Джинн

— Где вы пропадали так долго?

— Не на земле, — был краткий ответ, — а в

заоблачных мирах, чтобы найти средство,

как увеличить ваше благополучие.

Ф. Энсти. Медный кувшин

 

— Где же твой скутер? — спросил Мосол, останавливая ”Маджесту”.

Серёжа насупился. Скутер ему на день рождения так и не подарили. Отца удалось уломать, но мама упёрлась, и — ни в какую: “Нет, это очень опасно!”

— Ха! ”Будем гонять! Будем гонять, я вас сделаю!” — передразнил Лохматый, сидевший на скутере сзади. — И что?

— “Гонять” от слова гнать! — Мосол презрительно сплюнул под ноги. — Гонщик!

Катя, стоявшая рядом с Серёжей, дёрнула мальчика за рукав:

— Не обращай внимания на дураков, — сказала она. — Пойдём!

“Маджеста” плавно тронулась с места.

— Трепло! — крикнул Лохматый.

Ребята загоготали, Мосол газанул, и скутер, быстро набрав скорость, унёс их.

— У-у, гады! — в сердцах воскликнул Серёжа, провожая скутер глазами. — Почему мы всегда не получаем, чего хотим?

— Не переживай! — сказала Катя. — Мы уже почти взрослые — через пять лет всё сами будем покупать.

— Как ты не понимаешь?! Это же ску-те-р! Мне он нужен сейчас, а не через пять лет! Тогда мне вообще не до скутера будет!

Они направились к дому. Серёжа в отчаянии пнул камешек, валявшийся под ногами. Тот запрыгал по асфальту, а потом свалился в траншею, вырытую вдоль дороги.

Рядом с траншеей высилась насыпь свежей глины, лежали штабелем трубы. Всё это хозяйство ограждала натянутая бело-красная лента.

Серёжа пробежал взглядом по земляной насыпи и вдруг заметил, что из комьев глины высовывается какая-то штука. Проскользнув под оградительной ленточкой, Серёжа ухватил этот предмет покрепче и дёрнул.

— Фу! — сморщила носик Катя. — Зачем грязь берёшь?

Серёжа нырнул обратно под ленту и уже обстукивал находку об асфальт.

— Ого! — сказал он. — Кувшин. Медный!

Глазам ребят предстал позеленевший от времени металлический сосуд.

— Смотри, орнамент! — удивился Серёжа, отряхивая остатки глины.

По изогнутой поверхности кувшина вились и переплетались замысловатые узоры.

— Похоже, старинная штука, — сказала Катя. — А вдруг там внутри клад? Золотые монеты?

— Клад? — Серёжа потряс кувшин. — Вроде ничего не звенит.

Он поковырял ногтём верхушку сосуда и дунул на неё:

— Гляди — надпись!

Катя склонилась над кувшином:

— Точно! Похожа на арабскую, — сказала она.

— Айда ко мне! Предков до позднего вечера не будет. У меня и откроем!

И они побежали к Серёже домой.

Войдя в квартиру, ребята скинули обувь. Серёжа сразу же бросился открывать кувшин.

— Да погоди! — сказала Катя. — Давай сперва отмоем. Где у вас чистящее средство?

— Под ванной.

Катя взяла губку, обильно полила её чистящим средством и стала тереть кувшин. Запахло хлоркой, в ванну потекла грязь.

— Эй! — послышался чей-то возглас.

— Чего? — спросил Серёжа.

— Это не я, — сказала Катя.

— Откройте кувшин! — попросил кто-то. — Выпустите меня!

Катя осторожно поднесла кувшин к уху.

— Да выпустите же меня! Сломайте печать! — голос стал громче.

— Кто это? — спросил Серёжа.

— Это я, Факраш! Джинн! Разбейте печать Сулеймана ибн Дауда, заточившего меня в этот сосуд, и я исполню ваши желания.

— Хм. Где-то я это уже слышала… — Катя наморщила лоб. — А потом ты вылезешь и убьёшь нас?

— Нет! Я раб этого кувшина и не могу ослушаться воли его владельцев. Клянусь! — крикнул Факраш. — Сломайте печать Сулеймана ибн Дауда, и все ваши сокровенные желания исполнятся!

— А скутер? Сможешь?

— Разбейте печать и я добуду сто тысяч… эм-м… этих штук!

— Сто тысяч не надо! — сказал Серёжа. — Мне нужен всего один скутер!

Схватив кувшин, Серёжа побежал в комнату и достал ящик с инструментами.

Горлышко было залито чем-то твёрдым: на оттиске печати выступали полустёртые письмена.

Серёжа приставил долото и взмахнул молотком. Удар, — и печать раскололась.

Из горлышка повалил белый дым, и из него появился джинн.

 

* * *

 

Мотосалон находился в спальном районе, в подвальном помещении жилого дома. Игорь был студентом-вечерником, поэтому работа продавцом в ”Неистовом агрегате” его устраивала. Утром и днём посетителей было мало, владелец в это время не появлялся, и Игорь мог обложиться конспектами и как следует позаниматься.

Вот и сейчас, когда сессия уже на самом носу, Игорю по-хорошему нужно было бы достать учебник, но вместо этого он сидел за прилавком и читал фэнтези.

Второй продавец, Андрюха, позвонил утром и сказал:

— Игорёк, хаюшки! Сегодня не выйду. Скажи Петровичу: я заболел.

— Загулял? — подколол Игорь. — Хорошо, передам.

— Угадал! Пока! — хохотнул Андрюха и повесил трубку.

В Андрюхином закутке, под стопкой рекламных буклетов, лежала какая-то книга.

Игорь вытащил её и повертел в руках.

— “Заветный манускрипт”, — прочитал он заглавие. — ”Эдвард Грей”

Имя автора было знакомым, Игорь определённо его где-то слышал. Игорь, как и Андрюха, любил фантастику, но вкусы у них разнились. Андрей не переваривал русских авторов и читал только западных. Игорю, наоборот, нравилась русская фантастика, а от иностранной он был не в восторге.

На обложке книги был изображён сурового вида наёмник со здоровенным топором у пояса. Рядом стояла серьёзная девица, затянутая в кожаный боди с глубоким вырезом на груди.

— Хм… — пробурчал Игорь критически и открыл первую страницу.

Лучше бы он этого не делал!

Вместо того, чтобы готовиться к сессии, вот уже несколько часов он читал: как копыта коней сотрясают землю; как разведчики мчатся на юг в поисках Заветного манускрипта; как по следу за ними крадутся тёмные фигуры; как вороны простирают крылья над султанами шлемов; как враг, таинственный и непримиримый, неусыпно следит за бешеным галопом отряда, мчащегося навстречу с недоброй магией…

Игорь насыпал растворимого кофе в кружку, схватил с подставки чайник, и налил воды.

“Ну почему со мной ничего такого интересного не происходит? — подумал Игорь, отпивая. — Я бы сам не прочь оказаться в таком мире. Почему я должен сидеть в подвале и продавать мотоциклы?”

Отбросив горестные мысли, Игорь вернулся к чтению, но звонок входного колокольчика оборвал приключения героев.

Игорь поднялся и поспешил к стендам.

Посетители сразу не понравились Игорю.

Парень и девчонка выглядели вполне обыкновенно. Но взрослый был иностранец: индус или пакистанец, высокого роста с большим животом, наглыми глазами и крючковатым мясистым носом, а тело было какое-то рыхлое и даже воздушное. Черты лица дрожали и постоянно менялись, как в плохо настроенном телевизоре. Одет он был экзотично: просторная рубаха до колен, шаровары, туфли с загнутыми носами, а на голове чалма.

Продавец отвёл глаза: смотреть на индуса было неприятно — от этого голова шла кругом. “Странно, — подумал Игорь, — что иностранец и дети пришли вместе”. Игорь почувствовал неладное, но вот в чём дело — понять пока не мог.

Парень уже крутился у стенда, на котором стоял самый дорогой скутер, поэтому Игорь поспешил к покупателям.

— А сколько на нём выжмешь? — спросил паренёк.

— До двухсот километров. Это — гипер.

— О! — глаза паренька сверкали.

— Вот, только послушайте! — Игорь надавил на ручной тормоз, повернул ключ зажигания и включил стартёр.

Мотор сразу же завёлся.

— Это ”Барракуда ”, — пояснил Игорь, медленно отпуская тормоз. — Объём двигателя семьсот кубиков, четырехтактный, жидкостное охлаждение. Садитесь, почувствуйте: всё, что нужно этому скутеру — поддать газу, и вы как пуля полетите вперёд.

Глаза мальчишки блистали, и Игорь продолжал нахваливать скутер:

— Этот гиперскутер самый лучший: мощность, вес, размер — всё оптимально. Последнюю партию завезли на склад на этой неделе, но боюсь, что к понедельнику придётся заказывать ещё.

Индус повернулся к мальчику и спросил:

— Мой добрый господин, нравится ли тебе эта колесница?

— Да, Факраш! О таком скутере я только и мечтал!

— Если будете покупать, берите сейчас, — сказал Игорь. — Следующая партия может быть на пятнадцать процентов дороже. Сами понимаете: курс доллара растёт, а рубля падает.

Индус легко согнулся в поклоне, да так, что чалма коснулась туфлей с загнутыми носами.

— Эта колесница ваша, хозяин!

— Пройдёмте к кассе, оформим покупку, — сказал удивлённый Игорь.

Он ещё никогда не видел, чтобы кто-то кланялся так низко, тем более — мальчишке.

Игорь и необычный иностранец прошли из демонстрационного зала в магазин. Игорь начал пробивать заказ:

— Вы как будете платить: карточкой или наличными?

Индус улыбнулся:

— Факраш никогда не платит за то, что берёт. Однако ты был так любезен с молодым хозяином, торговец, поэтому я заплачу. Что ты предпочитаешь? Золото, изумруды, гранаты?

— Какие гранаты? — не понял Игорь, подумав, что ослышался.

— Чем тебе заплатить: драгоценными камнями или золотом?

— Наш мотосалон не ломбард, — сказал Игорь, понимая, что удачная продажа срывается. — Мы принимаем только наличные и карточки.

— Тогда не получишь ничего! — сказал индус, разворачиваясь. — Я возьму сам.

Игорь ужаснулся: Петрович его прибьёт за скутер!

Игорь сунул руку под прилавок и нащупал электрошокер, который владелец мотосалона держал для таких случаев.

— Предупреждаю, я звоню в полицию!

Но тут произошло нечто странное: в центре магазина возник вихрь. Он закружил, разбрасывая бумаги, мелкие аксессуары и рекламные проспекты. Воронка вихря налетела на Игоря, и магазин, со всеми товарами, кассой и прилавком, исчез.

Раздался хлопок: ноги Игоря потеряли опору, затем он ударился о землю и чуть не упал. Во всём теле он ощутил необычную лёгкость: ощущение похожее, когда весной холод внезапно сменяется теплом, когда разом снимаешь тяжелую зимнюю одежду, и кажется, что вот-вот — и ты полетишь.

Игорь ошарашено заозирался: он очутился на улице, но не рядом с мотосалоном, а в каких-то зарослях. Ветер приносил далёкие крики птиц, запах смолы и солёного моря, запах влажной травы и цветочной пыльцы. Невдалеке стеной стояли высоченные деревья, на небе сияло солнце.

Он отшатнулся. Шажок был мелкий, но Игоря отнесло чуть ли не на метр назад. Покачнувшись, он взмахнул руками, чтобы сохранить равновесие. Игорь заметил, что его кроссовки оставили две вмятины на мягком грунте ложбины, по которой протекал ручеёк. Больше следов не было.

Парень сделал несколько шагов.

— Ого! — воскликнул он.

Каждый шаг легко отрывал тело от земли. Пару секунд он летел по воздуху, а потом плавно опускался вниз.

“Мне всё это снится?” — промелькнуло у него в голове.

Игорь услышал какой-то звук и краем глаза успел заметить тень, упавшую с неба. Он инстинктивно присел. Воздух наполнился гудением, словно паруса затрепетали на ветру: как гигантская летучая мышь из кошмара, махая большими крыльями, над ним пронёсся птеродактиль. Да! Это был птеродактиль, летающий ящер: точь-в-точь как в научно-популярных фильмах.

“Ну, вот… — решил Игорь обречённо. — Похоже, я сошёл с ума”.

Но времени на сожаление не оставалось: птеродактиль сделал круг и начал снова пикировать на Игоря. Увернувшись во второй раз, Игорь закричал и бросился к ближайшему укрытию — деревьям.

Игорь бежал. Он летел, не разбирая дороги. Его бег походил на прыжки американских астронавтов, только вместо пустынной поверхности Луны, Игорь нёсся сквозь подлесок, росший между великанами-деревьями. В правой руке он сжимал шокер — единственное его оружие в этом незнакомом мире. Игорь бежал по джунглям, ветки и лианы хлестали по щекам. Он падал и поднимался, потом снова бежал, летел и падал. И так без конца.

 

* * *

 

Восторгу Серёжи не было предела! Собственный скутер!

Появившийся из магазина Факраш помог Серёже снять скутер со стенда. Они выкатили “Барракуду” по пандусу на улицу.

Серёжа завёл двигатель.

— Садись! — он указал Кате на место cзади.

— Я лучше посмотрю…

— Ну? Быстрей!

Катя запрыгнула на сиденье.

— Хозяин, — сказал джинн, исчезая. — Если я понадоблюсь, вы знаете, как меня вызвать.

— Ага! — весело крикнул Серёжа. — Держись!

Катя крепко обхватила его за пояс, и они поехали.

Повернув на набережную, они заметили впереди другой скутер.

— Это же Мосол! — радостно завопил Серёжа сквозь рокот мотора. — А сзади Лохматый!

— Догнать сможешь? — прокричала Катя ему в ухо.

— Ага! Сейчас я им устрою!

Серёжа газанул, двигатель послушно взревел: они быстро догоняли “Маджесту”. Минута, — и оба скутера притормозили и остановились на светофоре, пропуская поворачивающую фуру.

— И кто “гонщик”? — ухмыльнулся Серёжа.

Глаза у соперников стали круглые:

— Ого, да это же ”Барракуда”! Откуда?

Светофор загорелся жёлтым. Серёжа расхохотался:

— Устроим ”Париж-Дакар”?

— У тебя ”Барракуда”, это — гипер! — сказал Лохматый. — Она мощнее “Маджесты”!

— Что, сcыте?

— Сам ты ссышь, — набычился Мосол. — Давай!

Загорелся зелёный. Ребята газанули и понеслись по набережной. Опыта у Мосола было больше, поэтому он сумел выиграть на старте несколько мгновений и ушёл в отрыв, но скоро более мощная ”Барракуда” стала настигать ”Маджесту”.

Встречный поток ветра бил в лица и трепал волосы. Два скутера летели рядом, обгоняя редкие машины.

Потом Серёжа прибавил газу, и скутер послушно унёсся вперед. Катя обернулась и показала язык.

 

* * *

 

Остановив скутер у подъезда, Серёжа хлопнул себя ладонью по лбу:

— Куда ж скутер поставить? Меня дома вопросами достанут.

— А джинн тебе на что? — сказала Катя, соскакивая на тротуар.

— Верно! — Серёжа вытащил из рюкзака кувшин и потёр его.

— Слушаю и повинуюсь, хозяин кувшина! — сказал джинн, появляясь.

— Факраш, нам негде держать скутер. Дома у меня мало места, придумай что-нибудь!

— Прикажи, хозяин! И ты будешь жить в лучшем из дворцов этого мира!

Серёжа вспомнил, как они помогали с переездом тёте Маше и какой это был геммор — два дня собирать и таскать вещи.

— Нет, спасибо. Скутер надо просто поставить куда-то.

— А где такие колесницы хранятся, хозяин?

— В гараже.

— А что это?

— Ну, вот гараж Печёнкина, — Серёжа указал на железную коробку, приткнувшуюся между детским садом и помойкой. — Он инвалид, и поэтому его гараж не снесли, как остальные.

Лицо Факраша озарилось пониманием:

— Всё будет исполнено, хозяин. Не извольте беспокоиться. Я о вашей колеснице позабочусь.

Серёжа оставил скутер, и ребята побежали домой. Они жили в одном подъезде, Серёжа на третьем этаже, а Катя на седьмом.

Факраш подкатил скутер к гаражу Печёнкина, щёлкнул пальцами и амбарный замок раскрылся. Заскрипели несмазанные петли и ворота отворились: в центре почти всё пространство занимала ржавая инвалидная машина, а по краям на стеллажах громоздились ящики, коробки, сумки и пакеты, набитые всевозможным хламом и старыми вещами.

Места для скутера не было.

 

* * *

 

Деревья-гиганты расступились. Игорь выскочил на поляну и рухнул в изнеможении на траву.

Ласково светило солнце, и Игорю показалось, что он где-то в пригороде, — и что сейчас, в отдалении, раздастся гудок поезда, а потом он услышит шум проезжающей по шоссе машины, и привычный мир вернётся на круги своя. Ведь то, что случилось с ним — просто не могло произойти. А это значит, что он спит или…

Вдалеке прокричала птица. Сделав несколько шагов, он прислушался. Игорь вспомнил, как на него спикировал птеродактиль, поморщился, и стал осматриваться.

Нет, поляна явно не в пригородном лесу: густая трава, покрывавшая поляну, какая-то странная — вьющаяся; между цветами, вместо привычных шмелей и пчёл, деловито летают рогатые жуки, стрекочущие крыльями; деревья — великаны, раза в два выше самых высоких строевых сосен; над деревьями выступает верхушка скалы.

Постепенно дыхание успокоилось. Игорь решил встать, но тут на краю поляны задёргались папоротники.

Парень замер.

— Ур-уррр, — послышалось мягкое урчание. — Ур-ррр.

Звук стал громче, и на поляну, смешно переваливаясь на лапах, вышел динозавр: ростом человеку по пояс, а на носу маленький рог.

Обалдевший Игорь во все глаза таращился на динозаврика, который точь-в-точь походил на рисунки в книжках, только шкура у него была не зеленая, а фиолетовая.

— Привет, — сказал Игорь, вставая. — Ты откуда взялся?

Но динозаврик, испугавшись резкого движения и голоса, отпрыгнул от человека.

— Не бойся, малыш, — сказал Игорь и протянул руку. — Я не сделаю тебе ничего плохого.

— Кха! — фыркнул динозаврик, и, подпрыгнув, боднул Игоря остриём рога.

Резкая боль пронзила грудь Игоря:

— Ой! — крикнул он, отступая.

Но динозаврик уже примеривался для второго удара:

— Кха!

Увернувшись, Игорь вспомнил, что у него есть оружие.

— Вот ты как?! — сказал он, отцепляя от пояса шокер.

Маленький ящер снова попытался достать Игоря рогом, но тот был проворнее.

— Вот, получай! — Игорь включил шокер и ткнул им малыша в нос.

Раздался треск электрического разряда.

Динозаврик взвизгнул и бросился к краю поляны, не переставая громко верещать.

— Ага, не нравится! — сказал победоносно Игорь, выключая шокер.

В зарослях послышался разъярённый рык. Затрещали и заходили кусты на краю поляны, и прямо на Игоря вылетел динозавр, тоже с фиолетовой шкурой, но крупнее, ростом с Игоря. Маленький динозаврик, жалобно повизгивая, бежал сзади. Большой динозавр понёсся на Игоря.

“Его мамаша”, — мелькнуло у Игоря в голове, когда он отскакивал в сторону.

Игорь сумел увернуться, и динозавриха проскочила мимо.

Пока она поворачивалась, Игорь быстро выхватил шокер и активировал его. Разъярённая мамаша снова попыталась проткнуть рогом Игоря, но ему удалось в последний миг отскочить.

Тогда динозавриха сменила тактику: стала теснить человека к краю поляны. Игорь выставил перед собой шокер.

Сверкнула молния. Налетел вихрь, посыпались банки, кисти, ящики, коробки, какие-то тряпки, старые сапоги и ботинки. Потом что-то грохнуло, и с неба низвергся инвалидный автомобиль.

Сумка с пустыми бутылками упала на хвост динозаврику, а оцинкованное корыто рухнуло на голову динозаврихи. Оглушённая и ослеплённая, она взревела, и с корытом на голове, бросилась прочь. Испуганно верещащий динозаврик последовал за мамашей.

Игорь посмотрел на инвалидную машину и раскиданные вокруг старые вещи.

Он подошёл к автомобилю и, ещё не веря, осторожно коснулся капота. Нет, это не сон.

Игорь открыл дверь, сел на сиденье и заплакал.

 

* * *

 

Серёжа быстро сделал бутерброд с колбасой, затем схватил бумагу и ручку, и, прямо на кухонном столе, принялся составлять список желаний:

— Так… Значит, мне: новый комп. Что ещё? Планшет… Затем: игровую приставку с шлемом виртуальной реальности. Кате — телефон, который она хотела. Но этого мало… Ладно, спрошу её позже. Маме…

Серёжа в задумчивости погрыз ручку:

— Мама мечтала отдохнуть на Канарах… Так — три путёвки на Канары, в лучший отель… С папой всё просто — последнюю модель Мазерати…

Зазвонил мобильный.

— Привет, Катя! — сказал Серёжа. — Я список желаний составляю. Кроме телефона тебе что ещё нужно?

— Да погоди ты со списком! — сказала Катя. — Выгляни в окно!

Серёжа выглянул: у распахнутого гаража стоял инвалид Печёнкин, а рядом с ним полицейский. Они оживлённо обсуждали что-то, а внутри гаража одиноко поблёскивал новенький скутер.

Серёжа бросился к кувшину и начал ожесточённо его тереть. Из горлышка повалил дым.

— Смотри, что ты устроил! — крикнул Серёжа появившемуся джинну. — Как мой скутер оказался в гараже инвалида?

— Хозяин, но вы сами…

— Я? Здорово! И что мне теперь делать? Как с полицией и Печёнкиным объясняться?

— Не извольте беспокоиться, хозяин! — джинн сложил ладони, прижал их к груди и наклонил голову. — Я сейчас всё исправлю.

Факраш зашептал заклинание, сосредоточенно закатив глаза.

— Гляди, — крикнула Катя в трубку. — Их ураганом засасывает!

Серёжа посмотрел во двор и увидел, как в налетевшей воронке вихря исчезают инвалид и полицейский.

— Так, — сказала Катя. — Я мигом к тебе!

— Всё хозяин, — радостно доложил джинн, — исполнено! Можете не волноваться.

Серёжа ошалело посмотрел на пустое пространство перед гаражом:

— Факраш, ты что наделал? Куда они исчезли?

 

* * *

 

Папоротники раздвинулись, и на поляну вышел динозавр. Он был крупнее и выше самки, голову его венчал синий гребень, на носу — длинный острый рог. “Вот и папа”, — с ужасом подумал Игорь. Он сжался на сиденье инвалидки.

Динозавр деловито направился к автомобилю и боднул рогом капот. Машина заходила ходуном, заскрипели рессоры. А потом чудище прыгнуло.

Ящер взгромоздился на крышу, та затрещала и стала прогибаться. Лопнули стекла, а затем зазвенели осколки, выпадая из окон.

— Ааа-а! — задохнулся Игорь, понимая, что настал его смертный час.

Воздух задрожал, поднялся ветер, сверкнула молния, а потом ударил гром. Испуганный ящер, спрыгнул с крыши автомобиля и гигантскими прыжками скрылся в зарослях.

— Вот смотри, — сказал инвалид Печёнкин, появляясь в центре вихря. — Тут она стояла пока её не спёрли.

— Да вот же она! — сказал участковый Плешков и оглянулся. — Не понял… А куда делся гараж?

Печёнкин тоже ничего не понимал. Участковый и инвалид стояли и хлопали глазами: гараж и дома исчезли, но зато появился автомобиль; вместо многоэтажек их окружали могучие деревья.

Игорь выполз из разрушенной машины и бросился к прибывшим с объятьями.

— Наши! — крикнул он. — Люди!

— Эй, — сказал участковый Плешков, отстраняясь от Игоря. — Что вообще тут творится?

— Гад! — Печёнкин осознал разрушения, причинённые автомобилю. — Ты! Ща получишь!

Инвалид Печёнкин уже замахнулся кулаком, чтобы вмазать Игорю, но тут из зарослей показался динозавр. Раскрыв зубастую пасть, он бросился к людям.

— Берегись! — крикнул Игорь, отскакивая от несущегося ящера.

Полицейский ловко увернулся, а вот инвалид Печёнкин не успел: зацепившись ботинком за корень папоротника, он упал.

Динозавр был уже рядом и, наклонившись над жертвой, впился зубами в ногу инвалида.

Послышался хруст ломающегося пластика и треск брюк.

— Ой, — вскрикнул Печёнкин, отползая от ящера.

Динозавр прожевал протез инвалида, а потом, кашлянув, выплюнул обломки искусственной ноги.

Плешков, выхватил из кобуры пистолет и выстрелил в динозавра. Отдача жёстко толкнула участкового, он чуть не упал.

Но динозавру тоже не поздоровилось: пуля ударила ящера в плечо. Плешков выстрелил ещё раз, и раненый динозавр развернулся и побежал. Послышался затихающий хруст папоротников — чудище удалялось.

Участковый Плешков посмотрел на капли крови, испачкавшие руку.

— Синяя! — сказал он удивлённо. — Синяя кровь! — И, обернувшись к Игорю, спросил. — Что за ерунда?!

— Не знаю… Сам несколько часов по этому лесу бегаю. — Игорь пожал печами. — Хорошо хоть инвалидка появилась. Иначе, конец — сожрали бы.

— Дела, — протянул участковый и, сдвинув фуражку, почесал затылок.

— Так это они мне машину испортили? — инвалид приподнялся на руках и с ненавистью посмотрел на кусты, в которых исчез динозавр.

В невдалеке раздался крик: жуткий и чуждый.

— Это они так кричат, — пояснил Игорь и поёжился.

Крик повторился. Затем он зазвучал чаще, стал ещё громче. Послышался треск ломающихся зарослей и топот ног.

— Стадо… — испуганно сказал Игорь. — Там их целое стадо!

Кусты раздвинулись, и на поляну начали выходить ящеры. Впереди шёл раненый динозавр, из его плеча струилась синяя кровь. Стадо чудищ наступало, угрожающе ощетинившись рогами.

Полицейский присел.

Прогремел выстрел. Ящер, шедший впереди, приостановился: раздался рёв, в котором смешалась боль и ярость. Стадо рассредоточилось — чудища попрятались в папоротниках.

— Отходим! — приказал участковый Плешков и махнул пистолетом Игорю. — К скале!

— Братаны! Не бросайте! — взмолился инвалид, протягивая к ним руки. — В Афгане я вас бы не бросил!

Выстрел — и ящер, выскочивший из кустов, снова исчез в них, раненный пулей.

— Держи инвалида! — крикнул участковый.

Игорь подхватил Печёнкина.

— Отходим! — скомандовал участковый. — Тут не удержаться!

Проламываясь сквозь папоротники, они потащили Печёнкина к утёсу. Инвалид, помогая тащить себя, толкался единственной ногой.

Иногда Плешков останавливался. Он присаживался, гремел выстрел, и ближайшее из нападающих чудищ отступало. Остальные же продолжали наступать, постепенно беря людей в кольцо.

— Быстрей! — крикнул участковый.

И они побежали. Тройка людей большими прыжками понеслась по лесу к возвышающейся впереди скале. С Игоря градом лил пот, он задыхался: жара была несусветная, влажная; мошкара облепила потное лицо и кусалась, как сумасшедшая.

Игорь и Плешков изнемогали: хотя инвалид казался необыкновенно лёгким, но всё же бежать с ним было неудобно, они постоянно спотыкались об корни папоротников и падали.

— Проклятые заросли, — прохрипел Игорь.

— Братаны! Не бросайте на съедение! — молил Печёнкин.

Наконец они достигли утёса.

— Давай к расселине, — сказал участковый Плешков. — Хоть со спины не прыгнут.

Они подтащили инвалида к большой трещине, прорезавшей скалу. Бросив Печёнкина как куль, участковый и Игорь упали в изнеможении. Динозавры не спешили выходить на открытое место перед утёсом, и люди смогли перевести дух.

Из джунглей донёсся крик ящера, и эхом ему отозвался многоголосый рёв. Печёнкин перекрестился.

— Всего восемь патронов, — сказал полицейский, меняя магазин.

Игорь осмотрелся и начал подбирать камни.

— Ага, — участковый дослал патрон в патронник и с усилием взвёл тугой курок. — Всё же лучше, чем с пустыми руками.

— У меня есть шокер.

— Шокер тоже хорошо. Но не поможет. — Полицейский прикрыл глаза. — Сюда бы автомат. А лучше танк. Но какая отдача! И как легко дышится.

— Да, — Игорь сел рядом с полицейским. — Я как тут оказался — сразу заметил. Похоже, мы не на Земле. Тяготение тут другое.

— Я в этом не разбираюсь, но, похоже, — нам конец. Как тебя звать-то?

— Игорь. А тебя?

— Степан, — ответил участковый, протягивая руку.

Они пожали руки. Печёнкин продолжал бессвязно бормотать.

— Жаль, — вздохнул участковый Плешков и передвинул предохранитель на пистолете в нижнее положение. — Не увижу, как сын ходить научится. Ему — год.

— Думаю, — сказал Игорь, — это кошмар. Мы спим, а эта дрянь нам снится.

— Или белая горячка, — скривился участковый. — Но я уже три года в завязке.

Игорь нервно рассмеялся, затем смех перешёл в истерические всхлипывания.

— Смотрите! — инвалид Печёнкин протянул трясущуюся руку.

Игорь обернулся и похолодел от ужаса.

Раздвигая могучими плечами деревья, к ним приближался тираннозавр: ноги гиганта — могучие колонны, тысяча килограмм костей и мышц; бронированная шкура, по прочности не уступающая кольчуге рыцаря, блистает на солнце фиолетовым отливом; частокол зубов-клинков ощерился в разверстой пасти.

Игорь заметил, что за монстром идут ящеры: по сравнению с гигантом, они казались муравьями. Один из них открыл пасть: снова послышался мерзкий крик.

Гигант взревел в ответ, щёлкнул зубами и побежал: ноги мяли кусты и ломали подлесок, а когти вспарывали землю, оставляя следы метровой глубины. Тираннозавр приближался к ним скользящим шагом, уверенно и легко для десятитонной громадины.

— Вот и всё, — сказал побледневший участковый. Прислонившись спиной к скале, он стал целиться тираннозавру в глаз. — Из этой пукалки такого не уложишь.

Загремели выстрелы, но чудовище, как ни в чем небывало, надвигалось на людей.

Гигант обнажил зубы, и на людей пахнуло тухлятиной.

— Врёшь, падла фиолетовая! — инвалид Печёнкин подхватил глыбу и метнул её в приближающуюся пасть чудовища. — Десантуру так просто не сожрёшь!

Участковый Плешков лихорадочно давил на спусковой крючок, но патроны в магазине закончились.

 

* * *

 

Ребята ошеломлённо посмотрели на джинна.

— Куда ты их дел? — спросил Серёжа. — Ну-ка быстро признавайся!

— Не знаю, хозяин. Место как место. Я выбрасываю туда всё ненужное. И непочтительного продавца, который торгует… хм-эм… скутерами, я тоже туда выкинул.

— Какое место? — голос Кати задрожал от волнения. — Говори!

— Да не знаю, маленькая госпожа, — Факраш заворчал. — Я в этом не разбираюсь. Джунгли какие-то, бегают по ним здоровенные ящеры.

— А если они с людьми что-то сделают? — вскинулась Катя.

— Люди — это прах. Не стоят даже волоска с вашей драгоценной головы, госпожа!

— Да что ты такое говоришь! Мы, между прочим, тоже люди! — Катя стала наступать на джинна.

— Мы, джинны, не любим людей. Только — хозяев кувшинов.

— Сейчас же возвращай их обратно! — приказал Серёжа.

— Так они будут вопросы задавать, хозяин! — джинн попятился. — А нет людей — нет вопросов!

— Это приказ, джинн! — Серёжа погрозил джинну.

— Слушаю и повинуюсь, повелитель! Но не говорите потом, что я вас не предупреждал.

Джинн щёлкнул пальцами: во дворе засверкали молнии, ударил гром, налетел вихрь и закружил между детской площадкой и гаражом.

Из вихря выпал инвалид Печёнкин, за ним — участковый и продавец из мотосалона. Печёнкин как подкошенный, рухнул ничком на землю. Участковый и продавец, перемазанные с ног до головы грязью и чем-то синим, ошарашено заозирались по сторонам, а потом стали обниматься и плакать.

— Да-а … — протянул Серёжа.

— Ага, — Катя посмотрела на джинна. — Что-то нужно делать. Скажи-ка, Факраш, я вот не понимаю, как такой большой дядька, как ты, смог уместиться в таком маленьком кувшине?

 

* * *

 

Небо заволокли тучи, и вода в реке стала свинцового цвета. День был пасмурный и холодный, Катя и Серёжа шли по набережной.

— Ну же, — сказала Катя. — А то сейчас как хлынет.

Из кувшина неслись еле различимые крики.

— А он не вылезет? — Катя скосила глаза на кувшин.

Серёжа поднёс кувшин к уху: вопли Факраша стали слышнее.

— Не… Я суперклеем печать Сулеймана склеил. И сверху ещё залил — для прочности. Теперь тысячу лет простоит — фиг вырвешь.

— Давай!

— Жалко — я целый список желаний составил: не только себе, но и для родичей и тебя.

— А мне не нужны такие подарки — ворованные.

— Кто ж знал, что у него такие чудеса?

— Бросай! От этого джинна — одни проблемы: вон, Печёнкин в больнице. И хорошо ещё, что никто им не верит.

— Всё равно обидно. А, ладно! — и размахнувшись посильнее, Серёжа метнул кувшин в реку.

Кувшин с плеском упал в воду.

— Смотри-ка, не тонет! — воскликнула Катя.

Медный сосуд, почти полностью покрытый водой, болтался на волнах.

— А река ведь впадает в Каспийское море, — задумчиво сказал Серёжа. — Ладно. Надеюсь, что в ближайшую тысячу лет его никто не найдёт.

— Дождь, — воскликнула Катя. — Скорей!

И они побежали домой.

читателей   959   сегодня 3
959 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 8. Оценка: 3,88 из 5)
Загрузка...