Долгий путь

 

Когда рыцарь покидал столицу, его до блеска начищенные доспехи горели в солнечных лучах. Но уже на третий день они потускнели. Через неделю покрылись грязью. Затяжной осенний дождик размочил краску на дубовом щите и фамильный герб — сжатый кулак в латной перчатке — потек, словно оплавленный воск.

 

Из столицы он выезжал окруженный боевыми товарищами, попутчиками, шпионами и только боги знают, кем еще. Одних менестрелей увязалось четверо! Самые сильные полегли в схватке с людоедом, самых отважных утащила в болото умирающая виверна, самого богатого зарезали в пьяной драке в трактире. А самые умные и вовсе не покидали города, заранее зная, чем заканчиваются такие путешествия. Менестрели же испарились, едва стало ясно, что путешествие не будет ни коротким, ни безопасным. Чтобы сочинить балладу о торжестве справедливости, не обязательно рисковать драгоценной жизнью. И только черные вороны неизменно следовали за ним, насмешливо каркая над головой.

 

На двадцать девятый день рыцарь брел один, ведя охромевшего коня в поводу. Вокруг простирались настолько глухие и дикие места, что даже спать приходилось в доспехах. Он оброс бородой, пропах кислым запахом пота и чего похуже — нелегко справлять нужду в неудобной, громыхающей куче железа. Мир сузился до узкого полотна дороги, по которой он с упорством механизма каждый день отмахивал версту за верстой. Поля сменились степью, а затем вокруг вырос дремучий лес.

 

Он начал забывать, как выглядел его родной город, и не вспомнил бы имя собственного короля. Но даже самый большой шестопер в мире не смог бы выбить из его упрямой башки конечную цель путешествия. Он дойдет до замка дракона, убьёт проклятого змея и заберёт свою принцессу домой.

 

***

 

Дракон стоял у окна в верхней башни своего замка и смотрел в ночное небо. Тысячи тысяч звезд целились в него лучиками призрачного света. Тонкими, как копья в руках невидимых всадников. Он жил так долго, что помнил, как некоторые из этих небесных искорок разгорались ярче, а другие погасли навсегда. Теперь мысли об угасании беспокоили его самого. И так сильно, что пульс казался топотом копыт, на которых спешила сама судьба.

 

Он посмотрел вниз. Вокруг замка во все стороны простиралась безжизненная серая пустыня, а на горизонте едва заметно чернел мёртвый лес с окаменевшими деревьями, похожими на пальцы мертвецов. Всюду в беспорядке лежали остовы всякой утвари, остатки телег, ржавые обломки доспехов.

 

Когда Дракон хотел, он выглядел как обычный мужчина. Высокий, стройный, скуластый, с гривой черных волос, плавно опускающейся на плечи. Но даже в этом воплощении сквозь обсидиан упорно проступала платина седины…

 

***

 

Проснувшись, рыцарь отправился к ручью в лес. Он был осторожен: проверил ремешки на щите, обнажил меч и только после этого осторожно двинулся вперед. Ему было не по себе. Птицы хранили молчание, словно давшие обет монахи. Даже вороны куда-то запропастились. Может быть, их напугал его гремучий доспех. А может быть и чьё-то присутствие. В прошлом рыцарь чаще бывал на турнирах, чем в царстве деревьев и чувствовал себя здесь совсем чужим. Эх, если бы он знал, каким долгим будет его путь… Поборов минутную слабость, он двинулся дальше. За прошедший месяц воин уже почти свыкся с мыслью о том, что, скорее всего, идет дорогой в один конец.

 

Погруженный в свои мысли, он растерялся, когда встретился у ручья с бородатым мужчиной в зелёном плаще. Тот пил из ручья, а рядом лежал устрашающего вида боевой топор. Их глаза встретились, и удивление пополам с узнаванием разлилось на жестоком морщинистом лице. Подхваченный топор качнулся в воздухе, но меч оказался быстрее. Вскрикнув, злодей рухнул на землю, щедро удобряя ее кровью.

 

Пляска стали началась. Из кустов на шум выскочило еще трое оборванцев с оружием в руках. Одного, слишком сильно вырвавшегося вперед, рыцарь зарубил ловким ударом. И тут же его щит загудел от слаженных ударов меча и палицы. Вдобавок, над ухом предательски пропела стрела, а к ручью выскочили еще двое прекрасно экипированных бойцов. Вторая стрела с глухим стуком вошла в дерево в шаге от сражающихся.

 

 

Рыцарь рванулся влево, открывая правый бок для вражеского меча. Лезвие тут же разрезало ткань плаща и со скрежетом прошлось по нагруднику. Бандит с палицей успешно отбил атаку и замахнулся, метя в голову, но внезапно выронил оружие и рухнул лицом вниз. Из спины торчала стрела. В шагах ста от них несколько голосов яростно и испуганно закричали. Оставшийся на ногах противник опешил и не успел увести руку из-под удара. Закаленная в лучших кузнях столицы сталь прошла сквозь плоть и кость, отрубив кисть. Бросаясь вправо, чтобы уйти от возможной стрелы, рыцарь добавил мечом по ногам раненого и тот покатился по траве.

 

Оставшаяся пара мечников была хороша. У обоих были крепкие щиты и, поочередно атакуя, они загнали героя в глухую оборону. Он успевал лишь отражать удары и пятиться назад, виляя и оставляя между собой и невидимыми стрелками как можно больше деревьев. К счастью, лучники не то отстали, не то решили убраться куда подальше. Либо побежали за помощью — хотя об этом варианте рыцарь старался пока не думать. Его уже успели зацепить в левый бок, промяв нагрудник. А затем верный дубовый щит лопнул под сильным ударом. Его загоняли все глубже в чащу. Корни деревьев лезли под ноги и воин в любой момент мог споткнуться и упасть, чтобы никогда больше не встать.

 

Выручил его случай. Где-то далеко в лесу расцвела яркая вспышка и яростный раскат грома сбил на землю желтоватую листву с деревьев. Земля задрожала и один из мечников инстинктивно присел, заслоняясь щитом. А второй оступился, потеряв равновесие. И тут же умер. Атака последнего бандита в один удар разбила на части поврежденный щит и схватка продолжилась.

 

 

Когда они закончили, рыцарь еще долго сидел в своем громоздком и помятом панцире и тяжело дышал. Тело ныло и умоляло о покое. Сильно кровоточил порез на ноге, где меч последнего врага пробил сталь. Болела голова после скользнувшего по шлему удара. Он наклонился над последним трупом и закрыл ему веки. После чего захромал туда, где блеснул спасительный свет.

 

 

 

Ещё до того как израненный герой вышел на маленькую поляну, он почуял запах обугленной плоти. Еще дымящиеся трупы обоих стрелков лежали рядом с остатками какого-то сундука. На поляне в беспорядке валялось разбросанное взрывом снаряжение, припасы, обгорелые куски какой-то ткани, похожей на дорогой гобелен. Никого живого на стоянке разбойников не было, только возвратившиеся вороны насмешливо каркали и подбирались к покойникам. Рыцарь подобрал арбалет и всадил болт в одну из особо наглых птиц, после чего хрипло захохотал, глядя как возмущенная стая поднялась в небо.

 

Найдя бурдюк с водой, он напился вволю и наскоро перекусил. После чего отправился назад, к дороге. Кем бы ни были эти люди, они были мертвы, и беспокоиться нечего.

 

 

В счастливом заблуждении он пребывал не более получаса. Выйдя на дорогу он увидел, что конь убит, а возле кострища сидит тощий бледный мужчина в ярком дорогом одеянии. Незнакомец был совершенно расслаблен и даже слегка склонил голову на бок, словно прислушиваясь к чему-то. Между его ладоней парил ослепительно яркий сгусток огня. «Маг!»

 

— Никому нельзя верить, — с улыбкой обратился волшебник к рыцарю, — поэтому я всегда защищаю своё добро.

— Оно сгорело, — хрипло ответил рыцарь. Их разделял целый десяток шагов, а он был слишком измотан и изранен для того, чтобы плясать под прицелом огненного шара.

 

— Как и те, кто пытались его украсть, — снова улыбнулся маг, — меня устраивает.

 

— Они бросили своих товарищей, — поддержал его рыцарь, словно случайно делая шаг вперед. «Первый есть, осталось девять».

 

Маг скорчил пренебрежительную гримасу. Разбойники мало занимали его. Что верные своеобразному кодексу чести, что вероломные. Он посмотрел рыцарю в глаза и властным голосом приказал:

 

— Брось меч!

 

Тот не спешил, прикидывая, как бы сделать еще один незаметный шаг.

 

— Эта стрела соткана из огня и пробьет тебя насквозь. А продать я и труп могу.

 

Рыцарь нехотя бросил меч и уточнил:

 

— Продать?

 

— Лорд Зверь хочет получить тебя живым или мертвым. За живого платит дороже, поэтому я решил рискнуть. Ты можешь идти? За пару часов доберемся, если не раскиснешь.

 

Рыцарь устало опустился на колени, придерживая изодранный в битве плащ.

 

— Я никогда не слышал о лорде с таким именем.

 

— Зато он слышал о тебе. Уж не знаю, где ты перешел ему дорогу или, быть может, навредил его леди, но тебе крышка. От судьбы не уйти, друг мой.

 

— Я всего лишь шел за своей принцессой. Её похитил дракон.

 

— Я ничего не знаю о драконах. Они, разбойники, ты сам — все вы существуете как фон. Только магия достойна моего внимания и… постоянно требует денег! Но каждый золотой стоит этого. Тот, кто владеет магией, владеет всем, знает всё, видит всё…

 

В этот момент рука рыцаря наконец-то нащупала в потайном кармане плаща увесистый свинцовый шарик. Когда он был ребенком, то лучше всех бросал камни в цель. Рыцарь не забывал детскую забаву и продолжал тренировки даже после посвящения. Сейчас он запросто мог сбить с ветки неосторожную птицу. Что уж говорить о тонкошеем зазнайке, который так увлекся рассуждениями о своей обожаемой ворожбе, что проворонил роковое движение.

 

В последний момент волшебник все-таки отклонил голову и шар угодил не в переносицу, а в скулу. Увесистый снаряд с хрустом впечатался в лицо, и маг коротко вскрикнул. Волшебная стрела, парящая между его ладоней, растворилась в воздухе без следа. Потерявший спесь маг попытался сбежать, но рыцарь уже ухватил подол богато украшенного платья волшебника и потянул на себя, насаживая гаденыша на острие меча.

 

 

***

 

Принцесса была похожа на тех остальных, кто попадали в его когти сотни лет назад. Забившаяся в угол, перепуганная, ожидающая смерти в любой момент — эти маленькие дрожащие пичуги так забавны! Он в очередной раз подумал о том, что уже давно пора бы съесть её, но почему-то вновь решил не спешить.

 

Она сидела за столом в обеденном зале его замка перед нетронутым обедом. Тонкие, ухоженные пальчики нервно теребили расшитый край салфетки, но лицо девушки оставалось непроницаемо-спокойным. Дракон попытался вспомнить, старались ли сохранять спокойствие принцессы в дни, когда его крылатая тень наводила ужас на все окрестные королевства, но не смог. Слишком давно это было. Но ничего, теперь у него снова полно возможностей и времени! Внезапно змей пожалел о том, что выбрал слишком далекое от логова королевство и едва ли кто-нибудь приедет спасать её. Он уже стал забывать вкус рыцарей, запечённых в собственных доспехах. Но аромат свежеприготовленной конины забыть просто невозможно!

 

Он заставлял её надевать корону каждый раз, когда вызывал к себе. И сейчас Дракон любовался отблесками свечи на драгоценных камнях, также как изысканный гурман вкушает любимое вино. Эти камни казались ему чем-то родным и понятным: поколения женщин этого королевского рода носили их, рождались и умирали, а корона оставалась всё той же. Практически бессмертное произведение искусства, но… всё-таки не совсем. Дракон взял вилку и поднес к свече. Принцесса проводила его движение внимательным взглядом. Занятно, первые дни она начинала скулить от каждого его жеста, но сейчас, вроде бы… привыкла? Дракон посмотрел на то, как пламя нежно лизало сталь и снова подумал о рыцаре, который мог бы заявиться за своей возлюбленной. Почему-то вместо аромата жаренной конины эта мысль дыхнула холодом вечности. Той пустотой, в которой висят звезды и в которой они рано или поздно погасают.

 

Он почти с симпатией посмотрел на сидящую рядом маленькую смертную птичку, которая так страстно желала выгадать хоть пару мгновений у этой пугающей пустоты, у жестокой судьбы, которая бросила ее в когти величайшему из чудовищ этого мира. Пожалуй, он мог бы и отпустить её. Может быть. Конечно, если она будет послушной и вежливой. И свяжет ему на память какую-нибудь памятную вещицу.

 

***

 

— Я же говорил, этот оборванец сам найдет нас, — самодовольно заметил Лорд, которого враги и друзья называли за глаза одинаково — Зверем. Огромный плечистый мужчина с длинными вьющимися волосами походил на медведя, но Королева Теней хорошо знала, что скрывается за видимой неуклюжестью. — И было бы странно, если бы он заблудился — башня торчит посреди гигантской поляны, которую ты ещё и зачем-то расширила.

 

— Мой лорд, но почему тогда он застал нас врасплох? В невинном вопросе женщины спряталась тонкая, но ядовитая игла издевки.

 

В большом хрустальном шаре отражались комнаты первого этажа. Там израненный грязный человек из последних сил отбивался от стражников. Трое защитников башни уже лежали неподвижно и, похоже, к ним вот-вот присоединится четвертый. Бедняга лишился уха и части щеки и теперь больше мешал товарищам, чем помогал добить заявившегося рыцаря.

 

Зверь нахмурился. Когда вчера несколько латников пропали во время объезда окрестностей, ему действительно стоило поискать их. Но лорд слишком увлекся своей новой королевой и решил, что солдаты дезертировали в ближайшую деревеньку за вином. Трудно найти хороших слуг, если живешь в дремучем лесу, и все знают, что больше всего на свете ты любишь убивать.

 

Но вообще Зверя не слишком волновало, сколько бездельников положит чужак. Разбойники, алчный странствующий маг, его люди — главное, что эта внезапная прихоть Королевы Теней будет исполнена. Она вырвет сердце этого безумца и тогда… волнительная дрожь предвкушения охватила его большое сильное тело.

 

Лорд посмотрел на свою избранницу и почувствовал, как жидкое пламя ревности обжигает его жилы. Королева Теней внимательно смотрела в хрустальный шар, слегка прикусив губу. Тем временем, количество тел на полу увеличилось — кроме раненого рыцарь достал своим треклятым мечом еще одного ротозея и умело теснил оставшихся к выходу. На хлещущую из глубоких ран кровь он, похоже, не обращал внимание вовсе.

 

— Я сделаю это сам, — прорычал он, — и брошу его потроха к творим ногам!

 

Королева посмотрела на него бездонными тёмными глазами и Зверю показалось, что под этим непроницаемым черным омутом шевельнулось что-то новое и непознанное. Обещающее и, в то же время, пугающее.

 

— Окажите мне честь, милорд, — сладко улыбнулась она. —

Только поспешите, пока он сам не пришел сюда.

 

Лорд Зверь обратился в свой истинный облик. Вздувшиеся мышцы разорвали камзол и штаны, обнажая розовую кожу и длинный хвост. Когти на руках и ногах выросли до размеров ножей, а голова хищно вытянулась вперед. В пару секунд косматый великан превратился в пугающую помесь крысы, саламандры и волка. А затем зверь заревел, предъявляя права на жизнь каждого двуногого ничтожества под солнцем и луной.

 

Королева Теней посмотрела ему вслед и вернулась к шару. В нем рыцарь погрозил кулаком убегающим защитникам и захромал к камину, оставляя кровавые пятна на ковре. Вытащил из очага горящую головню и несколько раз взмахнул ей. После чего кивнул, словно соглашаясь с ходом собственных мыслей, и развернулся к лестнице. Навстречу спускающемуся монстру.

 

 

***

 

Дверь в её комнату распахнулась с такой силой, что со стен посыпались пыльные картины и пронзительно ухнули о пол старинные бронзовые часы. Окровавленные латы рыцаря были смяты и пробиты во многих местах. Сам он шатался, едва переставляя ноги. Но рука по-прежнему крепко держала меч, а другая несла отрубленную голову её бестолкового лорда.

 

Королева теней стояла возле хрустального шара, в котором больше не происходило ничего интересного.

 

— Миледи хотела познакомиться со мной. Я пришёл, — в глухом голосе рокотал вулкан и навзрыд плакали призраки. Рыцарь сделал еще несколько шагов и швырнул ей голову, но промахнулся, и мертвый кусок плоти отлетел в сторону, повалив на пол статую какого-то языческого божка с веретеном.

 

«Рокотор, владыка судеб,» — машинально отметила Королева, словно это еще имело какое-то значение. Нити, из которых она так старательно ткала полотно о любви и ревности, страсти и смерти, обиде и кисло-сладком возмездии — всё разорвалось, вспыхнуло и обратилось куском плоти посреди разбитых глиняных черепков.

 

И только мужчина с окровавленным мечом в руке остался таким же, каким начинал свой безнадежный путь. Королева с удивлением отметила, что её пульс подозрительно участился, а белоснежный резец непроизвольно покусывает нижнюю губу.

 

А затем рыцарь рухнул без сознания, так и не выпустив из руки клинок.

 

 

***

Дракон стоял перед камином и смотрел, как огонь доедает остатки сломанной прялки. С легким удивлением он осознал, что совсем не хочет оборачиваться. Принцесса, тем временем, сидела за столом и ела запечённую утку. Руками. Шумно чавкая и вытирая пальцы о скатерть. Корона при этом лежала на столе, между миской с салатом и супницей.

 

— Принцессы так себя не ведут, — холодно заметил он, глядя на танцующее пламя.

 

— Принцесса здесь я, значит мне и решать, как себя вести.

 

Дракон не уставал удивляться переменам, случившимся в последние дни.

 

— Я похитил и сожрал множество принцесс и, можешь быть уверена, знаю, как им надлежит вести себя!

 

Наглая девчонка лишь пожала плечами и продолжила пожирать свой ужин. Я проглочу её. Сейчас. — подумал дракон. Гнев раздувал его ноздри, а сердце молотилось, словно гномский молот о череп тролля. — Сейчас же!

 

Принцесса отодвинулась от вспыхнувшего стола и недовольно посмотрела, как догорают остатки утки. Затем перевела взгляд на дракона.

 

— У, какой! Ну давай, наверни кружок вокруг замка в чешуе своей. Как третьего дня, когда я цацку, — она кивнула на корону, — к завтраку не взяла. А то не успокоишься теперь, все портьеры пожжёшь… — И, кошкой увернувшись от брошенного кубка, отправила в ответный полет забытую кем-то на столе книгу. Богато изукрашенный трактат разумного саблезубого тигра Ррорра «о предопределённости и Предназначении в жизни парнокопытных» соприкоснулся с драконьим лбом и отлетел в угол.

 

 

***

Рыцарь плыл в тумане беспамятства. Он слышал голос принцессы, касался её тонких пальцев и страстно впивался в раскрытые губы. Рвался со всей возможной страстью, но всякий раз проваливался в пустоту. И только эхо её голоса не давало утратить надежду на спасение.

 

А потом открыл глаза.

 

Он лежал на большой мягкой кровати, залитой солнечным светом. Раны были перевязаны и уже почти зажили. Рыцарь был выбрит, вымыт и одет в просторную белую рубаху. Давно забытое ощущение чистоты охватило его, но кое-что мешало воителю полностью раствориться в океане блаженства. У его постели сидела Королева Теней и задумчиво смотрела на него.

 

Неловкое молчание повисло между ними, словно вор, ухватившийся за карниз замка. Рыцарь учтиво кашлянул:

 

— Благодарю вас, миледи. Вы кажется спасли мне жизнь.

 

Она улыбнулась:

 

— Это доставило мне удовольствие.

 

— Надеюсь, я не слишком стеснил вас?

 

В ответ Королева Теней повела плечом и улыбнулась:

 

— Нет. Вовсе нет.

 

И, помолчав, добавила уже серьезно:

 

— Я виновата перед тобой и хочу искупить вину. Раньше я хотела вырвать твоё сердце и бросить его к ногам принцессы. Но теперь понимаю, что ошибалась. И знаю, как всё исправить. Давай все сделаем, как в сказках? Хочешь спасти принцессу из когтей дракона?

 

Она снова улыбнулась, но другой улыбкой, холодной как звездный свет.

 

— Хочу! Где он?

 

— В своём замке, посреди безжизненной пустыни. С тех пор, как я покинула его логово, всё пришло в запустение.

 

— Ты… хорошо, хм, знаешь дракона?

 

— Очень хорошо, — в голосе женщины лязгнул металл, — я знаю его лучше, чем он сам. Мы… познакомились ещё в те годы, когда он действительно мог сожрать небольшое королевство на обед, а не занимался самообманом и цирковыми представлениями. Тогда он был совсем другим, а сейчас… Сейчас ему просто не хватает смелости посмотреть в зеркало. Но ему придется и очень скоро.

 

Рыцарь решил не вдаваться в странные и запутанные отношения этих двоих. Вместо этого он решил сосредоточиться на главном:

 

— Если знаешь, где логово, давай собираться.

 

***

 

Они собрались в дорогу через несколько часов, которые ушли на то, чтобы подобрать рыцарю приличное платье. После чего они остановились напротив огромного зеркала в покоях королевы. Она встряхнула черными, как крыло ворона, волосами, и те сплелись в высокую прическу. Рыцарю стало не по себе: их отражения становились все бледнее, а отраженный мир заполняла тьма. В которой кое-где проблескивали звёзды. Королева Теней взяла его за руку и они шагнули в зазеркалье.

 

Это был самый короткий путь, но они здесь были не одни. Сначала королеву и рыцаря сопровождал мёртвый людоед, затем где-то под призрачными звёздами промелькнула тень виверны. Знакомый разбойник наполнял флягу у ручья, а двое его друзей дрались за обгоревший сундук.

 

— Чтобы дойти до замка дракона, нужно стать им, — сказала Королева Теней. Каждая пролитая капля крови — шаг на пути к нему.

 

— Я прошагал достаточно?

 

— К счастью для тебя, нет. Но я проходила эту дорогу много раз и проведу тебя.

 

Рядом с ними из ниоткуда в никуда брёл маг в окровавленной мантии. Он неодобрительно косился на рыцаря и укоризненно поглядывал на его спутницу. Но сделать ничего не мог — в этих краях магия была бессильна. А Лорд Зверь даже не обратил на них внимания. Он долго носился туда-сюда под звездами и затем скрылся из виду. Лишь когда на небе засияла луна, вдалеке раздался его протяжный вой.

 

Дальше шли незнакомые рыцарю люди. Многие были закованы в доспехи, иные в мантии или богатые купеческие одежды. Женщины, дети, причудливые чудовища — чем больше он видел призраков прошлого своей спутницы, тем отчётливей понимал, как же ему повезло, что он так и не добрался до замка дракона. Он сжал её пальцы и прошептал «спасибо». А королева в ответ указала на луну и, когда рыцарь всмотрелся в яркий желтый диск, то понял, что никакая это не Луна, а огонёк свечи. Вечная ночь растаяла и теперь они стояли в коридоре, перед огромными дверями, сделанными из белого золота. Путь, который должен был стать для рыцаря последним, закончился.

 

 

***

 

Когда Королева Теней вошла в зал, принцесса надменно сидела на троне. Их глаза встретились. Ранее юная дева никогда не видела эту высокую статную женщину с черными волосами и спрятанной в уголках губ печалью. Но сразу поняла, с кем имеет дело. Принцесса подалась вперед:

 

— Зачем пришла? Здесь ничего твоего нет.

 

Королева Теней много раз видела девчонку с той стороны зеркал. И ненавидела этот горделиво вздернутый носик, упрямый подбородок и, конечно же, эту восхитительную юность и смелость.

 

— Я привела к тебе кое-кого. — На дне спокойного голоса гостьи перекатывались валы торжества. — Твоего друга.

 

В этот момент в зал вошел Рыцарь в белоснежном плаще и алом жилете. В руке его пылала красная роза, другая несла аппетитное красное яблоко.

 

Рыцарь улыбнулся. Принцесса ошеломленно молчала. Затем, сквозь удивление, надменность и растерянность наконец проступила радость узнавания, и девушка спрыгнула с трона и побежала к своему спасителю.

 

***

Дракон, как это часто бывало, появился внезапно и грозно, но никто не обратил на него внимания. Принцесса уходила под руку с рыцарем, который не собирался отбивать ее острой сталью и даже доспехи куда-то подевал. На шум крыльев и громкое рычание они не обернулись — принцесса что-то прошептала спутнику на ухо и тот обидно рассмеялся.

 

Дракон с вопросительно посмотрел на Королеву Теней. Та наморщила нос и сделала пренебрежительный жест. Дракон ничего не ответил, лишь съёжился в размерах и превратился в мужчину с искрами седины в бороде и усталыми глазами. Он медленно поднялся по ступенькам к трону, неодобрительно покосился на окна, сквозь которые теперь бил яркий солнечный свет, и опустился в старое и неудобное кресло.

 

Прохладные пальцы королевы опустились ему на лоб, даря покой и блаженство. Повисла затянувшаяся пауза, где блаженство постепенно перетекало в неловкость.

 

— Молодежь утратила всякие манеры! — нашелся дракон.

 

— Угу, — многозначительно хмыкнула королева, массируя ему виски.

 

— А рыцарь? Он-то хоть хорош? Не слабак?

 

— Хорош, — ответила та. — Очень хорош.

 

Дракон повернулся и внимательно посмотрел на Королеву Теней, но сник под ее взглядом.

 

— Больше никаких принцесс? – спросила она.

 

— Никаких, — сокрушенно ответил дракон.

 

***

 

Они вышли из замка на гигантскую равнину, где их дожидалась запряженная парой черных коней телега. В ней лежали доспехи, меч и щит со знакомым гербом. Зеленая равнина вдалеке переходила в лес, к которому вела широкая мощёная дорога. Воитель удивился: ему казалось, что замок дракона должен находиться в более мрачном краю.

 

Рыцарь осмотрелся. Места были незнакомые, и он не знал, в какой стороне находится их королевство. Но обострившееся в последнее время внутреннее чутье подсказывало, что всё будет в порядке, если держаться этой дороги. И как можно скорее убраться отсюда.

 

***

 

— Мой избавитель, ты спас меня! Как только домой вернемся, сразу поженимся! А мы скоро приедем?

 

— Через месяц. Или два.

 

— Скажу папеньке, чтобы перед свадьбой пожаловал твоему отцу приличный надел. А то у тебя за душой и нет ничего, небось. Фрейлины засмеют.

 

— Кхм…

 

— И к делу тебя надо пристроить серьёзному, хватит мечом махать. Вон как осунулся весь, ненаглядный мой. К казне поставим, а то папенька не вечный, пора и нам к управлению готовиться.

 

— Ммм, принцесса?

 

— А у тебя есть сестра? Выдадим за старого лорда Джайла и когда он… что ты говоришь?

 

— Я сам решу, чем буду заниматься. И медяки считать не буду. И не тебе судьбу моей сестры устраивать.

 

— Эй, может быть ты забыл, но…

 

— Цыц.

 

   

читателей   624   сегодня 1
624 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...