да я и не уйду, — только и ответила девушка. Её мысли были далековато от реального мира, часовщик с улицы Тайм был очень странным и вокруг него возникло множество вопросов, по крайней мере в сознании Ланды.

В чащобе леса мелькнула ещё одна тёмная фигура, но она не стремилась к костру и не убегала от него. Кто-то зорко следил за происходящим возле дороги, за Ноем, за Ландой и тихо улыбался.

Ночь прошла быстро. После того, как все волки были похоронены в братской могиле, Ной лёг спать, девушка же заснула чуть позже. Утром часовщик и ведьма отправились снова в дорогу. Обогнув одну жизненную неприятность, они, видимо, стремились теперь к другой. Этот день оказался не таким интересным, как прошедший. Пара остановок, мало разговоров, одна сплошная езда.

В конце концов, повозка остановилась в Чёрной деревне, прямо около знаменитой таверны. Часовщик с улицы Тайм действительно был удивлён, увидев обстановку, отличную от города. Пока Ной и Ланда ехали по улицам Чёрной, они видели достаточное количество людей, но никто из них никуда не спешил, они все о чём-то болтали, болтали тихо, но так, чтобы слышали все. По улице там и там стояли группы людей, два, три, четыре человека, они беседовали и, не имея часов, не торопились ровным счётом никуда. Создавалось такое ощущение, что у этих людей каждый день – выходной. Поймав себя на такой странной мысли, часовщик попытался выбросить её из головы. Он подошёл к Ланде, сидящей сейчас в повозке, и спросил: «Твои ноги всё ещё болят?» Ответ был утвердительным.

Ной, ни слова не говоря, взял ведьму на руки и понёс её в таверну, ловя её целеустремлённый взгляд. Часовщик понял, что Ланда решительна и честна в своих словах. И если она сказала, что поможет Ною, значит она поможет.

Таверна представляла из себя достаточно чистое место. Несмотря на обилие людей, здесь было уютно и прибрано. Странное дело, но никто не напивался здесь до беспамятства, все вели себя достаточно спокойно и переговаривались, словно на улице. Лучше сказать, улицы деревни Чёрной были одной большой таверной. Где-то в дальнем углу перешёптывалась группка людей, где-то старик, облачённый в красную мантию, рассказывал о своих похождениях, а вот примерно между двумя этими сценами можно было заметить рыцаря, полностью закованного в доспехи. Он сидел и с какой-то невидимой за доспехами грустью глядел в потолок. Даже наши герои услышали его унылые вздохи.

Ланда, взглянув на Ноя, обнаружила, что он чувствует какую-то жалость к этому одинокому рыцарю. Девушка дёрнула часовщика за ухо, находясь у него на руках, и кивнула. Ной понял этот намёк и направился к одинокому рыцарю:

— Извините, к вам можно присесть? – спросил избранник фей, посмотрев на эти безжизненные доспехи, внутри которых на самом деле скрывалась жизнь.

— Да, конечно, все места свободны, — ответил незнакомец.

— Спасибо, — сказал Ной и присел напротив рыцаря, усадив перед этим ведьму рядом с собой. Ланда в свою очередь, когда оказалась на стуле, прижала ноги к себе таким образом, чтобы пятками не касаться пола. Сидеть, конечно же, было неудобно, но ведьма решила терпеть.

В этой ситуации ни Ланда, ни Ной не знали, с чего начать, как правильно подойти к теме разговора. Молчание первым прервал рыцарь:

— Меня зовут Деофе́р, — максимально дружелюбно раздался голос из доспехов. – А вас как?

— Деофер, очень приятно. Меня зовут Ной, а это Ланда. Ты – рыцарь, верно? – спросил часовщик, пытаясь подхватить эту ноту знакомства и воспользоваться ей, чтобы поговорить с Деофером.

— Рыцарь? Ну, это как посмотреть. По доспехам – да, а по состоянию – нет.

— Это как? – удивилась Ланда и тоже вступила в разговор.

— Дело в том, что я не имею своего замка или дома, как остальные рыцари. Мне больше нравится странствовать и рассказывать разные истории в таких вот тавернах. Но здесь много других рассказчиков, и мне некому рассказывать свои истории.

— Да? Это странно. Ты выглядишь очень интересным человеком, — сказал избранник фей.

— Я думаю, что люди считают тебя слишком скованным, — задумчиво произнесла девушка, осматривая собеседника. — Сними шлем, так ты будешь выглядеть дружелюбно.

— Хорошо, — после этих слов руки, закованные в латы, поднялись и сняли с головы шлем. Тогда наши герои впервые и увидели лицо путешественника.

Перед ведьмой и часовщиком предстало слегка подзагоревшее из-за палящего солнца лицо, на котором сияли голубые глаза. На лице рыцаря можно было увидеть скромную улыбку и пару шрамов. Деофер смотрел на своих новых знакомых с какой-то неподдельной радостью. Он положил шлем рядом с собой, поправил на голове смоляные волосы и решил, что стоит пойти напрямик:

— Слушайте, у вас есть деньги? – неожиданно спросил странник.

— Да, Деофер, деньги у нас имеются. Но что ты хотел? – ответил Ной, удивлённо взглянув на шлем своего собеседника.

— Я думаю, что вы можете меня понять. Просто… Как бы это сказать… — замямлил рыцарь. – Дело в том, что я очень долго здесь живу, и денег у меня нет. Мой долг растёт с каждым днём, а вариантов для заработка я не могу найти. Я понимаю, что вы пришли сюда за какой-то информацией. Пожалуйста, заплатите за меня долг, и я не только расскажу вам всё, что знаю, но и сопровожу куда угодно.

— Да, конечно, мы поможем те… — начал было часовщик, но его перебила Ланда.

— Подожди, Ной, — ведьма с недоверием посмотрела на Деофера, — пусть он для начала докажет, что знает то, что нужно, а уже потом…

— Стой. – Ной также твёрдо стоял на своём. – То есть ты не доверяешь Деоферу? Ланда, это как минимум некрасиво. В любом случае, знает он или нет, помочь другому человеку – это лучшее, что может сделать человек.

— Хорошо, — ответствовала девушка.

— Большое спасибо, — сказал Деофер, когда часовщик подошёл к хозяину таверны, выплатил весь долг рыцаря и вернулся на место. – Так о чём вы хотели узнать?

— Мне нужно узнать, что такое время, – сразу же начал Ной.

— Что такое время? Это очень странный вопрос, – ответил рыцарь.

— В любом случае, мне просто нужна любая информация, связанная со временем.

— Насколько я помню, только одна новость за последнее время хоть как-то связана со временем, — Деофер сделал небольшую паузу. – Неподалёку от Чёрной расположен небольшой город-крепость Фир. В его стенах недавно была восстановлена ратуша, разрушенная после войны, а также отремонтирована площадь. На этой площади разместили самые большие башенные часы в нашей стране.

— Самый большой механизм? – уточнил часовщик.

— Да, именно так, — подтвердил Деофер.

— Это ведь то, что нам нужно, так, Ной? – спросила Ланда, которой не терпелось помочь своему другу в его непростой жизненной ситуации.

— Конечно. Мы отправляемся в Фир сейчас же! – избранник фей подскочил со стула и двинулся к двери, взяв ведьму на руки.

— Эй, подождите меня, я же сказал, что буду сопровождать вас! – воскликнул рыцарь, одевая на себя шлем и устремляясь за своими новыми знакомыми.

— Право, Деофер, не стоило так… — начал было возражать Ной, но его просто обезоружили слова странника.

— Теперь я перед вами в неоплатном долгу. После того, как ты, Ной, вернул хозяину таверны все деньги, я просто-напросто обязан пойти с вами.

— Хорошо, — ответил Ной, слегка улыбнувшись, и пропустил своего приятеля вперёд.

Часовщика, когда он выходил, слегка удивило то, что в самом дальнем углу помещения он заметил чью-то секундную улыбку, при том, что людей в том углу не было. Как только Ной поморгал, улыбка исчезла из его поля видимости, словно испарилась. Подумав, что всё это лишь заигравшееся воображение, часовщик со спокойной душой покинул таверну, однако улыбка всё-таки была настоящей.

До города нашим героям пришлось ехать пару дней. За это время они успели хорошо узнать друг друга, поговорив по душам за ездой. Но не всё было так хорошо для Ноя и его друзей. По пути на них напали разбойники, и если бы рядом не было такого бравого и сильного рыцаря, как Деофер, то наши герои так и не добрались бы до Фира. Была, конечно, и хорошая новость. За это время ожоги Ланды прошли. Благодаря знаниям ведьмы о мире растений, она смогла сделать себе лекарство, которое поспособствовало такому быстрому заживлению.

Фир – это один из тех городов, которые называли страшными. Так как Фир являлся городом-крепостью, его охрана была достаточно сильной. Здесь, как нигде в других городах, закон был жёстче к мирным жителям и более мягок к защитникам города. Здесь принижение мирного населения, увеличение налогов и цен на необходимые вещи, определённые уступки для представителей армии и стражей «правопорядка» было нормой. С каждым днём в городе возрастала ненависть к правительству, учащались бунты и мятежи. Хоть бандитизмом или грабежом это нельзя было назвать, но народ наказывался, наказывался за желание большей свободы, за желание жить.

Повозка часовщика въехала в тёмные улицы города, в его окраины. Свет здесь был редким явлением: большие стены на протяжение практически всего дня перекрывали доступ к солнечным лучам. Люди здесь, словно растения от недостатка света, чахли. По лицам горожан можно было судить и о самом городе, а на них виднелось лишь недовольство, жалость к самим себе и усталость. Окраины города кишели попрошайками, они и встретили первыми приехавших в Фир.

Повозку медленно везли за собой лошади, слегка подгоняемые Ноем. Неожиданно для всех, но только не для жителей города, из подворотни вынырнуло страшное чумазое существо, слабо напоминающее человека внешне, но говорящее на нормальном языке: «Постойте! – послышался подростковый голос, и на лошадь накинулся мальчик, весь в грязи, начиная от пят и заканчивая ушами. – Дяденька, а, дяденька, подайте на хлеб!» Часовщик с жалостью посмотрел на это существо, смутно напоминающее ребёнка, каким и сам Ной был когда-то, и кинул в сторону чумазого несколько монет. Стоит заметить, что в глазах Ноя, Ланды и Деофера попрошайка увидел разное. У одного в глазах виднелось сострадание, в глазах ведьмы мальчик встретил неприязнь, а рыцарские глаза наполнились теплотой.

Мальчик даже не успел скрыться в переулке, как на часовщика накинулась толпа ещё более чумазых и ещё более голодных людей. Торчащие волосы, блохи, грязь, сменяющие друг друга стоны о помощи и трясущиеся от немощности руки – жалкое зрелище. Ной отдавал одну монету за другой, ни на минуту не задумываясь и не останавливаясь. За его спиной раздался голос:

— Что ты делаешь, Ной? – Ланда задела часовщика за плечо и с каким-то недовольством и тайной брезгливостью взглянула на толпу нищих.

— Я? Сейчас я живу, – такой простой и дурацкий ответ просто разозлил ведьму.

— Естественно живёшь, ещё ведь не умер! Да оставь ты эти деньги себе. Разве думаешь, что сможешь продать всё то, что погрузил в повозку? – возмущалась ведьма и постоянно одёргивала руку избранника фей, но всё тщетно, каждая монета достигла своего нового хозяина.

— Знаешь, Ланда, — вдруг вмешался в разговор Деофер, — а ведь Ной прав. Он жил тогда, когда спас тебя, когда выплатил мой долг, он хочет жить и сейчас.

— Всё верно, мой друг. Да, я небогат, но в нашем мире я хочу жить, помогать людям и видеть на их лице улыбки.

Ной взял кнут и, ударив по лошадям, стал следить за дорогой.

— Видеть улыбки на лицах… — эти слова заставили Ланду задуматься, ведьма подумала о нищих, богатстве, добродетели и себе. Но мысли оборвались, потому что повозка подъехала к башне с часами на площади.

Башня представляла из себя большое длинное здание, построенное в стиле средневекового времени. Она стремилась ввысь, и люди, вставая под её свод, чувствовали себя беспомощными мухами в этом большом мире. Кто был архитектором этой башни – неизвестно, но одно понятно: его цель выполнена. Башня выглядела настолько мрачно и пугающе, насколько может быть мрачно и пугающе сооружение. К башне с часовым механизмом, как можно было заметить, примыкало трёхэтажное здание, у которого вместо окон стояли решётки, а вход, видимо, с улицы не предусматривался. Тёмные краски являлись основной палитрой всей площади, но башня превзошла своё окружение. Поначалу ни один из наших героев не понимал причины такого странного ощущения страха и ужаса, которое у них появилось на площади города Фир. Ни Ной, ни Ланда, ни Деофер ещё не успели толком осмотреться, к ним уже подбежал мальчишка, похожий на первого попрошайку, но более чистый:

— Вы ведь не местные, верно? Скорее всего ещё ничего не знаете про наш город, — сказал мальчик в лохмотьях, потрясая своей грязной головой и моргая блестящими то ли от радости, то ли от детской невинности глазами.

— Ты прав, мальчик. Мы только что приехали. Как тебя зовут? – начал разговор Ной, который за всё путешествие стал более общительным.

— Меня зовут Инф.

— Инф, значит. Давай я дам тебе вот эту монету, а ты расскажешь нам всё, что знаешь про башню, – предложил избранник фей и вытянул последнее, что было у него в кармане.

— Полностью согласен, — монета почти исчезла из рук часовщика, малец с удивительной ловкостью схватил её и засунул в рот, наверное, так было надёжнее всего.

— Что же, говори, раз согласен, – вмешался Деофер.

— Фирова башня – это первая башня с часовым механизмом в нашем городе. Она была построена как дополнение к нашему зданию тюрьмы, — после этого Инф указал на трёхэтажное здание, уже замеченное нашими героями. — Там ждут казни преступники и обычные люди. Часы бьют каждый час и каждый час на этой площади кого-то убивают. Вот недавно закончилась казнь одного из «восставших против власти и закона».

— Подожди, ты сказал, что там держат невинных? – уточнил Деофер.

— Да, и я сказал так, потому что это правда. Вы можете спросить любого человека в городе, но там каждый второй либо подставлен, либо сидит за «участие в мятеже», – сказал парнишка и решил побежать по своим делам, даже не попрощавшись.

— Да как же здесь не восстанешь… — прошептал Ной. – Постой, скажи, ведь от этих часов многое зависит, верно?

— Да, они единственные в городе, но никому не нужны, кроме тюремщиков, – после этих слов попрошайка полностью скрылся в толпе, и найти его уже было невозможно.

— Хорошо, – закончил Ной и тут же повернулся к Ланде и Деоферу. – Мы должны разрушить часовой механизм.

— Что? – в один голос раздался вопрос из уст ведьмы и рыцаря.

— Объясняю. Мне не нравится, что что-то, построенное человеком, приносит людям боль и страдание. Если часы им нужны для того, чтобы убивать, я сломаю часы. Вы со мной?

— Да, – ответил рыцарь, практически не задумываясь.

— Но, мы же хотели найти часы не для того, чтобы их разрушать, а для того, чтобы помочь тебе, чтобы ты жил дольше, – стала возражать девушка.

— Ланда, я понял, что жить – это приносить людям радость. Я также понял за наше небольшое путешествие, что такое время, и мне очень жаль, что ко мне это понимание пришло так поздно. Я начал жить и дышать только после встречи с тобой, после твоего спасения. Я хочу дарить людям радость. Если ты откажешься участвовать в этом деле, то я пойму.

— Нет, я помогу тебе, но как же… — Ланда попробовала что-то сказать, но Ной её уже не слышал.

— Деофер, видишь вход в башню? Там стоят стражники. Отвлеките их вместе с Ландой, заставьте погнаться за собой, а потом бегите как можно дальше.

— Хорошо, я понял, – кивнул рыцарь.

— Если ты так просишь… Ладно, я согласна, – ведьма тоже кивнула, но как же долго она не решалась переступить через себя.

Пролетела пара мгновений. Деофер выбил дверь башни ногой, за ним тут же ринулась стража, в которую Ланда запустила огненный шар. Вся охрана была отвлечена. «Отлично. Теперь мне не придётся убивать тех, кто загородит мне путь» — подумал избранник фей и забежал внутрь башни. Магия избранного сработала уже без крика, часовщик просто пожелал остановки, и время ответило ему согласием. Ною пришлось подняться на пару этажей, открывая двери украденными у стражников ключами, чтобы добраться до основного механизма. Часовщик находился сейчас в самом центре башни, среди шестерёнок и сложных механизмов, которые заставляли время идти вперёд. «Послушай, фей времени! Если ты сейчас меня слышишь, то наверняка понимаешь, что я собираюсь сделать. Я понял, что такое время. Время – это хороший друг, благодаря которому можно творить добро, помогать другим людям и получать от этого удовольствие, но как друг – Время очень занятой, он быстро уходит из гостей. И я хочу, чтобы здесь и сейчас время ушло от меня, но ушло не просто так. Раз я был избран тобою, значит что-то значу. Не откажи мне в одной услуге. Перед смертью мне хотелось совершить одно доброе дело. Дай мне возможность ослушаться один раз нравоучений отца. Я хочу сломать этот механизм, хочу истребить его и открыть двери в жизнь для бедных людей Фира!» -крикнул Ной. Избранник фей закрыл глаза. Он слышал, как всё вокруг трещит и гнётся, словно все соединения кто-то ломает, словно гигант бьёт по стенам башни, он слышал, как бежали люди внизу со словами благодарности чему-то высшему, далёкому. Потом Ной перестал слышать. Последнее, что он чувствовал – это боль и непреодолимое чувство встретиться с отцом и дедом.

Часовой механизм был разрушен, жители города действительно освободились от одной из своих бед.

Фей окончил свой рассказ, он обнаружил, что сироты давно спят, а солнце готовится вставать. Фей взлетел ввысь и больше никогда не появлялся перед этими детьми. Он сделал своё дело, спас их этой ночью. Но я надеюсь, что вы хотите узнать конец истории.

Темнота, ни единого звука. Яркий свет ударил в глаза Ною. Часовщик осмотрелся и обнаружил, что находится далеко не в мире мёртвых. Фигура избранника фей находилась посередине огромного тронного зала. Здесь всё было сделано из белого мрамора, была проложена красная дорожка, множество свечей располагалось и тут и там. Всё, как в тронных залах людей. Хоть часовщик с улицы Тайм никогда и не был в тронном зале, но по рассказам понимал, как всё примерно выглядит. Около трона стоял тот самый фей времени, который следил за часовщиком, словно тень, на протяжении всего рассказа. Фей смотрел на своего избранника с улыбкой, но всё же сверху вниз. Ной недоумевал до последнего момента, пока на троне часовщик не обнаружил фигуру, жутко похожую на фея. На голове неизвестного красовалась золотая корона, в которую вставлена была, казалось, сокровищница всего мира. Седой, с длинной до груди бородой, морщинистым лицом и проницательным взглядом, он восседал на мраморном троне, держа в руках золотой посох. Крылья филина, словно накидка, облагали его фигуру. Оул, король всех фей, поднялся со своего трона и распростёр руки к часовщику:

— Добро пожаловать в дом всех фей! – громко и радостно произнёс неизвестный Ною.

— Дом всех фей? – удивлению Ноя не было конца, он озирался по сторонам, пытаясь вспомнить всё, что с ним было.

— Я – Оул, властитель всех фей и тот, кто принимает в свои объятия нового фея, фея помощи…

— Что? Фей времени, объясни мне ты хоть что-нибудь.

— Хорошо, — ответствовал фей, вздохнув. – Владыка, разрешите мне объяснить самому, что только что произошло с жизнью этого смертного?

— Конечно, — произнёс с улыбкой на лице Оул и вернулся на трон.

— Я поздравляю тебя, ты стал феем помощи, одним из нас. Феи – это люди, желания и души которых сильнее, нежели желания и души других людей. Твои мечты настолько сильны, что наш мир не смог отправить тебя дальше. Мир даёт тебе способности, которых у тебя не было при жизни обычного человека, но он не интересуется твоим мнением. Знай, что ты прошёл моё испытание. Ты правильно понял значение слова «время». Мои поздравления, теперь у тебя своя миссия – помогать людям, – фей времени, закончив объяснять, тут же затих.

— Миссия – помогать людям? – переспросил часовщик.

— Да, — ответил Оул, — у каждого из нас есть своя миссия, кто-то обязан мешать людям, кто-то обязан сводить людей вместе, кто-то обязан выбирать среди людей избранников, а кто-то, как ты, обязан им помогать. Мир даровал тебе новую жизнь в новом теле, прими это.

— Но, я ещё не фей, — возразил Ной, оглядывая себя.

— Всё верно. Тело изменится со временем. Ты поживёшь в нашем дворце, узнаешь наши способности, поймёшь роль фей. Со временем твоё тело изменится само, вырастут крылья, поменяется выражение лица, цвет волос. Ты станешь совсем другим и тогда сможешь выходить к людям…

А фей помощи всё летел и летел. Его глаза всегда слезились, когда он вспоминал этот момент пролетевшей жизни, но слёзы никогда не лились из глаз, потому что феи разучились плакать. «Я думал, что моё время остановится на том сладостном моменте, когда я жил, а оно не остановилось даже после смерти», – печаль прослеживалась в этих словах Ноя. Он прожил в теле фея уже не один год и, к собственному сожалению, потерял все мечты и надежды, перестал умиляться счастливым улыбкам, перестал помогать людям по собственной воле.

читателей   110   сегодня 1
110 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...