Гостям здесь рады

 

Кондиционированная прохлада просторного кабинета позволяла забыть о царящей снаружи духоте позднего лета. Одетый в штатское майор ФСБ Лишенов Андрей Юрьевич, зная, что начальник давно ждет его появления, решил не испытывать терпения руководителя, а прямо с порога проследовал к отделанной лакированными дубовыми панелями стене кабинета, где удобно расположился плазменный телевизор. Вставив карту с видеозаписью и обернувшись к начальнику, дождался легкого кивка седой головы, после чего на специальном пульте управления ввел код доступа. Оживший экран отобразил комнату, обстановка которой разительно отличалась от окружающей зрителей.

***

В небольшой комнате с низким потолком и маленьким зарешеченным окном находились двое не старых мужчин, которых с натяжкой, но еще можно было назвать «молодыми людьми». Один из них был прикован наручниками к стулу, в свою очередь привинченному намертво к каменному полу. Второй, одетый в серый с отливом костюм — тройку, являлся ни кем иным как Лишеновым, сидящим напротив первого парня за столом. В руках он держал дымящуюся сигарету. Смачно затянувшись, выпустил струю дыма в направлении пародии на окно. Всем своим видом он демонстрировал желание оказаться как можно дальше от казенных стен, с облупившейся местами краской, и вездесущих мух, бьющихся о стекло. От издаваемого ими жужжания он морщился как от зубной боли. Получив сигнал от кого-то за кадром, кивнул, глянул на часы, поднял со стола заранее заготовленную бумагу и стал читать.

— Сегодня, шестое августа. Пятнадцать часов десять минут. В СИЗО №1 города Ковров проводится допрос Ильина Артема Александровича, тысяча девятьсот восемьдесят пятого года рождения.

— Я говорил. Меня зовут иначе.

— Передо мной ваш паспорт… Он ведь ваш? – Лишенов подхватил со стола и раскрыл перед лицом Ильина соответствующий документ.

— Да мой, но зовут меня иначе.

— И как же? – с некоторой издевкой произнес дознаватель, изобразив на лице преувеличенное внимание.

Худой, с болезненного вида глазами арестант молча отвернулся от допрашивающего.

— Так вот, Артем Александрович, мы начинаем ваш допрос. Вам разъясняется, что вы имеете право на адвоката. В соответствии со статьей пятьдесят первой Конституции имеете право отказаться давать показания в отношении себя и своих близких родственников…

— Я знаю все это! – с тоской воскликнул Ильин. – До вас мои права, то есть то же самое, мне зачитывали еще пять человек. Правда, никто из вас так и не удосужился их соблюсти.

— … одновременно, вам разъясняется, что все ваши показания в последствии будут использованы в качестве доказательства в суде, даже в случае дальнейшего отказа от них. Сообщаю вам так же, что наш разговор будет записываться видеокамерами. Вы согласны давать показания?

— О чем?!

— О том, как дошли до жизни такой. – голос допрашивающего оставался спокойным.

— Всё очень сложно. Вы слушаете, но никак не можете услышать. Все ваши предшественники сначала смеялись надо мной, а потом только пучили глаза и пытались выдавить из себя хоть слово.

— Ну, а вы попробуйте. Вдруг мне повезет.

— Вы считаете себя лучше остальных? – с прищуром поинтересовался арестованный. – Я уже никому не верю. Я мог быть полезен, но пока убедился лишь в том, что польза, которую я мог бы принести вам, не является синонимом блага или добра. Я просил, чтобы со мной поговорил представитель высшей власти в вашей стране…

— Нашей стране?.. – С улыбкой перебил дознаватель. – Может вам хотелось бы сразу с Президентом пообщаться?!

— Было бы неплохо. – зло произнес названный Артемом.

— Ладно, извините, – примирительные нотки прозвучали в голосе допрашивающего неожиданно. – Я представитель ФСБ Лишенов Андрей Юрьевич. Вы знаете, что такое ФСБ?

— Да… Думаю я понимаю.

— Вот и отлично. Раньше вас допрашивали «местные». Я же — представитель федеральных властей. Мы не зря установили в этом захолустном СИЗО видеокамеры. Ваши показания будут продемонстрированы высшему руководству. Конечно, если в них будет действительно что-то интересное. Пока же вы просто напугали своими фокусами пару провинциальных идиотов. Плюс причинили тяжкие телесные повреждения бригаде медиков и своему сокамернику. Кстати, за что вы его так? Ожоги сорока процентов кожи — страшная травма.

— Он покусился на мою честь.

— Как вы это сделали?

— Переполнил каналы его токов энергией.

— Э-м, давайте начнем все сначала. Не хотите ли закурить?

— Нет, и вам посоветовал бы бросить эту привычку.

— Обязательно учту. Расскажите, пожалуйста, по порядку все, что вы хотели довести до сведения моего руководства. Поверьте, это другой уровень. Возможно, мы решим все ваши проблемы.

— Думаете… Ну, хорошо. – арестант повернулся к видеокамере, продемонстрировав зрителям саркастическую ухмылку, несколько мгновений раздумывал о чем то, а затем стал говорить. – Меня зовут Артемис. Ни фамилии, ни отчества у меня нет. Таким как я в моем мире не положены имена благородных. Я не знал имени своего отца, так же впрочем, как не знал и матери. Имя я придумал, находясь уже в вашей реальности.

— Почему именно «Ильин»?

— Это так важно?

— Да искренние ответы на подобные вопросы дадут представление о степени достоверности всего вашего рассказа.

— При первой встрече я пытался объяснить местным жителям, что не из этих мест, конечно на своем языке… Записали Ильин, хотя я произносил ал’иэнус – чужеземец.

Два года назад, по вашему исчислению, я попал в этот мир. Я не знал языка, не мог общаться. Записавшие мою «фамилию» добрые люди, отвезли меня в больницу. Ваши врачи решили, что я иностранец с заболеванием связанным с потерей памяти. Я не помню, как они его называли. Пытались искать моих родственников. Конечно, безрезультатно. Во время «лечения» я учился языку и навыкам, нормам общественного поведения. Много смотрел фильмов — очень интересное изобретение. Когда научился, стал читать. Вообще, меня обучили многим элементарным и не очень вещам. Через полгода направили в другой центр для реабилитации. Паспорт мне выдали перед тем, как выписали из центра. Имя, указанное в нем, практически совпадает с моим собственным — Артемис. Про фамилию я объяснил, а отчество… Я просто использовал самое популярное имя в вашей стране.

Лишенов несколько раз кивнул, отмечая что-то на бумаге. Тем временем допрашиваемый продолжил свой рассказ.

— После выписки, прослонявшись пару дней по улицам города. Оказавшись на улице, я не знал, что дальше делать со своей жизнью. Я прекрасно понимал, что домой мне попасть не суждено, но и здесь я оказался никому не нужен. Как ни странно, при большом количестве простых добрых людей, в вашей стране на удивление безразличная к их нуждам власть. Не завидую вашим калекам, если, обеспечив сохранение их жизни, ваши чиновники от медицины так же выбрасывают их на улицу, как и меня. Извините, это было простое размышление. – Ильин с некоторым опасением посмотрел на собеседника.

— Что вы?! Продолжайте. Мне очень интересно.

— Что ж… Немного познакомившись с вашей культурой через книги и кино, я решил, что могу быть полезным во многих сферах. Мне некуда было идти, я надеялся на помощь и понимание. По телевизору ваш Правитель, то есть Президент и его приближенные часто заявляли, что готовы выслушать конструктивные предложения по повышению «качества жизни», потому я и обратился к представителям власти со своей историей.

— После этого вас поместили в психиатрическую лечебницу?

— Нет. Меня хотели поместить туда, но я не позволил.

— Каким образом вы не позволили?

— Я не дал им этого сделать.

— Это понятно. Меня интересует, каким образом?

— Я вынул из их оболочек астральное наполнение.

— Я не понимаю. Не могли бы вы объяснить поподробнее?

— Я не знаю, как вам объяснить. Я не могу подобрать аналогии в вашем языке. Как ни странно, кроме так называемой классической литературы, для общения мне больше всего пригодились книги, которые у вас многие презрительно называют сказочками — фентези. Если не можете меня понять почитайте что-нибудь из этого жанра, возможно, станет понятнее. Пока могу сказать только, что просто вынул из их тел астральное наполнение — духов, которые управляют материальными оболочками! – выпалил Артемис и стал наблюдать, верит или не верит ему собеседник.

— Вы случайно не души имеете в виду?

— Не знаю, — он призадумался. — Да, возможно. Из прочитанного не могу сделать выводы, насколько понятие душа соответствует тому, о чем я говорю. Пока, если вам удобно, давайте называть это душой. Думаю — это достаточно близкое понятие.

— Так каким же образом вам это удалось?

— Я просто растянул энергетические токи. Они не должны были умереть! Ведь они же остались живы?!

— Да, но вы причинили им вред, поэтому вас теперь держат здесь.

— Меня пытаются держать здесь. Если бы я этого не хотел, то не сидел бы здесь с вами. – явно расслабившись заявил Артемис.

— В каком смысле пытаются? – на записи Лишенов подался вперед, наклонившись над столом стал осматривать арестованного.

— Я делаю то, что мне нужно. Мне был нужен контакт с вашими правителями. Я этого добился. Теперь я хочу узнать, возможно ли между нами сотрудничество. Методы которыми вы добиваетесь покорности мне понятны, но я их не одобряю, потому не позволю удерживать меня здесь дольше, чем того требуют мои цели. – говоря это, Артемис положил локти на стол и подпер подбородок сцепленными в замок руками.

***

Заинтересованный произошедшим начальник Лишенова в своем кабинете перематывал запись раз за разом, но складывалось полное ощущение, что подозреваемый провел руками прямо сквозь металл.

— Я вас предупреждал, Олег Ефремович. — Чуть позади кресла смотрящего шевельнулся на своем стуле майор. – У меня у самого до сих пор по спине мурашки бегут, но дальше будет интереснее.

Названный Олегом Ефремовичем молча нажал пару кнопок, после чего воспроизведение записи началось с того же места. На записи Лишенов не сразу приступил к дальнейшему допросу. Сначала его рука метнулась к расположенной за спиной на стене красной кнопке с трафаретной надписью «тревога», но он тут же восстановил контроль над собой и уже через пару мгновений с почти спокойным лицом обратился к собеседнику, указывая на его руки.

 

***

— Артемис, как вы это сделали?

— Что это?

— Вы меня прекрасно поняли.

— Ах, этот маленький фокус. Я думаю, у вас принято называть это магией.

— Вы надо мной издеваетесь?! – нервно рассмеялся Лишенов. – Какая магия? Не морочьте мне голову. Я еще раз спрошу у вас…

В стоящем на столе стеклянном графине, сама собой закипая, забурлила вода. Старающийся казаться невозмутимым, Лишенов продолжил.

— …а каким образом вы обездвижили на четверо суток бригаду санитаров психиатрической лечебницы?!

— А я вам еще раз отвечу. Тем же способом, которым обеспечил вам так желанную тишину в этом помещении. – Артемис жестом фокусника развел руки в стороны.

Лишенов на несколько секунд замолчал. Прислушался к окружающей тишине. Огляделся.

— Я опять не понимаю. Вы о чем?

— Я же говорил. Вы не умеете слышать. Гляньте на окно.

Лишенов встал со своего места и подошел к окну. Выглянул наружу на закрытый внутренний двор СИЗО, где осужденный катил тележку с огромными алюминиевыми баками.

– Ну и?

— Вы безнадежны, – Артемис картинное хлопнул себя ладонью по лбу. – Гляньте на подоконник.

Уже начиная что-то понимать, Лишенов опустил взгляд в указанном Артемисом направлении и увидел, что не так давно раздражавшие его мухи лежат без движения.

— Господи, да как вы это делаете?!

— Вы уже шестой кому я пытаюсь это безрезультатно объяснить. Это магия!!!

— Но как?

— Вы меня вообще слушали?

— Да… Понятно… Продолжайте. – растерявшийся Лишенов, теребя галстук сел обратно на свое место, всем видом показывая как он заинтересован в собеседнике.

— Так вот я растянул в их телах астральное наполнение. Души, если хотите. Так же как и в этих мухах.

— Разве у мух есть душа?

— Я не знаю, что вы подразумеваете под термином душа. Могу только сказать, что все живое во всех мирах управляется астральным наполнением — духами.

— А что происходит с этими духами после смерти тела? – Вопрос родился спонтанно и не был согласован с начальством, но по лицу Лишенова на видеозаписи было видно, что он просто не смог от него удержаться.

***

Вновь остановив воспроизведение, Олег Ефремович повернулся и иронично глянул на Лишенова. Тот, улыбаясь, ответил на невысказанный упрек. – Ну кто бы на моем месте устоял? Такие экземпляры попадаются раз в два-три поколения… Тем более, как покажут дальнейшие события, он, пожалуй, действительно мог ответить.

Отвернувшись, начальник покачал головой, отчего Лишенову явственно представился его голос тянущий сакраментальное: «Эх, молодеж-жь…». Тем временем на экране возобновилось воспроизведение записи.

 

***

Артемис расхохотался. Лишенов смотрел на него как обиженный ребенок, но не произносил ни слова.

— Кажется вы, наконец, стали меня слышать. – лицо гостя из другого мира светилось понимающей, но от того еще более лукавой улыбкой. — Ваши предшественники примерно на этой стадии чуть не падали в обморок, почище девиц из кинофильмов.

— Заканчивайте злорадствовать и продолжайте рассказывать. Будем считать, что я вам верю. – Лишенова явно стала раздражать манера допрашиваемого вести разговор с позиции превосходства. Он понимал, что давно упустил инициативу в их разговоре и выглядит действительно до смешного глупо, а потому излучал решимость которая предавалась даже на видеозаписи.

— Что же, продолжим. Так вот, мне пришлось обезопасить себя от ваших медиков. Я слишком хорошо за почти два года нахождения в больницах понял, что означает термин «седативное». Как-то совсем не улыбалось проваляться в больничной палате несколько дней. А потому, аккуратно растянул им управляющие токи. Это как раз то, что они хотели сделать со мной своей химией. Должны были восстановиться через три-четыре дня.

— Да, первые двое уже в порядке.

— Я рад, что они не пострадали.

— Судя по тому, что вы рассказываете, вы могли их и убить?! — поинтересовался Лишенов. – Вы могли бы научить кого-нибудь из нас, например меня, такому манипулированию?

— Ай-яй-яй, Андрей Юрьевич! Своими устремлениями вы утверждаете меня в мысли, что я зря искал с вами контакта. Учитывая, что в вашем мире нет магов, такое знание может стать ультимативным оружием, не так ли? – Артемис разочарованно смотрел на Лишенова, покачивая головой.

— Да, вы правы, но не подумайте, что я или те, кого я представляю, такие уж злодеи. Мы использовали бы это знание в благих целях…

— Вы сами-то себе верите? По вашей ауре я читаю все эмоции. Без соответствующей тренировки меня невозможно обмануть.

— Я не пытался. Да, вы правы. Конечно, в первую очередь я подумал о военном применении ваших уникальных способностей, но сами подумайте, какой прорыв возможен в медицине…

— Андрей Юрьевич, я выгляжу молодо, но на самом деле мне почти сорок лет. Рассказать вам, почему я оказался в этом мире? – особо выделив, слово «почему» Артемис выпустил воздух и поник всем телом, словно из него вытянули внутренний стержень.

— Да, конечно!

Артемис глянул в объектив видеокамеры.

— Я рассажу вам. В моем мире люди не более чем рабы. В последнее время даже шли разговоры о том, чтобы отказать нам в статусе разумной расы. Эльфы… Не делайте такое лицо. Именно эльфы. Ваши фантасты и сказочники не с потолка их взяли… Когда вы так на меня смотрите я не могу рассказывать.

— Извините.

— Некоторые расы обладают врожденной способностью к магии. Люди в число счастливчиков не входят. Мы обладали крохами магического дара, но его приходилось развивать. В то время как любой эльф способен манипулировать энергиями астрала с пеленок, у людей уходили долгие годы на овладение магическим искусством. Занятия эти были полезны обществу, однако, угнетали самих носителей дара. Что-то похожее, как я понял, происходит с вашими магами, то есть людьми, обладающими экстрасенсорными способностями. Насколько мне известно, все они, если не шарлатаны, жалуются на нелегкую судьбу.

— Пожалуй, вы правы.

— Теперь представьте, что прекрасные существа из ваших легенд обращаются к вам с предложением помощи. С присущим им даром убеждения они рассказывают: о прорыве в медицине, продлении срока жизни бренных человеческих тел, вечной дружбе. Конечно, наши правители приняли предложение с радостью. Дварфы пытались предупредить, что не просто так ушли жить глубоко в земную твердь, где нет места другим народам, да кто ж их слушал коротышек. Люди в своей гордыне считали себя равными старшим братьям эльфам и не ожидали от них коварства. Прошла сотня лет, может чуть больше. Как и было обещано, люди стали жить дольше, но потеряли свободу воли. Произошла революция в медицине, но эльфы решали: кому жить, а кому умереть. Через пару поколений сильных людских магов остались единицы. Эльфы диктовали весь уклад нашей жизни: когда есть, когда спать, когда и как работать. Большинство и не заметило, как из гордых жителей трехлунного мира, из равных мы превратились в простых исполнителей воли хозяев! Нам говорили, кого выбирать головами городских собраний. Нам указывали, как воспитывать детей и какие науки преподавать в школах. Когда стало понятно, что же произошло, деваться людям было уже некуда. Под горами дварфы, в горах извечные их соперники орки. Остальной мир безраздельно принадлежит эльфам. Ниши для человечества не осталось.

Так началась война. Длилась она недолго. Уже через шесть лет, от людской империи остался лишь небольшой анклав. Долго ли это по вашему времени я сказать не могу, но субъективно наш год длиннее вашего ненамного. О наступлении не могло идти и речи. Едва хватало сил на оборону. Последние великие маги прошлого спешно передавали свои знания молодым, но катастрофически не успевали. Ежедневно кто-то из учеников гиб на передовой. Кто-то из старших учителей, потеряв надежду, уходил в последний неравный бой. Забирал сколько мог бесконечно долгих эльфийских жизней и погибал с честью. Некоторые теряли разум из-за непосильных нагрузок и постоянного горя, ибо с каждым учеником гибла часть того, что мы здесь договорились называть душой. В последний год противостояния эльфы перестали сами ходить в атаки, отправляя как на бойню служивших им людей. Территория нашего анклава неуклонно уменьшалась. Сама земля гибла от магических ли атак или из-за обилия трупов, которые просто не могла принять в свое лоно. Ушли звери. Реки и водоемы были заражены трупным ядом. У нас не было иного выхода кроме как покинуть свой мир. Последние оставшиеся в живых человеческие маги сотворили свое последнее заклятие, отправив нас — своих учеников, в иные миры. Я оказался в вашем. Мои злоключения здесь вам известней и понятней, чем мне самому.

Артемис смолк. Его невидящий взор остановился на прутьях оконной решетки. Лишенов встрепенулся и продолжил разговор.

— То, что вы рассказываете, ужасно. Если мне удастся убедить руководство в реальности этой истории, первым их вопросом будет, не повод ли это поделиться с нами имеющимися у вас знаниями? Артемис, если смогли вы, то ведь и они смогут попасть в наш мир. Что или кто нас защитит?

— Вы достаточно хитрый человек Андрей Юрьевич. Судя по ауре, вы и сами почти себе верите, – скорбная маска стала сползать с лица мага, уступая место выражению усталости. — Однако, миров множество. Что происходит в иных из них прямо сейчас, мне неведомо. Может там властвуют эльфы, где-то люди оказались коварнее. В конце концов, возможно даже, что в каком-то из миров кровожадность орков стала зароком их доминирования. Здесь и сейчас я вижу подавляющую властность людской расы. Ваш мир, в отсутствие других высокоинтелектуальных существ, сделал вас врагами самим себе. Вы делите друг друга по цвету кожи, по имени своего бога, по сотне других причин. Неделю назад по телевизору я видел, как ваши дети избивали своих собратьев за то, что те болеют за другую команду в непонятном мне виде спорта.

— Я вас понимаю, но вы же разумный человек. Должны понимать, что раз попали сюда, то выйти вам просто не дадут, пока не выкачают до крупицы все знания.

— Последний аргумент? Право сильного? — Артемис горько усмехнулся, отвернувшись от Лишенова и глядя прямо в объектив видеокамеры. — Знаете ли, если до сих пор я сомневался, то теперь абсолютно уверен, что ни вы ни кто-либо другой этих знаний получить не должны.

— Наше сотрудничество неизбежно. Поймите, я не плохой человек. Мой начальник тоже, но государственные приоритеты…

— Не утруждайте себя объяснениями, я уже успел ознакомиться с трудами Макиавелли.

— Ну вот, вы все понимаете. Если не мы, то кто-то другой. Если вы не согласитесь, я вам искренне сочувствую. Возможно, вам не повезло с миром, но здесь будет именно так! – Лишенов из последних сил пытался сохранить возникший было психологический контакт, даже, поддавшись порыву, попытался взять иномирянина за руку.

Резкое, неуловимое глазом движение, проявившееся на видео как шлейф за нечеловечески быстрым телом, и Артемис стоит за спиной опешившего Лишенова.

— А я сочувствую вам. Вы были близки, но так и не поняли, что нужно не только слушать, но и слышать. Больше я ничем вам не смогу помочь. – и чужеземец просто растворился в воздухе.

Установленные в комнате свиданий СИЗО камеры не смогли зафиксировать, как именно он покинул помещение.

 

***

— Вот так вот, Олег Ефремович. – Лишенов, смотря на потухший экран, явно снова переживал свою первую в карьере контрразведчика неудачу. – Он просто исчез, и теперь о его местонахождении мы узнаем с задержкой в два-три дня. Больше суток назад пришли данные, что в Ростовской области двое ранее судимых лиц найдены в состоянии похожем на кому. Вчера пришли в себя. Озвучивать описание «напавшего» на них полагаю не требуется.

— Майор, не мне вас учить, как приглашать настолько редких гостей. – впервые за всю встречу Олег Ефремович обратился к Лишенову. – В настоящее время ваша задача предельно проста. Установить контакт и убедить объект в необходимости сотрудничества, или устранить его для недопущения к сотрудничеству с ним третьих лиц. Судя по данной записи, второй вариант вероятнее. В тысяча девятьсот восьмом году уже был подобный инцидент под Тунгуской. У наших зарубежных друзей по сведениям «Гремучника» в семьдесят девятом общение пришлось закончить на острове Буве. Если потребуется, постарайтесь чтобы после безвременной кончины этого гостя не пришлось придумывать очередной метеорит, или объявлять атомные испытания.

— Товарищ, генерал-лейтенант, разрешите изложить свое мнение.

— Разрешаю.

— Может, оно того не стоит? Может пусть себе живет?

— При обучении вам рассказывали об удачных контактах?

— Да, и все же…

— Тогда вы знаете, что даже частичка знания Теслы, перенятая Эдисоном, сделала нашего вероятного противника из заокеанского захолустья одной из самых развитых стран. Вспомните легенды народов мира. Ни в одной из них нет упоминания, что качественный скачок в какой-либо отрасли стал возможен просто так. Земледелию кто-то пришел и научил! Астрономии кто-то пришел и научил! Даже власть над огнем от какого-то Гефеста! Вы майор, думаете это все просто так?! Если захотите еще раз озвучить такое мнение, выскажите его своему непосредственному начальнику и не забудьте приложить рапорт об увольнении по собственному желанию! Вы же помните КАК у нас увольняют?.. А пока что, майор, не распускайте нюни, а исполняйте приказ. Уж вы-то должны понимать, стоит или не стоит.

 

читателей   308   сегодня 2
308 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Loading ... Loading ...