Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Как Иван Петров стал Иван-царевичем

1.

 

Принцессе исполнилось шестнадцать лет. И как это принято в сказочных королевствах, Король издал указ и велел расклеить его на всех стенах. Указ был о том, что всякий молодец может жениться на Принцессе, если пройдет должные испытания. Была тут еще одна тонкость —  всякому, кто вызвался, а пройти испытание не сумел, по древней традиции отрубали голову.

Прошло полгода, но никто так и не отозвался на объявление. Чего и следовало ожидать. Принцесса была симпатичной, но, должно быть, не до такой степени, чтобы из-за нее терять голову. Все знали о хитрости и жестокости короля, и поэтому здраво оценивали шансы лишиться головы или жениться как сто к одному.

Принцесса заскучала. Король ходил и ворчал:

– Дожили! В Сказочном королевстве некому рискнуть головой. Каждый готов свою голову как страус в песок засунуть, только бы по назначению ею не пользоваться. Да и не умеют, наверное. Во всех соседних королевствах родители запретили выходить принцам из дома. Боятся, что вдруг увидят принцессу – и влюбятся.

Подумав, Король добавил к награде одну тридцать вторую королевства. Он справедливо полагал, что жадных людей больше, чем романтических юношей, на богатое приданое кто-нибудь да откликнется.

Первым пришел Колобок, посчитав, что ему-то терять нечего. К тому же он считал себя очень умным, ведь на 96 процентов он состоял из мозга. Король не стал тратить на него много времени и попросил сыграть на любом музыкальном инструменте сложнее свистульки. Колобок на это даже руками не смог развести.

– Ладно, катись отсюда, – сказал Король, – голову тебе действительно не от чего отрубить.

Потом один за другим появился десяток корыстолюбцев из дальних мест, которые плохо знали обычаи королевства и думали, что отрубание головы – это просто метафора. Часть претендентов лишилась головы, провалив первое испытание, другие навсегда пропали, когда отправились выполнять второе.

Принцесса уже стала подумывать, что останется старой девой, когда в столицу заехал Иван Петров, добрый молодец. Был он вовсе не глуп, молод, хорош собой. В этот день проходил парад в честь какого-то события, и Иван углядел на трибуне Принцессу.

– Какая хорошенькая! – заметил Иван, – Но почему она такая печальная?

– Замуж, наверное, хочет, – ответил рядом стоящий горожанин.

– Да разве принцессе трудно выйти замуж?

– Еще бы, потруднее, чем всем остальным, – ответил незнакомец и указал на плакат на стене.

Иван подошел поближе и ознакомился с условиями женитьбы на Принцессе.

–Наверное, так и останется одна, все свою дурную голову жалеть будут, – огорчился Иван, – а ведь такая симпатичная. Надо бы помочь как-то.

И еще одно обстоятельство постоянно печалило Ивана Петрова: всегда он был вынужден представляться сразу именем и фамилией. Потому что в сказочном королевстве прочно утвердились два словосочетания: Иван-дурак и Иван-царевич. И если ты представляешься просто Иван, всегда найдется какой-нибудь шутник, который скажет «А вы царевич? Нет? А, тогда понятно». И ехидно так улыбнется. Достало это Ивана. Перечитал он объявление и подумал:

– А не решить ли мне эту проблему раз и навсегда? Женюсь на принцессе и стану Иван-царевичем. Попробуйте тогда пошутить.

И пошел он прямо во дворец. Первым делом еще раз внимательно посмотрел на Принцессу и сразу же пожалел об этом. Потому что понял, что согласен на любые испытания. Удивительно симпатичная девушка оказалась. А то ведь бывают принцессы, на крашеных крокодилов внешностью похожие. В таких случаях иногда богатое приданое может слегка исправить наружность. Здесь такое лекарство было ни к чему, но по инерции Иван все же спросил:

– А почему только одну тридцать вторую царства? Некоторые и полцарства дают за дочкой.

– Почему? – переспросил Король. – А ты газеты почитай.

– Вот, послушай, – продолжил он, раскрывая с громким шуршанием свежую газету. – Заявление. Государство Андория, маленькое, но независимое, многими веками было оккупировано злобным Королевством. Мы, народ Андории, требуем материальной и моральной компенсации.

– А знаешь ли ты, что такое Андория?

– Нет, – ответил Иван.

– Бывшая область Королевства. Мой дед дал ее в приданое одной из дочерей. А теперь они вдруг стали другим народом. Язык себе даже новый придумали. Ко всем нашим словам добавляют «сла». «Мысла всегдасла боролисьсла за независимостьсла». Вот поэтому, мой юный друг, к принцессам давно уже дают не половину, а маленькие кусочки царства. Чтобы с этих клочков земли можно было только лаять, а укусить – никак.

– Понял, не дурак, – согласился Иван, – меня и совсем маленький кусочек устраивает. Чтобы только на нем дом и сад вокруг поместились.

– Ну что же, тогда начнем, – сказал Король. – Тебе нужно выполнить три задания. А первое будет такое: принеси Принцессе украшение, которого ни у кого больше нет. Ты мне понравился, поэтому заранее скажу три варианта, за которые отрубают голову.

– Первое, – Король загнул палец, – это всякие попытки показать свою большую мудрость. Типа «Добродетель – лучшее украшение девушки». Добродетель это не украшение, это такое качество характера. Нам нужен материальный предмет. Ясно?

– Дальше, – Король загнул второй палец, – никаких розовых соплей. Типа живая роза, вплетенная в волосы. Яркая птичка, поющая на плече у девушки. Это должно быть нечто, к чему приложил свою руку человек.

– Третье. Не надо вещей, к которым кто-то приложил свои кривые клешни. С прямыми руками и незатуманенным мозгом должен быть этот человек. Сейчас модно, когда всякие кутюрье делают шляпки в виде половины арбуза, или в виде разоренного гнезда из проволоки, креативные сережки мастерят из гнутых вилок. Все это нам не подходит.

Иван молча кивал.

– И последнее. Украшение должно быть единственным, чтобы ни в какой лавке нельзя было купить такое же.

– Непростое это дело, – вздохнул Иван, – да меня тоже не на помойке нашли. Справимся.

– Нравишься ты мне, Иван. Ты, если ничего хорошего не найдешь, лучше не возвращайся. Потому тогда – хочется, не хочется, – а придется тебе голову отрубить. Королевское слово – оно такое, тверже железа. Против него даже я сам ничего не могу сделать.

Вышел Иван из дворца и некоторое время бродил в задумчивости по улицам. С какого конца за это дело ухватиться? Ничего путного в голову не приходит. Тут подкатил к нему любопытный Колобок. Расспросил он Ивана об испытании, и сказал:

– Да, непростое дело. Какая-нибудь глупость здесь не прокатит. Давай-ка закатимся ко мне домой, отобедаем и подумаем хорошенько.

За столом колобок ел молча и напряженно хмурил лоб. Наконец, лицо его просветлело.

– Я, на самом деле, не на 96 процентов из мозгов состою. Я же, видишь, ем в свою голову. Значит, у меня там и желудок есть, и все такое.

– Да ну? – удивился Иван. – Это как же?

– Как, скажем, осьминог. Только я без восьми ног. Может быть, я и есть спрут-инвалид. Но оставим это. Все равно я самый умный и твою проблему решил.

– Слушай внимательно, – продолжил Колобок, – во-первых, можно найти украшения с магическими свойствами. Например, кольцо, делающее хозяина невидимым. Или превращающее его в животное. Такие вещи все единственные в своем роде. Сам понимаешь, такие колечки на заводе не штамповали. Их маги поштучно делали. Во-вторых, можно отыскать украшение, которое принадлежало какому-нибудь великому человеку. Или даже не человеку. Сережки, например, из сокровищницы дракона. Как роскошно звучит «из сокровищницы дракона»! Это тебе не «из коллекции Мурье-Фурье».

– Здорово, – приободрился Иван, – а где мне искать этого дракона?

– Бог его знает, – ответил Колобок, – возле столицы давно всех диких животных перебили. Тут с экологией совсем плохо. Знаешь ведь, что нельзя пить из козлиного копытца, а то козленочком станешь? Так вот, один мальчик выпил пару лет назад из козлиного копытца. И что? Козлом-то он стал. Но только по характеру. А внешне – человек как человек. Беда тут с нашей сказочной экологией.

Иди ты куда-нибудь подальше, – решил Колобок, – в самый глухой лес. И у народа спрашивай. Язык – он до чего хочешь доведет, даже до дракона.

2.

 

На следующее утро Иван вышел из столицы. Перед началом путешествия зашел в лавку художников и купил медальон с портретом Принцессы.

– А то мало ли – ударят где-нибудь по голове дубиной так, что забуду, куда шел. – Подумал Иван, – А так погляжу и вспомню.

Выбрал он самую разбитую и грязную дорогу, справедливо рассудив, что ухоженные мощеные тракты в настоящую глушь не приведут.

Когда встречались на пути деревни, Иван обязательно заходил в трактир. Но не для того, чтобы выпить. Не такой он человек. А для того, чтобы вопросы позадавать другим посетителям.

– Есть ли у вас чудо какое поблизости? – спрашивал он у местных крестьян.

– Какие такие чудеса? – отвечали те. – Пашем, сеем, жнем, скотину пасем.

– Да ведь королевство-то сказочное. Должны быть чудеса.

– Нету. Иди дальше на север. Там и леса более дремучие и народ тоже.

И шел Иван дальше на север.

– Дурят они меня, – думал Петров, – Есть, конечно, и у них какое-нибудь чудо. Только они его для своих берегут. Не хотят чужакам показывать.

Редко встречал он телеги на этой дороге. Две глубокие колеи от колес потихоньку зарастали травой. Иногда попадались огромные лужи по колено глубиной.

– Надо бы до осени вернуться, – рассуждал Иван, – а то ведь начнутся настоящие дожди, тут даже пешком не пройдешь. – Повезло, что я впервые Принцессу летом, а не зимой увидел. А то шел бы сейчас к своей цели через вьюги и метели, с отмороженными ушами. Приключение, конечно, более героическое получилось бы. Внукам в старости интереснее было бы рассказывать. Вот только бы не накаркать. Третью неделю иду, а толку пока все нет.

Наконец дошел он до деревни, где и трактира никакого не было, а стоял только десяток покосившихся избушек. Подошел Иван к крайней и видит – древняя старушка на грядках в огороде ковыряется. И спросил:

– Бабушка, а нет ли у вас здесь чуда какого?

– В мои года день проживешь – уже чудо.

– Это вы верно сказали, – вежливо согласился Иван, – только я о другом. Мне нужно что-нибудь такое, чего нигде больше не увидишь.

– Тогда тебе, парень, не ко мне. Это тебе к ворожее. Она тут с незапамятных лет живет. Мой дед рассказывал, что она здесь еще при его деде поселилась. Яга Кащеевна зовут. Она на любой вопрос ответ знает. Если он не совсем идиотский, конечно.

– А живет она там, – бабушка указала направление, – дойдешь до вон той сосны, повернешь налево и шагай, пока не увидишь дом на ножках. И вот еще что: ты там ночевать не оставайся, лучше сюда вернись.

Через полчаса Иван был перед домиком на высоких сваях. Он поднялся по лестнице и постучал. Ему открыла хмурая женщина лет пятидесяти.

– Кто такой? – спросила она строго.

– Добрый молодец.

– Может тебя еще накормить, напоить, в баньку сводить и спать уложить? А губа не треснет?

– Все это было бы неплохо, – ответил Иван, – но я по делу пришел. Мне нужно дракона найти. Или хотя бы драконью сокровищницу.

– Ну, одного без другого не бывает. А зачем мне тебе помогать?

– Я на обратном пути подарок вам какой-нибудь ценный оттуда занесу, – не растерялся Иван.

– Сомнительное это дело. Куда нынешней молодежи против дракона? Да и насчет «занести на обратном пути», у молодых людей память не очень хорошая.

– Нет, Яга Кощеевна, я по старой системе образования воспитан. И с драконом справимся, и об услуге не забуду. О всяких ЕГЭ у нас слыхом не слыхивали.

– Ладно, заходи.

С этими словами Яга Кощеевна достала блюдечко с яблоком. Иван было подумал, что его угощают, и потянулся за фруктом, но бабка ударила его по руке.

– Лапы, бесстыдник, убери. Такую ценную вещь сожрать хочет, – с этими словами она крутанула яблоко по блюдечку.

На блюдечке постепенно проявилась картинка. Перед пещерой сидел огромный трехголовый дракон. Левой головой он откусывал от туши овцы, которую держал в левой лапе, а правая голова грызла другую тушу, зажатую в правой лапе. Средняя голова ругалась:

– Сколько можно есть?! Живот скоро лопнет! Я хочу почитать книгу, а вы заняли обе передние лапы.

– Вкусно же, – ответила правая голова, – может, ты тоже поешь?

– Чтобы таким же дураком стать? Тупицы безмозглые, вы даже читать не смогли научиться! Только жрать умеете.

– Погоди немного, – примирительно ответила левая голова, – сейчас наедимся и спать пойдем. Тогда все четыре лапы будут в твоем распоряжении.

– Как так может получаться? – гневно вопрошала средняя голова. – Из одного, благополучного, в общем-то, тела растут совершенно разные головы. Одна гениальная и две дурацких. Вот тебе и мудрая мать-природа!

Две крайние головы не обращали на эти восклицания никакого внимания и громко чавкали.

– Где это он? – спросил Иван, доставая карту.

Изображение на блюдечке стало постепенно отдаляться, дракон превратился в маленькую точку среди гор и лесов. Через несколько минут местность определили и отыскали на карте. Оказалось недалеко, каких-нибудь двести верст.

Не мешкая, Иван отправился в путь. Лето, погода хорошая, можно и на травке в лесу переночевать. Пока он еще не царевич, так что обойдется без пуховых перин.

Шесть дней Иван шел до пещеры и все думал, как ему добыть драгоценности из сокровищницы дракона. И еще бы потом уйти с ними живым и здоровым. Проще всего, казалось бы, пробраться в пещеру, когда дракон улетит на охоту. Но краденное – это ведь не в бою добытое. И звучит как-то не очень, и помимо того, хотелось бы присовокупить к украшению голову дракона или хотя бы выбитый у него зуб. Это было бы еще и доказательством подлинности. А то ведь так каждый может сказать – «из сокровищницы дракона». Так ничего и не придумав, решил Иван действовать по обстоятельствам.

Дракона он раньше услышал, чем увидел. Средняя голова опять ругалась с крайними. Осторожно, кустами, Иван подобрался поближе. Дракон лежал на поляне перед пещерой. Туша как у слона. Хвост длинный, не видно где и заканчивается. Вдаль куда-то уходит. Три огромных головы на длинных шеях. Клыки, зубы, шипы, пламя из пасти. Не для слабонервных зрелище. Очень не понравилось все это Ивану.

– Силой мне тут не взять, – понял он сразу, – попробуем умом.

Сутки Иван охотился и застрелил из лука косулю. Затем достал запасную белую рубаху и написал на ней угольком «Готов избавить от дурных голов. За небольшую плату». Взвалил косулю на плечи и пошел прямо к пещере.

– Ты кто такой? – спросила левая голова дракона.

– Иван. Я пришел к вам с миром.

– Интереснее было бы с войной, – сказала правая голова.

– У меня вам подарок, – Иван указал на косулю, – и небольшая просьба. Мне тут друг оставил записку, а я читать не умею.

Он положил рубашку перед драконом. Средняя голова несколько минут размышляла,  потом вдумчиво посмотрела на Ивана и ответила:

– А почему бы и нет. Тут написано «Приходи на это же место завтра в полдень. Друзья будут спать, а ты делай свое дело».

Беспокойно прошла эта ночь у Ивана. Сна ни в одном глазу. Вертелся с боку на бок и терялся в догадках и опасениях, ловушку ему готовит дракон или взаправду согласился. Очень хотелось обратно домой сбежать. Тогда Иван открывал медальон и смотрел на портрет Принцессы.

– Нет, не убегу, – думал он. – Что же, из-за какого-то древнего ящера двум хорошим людям страдать? Дам по сусалам этому ящеру.

В полдень Иван появился перед пещерой. Дракон лежал в расслабленной позе, две крайние головы спокойно похрапывали, а средняя, с высоко поднятой шеей, стояла на страже.

Иван подошел, вынул меч и вопросительно посмотрел на бодрствующую голову.

– Давай, – тихо ответила она.

Иван размахнулся и отсек левую голову. Тут же вскинулась правая голова. Дракон попытался вскочить, но только задергался и затрясся. Средняя голова отдавала команды телу противоположные тем, что отдавала правая. Никаких осмысленных движений не получалось.

– Что же творишь, брат? – спросила правая. Она могла еще управлять своей шеей и челюстями, и этого было бы достаточно, чтобы справиться с человеком. Но она потеряла драгоценные секунды на изумление и разговоры. Иван успел размахнуться и ударить. Вторая голова покатилась по траве. Дракон тут же поднялся на лапы и навис над Иваном.

– В слишком неравном родственном положении мы были. У меня два брата-идиота, а у вас один умный. Лучше сиротой поживу, – сказала единственная голова. – А ты, человек, меч убери. Быстро.

Иван убрал. Некоторое время дракон возился со своими ранами. Сначала прижег обрубки двух шей пламенем из пасти, потом приложил подорожник.

– А теперь говори, что ты хочешь от меня, – сказал дракон, закончив оказывать себе медицинскую помощь.

– Мне бы пару драгоценных украшений. Одну отрубленную голову. И десяток монет. А то совсем поиздержался в дороге.

– Голову жалко. Хотя ладно, бери правую. Совсем дурная была.

3.

 

Через десять дней Иван опять был у Яги Кощеевны. Дорога назад заняла больше времени, тяжела оказалась голова дракона. Ворожея получила в подарок сережки и колечко с изумрудами. В этот раз она и напоила и накормила Ивана, и чуть даже спать не уложила. В общем, стала гораздо ласковей и как будто лет на двадцать моложе.

– Ворожеи. Они же завораживают! – догадался Иван и крепко схватился за свой медальон с портретом принцессы.

Спать, на всякий случай, Иван ушел к бабушке в деревню. Самое главное, Яга Кощеевна обработала голову дракона колдовскими снадобьями. Теперь можно было не опасаться, что голова подпортится или начнет издавать неприятный запах.

В столицу Иван летел как на крыльях, но на полдороге подошва от сапога вдруг полетела вперед еще быстрее него. Иван сел на камень и стал думать, что делать. Вариант, собственно, оставался только один, просто было непонятно, насколько прилично жениху принцессы ходить босиком.

Тут из-за поворота и появился незнакомец. Высокого роста, худой. Первым делом в глаза бросался его головной убор, необычный для сельской местности – шелковый цилиндр. Мужчина сразу оценил положение, открыл свой саквояж и достал некий тюбик.

– Лучший клей в Королевстве. Через десять секунд ваш сапог будет как новый. И цена – всего восемь серебряных.

Иван, не раздумывая, купил и занялся ремонтом.

– А что это такое странное у вас в мешке? – спросил внимательный незнакомец. – Неужели вы носите с собой огромную тыкву?

– Такой тыквы вы отродясь не пробовали. Хотите покажу? – ответил Иван. Ему очень хотелось похвастаться. Он развязал и приоткрыл мешок.

Незнакомец вздрогнул, когда увидел голову, но, к разочарованию Ивана, в обморок не упал и в лес не убежал.

– Что же это за зверь?

– Голова дракона. Сам отрубил, – гордо сказал Иван.

– А зачем?

Тут Ивану пришлось рассказать о принцессе и условиях женитьбы на ней.

Незнакомец с интересом все выслушал и спросил:

– Значит, голова дракона не обязательна? Достаточно украшений?

– Ну, голова тоже как украшение пойдет. Не на принцессу, конечно, к стене во дворце прибьем.

– Совсем забыл. Разрешите представиться, – незнакомец приподнял невысокий цилиндр, – фокусник Теодор Зороастр.

– Петров. Иван.

– Не царевич?

Иван поморщился от начала дежурной шутки и ответил:

– Пока нет. Но скоро буду.

– Ах, да. Извините, – исправился фокусник.

Дальше они пошли вместе. Теодор рассказал свою историю. Сначала он некоторое время учился на мага. Но с волшебством у него как-то не складывалось. Тогда Теодор плюнул на это дело и решил, что чудес не бывает.

Тут его перебил Иван:

– Но, постойте. У меня за плечами голова дракона, а надоумил меня за ней отправиться Колобок.

– А что голова? Есть, конечно, небольшое количество неизученных феноменов. Именно небольшое и именно пока неизученных. У науки до этого просто руки еще не дотянулись. Наука – наше все.

Тут Теодор вскрикнул: «Осторожнее, не загоритесь» и вытащил у Ивана из кармана куртки зажжённую трубку. Он раскурил ее, затем поставил свой цилиндр на траву, накрыл его платком и сделал несколько пассов. Когда Теодор сорвал платок, в цилиндре оказался десяток красных яблок.

– Выглядит как магия, – продолжил свое объяснение фокусник. – Но на самом деле это ловкость рук и некоторое знание психологии. Человек добивается всего сам, своими руками. Без всякой магии.

К вечеру приятели дошли до большой деревни. Каждый заказал себе комнату. Но прежде чем отправиться спать, хорошо поужинали. Теодор во время беседы как бы между делом показывал фокусы. То вытащит из своего уха платок двухметровой длины, то вдруг во внутреннем кармане Ивана окажется желтый пушистый цыпленок. Приятели разошлись очень довольные друг другом.

 

4.

 

Иван лег на кровать и тотчас уснул. А Теодор взял свой саквояж и тихонько спустился к выходу из трактира. Пройдя деревню, фокусник направился в лес.

– А что, – бормотал Теодор, – пройду прямо через лес на соседний тракт, и в столицу приду первый. Мне это колье нужнее. Это только кажется, что я староват для принца. Принц – это же человек государственный. Тут главное не молодость, а мудрость и опыт. Помогу королю навести настоящий порядок. Сделать из сказочного королевства настоящее. А то что за ерунда? Дети здесь не просто верят, а совершенно точно знают, что Дед Мороз и Серенький волчок существуют. Поэтому надо вести себя хорошо, слушать папу и маму. А родители говорят – надо ходить в школу, как следует учиться. И вырастают, блин, грамотеи. Как бедному торговцу всучить таким что-нибудь ненужное? Да, ловкость рук и никакого обмана  – это хорошо, но ловкость рук и обман гораздо более выгодны.

– Кончать надо с этими Дедами Морозами. Или хотя бы с верой в него, если с самим Дедом не справиться. Чтобы не было от него никаких подарков за приличное поведение. Живи как хочешь. Хочешь – учись, хочешь – ленись. Никаких дурацких авторитетов. Твое личное дело и никто с советами не лезьте. Своя же голова на плечах. Не нравится – отвернитесь. Вот таким гражданам я все что хочешь втюхаю.

– Хотя зачем мне? – задумался Теодор, – Я же буду не мелким мошенником, а государственным человеком. Ну и что. Государству тоже деньги нужны. Вместо редких волшебных блюдечек с яблоками – продадим каждому большую нанотарелку. Пусть сидят и смотрят в нее весь день, как там картинки меняются.

Между тем начался рассвет. Иван проснулся. Первым делом посмотрел на портрет принцессы на медальоне, заулыбался мечтательно. Потом достал мешочек с колье и развязал. Тут всю мечтательность как ветром сдуло. Вместо колье там оказались обычные камешки.

– Ах ты, коровья морда! Фокусник называется! Поймаю – убью.

Только вот как поймать – не понятно. Где же его теперь искать?

На всякий случай Иван убедился, что голова дракона никуда не пропала. Впрочем, фокусник был телосложения субтильного, голову бы он далеко унести не смог. Сел Иван и начал отчаиваться и выбирать: то ли своей головой об стену постучаться, то ли вина выпить. И вдруг чудится ему голос драконий:

– Драконы всегда свои сокровища чуют. Даже после смерти. Иди туда, куда тебе голова укажет.

Задумался Иван минут на десять, а потом догадался повернуть голову драконью. Смотрит, а она потихоньку оборачивается и опять в ту же сторону носом смотрит.

Полегчало у Ивана на душе, чуть он эту морду зеленую не расцеловал. Собрался по-быстрому и в путь. Пройдет километра два, положит на землю голову, убедится в верном направлении и дальше спешит. Не самый удобный компас получился по своей тяжести и громоздкости. Но хорошо, хоть такой есть.

Впереди тропинки увидел Иван яму. А из нее крики доносятся: «Люди! Спасите!» Негромко уже так, видно подустал человек орать.

Заглянул Петров в яму и обрадовался. Сидит на дне фокусник и самостоятельно вылезти никак не может, уж больно глубокая ловушка.

– Ну что, помочь тебе вылезти или не стоит? А то ведь если чудом из ямы выберешься, а в чудеса не веришь, придется обратно залезать из принципа, – решил поиздеваться Иван.

Вдруг с другой стороны ямы появилась еще одна фигура. Иван узнал Железного дровосека.

– Это мне решать, помочь ему или не помочь, потому что я выкопал эту ловушку.

– Но зачем?

– Длинная история. Но и спешить мне некуда. Хотите, расскажу.

– Конечно, хотим, – ответили Иван и Теодор.

– Когда-то волшебник Гудвин вставил мне сердце, сделанное из шелка и набитое опилками. Оно было очень мягкое и нежное. Я плакал по любому поводу. Мне было жалко рубить деревья. Я, Железный дровосек, не мог срубить дерево! Я перестал быть дровосеком. Я стал никем.

Подумав, я догадался заменить сердце. Новое было сшито из фланели и набито мельчайшим морским песком. Деревья я теперь рубил легко, но все равно меня огорчали всякие пустяки. Кто-то косо посмотрел, торговка на базаре обругала – и настроение сразу портится. Пришлось сшить следующее сердце – из войлока, набитое галькой. Жизнь стала налаживаться. Но нет предела совершенству. Мое последнее сердце – кусок гранита. Теперь мне вообще по барабану что рубить – деревья, зверей, свиней, людей.

– Разве это хорошо? – спросил Иван.

– На счет хорошо не знаю. Но зато очень практично. Моя мечта – поменять железные руки на золотые. Они у меня и так из нужного места растут. Могу и стол и кресло сделать. Но у некоторых лучше получается. Я хочу быть не Железным дровосеком, а Мастером – Золотые руки.

– А ловушки зачем?

– На новые руки мне нужно двадцать килограмм золота. Продажей дров я их через 300 лет заработаю. А если грабить людей – то гораздо раньше. Так что хватит болтать, давайте выворачивайте карманы.

– Еще чего, – возмутился Иван и достал меч.

Железный дровосек двинулся к нему, помахивая топором.

Битва шла уже минут двадцать. Иван устал и несколько приуныл. Меч только портился и тупился о Железного дровосека.

– Как все хорошо шло, – думал Петров. – И вот те раз – погибнуть на обратном пути от сумасшедшей консервной банки. Никуда не годится.

– Постой, – закричал Иван, – я могу продать тебе волшебный секрет.

Железный дровосек остановился. Иван достал голову дракона из мешка и объяснил:

– Это я сам отрубил. А перед этим полчаса таскал дракона за хвост по всему лесу.

– И в чем секрет?

– Волшебная мазь, – ответил Иван, доставая тюбик с остатками клея. – Дает такую силу, что с ее помощью ты сможешь рубить деревья в десять раз быстрее. Будешь пробовать? Подставляй ладони.

Дровосек засомневался:

– А может, сначала проверить на тебе?

– Конечно, лучше. Я совсем не против, – ответил Иван.

– Давай, – согласился Железный дровосек, – Хотя нет. Это ты сейчас обмануть меня хотел, хитрое мясное создание. Стал бы ты сейчас в десять раз сильнее и меня бы по лесу как дракона таскал. На мне будем пробовать.

Иван намазал клеем ладони дровосека и велел сложить их друг с другом, отведя руки за спину. Досчитал до ста и объявил: «Все готово». Убедившись, что дровосек повязан, Петров открыл дверцу на его груди и выкинул оттуда кусок гранита.

– Что ты наделал! – закричал Железный дровосек, безуспешно пытаясь разлепить руки, – Я же теперь стал бессердечной тварью!

– Погоди, погоди, – приговаривал Иван, доставая свой кошелек. Достал оттуда золотую монету и положил ее дровосеку в сердечный отсек. – Теперь у тебя золотое сердце.

– Я это чувствую. Может тебе нужно чем-то помочь, добрый человек? Или вон тому доброму человеку, который сидит в яме.

– В яме вор сидит, а не добрый человек, – возразил Иван. – Эй, фокусник, отдавай награбленное, если хочешь вылезти.

– Может, его перевоспитать можно? – задумался вслух Железный дровосек.

Иван спрятал отданное Теодором колье за пазуху и развел небольшой костер.

– Копыта свои железные над огнем накали, Золотое сердце, клей и отвалится, – объяснил Петров и добавил, – Фокусника перевоспитать – дело хорошее. Перевоспитывай его лучше прямо в яме, не доставая; так дело легче пойдет.

Иван тепло попрощался с Железным дровосеком и, удивляясь его нездоровой внушаемости, поспешил в столицу.

 

5.

 

Через два дня Иван был в столице. Помылся впервые за месяц, побрился и отправился во дворец.

В приемном зале Иван встал на одно колено перед Принцессой и протянул ей колье.

– Вот редкое украшение, – сказал он. – Не потому что оно из золота и с драгоценными каменьями. А потому что оно совсем недавно лежало в сокровищнице дракона. Ни один человек не мог им полюбоваться уже более двухсот лет.

– Ой, какая прелесть! – сказала Принцесса.

– А чем бы это… хм… подтвердить? – спросил Король.

– Я, на всякий случай, принес доказательство, – ответил Иван и вывалил из мешка голову дракона.

Все ахнули. Король почесал кончик носа и согласился:

– Убедительно.

– Что ж, переходим ко второму заданию, – сказал Король. – Оно состоит в том, чтобы победить страшное чудовище любого обличья. Но, собственно, ты его уже выполнил. Не посылать же тебя убивать второго дракона, их и так у нас в королевстве мало осталось. Родную природу беречь надо.

Иван благоразумно промолчал, что бывают драконы, после битвы с которыми можно принести и две головы, а дракон, тем не менее, остается жив-здоров и даже доволен.

– Какой ты шустрый, однако, – заметил Король. – Переходим к третьему заданию.

– Только я его подзабыл. Обычно уже после второго женихов не остается. Сейчас найдем, – сказал Король и начал листать записную книжку.

– А, вот, нашел. Надо проверить твои возможности как государственного деятеля. Заменишь на один день Королевского судью. Оценивать будем – я и Принцесса. Я – как государственный деятель, Принцесса – как общественность. Выйдешь в плюс – жених, в минус – без головы.

На следующий день Иван Петров пришел во дворец в качестве Королевского судьи. Первым разбиралось дело Синей бороды. Обвинитель провозгласил:

– Убито восемь женщин. Доказательств более чем нужно. Наказание?

Иван подумал. Со всех точек зрения. И произнес:

– Конечно, жены виноваты. Им же было сказано: не входить в одну-единственную комнату, иначе плохо будет. Но они все равно входили. И получали то, что обещано. Граф, однако, тоже удивляет. Можно не понять, что женщина сделает все наоборот после третьего, ну четвертого раза. Ну не после восьмого же! Граф Синяя борода как-то туповат. Не понять сущность женщины за такое количество раз! А наказание такое: на десять лет графу запрещается жениться, и он приговаривается к каторжным работам библиотекарем. Может хоть из книг немного ума наберется.

– Согласен, – сказал Король, – Не казнить же. Графами нам ни к чему раскидываться. Вдруг завтра война. Вот графы и поведут войско вперед.

– Надо немного ужесточить наказание, – возразила Принцесса, – пусть он еще каждый день пишет аннотации на все свежие женские романы.

– Мне кажется, это уже слишком жестоко, – поморщился Король.

– А он сам не слишком жесток? – спросила Принцесса, – что посеешь, то и пожнешь.

– Дело второе, – объявил глашатай, – лягушка-сын по факту похищения Дюймовочки.

– Повесить его. Прямо на болоте. Для назидательности, – решил Иван.

– Правильно, – поддержал Король, – а то лягушек много, а назидательности мало.

– Может быть, все-таки не за шею повесить? – попросила добрая Принцесса.

– Дело третье. Злая Царица-мачеха обвиняется в колдовстве против Спящей царевны.

– Это дело посложнее, – задумался Иван. – У Спящей царевны пару лет из жизни пропало. Жениху ее, королевичу Елисею, нервы изрядно потрепало. Невесту в гробу увидеть – не каждый такое выдержит.

– Приговариваем злую Царицу-мачеху к двум годам лишения свободы. Условно. – Решил Иван, – А условие будет такое. Не смотреться ни в какие зеркала. Ни в такие, которые отвечают на вопрос «кто на свете всех милее», ни в такие, которые помалкивают. Справедливо?

Злая Царица сказала, что нет, а остальные – да.

– Интересно взглянуть на нее через годик, – шепнула Принцесса Королю, – какой она станет замарашкой без зеркал.

– Итак, подводим итоги, – объявил Король. – Третье испытание пройдено. Иван показал себя зрелым мужем, который достойно справляется с государственными делами.

А Принцесса просто подошла и поцеловала Петрова в щеку.

Через неделю сыграли свадьбу. Три дня гуляли. Радость была всеобщая, и хотя в городе не осталось ни одного трезвого, обошлось без происшествий. Сказочная страна, все-таки.

Иван получил прекрасную жену и одну тридцать вторую королевства. Кроме того, теперь он мог представляться без фамилии, просто Иван. Или, для непонятливых, Иван-царевич.

 

читателей   94   сегодня 3
94 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 6. Оценка: 4,83 из 5)
Loading ... Loading ...