Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Корни

Бен проснулся в смятой постели- «Черт»устало пронеслось в голове. Будильник, истошно оравший уже несколько минут, действовал на нервы хуже бездарного, но упорного соседа-трубача. Попытка встать и отправить источник шума за пределы квартиры через открытое окно потерпела неудачу – пол ласково принял в объятия хозяина.
— ТВОЮ МАТЬ!
Собравшись, мощным рывком поднялся и швырнул кричащего навстречу утру и свежему ветру. Но, не рассчитав, сильно перевесился через раму и, потеряв равновесие, отправился вслед. Благо, первый этаж.
Он возлежал на клумбе мисс Лам и злобно смотрел в унылое сентябрьское небо. Спину прострелило острой болью, которая разнеслась по телу. Он полежал, подождав, пока утихнет малоприятное ощущение, чуть приподнялся. Поверженный враг лежал рядом без признаков жизни. Голова побаливала, локоть саднил, но в целом жить можно. Чувствуя себя победителем, Бенни полез в окно.
Забравшись в квартиру, плотно закрыл его и направился в ванную. Из зеркала смотрело лицо мужчины средних лет, с вполне оформившимися залысинами, трёхдневной щетиной и мешками под глазами, в которых уместился бы золотой запас Великобритании. Из волос играючи выглядывал лютик. Тяжело вздохнув, рассеянно приведя себя в порядок и, наспех глотнув кофе, побрел на работу.
Коллеги вяло приветствовали друг друга, казалось, совершенно не обращая внимания на то, с кем именно здоровались — с тем же успехом они могли сказать «доброе утро» шкафу или кофейному автомату. В офисе царила бесконечная возня, скорее для проформы, нежели из-за активной деятельности. Добравшись до кабинета, сел за компьютер. На заставке играли два котенка, перекатываясь по зеленой лужайке. Не успев умилиться, как раздался зычный крик начальника о «бездельниках, приносящих убытки». Щелкнув на папку «срочно», он рассеянно погрузился в бесконечный поток цифр.
День летел и тянулся долго – словно дешевая жвачка, потерявшая вкус. В полудреме он неохотно перебирал пальцами по клавиатуре. Через полузакрытые веки, он уловил периферийное движение. На столе возник пергамент с парой прилипших липовых листьев.           «Дорогой Бен, — гласила надпись, — возможно, ты не замечаешь ничего.  Все, как обычно, с поправкой – завтра не наступит. Сегодня утром ты умер, выпав с первого этажа, неудачно ударившись головой об клумбу. Но погрязший в рутине, не заметил даже этого. Как и твои товарищи, не заметившие твоего отсутствия. Как жизнь, прошедшая мимо. Нужно вернуться туда, где ты выбрал неверный поворот. Туда, где есть шанс измениться. Действуй».
Ошарашенный, он смотрел на руки, проходившие сквозь лист пергамента, и на котят, играющих на рабочем столе.  Возня в офисе постепенно стихала, люди медленно брели к выходу. Подскочив, он подбежал к коллеге и схватил за руку. Тот вяло отмахнулся, но Бен настойчиво дергал его за рукав.
— Странно, — сетовал сотрудник, — пахнет свежескошенной травой.
— Слышал, так пахнет смерть. Может быть, это потусторонние силы пришли утащить трусливую тушку? – хохотнул другой коллега.
От подобных шуточек стало хуже.
Людской поток стихал. Клерки ушли, Бен стоял, не в силах осознать происходящее. » Не может быть — как можно не заметить собственную смерть? Где свет в конце тоннеля, чистилище, апостол Петр в конце концов?». Чувство апатии приобняло за плечи. Словно под тяжестью, призрак осел на пол. «Что теперь делать?». Он задумчиво перебирал волосы, пока рука не наткнулась на цветок. Тот самый лютик со злополучной клумбы. Пропуская его сквозь пальцы, заметил, что цветок выглядел так, словно несколько месяцев провел в морозильной камере. «Когда все пошло неправильно?».
Бен закрыл глаза. Перед ним возник образ мужчины в красной клетчатой рубашке, колющий дрова. Его волосы вспотели и прилипли ко лбу. Будто заметив Бена, мужчина улыбнулся и помахал рукой. Отец. Много лет прошло с тех пор, как они виделись в последний раз. Он пропал, когда Бену было 11. Работая дровосеком на одном из деревообрабатывающих предприятия, он, как говорят, углубился в лес и не смог найти обратный путь.
— Лес. Вот что имелось в виду в письме! — вскричал новоиспеченный призрак.

Он вспомнил, как спокойно и безмятежно чувствовал себя под кронами вековых деревьев. Как грело закатное солнце, как трава щекотала ладони. Нигде больше он не ощущал себя более живым, чем в чащи леса. «Лесов много, в какой нужно отправиться?». Осознание пришло быстро, от него потяжелели руки. «В лес, где пропал отец», — осознание этой мысли больно резанула по старой душевной ране.  Будучи ребенком, он пообещал, что не вернется туда. С тех пор жизнь потеряла краски – избегая всего, что напоминало лес, Бен потерял важную частицу души. Ему часто снились прогулки по бесконечным тропинкам, пение птиц, запах леса, но упрямство было сильнее. Покачиваясь, он поднялся.
Дорога длилась бесконечно. Бен прыгнул в автобус до пригорода и устроился в конце салона. Людей было немного, в основном женщины в нелепых шляпах с большими полями, весело щебетавшие о всяких мелочах. Бен смотрел на бескрайние поля, проносящиеся за окном. Чувство радости нагло рвалось наружу. Несмотря на серьезность ситуации, он был рад вернуться в лоно природы. Морщины на лбу разглаживались, взгляд стал мягче.  «Необходимо умереть, чтобы найти место в жизни?» – с горькой усмешкой думал он. Расслабившись, смотрел на ярко-алые клены, за которыми царственно возвышались сосны и ели. Солнце разбрасывало блики, отчего поля казались золотистыми.
Водитель затормозил вблизи маленького рабочего городка. Бен вышел, полной грудью вдохнул. После городского воздуха голова кружилась от атмосферы, наполненной свежестью, изобилием запахов. Вдали раздавались звуки топоров и бензопил. Собрав волю в кулак, Бен пошел.
Память услужливо подсказывала дорогу к их бывшему дому, отчего сердце билось в несколько раз быстрее. Острое чувство потери ударило обухом. Выступили слезы. Он продолжал идти, но из-за влаги в глазах практически перестал различать дорогу. Пройдя несколько метров, Бен сел под бук. Сквозь крону пробивались солнечные лучи, согревая его мокрое лицо. Бен плакал и отчаянно улыбался. Он вернулся, наконец-то вернулся домой.  Пригревшись, не заметил, как уснул.
Солнце клонилось к горизонту, когда Бен открыл глаза. Небо окрасилось в нежно-розовые тона. Странно успокоенный и умиротворенный, он продолжил свой путь по узкой тропинке.
В стороне от поселения, на границе с лесом стоял небольшой обветшалый дом. Некогда бывшая светло-голубой краска облупилась, оголяя толстые бревна стен. На окнах висела покусанная молью тюль с крупными розами.  Крыльцо покосилось, и местами обвалилось, но создавалось ощущение, что дом покинули всего несколько месяцев назад. Комок в горле рос. Последние метры потребовали у Бена неимоверных усилий воли. Крыльцо скрипнуло. «Странно», — подумал он. Толкнув дверь, Бен ощутил запах отсыревшего дерева. Он прижался к ней щекой. На заднем дворе раздались звуки разрубаемых поленьев. Без страха обогнул дом и замер. Посреди двора стоял пень, на нем свежее полено. Рядом стоял мужчина. Красная клетчатая рубашка износилась, волосы прилипли ко лбу.
— Папа, — прошептал Бен.
Мир поплыл. Призрак помахал ему рукой и улыбнулся.
— Я сошел с ума?
— Когда решил покинуть лес и не возвращаться, — мягким баритоном произнес отец, — я рад тебя видеть, Бенни.
— Но… — слова застревали в горле, — ты умер.
— Как и ты, — хохотнул он, удобнее перехватывая обух топора.
Стук. Полено разлетелось.
Не веря глазам, Бен подошел ближе. Он ощутил знакомый запах пота и смолы, знакомых с детства. Протянув руку, прикоснулся к старой клетчатой рубашке, к которой так любил прижиматься в детстве.
— Ну, ну, малыш — положив топор, отец обнял его, — не плачь, ты вернулся.
Не в силах говорить, он усиленно закивал.
— Бенни, не все в жизни получается так, как мы хотим. Иногда, — произнес он, — люди, которых мы любим, покидают нас. Настолько быстро, что мы не успеваем попрощаться. Пойми, злоба и обида — это бесплодные чувства. Научившись отпускать прошлое, мы можем жить в настоящем. Только тогда у нас есть будущее – он ласково потрепал сына по голове, взъерошивая их, — я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, папа.
Они стояли, обнявшись, пока солнце окончательно не скрылось за горизонтом.
— Иди в дом, Бенни, — мягко сказал отец.
Нехотя, Бен разомкнул объятия. На ватных ногах он повернулся к дому. Внутри разливалось забытое чувство спокойствия, уверенности.
Скрипнуло крыльцо, Бен открыл дверь. На него обрушился яркий свет, стерший все.
Бен очнулся от жуткой боли в спине. Голова побаливала, разбитый локоть ныл. Над ним стояла мисс Лам, милая старушка лет 70.
— Вам плохо, мистер Ганьон?
— Нет, — глаза Бена округлились.
— Тогда живо слезайте с моей клумбы! – она замахнулась тростью.
Со скоростью света Бен запрыгнул в распахнутое окно. Быстро закрыв его, кубарем скатился на пол. Распирал смех. Валяясь на полу, он смеялся. Бен чувствовал себя шкодливым мальчишкой лет 13. Поднявшись, он оглянулся. На губах играла улыбка.
— Спасибо, пап.

Спустя пару часов он забрал документы уже с бывшего места работы. Старый кряхтящий автобус уже подъехал к остановке. Оглянувшись на «городские джунгли», крикнул «никогда сюда не вернусь!» и, смеясь, зашел в автобус.

читателей   65   сегодня 2
65 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 5. Оценка: 3,00 из 5)
Loading ... Loading ...