Дом Восходящего Солнца

Приветствую вас, дорогой читатель, разрешите представиться, Житов Гляжек - великолепный, бессменный, а главное, правдивый… и, признаюсь, самоназначенный летописец сего мира. И в этот раз я расскажу вам историю о Доме Восходящего Солнца. Садитесь поудобнее и возьмите горячего чаю, например. Начнем.

 

Ведьмин Лес, оканчивающийся, словно дальше его не пускала невидимая граница, небольшим полуостровом, расступился выпустив одинокого всадника. Тот представлял из себя странное зрелище: на породистой вороной кобыле с расшитой золотом и каменьями сбруе, в седле которому позавидовал бы император, сидел заросший темноволосый мужчина, одетый в рванье отдаленно напоминающее одежду. Покинув границу леса всадник слез на землю, развернулся к лошади и поклонился ей. Вороная ответила кивком, сбруя и седло буквально испарились. Лошадь вопросительно смотрела на человека в рванье.

- Ах да, как я мог забыть.- он достал из за складок плаща холщовый мешочек и передал его кобылке, та осторожно прихватила его зубами и ещё раз кивнула.- Ваше угощение, и благодарю за вашу помощь, прощайте.

Кэльпи, а это была кэльпи - дух принявший лошадиный облик, при этом особая разновидность, поселившаяся в Лесу, развернулась и мерным шагом вернулась в лес, растворившись как туман.

А человек теперь был дома. Глубоко вздохнув свежий морской воздух он рассматривал открывшийся перед ним вид холмистого полуострова, вечно окрашеный осенними красками, с уютно прижавшимся к побережью портовым городишком и венчяющим всю картину замком - Домом Восходящего Солнца. Все было точно таким же каким человек запомнил его, когда в последний раз навещал это место. Кроме одной только выбивавшейся из пасторального образа детали: множества палаточных лагерей расставленных вдоль вьющейся между холмов грунтовой дороги, и такого же множества кораблей вставших на прикол в гавани единственного городка Биррей.

Придя в Биррэй он по старой памяти направился к цирюльнику, нужно было привести себя в порядок после двадцати лет отшельничества. Не нужно было искать вывески или указатели, спрашивать дорогу у прохожих, этот городок не менялся, и салон цирюльника всегда был на том же месте. Мастера жили, работали и умирали, а салон передавался по наследству. Все было так же как и сто, и двести лет назад. Менялись только лица.

На входе нашего героя поприветствовал помощник мастера - здоровенный детина с глуповатым выражением лица, смиренно подметавший пол. Завидев нового посетителя он позвонил в висевший у лестницы на второй этаж колокольчик, и спустя пару минут к ним спустился сухенький старичок. Завидев грязного мужика в тряпье, он нахмурился, уже собрался выставить того за дверь. Но заметил что очертания пришельца были странно размыты, и вообще, он был каким то… серым?

- Месир Мак'Карстен! Чего желаете? - хмурость старичка как рукой сняло.

- Стрижку, бритьё… и, пожалуй, бадью горячей воды с мылом. - Немного подумав добавил. - С самым душистым.

Отмытый, подстриженный и выбритый, это был совершенно другой человек - худощавый молодой человек с острым носом, приятными аристократическими чертами лица и неприятным колючим взглядом.

- Я же вас помню! - воскликнул старичок. - Месир Айдан! Я тогда ещё мальчёнкой был, вас мой дед обслуживал. Вы помните, месир?

- Конечно помню. Мой последний день здесь. Сорок пять лет назад. Ты неплохо сохранился.

- Морской воздух оздоравливает, месир. Плата наличными?

- На счёт Мак'Карстенов.

Тепло попрощавшись с цырюльником и его слугой, Мак'Карстен покинул салон.

Произошедший странный разговор требует разъяснения, что в свою очередь приводит нас к сути истории Айдана и Дома Восходящего Солнца вообще – нашему молодому герою без малого двести пятьдесят лет, хоть сам он давно перестал их считать. Не войдите в заблуждение, он человек, а не эльф, фейри или другой какой волшебный приблуда. Здесь на сцену выходит проклятье рода Мак'Крастен: они жили чрезмерно долго, по крайней мере неизвестно ни об одном умершем своей смертью. Любой непосвященный счел бы это за дар, но это проклятье и никогда ничем иным не являлось.

Неспособные, почти, умереть, Мак'Крастены и не жили по настоящему – их души медленно умирали. Прекрасная раньше пища принимала вкус тлена, краски становились серыми, звуки не прельщали слух, даже секс теперь не мог удовлетворить их. В поисках новых ощущений дети древнего рода впадали в крайности, переходили все дозволенные и недозволенные пределы в попытках оживить увядающую душу – наркотики, извращения, безмерное чревоугодие, все это сразу и многое другое. Ничто не могло дать Мак'Крастенам ощущение жизни. И они буквально жили на острие клинка, как это было модно называть в дворянской среде, ведь ничто не пробуждает ощущение жизни, как близкая возможность ее потери. Участие в войнах, интригах, дуэлях, близкие контакты с преступным миром – они не ограничивали себя ни в чем. И почти всегда, почти сухими выбирались из воды, ведь здоровью недоживых людей мало что могло повредить. Такая жизнь не могла долго продолжаться, и некоторые из этого рода прожив пару сотен лет сходили с ума. Даже самоубийство не было выходом – непреложным правилом проклятья являлось – Мак'Крастен не мог убить Мак'Крастена. Айдан рассказывал мне, как то, про своих родственников просивших своих друзей закончить их существование, или же о тех кто доводил свои дела до казни – отсутствие головы пережить не мог никто. Правда бывали забавные случаи, как например с повешением дяди Айдана, который вися в петле целый час оглашал площадь рассказами о дворцовых тайнах пока его не закололи пиками, местных дворян правда постигла судьба похуже, после того как разъяренная толпа наслушавшись его рассказов взяла штурмом дворец.

Из всего этого соцветия безумцев разной степени тяжести, Айдан выделялся относительной сдержанностью и приличием. Были в его жизни и извращения и наркотики но он давно покончил с ними, кроме курения новомодного, недавно завезенного растения – табака. Но самым большим увлечением всей его жизни было наемничество. Так он повидал практически все уголки континента, поучаствовал во многих войнах, бывало на обеих сторонах, однажды ему даже довелось управлять городом, ни для него, ни для города это ничем хорошим не закончилось.

К концу своего второго столетия он устал от всего, женился на женщине которая не боялась стать лишь кратким мигом в его жизни, и ушел жить на край мира. Но там его и нашли враги, коих за свою долгую жизнь он набрал немало. В одну ужасную ночь он потерял дочь и двух маленьких сыновей, и ту которая смогла полюбить его несмотря на знание того что его душа давно умерла и почти не могла любить, ту что поддерживала в нем почти угасший свет. И он залил кровью полмира, в попытках закрыть оставшуюся внутри пустоту. О нем говорили все во всех краях, им пугали детей, чтобы те не баловались, его боялись и его почитали. А он завершив путь мести просто ушел в отшельничество на десять лет. Сменилось поколение,житие тогда тяжкое было, появлялись и уходили иные герои и злодеи, и он был забыт.

А теперь подстриженный и чистый, Айдан направлялся к местному портному, который также унаследовал дело от отца, тот от своего и так далее. Вывеска над лавкой была, возможно самой оригинальной, среди тех которые он видел - вместо изображений портняжных инструментов, иголок, ножниц, там красовался бес верхом на брыкающейся кобыле, сидящий задом наперед. Об основателе этой мастерской - храбром, но бедном портняжке ходила легенда, что тот смог обмануть самого дьявола. Сказки Айдана не волновали, а вот одежда к предстоящему рауту нужна была приличная. Заказав костюм тройку, также оставив оплату на счёт семьи. Нашел гостиницу и стал дожидаться следующего дня.

И теперь он прикуривал трубку от пойманного давным-давно эльфийского огонька, смотря на клонящееся к закату солнце, окрасившее золотом горизонт. И древний замок, каких уже давно не строят, врезался в бурный океан, будто бросая ему вызов. Он ждал друзей. Его старшая сестра Дженнифер приехала, выглядевшая младше лет на десять, проклятье входило в силу в разных возрастах. Как и обещала в письме, с Александром, принцем захудалого княжества, которого Айдан знал ещё ребенком, скрываясь под личиной учителя истории, скрываясь от врагов. Небольшие частички тепла в его мрачной жизни.

Неспеша они пустили лошадей вниз по склону, осматривая окрестности полуострова они обсуждали новости последних лет. По бокам от дороги, на расстоянии, то и дело замечали они венчающие курганы разной высоты вертикально установленные камни, обточенные ветром до идеально гладкой поверхности и формы за сотни, а то и за тысячи лет. К этим менгирам были повязаны длинные алые ленты, развевающиеся на ветру, заговоренные, не портившиеся от воздействия стихий и даже самый буйный ветер не смог бы их сорвать. То были могилы героев из Мак'Карстенов - воинов-поэтов древности.

В нижней части полуострова, вдоль побережья протянулся Биррей, городок так же как и семья застрявший во времени - Айдан помнил его таким когда был ребенком, таким он был и столетия до него. Видимо проклятие стагнации завладевало всем к чему прикасалась его семья. Но все же в этом застывшем во времени краю, была своя сказочная притягательность, здесь хотелось остаться.

Миновав стоянки делегаций, которые больше были похожи на военные лагеря в миниатюре друзья въехали в крепость. Айдан хоть и почти не владел волшебством сразу почувствовал действие оберегов ограничивающих ее использование. Но вот, что странно, личное оружие на входе у них не конфисковали. Они вошли.

Честное слово, легче было сказать кого здесь не было, чем кто здесь присутствовал. Патриарх пригласил на этот раз столько разного народа сколько он не приглашал... да вообще никогда. Помимо тех, чьи лагеря Айдан наблюдал на подходе к замку, здесь были эльфы, не те остроухие снобы с расистскими наклонностями, а настоящие фэйри, ещё более остроухие и расистские снобы. Здесь были и п

Когда Айдан повел их дальше, чтобы представиться новым гостям, молодой человек заметил кое что странное - стоящего на вытяжку гвардейца в позолоченных доспехах, сосредоточенно осматривающего банкетную залу, вот только там где должно быть лицо, из под забрала торчала морда, он мог поклясться, золотистого ретривера. Сначала Александр подумал что ему показалось, но нет, до странного серьёзная собачья мордаха уставилась на него, будто бы оценивая степень исходящей от него угрозы. Только заметив того, кого охранял этот чудной персонаж, здоровенного, раза в полтора больше человека прямоходящего льва в королевских одеждах, парень вспомнил что ему в детстве рассказывал учитель истории. Про расположенную далеко на западе страну, населенную разумными антропоморфными зверьми, и лев был Борисом Пятым, кажется, своего имени. Никто не мог дать полного и единого объяснения их существованию,а наиболее популярные теории говорили или что существа эти там так и жили испокон веков. По другой - это был неудачный, или наоборот, эксперимент волшебника, вылившийся в появление нового биологического вида. Не найдя в Александре угрозы, пёс-гвардеец с тихим " вуф-вуф" повернулся к другим гостям.

Проходя мимо ротонды отданной в распоряжение делегации из Некрополисов Александру стало дурно. Он конечно читал, да и слышал рассказы, но воочию увидеть развлечения нежитьской знати - это было сверх его выдержки. Лорды и леди личи обмазывались своей волшебной мазью и на глазах обрастали плотью, призрачной, казавшиеся неестественной, но все же вполне осязаемой и настоящей. Древние скелеты, теперь обтянутые телами молодых и прекрасных, без единого изъяна, парней и девушек страстно и самозабвенно получали удовольствия которых не могли получить. Тела сплетались в безумных оргиях, переплетаясь в экстазе так неестественно что обычные человеческие тела не перенесли бы . Кто-то объедался явствами со всех концов мира, растягивая живот до

Вот у объедавшегося лорда-лича закончилось действие мази, он слишком увлекся - плоть испарилась и кушанья вывалились на пол. Тот посмотрел на непотребство у себя под ногами, из глубин черепа раздался истерический хохот и слова - ещё, ещё!

- Лорд Айдан, какая радость видеть вас здесь, присоединяйтесь, и захватите своих молодых товарищей! - позвала их молодая и полностью нагая девица, на поверку оказавшаяся древним личном.

- Прошу простить, леди Кельвин, сегодня не то настроение. - парировал Айдан.

Когда они прошли мимо Айдан развернулся, кивком указал в сторону нежити:

- Иронично, да? Они так стремились к вечной жизни, что для этого им пришлось умереть, а теперь…

- Приветствую, лорд Айдан.- его прервал проходивший мимо фейри - Ужасный Принц.

- Приветствую,- ответил Айдан и дождавшись, когда тот отойдет продолжил.- Ух, сука, а ведь такой монолог мог получиться. Так вот, теперь они почитают за самое важное открытие свою мазь, которая снова делает их "живыми", а без этого и нет в их нежизни ни радости, ни удовольствий. А черт, хотел ведь сказать красиво… пойдем дальше.

- Получилось не очень, но смысл есть.- со смешком прокомментировала Дженни.

Молодой человек призадумался, он дожил до двадцати двух годов,что является вполне зрелым возрастом, но даже с

Айдан наблюдал за реакцией Александра, выросшего во дворце и мало видавшего мир. Парень удивлялся, его восхищало новое. Он смотрел, но не видел. Грязь.

Вот Кайзеру Фердинанду Третьему, разожравшейся сове одну за другой скармливали мышей, те вопили, молили о пощаде, но пажи с услужливым минами подносили новых. Александр не заметил звериных ушек, скрытых под платочками, у девушек прислуживавших королю Борису. У того был гарем из человеческих рабынь, которых скупали по всему свету, девушки были его дочерьми, что не должно было разглашаться. О любимых забавах лордов фейри Александру, лучше было бы не знать, и далее в том же духе, чем глубже копнешь тем хуже.

- Джентльмены,- негромко позвала Дженни.- Там Патриарх, сам лично вышел приветствовать гостей!

Айдан не сразу поверил, основатель их рода был на редкость нелюдим. Но поглядев в ту сторону, куда указывала сестра, он его увидел. Неправдоподобно высокий, шырокий в плечах, с собранными в хвост темными волосами и красив, как и тысячу лет назад, в тот день когда был проклят. Их предок.

Он вышел вместет с красивой, но странно одетой девушкой, больше похожей на деревенскую знахарку чем на советскую даму. И представил её как Морриган, своего особого гостя, объявив что она находится под его личной защитой.

 

Оставив Дженни и Александра отвлекать гостей, Айдан по тихому завернул в коридор для слуг. Надо было обдумать полученную информацию и составить план действий. Можно было конечно просто пытаться развлеч себя каким нибудь новым извращением, но внутри все будто бы кричало, что все здесь не так.

 

Во первых - Патриарх сделал что-то впервые за четыреста лет, вот серьезно, сколько Айдан себя помнил, Патриарх всегда был лишь сторонним наблюдателем, и общался только с самыми древними и рода. Да что там говорить, проживший два с половиной века, Айдан сегодня впервые услышал его голос.

Во вторых - балы Дома Восходящего Солнца всегда были знаменательнейшим событием для всего мира, но в этот раз Патриарх пригласил вообще всех кого мог. Приглашением от которого нельзя было отказаться. И не только союзников Дома и просто значимых персон, но и тех кто с радостью бы расправился с Мак'Карстенами при первой же возможности.

Задумавшись Айдан не заметил что он в коридоре не один и врезался в кого то. Кто-то оказался той самой девушкой которую Патриарх представил как особого гостя. Присобравшись, наш герой чопорно поклонился всем видом вопрошая руку дамы для поцелуя. Наградой ему был подзатыльник, неожиданно. Она уже собралась уходить, но он схватил её за руку и заставил её объяснить зачем она здесь и почему так важна. Айдан же рассказал ей о своих подозрениях. Наладив, всё-таки разговор они решили вместе провести маленькое расследование, ещё не зная куда оно их приведёт.

Отправив Морриган к цвету имперского дворянства, он был уверен что вид красивой молодой девушки развяжет их уже захмелевшие языки, сам Айдан попытался высмотреть среди банкетных столов кого-нибудь из семьи. И высмотрел, очень предсказуемо, это оказался его троюродный кузен Гаррет, всегда чуравшийся развлечений принятых в семье, и в общем то ведший замкнутый образ жизни. И насколько Айдан мог судить, тот тоже не считал проклятье "даром". Хотя в этом он уже не был так уверен. Общение с этим человеком всегда оставляло за собой неприятный осадок, но он сейчас был наиболее доступе. Когда Айдан подошёл к родственнику, и вежливо кашлянув в платок привлек к себе внимание, Гаррет встрепенулся от неожиданности, так будто его отвлекли от чего-то зазорного.

- Дорогой кузен! - встретившись Мак'Карстены официально раскланялись, пожимать руку среди них считалось моветоном.- Какая радость видеть знакомое лицо посреди этого безобразия! Мне всегда казалось что мы, Мак'Карстены должны быть выше этого, подавать пример благородного светского поведения, а не потакать плотским и духовным слабостям.

- Воистину родич'с, - наш герой наконец нашел объект, за которым Гаррет столь вожделенно следил - леди-лич уже обретшая плоть, пышную и вызывающую желание, натирали колдовской мазью несколько рабов.- Мне'с становится противно'с, когда вижу'с как разрушаются наши'с моральные скрепы'с… месир Айдан.

Имя он видимо вспоминал на протяжении всего разговора, стояв теперь так, чтобы скрыть свою эрекцию от собеседника. При этом он все равно изредка, украдкой метал жадные взгляды обратно. Айдану стало тошно от его лицемерия.

- Дорогой месир Гаррет,- Айдан решил копировать его манеру общения, хоть и презирал использование словерсов. - Разрешите'с поделиться с вами'с тревогами. До меня дошли'с, как это не прискорбно'с, слухи' о расколе в семье'с…

И он наконец то рассказал о тех кто выступал за снятие проклятья и тех кто был против. Забавно было то что у первых Айдана почли за главаря, только забыв уведомить его самого.

Мимо Айдана провели единорога, накачанного наркотиками, чтобы не пытался сбежать. Этих редких животных ловили на девственниц, которые теперь встречались реже самих единорогов, и конкретно этого ждала незавидная судьба. Бедное создание заставят участвовать в оргии, а затем приготовят и съедят,и не факт что в таком порядке.

Поглядев в сторону сборища имперских дворян и чиновников, наш герой с удовлетворением отметил что Морриган вполне справлялась со своей задачей, несмотря на ее заявления о своей неопытности. Девушка окружила себя потерявшими всякую бдительность мужчинами, шутила, расточала улыбки направо и налево, как бы невзначай заводила разговор в нужную ей сторону и внимательно слушала, скрываясь под маской легкомысленности. Особенно разгоряченных, распускающих руки, она по этим самым рукам охаживала своим посохом, из-за неуклюжести, как она поясняла с неловкой улыбкой.

- Прошу меня простить, но дела не терпящие отлагательств уже нависли надо мной.Спешу вас заверить,наша беседа принесла мне истинное удовольствие. - Айдан хотел отмыться от нее как от грязи.

- Так скоро'с? Беседа наша'с только'с занялась…

Вновь встретившись, Айдан и Морриган обсудили полученную информацию, а она была не утешительна: у всех тут имелся зуб на кого то, и в самой семье назревал раскол. Должна была случиться бойня. И до сих пор непонятно было зачем это было нужно Патриарху, и что он затевал. Окончательно всё понять можно было только в его кабинете, если бы он вел записи, старики ведь должны таким заниматься. Айдан на это надеялся.

Вот только по пути они нарвались на молодого дворянина Лакеста из Медвежьего Угла, лучшего мечника этого поколения, как он сам заявлял.

- Вы убили моего дядю, короля Торса Рондского и это лишь малая часть ваших преступлений, требую сатисфакции. За всех ваших жертв.

- Парень, не до тебя сейчас... - начал было Айдан.

Но парень ни в какую не пропускал их. Лакест оказался упорным, или просто тупым.

- Дуэль лорд Мак'Карстен?- снова спросил Лакест.

- Дуэль.- прошипел Айдан.

"Ты что делаешь, идиот?"- прошипела Морриган.

Айдан не ответил, он уже стягивал кафтан. Вокруг начала собираться толпа, кто же не любит поединки

Лорд Лакест произодил рубящие движения шпагой, посмотрев на него Айдан хмыкнул и начал стягивать с себя рубашку. Женщины ахнули, некоторые, к их приличию, упали у обморок. Мужчины зашептались, оценивая то что открылось их глазам, а там было на что посмотреть. Настоящий географический атлас из шрамов покрывал поджарое тело Мак'Карстена. Рубашка стесняла движения, ткань могла попасть в рану, а самое главное он хотел напугать идиота шрамами и вовсе избежать боя. Идиот только сильнее разгорячился. Поединок начался резко, Лакест несмотря на бахвальство оказался быстр и умел. Как ни старался, Айдан не мог найти брешь в его защите, а дворянин наносил порез за порезом. Казалось тот искусственно затягивает бой.

- Порежь его на лоскуты!- брызгая слюной орал Сир Алистер, Айдан помнил этого старика, во времена своей вендетты он вырезал всю его семью.- Изруби зарвавшегося ублюдка!

Рапира Лакеста высекла брызги крови из плеча Айдана, фейри, кажется это был Принц Праздности, которому брызги попали на лицо слизнул алые капельки с губ, точно это была не кровью а изысканный ликер.

Лакест позёрствовал, а на это у Айдана не было времени. Очередной выпад Лакеста пронзил его плече насквозь, такого даже дворянишка не ожидал, от удивления у того расширились глаза. Айдан дернулся в сторону вырвав рапиру из руки противника, и резко развернувшись, вкладывая весь вес в удар, снёс тому голову.

Яростные, азартные выкрики со всех сторон как обрезали. Айдан вытянул клинок из плеча и бросив его рядом с коченеющим трупом Лакеста, вытер свой о его рубашку и направился к Морриган, чувствуя как с кровью его покидают силы. Вокруг никто не пошевелился, все с ужасом рассматривали то что осталось от неудачливого дуэлянта. Воспользовавшись замешательством зрителей Айдан рухнул в обьятья ведьмы, она извинилась, что не может его сейчас вылечить, он это и так понимал.

- Идём, нужно ещё выяснить чего добивается Патриарх. - сказал он.

Смеркалось, волны одна за другой накатывали на утес, разбиваясь в пену и отдавая прохладному вечернему воздуху свой солоноватый, свежий вкус. Застрекотали цикады, здесь они были неправильными, им составляли аккомпанемент звуки из пещерных гротов, наполняемых волнами - ещё одно чудо Дома Восходящего Солнца. Стоя здесь на балконе, наблюдая за неспокойным океаном Айдан забывал о том, кто он есть, о том, что он делал и о том, что его ждало. Он просто растворялся в этих волнах и становился пеной что разбивается об утес.

"Готово" сообщила Морриган, высунув голову из-за двери, но Айдан не двинулся.

"Странно - думал Айдан, - наше проклятие убивало в нас страсть, радость само желание жить. Но оно было невластно над тем что делало нас Мак'Карстенами - нашу тягу к красоте, поэзию в наших душах, то единственное что осталось нам от воинов-поэтов древности. Ну кроме этого замка. А так получается что в Патриархе, а он был древнейшим Мак'Карстеном, ещё было...

Айдану в затылок весьма болезненно врезался камешек. Он развернулся полный негодования, но сразу остыл, поняв, что задумавшись он полностью игнорировал ведьму. Они вошли

Входя в темную комнату, их окружил тяжёлый запах затхлости, как старинном скриптории. Морриган постучала пальцем по куску кварца в навершии своего посоха, подышала на него и он медленно разгорелся бледным светом. Их глазам предстала довольно скудно обставленная комната: кровать, рабочий стол с одним стулом, ночной горшок и пара шкафов с книгами. В углу на жерди сидел ворон, внимательно следивший за ними.

- Скажешь Патриарху, общипаю как курицу. - пригрозил ему Айдан.

В ответ ворон оскорбил его мамашу и послал на мужской детородный орган. За это получил Ведьмином посохом по голове, Айдан надеялся что не насмерть.

На столе они нашли записи Патриарха и на то чтобы с ними разобраться ушёл почти час. Но из них стало понятно что тот половину своей долгой жизни потратил на то чтобы найти способ снять проклятье, пока окончательно не ушёл в себя.

Морриган стала отчаянно упорствовать в том, чтобы пойти сразу к Патриарху и закончить со всем. Но у Айдана всё никак не вязалась его мотивация и действия. В итоге он запретил Морриган приближаться к своему предку, та нелегко, но согласилась. Он подозревал что она сделает по своему, но хотел ей доверять.

- Нас очень долго не видели, надо вернуться. - опомнился Айдан.

Они вернулись в самое неудачное время. Поток гостей буквально вытолкнул их в центр возвышения для танцев, присутствующие предательски расступились.

- Умеешь танцевать? - спросил Айдан, девушка покачала головой. - Тогда просто подражай моим движениям и… импровизируй. Пусть этот танец будет для нас, а не для них.

Бальный зал накрыла тишина, только шепотки женщин слышались в отдалении, но теперь стихли и они. Все взгляды устремились к двум людям стоявшим в центре залы. Айдан и Морриган не отрывали взгляда друг от друга, сейчас существовали только они, как бы банально это не звучало.

- Вот значит до чего дошло?- улыбнулся Айдан.

"Можем прекратить?"- читалось в её взгляде.

- Не в коем случае,- улыбка Айдана стала ещё шире и он принял поданную Морриган руку.

Заиграла "Потерявший голову", эту композицию он когда то нашел у гоблинов-перекупщиков и по акции они показали ему, коряво, танец тан-го, сказав что и то и другое честно украдено из другого мира. Врали или нет неважно, он выучил танец, а музыка затронула его душу, что было событием. Он повел, позволив Морриган расслабиться и интуитивно отвечать на его движения.

Музыка продолжала играть. Она увидела все в его глазах: все плохое что с ним случилось и ту каплю хорошего, что он сохранил в себе, и отчаянно скрывал от неё всю ночь под маской бесстрастности. Она увидела его. Он стремился к смерти. Но он хотел жить, по настоящему. И Морриган решилась идти до конца, даже если он не захочет этого

Танец закончился. Тяжело дыша, удерживая на руках Морриган, Айдан продолжал улыбаться глядя на нее. Она впервые позволила себе искренне улыбнуться за этот вечер. Вокруг все стояли молча, когда закончилась музыка, на зал накатила такая тишина, что становилось физически неуютно. И все смотрели на наших героев.

А затем Айдана подхватил Гаррет и не переставая расхваливать их танец увлек его в комнату "истинно джентльменских развлечений". Наш герой только и увидел как ведьма подала плечами

 

В детстве Айдан мечтал попасть в эту комнату, где взрослые занимались всякими взрослыми штуками, но когда в четырнадцать лет его туда пустили все его мечты развеялись прахом – взрослые мак'Крастены там только и делали что пили, играли в карты да болтали о политике. Только разменяв первые полвека жизни Айдан понял что это не такое уж и плохое времяпровождение. Это была одна из редких комнат со строгой расцветкой и убранством, что только прибавляло ей солидности. И допускались туда только члены семьи. Айдан поспешил занять свое любимое кресло за покерным столом – поближе к растопленному камину расположенному напротив двери. Айдан с кузенами играли в покер, выпивали и общались на от странные темы, кто и вовсе не обращал внимания на игру зачитавшись свежим номером “Золотого Глашатая”, еженедельной газеты распространяемой посредством “подписочных” мини-порталов. Вся эта ситуация была настолько обыденной и спокойн. Молодой человек набил свою трубку табачной смесью и потянулся к котомке за огоньком, то же самое проделали остальные, и все кроме Гловера прикурили такими же огоньками, что заставило Айдана взгрустнул, он то думал что его способ прикуривания придавал ему оригинальности. Вот только здесь были не только Мак'Карстены, все пригласили друзей, в комнате было непривычно много народа. А разговор пошел о семейном проклятьи и том кто как к нему относится. Кузен Финн, чтобы разрядить обстановку, пошутил про осла и медовые соты, чё развеселил всех.

Шелк. Антимагические обереги отключились.

Продолжая смеяться, Гаррет достал из под стола укороченный пистоль и выпустил заряд дроби в лицо Финну. Медленно, как муха в варенье, Айдан повернулся к Финбару и взгляд его упёрся в дуло пистолета. Выстрел. Айдан упал вместе со стулом на пол, схватился за лицо, на губах проявилась истерическая улыбка - рефлексы, сработавшие быстрее мысли спасли его от заряда дроби.

Все произошло так быстро, что когда Айдан валялся на полу, глядя на то как умирают его бывшие товарищи, он не мог понять что вообще происходит. Выстрелы кончились, теперь кремневые пистолеты стали бесполезны, дело дошло до старой доброй резни. И вот Айдан остался один среди мертвецов, а все встало на свои места. Выскочив в коридор, где уже началась бойня всех против всех, Айдан схватил слугу с ошалевшими глазами, узнал куда направлялся Патриарх. С боем проходя по коридорам, устав и получив несколько ран он нарвался на Скучающего Принца фейри, собиравшего свою жатву.

- Не смей!- скорчив самую страшную гримасу на которую был способен, Айдан наставил обломок клинка на фейри.

- Боюсь-боюсь!- тот только хищно оскалился, но улыбка резко сошла с губ.- Не в этот раз, давай разойдемся?

Айдан отпрянул в сторону от пробежавшего мимо принца, и позволил себе перевести дух, только когда тот исчез из виду. Сделав глубокий вдох, Айдан забежал в парадную галерею, и чуть было не угодил в кипевший там бой. Среди этого безумства выделялась фигура Патриарха державшего за руку Морриган и умерщвлявшего безумцев бросившихся на них. За спиной у него съежилась Дженни, стараясь не глядеть на происходящее вокруг кровопролитие. Неожиданно действо вокруг них остонавилось. Пройдя на встречу ведьме и удерживавшему ее злодею, Айдан остановился. Он нёсся сюдя очертя голову, не задумываясь о том что будет дальше. Теперь его хватило лишь на то чтобы выставить вперёд меч и сказать "Хватит", его голос оказался так слаб.

- Что хватит? Мы шли к этому моменту столетиями, и теперь хватит?!- почему Морриган даже не пыталась вырваться, сопротивляться. Теперь все окончательно погрузилось в беспросветный кошмар.- Нет, парень, не хватит!

С этими словами Патриарх выхватил свой клинок и снёс Морриган голову с плеч.

- Айдан, прости… - успела сказать она.

Обмякшее тело мешком рухнуло на пол, голова, оставляя алеющие пятнышки подкатилась к ногам Айдан. В груди защемило, ее глаза смотрели на него, говоря " ты смог меня защитить, живи с этим". Патриарх увел Дженни на верх, к ротонде. Бой возобновился с новой силой, люди и нелюди, кто пытался сбежать, кто хотел убивать, увлекли Айдана людским потоком. Безумие вновь охватило все вокруг, а Айдан и не думал сопротивляться. Он не понял когда это случилось, но вот он уже сидел привалившись к стене, пока не до конца веря в торчащий у него из груди меч, а под ним растекалась лужей кровь. Айдан знал – от этого он не умрет, и даже немного сожалел, ведь было очень больно. Он вполне мог умереть от случайного соприкосновения с царящим вокруг безумием. Пошевелится не было сил, он чувствовал истощение, теперь Патриарх вырезающий всех несогласных, Мак'Карстены вырезающие друг друга и все остальные вырезающие всех остальных с достойными восхищения страстью и упорством существовали в каком то отдельном от Айдана мире. Он все сидел, все смотрел на лежащую перед ним голову Морриган, казалось она смотрит с укором, а прямо в эту секунду это может произойти и с Дженн. А что он, он все. Теперь от Айдана ничего не зависело.

Вокруг него продолжалось смертоубийство, превосходящее любые рамки потребства. Вот огромный орк-раб получив свой шанс в творящемся хаосе забивает своего человека-господина его же отрубленной рукой. Мастер Клинков из Манит-Налла пытаясь прорваться к выходу показывает все свое мастерство владения оружием расчищая себе путь, сейчас он равен богу. В пяти шагах от ворот он получает пулю в лицо от какого то испуганного франта, настолько незначительного что я мог бы его и не упоминать. Через мгновение после самого значительного события за всю его жизнь, этого лордишку сметает масса плоти, когтей, пастей и щупалец, котрую можно описать лишь как «нечто неописуемое». Появившийся из бокового коридора волшебник, видимо гнавшийся за вышеописанным чудищем бросает заклинание в эту массу, сметая при этом нескольких попавшихся на пути случайных участников побоища, заодно с орком успевшим хотя бы несколько чудесных мгновений побыть свободным. Заклинание вырвало кусок стены, унеся его в море, и открылся замечательный вид звездного неба над морской гладью.

Айдан смотрит в пролом и думает «красиво то как», а затем кто то случайный спотыкается о него, и Айдан падает головой на мраморный пол. Мир застилает тьма. В чудище волшебник, так и не попал.

 

Сломав грудную клетку королю Торсу, последнему в его убойном списке, и вырвав его сердце, Айдан задумался, уставясь на него. Вокруг ликовали его последователи, город горел, ему уже никогда не восстановиться в былом величии. К Мак'Карстену подбежал Воден, бывший кузнец, теперь же один из предводителей Полчища Гвинтнеллану. Он схватил Айдана за руку, в которой тот продолжал сжимать сердце, поднял ее вверх и издал животный рев. Толпа вокруг ликовала упоенная кровью и разрушением. Теперь Айдан видел во что он превратил этих людей, чего он добился. Звери. Они пошли за ним, прошли половину мира в поисках справедливости и смысла, а он не смог их сберечь. Но это его не волновало, месть свершилась, не важно какой ценой и, пускай, даже сам он не нашёл ни справедливости, ни смысла. Бросив к ногам его, теперь бывших последователей, сердце врага и весь город на растерзание, он ушёл.

Долго идя в без направления, Айдан, наконец, решил укрыться от мира в Ведьмином Лесу.Там он нашел уединенную пещеру которую пришлось выкупить у кобольдов за "ссто ззолотой монет", так как то была " ссамый лутсший пещщер" . Торговаться Айдан не стал, освободив своего ослика от тяжкой ноши и отпустив животное на волю. Сбившись на втором десятке, маленькие предприниматели нацарапали на куске коры договор о продаже и ещё полдня потратили на попытки унести весь мешок золота сразу. Тот первый день Айдан лишь пялился в потолок, пытаясь забыть все что натворил за последние пять лет, или хотя бы смириться. Смириться он не сможет никогда.

После первого года неудачных попыток самоубийства и поражений инстинкту самосохранения, Айдан привык к своему новому положению, став степенным отшельником.

Сначала животные привыкали к нему, на третий год своей добровольной ссылки он начал подкармливать их и пытаться обучить простым командам. Лучше всего получалось с енотами.

Так проходили года, Айдан питался тем что собирали еноты, сам же то предавался размышлениям, то проводил дни в медитации. Пара знакомых воронов, которым он доверял периодически приносила ему посылки с табаком и разнообразным чтивом, оплаченные через его сторонние банковские счета. Он научил енотов помогать путникам заблудившимся в Лесу и отваживать их от пещеры. Такая доброта понравилась Древесному Народцу - маленьким зелёным человечкам враждующим с жуками древоточцами, они стали его единственными собутыльниками. Неважными, правда, Айдан спокойно мог перепить и пару сотен. Однажды он даже увидел красивую,с волосами цвета воронова крыла, девушку, которая не выглядела заблудившейся, что было странно. На енотов она не обратила внимания, а сам Айдан не решился к ней подойти. Бедняжка явно была сумасшедшей, она разговаривала с деревьями и камнями, а Айдан приключений не искал. Под вечер он уже об этом забыл.

Так прошли десять лет. Идиллию разрушил прилетевший однажды к пещере и громко возвестивший " Айдан, вам письмо" ворон.

Письмо было коротким, но ёмким:

" Семья возвращает твою кровь к своей" дата прибытия и подпись " Патриарх".

 

Александр сидел на бочке сидра и смотрел на Красного Валета,запершего его здесь с начала резни. Тот стоял у двери то и дело поглядывая на карманные часы. Так шли минута за минутой, в какой-то момент молодой человек потерял счет времени. Когда от скуки он вертел в руке чесночную головку Валет позвал его.

- Сейчас пойдешь все время поворачивая на право, найдешь Айдана, помоги ему подняться на верх.

И открыл дверь.

 

Истекая кровью, поддерживаемый Александром, Айдан добрался до двери на верхнюю площадку Дома. Пинком распахнув дверь герой ворвался на площадку, но тут же, вырвавшись из рук друга, упал на колени, в глазах потемнело. На то чтобы поднять голову пришлось потратить немало усилий, и наконец сделав это Айдан увидел как Патриарх высекает Вересковым Сердцем дорожку кровавых брызг из плеча молодого человека и тот отлетает к стене. Айдан не мог посмотреть что стало с Александром, его взгляд был прикован к Патриарх. Тот теперь отвернувшись спокойно смотрел на

Не сводя глаз с Айдана, Патриарх вытащил что-то из-за отворота костюма и бросил тому под ноги. Теперь наш герой рассматривал фиал с алой жидкостью, прокатившиеся к его ноге, поднял его рассмотрел, и бросил вопросительный взгляд в сторону своего предка.

- Выпей, это даст тебе сил и избавит от боли.

Айдан не торопился, но знал что глупость было отказываться.

- Возьми и выпей,- ещё раз повторил Патриарх.- Это кровь демона, отданная добровольно и тебе она пригодится. Мне будет неинтересно сражаться с тобой, если ты будешь едва стоять на ногах. Теперь, когда ведьма мертва, проклятье должно рассыпаться, скоро рассвет. Теперь мы можем убивать Мак'Карстенов! Положим этой истории конец вместе, как встарь. Как воины!

И он расхохотался, так отдавшись этому процессу, будто смеялся впервые за тысячу лет.

- Зачем тебе это, - сказал Айдан, подняв флакон и рассматривая его. - Я могу победить, мы ведь будем биться насмерть?

- Не сможешь, мой мальчик, не сможешь,- или Айдану показалось, или в голосе его противника слышалась печаль? - Я пришел из времен, когда творились легенды, да что там, я сам их творил! Не подумай что это бахвальство, нет, я лишь говорю тебе правду. Мы сражались с фоморами и фейри на равных! Повергали Великанов, настоящих, тех что могли подвинуть гору, чтобы укрыться от ветра! Боги ходили тогда среди нас! Ты бросаешь вызов вечности, хочешь сразиться с легендой!?

Патриарх говорил, а его глаза смотрели теперь куда-то, не в пространство, во время, дальше этого момента, в прошлое.

- Мы дышали величием, жили легендами и умирали героями. Что от этого осталось теперь? - Он выставил меч перед собой. - Блеск лучей на стали, дуновение ветра и этот момент. Я Коннор Мак'Карстен взываю тебя на поединок, насмерть.

- Идёт. - Айдан выпил содержимое финала, сразу почувствовав лёгкость и силу.

 

Небо на востоке светлело, показалось солнце, заметить это не помешал даже охвативший замок пожар. Новый день. Вот и конец.

- Вот он - идеальный момент. - объявил Коннор.

Они начали кружить по площадке выставив перед собой мечи, остановившись так чтобы восходящее солнце было сбоку, не слепя глаза. Секунду он стояли в изготовке, и вот уже ринулись навстречу друг другу, вздымая пыль. Теперь не надо было скрывать умение фехтовать, они знали чего ждать друг от друга. Остервенело рубя и нанося уколы, парируя, проводя уловки две размытых от немыслимой скорости фигуры кружили по площадке в лучах восходящего солнца. Ни один не уступал. Но бой не мог идти вечно.

Изрубленный так что обычному человеку не пережить, стоя напротив своего противника, который выглядел не лучше, Айдан наконец то понял что проиграл. Проиграл с самого начала. Сил не осталось, колени дрогнули и Айдан рухнул ниц.

- Знаешь почему мы ещё живы? Морриган пожет

- Зачем? Ты хочешь от меня причну? Разве она подойдёт, даже если будет не одна, даст тебе успокоение? Но что если причины нет, если она слишком незначительна и надуманна для того что было совершено. Это путь к разочарованию, и я не дам тебе на него ступить, не после того что ты пережил. И прости, мы должны закончить поединок смертью одного из нас.

Коннор горько улыбнулся, посмотрел на Айдана с глубочайшей печалью, поднял Вересковое Сердце и пронзил им грудь…

 

Возвращаясь с битвы в долине Кеад Айбнеах, клан Иаранн шумно гулял, играли волынки отгоняя злых духов и подсказывая душам павших дорогу Домой. Мед лился рекой, из окрестных лесов выходили сатиры и нимфы, фейри и брауни привлеченные музыкой и запахом радости. Коннор сын Карстена, убийца короля фоморов, держался в стороне от шествия, погруженный в свои думы. Так он не заметил как забрел в лес и заблудился. Долго блуждая по дебрям встретил он девушку, что жила в том лесу, полюбили они друг друга, с первого взгляда. Дни они проводили вместе радуясь жизни, но всегда хотел Коннор вернуться к большому миру вместе с любимой. Она просила его остаться, пообещав что дважды разобьёт он ее сердце, если они покинут эту тихую беззаботную жизнь в лесу. Но не мог Коннор себе представить что сделает такое с ней. Забрал он ту девушку из леса, обуреваемый страстью, ослеплённый радостью, забыв о том что она сказала.

Долго он пропадал и родичи посчитали его мертвым, но по возвращении празднества не утихали много дней. Но не позволили старейшины клана великому воину взять в жены безродную девушку. В гневе ушел он с братьями из клана на восток, к океану. Там они встретили клан Уиссэ, дочь его вождя была самой красивой девушкой что можно было найти на всем свете и она заняла место в сердце Коннора.Великими подвигами расположив к себе вождя, взял он его дочь в жены себе и основал род Карстена, в крепости-брохе на берегу океана. Девушку из леса он оставил своей любовницей, но охладел к ней. Так её сердце было разбито в первый раз.

Сильным кланом стали сыны Карстена, множества подвигов совершили, славных одержали побед, подчинили себе многие соседние кланы. Мак'Карстены возгордились.

И однажды когда предстала она перед ним в медовом зале их крепости, нося под сердцем ребенка, прося принять дитя в семью Карстенов. Он боялся что ее ребенок станет соперником его законным детям, а также жрецы настраивали его против неё, опасаясь её колдовства. Забывший прежнюю теплоту, Коннор отверг их и изгнал, никто не встал на их защиту. Так сердце Морриган из Леса было разбито во второй раз.

Уходя она прокляла Коннора и его братьев за бессердечие бессердечной жизнью. Она ушла и больше не никто не видел. Суть проклятья вы мой дорогой читатель уже знаете, и сыновья Карстена не растерялись. За следующие столетия они подмяли под себя все государства и организации известного мира, с ними считались лорды фей и демоны, и совсем неописуемые сущности с других планов бытия. Но братья не выдержали этого, один за другим уходя из жизни, ведь истинно бессмертным был только Коннор. Он же давно перестав способны снять проклятье, на последние триста лет и вовсе закрылся в своей комнате-келье. Его сознание совсем повредилось, перестав уже быть человеческим, он погрузился в глубокую хандру, граничащую с забытьём. До событий трехмесячной давности.

В особенно меланхоличную ночь, когда Коннор в четвёртый раз перечитывал " Новейшую Историю" Житова Гляжека, в его келью влетел ворон-камердинер Малкольм и, раз уже наверно десятый за прошедшее тысячелетие, объявил об обнаружении Морриган. Или меланхолия наконец то достигла своего апогея, или цепочка размышлений затронула нужные струны в его душе, но холодное сердце Мак'Карстена схватило нестерпимой болью. И оно забилось вновь.

Здесь стоит уточнить: старые чувства не воспылали новым жаром, не появилось у Коннора намерения исправить ошибки прошлого. Было лишь желание покончить со своей неправильно затянувшейся жизнью.

Следующие три дня от Дома Восходящего Солнца во всех направлениях вылетали почтовые голуби и вороны.

 

...Айдана. Кровь струйкой стекала от уголка его рта. С трудом приподняв голову Айдан смотрел на спокойное лицо Коннора, только что убившего своего потомка. Грудь пронзила боль, Патриарх вытащил клинок из нее. Айдана пробил кровавый кашель.

- Победа моя.- все что сказал Патриарх. И повернулся к океану, подставив лицо под утренний бриз.

- И чего ты добился?- прохрипел Айдан.- Наш Дом пал, мы сейчас может быть последние из Мак'Карстенов. Это победа, которую ты хотел?

- Ещё не умер?- Коннор развернулся к нему.- Чувствуешь, наверно, проклятье ещё не спало. Раз так …

Патриарх облокотился о заграждение, видно было что и ему трудно стоять на ногах.

- Я собирался покончить со всем, уже давно, вот тебе причина. И сделать… будь я проклят, прости за каламбур, сделал это на своих условиях. Перебить врагов, союзников ослабить, дать нашей семье нормальную жизнь, а самому найти наконец смерть, но… Насчёт нашего Дома, скольких из нас ты сегодня убил? Я ли привел род к погибели?

- Ты! - в груди стало нестерпимо больно, не столько от раны, сколько от понимания. - Ты прав.

- Да я прав, и я не имею права тебя обвинять. Ты старался защитить тех кто тебе дорог. - Коннор посмотрел в сторону Дженни, хлопотавшей над Александром, тот уже открыл глаза, он был жив. - Забирай его девочка, вон там есть потайной спуск. Спасайтесь. И попробуй простить меня за брата, хотя вряд-ли сможешь.

- Правда в том, - продолжил Патриарх, вновь повернувшись к Айдану. - Что я трус. Всегда им был и всегда это лучше всех скрывал. Я хотел со всем покончить, но когда план начал исполняться я испугался, до смерти, хотя в моем случае это выражение неприменимо. Вместо того чтобы избавить наш род от проклятья, я решил избавиться от возможности его снять. Убил бедную девушку, которая и так несла в себе тысячелетнее горе, тоже принесённое мной. Просто глупый старик, слишком часто ошибавшийся и не заслуживающий прощения. Дали, хоть, выговориться старику. Ты там жив ещё?

Айдано попытался что-то сказать но лишь отхаркнул кровяной сгусток и издал стон. Он видел что и Коннор не упал лишь потому, что держится за ограждение.

- Да, проклятье ещё не снято и ещё кровь демона. Легко ты не умрёшь. Кажется, победил всё-таки ты. Пускай глупый старик сделает хоть что-то хорошее на последок.

Первый из Мак'Карстенов приложил острие меча точно к сердцу, упёр рукоятью в пол и надавил всем весом. И Айдан почувствовал всё. Чувствовать было больно

 

Горел Биррей, гости бежавшие морем устроили несколько жестоких столкновений в городке. Городская гадалка предупреждала людей покинуть город, но ей мало кто верил, она и сама, в итоге, осталась, решив что снова ошиблась с предсказанием. Догорали палаточные лагеря, от них остались лишь пепелище усеянное мертвецами из разных народов и рас.

Горел Дом Восходящего Солнца. Айдан смотрел на океан, чувствуя как жизнь покидает его.Солнце поднималось по небосводу, насчёт восходов молва не врала. Красиво то как...

 

 


Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 5. Оценка: 4,80 из 5)
Загрузка...