Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Меч Рассекающий ветер

 

 

Мотылек замер, ожидая своего часа…

Ветер срывает рыжие листья, танец огня и ветра.

Напрасно желание упорхнуть с бумажного фонаря.

 

Мотылек замер, ожидая своего часа

 

Го Кай не слышал гомона многотысячной толпы, доносившегося с высоких трибун, не ощущал спертого воздуха в подвале арены, вони пота и испражнений. Окружающее пространство, ржавые прутья камеры, мрачный, плохо освещенный подвал с заключенными, арена и невыносимо жаркий, чужой мир исчезли, растворились во времени, став лишь кратким мигом, длящимся сколь угодно долго. Молодой мастер меча, стоя на коленях посреди камеры, медитировал. Из его вещей оставили только синие шелковые штаны и сандалии. Меч, бо, соломенную шляпу — нон, рубашку у него отобрали, пока мастер был без сознания. Кай, не понимая, как оказался здесь восстанавливал прошлое по крупицам, ища ответы в глубине своего сознания. За его поведением наблюдали другие невольники, кто-то уже предвкушали его быструю смерть. Чудовищно хрупкий, тонкий человек с чуть желтоватой кожей, миндалевидными карими глазами казался легкой добычей. Большая часть волос на голове новенького — сбрита наголо, лишь на темечке оставалась длинная прядь, заплетенная в тонкую косичку. Хрупкий новичок-смертник вот уже несколько часов абсолютно неподвижно стоял на коленях посреди своей камеры…

Гул и гомон людей внезапно стих, стал отчетливо слышен истеричный крик лишь одного человека, который длился несколько мгновений, а затем резко оборвался, и снова шум ликующей толпы. Спустя пару минут, заскрипели двери подвала. В сопровождении шести вооруженных людей вниз ввели безоружного воина. На его груди зияла свежая колотая рана, лицо и руки в крови. Мужчину провели мимо Го Кая куда-то на нижние этажи. Спустя какое-то время, стражники, молча, покинули подвал.

Все в этом странном месте были воинами, это Го понял буквально с первого взгляда. И собрали их здесь не для дружеских посиделок, а потому, пленники предпочитали хранить молчание.

Много часов спустя, когда уже стихли людские крики, двери подвала снова открылись, и сверху раздался голос:

-Туши огонь!

Неспешно шаркая тапочками о каменные ступени, с самого низа стал подниматься стражник, туша за собой большую часть факелов. Еще более плотный мрак окутал подвал. Заключенные улеглись на свои койки. «Видимо, наступила ночь», — решил Кай и последовал их примеру. Ему непременно стоило выспаться, кто знает, что ждет его завтра. Еще вчера он засыпал в родных горах Куньлунь, будучи свободным человеком, ищущим свой путь, а сегодня уже в совершенно другом мире, будучи заключенным или рабом, желающим сохранить жизнь.

Заскрипела дверь, в подвал вереницей вошли люди, что кормили заключенных. Мастеру передали сытную мясную похлебку, свежий, еще теплый хлеб, фрукты и сильно разбавленное вино, почти воду. Го Кай попросил простой, чистой воды и получил другой бурдюк, отдав вино.

— Спасибо тебе, добрый незнакомец.

Человек, закутанный в широкую песчаного цвета хламиду, кивнул и ушел на нижний этаж. В его больших корзинах полно еды и предстояло накормить еще многих. Мимо проходили все новые и новые люди в песчаных хламидах, каждый тянул свою пару корзин. Некоторые полны свежего мяса или даже человеческих конечностей. Проносили и другие, еще более экзотические продукты: червей и странные белые камни. Оставалось лишь гадать, кого кормят там внизу.

На одном этаже с камерой Го Кая было еще трое заключенных. У каждого своя персональная камера. У всех общая конструкция, но камера одного из заключенных отличалась, прутья, окна и двери — покрыты яркой зеленой краской. Если на прутья долго смотреть — кажется, они движутся или, нагреваясь, колышется воздух около них. Как бы то ни было, это странно. Го кушал и пока, просто подмечал все необычное. Проблемы стоило решать поступательно, выбраться отсюда будет непросто. Из того, что он вспомнил, выходило, что Кай угодил в ловушку. Встреченное им свечение оказалось некой дверью, ведущей сюда, где его уже поджидали местные стражи. Ослепленного и потерянного из-за перехода между мирами, мастера тут же связали и опоили чем-то отвратительным на вкус, а после, он очнулся уже здесь, в камере.

Разносчики еды давно ушли, сверху снова послышались тысячи и тысячи голосов, все они требовали начала игр. Видимо игрой называли битву между заключенными и, судя по всему, победителю доставалась его жизнь, на какое-то время, а проигравшему свобода, в каком-то смысле.

В подвальное помещение спустился тучный человек, одетый в яркие одежды, на его припухлых пальцах сверкали перстни с крупными драгоценными камнями. Из небольшой сумы на поясе он доставал и кушал инжир, там, где обычно бывает клинок, висел костяной жезл, увитый, будто живым плющом. За ним следовал щуплый бородатый, всячески, потакая важному гостю. Страдающий лишним весом и чрезмерным аппетитом, вельможа с интересом разглядывал помещение. Постоянно закидывая в рот фрукты, он медленно шел к лестнице вниз, затем замер прямо перед камерой Го Кая.

— Этот, кто?

— Человек, мой господин. Мастер поединка на мечах, сильный воин…

— Хорошо, этот и вот тот, кто?

Розовощекий господин указывал на того заключенного, чья клетка отличалась от прочих.

— Это элад  — получеловек, полу…

Господин перебил его властным тоном:

— Значит, этот тощий и получеловек!

— Как пожелает господин. Они будут биться друг с другом?

— Пойдем вниз, покажешь, что у тебя еще есть?!

— Непременно, уверен, мы найдем то, что заинтересует вас, уважаемый Вакх.

— Посмотрим, посмотрим, сколько себя помню, меня интересовала выпивка, но ее я здесь нет…

Саркастически заявил господин Вакх, и ушел вниз, распорядитель проследовал за ним.

Спустя несколько минут, явившиеся сверху, стражники открыли камеру Го Кая и сопроводили его из подвала.

Солнечный свет больно резанул по глазам. Какое-то время Кай абсолютно ничего не видел. Щурясь, пытаясь проморгаться, он, ведомый надзирателями, вышел к тяжелым металлическим воротам. За этой преградой его ждал выбор умереть или заплатить чужой жизнью за свою. Но Го Кай не собирался умирать, это не его путь.

Некто провозгласил начало игр, и толпа ответила радостными криками. Ворота перед Го стали медленно раскрываться. Стража копьями подталкивала Кая вперед на невероятно большую арену, залитую розоватым, солнечным светом. Огромное песчаное поле окружали трибуны, заполненные живым морем, так много людей Го Кай видел впервые в жизни. Сложно поверить, что столь монументальное, великолепное строение, конец которого скрывается за горизонтом, рукотворно, что все это построил человек лишь ради смерти других.

Далеко, почти на горизонте, мастер увидел свою шляпу, надетую на рукоять его меча. Рассекающий ветер  — он бы узнал и с гораздо большего расстояния. Кай, не теряя более ни мгновения, бросился бежать к оружию.

Шум толпы изменился. Го на бегу пытался высмотреть угрозу. Раскаленный воздух искажал пространство, путь к оружию оказался длиннее, чем ожидал мастер. Дышать было больно, раскаленный воздух обжигал носоглотку и горло, пот заливал глаза, но Кай продолжал бег. Всего за пару метров от меча Го остановился. Напротив, всего в десятке шагов замер тот самый элад — почти двухметровый здоровяк с такой накаченной шеей, что казалось, голова растет прямо из спины. Он стремился сюда за своим оружием — молотом на длинной рукояти.

— Эй, тощий! Я сделаю из твоей косички оберег, а тебя раздавлю, как клопа! Вот так.

Здоровяк накрыл сверху ладонью кулак, раздался шлепок. Элад обнажил белые зубы в, то ли в улыбке, то ли в оскале.

Го Кай выслушал соперника и кивнул. С невозмутимым видом, подойдя к своим вещам, мастер надел шляпу, сноровисто подвязав ее. После, наконец, коснувшись рукоятки клинка, Кай обрел спокойствие. Дух мастера меча и Рассекающий ветер вновь едины. Го Кай на мгновение зажмурился, затем раскрыл глаза и увидел окружающий мир впервые ясно и четко. Элад схватил молот и приготовился к битве.

Правила изменилось, когда ворота по периметру одни за другими стали раскрываться, и оттуда выбегали целые полчища огромных кошек. Толпа ревела от восторга. Стало очевидно — бой не один на один, как предполагали бойцы, а двое против стаи. Животные, будто повинуясь неведомому дрессировщику, но скорее всего инстинкту, стали окружать бойцов. Медленно и неспешно, взяв их в кольцо, звери, будто на охоте, аккуратно приближались к жертвам.

Медленно и грациозно пугающе кошки сжимали кольцо вокруг людей.  Рыжие твари в поле зрения  бойцов, замирали на месте, и маленький шажок ближе делали другие звери те, что оставались вне поля зрения.

Го уже почтительно оценил своих противников, и вывод его печалил. Если и останется он жив, то эту битву никогда не забудет. Каждая киска весила, как взрослый мужчина, обладала силой и скоростью запредельной для человека, а их под сотню! Кай неспешно, маленькими шажками отступал назад пока не почувствовал спину элада, больше отступать некуда. Между людьми и животными не более двух метров. Го приготовился к битве, но услышал рык и был буквально выброшен на врага. Рассекающий ветер вскрыл плоть первого зверя. Кай думал, что готов ко всему, но увиденное им было за гранью объяснимого.

Элад в момент, когда первая кошка бросилась на него в атаку, не стал бить ее молотом или уклоняться. Широко расставив руки, он заревел, подобно медведю и вспыхнул, словно был облит маслом. Молот в руках гиганта мгновенно раскалился добела. Зверей, ринувшихся в атаку, раскидало в стороны воздушным ударом, откинувшим и самого Кая. Дикие кошки страшились приближаться к огненному человеку, только рычали и пятились, а он с завидной удалью бил по ним молотом. Не все звери умирали сразу, улетев на пару метров в сторону, они, продолжая гореть, переломанные от ударов, жалобно мяукали и порыкивали, но уже совсем не зло.

Зато Го Кай сумел ощутить всю ярость, проворство и скорость движений своих противников. Лишь долгие годы тренировок позволяли ему контролировать ситуацию даже сейчас. Умело используя массу противников, мастер наносил точные удары, рассекая сухожилия, травмируя глаза и носы свирепых животных. Он почти не убивал, лишь выводил хищников из строя, на милосердие не было времени. Во время танца мастера с Рассекающим ветер в руке он не упускал из вида второго. Элад полыхал желтым пламенем, на нем дотла сгорела вся одежда, но огонь не вредил. Здоровяк был в ярости и так махал молотом, что далеко не все кошки уносили ноги. Был слышен хруст ломаемых костей. Под защитой пламени загадочный воин — элад сокрушал зверье, иногда рыча на них и брызжа слюной, напоминая бешеного медведя.

Кай пригнулся, пропуская над собой прыжок очередной киски, и вскрыл ей брюхо, пока та меняла положение тела для атаки. Падая на спину, мастер, подставив руку, крутанулся и резанул еще двоих. Рыча и гневно шипя, звери отступили. Пятилось назад всего пятнадцать — двадцать животных. Остальных, тех, что уже не могли бежать, Го убивал, не из жестокости — из милосердия.

Лишь сейчас Го Кай услышал, как беснуется на трибунах толпа. Вниз полетели цветы, прямо к ногам, на трупы несчастных зверей в кровь и песок. Кай, подняв голову  вверх, устремил свой взор туда, откуда летели цветы, надеясь увидеть монстров, чудовищ или какую-то другую мерзость. Но увидел людей, самых обычных людей: семьи с детьми, парочки влюбленных, стариков — все они здесь ради чужой смерти… Го Кай знал, что это не его путь, но пока он вынужден следовать им.

 

Ветер срывает рыжие листья, танец огня и ветра

 

Открылись двое, ближайших к бойцам, ворот. Судя по всему, игра завершилась. Го, погруженный в свои мысли, прошел за врата, где от него, пока закрывались створки, потребовали положить меч. Требование оскорбительное и невозможное, но, видимо, на его согласие никто и не рассчитывал. Го Кай не сразу заметил, как из небольших отверстий в полу пошел пар, и было слишком поздно. Глаза, будто заволокло пеленой, зрение затуманилось, тело охватила слабость, и сознание мастера померкло…

Го пришел в себя, находясь вновь в своей камере. Все это было похоже на страшный сон, но, к сожалению, нельзя просто проснуться, нужно найти выход. Обычно он там же, где вход, но так ли это в данном случае?! Учитель Набунаро в день, когда подарил Го Каю его клинок, спросил:

— Дух мастера меча рассечен надвое, половина живет в нем, другая — в его мече. Го Кай — такое имя одной половины твоего духа, как будут звать меч?

Медитируя больше суток Кай, наконец, узнал имя:

— Рассекающий ветер.

С того самого дня и до не давних пор Го никогда не расставался со своим духом, как оказалось, это довольно болезненно. Кай все время чувствовал какое-то беспокойство, знал причину и ничего не мог с этим поделать. Его не так тревожили железные прутья клетки, невыносимая жара или даже нахождение в чужом мире, сколько отсутствие рядом меча.

Го поднялся с пола своей камеры и присел на кровать. На этот раз ему оставили шляпу. Потянув за ленту, Кай развязал узел, снял головной убор, отряхнул с него песок и положил на койку рядом с собой. В заключении, в отсутствии небесного света сложно отсчитывать время, к тому же неизвестно, сколько длится день в этом мире, да и есть ли тут ночь не ясно. Го Кай, медитируя, вспомнил, как очутился тут, и тогда дома на Земле была ночь, а тут светило это чужое солнце. Когда его вынудили биться с несчастными животными, тоже пылало светило, быть может, оно и не уходит за горизонт никогда…

— Как же так?!

Цветущая сакура.

Ослепленный нежным сиянием, глупый ронин потерян,

Утратив свой меч, свободу, честь…

— Что такое ронин? — внезапно услышал мастер уже знакомый голос элада. Го лишь мгновение подумал и пояснил:

— Ронин — бродячий воин, утративший, не уберегший жизнь своего господина.

— А сакура?

— Такое дерево, очень красиво цветет, покрываясь нежными розовыми цветками.

Здоровяк стоял очень близко к зеленой решетке, не касаясь ее. Го смотрел на него сквозь окошко своей камеры, между ними было не больше трех метров, но на самом деле между ними необъятная пропасть длинной в несколько миров.

— А что случилось с твоим хозяином? — спросило Го странное существо, способное самовоспламеняться. Кай искренне ответил:

— У меня никогда не было господина и не будет!

— Теперь у тебя, человек в шляпе, есть хозяин, у нас у всех теперь есть хозяин…

На этой фразе элад закончил диалог и лег на свою кровать. Есть ли у здешнего дня конец?! Как бы то ни было, длится он гораздо дольше Земного.

Кого-то стражники приводили в подвал на нижние этажи, кого-то, в бессознательном состоянии заносили, волоча по полу. Но спускалось людей всегда больше, чем возвращалось обратно.  Наконец, раздался уже ожидаемый крик:

— Туши огонь!

И в самом низу зашаркали тапочки…

 

***

 

Утро — так для себя определил время Кай, когда кормили заключенных. Разносчики, растянувшись длинной змеей от самого входа в повал, двигались вниз. Туда вновь проносили странную и порой отвратительную пищу. Сегодня Каю уже не предлагали вино, только воду и, конечно же, еду свежую, вкусную, хорошо пахнущую. Го Кай поблагодарил своего кормильца. Он не знал тот ли это человек, что кормил его вчера, все разносчики замотаны в песчаного цвета хламиды так, что оставались видны только глаза. Кай посмотрел в них и отчего-то понял — перед ним женщина. Даже нет, это совсем еще юная девушка.

— Как зовут тебя?

Спросил Го, но его кормилица, не вымолвив ни слова, ушла вслед за другими разносчиками на нижние этажи. Кай, присев обратно на койку, стал кушать, силы ему понадобятся, в этом он был уверен.

Спустя какое-то время в подвал спустился распорядитель игр. Сегодня он был один и совсем не так улыбчив. С каким-то раздражением, указал на всех заключенных на этаже и ушел вниз, возможно, выбирать других бойцов.

Кай уже привычно следовал за стражами наверх, сегодня его ждало очередное бесчестие. Он мог бы убить стражников всего за пару мгновений, но что потом? Куда бежать ему?! Наверх? На арену, где его и так ждет толпа? Или быть может обратно в подвал, и поискать свободу там внизу? Да и можно ли так сбежать? Не вырваться из плена, не сбросить оковы, а вернуться домой, в свой мир?! Вопросов пока было гораздо больше, чем ответов. Единственное, что мог Го Кай прямо сейчас — выжить.

Яркий розоватый свет вновь пытался ослепить глаза мастера, но теперь он был в шляпе и знал, что где-то там за железными воротами в песке лежит его меч. От осознания этого факта у Го даже пересохло во рту, как же сильно ему не хватало Рассекающего ветер. Металлические врата сами собой стали открываться, Кай вышел на арену, оглохнув от шума толпы.

Края арены терялись в мареве, Кай двинулся к ее центру. Через несколько сот шагов он заметил десятки людей, движущихся со всех сторон в том же направлении. В самом центре арены возвышалась целая груда инструментов, созданных обрывать чужие жизни. Почти одновременно воины бросились бежать к оружию. Бег под палящим солнцем по раскаленному песку давался не просто, легкие отказывались принимать в себя горячий воздух. Дыхание мастера сбилось, но та же участь постигла почти всех. Многие невольники, в том числе и Го, замедлили бег. Кто-то упал на колени, не в силах идти, несколько человек, потеряв сознание, рухнули в песок с размаха прямо на бегу. Только самые стойкие все так же рвались к центру, где их ждал бой на смерть. Среди них был уже знакомый элад. Судя по всему, жара его ни сколько не беспокоила.

Кай, неспешно двигаясь к цели, заглушил в своем сознании внешний шум, сконцентрировался на биении своего сердца, на пульсации вен и, наконец, на затрудненном дыхании. «Вдох, выдох»… — Повторял себе Го, пока его слабое тело не подчинилось несгибаемой воле. Шаг, за ним другой, еще один, и мастер, постепенно ускоряясь, вновь перешел на бег, стремясь обрести единство с мечом. Те, кто не успеют — умрут, те, кто придут первыми – умрут. Кай не собирался умирать, а потому пришел не первым и не последним. В центре арены уже кипел нешуточный бой, поверженные противники дико кричали в агонии, предвкушая смерть. Навстречу мастеру, размозжив голову очередному сопернику своим пугающим молотом, выступил элад.

Сто шагов отделяло Го от клинка и между ними — свирепый враг. Меньше всего мастер хотел столкнуться именно с ним, да еще и без оружия. Но, что называется, дело случая. В этот момент, пробегавший мимо  боец, отвлек внимание элада. Схватив копье, он начал исступленную, бешеную атаку и очень вовремя. Кай успел проскользнуть мимо них, добравшись до своего оружия. Коснувшись рукояти клинка, мастер снова на секунду ощутил покой. Затем, окружающий мир, диктуя свои правила, пожелал нарушить покой мастера, но слишком поздно, его дух вновь един.

Невысокий, коренастый заключенный в лохмотьях, схватив маленький круглый щит и широкую саблю, с разбега в прыжке атаковал замершего Го. Миг, неуловимые взглядом движения, и на песке оружие поверженного, доспехи по отдельности рассыпались в хаотичном порядке. Рука, сжимающая саблю, обмякшее тело невольника и голова с застывшим выражением испуга и удивления.

Мастер круговым движением стряхнул кровь с клинка, Рассекающий ветер жадно блеснул в розовых лучах чужого солнца. Кай смирился с положением дел пока и следовал своей роли. От него хотят участия в игре, где ставка — жизнь, пусть так. Го победит в этой и любой другой игре, во что бы это ни стало. Он вернется в Куньлунь в Инсанг-де-сунчуан к учителю, брату. Когда Го Кай покидал деревню, то надеялся найти свой путь, овладеть всеми техниками меча, изучить всё  и открыть свою собственную дорогу, и вот, он здесь…

Жара, плен и смерть окружают мастера: «Неужели таков мой путь»?! — Спрашивал себя Го, пока его рука с Рассекающим ветер в ней, жила своей собственной жизнью, отбирая ее у других. Трибуны взрывались ликующими криками. Мастер меча нравился зрителям, тонкий и ловкий, в такой приметной шляпе он сеял смерть неуловимыми движениями, грациозно, будто танцуя.

Прочие бойцы на арене бились с остервенением и жестокостью, но в сравнении с Го топорно, не зрелищно, не так красиво…

Когда большинство бойцов уже оказались мертвыми, и на ногах оставалось всего семеро, затрубили огромные трубы, и некто с высокого, украшенного драгоценностями и золотом балкона поздравил победителей. Вдоль ближайшей стены открылось семь ворот, а на песок вновь полетели цветы…

Кай прошел сквозь врата и сам, не дожидаясь требований, положил меч на стол. Ведь его все равно отберут. Стол оказался механизмом, который тут же скрыл Рассекающий ветер в своих недрах. Двери в подвал открылись, и навстречу Го вышло шесть охранников, которые сопроводили его в его камеру. Как именно они попали в то место, где содержался Кай, оставалось загадкой. Вошел и вышел Го Кай с разных сторон арены, но оказался в том же месте. Эту тайну ему еще предстояло разгадать… Кай огляделся. На этаже было две пустых клетки, остались только он и дремлющий на своей койке элад.

 

Напрасно желание упорхнуть с бумажного фонаря

 

Минула ночь, снова пришли разносчики в песчаных хламидах. На этот раз их было всего около десятка. После приема пищи в подвал весь день никто не спускался. Наступила и пронеслась мимо еще одна ночь. Утром уже пришло всего четверо разносчиков. Судя по всему тех, кто ест, становилось все меньше и меньше… После кормежки в подвал пришел распорядитель и обратился к Го:

— Люди полюбили тебя, ты стал любимчиком публики…

Го Кай невозмутимо молчал, пока он не услышал ничего интересного.

-… Мне нужно, как и тебе, кстати, чтобы ты победил в следующем раунде, иначе ты умрешь,           — распорядитель улыбнулся Каю. — Но я должен быть уверен в твоей победе! Тогда я мог бы дать тебе пару советов, или какое-нибудь средство… Понимаешь, о чем я?

— Не нужны советы, не нужны средства. Мне нужна свобода, хочу вернуться домой, это возможно?

— Свобода?! Вернуться домой?! Да ты хоть понимаешь, где оказался?! Ты осознаешь, где ты находишься?! В твоем положении, быть здесь мечтают миллионы живых существ. Ох, ты не понимаешь, верно?! Хорошо, я объясню тебе… Во всех мирах все народы знают о существовании этого места и именуют его по-разному. Существа из твоего мира звали это место, кажется, Олимпом или Вальхаллой и еще сотней других имен… Сюда попадают только сильнейшие воины своих миров, чтобы побеждать, сойдясь в поединке. Одни умирают, другие — те, кому повезло, те, кто был ловчее и те, кто был непревзойденно силен — остаются жить. В конце концов, остаются трое воителей, доказавших право биться за титул бессмертного. Их противником будет Росад — пожиратель душ. Один из трех, если Росад будет повержен, сможет забрать священный плод и стать настоящим богом… С высокого балкона за боями смотрят бессмертные, они заметили тебя… И я заметил…

На лице Кая мелькнула кривая улыбка:

— Я не получил ответа на вопрос?

— Хм… Ты получишь свободу и даже больше, станешь богом! Но боги не должны надолго покидать это место… Твой дом будет здесь, если, конечно, ты победишь…

Распорядитель игр в некой раздраженной задумчивости ушел обратно наверх, оставив пленников одних. Кай обдумывал услышанное. Это было настолько же безумно, насколько похоже на правду. Быть может, все же мастер меча следует своим путем и не сходил с него, да и не терял он чести в поединках на арене, если пришел сюда побеждать! В том-то и вопрос, за тем ли пришел он сюда?

Прошел еще один день. После приема пищи элада увели наверх, Кай остался на этаже совсем один. У него было время, чтобы подумать и принять свой путь. Быть может для того он годами напролет совершенствовал свое тело и дух! Долгими днями, изучая техники владения мечом, Го Кай мечтал постичь все! Будто в сухую землю вода, вливались знания в Кая, и он впитывал их без остатка. Когда ему исполнилось двадцать, он ушел из Инсанг-де-сунчуан своей родной деревни, пообещав младшему брату Шао и учителю Набунаро, что вернется, когда изучит все техники клинка и станет самым сильным мечником в горах Куньлунь. За четыре года мастер Го побывал во многих местах и встретил множество противников. Встречал Кай тех, кого он убивал с сожалением, проливая слезы над умирающим. Мастера высочайшего класса: Гуань Юй — мудрый и благородный военачальник с копьем  Укус лотоса, Сусаноо и его меч Собирающий облака рая, Гоуцзянь и Нестареющий меч… Встречались Го Каю и те, кого стоило убить, бесчестные мастера, чьи имена забыты. Возможно, иного пути никогда не было, и мастер Го всегда стремился сюда изо дня в день, доказывая себе и всему миру, что он непревзойденный, лучший. И что ждет его за чертой, где он окажется самым сильным воином, куда направить свою энергию?! Такой поток не сдержать, он никогда не сможет жить так, как мастер Набунаро  медитируя и обучая других…

От входа в подвал раздался шум, и вниз повели чем-то приободренного элада, его сопроводили в камеру. Снизу поднялся стражник, оставляющий за собой густой мрак. Это он каждый день, шаркая тапочками, тушил огни факелов с неведомых нижних этажей и до этого, где содержали Кая. Неожиданно к мастеру обратился довольный элад:

— Тот бородатый говорит правду. Осталось всего два боя и гора Белого пламени обретет нового бога. Ты хороший воин, но завтра я тебя убью. Как я уже говорил, из твоей косички я сделаю амулет, он придаст мне еще больше сил.

Змея, вздумавшая проглотить свой хвост,

Задохнется и умрет голодной, не осознав ошибки.

Сытная пища для птенцов ястреба.

Элад, улыбнулся и отошел от решетки:

— До завтра, птичка в шляпе…

***

Го Кай в сопровождении надзирателей вновь стоял перед огромными железными вратами, за которыми его ждала вершина той горы, куда он всегда стремился, куда пролегал его путь. Мастер услышал странный звук за спиной, обернулся и увидел, как из недр железного стола появился Рассекающий ветер. Кай взял оружие и, глубоко дыша, вышел на арену. На этот раз мастер и меч уже были едины, Го был столь же спокоен, сколь песок под его ногами безразличен к его шагам. Неспешно ступая вперед, Кай размышлял над судьбой, могуществом и обязанностями. Кто, если не Кай должен стать следующим бессмертным, если не встречал он равных среди смертных?! Мастер уже давно заметил приближающегося сбоку воина, но, ни сколько не подал виду, продолжая волочить краешком клинка о песок. Го Кай казался таким беззащитным, таким слабым, что из шестерых противников двое захотели его смерти, приняв за легкую добычу. С другой стороны приближался второй воин. «Так даже лучше», — подумал Кай. Противники уже были так близко, что Го смог рассмотреть обоих: тот, что слева был очень высоким, с двумя мечами, а второй – напротив, не высоким, щуплым, только покрытым густой шерстью и с длинным кожаным хвостом. Более всего существо напоминало помесь человека и крысы переростка. У человека-крысы не было оружия, он вполне обходился когтями и прелестными зубками.

С трех метров на Кая бросилась гигантская крыса. Мастер, сделав шажок в сторону, молниеносно взмахнул мечом. Го оправдал его имя и лишь рассек воздух. Человек-крыса растаял в дыму и оказался с другой стороны. Зашипев, он  плюнул прямо в лицо мастера, едкая слюна щипала глаза так, что Кай не мог их раскрыть и почти сразу отбросил попытки. Ослепить мастера Го еще ничего не означало, он все еще слышит, чувствует запахи, а потому, мир для него пока еще достаточно ярок.

Высокий воин и крыса сцепились друг с другом, позабыв о человеке в шляпе. Мастер продолжал неспешно двигаться вперед, склонив голову и одной рукой утирая лицо под шляпой, а второй продолжая волочить меч. Его противники несколько раз сходились, Кай слышал, как скрежетал металл о когти существа, затем они вновь расходились. Здоровяк был ранен, крыса укусил его за руку и большой воин быстро терял силы, судя по всему, крыса ядовит… В какой-то момент крыса сиганул на три, быть может четыре метра и, вцепившись в грудь соперника, ногами разодрал ему пузо, вывалив все кишки наружу. Крыса тут же отскочил в строну, наблюдая, как несчастный пытается запихнуть раздувшиеся потроха обратно в себя, но было слишком поздно. Кай, проходя мимо, отсек голову умирающему одним точным движением, и это не открывая глаз. Крыса оценил жест, прижав к голове торчащие уши, скалясь и подергивая губами. Смотрелось это отвратительно и пугающе. Го не видел этого, лишь понимал, что происходит.  Кай бросил притворяться жертвой, тем более что его противник, судя по всему, видел несколько иначе, чем человек, так как внешняя слабость  и беззащитность мастера его ни сколько не обманывали Нужно понять, на что опирается существо, как именно оно оценивает окружающий мир, на что оно ориентируется, чему верит?! Быть может…

Кай заставил себя испытывать страх, бояться все больше и больше, и сработало! Крыса почувствовал изменившийся запах Го и явно приободрился. Спустя всего пару секунд правильной игры, и крыс бросается в атаку. Мастер, сделав фляк назад, уходит от коварного удара под ноги хвостом, но неудачно приземлившись, мастер падает. Выглядело это нелепо и, будто случайно. Кай отполз в сторону, оставив меч там, где упал. Это было последней каплей. Крыс, почуяв неизбежную победу, отчаянно ринулся на жертву. Он совсем упустил, как Кай оказался около мертвого здоровяка и его оружия. Его — то Го и вонзил в пасть крысы по самую рукоять и отполз от трупа, вернувшись к Рассекающему ветер. Прозвучал оглушительный гонг, и некто с балкона объявил:

— Осталось только трое! Совсем скоро, возможно, появится новый бог! Бойцы доказали право сразиться за этот титул…

Ближайшие к Го ворота отворились, и Кай проследовал к ним. Положив свой меч на загадочный механический стол и, подойдя к дверям, он отворил их. Но, вопреки ожиданиям, за ними не было привычных камер, клеток, цепей и решеток. За железной дверью оказалось вполне приличное помещение с коврами. В просторном зале — деревянная и каменная резная мебель, несколько дверей. Кай прошел дальше и открыл одну из них — купальня, а за соседней дверью оказалась обеденная, стол которой уже накрыт. Кай больше ни чему не удивлялся и, не теряя времени, воспользовался возможностью искупаться, тем более что слюна крыса до сих пор раздражала кожу и глаза…

Будто родившись заново, свежий и чистый Го вылез из бочки. Он искупался и обрил волосы на голове, что успели немного отрасти. Заново заплел свою тонкую, длинную косичку и направился в обеденную. Выйдя из купальни, Кай обнаружил на низком табурете аккуратно сложенные вещи — точную копию его одежд, только небесно голубого цвета. Рубашка была украшена тонким серебристым узором на груди и спине. А вот его грязных штанов и сандалий нигде не было. Выбор был очевиден и не велик, мастер надел чистую рубашку и штаны. Шелковая ткань приятно холодила кожу. В обеденной, как и всегда, Го ждали свежие и ароматные продукты. Хлеб с хрустящей коркой, но воздушный внутри, овощи и фрукты, будто только что сорванные и дочиста вымытые в горной реке, запеченная дичь, на поджаристой коже которой еще кипел жир. И другие яства были столь же божественно вкусны, и Кай с наслаждением вкушал.

Го наелся до отвала и был так утомлен, что глаза сами собой закрылись, он уснул среди горы маленьких подушек прямо в обеденной…

Мастер проспал так долго, что открыл глаза от того, что устал ждать. Здесь совсем не было слышно криков толпы, или еще ночь? Го вспоминал момент, как пришел сюда и с того самого мига, как закрылась железная дверь царила оглушающая тишь. «Как стала непривычна тишина»… — думал Кай, покидая обеденную. В большом зале и купальне было пусто. Раздвинув мебель, мастер снял рубашку, размявшись, начал тренировку.

Будто держа меж ладоней невидимый шар, Кай совершал пассы руками, движения ног, в отличие от рук коротки и точны. Каждое положение сохранялось короткое мгновение и начиналось перетекание в следующую стойку. Кисти рук Го будто надломились, теперь он отрабатывал движение совсем другой школы, а чуть позже следующей. Если бы его увидел учитель Набунару, непременно стал бить своим боккэн Го Кая по спине, а кода бы он не мог больше терпеть и начал прятать спину, учитель бил бы по животу! Кай мысленно улыбнулся, он продолжал тренировку с каменным лицом, перенесшись сознанием в Инсанг-де-сунчуан к учителю и братишке. «Шао уже девятнадцать лет, если он не бросил тренировки — в этом году он должен получить меч и дать ему имя. Интересно, у него появилась щетина? Признался ли он в своих чувствах Женчу?! Она уже давно ждала от него шага, но Шао хватало только на написания стихов». Как же далеко сейчас он от самых близких ему людей и, возможно, они уже никогда не встретятся. Ведь оказалось, что путь Го Кая столь далек и непостижим, что обратной дороги просто не существует. Привкус горечи сопровождался сердечной болью. Мастер остановил тренировку, продолжая дыхательные упражнения. Сколько прошло времени сложно определить, теперь не было даже крика: «Туши огонь»! — Или разносчиков в песчаного цвета хламидах. Но в какой-то момент железная дверь открылась, и Кай понял, время пришло. Надев рубашку и шляпу, мастер забинтовал ноги, надел сандалии и вышел к железным воротам, где на столе его ждал Рассекающий ветер. Врата только начали раскрываться, и Го, немедля, направился на арену.

Все тот же яркий розовый свет, все тот же оглушительный гомон многотысячной толпы, тот же песок и та же цель. С высокого балкона некто вещал:

— И третий великий воин — Го Кай — мастер меча с земли!

Толпа, будто бы взорвалась, визги и крики слышались со всех сторон. Говоривший продолжил:

— И, наконец, их главный противник Росад — пожиратель душ. Великий и ужасный могучий и непобедимый первый и последний! Встречайте и пусть победит истинный бог!

В мгновение ока мир заполонил мрак густой и непроглядный. Это не была темнота в привычном ее понимании. Сейчас абсолютно и полностью отсутствовал свет, и в этой темноте мастер слышал шаги. Нечто гигантское приближалось, сотрясая почву.

Высоко-высоко зажглась звезда, она становилась все ярче, затем Кай рассмотрел золотой трон и, сидящего на нем, Юйди — создателя. В его руке была нефритовая табличка, одет он в халат из нежнейшего шелка, а на халате живые узоры из золота и серебра. Звезда была уже очень близко, и Юйди встал со своего трона, шагнув вперед. Под его ногой вырастала золотая ступень, следующий шаг, и появлялась новая ступень. В какой-то момент золотой дракон — узор, сошел с халата и побежал по ступеням вниз, с каждым шагом увеличиваясь в размерах.

Грохот, что услышал Го в самом начале, теперь совпадал с движениями гигантского дракона-змея. Существо, приближалось к песку арены, и было уже столь невероятных размеров, что Кай просто не знал способа навредить ему! Нефритовый дракон с золотой шерстью, когтями и ужасающими клыками изгибался кольцами, отвлекая внимание Го. Но мастера не так просто сбить. Дракон совершает резкий выпад вперед, но челюсти клацнули о воздух, Кай отскочил в сторону и нанес мощный удар, держа меч двумя руками. Клинок со звоном отлетел от нефрита, оставив легкую выщерблину на теле змея. «Как победить то, чему не способен навредить»? — Тут же задал себе вопрос Го, но ответа пока не было. Разгневанный наглостью смертного, дракон атаковал вновь и вновь. Мастер, не видя пути победы, сосредоточился на защите и, пусть пока бессмысленных, контратаках. Все, что мог Кай — выживать, он впервые встретил противника, победить которого не мог или не знал как. Дракон действительно был из нефрита и золота.  «В чем его уязвимость? Есть ли она»? — Думал Кай, все больше и больше погружаясь в состояние транса. Возможно, ему придется сражаться часы, а быть может и дни. Стремясь сберечь силы и время, мастер вошел в глубокую медитацию. Тело, по-прежнему сражалось с нефритовым драконом на арене некой Горы белого пламени, а вот дух Го свободно воспарил над ареной, приблизившись к Юйди. С расписного халата сбежал второй, дракон. Он тоже, спускаясь по ступеням, быстро рос, пока не стал гигантским, и мастеру стало ровно в два раза сложнее выживать.

Как и первый, второй дракон был не уязвим для меча Кая. Вера в то, что это честный поединок была с каждым мгновением слабее. Юйди продолжал спускаться, а с его халата продолжали нисходить нефритовые драконы. Мастер почувствовал, как страх подобно ржавчине на великолепном мече, нанес повреждения глубоко внутри его сознания. Мысль больше не была чистой, страх, подобно зерну, попав в благодатную почву, быстро разрастался. И великий мастер меча Го Кай пропустил движение нескольких драконов, оказавшись зажатым меж их тел…

Внезапно некто провозгласил:

— И так, осталось лишь двое претендентов на победу… или уже один?! Сейчас узнаем…

Кай, зажатый между холодных тел золотого и серебряного дракона, уже почти не мог дышать. Мастер не мог вдохнуть и встать, расправив плечи. И он пошел от обратного, выпустив последний воздух, соскользнул вниз. Драконы взревели и разошлись в стороны. Кай несколько раз глубоко вздохнул и сбросил шляпу. Дух Го вновь был силен, страх изгнан из сознания мастера меча, больше ему здесь не место. Путь Кая пролегал через победу, но через смерть ли великого Юйди или его драконов?! Мастер сосредоточил все свои чувства, и скрытое во мраке открылось…

На арену вышли претенденты на титул бога.

— Первый Маш из Нибро — хладнокровный хищник, чрезвычайно опасен и смертельно ядовит.  Следующий – Элад, получеловек полуифрит, способен воспламеняться сам и зажигать все, к чему прикоснется. И третий великий воин — Го Кай, непревзойденный мастер меча с Земли!

Толпа ликовала и ждала последнего бойца. Говоривший продолжил:

— И, наконец, их главный противник Росад — пожиратель душ. Великий и ужасный, могучий и непобедимый, первый и последний. Встречайте, и пусть победит истинный бог!

В черных клубах дыма явился высокий, тощий и абсолютно лысый человек в черной хламиде. Его глаза и губы черны, словно уголь. В правой руке он вращал три шарика, неспешно ступая босыми ногами по песку к воину по имени Маш.

Как только Росад начал вращать шарики, его противники замерли, озираясь, будто ослепли. Пожиратель душ подходил все ближе к воину-ящеру из Нибро. Тем временем все претенденты на победу начали битву с воображаемым врагом. Маш бился с Хладным волком, становясь с каждым мигом все более медлительным и сонливым. Росад подошел к ящеру, несколько мгновений наблюдал за ним, склоняя в стороны голову. Затем, взяв левой рукой один из шариков, одним движением вбил его в голову ящера. Тело тут же обмякло, и пожиратель душ направился к эладу.

Его битва проходила с элементалием огня, и как не пылал полуифрит от гнева, но существо из раскаленной магмы не горело. В бою элад все время оглядывался назад, будто ждал атаки со спины. И в какой-то момент дождался. Росад приблизился, без раздумий вонзил второй шарик в голову элада. На песок, подергиваясь, упал еще один труп, а убийца направился к последней жертве…

Угроза не исходила от драконов или Юйди, его враг скрывал личину, прячась в непроглядном мраке. Кай не видел его одежд или лица, но чувствовал его так же четко, как прочие люди способны только видеть. Сразу же два дракона готовились атаковать мастера, но так же он чувствовал угрозу слева от себя, где-то там в абсолютной тьме… Мастер Го сделал свой выбор, он всецело доверился чувству, отринув все, что видел. Кай приготовился к защите и уклонению от драконов, но в самый последний миг, повернувшись к ним спиной, рассек мрак. В тот же миг тьма рассеялась, и мороки исчезли. Голова Росада, рассеченная надвое, пару раз глупо открыла рот, и в песок рухнуло тело уродца, а из его правой руки выпало наливное яблочко. Кай поднял плод, вытер о рубаху и впился в него зубами…

 

***

 

Пришла очередная зима, а брат так и не вернулся. Сегодня Шао особенно ждал появления брата. Ведь кроме учителя и брата Го у него никого нет. Но глупо надеяться, что Го вернется, он ушел по тропе, у которой нет конца.

Шао стоял на уступе, с которого отрывался великолепный вид на Инсанг-де-сунчуан, и отлично виднелась заснеженная дорога, ведущая в деревню. Она была пуста, как и вчера, как и всегда. Сюда не приходят случайные путники, и никто не уходит. Только Го сумел уйти вслед за своей мечтой.

Выпал снег. Весной откроются тропы.

Потекут ручьи с высоких горных вершин вниз.

Белую равнину вспугнет пение птиц.

На деревню быстро надвигались тяжелые серые тучи. В них бесновалась странная голубая молния. Шао Кай не знал отчего, но она влекла его. Было в ней что-то необычное, мистическое… Молодой воин заворожено наблюдал за буйством стихии. Дули порывы сильного ветра, неся крупные снежинки, и Шао приходилось постоянно моргать, но танец молнии в небе был так прекрасен и необычен, что Кай не в силах был оторвать взора.

Молния ударила прямо перед Шао, и он отпрыгнул назад, угодив в сугроб. Поднявшись, он увидел Го Кая в темно синей рубашке, штанах и любимой соломенной шляпе. Только в глазах плясали разряды молний, они же пробегали по всему его телу, испуская электрические дуги.

— Привет, Шао. Я совсем ненадолго. Брат, у моего пути есть конец и это не обязательно смерть. Я дошел до самого конца, веря и следуя своему пути. Я сумел, и ты сможешь, только найди свой путь! Сегодня ты получишь свой меч и дашь ему имя, но я хотел бы, чтобы твоим мечом стал он, — Го Кай снял с пояса деревянные ножны, а в них Рассекающий ветер. — Имя у меча уже есть, он хорошо послужит тебе, Шао. Хотя бы так я всегда буду рядом.

— Это большая честь, брат Го, спасибо…

— До встречи, Шао. — сказал его преобразившийся брат и исчез в ослепительном разряде молнии, а на снегу. В ножнах остался лежать Рассекающий ветер…

 

читателей   82   сегодня 3
82 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 2,50 из 5)
Loading ... Loading ...