Сказка на вырост

Эта история произошла давным-давно, когда по земле ещё ходили розовые слоны, облака были похожи на стаю пугливых утят, бабочки умели говорить, а люди умели слышать своё сердце. Весь мир был поделён на три волшебных царства, в каждом из которых были свои порядки, обычаи и нравы. Первое царство называлось МилИус. Люди там жили милые премилые, у всех щёчки розовые, глазки блестят, улыбка искренняя. Дома были под стать народу, розовые, круглые с жёлтой соломенной крышей. Рядом с каждым домиком был небольшой двор, где с грядки подмигивали анютины глазки, кланялись колокольчики и робко дрожали васильки. Главным занятием у миликов (так называли людей царства МилИус) было выращивание радужных полей, из которых потом они делали сказочные пирожные, дарующие хорошие настроение на целый день. А управлял этим царством Акимушка Голубоглазый. Был он человеком честным, справедливым и уж очень свой народ любим. Ни налогов не собирал, ни тиранил дворовых, в общем, делал всё, чтобы его государство процветало.

Второе царство именовалось Феритейл. В нём жили исключительно волшебные существа. Кого там только не было: и целый район миниатюрных домов, где жили феечки, и большие пастбища единорогов, и говорящие персидские снежные кошки, и в разноцветных колпачках гномики, и необыкновенные маки, которые дни напролет рассказывали удивительные истории. В этом царстве не было правителя потому, что каждый знал своё место в жизни и радостью исполнял, надлежащие ему обязанности. Феечки раскрашивали цветы, пчелок и божьих коровок, единороги читали по звездам будущее, кошки беспрестанно хвалили всё вокруг и речку, и небо, и себя любимых, гномики помогали расти цветам, вытягивая их поближе к солнцу, пришивали новые листики на деревья, и, конечно же, расчесывали серебристую шерстку персидских кошек.

Третье царство называлось Олакрез. Вход в него был почти на самом краю мира: там, где солнце вставало, потягиваясь во всю ширину небо своими лучами, и там где каждый вечер, позёвывая, восходила луна. Но что там было никто точно не знал: много слухов ходило о чудном народе Олакрез, кто говорил, что у них всё шиворот навыворот, стихи поют, а песни читают, днём спят, а ночью работают, штаны носят на руках, а рубашки на ноги натягивают, дети работают, а взрослые дома сидят в машинки да куклы играют. Другие говорили, что за тем водопадом, где начинается земля Олакрез, живут умнейшие создания, которые целыми днями изучают священные рукописи и практикуют магию Великих Предков. А ребятишки же верили, что по ту сторону водяного зеркала есть страна грез, и если туда попасть то все — все — все мечты тут же исполнятся. Но это пока еще никому не удавалось. Все отважные путешественники, что пытались попасть в загадочный мир, возвращались ни с чем. И главное причины были наиглупейшие: первая экспедиция, которая состояла из гномов, испугалась собственного отражения в водопаде, вторая засмотрелась на восход солнца и совершенно забыла цель похода, ха кошки чего еще от них ждать, третья и того смешней, ночью приняли заблудившегося единорога за монстра из неведомой страны, бросили свой лагерь и убежали в лес. К утру Милиусы вернулись в город все седые, феечкам потом неделю пришлось восстанавливать им прежний цвет волос. Так что же там было на самом деле? И люди волшебные создания узнали об этом очень скоро.

Однажды стоял погожий солнечный денёк. Акимушка прогуливался по своему сада, в руке у него было зажато пирожное, на небе не было не облачка, он только что беседовал с персидскими кошками, которые осыпали его комплиментами, поэтому настроение у царевича было самое, что ни наесть хорошее. Он сел в тени большого куста шиповника и уже собирался перекусить радужным десертом, как вдруг его внимание привлек один цветок справа от него, тот как будто хотел сойти с места, но это ему никак не удавалось.

-Что ты делаешь, малыш?- с искренней заинтересованностью спросил Акимушка.

-А разве не видно? — тоненьким и слегка запыхавшимся голосом ответил цветок- Я держу путь на радужные поля, а этот огромный желудь, очень некстати, упал мне прямо на корень, и я не могу сделать дальше ни шагу.

-Как это «держишь путь»? Ты сам идешь куда-то?- удивленно переспросил мальчик.

-Да, а что в этом такого?- непонимающе пожал лепестками цветок. — Я бы уже давно был на месте, если б не эта жутчайшая несправедливость!- и он обиженно покосился на желудь. – Понимаешь, я много раз слыша о той небывалой красоте, что царит на полях, где рождается радуга. Я так хочу увидеть их собственными глазами. Говорят, там даже тень переливается всеми цветами, капли росы сверкают будто алмазы, а Милиусы… Ах, какие же они чудесные, у меня на родине о них складывают легенды.

-Вот как?- Акимушка, еле сдерживался, что не рассмеяться в голос. – Но ведь ты цветок, как же ты можешь дойти куда-нибудь, если ты корнями уходишь в землю?

-По-твоему если я цветок, то всю жизнь должен проторчать на тех пяти дюймах, где родился и всю свою коротенькую жизнь наблюдать, как мох расползается по камню, стоящему прямо передо мной?

— Но ведь это же закон природы, разве нет?

-Даже если и так, то это глупый закон, и я не хочу его соблюдать. Мой век одуванчика не так уж и долог: совсем скоро придет время белый цвет придет на смену жёлтому, и легкий порыв ветра разнесет новую жизнь на многие мили вокруг. И быть может я перерожусь — стану тюльпаном или лилией и проживу еще один прекрасный день, но это уже буду новый я, иного цвета и в другой форме, и на мир я буду смотреть глазами лилии, да это будет, но ещё совсем не скоро, через два заката, а сейчас я хочу увидеть этот мир глазами одуванчика.

Акимушка не мог вымолвить не слова. Он сидел с распахнутыми глазами и не замечал вокруг нечего кроме поразительного цветочка перед собой, который верил…  Не зная, что сказать, он протянул руку и убрал тот злосчастный желудь, что так мешал маленькому путнику. В туже секунду одуванчик подпрыгнул от счастья и закружился в легком веселом танце. Царевич наблюдал за всем происходящим, с широко раскрытым ртом. За свою недолгую жизнь мальчик повидал немало чудес, у него в саду были цветы самых разных цветов, форм и размеров, среди которых была сделана особая клумбочка для говорящих маков. Бывало, Акимушка дня напролет просиживал в саду, тихо беседуя с мудрецами в алых мантиях. Он слышал множество невероятных историй, но вот о танцующих одуванчиках ещё не знал. И пытаясь хоть как-то всё понять, царевич ухватился за единственную спасительную ниточку.

-Ты сказал, «на моей родине», что же это получатся, ты не отсюда?

-Конечно, нет. Моя страна называется Олакрез.

-Не может быть!- воскликнул мальчик. Всю свою жизнь он мечтал побывать в этом загадочном царстве, но он прекрасно знал, что это невозможно, что никому ещё не удавалось оказаться по ту сторону водопада. И чего только не говорили об этом месте. А сейчас перед его глазами стоит живое доказательство тому, что всё-таки жизнь в Олакрезе есть! И она, действительно, совершенно другая. И сгорая от любопытства, мальчик подполз поближе, взял цветочек на руки и сказал:

-Расскажи мне, милый одуванчик, расскажи мне о своей стране.

Птицы перестали петь, деревья не перешептывались и даже ветер замер, наступал момент истины. А одуванчик, усевшись поудобнее и закрыв глаза, начал свою удивительную историю.

-Давным-давно на земле жили три брата. Один слыл чудиком, он постоянно что-то творил, создавал новое, его эксперименты не всегда были удачными, но он никогда не расстраивался, даже наоборот, он считал, что в мире есть место любой твари, какого бы она не была размера или цвета. Именно из под его легкой руки вышли единороги, феи, гномы и прочая волшебная живность. Сам Фер (а так его звали) тоже выглядел весьма неоднозначно: фиолетовые глаза, ногти и волосы, из-за того что его голова был постоянно занята новыми опытами, он порой забывал даже одеться, и бывала целый день ходил в ночном колпаке и наспех обмотавшись простынёй (кстати отсюда и появились мантии волшебников). Второго брата звали Мил, он очень любил порядок и был аккуратен во всем. Поэтому неудивительно, что идея об идеальном сочетании цветом пришла ему. Однажды, сидя на балконе и любуюсь восходом, он подумал: «Небо это самая совершенная картина, на ней даже неправильность выглядит правильно. Но чего-то всё же не хватает… Знаю! Я создам новую картину, которая будет появляться между двумя чудесными состояниями неба, между дождем и солнцем!» Он собрал все цвета, какие смог найти, и целыми днями сидел за холстом пытаясь создать что-то совершенное, неповторимое и такое нужное! На это ушли целые годы, но в один прекрасный миг родилась радуга. Мил не помнил себя от счастья, вот то, что он искал, с глаз полились слёзы радости. И вдруг одна попала на рисунок. От страха молодой человек, забыл, как дышать, ведь сейчас цвета смешаются, и все труды пропадут даром. Но нет, сегодня удача была явно на его стороне. Маленькая капля вобрала в себя краски, поднялась в небо и стала неотличимой от тысячи таких же дождевых капель, которые в эту секунду стали переливаться всеми цветами. А когда дождь закончился, над умытой землей появилась первая радуга. Самого младшего брата звали Зеркало и совершенно не случайно, он был неким радаром и отражал всё то, что происходило вокруг него. Если братья сорились, он тоже начинал злиться, если смеялись, он тоже хохотал во весь голос, хотя ему было совсем не весело, и так во всём. Он был кем-то вроде хамелеона, вот только менялся не по собственному желанию, а подстраивался под окружающий мир. Даже внешне он был похож на зеркало: высокий, очень стройный, белая кожа, серебряные по пояс волосы, тонкие черты лица и темные, практически черные глаза. Но была одна маленькая деталь, которую он не менял в себе даже по просьбе братьев — это белые шелковые перчатки. Сам Зеркало считал, что это единственное, что в нем настоящее. К тому же они скрывали его маленькую тайну, на левом запястье, с каждым годом отчетливей проступал рисунок шестикрылого ангела. Что это такое, и почему он не хочет рассказать об этом братьям, Зеркало не мог объяснить даже себе. Но в день, когда рисунок проявился окончательной, младший брат ушел из долины покоя. Ушел куда глаза глядят. Ему надоело быть отражением чужих жизней, он хотел, наконец, пожить своей. Испытать собственное счастье и плакать от своей боли. Старшие искали его всю жизнь, да так и не нашли потому, что не понимали кого ищут. Они любили его всей душой, но не знали, кем он был на самом деле. Ведь с самого рождения они видели лишь отражение самих себя в его теплых черных глазах, их свершения вызывали улыбку на его лице, чувства и мысли которые они не могли высказать, срывались с его губ. Поэтому они искали себя, себя тех, которые спрятаны глубоко, в самом сердце. Зеркало служил для них неким посредником между душой и разумом, а кем был он сам, никто не знал.

Но куда же всё-таки направился обезличенный человек? Он шел лесами, полями, пустынями, не замечая дороги, пока, наконец, не вышел к огромному озеру с водопадом. Встав на колени, чтоб напиться, Зеркало вдруг увидел, что кто-то смотрит на него из воды. Он резко обернулся, но рядом некого не оказалось. И тут он понял, что впервые в жизни видит собственное отражение: усталый взгляд, легкий румянец и волосы прилипли ко лбу от быстрой ходьбы, а над губой маленькая родинка, он улыбнулся сам себе, подчиняясь какому-то неведомому порыву, нырнул в озеро. Зеркало долго плыл под водой, не раз ударяясь руками и ногами об каменистое дно, но голос внутри говори, что он поступает правильно, что именно так и нужно. А когда воздуха стало катастрофически не хватать, он вынырнул. Огляделся и понял, что мир, где он родился и вырос, остался далеко позади, сейчас же перед ним открылась дверь в совсем другое измерение. Вокруг были деверья, кусты, цветы, животные и люди, но невозможно была дать правильную оценку чем бы то нибыло или даже отличить одно от другого. Пока каждый не представиться тебе, ты не можешь в голове сложить законченный образ, а если подойдет и скажет «Здравствуй я дуб, хранитель восточного леса» и вот ты уже видишь, да, действительно, это дуб, вот и ствол, и кора, и желуди. Картинка проясняется, только после личного знакомства, и ты воспринимаешь как правду только то, что тебе говорит существо при первой встрече. И это первое впечатление лишено оценочного ярлыка. Он сказал, что он дуб, значит это так и есть, а хороший или плохой не тебе судить, если он не дал этой характеристики. Ты можешь судить только себя и больше никого. Казалось, этот мир лишен таких понятий как: осуждение, ложь, невозможность, критика, коварство, зависть и непонимание. Каждый жил на радость себе и другим, стараясь привнести в свою лепту счастья. Этот мир назывался Олакрез. Здесь и остался жить Зеркало. За очень короткий срок он познакомился со всеми, и вскоре даже научился представляться сам «Здравствуйте, я Зеркало, я умею видеть души других, а вот сейчас учусь видеть свою». Спустя три года и три дня жители Олакрез открыли ему самую главную тайну. Оказалось, что этот необыкновенный народ обладает редким сокровищем: книгой знаний, которая называется «Я». В ней были собраны все сокровенные истины, начиная от языка Люми, и заканчивая именем Бога. Зеркало не мог дождаться момента, когда ему покажут эту заветную книгу. И вот этот день настал. Его лучшая подруга кошка Элизабет пришла за ним, как только первые лучи солнца появились на горизонте. Зеркало быстро оделся, причесался и уже через пять минут был на пороге своего дома полностью готовым к любым испытаниям.

-Я хочу дать тебе один совет,- сказала Элизабет — Что бы ты не узнал, помни, всё самое важное уже в тебе, ты просто забыл о этом. Я знаю как сильно, тебя поразило то, что цветы умеют ходить, а рыбки жить вне воды, но я так же знаю, что ты испытал, когда понял простую истину, а почем бы цветам не ходить, если они хотят наполнить своим прекрасным ароматом весь мир, и неужели рыбкам всегда нужно прятаться от источника жизни и тепла во всем мире. Попробуй пережить это чувство ещё раз, и тогда тебе будет намного легче понять всё то, что предстоит тебе дальше.

Они двигали всё глубже в лес. Зеркало был погружен в свои мысли, а Элизабет просто шла, мурлыча что-то себе под нос. К полудню, они вышли на красивую поляну, сплошь покрытую шиповником, и только в самой середине было небольшое пространство свободное от колючих кустов, туда -то и направились друзья. Элизабет было намного проще — она всё-таки кошка, но вот Зеркалу пришлось не сладко, он изрядно поцарапался, пока пробирался между чудесно пахнущими, но опасными цветами.

-Ну, всё мы пришли,- сказала Элизабет-Садись.

Зеркало сел в позу лотос, ему казалось, что так будет правильней. Элизабет уютно свернулась у него на ногах и прошептала:

-Теперь закрой глаза. Книгу истины ты всю жизнь носил с собой и даже порой замечал ее тяжесть, но никогда ещё не открывал. А сейчас пришло время, когда нужно заглянуть в нее.

— И как же я это сделаю?

-Тсс, не перебивай. Ты должен заглянуть в своё сердце, где-то там: среди забытых обид, несбывшихся желаний, не растраченной любви, ты найдешь её. Не торопись, ощупывай собственную душу так, как будто ты вслепую идешь по неизвестной тебе дороге. И когда ты найдешь книгу, прочитай её очень внимательно, не пытайся выделить или запомнить что-то одно. Всё что в ней находиться одинаково важно для тебя, и всё это останется в твоей памяти. Главное не торопись.

И он не торопился. 9 месяцев 9 часов и 9 минут понадобилось Зеркалу для познания собственной души и Великих Истин, и всё это время его верная подруга была рядом. Элизабет ни разу ни сходила с его ног, ожидая пробуждения. Когда Зеркало поднял веки, после столь долгого сна, его глаза светились невероятной красотой, излучая поистине нечеловеческую любовь, казалось, он только взглядом мог наполнить сердца всех людей любовью, светом и надеждой.

-Я родился,- были его первые слова, которые он сказал Элизабет. Хоть он произнес это, не размыкая губ, а только мысленно, подруга поняла его.

— Так значит, ты освоил телепатию, это восхитительно! С первого раза и такое продвижение вперед, я никогда не слышала не о чем подобном. Ты особенный,-так же мысленно ответила пушистая подруга.

-Не уверен, мне кажется, все, абсолютно все в мире особенные. Каждый отличается чем-то от других: у кого шерстка мягче,- говоря это, он погладил свою любимицу по спине,- у кого голос красивее, у кого талант к создание чего-то нового, но ведь это не значит, что остальные хуже. Нет, это всего лишь означает, что мы разные, и именно поэтому нам так интересно жить в одном мире друг с другом. Это дает нам столько поводов для ученья: мы учимся не завидовать успехам других, реализовывать свои таланты, переживать неудачи и радоваться победам. Если бы все в мире были одинаковыми, то к чему бы мы стали стремится? Так что ты была не права, я обычный, просто живу в мире особенных существ.

У Элизабет не было слов, она прижалась к его груди и тихо мурлыкала от счастья, переполняющего её. Она понимала, что может внешность у Зеркало осталась прежней, но теперь это уже совсем другой человек, и речь его была только лишний подтверждением этого.

-Знаешь, за то время пока ты спал, я изрядно проголодалась, и что-то мне подсказывает, ты тоже. Может, пойдем домой?

-Не пойдем, полетим!- сказал Новорожденный и впервые в жизни снял перчатки. К его большому удивлению образ шестикрылого ангела исчез с руки. Но в туже секунду Зеркало понял, крыльев больше нет на руке, теперь они за спиной. Взяв Элизабет на руки и прижав её покрепче к сердцу, он развернул свои шесть черные как смоль крылья и взмыл над лесом.

-Даже не вериться, мы ЛЕТИИИИМ!- пронеслась панически-ликующая мысль у обоих. Они кружились над деревьями, домами и ручейками, гоняли стаи облаков, ловили солнечные лучи, и только когда начинало смеркаться, друзья спустились на землю.

С того дня они никогда не расставались. Зеркало усердно постигал новые знание, отрабатывал искусство левитации, учил язык Люми, с помощью которого можно преобразовывать материальное пространство, создавал собственные магические формулы, исписывал тысячи листов в поисках правильной комбинации звуков, для зарождения в сердцах любви. А Элизабет была ему во всём поддержкой и опорой, она как будто знала всё наперёд. Именно она поддерживала связь с внешним миром. Так как Зеркало кроме неё не с кем разговаривать не мог. Они часами просиживали на краю восточного леса, чаще всего, когда кто-то к ним подходил, Зеркало вспрыгивал на ветку дуба и наблюдал за всем сверху. А Элизабет, не находя себе места, меряя шагами расстояние от корня до корня, вела беседу с гостем. Она рассказывала о новых открытиях, о возможностях, о чудесах, что происходят вокруг. Если её попросить, она могла поведать удивительные истории, которые она вместе с Зеркалом узнала во время их путешествий в другие миры. Вспоминая о встрече с Элизабет, один одаренный поэт напишет такие строки: «У лукоморья дуб зеленый, златая цепь на дубе том. И днем и ночью кот ученый всё ходит по цепи кругом. Пойдет направо песнь заводит, налево сказку говорит…». Конечно, никакой цепи не было, но она вполне могла привидеться, ведь ангел и кошка были связаны друг с другом чем-то большим, чем просто дружба. И быть может эту связь смог разглядеть талантливый юноша. Существует легенда, что если человек находит свою истинную любовь, то в момент бракосочетания возлюбленных сковывает золотая цепь, и чем сильнее любовь, тем толще цепь. Такое случается крайне редко и потом эту цепь передают из поколения в поколение, как самую ценную реликвию. Но о браке между кошкой и ангелом не могло быть и речи, хотя цепь незрима была на них всё время. Возможно, именно её удалось увидеть юному поэту,-закончил маленький одуванчик.

-Как? Это всё?- удивленно захлопал глазами Акимушка.

-Ну да, ты же хотел узнать про мою страну, так вот, эта легенда рассказывает о сущности моего народа. Она передается из уст в уста уже многие сотни лет и является нам опорой в трудные моменты жизни.

-Но что же было дальше?- не унимался царевич.

-А что дальше? Дальше нечего. После того, как Зеркало написал книгу о самом важном, он вместе с Элизабет покинул Олакрез. Они вместе улетели в другой мир, учить пониманию и любви другие народы, так как они научили нас.

-А что это за книга? Где она?

— По преданию, она осталась лежать в дупле того дуба, где друзья проводили всё время, но до сих пор её никто не нашел. Говорят, тайна её нахождения откроется тому, кто проделает тот же путь, что и Зеркало в самом начале.

-Эх, как жалко, я бы так хотел, хоть краешком глаза посмотреть на неё.

-Так что тебе мешает? Загляни в своё сердце, и ты найдешь её. А теперь мне пора, я всё ещё мечтаю посмотреть на радужные поля, поэтому отпусти меня.

Акимушка опустил одуванчик на землю, и тот смешно подпрыгивая, побежал навстречу заходящему солнцу. А царевич так и остался сидеть погруженный в собственные мысли. Ни одна беседа еще, ни давала ему столько поводов для размышлений.

С того дня прошло три года, за это время молодой правитель сильно изменился, он отпустил свои белоснежные волосы почти до пояса, стал увлекаться этнографией и изучением старинных рукописей. Он оставался прежним ребенком: веселым и наивным, но иногда в его ослепляюще голубых глазах мелькало понимание чего-то большего. Казалось, мудрый старец проглядывает сквозь молодые черты. Его правление стало для царства МилИус счастливейшей порой в истории. Но однажды он, как и Зеркало с Элизабет, покинул этот мир, чтобы познать мудрость других народов и поделиться своей. Он отправился на Землю, в город на реке и совсем недавно узнал в одном простом человеке свою старинную подругу, у которой он проводил почти все выходные. Они вместе ходили за грибами, плели корзинки, она рассказывала ему сказки, а он цитировал отрывки из книги истины. На своей родине Акимушка звал ее Баба Яга, а в этом мире она почему-то называет себя Светой. Ну и пусть, ей так даже больше идет, хотя многолетняя привычка никак не дает запомнить новое имя. А ещё он нашел свою Элизабет. И, наконец, понял, что имел в виду одуванчик, когда говорил о незримой связи между душами. Если в твоей жизни появляется такое существо, с которым ты чувствуешь себя собой, понимаете друг друга без слов, и даже находясь на расстоянии, ощущаете всё, что происходит в душе каждого. Его Элизабет зовут мама.

 
 
 

читателей   906   сегодня 1
906 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 3,50 из 5)
Загрузка...