Домоводство для начинающих

 

— Нет, мама, всё в порядке! Я позавтракала, полила фикусы, и совершенно ничего от тебя не скрываю! – сказала Ирина, будто не гонялась только что с тряпкой за котом насчёт разлитого йогурта. Рыжий зверь тоже делал вид, что не носился по шторам и мебели, а всё время нагло сидел у дивана с перемазанной в состав преступления мордой.

 

Маме лучше было верить, что квартира в порядке, дочка со всем справляется, а Барсик ведёт себя образцово и спит в уголке. Иначе она могла примчаться с дачи, а этого не хотелось ни девушке, ни коту. Ведь тогда надо будет заплетать косу, читать про скучное домоводство и вести себя скромно и тихо.

 

— Ой! Извини! Срочный вызов! — Ирина отпихнула Барсика с намотанной на усы пылью, и чиркнула ногтем по картинке.

Ну, конечно, это желал пообщаться грозный и ужасный шеф, который видел Ирину насквозь, считал её весьма легкомысленной, и пугал даже во сне. И сейчас ему только оставалось узнать, что стажёрка бегает за домашними зверями, даже толком не причесавшись.

Зеркальце задрожало в руке.

 

— Здравствуйте, Павел Борисович! – пискнула девушка, судорожно придумывая объяснения насчёт чуть оборванной шторы, немножко уроненной вазы и взъерошенного вида, — А я как раз…

— День добрый. Срочный вызов! Стас за тобой уже выехал! – объявил грозный босс и подозрительно поинтересовался, — А почему у тебя такой вид, будто кошку гоняла?

 

Итак, о планах на выходные можно было забыть, намечалось какое-то непонятное дело, и совершенно не оставалось времени, чтобы навести порядок или кого-нибудь воспитать. Ура!

 

Наобещав маме, что будет вести себя хорошо и обязательно заедет на дачу, Ирина забегала по квартире. Что надеть в такой прекрасный и тёплый весенний день?

 

Сердце просило чего-то воздушного и лёгкого, авантюризм предлагал шляпки и декольте, безумная фантазия алчно поглядывала на простынь и коврики.

«Как насчёт кроссовок и джинсов?» – робко пискнул здравый смысл и тут же замолчал.

 

В результате через пятнадцать минут Ирина расстегнула ещё одну пуговицу на легкой блузке, поправила не особо длинную юбочку, показала язык отражению одной легкомысленной девчонки и подхватила со стула тяжеленный рюкзак. Удивительно, как много вещей приходится носить с собой современной девушке!

 

— Остаёшься за главного! – крикнула Ирина спрятавшемуся куда-то Барсику.

Эх, хорошо бы обзавестись своим домом с тёплой печью, уютным чердаком, и речными туманами за окошком… Но это когда-нибудь.

А сейчас её ждали захватывающие приключения, интересные открытия, и нудный напарник.

Хоть бы раз он потерялся или опоздал.

 

Конечно же, Стас уже явился и перебаламутил весь дворик. Горки пустовали, воробьёв никто не гонял, деревья скучали без недовольных кошек на ветках. Дети, мамы, две бабушки и даже злобная маленькая Кнопка, бросили свои дела и с интересом глядели, как белобрысый зализанный парень аккуратно что-то заливал из чайничка в двигатель старинного экипажа. Сразу было видно, что этот мальчик в детстве всегда слушался маму и никогда не рвал на коленках штаны.

Скукотища.

 

— Привет! Я так ждала!– воскликнула Ирина, бросаясь на Стаса, как заколдованная лягушка на принца.

Напарник привычно попятился, поскольку невеста считала себя единственной дамой в его жизни, и сильно раздражалась, обнаруживая на Стасе следы существования других девушек.

Ну а Ирина шмыгнула в недовольно скрипнувшую машину, как сразу и хотела.

 

Успокоенный напарник ещё пять минут что-то подкручивал, совал в топку брикеты, и бегал с вёдрами от дворовой колонки, умудрившись не пролить ни капельки на отглаженные брюки. Наконец-то он сел и защёлкнул на себе ремень.

«Только пискни, что я непристёгнутая!» – угрожающе выпятила губы Ирина.

«Ну уж нет!» – поёжился Стас, и молча дёрнул рычаг.

Их экипаж затрясся, пыхнул дымом в безмерно удивлённую Кнопку, и нехотя двинулся с места.

Они проехали арку с коваными створками ворот, чуть попетляли улочками, и оказались на переполненном Одихмантьевском. Сотни машин спешили за город, выплёвывая горьковатый туман, который с удовольствием вдыхали праздные прохожие и злобно хрюкающие больные. И все их обгоняли. Даже скверно пахнущий нефтяной экипаж экологов сверкнул на них плакатом «Выбирай чистый транспорт, спаси город от ржавчины!», ликующе бибикнул, но тут же задымил и свернул к обочине.

 

Старенькая Обь невозмутимо пыхтела, отмеривая вёрсты. Ирину встряхивало на каждом камушке, из неприметных щелей на блузку летела сажа, и ещё приходилось привычно упираться рукой, чтоб не съехать на острый выступ у бардачка, чудно пускающий по колготкам стрелки.

 

— Долго ещё? – спросила девушка, незаметно выводя ногтем «дура» под сиденьем.

 

— Не очень, на стройке, — сдавленно ответил красный Стас, только что пообщавшийся через говорушку с невестой.

 

Стройка? Наверное, раскопали что-то интересное.

Ирина довольно царапнула дверцу.

 

А они тем временем подъехали к памятнику, над которым снова поработали неизвестные шутники.

Маленький Соловей по-прежнему попирал страдальчески заткнувшего уши богатыря. Но в этот раз разбойника обрядили в картонный галстук и такие же очки, а Илья зажал локтем плакат «Задавили работой? Пора в отпуск!» На прошлой неделе Соловья подписали Звездоплясовым, а богатырю сунули огромный билет на его концерт, что сильно обидело знаменитого певца, но и сейчас было неплохо.

 

Прямо за Соловьём они свернули с проспекта на новенькую грунтовку. Потянулись утопающие в зелени новостройки, где ещё не было людей, но зато с удовольствием бегали птицы и белки. Потом – глухие высоченные заборы, куда не пускали ни людей, ни зверей, но истекающая оттуда сила заставляла добреть и улыбаться. А потом раскинулся строительный простор, на котором люди старательно доламывали построенное другими, чтобы дать построить что-нибудь ещё.

Москва менялась к лучшему. Ведь действительно, гораздо приятней жить в переполненных добром домах, и какая разница, строят их или выращивают?

 

Они остановились у распахнутых в монтажном заборе ворот, и Ирина радостно сказала подбежавшему парню в комбинезоне:

— Парагенство «Иволга». Что у вас произошло?

 

 

* * *

 

Пара воробьёв шумно скакала по крыше бульдозера, совершенно не заботясь про шпильки и маникюр. В небе ползли легкомысленные и чистенькие облака. Двор пустовал.

 

Ирина угрюмо сидела на лавочке, упираясь щекой в ладонь. Эйфория с рост-площадок давно выветрилась, и ей совершенно не было весело.

 

Им нужно было отключить дом, а энергологу вдруг стало плохо. Глупых желающих явиться среди выходных не нашлось, их шеф через какие-то запутанные каналы любезно предложил пару своих высококвалифицированных сотрудников, и так они оказались здесь, чтобы выкрутить два датчика и махнуть рукой. Потому что иначе срывались какие-то графики, и общий генеральный план…

 

— Я пойду, проверю тут всё, — улизнула на этом месте Ирина, а Стас с удовольствием остался.

Хотят снести дом – пусть сносят. Они-то тут причём?

Нет, Ирина добросовестно всё проверила, как и подобает младшему детективу-стажёру.

Но строители никого не выдали, как она ни строила глазки, прораб трусливо прятался за углом и отказывался давать для простенького ритуала кровь, а второй энергоинспектор чуть не упал от её вопросов в обморок почти на месте первого.

И откуда их набирали, таких замечательных и пушистых лапочек? Наверное, сказывалось долгое пребывание рядом с ростплощадками.

 

Ирина даже честно облазила с аурометром всю дворовую площадку, но засекла только потеряшку-бусинку и стандартные энерголинии.

Обречённый на снос двухэтажный домик примостился между более удачливыми пятиэтажками, которые признали достаточно чистыми, чтобы просто обтянуть новой корой. Наверное, в его квартирах жили не очень вредные соседи.

Невезучий домик глядел на день мутными окнами. Жёлтая штукатурка пошла от рун трещинами, но строение держалось. Умели же делать в старину!

Внизу чернел наивный и милый цветочек.

Ирина вдруг пожалела дом, и отвлеклась на Стаса, который устраивал своё обычное представление.

 

— Да там делов пустяки, подошли – отключили – вынули, — уговаривали напарника отчаянные загорелые ребята в пыльных комбинезонах.

 

— Конечно-конечно, — вежливо отвечал Стас, — Не могли бы вы дать инструкцию, чтобы всё сделать в наилучшем виде?

 

И кто-то из них наивно вручил напарнику орудие своей гибели.

 

— Ага, вот оно! Пункт восемь! — объявил Стас через пару минут, — В случае негативных воздействий в зоне отключения, процедура проводится по протоколу два.

 

— А что там написано? – полюбопытствовал прораб.

Очень скоро он уже об этом знал, но совершенно не стал счастливей.

 

Выдернутый откуда-то с дальних строек барьерщик злобно поставил на пятиэтажки щиты, потому что они находились от дома ближе безопасных двадцати метров. Жующий бульдозерист отогнал подальше пыхтящую громадину, сонный кладовщик выволок пару аварийных поясов и комбинезоны.

Расхрабрившийся прораб пискнул было, что совершенно не обязательно всем прятаться в специально вырытой защитной яме, но столкнулся с пустым взглядом Стаса, и прыгнул первым.

 

А Ирина веселилась, пока напарник не принялся за неё. И не успела девушка пикнуть, как оказалась пристёгнута к поясу с проводом и получила на лоб печать, временно зачисляющую её в горэнерго со всеми допусками и полномочиями.

Только от комбинезона удалось отбиться, пригрозив, что будет царапаться и кричать.

 

Стас огляделся и остался доволен. На площадке были лишь дом и пара героев.

«Это отключение войдёт в легенды, — мрачно думала Ирина, — Если я не сломаю ногти об эту ржавую крышку!»

Хорошо, что никто её сейчас не видел.

 

Стас забубнил по шпаргалке протоколы доступа, печати на заглушках отозвались слабым светом. Сбился. Ирина потянулась за зеркальцем глянуть, как смотрится дурацкая печать.

 

Писк надоедливым высоким звоном бился в виски, набирая высоту и темп.

Так аурометр обычно сообщал о резком росте силы.

— Стас! Берегись!

Стас привычно шарахнулся от напарницы и полетел со ступенек плечом в бетон.

И тут от дома ударил беззвучный взрыв.

Мир крутанулся, толкнул в грудь, зашуршал по затылку. Что-то ужалило пальцы.

Пальцы глодал огонь, съедающий надежду и крики. Перед глазами почему-то оказалось небо.

Оба щита сгорели. Аурометр заходился всё повышающимся писком нового удара.

И вдруг мелькнула рука, и кто-то заслонил облака, но чтобы его разглядеть, пришлось хорошенько прищуриться.

Стасу пришлось нелегко. Комбинезон висел клочьями, причёска растрепалась, и он выглядел даже глупей обычного. Но Ирина не успела ему об этом сказать. Напарник произнёс Слово.

Боль стихла. Засияли сожжённые щиты. Теперь она видела мир зорче и ясней, угадывая истину энергий под мишурой оболочек. А рядом стоял самый дорогой человек на земле, которого она только что презирала. Подарок от проклятого колдуна. Любовь, приходящая с силой.

Удар. Сила хлынула волной, обходя вдруг возникший возле двух людей барьер.

Дом подпрыгнул, опоясался широкой трещиной, через разлом вдруг высунулись, поскреблись и исчезли три толстенные безглазые змеи.

Щит снова был пуст. Писк аурометра нарастал.

Не убежать, не скрыться.

Но он был рядом.

— Всё будет хорошо, — сказал Стас, и нежно прикрыл собой.

 

Дом медленно наливался сиянием в трещинах, обтекая тёмные глазницы окон.

— Я знаю, — сказала Ирина, глядя через его плечо, — Я знаю.

Предчувствие захолодило затылок.

И вдруг злое фырканье перекрыло свист. Откуда-то сбоку вынырнула нелепая коробка с колёсами, которая так часто её царапала и била. Старая верная машина завизжала на отчаянном вираже, боком поехала к ним, осталвляя старыми колёсами чёрные дуги, а потом вдруг неловко опрокинулась, обрушив на них тёмную пасть распахнутой двери.

Вспышка резанула сверху. Затрещал, загрохотал под ударами фанерный корпус. Их потащило вместе с машиной, перевернуло, рядом ударился острый каменный кусок. Но древний экипаж спас их.

Стас по-прежнему прикрывал собой Ирину.

А она с дрожью глядела через его плечо на дом.

Он медленно восстал из облака пыли на двух исполинских лапах, сияя чистым срубом без утеплителей и штукатурки. Пошатнулся, раздавил щит и со звоном опёрся на пятиэтажку, а потом двинулся со шлейфом из битых стёкол вперёд, поставил лапу на крышу бульдозера, и вдруг могучим прыжком перемахнул через забор, на мгновение развернувшись чёрной стенкой с табличкой.

 

Пыль медленно осаждалась во дворе. Неуверенно чвикнула какая-то птичка.

«Ничего себе», — слабо подумала Ирина и впервые глянула вниз. В её обожжённых пальцах дотлевала расплавленная говорушка.

 

* * *

 

 

— Итак, — спокойно сказал генерал, едва сдерживая желание из чего-нибудь выстрелить, — Пять коптеров прочёсывают местность, но детекторы не работают в зоне генерации. У нас нет информации, кто это был, и чего он хочет, и даже какой дом он утащил.

А ещё у генерала отобрали любимые танчики с самолётами, завесили сложными схемами весь кабинет, и отсыпали вдобавок целую толпу шумных и невоспитанных штатских, но он не жаловался.

Всё-таки он был военным.

 

— Итак, профессор! – терпеливо повторил генерал, стараясь не обращать внимание на крупного чистильщика в углу, увлечённо ругающегося с худощавым барьерщиком, — Какой зверь способен утащить на себе целый дом, спалив при этом четыре щита, и что ему нужно?

 

— Нууу, — задребезжал выдернутый с середины лекции заслуженный экзолог и снова вгляделся через пенсне в отчёт, — Бурозавры переворачивает огромные камни в поисках личинок, но чтобы их лапы стали голыми, надо их хотя бы побрить! При определённых условиях омутник может поднять целую скалу, но только так далеко от реки… А вот у рух похожие конечности, да, — радостно потёр он руки, — И для гнезда они используют самые неожиданные вещи. В том доме мог остаться изюм, к которому чувствительны особи в брачную пору. Если я прав, и всё пройдёт отлично! Мы получим первых птенцов рух в городской среде! Первых уруборухов!

 

— Понятно, продолжайте работу, — вежливо сказал генерал, не разделивший научных восторгов, — Итак, чем нам может грозить появление такого создания в этом районе?

 

— Если оно сумеет сломать забор и нарушить протоколы роста, зону придётся обнулить, — прикрыл глаза главный архитектор, чтобы лучше представить, как всем будет неловко и плохо, — А ещё эвакуировать пять-семь московских районов. В генерациях очень легко поменять заряд. И если кто-то спровоцирует взрыв, то в ближайшие двадцать лет даже дождевые черви будут ссориться под землёй. Москву придётся оставить. Ну а сумеет ли взломать эта тварь забор – вопрос к специалистам.

 

— Это всё он! – хором указали друг на друга барьерщик с чистильщиком.

 

— Понятно, — отозвался генерал, снова подавляя страстное желание из чего-нибудь пострелять, — Итак, мы по-прежнему в отправной точке. Наверное, надо опросить все ближайшие зоопарки. О! Хотя бы сведения по зданию пришли.

Генерал открыл отчёт и почернел совершенно.

— Как так мы ничего не знаем про этот дом?

 

Многие, очень многие хотели бы знать, где находился в тот вечер таинственный беглец.

 

А вот Ростислав Викентьев, старший экспедитором небольшой мебельной фирмы, ничего такого не хотел.

Он приехал домой, аккуратно поставил машину в гараж, оплатил на три года вперёд дорожные штрафы, позвонил друзьям, что больше не пойдёт с ними в бар, и молча сел рядом с удивлённой женой смотреть третий сезон «Аспирантки».

Никому и никогда Ростислав не рассказал, как проехал в тот вечер на пустынных Черёмушках под кирпич, как за ним погнался после этого пост ГАИ, и сколько он правил нарушил, пока улепётывал по тихой ночной Москве. Но с тех пор Ростислав много лет пользовался общественным транспортом и даже освоил велосипед.

И никогда не появлялся больше на Черёмушках.

 

* * *

 

— Воробьиная пятнадцать.

— Что?

— Воробьиная пятнадцать, — снова повторила Ирина, — Он стоял на Трубной, с табличкой Воробьиной.

— В ушах не звенит? – участливо спросил помнящик и подал что-то мятное в стакане, — Спасибо за сотрудничество. Ваш отчёт уже отправлен. А сейчас вам лучше отдохнуть. Сейчас я вызову скорую.

 

Ирина отказалась.

Стас ждал её возле центра, и вечерняя суета обтекала странную растрёпанную фигуру. С ним разобрались раньше и явно были рады от него избавиться.

— Поедешь домой? – неловко спросил напарник. Левая штанина у него висела живописными лохмотьями.

 

— Нет, — ответила Ирина. — Мы едем в информаторий. Ищем дом пятнадцать дробь два по Воробьиной.

 

 

 

* * *

 

— Здравствуйте, дорогие зоркозрители! Итак, по информации некоторых медиумов, в Москву прорвался Красный Краб. Мы решили проверить информацию у первоисточника, и сейчас наш корреспондент Денис Воронов как раз выходит из Нижнего Плана на связь. Денис?

— Здравствуйте, Татьяна! Ну и неуютные же здесь местечки! Ветер кусает за крылья и пробирает через скафандр, небо низкое и твёрдое, и да, у холмов действительно есть глаза! Понятно, почему здешние обитатели так рвутся к нам. Но мы здесь, чтобы взять интервью у Красного Краба, так что не будем отвлекаться. А вот как раз и он сам. Да, это не гора, а его лапа. Включите громкосвязь. Здравствуйте, о Сотрясатель! Как заживает бок после последнего вторжения на Землю? Оторванная клешня отросла?

— Хшшшш! Пвшшшш! Хурррр!

— Итак, Красный Краб передаёт всем зоркозрителям привет, благодарит за внимание, и обещает очень быстро выздороветь, вернуться и отомстить. Каковы же ваши текущие планы, о великий?

— Хрюууууи! Виииу!

— Да-да, человеки глупые, надоедливые, и от нас надо очистить мир. Но всё-таки, прорываетесь ли вы сейчас на Землю? Засылаете приспешников? Или просто вынашиваете очередные ужасные планы?

— Хшшш! Тряу! Вжик!

— Итак, дорогие зоркозрители, по техническим причинам мы прерываем нашу трансляцию. Красный Краб передаёт наилучшие пожелания и небольшую гору, от которой мы сейчас будем уворачиваться. Хорошего вам весеннего дня. УХОДИМ! Уходим!

— Спасибо, Денис. С нами был специальный корреспондент из нижнего плана. Как видите, оснований для беспокойства нет. Красный Краб на месте, и в ближайшее время будет занят, гоняясь за нашей съёмочной группой. Ну а мы переходим к прогнозу погоды. В ближайшее время ждите репортажей от Великого Кракена и второго Кита. Напоминаю, конкурс на лучшую причину возмущений продолжается. Победитель получит приз. А завтра ведущий энерголог РАН объяснит, чем ещё могли быть вызваны такие эфирные колебания. Оставайтесь с нами!

 

 

* * *

Ирина откровенно скучала и перечитывала новости, пока Стас застыл в кресле со шлёмом на голове. Она не умела сливаться, и на любые запросы получала в ответ монгольскую считалочку до пяти, которая потом вырывалась у неё в самые неожиданные моменты.

 

Библиотека была практически пуста. Ну кому захочется грузить голову, когда есть весёлые личные говорушки, всегда готовые развлечь нужной новостью или просто спеть?

 

— Нашёл! – шевельнулся наконец-то Стас. Только не пятнадцать, а сто пятнадцать.

На зеркале у кресла проступили смутные заголовки. Ирина шагнула и наклонилась.

Чу-до-дом для вас! Сделает всю работу за вас, и не только! Покупайте акции!

Конфуз с огурцами! Шесть часов градоначальник и свита просидели в погребе!

Акционерное общество чу-до-дом объявляет о закрытии

Скандал на Воробьиной улице. Обманутые вкладчики обступили дом. Протоклимова.

На месте пожара решено разбить скверъ.

 

Девушке вдруг вспомнился тёмный, будто обгоревший бревенчатый бок.

 

— А знаешь что, Стас, — сказала Ирина, розовея от внезапной разгадки, — Никакое это не чудовище!

 

 

* * *

 

Юркие коптеры кружились над новостройками Одихмантьевского, полосуя ночь прожекторами и рассыпая изюмные дорожки.

 

В штаб они проникли без труда. И выслушали их сразу же, потому что сами устали что-то говорить.

 

— Удивительный дом! – архитектор был так счастлив, что временами ему заглядывали через плечо, но видели в его руках только старые чертежи с какими-то цифрами, — Он опередил своё время лет на тридцать! Уникальные накопители! Конечно, в те времена даже они обеспечивали не больше двух часов. Бедный Протоклимов. Он проводил испытания в пиковом марте, а приурочил испытания на самый слабый май в десять лет. Но сейчас, среди городских энерголиний, этот дом может ни в чём себе не отказывать! А как он врос в новый двор? Какая маскировка! Жду – не дождусь, когда с ним встречусь!

 

 

— Я тоже, — вежливо произнёс генерал и выпрямился впервые за вечер, — Итак, возле новостроек бродит пятиметровый вампир, которому есть за что отплатить людям. Спасибо. Я получил нужную информацию. Все свободны. Теперь делом займутся военные. И да, посторонним немедленно покинуть помещение! И принесите обратно мои модели танков и самолётов!

 

* * *

 

— Мы должны его спасти! – сказала Ирина, когда они вышли из штаба в сопровождении двух бдительных военных и доброй собаки.

 

— Думаешь? – уныло спросил Стас, ёжась на стылом ночном ветру.

— Неужели ты поверил этому в погонах? – фыркнула девушка, — Дом просто хотел уйти. Я верю. В конце концов, установить истину – наш долг. Найдём и считаем его сердце, а дальше будет видно. Или ты слышал, что они сделают с городом.

— Но мы не знаем, где он.

— Знаем. Пока ты отсыпался в кресле, я от нечего делать трижды прочла все выпуски новостей. Как думаешь, что за гигантский скворечник видели японские туристы у пристани?

— Но у нас нет машины, и сейчас трудно поймать экипаж, — схватился за последнюю соломинку Стас.

— Пустяки, — отмахнулась девушка, — Профессор, вы не хотели бы лично глянуть на гнездовье несостоявшегося уруборуха? Вдруг мы все были неправы, и вас ждёт огромный научный успех? И в конце концов, ты что, хочешь объяснить наш провал начальнику?

 

 

* * *

Только звёзды и поисковые коптеры светили с небес. Городские огни остались в стороне, и они шли посреди первозданной ночи, которая отступает, но никогда не сдаётся перед людьми.

 

— Нас обязательно поймают! – бубнил Стас, пока Ирина шла вдоль забора, трогая щиты пальцами. В такие ночи хорошо вздыхать на звёзды или слушать о любви, а не терзать уши нытьём напарника.

 

Неподалёку прошёлся бесшумный луч.

 

— Не поймают, если ты перестанешь причитать, – Ирина остановилась и начала что-то вычерчивать.

— Статья пятнадцатая КОАП…

— Потише. Я оконтуриваю.

— Запрещается появление на объекте энергоформы…

С лёгким хлопком в заборе появилось неровное пятно чуть больше метра. Эти заборы практически не укрепляли от магии. Зона чистки была скучным и пыльным местом, в котором расплывались и рассыпались дома, и совершенно нечего было хранить и делать.

— Позже договоришь, — велела Ирина, и первая скользнула в темноту, зацепившись за острый край многострадальной блузкой. Хорошо хоть, она переоделась в джинсы и заменила кроссовками туфли. Удивительно много мелочей приходится носить с собой современной девушке!

 

* * *

 

В два часа пять минут вдруг исчезли с неба пассажирские и прогулочные коптеры. Чуть погодя, все лайнеры начали обходить район широкой дугой. А потом воздух наполнился тяжёлым гулом. Грузные машины на прозрачном вихре из лопастей, и среди дня они выглядели бы особенно неуклюже рядом с шустрыми стрекозами патрульных коптеров. Винтокрылы съедали уйму дорогого угля, постоянно мотались на дозаправку, но обходились без магии, были упакованы в спецброню, а возле их боков застыли тупоносые ракеты, способные одним взрывом выпить волшебство из целого квартала на двадцать лет вперёд.

Ударный антимагический отряд приступил к задаче.

 

Путешествие по неровным развалинам было коротким. Он застыл у самой реки, полоща в течении странные лапы. Чуть согнутые деревья надёжно прикрывали его с воздуха, но он не сломал ни одной ветки. Он просто хотел покоя, неужели это так трудно было понять?

 

— Он спит, — шепнула Ирина.

Они осторожно проскользнули через приоткрытую дверь с аурометром в руках.

На стенах виднелись следы старых картин, где-то в дальних комнатах пел сверчок.

— Всё хорошо. Сейчас, — шагнула к лестнице Ирина, и тут свет с вышины вонзился в окно.

По стенам пробежала тёмная рябь. Вдруг захлопнулась дверь.

Дом всё-таки умудрились обнаружить.

Он проснулся.

А потом рядом ударила первая пуля.

 

Странной угловатой тенью нёсся он среди развалин, ловко ныряя за разрушенные здания и отшвыриваясь на ходу глыбами. Выпущенные коптерами разряды бессильно скользили по крыше и стене, а редкие удачные пули застревали в срубе. Иногда дом отвечал зелёными молниями, и уже три машины из пяти ушли.

Но безумная гонка приближала их к зоне роста. А ещё сбоку нарастало тяжёлое тарахтение винтокрыла.

 

Они поднялись по лестнице просто чудом, а последние ступени просто пролетели при особо удачном толчке.

— Вот оно!

Напротив красного угла трепетал пылающий сгусток, ясно видный через спецлинзы.

Тонкие пальцы нежно оплели невесомый свет.

 

— Пойдём домой, — зашептала Ирина, — Пойдём домой, туда, где туманы медленны, а по утрам с речки раздаётся громкий скрип уключин…

Она шептала, содрогаясь при каждом шаге, а дом всё бежал.

И тогда девушка схватилась за Стаса.

В мире достаточно зла и обид. Но ещё в нём существует любовь, обычная и колдовская. И детский смех, и рассветы, и надежда. И странники, которым всегда нужно вернуться к тёплому очагу и заоконному рассвету…

Дом вздрогнул. Остановился. А потом медленно развернулся и пошёл к реке.

Коптеры недоумённо жужжали следом.

 

Робкие первые лучики рассвета заглянули в чуть покачивающуюся комнату.

— Откуда ты знала? – прошептал поражённый Стас.

— Напарник, неужели ты невнимательно всё прочёл? – чуть заметно улыбнулась усталая девушка, — Разве две пятиэтажки могли получить право на рерост рядом с недобрым местом?

 

Странное зрелище настигло чуть позже всех стоявших в обычной пробке на Воробьёвых. Двухэтажный дом с чуть покосившимся скворечником и очень длинными лапами вдруг появился у трассы, аккуратно перешагнул поток, и исчез в деловом районе Москвы.

 

Какое-то время за ним тарахтел любопытный винтокрыл, но чуть не получил клумбой в пропеллер и отстал.

 

До места они добрались уже в темноте, через свет редких фонарей, когда лягушки на близком пруду начали свои песни.

— Садись здесь, рядом со старым домиком, только не разбуди папу с мамой! — сказала Ирина, — Камни можешь передвигать, но чур не обижать соседей и кошек!

 

Так в Кленовом за ночь вырос странный дом, сильно удививший соседей. Но дня через три случился густой туман, и на него с тех пор перестали обращать внимание. Даже инспектор по застройке потерял к нему интерес. Коты обожали точить когти о конёк на его крыше.

Временами его вроде бы видели по ночам у реки, иногда наталкивались возле леса, но уже совершенно не удивлялись. В конце концов, в эпоху развитой магии каждый имел право на своё маленькое чудо.

Ну а дом ждал русоволосую легкомысленную хозяйку, чтобы погреть её у тёплой печки и показать речной туман.

   

читателей   759   сегодня 1
759 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 13. Оценка: 3,54 из 5)
Загрузка...