Последняя охота

 

Ночь постепенно захватывала небо, наполняя его иссиня-чёрными и тёмно-синими тонами, вслед за этим стали загораться звёзды. Самые яркие из них уже вовсю украшали небосвод, притягивая к себе взгляды людей.

Многие обращали к ним свои взоры, дабы найти успокоение или погрузиться в раздумья. Усталые путники шли за одним из тысячи огней возвышающимися над ними, считая его путеводным. А те, кто был наделён магическим даром, пытались найти там частицу силы или знаний. Но были и те, кто искал среди звёзд давно утерянное. Ведь по древним приданиям, души умерших отправлялись на ночное небо, становясь звездами, во владениях богини Луны, дабы знания, накопленные за жизнь, передавались живым через их свет.

Вот и сейчас на крыше здания, стоящего рядом с лесом, сидел человек, устремивший взор и мысли к этой мудрости живших до него людей. Но не суждено было ему остаться наедине со своими размышлениями…

Шаги по старой лестнице, ведущей наверх, отозвались скрипом, и уже через несколько мгновений показался нарушитель покоя.

Это был мужчина преклонных лет, облачённый в тёмно-зелёную мантию. Его лицо было испещрено морщинами, а короткие седые волосы убраны назад. Он не сразу обратился к сидящему, тем самым проявив уважение к его мысленному диалогу с самим собой и звёздами.

— Я слушаю тебя, Михаэль. Ты пришел, что бы дать мне наставления на будущую охоту? –голос из темноты был наполнен нотками усталости и разочарования.

— Ты уже давно не молодой охотник, чтобы наставлять тебя. Да и пришёл я сюда не как хранитель истории, а как обычный человек без титулов. – Отозвался старец, и почти сразу продолжил, — Я видел в твоих глазах смятение с тех пор, как мы прибыли сюда из столицы. Что гложет тебя?

— Пять долгих лет мы очищали леса от самых опасных хищников. Пять лет непрерывных вылазок в самые недоступные чащи, скрытые пещеры, забытые селения… – произнося это, охотник смотрел в глаза старика, повидавши намного больше. — Хотя ты и сам знаешь, как прошли эти пять лет. – В заключении добавил он, глубоко вздохнул и медленно опустил голову вниз.

Неловкое молчание продолжалось недолго. Михаэль достал кисет и начал укладывать табак в трубку. Правой рукой он нарисовал несколько символов в воздухе, и на его ладони зажегся небольшой огонёк, которым старик и разжёг свою трубку. Глубоко затянувшись и выдохнув дым, он обратился к своему собеседнику.

— Сколько же мы повидали всего за это время… Волки и медведи самое безобидное, что есть в этих лесах. Помнишь первую встречу с химерами?

— Да, было дело. Рядом с деревней дровосеков далеко на севере отсюда. Омерзительные твари! Как сейчас помню эту птице-змею, которая напала на меня тогда. Тело выделяющие склизкую жижу и массивные крылья, растущие из её чешуи. Но самое гадкое было зловонное дыхание из пасти, напоминающей клюв. Отвратительное создание! –

От этих воспоминаний всё тело рассказчика свело и передернуло. — А помнишь ли ты, Михаэль, когда наш король вёл нас в бой против дракона? – Усмехнувшись, он посмотрел на своего старого собеседника.

— Конечно помню, я тогда был рядом с застрельщиками на скале и мог полностью осознать грандиозность этого существа. Огромное массивное тело, покрытое красной чешуёй, блестевшей на солнце, словно языки пламени. Могучие крылья, способные одним взмахом унести повозку на несколько десятком метров. А его величественный образ венчала, будто высеченная из камня голова, украшенная двумя парами витиеватых рогов. Пожалуй, он был самым монументальным монстром из всех, которых я видел. –

С благоговейным восторгом в голосе рассказывал это Михаэль, так глубоко погрузившись в свои воспоминания, словно позабыв о сидящем рядом друге.

— Это твоя должность на тебя так влияет, старик? – Разрушив тишину, спросил охотник.

— Да ты прав, от меня требуется рассказывать молодёжи истории о красивых подвигах. Ведь они должны видеть в нас героев. — Глубоко втянув воздух через свою трубку, он развернулся к собеседнику.

— Скоро я и о тебе буду рассказывать такие истории, Эгген. Охотник, убивший последнее чудовище в нашем королевстве! Эгген-освободитель! Подходит тебе такой титул? – Вопросительно посмотрев на друга, закончил старец.

— Ты можешь придумать мне сотню титулов, но я навсегда останусь простым наставником охотников Эггеном. Каким и был пять лет назад, когда это всё только началось. — В голосе звучала грусть. — Пять долгих лет непрерывной охоты и борьбы за безопасность людей… И всё это вот-вот, закончится. Не уж-то мы скоро вернёмся домой? – С надеждой он смотрел на своего старого друга.

— Да Эгген, уже не за горами то время, когда всё это закончится. И мы сможем спокойно сеть за стол со старыми друзьями, и хвалиться трофеями. И ты достойнейший из всех нас заслуживаешь права избавить мир от последней угрозы спокойствию. – С твёрдой уверенностью в голосе говорил Михаэль, глядя прямо в глаза товарищу.

— Спасибо тебе, старый друг, надеюсь, ты меня простишь, но я пожалуй удалюсь в свою комнату, дабы отдохнуть перед завтрашней охотой. –

После чего Эгген встал и направился к спуску крыши, оставив старца наедине со звёздами. Дождавшись, когда скрип лестницы затих, старик вскинул голову вверх и устремил свой взгляд в небо.

— Да оберегут тебя боги, мой друг, дабы мы снова встретились.- Почти шёпотом произнёс он.

 

Всю ночь Эггена преследовали странные сновидения, в которых он видел звёзды и бесконечную дорогу идущую вглубь леса. Иногда он просыпался от ощущения, что его грудь сдавлена, каждый вдох давался ему с трудом. Тогда он садился на кровать и жадно хватал воздух ртом. Он чувствовал как груз ответственности, лежавший на нём, давил на его разум, а осознание того, что сотни людей верят в его успех, ужасало. Что будет если он не найдёт последнего великого зверя? Или тот победит его? А если страх завладеет разумом, и он не сможет ничего, кроме как убежать? Все эти мысли и чувства, сменяющиеся в нём под ритм безумного вальса, доводили его до отчаяния. И вот в очередной раз, когда он снова резко вскочил с кровати, покрытый холодным потом, Эгген увидел мягкий лунный свет, чуть пробивающийся через занавески. Небольшой лучик серебристо-белого света падал недалеко от его ложа. Сделав пару шагов к окну, чуть помедлив, он отдёрнул ткань. Его взору предстала удивительная картина. Огромная, белоснежная луна освещавшая ночное небо, как будто заглядывала в окно. Её мягкий свет упал на его тело, и он вспомнил о своей давно умершей жене, которая так же нежно касалась его и обнимала, когда он возвращался после долгой охоты. Эти объятия всегда вселяли в него спокойствие и уверенность в том, что он всё-таки вернулся домой. И сейчас, как только его окутал свет, все его мысли в один миг затихли, дыхание стало плавным, не вызывающим боли в груди. Он молча стоял в лунном свете, утопая в его спокойствии. Проснувшись утром, охотник так и не смог вспомнить, как оказался на кровати и заснул. Все, что он помнил, это только мягкий, нежный лунный свет. Но утро принесло с собой не только приятное пробуждение. Резкий стук в дверь напомнил о начале последней охоты.

 

Умывшись тёплой водой, которую несколько минут назад в комнату принесла молоденькая и вечно смущающаяся служанка, Эгген неспешно стал одеваться.

Тёмно-зелёного цвета охотничий костюм , поверх — кожаная броня, которая туго затягиваясь, плотно прилегает к телу. На груди красовался герб — обычный каплевидный щит обвитый корнями, в центре которого изображено высокое хвойное дерево. Он был выполнен в тёмных тонах, дабы не сильно выделяться на фоне.

Эгген подошёл к столу, его руки легли на меч — обычный, без каких либо излишеств и украшений. Лезвие было покрыто царапинами и сколами, свидетельствовавшими о многочисленных боях. Рукоять украшена кожаной оплёткой, всё того же тёмно-зелёного цвета. Это было старое, но проверенное, как и сам охотник, оружие. Лёгким движением он отправил орудие в ножны, висевшие на поясе, сделанные на манер корней оплетающих гербовый щит. Подойдя к выходу и накинув плащ, он развернулся к единственному окну в комнате, и в его памяти промелькнули те ощущения, которые подарил лунный свет. Эгген в последний раз окинул взглядом комнату, дабы убедиться, что всё приготовления закончены, сделал глубокий вдох, вышел из комнаты и запер дверь.

Спустившись в главную залу здания, охотник увидел большое количество людей, которые суетились в каких-то приготовлениях. Последняя ступенька предательски скрипнула и многие обратили на него внимание. Девушки и юноши, которые служили ордену, все как один склонили голову перед ним. Некоторые охотники удостоили его приветственным кивком или небольшим поклоном.

— Наконец-то ты проснулся. А я уже подумал, что зверь скорее умрёт от старости, чем ты встанешь с кровати. – Знакомый, чуть ироничный голос отозвался где-то за углом. Сделав ещё один шаг вниз, Эгген обнаружил источник насмешливой фразы. Это был Михаэль, который стоял у окна и наблюдал за двором. Он был всё также облачён в мантию, а на поясе у него висел небольшой старый кисет.

— Так что готов к прогулке по лесу? – Вопросительно посмотрев на него, спросил старик.

Эгген одобрительно кивнул и легко улыбнулся.

— Отлично, тогда не будем терять времени, следуй за мной. – Быстро проговорив это, он резко направился к выходу.

— В общем, коня мы подобрали для тебя резвого, если вдруг решишь успеть к ужину. В сумках есть всё нужное. Немного провизии, пару свитков заклинаний и разного рода зелья и припарки.

Они шли уже по двору в направлении конюшен, речь Михаэля была отрепетирована годами, тысячами таких вылазок в лес, но он считал своим долгом каждый раз произносить одно и то же.

— И помни … — Не дав старику продолжить, охотник, перехватив инициативу, договорил его излюбленную фразу.

— … не пей воду из непроверенных источников, не разжигай костёр без серьёзной необходимости и всегда будь готов к любым атакам хищников. Я ничего не забыл? – Немного ехидно улыбнувшись, закончил он.

— Нет, кое-что забыл. Никогда не перебивай старших. – Они оба рассмеялись, похлопывая друг друга по плечу и пританцовывая кругами. Их шутливый ритуал прервался лошадиным ржанием.

— Ах да, видимо кто-то хочет познакомиться со своим великим наездником. – Добавил старец и открыл двери стойла.

Перед ними стоял молодой, сильный конь. Его расчёсанная шерсть вороного окраса легко поблескивала на свету. Хвост и грива были заплетены, дабы не цепляться за кустарники и ветки на скаку. Скакун был тщательно запряжен, а у седла уже висела прикрепленная сумка. Конюх тут же подвел коня за поводья к новому владельцу.

— Вот держите, это хороший молодой конь. Резвый как ветер и выносливый, словно десять мужчин. – Сказал конюх, передавая поводья Эггену.

— Скажи, конюх, как его зовут? Я должен знать, кому доверяю свою жизнь. –

— Его имя Оникс, сэр. Его так назвали, потому что в этой породе не часто рождаются такие жеребцы.

— Хорошее имя. – Положив руку на морду коню и прислонившись к нему своим лбом, Эгген прошептал ему на ухо — Что ж, нас ждёт великая охота, друг. Конь одобрительно качнул головой.

— Вот вы и сошлись. Отлично! Только не начинай рассказывать ему основы охоты, а то ты кого угодно пытаешься охотником сделать. – Насмешливо сказал старик. — Так ладно, хватит нежностей, нам пора, все уже заждались. – Михаэль двинулся в сторону площади.

Взяв коня за поводья и ещё раз поблагодарив конюха, Эгген отправился со своим новым другом за старцем. Они вышли на небольшую площадку, где уже собралось несколько десятков людей. Встав между толпой и своим старым другом, Михаэль пристально посмотрел на толпу и, выждав пока все утихнут, обратился к ним.

— Сегодня день последней охоты. День, когда страх перед лесом, хранимый в сердцах десятков поколений канет в лету. Нашим жёнам и детям теперь не придётся опасаться каждого шороха по ночам. Пять лет прошло с тех пор как, на этом самом месте стояли десятки мужей готовых отправиться на свою первую великую охоту против чудовищ. Многие не вернулись из этого леса, но они отдали свои жизни, дабы приблизить этот день. И сейчас перед вами тот, кто завершит тёмные времена страха и откроет новую главу в истории нашего королевства. Вот он ваш герой! – Указав рукой на Эггена, уже оседлавшего своего коня, закончил свою речь Михаэль.

Из толпы понеслись одобрительные выкрики, но ещё до того как восторженная волна накрыла собравшихся, Эгген резко поднял руку с открытой ладонью и все сразу смолкли.
— Я, как и многие из вас потерял дорого мне человека, когда одна из лесных тварей напала на мою деревню. Для меня это было великое горе, и я не знал, как жить дальше. Но тогда король объявил, что собирает всех опытных охотников и тех кто просто готов очистить леса. Это было, словно знак свыше, и я пришёл. Пять лет без перерыва уходил в леса и возвращался с новой добычей. Многие считают меня хорошим охотником. Я был рядом с королем, когда он победил дракона. Но всё это время я просто бежал от себя, чтобы не думать о своей утрате. Хотел забыться или пасть в схватке со зверем, но каждый раз я побеждал и возвращался. Неделю назад коллегия магов нашла последнего зверя, и король избрал меня, дабы я убил его. Но я не герой, я всего лишь человек, пытающийся убежать от своего прошлого. – После чего Эгген опустил голову, легонько пришпорил коня, и поскакал в лес.

Всё дальше и дальше становилась фигура всадника на горизонте, а Михаэль всё смотрел ему в след. Все уже разошлись и только он один остался на площади. И только когда фигура охотника исчезла в тенях леса, он опустил голову и тихо произнёс:

— Я надеюсь, ты вернёшься старый друг, но ещё больше я надеюсь, что ты найдёшь успокоение для своей души. –

 

Кроны деревьев переплетались между собой, так же как и мысли в голове Эггена, не дающие ясности просочиться сквозь занавес переживаний и чувств. Он был рад тому, что лес станет безопасным и разномастные чудовища перестанут нападать на людей. Но эта радость меркла перед смятением в его душе, семена которого были посеяны ещё семь дней назад на совете, где коллегия магов выбирала достойнейшего для последней охоты. С того самого момента когда ритуал осветил его золотистым светом и король подтвердил выбор магов, с того самого момента он каждый день бережно ухаживал за этими семенами. Удобрял воспоминаниями, ранившими его душу и поливал отчаянием, и спустя шесть дней самоистязания первые побеги пробились в почве его разума. А на седьмой день они превратились в буйно растущие сорняки, сковавшие его душу, и разум страхом перед тем, что его ждёт. Он никогда больше не сможет убежать в лес от своего прошлого, убежать туда, где нет места раздумьям, а есть только холодный мрак и опасность, подстерегающая на каждом шагу. Но ведь если он не выполнит возложенного на него задания, то кто знает, сколько ещё людей пострадают. Сколько ещё семей лишаться своих отцов? А сколько детей будут горевать без матерей? Сколько ещё придётся вырыть могил для детей, и смотреть на безжизненные лица их родителей? Или сколько ещё таких же, как он сам будут страдать из-за потери своей любви? Все эти вопросы не покидали его головы не на секунду. Они кружились и перемешивались со всеми противоречивыми эмоциями, которые он только мог испытывать: разочарование, облегчение, непонимание, успокоение и страх. То он был готов расплакаться, то через секунду мог смеяться как умалишённый… Все эти чувства сменяли друг друга настолько быстро, что внутри него всё разрывалось и выворачивалось наизнанку.

Лес, казалось, ожил, словно повторяя тот ужас, который происходил в нём. Ветки деревьев тянулись к нему, грозясь схватить, а хищные глаза, смотревшие из темноты, пугали жаждой крови, наполнявшей их.

И в тот миг когда, тьма будто начала плотно окутывать всё вокруг своим саваном, он почувствовал, как к его душе прикоснулся сам свет. Как и той ночью — такой нежный, мягкий, умиротворяющий… Его глаза закрылись сами собой. Он не сразу понял, что происходит, но несколько мгновений спустя мысли в голове прояснились.

После долгого пребывания в полумраке густого леса, всадник оказался на небольшой, незнакомой ему полянке, освящённой луной, в глубине леса. Конь больше не мог идти, он скакал по лесу весь день. Спешившись, Эгген привязал Оникса к дереву, дабы тот отдохнул, и стал осматривать местность. Спустя пару минут его взору предстало дерево, явно изрубленное большими когтями. Ствол, толщиной с ладонь, был переломлен пополам на высоте полутора-двух метров над землёй, и выглядел так, словно его что-то сжало, от чего тот и сломался. Эту теорию также подтверждали многочисленные щепки вокруг. Но второй половины дерева видно не было, и только след из осыпавшихся листьев и борозда на земле указывали направление в самую тёмную чащу.

 

На поляне охотник провёл ещё несколько минут в приготовлениях. Сначала с помощью магических свитков узнал время и удивился тому, что он не заметил, как наступила полночь и что-то тёмное колыхнулось в его душе. Выпив несколько зелий и ослабив узел, которым привязал коня к дереву, отправился по следам. Около часа прошло с того момента как Эгген попал в эту часть леса. Он шёл по следам, оставленным кроной сломанного дерева. За это время позади осталось несколько километров, но точно он не был уверен. Всё его тело было готово к предстоящему сражению, и те пузырьки, которые он недавно опустошил, только помогали ему в этом. Глаза лучше видели в темноте, обоняние чётко вычленяло запах смолы свежего сруба дерева, а слух улавливал далёкий шелест листвы.

С самого начала долгой охоты алхимики начали помогать охотникам, а те порой предоставляли им редкие ингредиенты для снадобий. Так и сотрудничали все эти пять лет. За это время, каких только зелий Эгген не перепробовал — стальные мышцы и каменная кожа, зрение в темноте и дыхание под водой, и ещё с десяток разных цветных жидкостей. Какими бы они не были ужасными на вкус или какими-бы последствиями не обладал, и это было хорошее подспорье в деле, которое он делает.

Внутреннее чутье, появившееся за долгое время проведённое в лесах подсказывало ему, что зверь уже рядом.

Резкий треск впереди привлёк его внимание. Где-то на вершине склона, по которому Эгген сейчас полз, слышался хруст ломающейся древесины, и гулкий звук тяжёлых шагов. Резкими движениями охотник подобрался к вершине.

Его взору предстала поляна, залитая лунным светом, в центре которой метался огромный зверь. Его мощное тело, водружённое на четыре массивные лапы с острыми когтями, было покрыто короткой шерстью светло-коричневого оттенка. Вечно двигающийся хвост был увенчан десятками шипов, а несколько самых крупных располагались так, будто были специально предназначены для поломки меча. Громадная морда, да ещё и хищная пасть, из которой торчали четыре длинных клыка, расположенные по два сверху и снизу, противоположно друг другу. Их длина была примерно равной ладони взрослого мужчины, а толщина, составляла около двух пальцев. Голову же покрывали странные наросты похожие на шипы, но более мягкие и длинные. Они уходили назад, ниспадая на массивную спину и грудь .

Зверь был настолько же огромен, как и все предыдущие твари, с которыми встречался Эгген, но было в нём и что-то особенное. Взгляд. Это был его взгляд… Обычно глаза чудовищ передавали бесконечную жажду крови и животное безумие, но эти были абсолютно холодными, не выражающими ничего, кроме предвестия смерти. Этот леденящий взгляд был устремлён в единственную цель — в глаза человека. Зверь знал, что охотник здесь, он его чувствовал.

Отбросив лишнее ожидание, Эгген поднялся и освободил клинок, томящийся в ножнах. Мир как будто потерял краски, всё стало серебристо белым. И уже были не важны причины и обстоятельства находившихся здесь существ. Они были чисты под луной и готовы к смертельной схватке.
Эгген медленно ходил по внешнему краю поляны, заставляя своего противника кружиться на месте, но тот не собирался играть в эту игру. Издав громогласный рёв, он бросился на человека. Охотник, ловко кувыркнувшись под ним, избежал удара, и массивное тело зверя ударилось о деревья. Ещё один прыжок и оба уже находились в центре поляны, несколько быстрых ударов лап не достигли цели и тогда в ход пошёл хвост. Послышался звон — меч попал как раз между двумя большими шипами. Не растерявшись, Эгген рывком вниз выдернул меч и провернул дугу, рубанув хвост зверя, от чего тот взвыл. Резко провернув голову в бок, чудовище обрушило град ударов своих длинных шипов на человека. Некоторые достигли цели и ранили руки воина, разрезая броню как нож масло. Тварь чуть отвернулась, и Эгген, резким рывком всадил свой клинок в мохнатый бок. Горячая кровь брызнула и окатила нападавшего. От боли хищник дернул задней лапой и отшвырнул своего врага на несколько метров. Оправишься от ударов, и крепко встав на ноги, оба смотрели в глаза друг другу, и взгляды обоих были переполнены уверенностью, что победит именно он.

И зверь сделал свой ход. Опустив голову вниз, он резко вдохнул и издал оглушающий рёв. Эгген упал на колени, ухватившись за голову, и в этот момент его тело переполнилось болью. Челюсти зверя сомкнулись на левой половине его туловища и резким рывком бросили в центр круга. Кровь хлынула из-под брони и всё в глазах начало расплываться. Дрожащей рукой охотник дотянулся до сумки, висевшей на бедре, достал оттуда свиток и порвал его. Яркое свечение начало окутывать тело и затягивать раны, но не успело это волшебство закончиться, как на его грудь опустилась одна из лап чудовища. Он нависал над жертвой всё с тем же леденящим взглядом, и вес его туши причинял непереносимую боль, а воздух покидал лёгкие. Руки человека безрезультатно били по тяжелой лапе. Мир всё тускнел и силы оставляли охотника…И тут в его голове всплыл образ Михаэля, который бережно поглаживает свой старый кисет. Рука сама дотянулась до небольшого мешочка на поясе и достала маленькую склянку, после чего сжала её. Всё пространство залило нестерпимо белым светом, который доставлял жуткую боль глазам. Зверь отступил и, судя по звуку, упал от неожиданности. С закрытыми глазами Эгген полз к месту, где упал его меч, он надеялся, что память не подведёт. Какого же было его облегчение, когда в ладони вновь появилась знакомая рукоять. Встав на ноги к тому времени, когда этот свет погас, он увидел как зверь, замешкавшись, мотает головой, пытаясь прийти в себя. У Эггена болело всё тело и разум был замутнён, но он должен был победить эту тварь! Из последних сил он понёсся на врага с выставленным вперёд мечом. Меч вошёл в тело зверя по саму рукоять, от чего тот взвыл и упал на бок, потянув за собой и человека. Рывком вытащив своё орудие, охотник занёс его для последнего удара, и тут время будто остановилось. Все те мысли, которые преследовали его по дороге сюда, вновь нахлынули на него. Что же он будет делать, когда закончится великая охота и куда он теперь будет убегать от своего прошлого. Перед его взором предстали свежие могилы и растерзанные тела после нападение. Этот момент длился целую вечность, и он не стремилась заканчиваться, пока Эгген не сделает выбор. Сжав эфес меча обеими руками так, что заскрипела кожа, он принял решение — меч резко опустился, пронзая грудную клетку зверя и входя прямо в сердце. Дергая лапами и жадно хватая воздух пастью в свои последние мгновения, хищник пытался добраться до своего противника, но это ему так и не удалось. Огонь жизни угас в его теле, и глаза полные льда и злобы медленно закатились. Так подошла к концу жизнь последнего монстра в этих лесах.
Полностью обессилив, Эгген рухнул рядом с поверженным соперником. Тяжело дыша, он смотрел на большую белую луну и звёзды окружающие её. Они — беспристрастные свидетели произошедшего здесь сражения, но где то в глубине своей души он хотел, услышать ответ на вопрос. И как будто в старой детской сказке свет луны начал вырисовывать фигуру человека в воздухе. Серебристое сияние вырезало в ночном небе плавную фигуру женщины, тело которой было покрыто легкой тканью, превращавшейся в свет. Молча наблюдая за этим, он узнал лицо своей жены в этом божественном явлении. Его глаза широко раскрылись, но он не мог ничего произнести. Этот волшебный образ спустился по невидимой лестнице прямо к обессиленному телу охотника, и её голос напомнил ему шёпот ветра.
— Ты сделал всё правильно, муж мой. Я пришла, чтобы облегчить твою судьбу. – Произнесла она и дотронулась до ладони, тянувшейся к ней. Белый свет медленно окутывал тело Эггена, снимая с него броню боли, страданий, потерь и поднимая над землёй. Скоро он сам начал сиять белым светом, всё выше и выше поднимаясь со своей возлюбленной вверх, держа её за руку, пока оба они совсем не растворились в белоснежном свете луны.

Михаэль стоял на крыше, где прошлой ночью разговаривал со своим другом и курил свою любимую трубку. Он смотрел на звёзды и думал о тех, кто погиб во время этой великой охоты. Его взгляд гулял по всему звёздному небо, осматривая каждую из звёзд пока не остановился на одной звезде.

— Раньше она была одинокой, а сейчас рядом появилась ещё одна. – И не успев пробормотать, это себе под нос, он внезапно осознал, что великая охота наконец-то закончилась. Так же как и закончился великий побег от самого себя его друга.

— Я рад, что ты нашел, обрёл свой душевный покой, мой старый друг. — Сказав это, Михаэль выдохнул дым, который начал медленно подниматься к ночному небу, растекаясь по ветру и улетая всё дальше и дальше от старика.

читателей   708   сегодня 4
708 читателей   4 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 8. Оценка: 2,13 из 5)
Загрузка...