Драконий пирог для принцессы

Лучи утреннего солнца торжественно проникали в окна королевской кухни, словно напоминали о предстоящем празднике, к которому во дворце начали готовиться с прошлого вечера. Поварята в белоснежных кителях с золотистыми пуговицами стояли вокруг стола и внимательно изучали пергаментный список.

– Рагу из оленины в белом вине, котлеты из ягнятины, запеченный гусь с каштанами, – глаза ребят синхронно скользили по длинному свитку, спадающему всё ниже и ниже.

– Успеем ли мы столько всего приготовить? – запричитали поварята.

– Если среди нас есть тот, кто не уверен в своих силах – покиньте кухню через чёрный ход! – вышел вперёд темноволосый парень, взмахнув чугунной сковородой, словно боевым мечом.

Струящийся свет мягко очертил его выразительный профиль, и блики заиграли на волнистых волосах, спадающих из-под белоснежного колпака. Он собрался продолжить свой монолог, но его прервала госпожа Кики, надавав оплеух хлопковым полотенцем:

– Верлиэн Альд! Вот негодник! Телега с фруктами уже прибыла, а он всё ещё здесь!

– Госпожа, как Вы можете бить меня по лицу королевским гербом! – парень подхватил полотенце с вышитым на нём орнаментом, изящно переходящим в фамильные инициалы, и бережно стряхнул пылинки.

Поварята рассмеялись, дружно переглядываясь между собой. Кажется, они были не против взбучки, которую устроила госпожа Кики главному кухонному нарциссу, коим слыл этот самовлюблённый юноша.

Больше всего Верлиэн гордился тем, что работал придворным поваром почти два года, в то время как остальные работники сменялись один за другим. Принцесса Люнэй, несмотря на свою неземную красоту, славилась капризным характером, увольняя без колебаний всех, кто пришёлся ей не по душе. Слух об одиннадцати секундах, за которые она уволила последнего повара-новичка, превратился уже в легенду, передаваемую из уст в уста между слугами. Последними новобранцами в «кухонном королевском отряде» стали совсем юнцы: шестнадцатилетние Джун, Чиэ и Лейс Твен, которым, как считал Верлиэн, просто повезло оказаться с ним за одной плитой – и это ненадолго.

– Не время расслабляться! – голос госпожи Кики эхом разнёсся по просторной кухне. – Где список с праздничными блюдами?

Поварята засуетились и развернули перед ней длинный свёрток.

Лицо госпожи вытянулось, и она, хватаясь за сердце, опёрлась о край стола:

– Нет… Нет… Срочно всё поменять! Это никуда не годится!

– Никуда не годится? – ребята растерянно уткнулись в пол.

Верлиэн не мог выдержать такого оскорбления: он сам лично составлял меню, до самого рассвета подбирая лучшие рецепты! Парнишка схватился за нож для разделки мяса и, блеснув острым лезвием, стал тыкать в список:

– Котлеты из ягнятины высшего сорта никуда не годятся? Да вы, право, все сошли с ума в этом королевстве! – Он демонстративно снял свой белоснежный фартук и направился к выходу.

Чиэ и Джун переглянулись, словно кто-то из них должен был его остановить. Но их опередила госпожа Кики, которая упала на колени и вцепилась в его ногу:

– Это прихоть принцессы! Не должно быть на столе ни единого блюда, которое готовили во дворце раньше. Кажется, нас всех уволят! Что же делать…

Над огромными сводчатыми стенами нависла гробовая тишина, которую нарушили чьи-то робкие шаги. Поварята обернулись и заметили в проеме двери мальчика-альбиноса в сером сюртучке.

Поймав на себе озадаченные взгляды, он тут же поклонился и, невинно захлопав белоснежными ресницами, заговорил:

– Я привёз фрукты, но никто не спустился их забрать.

– Оставь ящики на входе и выметайся отсюда! – недружелюбно произнёс Верлиэн, выпутываясь из цепких объятий госпожи Кики.

– Простите, я случайно подслушал ваш разговор, – мальчик порылся в своей холщёвой сумке и смущенно протянул бумажный кулёк.– Попробуйте, здесь драконьи лепёшки. Их готовят только в моей деревне, нигде больше вы не встретите подобного вкуса!

– Драконьи лепёшки? Ты, должно быть, смеёшься над нами? – недоверчиво окинул его взглядом Верлиэн.

– С вареньем из плодов черепахового дерева, они, без преувеличения, божественно вкусные! Просто попробуйте! – мальчик оставил своё угощение на краешке деревянного табурета и, откланявшись ещё несколько раз, удалился из кухни.

– Черепаховое дерево? Я что-то слышала о нём. Читала в какой-то книге, что его листья помогают от мигрени, – задумчиво пролепетала Лейс Твен, заправляя длинные золотистые пряди за колпак.

– Как же легко тебя развести! А лепёшки из драконов ты тоже готовила? – скрестил руки на груди Верлиэн.

Госпожа Кики потихоньку зашуршала бумагой и достала румяную лепёшку. Приятный аромат разлетелся по кухне.

Юные поварята с любопытством окружили её.

– Можно я первым попробую? – вызвался Джун и, не дожидаясь ответа, потянулся к выпечке. Откусив маленький кусочек, он расплылся в счастливой улыбке и одобрительно кивнул. – И правда – восхитительный вкус! Можно попробовать приготовить не лепёшки, а целый пирог!

Верлиэн с прищуром наблюдал за Джуном, не разыгрывает ли он остальных, но разве у этого мальчишки кроме виртуозного владения кухонными приборами могли быть ещё скрытые таланты? Сомнительно. Верлиэн отодвинул в сторону младших и сам принялся за дегустацию. Его лицо смягчилось и брови с удивлением вытянулись дугой, когда мягкое тесто под хрустящей корочкой растаяло во рту, как намокший сахар, и на языке что-то хлопнуло, словно запущенный детский фейерверк, растекаясь прохладным сладким вареньем.

– Неплохо, – подтвердил он, проглотив целиком оставшийся кусочек. – Очень, очень неплохо!

Госпожа Кики захлопала в ладоши, будто тучи, сгустившиеся над королевской кухней, стали расходиться. Она привстала, и, оглядевшись, с придыханием произнесла:

– Скорее, спускайтесь вниз! Нам нужен тот мальчишка!

Поварята послушно кивнули и поспешили на улицу.

____________

Огромные флаги развивались на ветру и тянулись по всему периметру вокруг дворца. Король Син наблюдал из-за белоснежной статуи за проходящими приготовлениями. Его взгляд устремился куда-то вдаль, а сам он был погружён в свои глубокие мысли. Весь Сариллид, величественно возвышавшийся среди скалистых гор, отражался в тёмной, выцветшей с годами роговице.

Внезапно его окликнул кто-то из сторожевых воинов.

Король мгновенно прервал свою медитацию и обернулся, чуть нахмурив седые брови.

– Ваше Величество! – воин протянул ему конверт со сломанной стрелой.

Лицо Короля Сина изменилось, в глазах промелькнуло беспокойство.

– Где вы это обнаружили? – суровым тоном осведомился он, оглядывая окрестности сосредоточенным орлиным взором.

– На заднем дворе нашла одна из служанок.

– Избавьтесь от этого мусора, – отрезал Король и развернулся в сторону дворца.

Ему навстречу шёл помощник в длинной рясе, на ходу он начал встревожено говорить:

– Ваше Величество, я слышал…

– Мы не станем отменять праздник, – прервал его Король Син, не желая слушать возражений.

– Но как же…

Он встретился взглядом со своим помощником и повторил тем же бескомпромиссным тоном:

– Возможно, это чья-то глупая шутка. Но праздник состоится!

– Найти сломанную стрелу на пороге – очень дурной знак!

– В королевстве Сариллид самые сильные воины! Думаете, какое-то предзнаменование может тягаться с величием нашей империи? Будет лучше, если вы займётесь своими обязанностями.

Помощник молча откланялся, а Король Син вернулся к своему излюбленному месту возле статуи.

Тем временем на противоположной стороне дворца, в красивом цветущем парке, принцесса Люнэй, облокотившись на край белоснежного балкона, наблюдала за тем, как горничные, будто пчёлки, суетливо трудятся на летней веранде и до блеска вытирают пыль с лестничных резных поручней. Это было похоже на таинственный ритуал: синхронно, отточено, словно слаженный механизм, похожие друг на друга силуэты выполняли одни и те же движения. Люнэй скучающе взмахнула рукой, словно могла прямо отсюда, сверху, управлять ими, как ничего не значащими фигурками на шахматной доске. Но вскоре это странное занятие прервала Миэй – её личная горничная – робко застывшая с охапкой кринолиновых платьев.

Люнэй бросила на неё осуждающий взгляд, но потом сразу же улыбнулась, наблюдая, как её юная помощница, сжалась, словно испуганная лань.

– Зачем ты принесла столько нарядов? Они еле умещаются в твоей руке! – принцесса подошла к девушке и сравнила её хрупкое запястье со своим. – Нет, так не пойдёт! – Она протянула свое недоеденное вафельное пирожное и произнесла повелительным голосом. – Съешь его! Иначе, мне придётся тебя уволить.

– Простите, принцесса, разве я могу съесть пирожное, приготовленное для Вас.

– Конечно, можешь, если это мой приказ!

Миэй положила платья на скамейку и нерешительно взяла фарфоровое блюдце.

– Ну и как? – Люнэй с любопытством наблюдала за своей горничной.

– Ммм… Очень вкусное, принцесса! – Миэй облизнула розовый крем с серебряной ложечки.

Люнэй рассмеялась и произнесла:

– Наш повар, Верлиэн Альд, приготовил его. Но за последнее время я съела сотни таких пирожных. Одинаково вкусных и одинаково восхитительных. Кажется, мне это наскучило.

Миэй тихо захихикала.

– Смеёшься надо мной? – Люнэй обидчиво выхватила у неё из рук красивую тарелочку, на которой ещё осталась пара перламутровых мармеладок. – И ты мне тоже наскучила.

– Я слышала, на празднике выступят ученики из королевской школы «Эльзон», – попыталась приподнять настроение своей принцессе Миэй.

– Их приглашают на каждый праздник. На цветочном фестивале наверняка они тоже будут играть, – безучастно ответила девушка, рассматривая, как переливаются жемчужины у неё на подвеске. – Всё так наскучило…

Люнэй величественно встала и взяла со скамьи платье песочного цвета, расшитое вдоль корсета кружевом. Нахмурившись, она бросила его на землю и точно также поступила со всеми остальными нарядами.

– Принеси другие. Эти мне не нравятся, – принцесса надула румяные щечки, а потом обернулась к Миэй и почти шёпотом произнесла. – Кстати, ты сделала то, о чём я попросила?

Девушка еле заметно кивнула, робко коснувшись воротничка своей формы.

На лице Люнэй показалась таинственная улыбка. Она спряталась в тени раскидистых деревьев и залилась звонким девчачьим смехом, словно секретничая с воображаемыми подружками. В воздухе почувствовалась тревожная прохлада.

____________

Повозка с лошадьми почти тронулась, как внезапно, прямо на середину дороги выбежали поварята, подпрыгивая и размахивая руками. Светловолосый мальчик никак не ожидал их увидеть и резко потянул вожжи. Ремни не выдержали и лопнули, и повозка с грохотом перевернулась.

– Ты в порядке? – ребята окружили мальчика.

– В порядке. Кажется… – неуверенно пролепетал он, прищуривая свои небесно-голубые глаза.

– Как твоё имя? Мы хотели попросить тебя о помощи, – поварята протянули ему руки и помогли подняться, а следом подняли тяжелую повозку.

– Меня зовут Ги, – смущённо произнёс мальчик, отряхивая от зелёной травы свой сюртучок.

– Твои лепёшки очень вкусные! – наперебой загалдели ребята. – Завтра в королевстве пройдёт праздник, и мы хотим приготовить самые необычные блюда. Нам нужна твоя помощь! Скорее иди с нами!

Мальчик не успел ничего ответить, как Лейс Твен взяла его за руку и повела за собой. Чиэ и Джун, заливаясь волнительным смехом, поспешили следом. Ребята осторожно перебрались через кусты с цветущей сиренью и, пригнувшись, прошли мимо западных ворот особняка.

– В королевскую кухню нельзя посторонним, но ты наш особенный гость, – прошептали ребята.

«Особенный гость», – на прозрачно-бледном лице Ги засияла улыбка, его сердце заколотилось, когда он приподнял глаза и увидел вытянутые красивые окна с ажурными переплётами, утопающие в бесконечной зелени и садовых цветах.

– Нам сюда! – Лейс Твен чуть дёрнула его за руку и указала на высокую белоснежную башню, примыкающую к огромному королевскому особняку.

Они подошли к черному ходу и оказались на длинной винтовой лестнице с резными поручнями в виде сплетающихся в сложный узор гортензий и силуэтов птиц. Через мгновение поварята вместе с особенным гостем были на месте. Ребята притаились у дверей кухни, услышав громкие голоса. Кажется, один из них принадлежал госпоже Руон – главной прислуге во дворце – и, судя по всему, она была не очень довольна. Поварята обменялись тревожными взглядами, гадая, что там происходит. Когда голоса стихли, они на цыпочках вошли в кухню.

– Наконец-то! – Верлиэн стянул с себя колпак, проверяя, не покрылись ли его волосы сединой, пока его отчитывала старшая прислуга.

Госпожа Кики, заметив светловолосого мальчика, озарилась улыбкой, словно увидела сошедшего с небес Ангела и торопливо усадила в мягкое кресло. Лейс Твен и Чиэ подставили ему под ноги маленький табурет, а Джун схватил со стола пару страусиных перьев, изображая опахало.

– Если в королевстве Сариллид устали от превосходной еды, приготовленной моими руками, – Верлиэн драматично взглянул на свои ладони, – то пусть отведают драконьего пирога!

Поварята выстроились в линию, поблёскивая золотистыми пуговицами, и наперебой выпалили:

– Нам нужен твой рецепт!

– Помоги нам!

Мальчик с внешностью Ангела улыбнулся, его красивые глаза с длинными белыми ресницами помутнели от нахлынувших слёз, но он сдержал их и заговорил:

– Я буду счастлив помочь вам! Деревенька, в которой я родился, такая маленькая, что, уверен, её даже нет на королевской карте. Её название – Северная Андихира. Она расположена на священной земле. У нас растут удивительные растения и плоды! – Ги в воздухе изобразил что-то причудливое и продолжил с придыханием. – Мой дедушка выращивает их своими руками уже много лет. Я устроился работать извозчиком, чтобы нашу еду покупали люди, но никто ни разу, кроме сегодняшнего дня, не заинтересовался моими лепёшками. Все покупают только фрукты и мясо из известных деревень. Поэтому для меня будет честью, если на королевский стол подадут блюда из нашей Андихиры!

– Кажется, мы спасены! – госпожа Кики смахнула слезу хлопковым полотенцем.

Ребята украдкой бросали взгляды на часы: изящные стрелки на старинном циферблате медленно, но приближались к полудню.

– Времени совсем немного.

– Нужно разделиться, – вышла вперёд Лейс Твен и повернулась к новому другу. – Как долго добираться до твоей деревни?

– Если ехать по короткой обходной дороге, это займет около шести часов.

– Шесть часов? – Чиэ и Джун приросли к полу, а госпожа Кики снова схватилась за сердце.

Ги что-то нащупал на дне своей холщевой сумки и с облегчением произнёс:

– Хорошо, что я взял с собой настойку из пыльцы трёхкрылых бабочек! Если напоить ею лошадей – они начинают нестись, словно их в упряжке целый табун! Думаю, мы сможем управиться за два часа.

– А… Твоя повозка… С ней всё в порядке? – смущённо заговорил Чиэ, вспоминая их столкновение.

– Эта повозка сможет проехать еще тысячи миль! – Ги таинственно зашелестел своей сумкой, словно там находился целый тайник для всех непредвиденных случаев.

– Если старшая прислуга снова нагрянет и обнаружит пустующую кухню, она разделает нас, как селёдку на ужин, вот этим кухонным ножом! – Верлиэн сжал блестящую рукоять и вздрогнул, увидев своё печальное отражение.

– Доверьте это мне! Я никого не впущу, пока король лично не отдаст приказ, стоя передо мной лицом к лицу! – пообещала госпожа Кики и загородила своей тучной фигурой дверь.

– Тогда мы с Лейс Твен поедем в Андихиру, – решил Верлиэн, оставляя свой колпак в углу столешницы.

Девушка согласилась:

– Обычно мы отвечаем за привоз новых продуктов, так что наше отсутствие не сильно привлечёт внимание.

– Я тоже хочу поехать! – загорелся Джун и скинул фартук, но темноволосый парнишка перегородил ему дорогу.

– Ты и Чиэ остаётесь здесь! Начинайте месить тесто для пирога!

Госпожа Кики хлопнула скалкой по крышке кастрюли и взмахнула полотенцем:

– Решено! Все по местам! Столько нужно успеть!

Поварята послушно кивнули.

А Лейс Твен и Верлиэн вместе с мальчиком, похожим на Ангела, покинули кухню через чёрный ход.

____________

Люнэй безмятежно прогуливалась в лёгком васильковом платьице, подвязанном на талии атласной лентой. Она достала из потаённого кармашка маленькую плитку шоколада, которую ей удалось тайком стащить день назад прямо из королевской кухни. Принцесса откусила кусочек и громко рассмеялась, воображая сколько неприятностей творится сейчас во дворце из-за неё.

Наслаждаясь теплой погодой, она направлялась в сторону особняка, к своему любимому месту на летней веранде, но вдруг остановилась и присела на колени, словно подвернула ногу.

«На что же я наступила?» – капризно удивилась Люнэй и приподняла подол шёлкового платья: на траве лежала сломанная стрела, обёрнутая бумажным посланием.

Принцесса хмыкнула и подняла свёрток, на котором было что-то написано чернилами.

«Что это? Кажется, Миэй перестаралась. Я же просила подкинуть только стрелу», – принцесса вздохнула и развернула послание, зачитав его вслух. – «Когда багровая река из под смычка печальной скрипки прольётся, среди неистового торжества притаится Тьма».

После того, как девушка произнесла последние слова, буквы запылали ярким пламенем и исчезли. Люнэй вскрикнула и отбросила от себя фрагменты догорающего свёртка.

Через мгновение принцесса неслась по длинным коридорам дворца, чуть прихрамывая на левую ногу. Заметив за слегка приоткрытой дверью силуэт Миэй, которая вышивала в полудрёме голубые лилии на полотенце, девушка бесцеремонно зашла в комнату для прислуг и смахнула кринолиновым платьем с маленького комода разложенные клубки ниток.

– Что это за бессмысленное послание? – выпалила она так громко, что белые голуби возле пруда у восточных ворот, наверняка, испуганно разлетелись.

Миэй растерянно взглянула на принцессу, не понимая, что происходит. Люнэй пристально смотрела ей в глаза, пытаясь вытянуть из них правду, а потом села рядом и прижалась к своей любимой горничной, запричитав:

– Я нашла сломанную стрелу! Случится что-то плохое, да? Настоящую стрелу! Не ту, которую мы подбросили, а настоящую, с пугающим посланием!

Вышивальная игла соскользнула вниз из-под трясущихся пальцев Миэй, и на изящные лилии упали алые капельки. Служанка суетливо отложила деревянные пяльца и почти беззвучно произнесла:

– П-п-послание? Что в нём было написано?

Люнэй громко всхлипнула, и жемчужинки на её волосах, свисающие с серебряного гребешка, затрепыхались:

– Я плохо запомнила, но оно привело меня в ужас. Неужели что-то произойдёт?!

Побледневшая Миэй сложила дрожащие ладони у своей тонкой лебединой шеи и испуганно прошептала:

– Что же делать, принцесса? Вы же слышали о тысячелетнем проклятии?

– О тысячелетнем проклятии?

– Вдруг эта легенда не выдумка, и тёмный дух перешагнёт порог дворца, чтобы забрать чью-то жизнь?

Люнэй почувствовала, как мурашки застыли под её шёлковым платьем, и комната, наполненная холодным светом, стала похожа на маленький кубик, которым играют в детстве, словно её забросили в самый дальний тёмный уголок. Принцесса беспомощно подняла глаза на Миэй.

Служанка поджала губы, но сглотнув, взяла принцессу за руку и промолвила:

– Должен быть способ отвести предзнаменование! В библиотеке я видела старинную книгу магических ритуалов. Возможно, там есть ответ.

____________

Старенькая повозка остановилась на краю утёса, за которым расстилалась живописная долина, а вдалеке виднелись густые макушки причудливых деревьев, похожих на безобидных монстров. Лейс Твен и Верлиэн подошли к самому краю и затаили дыхание, наблюдая, как светящиеся перламутровые бабочки собрались в стаю, оставляя в воздухе лёгкое серебристое свечение. Не веря своим глазам, поварята попытались подпрыгнуть и дотянуться руками до этого волшебного сияния.

Ги погладил уставших лошадей и обернулся на звонкий беззаботный смех ребят.

– Кажется, я попал в Рай! – Верлиэн запрокинул голову, пытаясь разглядеть каждое облачко, расплывающееся бескрайним кружевом по лазурному с оранжевыми прожилками небу. – Оно такое огромное и похоже на бисквитное карамельное пирожное!

– А солнце – на ломтик ананаса, – добавила девушка.

Ребята заворожено осматривались, очарованные красотой Андихиры.

– Из-за сломанного колеса мы потратили чуть больше времени, поэтому лучше поторопиться! – мальчик, похожий на Ангела, позвал ребят за собой.

Поварята послушно последовали за ним.

– Мы спустимся к старому горному озеру. В нём обитают водные серебряные драконы. Если повезёт, сможем поймать маленького за полчаса!

– Я никогда в жизни не ловил драконов! – с волнением произнёс Верлиэн, вцепившись пальцами в край своего белоснежного кителя с золотистыми пуговицами. – И никогда не готовил! У меня мурашки по коже, как представлю, что водный дракон жарится в духовке на королевской кухне.

Ги рассмеялся, переглянувшись с идущей рядом Лейс Твен.

Ребята ступали по мягкой траве, чувствуя, как она шевелится под ногами. Пройдя через зелёную арку раскидистых деревьев, они увидели перед глазами стремительный водный поток из тысячи сияющих кристаллов, срывающихся вниз с отвесной скалы, похожей на плачущее лицо старца. Утопая в блестящем мареве пенистых облаков, шумная вода впадала в красивое горное озеро.

Ги смочил ладони в прозрачной воде и присел на камни. Он ловко сорвал крохотные розовые ягоды, свисающие прямо над головой, и закинул в озеро.

– Наблюдайте за гладью воды! – таинственно заговорил мальчик, и поварята спустились ближе, пока не почувствовали, как прохладная озёрная вода просочилась в обувь.

– Он выскочит прямо на нас? – забеспокоился Верлиэн, отступая медленно назад.

– Нет, конечно! – уверенно ответила Лейс Твен, заметив, как Ги с улыбкой наблюдает за ними.

– Когда вода потемнеет и станет сапфирового цвета, это значит, что серебряный дракон притаился и можно набрасывать сети! – мальчик отодвинул песчаные камни и высвободил запрятанный между ними невод.

– Аааа! – протянул темноволосый парень, и скрестил руки на груди в ожидании. Его зрачки расширились, улавливая любое движение: от взмаха крыльев пролетевшей бабочки до лёгкого дуновения ветерка, тревожащего мерцающие блики. – Я не упущу его! Маленький водный дракон, подумаешь…

– Кажется, у тебя получится! Только не перестарайся, выжди, когда он приблизится, как можно ближе к берегу, – одобрительно кивнул Ги, и подозвал Лейс Твен, поманив за собой загадочным жестом.

Они завернули к холму и остановились у огромного ствола, переходящего в панцирь гигантской черепахи, уснувшей между могучих извилистых корней. Над ней с тяжелых веток, переплетающихся в удивительный узор, свисали сочные плоды в бежевой бархатной кожуре.

Девушка с восхищением затаила дыхание: «Вот оно, черепаховое дерево!»

– Можешь погладить. Но не разбуди, – предупредил мальчик. – Если черепаховое дерево проснётся, оно переместится в другое, более тихое место.

Лейс Твен осторожно наклонилась и слегка прикоснулась к ребристому панцирю, чувствуя, как от него исходит тепло.

– Эти плоды очень сладкие! А если высушить на солнце косточки, по вкусу они будут похожи на каштаны! – Ги приподнялся на носочки и аккуратно потряс ветку.

Изумрудные листья зашуршали, словно перешёптываясь между собой на незнакомом языке, и на землю посыпались бархатные фрукты. Лейс Твен наполнила мешок доверху, по её пальцам к хрупким запястьям стекал алый сок. Смахнув непослушные золотистые пряди волос, упавшие ей на лицо, девушка легла на траву, вытянув ноги – и словно оказалась на мягкой перине у себя в комнате!

«Какое блаженство», – подумала она, прикрыв глаза. Время будто на секунду остановилось, и всё замерло в приятной невесомости. Казалось, эту идиллию ничто не в состоянии нарушить.

Но тут раздался вопль Верлиэна:

– Скорее! Скорее сюда!

Лейс Твен поднялась с травы, чувствуя, как твердь под ней всколыхнулась. Ги подал ей руку, и они направились к своему другу, которого оставили наедине с драконом. Обернувшись, девушка заметила, как черепаховое дерево зашевелилось и медленно, со старческим скрипом, покачиваясь из стороны в сторону, стало покидать это место.

«Прощай, черепаховое дерево! Прости, что разбудили тебя», – мысленно произнесла Лейс Твен.

Когда они вышли к озеру, темноволосый парнишка стоял по пояс в воде, удерживая изо всех сил брошенные сети.

– Помогите мне! – вены на его руках вздулись, а на лбу проступили капли пота.

Мальчик с небесно-голубыми глазами оставил холщевую сумку на берегу и ловко перехватил невод. Темная вода вспенилась и забурлила. Лейс Твен с замиранием сердца наблюдала за ребятами, не решаясь подойти ближе, и вот, высокая волна вынесла обоих на сушу. Рядом в полуразорванных сетях бился огромный водный дракон с массивными крыльями, покрытыми почти прозрачной серебряной чешуей. Его широкие ноздри жадно втягивали воздух, а в полуоткрытых глазах отражался клочок бирюзового неба.

– Поймаем маленького за полчаса? – одними губами произнесла девушка. – Д-д-да он же гигантский.

Ги достал из сумки льняной мешочек, перевязанный красной нитью и, высыпав на ладонь таинственное зелье, развеял его над телом дракона.

Поварята закашлялись, укрывая лица от едкого запаха, оставшегося в воздухе вместе с золотистой дымкой.

– Я на пару минут усыпил его. Теперь можно приступать к делу! – мальчик прощупал ладонью почву и вырыл деревянную шкатулку. В его руках засиял острый стальной клинок с тёмным камнем посередине. В тусклом свечении отразились растерянные силуэты поварят.

– Мы убьём его? – сглотнув, произнёс Верлиэн и перевёл взгляд на массивное чешуйчатое туловище, которое тихо приподнималось и снова замирало в такт ещё бьющемуся сердцу.

Лейс Твен завела руку за голову и с сомнением пролепетала:

– Может, обойдёмся без драконьего пирога.

Ги рассмеялся и успокоил ребят:

– Драконы – священные животные Андихиры. Конечно же, мы не убиваем их! Для пирога нам понадобится лишь серебряная чешуя с крыльев, а после – мы отпустим его обратно.

Поварята с облегчением вздохнули, а мальчик аккуратно собрал чешую в отдельный сосуд и наполнил сверху озёрной водой.

– Ну вот! Всё готово, – заключил Ги, и поднял свои снежные ресницы. – Поспешим к моему дому, я соберу для вас ящик с пряностями и самыми лучшими овощами. К тому же, нужно переодеться в сухую одежду.

– Дай мне всего минуту, – Верлиэн подошёл к дракону, лежащему на земле, и крепко обнял его. – Кажется, я буду по нему скучать! – растрогался парень, прижимаясь щекой к шершавой коже. – Поначалу, стоя в воде, я проклял всё на свете и думал, что вот так и умру прямо там, растерзанный на кусочки. Но, когда я увидел его чистые добрые глаза и в них своё отражение… Кажется, я к нему привязался… За какие-то пару секунду…

Ги похлопал Верлиэна по плечу:

– Он запомнит тебя. Серебряные драконы никогда не забывают тех, кто однажды заглянул им в глаза!

Парень смахнул с ресниц внезапно нахлынувшую слезу и благодарно кивнул, опустив голову.

Лейс Твен впервые видела Верлиэна таким. На королевской кухне его могли довести до слёз только кольца репчатого лука, но сейчас, наблюдая за трогательной сценой прощания, девушка заметила на мгновение в его глазах одиночество, и её рука робко потянулась к промокшему насквозь белоснежному кителю Вирлиэна, нерешительно застыв в воздухе.

Послышалось хрипловатое урчание. Ноздри дракона вновь зашевелились, выпустив искрящийся пар. Ребята втроём подтолкнули его в воду, и массивный силуэт растворился в фонтане сияющих брызг, бесследно исчезнув под зеркальной гладью горного озера. Легкий прохладный ветерок подталкивал в спины, словно напоминая о времени, которое стремительно летело.

Вернувшись к повозке, Ги обеспокоенно взглянул на фыркающих лошадей, сменивших свой тёмный окрас на прозрачно-серый. Капли пота струились по спутанной гриве, превращаясь на кончиках в тонкую корочку инея.

– Не могу понять, почему они ведут себя так странно, – мальчик порылся в своей холщевой сумке. – Кажется, действие настойки из пыльцы трёхкрылых бабочек заканчивается. Думаю, её хватит лишь на половину дороги. Нам стоит поспешить!

На уставших лицах поварят отразилось волнение.

____________

Миэй забилась в самый дальний уголок библиотеки и, держа на коленях раскрытую старинную книгу, судорожно перерисовывала витиеватые символы. Кончик карандаша робко скользил по бумаге, оставляя на ней совсем бледные, безжизненные очертания, и съехал вниз, когда послышались приглушённые шаги. Служанка вздрогнула и дрожащими пальцами вырвала целую страницу, запрятав её в манжет рукава своего мышиного цвета платья.

Притаившись среди книжных полок, девушка замерла, беспокоясь, что кто-нибудь из старших слуг заметит её за сомнительным занятием, и почти вскрикнула, почувствовав, как кто-то коснулся её плеча.

Миэй зажмурилась изо всех сил и, сжав до болезненного хруста свои маленькие кулачки, обернулась.

– Принцесса! – она покачнулась и схватилась за стену, сползая вниз. – Вы меня напугали.

– Это ты напугала меня. Я подумала, что увидела призрака! – перебила её Люнэй, срываясь с полушёпота на громкий голос, который приглушённым эхом раздался по пустующей библиотеке.

– Простите, принцесса.

– Хватит извиняться! – девушка присела рядом, зашелестев кринолиновым платьем и, проведя руками по корешкам книг, произнесла. – Ты нашла что-нибудь? О стреле и тысячелетнем проклятии?

Миэй развернула на коленях вырванную книжную страницу и, заикаясь, произнесла:

– Я выписала отсюда п-пару з-защитных ритуалов. Здесь написано…

Люнэй выхватила из рук служанки смятую страницу и стала хаотично вести по ней тревожным взглядом:

– «…захоронить павлиньи лапки возле порога …осыпать солью или рисовой мукой семиугольный знак, развёрнутый острием на север»,– она нахмурилась и перевернула обратную сторону, – «…согласно легенде, тёмный дух придёт забрать жизнь самой красивой девушки».

Миэй подхватила хрупкую руку принцессы, упавшую вниз.

– Самой красивой девушки, – Принцесса побледнела, и маленькие жемчужинки на гребешке задрожали вместе с ней. – Что это значит? Неужели… Нет…– она повернулась к горничной и стала трясти её за плечи. – Меня же все в королевстве считают несносной, капризной, избалованной, выскочкой и зазнайкой, ведь так?

– Так, принцесса, – кивнула Миэй и тут же прикрыла рот ладонью. – Простите, я не это имела в виду…

Люней замахнулась на свою горничную, и её щёки налились краской:

– Как смеешь такое говорить!

– Простите, принцесса. Я просто хотела…

– Успокоить меня? И что же нам делать. Ведь, самая красивая девушка в Сариллиде – я. Что же делать? – Люнэй привстала и закрыла своё прекрасное луноликое лицо руками.

Миэй засуетилась и достала среди дальних полок спрятанную магическую книгу, перелистывая покрытые толстым слоем пыли тяжёлые страницы. Порывисто дыша, она нашла разворот, тот самый, откуда вырвала страницу и наклонилась к принцессе, что-то очень тихо прошептав ей на ухо.

Люней снова замахнулась на служанку, но прижав трясущиеся ладони к груди, кивнула.

____________

Возле главных ворот в цветущем парке под открытым небом были уже расставлены столы, накрытые новыми шёлковыми скатертями.

Чиэ и Джун несли белоснежные фарфоровые тарелки и, тревожно перекидываясь многозначительными взглядами, сервировали столы.

– Края скатертей – выровнять, королевский герб – развернуть к окнам дворца, цветы – на каждый ряд! – госпожа Кики прибавила громкость, приметив издали высокий силуэт старшей прислуги Руон, направляющейся к ней.

Поварята опустили вниз головы и суетливо продолжили расставлять приборы.

– Что с меню? Праздник начнётся через пару часов, – раздался строгий голос, и лепестки гортензий на столах волнительно задрожали.

– Не волнуйтесь, когда праздник начнётся, всё будет готово! Наше новое меню – сюрприз для принцессы Люнэй,– ответила госпожа Кики, изобразив уверенную улыбку.

Прислуга Руон недоверчиво наблюдала за происходящим и, блеснув на запястье часами, сложила руки на груди. Воздух тяжелел под её властным взглядом, даже листья позади неё слегка пожухли. Чиэ бережно опрыскал их водой из хрустального стакана, стараясь слиться с воздухом и не привлечь лишнего внимания.

Когда губы старшей прислуги зашевелились, как угри на раскалённой сковороде, в порыве продолжить натянутый диалог, госпожа Кики сглотнула, ощущая, что её идеальная театральная игра вот-вот даст трещину и, слегка поклонившись, поспешила удалиться со словами:

– У нас на кухне работа в самом разгаре. Так что оставляю остальные хлопоты на Вас.

Поварята тоже откланялись и поспешили следом. Казалось, призрак госпожи Руон преследовал их на лестнице и до самого конца коридора. И лишь оказавшись в стенах родной кухни, они с облегчением выдохнули воздух и рухнули без сил на стулья.

– Когда же ребята вернутся? Времени остаётся совсем немного, – Джун тоскливо повернул голову в сторону теста, которое остывало на огромном противне.

– С ними же всё в порядке? – волнение наполняло просторную комнату, и усиливалось с каждым звуком секундной стрелки, делающей вновь и вновь повторяющиеся круги.

Внезапно раздался стук в дверь, и поварята замерли, бросая друг на друга вопросительные взгляды. Лейс Твен и Верлиэн наверняка воспользовались бы чёрным ходом. Но тогда кто же решил зайти так не вовремя?

Госпожа Кики побледнела, заправляя кучерявые волосы за косынку, и, приложив пухлые пальцы к груди, чувствуя стук собственного сердца, осторожно приоткрыла дверь.

Её лицо удивленно вытянулось, когда она увидела в проёме Миэй.

– Простите, – негромко вымолвила служанка, встретившись с ней глазами.

«Неужели принцесса подослала свою личную горничную, чтобы проверить, как идут дела», – заподозрила госпожа Кики и, натянув любезную улыбку, ответила добродушным голосом:

– Что-то стряслось? У нас на кухне дел невпроворот, все трудятся, как пчёлки!

– Простите, – повторила служанка и, сжимая влажные ладони, выпалила с жаром, опустив голову. – У вас не найдётся щепотки соли, павлиньих лапок и клочка овечьей шерсти?

Нависло неловкое молчание.

Госпожа Кики растерянно стояла, всё еще крепко сжимая позолоченную ручку двери, пытаясь за ней скрыть дрожь, бьющую в пальцах. Но постепенно её брови изогнулись дугой, и она, поднося ладони к губам, произнесла:

– Неужели…

Миэй сглотнула, ожидая разоблачения.

– …Вы увлеклись любовной магией? – продолжила госпожа Кики и зарделась румянцем.

– …что? – молодая девушка смущенно замотала головой. – Нет, как Вы могли такое подумать…

Расплываясь в широкой улыбке, женщина приобняла Миэй за хрупкие плечи и направила к лестнице:

– Я всё понимаю! Поверь, я гуру в сердечных делах и знаю все эти магические штучки!

– Да нет же… Просто принцессу последнее время мучает бессонница, и лекарь посоветовал ей хранить под подушкой клочок овечьей шерсти, – соврала Миэй.

– Да, да, конечно это от бессонницы, – госпожа Кики проводила её до конца коридора и подмигнула. – Не волнуйся, жди возле фонтана с голубями, я подошлю туда кого-нибудь из поварят.

Растерянная Миэй ничего не смогла возразить, но несколько раз благодарно поклонилась и спустилась вниз, скрывшись в лестничных пролётах.

Госпожа Кики вернулась в кухню и обмякла на кресле, не чувствуя ног. Поварята окружили её, обмахивая страусиными перьями.

– Ох, я чуть ли не рассталась с жизнью, а это всего лишь Миэй, – женщина записала что-то на листочке и протянула Джуну. – Спустись в сарай и принеси это к фонтанам.

Поварёнок стянул с себя фартук и взял записку. Его зрачки округлились:

– Соль, павлиньи лапки, клок шерсти ягнёнка… Что это?

– Кажется, наша горничная увлеклась любовными приворотами. В любом случае, лучше её умаслить, она же любимица принцессы!

– Разве это больше не похоже на ингредиенты для защитной магии от предзнаменований? – задумчиво произнёс Чиэ, заглядывая Джуну через плечо.

Госпожа Кики замахнулась на него полотенцем:

– Что ты несёшь! У меня даже мурашки пробежались… Предзнаменование? Предзнаменование… Царица небесная, не хватало нам ещё дурного предзнаменования.

____________

Тем временем, чёрные лошади неслись по узкой непротоптанной дороге, поднимая с земли пыльные облака. Повозка подпрыгивала и билась колёсами о камни, раздрабливая их на мелкие песчинки. Белоснежный мальчик в сером сюртуке сидел на облучке, крепко сжимая длинными пальцами вожжи. В его прозрачно-голубых глазах отражался лес, который никак не заканчивался. Зелье переставало действовать. Если в Андихиру ребята добрались налегке – словно закрыли глаза и через мгновение оказались на месте, то теперь – жуткий скрежет колёс зловеще сотрясал воздух, и казалось, вот-вот деревянные бруски и гвозди вылетят наружу.

Поварята уснули в повозке среди мешков и ящиков, наполненных ароматными плодами Андихиры. Верлиэн первым приоткрыл глаза. Он прищурился и увидел уставшее лицо Лейс Твен у себя на плече. Её золотистые волосы распушились и упали тонкими локонами на глаза. Парень робко дотронулся до мягкой пряди и заправил её за ухо девушки. По его пальцам просочился ветерок, и он взглянул на свою ладонь, ощущая на ней ещё сохранившийся запах с горного озера. Верлиэн обернулся к Ги и, видя лишь его загадочный профиль, заговорил:

– Спасибо за сухую одежду. Жаль, мы не застали твоего дедушку.

– Не за что. Это я должен вас благодарить, что согласились приехать сюда, в это забытое всеми Богами место, – ответил после недолгого молчания Ги. Встречный ветер обдувал его бледное лицо, очерчивая высокие острые скулы.

– Андихира – очень красивая деревня! Но мы не встретили ни одного человека. Разве должно такое место пустовать! Если бы я жил там, то по утрам спускался бы к озеру и до самого позднего вечера ловил водных драконов, – мечтательно произнёс темноволосый парень.

– В нашей деревне мало людей. За редкими растениями и деревьями нужен кропотливый уход и много сил. Здесь нет школ, не проводят ни праздников, ни фестивалей. Кажется, когда-нибудь, спустя пару десятков лет об Андихире забудут, и она постепенно исчезнет не только с королевской карты, но и для всех людей. Я боюсь этого больше всего, – голос Ги звучал отстранённо, теряясь беспомощно где-то в воздухе, за пронзительным скрежетом колёс.

– Сегодня мы устроим настоящий пир и прославим эту деревню на всё королевство! – пообещал Верлиэн, проводя ладонью по красивому гербу, вышитому на рукаве кителя, сложенного возле его ног и облепленного сверху прозрачными андихирскими гусеницами, которые лениво шевелились и вытягивали влагу.

Наконец лошади присмирели, и пыльные кружева под их копытами начали медленно рассеиваться.

Показались знакомые пейзажи, и повозка остановилась в тени широких деревьев, неподалёку от башни.

Верлиэн разбудил Лейс Твен, а мальчик накинул на плечи мешок и подхватил ящики. Осторожно осмотревшись вокруг, ребята поспешили к королевской кухне.

– Вернулись! – Госпожа Кики и поварята кинулись им на встречу, не давая произнести ни слова.

– Тесто уже готово! Скорее! Скорее за дело!

Чиэ повязал на Верлиэна фартук, а Джун натянул колпак.

Зазвенели кастрюли, крышки, ножи и ложки, загорелась жаровня и из духовки послышались волнительные потрескивания угольков. Королевская кухня озарилась волшебным сиянием.

____________

Главная зала дворца поражала своим торжественным и одновременно элегантным убранством. Огромные люстры освещали просторную гостиную, наполненную живыми благоухающими цветами. Госпожа Руон провожала гостей, которые начали потихоньку прибывать на праздник. Заметив силуэт короля Сина, промелькнувший в проёме дверей, она задержала воздух и выпрямилась, остановив одну из служанок.

– Трубачи из королевской школы «Эльзон» до сих пор не прибыли. Кажется, что-то случилось в дороге, – отчиталась девушка и поспешно добавила. – Но всё в порядке. Вместо них выступят ученики школы «Мисирис», будут играть на скрипке.

– «Мисирис»… Не слышала о них. А как же виолончелисты из «Люрдсея»?

– Они тоже отказались. Их солист внезапно сломал руку.

– Что ж, – госпожа Руон дотронулась до высокого воротничка своего парадного платья и отпустила служанку, поспешив в парк к восточным воротам, где чуть ли не столкнулась с поварятами, несущими огромный закрытый поднос.

Джун и Лейс Твен чудом удержали равновесие, приземлившись на мягкую траву с вытянутыми руками. Поднос слегка подлетел к небу и снова оказался у поварят.

Старшая прислуга собралась повысить на них голос, но почувствовав волшебный аромат, просочившийся сквозь крышку, переменилась в лице. Её ноздри затрепыхались, и фиолетовые губы вытянулись в непроизвольной улыбке.

– Я зря за вас волновалась, – произнесла она мягким непривычным голосом, растекающимся, как подтаявшее масло. – Ну, не буду вам мешать!

Джун сглотнул, провожая взглядом удаляющийся силуэт госпожи Руон.

– Что это с ней? Она нас только что похвалила?

Лейс Твен неуверенно пожала плечами.

Поварята повернули головы в сторону дворца: из ажурных окон виднелись силуэты гостей.

– Нам стоит поторопиться! – выпалили они одновременно.

Стены королевской кухни пропитались чарующим запахом. Верлиэн вдохновлено колдовал над едой, как сумасшедший гений, в причудливой позе заканчивая свое изваяние. Его руки были по локоть в драконьей чешуе и переливались, словно кто-то рассыпал на них серебряную пудру.

– Пирог готов! – объявил он с жаром, громко застучав скалкой по столу.

– Мясные рулеты, обжаренные с косточками плодов черепахового дерева, тоже готовы! И вот-вот подоспеют остальные блюда! – отозвался Чиэ, носящийся с полотенцем вокруг духовки.

Джун, с разгоревшимися щеками, показался в дверях:

– Гости прибыли!

– Так-так-так! Нам не помешают лишние руки! – Госпожа Кики вынула из шкафчика запасной китель и приложила его к хрупкому телу мальчика с небесно-голубыми глазами, который украшал яства душистыми пряностями.

Рукава оказались великоваты, полностью перекрыв ладони. Она поморщилась, но Ги вымолвил: «ничего страшного», – и поспешно снял свой сюртучок, переодеваясь в костюм дворцового повара.

Верлиэн раздал всем широкие подносы и побежал вниз, перескакивая ступеньки целыми рядами.

Во дворце приглушили свет, и заиграла музыка. Гости приковали взгляд к статным юношам, вышедшим в центр залы в тёмно-синих пиджаках и со скрипками в руках.

– Принцесса Люнэй заперлась в своей комнате, – послышался шёпот за спиной короля Сина. – Уверены, что стоит начинать без неё?

– Пусть делает всё, что вздумается. Это торжество не только для неё, но и для жителей Сариллида.

«Всех переполошила и не явилась на праздник?» – Лейс Твен стиснула зубы, прижав пустой поднос к груди, и потихоньку выбежала в коридор из главной залы, столкнувшись с мальчиком-пажом, притаившимся у дверей, словно воришка.

– А ты что здесь встал? Для слуг и жителей деревень столы накрыты в парке, – буркнула Лейс Твен, отряхивая свой китель. Но вдруг нерешительно замерла и робко приподняла голову.

– П-п-принцесса…

Лейс Твен с удивлением окинула её взглядом. На ней была мужская одежда – тёмные плисовые брюки до колен, молочная рубашка и вельветовый жилет с медными пуговицами, а волосы собраны назад под беретом с рубиновой брошью.

– Почему Вы в такой одежде?

– Ты не видела мою горничную? – перебила её принцесса, оглядываясь по сторонам.

– Нет… Что-то случилось?

– Пока ничего, – пролепетала Люнэй и оставила озадаченную Лейс Твен одну в коридоре, проникнув в приоткрытые двери главной залы.

Она прокралась к самому дальнему столу и присела на краешек стула, прикрывая лицо за велюровым беретом.

«О, какой аромат! Всё-таки они справились с заданием», – Люнэй схватила изящную тарелочку с необычным блюдом и слопала всё, не оставив ни крошки.

Гости были полностью увлечены игрой учеников «Мисириса» и не обращали на неё внимания.

Зал взорвался шумными овациями, когда вышел солист с вьющимися волосами цвета морской волны и начал играть свою музыкальную партию на старинном инструменте, похожем на огромный шар, внутри которого всё переплеталось в готический узор из тонких, почти прозрачных струн.

Люнэй на секунду и сама поддалась чарам, исходящим от этого таинственного представления: словно в её уши просачивался легкий сияющий свет, разливающийся по всему телу. Руки юноши мастерски скользили по струнам, а порой, казалось, что он и вовсе не касается их, а силой мысли извлекает звук.

Но внезапно в глазах всё закружилось.

Принцесса сжала в руках маленький деревянный крестик, который повязала ей Миэй. Помотав головой, она вернулась в реальность и окинула взглядом гостей: они все напоминали неживых фарфоровых кукол в красивых праздничных нарядах, рассаженных за белоснежными столами.

Люнэй поёжилась, и её внимание привлёк незнакомый силуэт слуги. Принцесса пыталась разглядеть его лицо, но сияние от люстр ослепило её.

Слуга нёс поднос с хрустальными бокалами, наполненными до верха тёмно-красным вином. Скрипка начала играть свою партию. Была ли это игра воображения, но музыка стала звучать тревожнее, почти зловеще. Люнэй затаила дыхание и прищурилась, когда незнакомец прошёл между музыкантами и вдруг, спотыкнувшись, упал, обронив серебряный поднос.

«Когда багровая река из под смычка печальной скрипки прольётся», – сорвалось с губ принцессы.

Мальчики «Мирисса» продолжали играть, а тёмное вино лилось по струнам, просачивалось сквозь их мертвенно-бледные пальцы, изящно обнимающие смычок, и медленно стекало на пол, рисуя на нём разливающийся к ногам гостей узор.

Люнэй покачнулась и рухнула на пол.

Музыка смолкла…

Мальчики в тёмно-синих пиджаках растворились в воздухе, а скрипки и одежда остались на паркете.

Дворец погрузился в тишину. Все застыли, словно восковые фигурки.

Незнакомец, лежавший на полу ничком, пошевелился и медленно поднялся на ноги. Тусклый свет, проникающий в ажурное окно, освятил его лицо и оставил ослепительные блики на золотистых пуговицах белоснежного кителя, который был ему слегка великоват. Он прошёлся вперёд, мимо застывших гостей, мимо короля в парадной мантии и мимо принцессы, переодетой в костюм пажа, перешагнув за порог, без сил опираясь за стены.

Длинный коридор расстилался к винтовой лестнице, на которой замерли лежащие на ступеньках поварята. Незнакомец спускался вниз, переступая через их тела.

Возле восточных ворот дворца, на пороге, лежала Миэй, с руками, перепачканными в рисовой муке. Из под её ладоней торчал кусочек вырванной книжной страницы и рядом на земле виднелся недорисованный загадочный символ.

Незнакомец наклонился к ней и пальцами стал дочерчивать рисунок, зачерпнув из кармана горничной горстку соли. По его щекам текли слёзы, но он не останавливался и продолжал завершать ритуал.

«Другого шанса не будет. Закончив, всё таким образом, ты навсегда исчезнешь, как и Андихира пала тысячи лет назад», – зашелестел среди деревьев таинственный голос.

Но мальчик закрыл глаза и продолжил тонкими пальцами выводить мистические узоры.

– Андихира уже исчезла. Я не смогу вернуть её ценой жизни другого человека. Ни один житель Андихиры не поступит так, точно так же как не убьёт священного дракона, даже если придётся голодать, – прошептал он, сидя на коленях.

«Зачем же ты согласился вернуться на землю? Если не планировал завершить всё до конца», – пронёсся пронизывающий ветер.

– Я просто хотел увидеть свой дом ещё раз.

«Что ж. Это твой выбор», – небо вспыхнуло и затянулось тёмными разводами. Сверху сорвались крупные капли дождя.

Мальчик стоял спиной ко всем, опустив голову с вьющимися белоснежными волосами, которые непослушно скатывались на лицо, переплетаясь на ветру.

– Спасибо, Верлиэн. Спасибо, Лейс Твен… Вы не вспомните меня завтра, но, кажется, я привязался к вам. За какую-то пару секунд. Жители Андихиры никогда не забывают тех, кто однажды заглянул им в глаза.

Дождь лил до самого рассвета, печально тревожа кроны деревьев. Загадочный силуэт слился вместе с ним. На следующее утро солнце, похожее на ломтик ананаса, поднялось высоко в небо, освещая своими ослепительными лучами Сариллид.

 

читателей   435   сегодня 2
435 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 8. Оценка: 3,38 из 5)
Loading ... Loading ...