Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Фиолетовое колесо

Кот, динозавр и раковина жили на небольшом пляже, отделённом от остального мира полосой густого кустарника. Жили они тут очень давно, наверное, целый год, и уже порядком устали друг от друга.

Кот был большой и оранжевый. Он любил кушать ставридок и облизываться, и не любил песок. Ведь песок набивался коту в шерсть, когда он укладывался вздремнуть, и потом приходилось долго вычищаться.

Динозавр был маленький, вполовину меньше кота. Но, тем не менее, это был самый настоящий динозавр с тремя рогами, шипастым хвостом и гребнем через всю спину. Он любил порядок, а порядок в понимании динозавров – это когда все тебя слушаются и делают хорошие, правильные дела. Ещё ему нравилось рыть ямы. Иногда он выкапывал по три или даже четыре глубокие ямы за день.

– Зачем ты их роешь? – ворчал кот. – Кто-нибудь ночью не увидит твоей ямы и провалится.

– Ночью не надо ходить, – отвечал динозавр, увлечённо загребая песок. – Ночью никто здесь не ходит.

– Я хожу, – говорил кот, – и тебе хорошо это известно.

– Ночью не надо ходить, – повторял динозавр, не оставляя своего занятия.

Кот только морщился, нервно подергивал хвостом и отправлялся прочь. Спорить с динозавром было бесполезно. «Что я делаю на этом пляже? – думал кот. – Пляж – не место для котов. Коты должны жить в лесу, в одиночестве, ловить птичек и мышей. А я даже ни разу не забирался на дерево! Нет, пора мне уходить. Давно пора».

Раковина была самой обычной, не большой и не маленькой, серой в жёлтую крапинку. Но обычной она была только снаружи, а внутри у неё, если дул ветерок, шумело море. И это ей очень не нравилось.

Раковина целыми днями лежала на песке, потому что не умела ходить. Она вздыхала:

– Нет, вы только послушайте! Оно всё шумит и шумит!

– Я уже слушал сегодня, – отвечал кот. – Пусть теперь динозавр послушает.

Динозавр прикладывал голову к раструбу раковины и сосредоточенно слушал.

– Да, шумит, – говорил он.

– Это невыносимо! Просто невыносимо! – жаловалась раковина.

– Что ж тут такого? – отвечал динозавр. – Шумит себе и шумит. Ничего в этом плохого нет.

– Вы не понимаете! Ведь оно постоянно шумит, и днём, и ночью, пока ветер не утихнет! Вы просто не представляете каково это, когда внутри тебя всё время шумит море!

– Пора бы уже и привыкнуть, – говорил кот. – Это же не вчера началось.

– К такому невозможно привыкнуть. Снаружи шумит море, внутри шумит море. От этого перестаёшь понимать, где кончается «внутри» и начинается «снаружи».

– Сейчас мы тебе поможем! – говорил динозавр. – Я вырою большую яму, мы столкнем тебя на самое дно, и станет лучше. Ведь там нет ветра. Эй, кот! Кати раковину к тому бугорку! Там выйдет хорошая яма.

– Нет, это уж вы без меня, – морщился кот. – Ничего из такой затеи не выйдет.

– А вот и выйдет! – настаивал динозавр.

– Вчера ты её клал в яму, позавчера клал и на прошлой неделе, да только никакого толка. Всё кончится тем, что ты случайно засыплешь раковину, и мы её больше не найдём.

– Это отговорки бездельника! – топал ногами динозавр. – Если не хочешь помочь, так мы и без тебя справимся!

Динозавр принимался за дело.

Он перекатывал раковину по пляжу, разгребал горы песка, сталкивал её в ямы, вытаскивал оттуда и снова сталкивал, то и дело спрашивая: «Шумит? А теперь шумит? И сейчас всё ещё шумит?»

Раковина только охала и вздыхала. Даже в самые глубокие ямы всё равно пробирался ветер.

Кот, прищурившись, некоторое время следил за такой работой, а потом махал хвостом и уходил ловить ставридок.

В редкие дни, когда не случалось ни малейшего ветерка, раковина всё равно была печальна.

– Да, сейчас ветра нет, – говорила она. – Но это ненадолго. Скоро снова задует, и шум моря будет меня донимать.

Так они и жили очень долго на небольшом пляже втроём и порядком друг от друга устали. Каждый занимался своим делом: динозавр рыл ямы, раковина жаловалась на шум моря, а кот кушал ставридок, облизывался и думал, что пора бы ему уходить, давно пора.

Только на закате, когда солнце опускалось в море, у кота, динозавра и раковины находилось одно общее дело. Они садились на берегу и молча смотрели, как алое небо отражается в розовой ряби волн. Кот в это время не ворчал, динозавр не командовал, а раковина не вздыхала.

Но потом небо становилось чёрным. Наступала ночь. Динозавр забирался в яму и засыпал, кот отправлялся на прогулку, а раковина оставалась один на один с шумом моря.

Так всё и продолжалось очень долго, наверное, целый год, пока на пляже не появилось фиолетовое колесо.

 

***

Никто не знал, откуда фиолетовое колесо взялось. Может быть, его принесло море, а может быть, и нет. Просто однажды около полудня, когда все были заняты своими делами, оно вдруг появилось на пляже, остановилось возле раковины, прокатилось немного вперёд и немного назад и даже подпрыгнуло два раза на месте, чтобы привлечь к себе внимание. Но до того ли было раковине? Ведь погода стояла ветренная, и внутри у раковины громко шумело море. Что за дело ей было до каких-то колёс?

Тогда фиолетовое колесо закрутилось быстро-быстро, с шипением выбрасывая из-под себя песок. Это заставило раковину взглянуть на него.

– Кто ты? – спросила раковина. – Впрочем, неважно. Подойти и послушай, как во мне шумит море.

Фиолетовое колесо несколько раз прокатилось вокруг раковины. Ни подойти, ни послушать оно не могло, потому что у него не было ни ног, ни ушей. Все, что оно умело, – это кататься. Но раковину катание не интересовало.

– Ты тоже не понимаешь, – вздохнула она. – Никто не понимает.

Фиолетовое колесо ещё немного постояло возле раковины и, поняв, что на него не собираются обращать внимания, укатилось.

 

***

Динозавр копал песок и, когда к нему прикатило фиолетовое колесо, успел зарыться довольно глубоко. Колесо проехало несколько раз вокруг ямы по часовой стрелке и несколько раз – против. Только тут динозавр его заметил и сейчас же выбрался наверх. Колесо показалось ему интересным. Динозавр внимательно осмотрел его со всех сторон, потом слегка боднул рогами и задумался.

«Колесо – нужная вещь, – решил он. – Из колеса можно сделать... можно сделать...»

Динозавр какое-то время не мог придумать, что можно сделать из колеса, а потом вдруг понял. Из колеса можно смастерить землечерпалку!

– Эй, пойдём со мной, – сказал он. – Я покажу тебе, что нужно делать.

Динозавр затопал по пляжу, и колесо покатилось следом. По дороге динозавр подбирал небольшие плоские ракушки и забрасывал их себе на спину взмахом хвоста. Когда ракушек набралось целых четыре штуки, он отыскал выброшенные морем сухие водоросли и остановился.

– Теперь мы сделаем из тебя землечерпалку, – сказал динозавр. – Ты сможешь без особого труда копать великолепные траншеи. Разве не здорово?!

Он повалил колесо на бок и стал водорослями привязывать ракушки к ободу. Динозавр работал со старанием. Колесо лежало на песке и не сопротивлялось. Ему, наверное, было интересно, что из этого получится. Только иногда оно немного вздрагивало от щекотки.

Закончив, динозавр поднял колесо и сказал:

– Вот этими ракушками ты будешь зачерпывать песок, когда покатишься. И за тобой останется борозда. Если ты проедешь по борозде пятьсот раз, выйдет замечательная траншея. Ну-ка, попробуй!

Фиолетовое колесо попробовало, но не смогло и с места сдвинуться, потому что ракушки мешали ему катиться.

– Давай! – подбадривал его динозавр. – Поднажми!

Колесо поднажимало, хотя было видно, что всё это ему уже не очень-то нравится.

– Ещё немного! – требовал динозавр.

Колесо поднажало ещё немного, но тут водоросли разорвались и ракушки отвалились. Фиолетовое колесо не удержалось и упало на бок.

– М-м-м-да, – задумчиво протянул динозавр. – Так землечерпалка, наверное, не выйдет. Ну да ничего страшного. Я придумаю, как тебя приспособить к делу.

И он принялся ходить взад-вперёд, а колесо всё лежало на боку. Было видно, что ему это не по душе. Оно пыталось подняться, но само не могло. А динозавр всё ходил и ходил, не обращая на него внимания.

Наконец, он остановился.

– Вот что, – сказал динозавр. – Ты будешь утрамбовывать песок! Когда роешь яму, рыхлый песок часто осыпается обратно, и его приходится выгребать заново. Но ты будешь кататься вокруг ямы и утрамбовывать. Так песок перестанет осыпаться. Пойдем, я покажу тебе, где надо поработать!

Динозавр поднял колесо и отправился к месту своих последних раскопок. Но, дойдя до ямы, обнаружил, что фиолетовое колесо за ним не катится. Оно вообще куда-то исчезло.

 

***

Кот лежал, растянувшись, возле куста. Он думал, что песок опять набился в шерсть, и теперь надо чиститься. Настроение у кота было скверным. «Надо уходить отсюда, – думал он. – Не место котам на пляже, где нет ни одного дерева».

В это время к нему подкатилось фиолетовое колесо.

– Это что ещё такое? – удивился кот.

Из любопытства он толкнул колесо лапой. Оно откатилось немного и сразу вернулось на место.

– Занимательно, – сказал кот и снова толкнул колесо, на этот раз чуть сильнее.

Колесо опять откатилось и вернулось назад. Кот снова толкнул.

Так они долго играли, и, видимо, обоим это занятие понравилось. Кот толкал, колесо каталось и иногда крутилось юлой от удовольствия.

Потом кот сказал:

– Скоро закат. Нужно посмотреть, как солнце прячется в море.

Он поднялся и, даже не став чистить шерсть от песка, направился к берегу. Колесо покатилось за ним.

Когда они пришли, динозавр уже был на месте, а раковина всегда лежала там.

– Колесо? – удивился динозавр.

– Колесо, – вздохнула раковина.

– Колесо! – подтвердил кот.

И они стали смотреть на закат.

 

***

На следующее утро после завтрака кот и фиолетовое колесо вновь затеяли прежнюю игру в толкай-катайся. Нельзя сказать, что кота это очень уж веселило. Однако колесу, кажется, нравилось, и кот решил доставить ему удовольствие.

Вскоре к ним притопал динозавр и заявил строго:

– Эй! Делу время, а потехе – час. Хватит уже развлекаться! Пора приниматься за работу.

– Какая может быть работа на этом пляже? – лениво возразил кот. – Тут совершенно нечего делать.

– Работа есть везде, – ответил динозавр. – Только лодыри не хотят её замечать. Сегодня, например, не вырыто ещё ни одной ямы. А ведь если не закончить главные дела до обеда, потом уж точно ничего не успеешь.

– Это не дела, а самая настоящая глупость, – сказал кот. – Никому твои ямы не нужны. От них никакой пользы – один только вред.

– Что ж, по-твоему, выходит, я – дурак, раз их копаю? – насупился динозавр.

– Выходит, что так.

– Думай, как знаешь, – сказал динозавр. – И вообще, можешь сколько угодно пролеживать бока, но только колесо я забираю с собой. Оно, в отличие от тебя, способно к труду.

С этими словами динозавр подцепил фиолетовое колесо на рога и потащил его к наполовину вырытой яме. Колесо дёргалось, трепыхалось, однако освободиться не могло.

– Кажется, ему это не нравится, – заметил кот. – С чего ты взял, что можешь им командовать?

– С того, – ответил динозавр, – что я не хочу, чтобы из него получился такой же умник-лежебока, который только и может, что болтать, а сделать ничего не способен.

– Такой же умник-лежебока, как кто? – уточнил кот.

– Как ты, конечно!

– Ах вот оно что! И чего же я, по-твоему, не способен сделать?

– Да ничего! Всё говоришь и говоришь: я уйду, мне тут не место, деревья нужны, – а толку никакого. Попробовал ты посадить хотя бы одно дерево? Нытик!

– Вот так, значит! – воскликнул кот и вскочил на все четыре лапы. Шерсть на его загривке вздыбилась, а хвост нервно дергался из стороны в сторону. – Значит, я только говорю?! Что ж, довольно я всё это терпел. Дурацкий пляж! Дурацкий песок! Дурацкая компания! Один только и делает, что роет никчёмные ямы, а вторая вздыхает и охает целыми днями! Теперь я точно ухожу! Вот только наловлю ставридок – и сразу в лес!

Кот решительно направился к берегу.

Динозавр на какое-то время остановился в задумчивости, а потом поспешил за котом.

– Эй, ты чего?! – спросил он.

– Да ничего! – ответил кот, успевший к тому времени зайти в воду по грудь. – Не видишь разве – ловлю ставридок. Поймаю десять штук и уберусь отсюда поскорее. И больше никогда не буду лазить в воду, не буду пачкать шерсть в песке и не буду терпеть ваше занудство. Всё это – не дело для кошек!

– Ты подумай, – увещевал его динозавр. – Тут-то хотя бы ставридки ловятся, а там, в лесу, ещё не известно, что и как.

– Уж во всяком случае не хуже! – отвечал кот, успевший уже сцапать три рыбёшки.

– А вдруг там хищники?!

– Я сам – тоже хищник. Чего мне бояться?

– Ну хоть ты ему скажи! – приступился динозавр к раковине.

– Что я могу сказать? – воздохнула та. – Это невыносимо! Просто невыносимо! Вы даже представить не можете, каково это, когда в тебе шумит море!

Динозавр исчерпал все доводы, чтобы убедить кота остаться. Он грустно смотрел, как тот долавливает последних ставридок до полного десятка.

Покончив с рыбалкой, кот обмотал добычу водорослями, взял узелок в зубы и отправился прочь от берега.

Фиолетовое колесо дрожало, металось. Наверное, оно сей же час покатилось бы вслед за котом, если б могло соскочить с рогов динозавра.

Кот подошёл к кустарнику, росшему у границы пляжа, и готов был уже скрыться в ветвях. Тут динозавр сказал:

– Эй, то неправильно. Раз мы все втроём, то есть, теперь уже вчетвером, оказались тут, значит это для чего-то было нужно. А если вот так уходить, то что же получится? Получится, что это было и не нужно. Зачем же мы тут жили так долго? Вдруг, если ещё немного потерпеть, станет лучше?

– Не станет, – пробормотал кот – говорить внятно ему мешал узелок со ставридками в зубах. – Чем дольше терпишь, тем хуже становится. Надо идти к своей мечте, а не довольствоваться тем, что есть.

Так он сказал и юркнул в ветви кустарника. А динозавр остался. Фиолетовое колесо отчаянно дёргалось, пытаясь освободиться от рогов динозавра, но тот очень глубоко задумался и не замечал этого.

Динозавр долго стоял, глядя на плотную стену кустарника в надежде, что кот сейчас передумает и вернётся. Но кот не вернулся.

Когда динозавр наконец-то догадался снять колесо с рогов, оно бросилось вслед за котом, но запуталось в ветках, и пришлось его освобождать. Тогда колесо снова попробовало прорваться через кустарник в другом месте, но опять застряло. Так динозавр вытаскивал его раз пять, а потом наступил вечер.

Солнце коснулось моря, и всё окрасилось багряным, розовым и сиреневым.

Динозавр поплёлся к раковине, уселся рядом.

– Сегодня кот не посмотрит с нами на закат, – сказал он.

Раковина промолчала.

Фиолетовое колесо так и крутилось около кустов, не зная, как преодолеть эту преграду.

 

***

На следующий день динозавр не стал копать ямы и не стал никем командовать. Он был очень задумчив и молчалив до самого обеда, а потом сказал:

– Надо что-то делать.

Раковина вздохнула и ничего не ответила.

– Надо вернуть кота, – продолжил динозавр. – Иначе мы так и просидим тут тысячу лет без него и при каждом шорохе кустов будем оборачиваться в надежде – вдруг он вернулся.

– Ты в самом деле думаешь, что это возможно? – спросила раковина. – Ели уж кто-то ушёл, то он ушёл – мне так кажется. И не надо терзать себя глупыми надеждами. Да и будет ли коту лучше, если мы его вернём? И будет ли лучше нам от этого?

– Лучше – не лучше! – фыркнул динозавр. – Разве можно рассуждать о таких вещах, когда кто-то ушёл? Надо просто возвращать – вот и всё! А то мало ли, что случится. И всё у нас получится, если возьмёмся за дело вместе. Мы все пойдём за котом и вернём его обратно, хочет он того или нет!

– Не знаю, – с сомнением проговорила раковина. – У меня нет сил на все эти хлопоты. Когда внутри постоянно шумит море, ни на что другое не остаётся сил. Да и пойти я никуда не смогу, потому что у меня нет ног. Я даже не умею катиться, как колесо. Лучше ступайте без меня.

– Ну уж нет! Надо обязательно идти всем вместе! Иначе ничего не получится. А насчёт ног и колёс я что-нибудь придумаю, – ответил динозавр и принялся рисовать рогом на песке.

Что там в итоге вышел за чертёж, раковина не поняла. Да она и не хотела в этом разбираться. Зато динозавру, кажется, всё было понятно. Он пошёл к кустарнику, наломал веток и принялся что-то из них мастерить. При помощи лап, хвоста и пасти динозавр ловко управился с работой. Вскоре у него было готово что-то вроде тачки с оглоблями. Не хватало только колеса.

А колесо всё ещё каталось вдоль кустарника в надежде отыскать лазейку между переплетёнными ветвями.

– Эй! – позвал динозавр. – Иди-ка сюда! Мы решили отправиться на поиски кота.

Услышав это, колесо тут же поспешило к динозавру. Тот приладил колесо на ось, рогами затолкал на тачку вздыхавшую раковину, потом впрягся в оглобли и зашагал к кустам.

Толстыми ногами динозавр топтал ветки и прокладывал себе путь. Дело двигалось небыстро, но верно. Иногда, правда, тачка кренилась набок, и раковина вываливалась. В таких случаях динозавру приходилось выпрягаться и закатывать её обратно. При этом время от времени раковина оказывалась в тачке низом кверху. Впрочем, поскольку дул ветерок, она была настолько поглощена страданиями из-за шумящего внутри моря, что на такие мелкие неприятности попросту не обращала внимания.

Колесо, кажется, было довольно экспедицией. Оно рвалось вперёд, желая поскорее отыскать кота. Ради такого дела колесо даже готово было мириться с тем, что его прикрепили к тачке, и теперь оно не может катиться, куда вздумается.

Вот так динозавр, раковина и фиолетовое колесо упорно пробивались сквозь кусты, чтобы отыскать своего сбежавшего кота.

 

***

Кот тем временем успел уйти далеко. Он давно миновал заросли кустарника, переплыл через ручей и оказался в широком поле, где среди травы бегали мыши. Кот поймал зазевавшуюся мышку, однако она начала так жалобно пищать, что есть её расхотелось. Кот отпустил добычу и подкрепился ставридкой из запасов.

Впереди виднелось что-то тёмное и густое. Кот направился туда и вскоре дошёл до леса.

Раньше он никогда не видел деревьев, а здесь их росло так много и были они так высоки, что у него захватило дух. Вот где настоящее место для котов! Тут можно забираться, куда угодно, лазить, карабкаться и прятаться в листве. И главное – нет никакого песка! А кругом ещё и вкусные птички поют!

Не помня себя от радости, кот сразу же вскарабкался на ближайшее дерево, уселся на ветке и посмотрел по сторонам. Кругом была красота. Ведь сверху всё выглядит совсем по-другому. Сверху не замечаешь ни канав, ни колдобин, ни колючек. Кот решил забраться повыше и увидеть побольше.

Он залез по стволу до самой макушки и почувствовал себя счастливым. Отсюда можно было разглядеть всё широкое поле, ручей и заросли кустарника. Вот только пляж и море почему-то не было видно. Ну да не больно-то и хотелось на них смотреть.

Кот зажмурился от удовольствия, потом скушал сразу две ставридки и подумал: жаль, что глупый динозавр никогда не увидит этого простора. Конечно! Где ж ему, неуклюжему, лазить по деревьям?! А вот если бы можно было как-то его сюда затащить, то динозавр сразу бы понял, как мелки и никчёмны и его пляж, и его ямы в песке. Да и раковина, взглянув на такую красоту, тут же забыла бы о своих страданиях.

Ещё кот вспомнил о колесе и решил, что на дереве с ним, пожалуй, не поиграешь.

До самого вечера кот любовался окрестностями. Потом наступило время заката. Солнце тут почему-то опускалось не в сторону моря, а к лесу, густому и тёмному. Очень быстро оно скрылось за деревьями, и наступила ночь. И не случилось никакой розовой ряби волн, никакого отражения гаснущего неба.

Кот был несколько разочарован скудным зрелищем – ведь не к такому закату он привык. Впрочем, в лесу всё равно было хорошо. Никогда раньше ему не удавалось услышать сразу столько тревожных шорохов и скрипов. Кот долго сидел на верхушке дерева, кушал ставридок, таращился по сторонам на каждый звук и боялся в своё удовольствие, но потом, всё-таки, заснул.

Пробудился он ранним утром от громкого птичьего щебета. Позавтракал, полюбовался на ручей и широкое поле, а потом решил, что пора бы спуститься вниз и разведать, что же там дальше, в густом лесу.

Однако это оказалось гораздо сложнее, чем забираться на макушку. Ведь для того, чтобы спуститься по стволу, надо было повернуться вниз головой, а от этого у кота сразу мутилось в глазах и становилось страшно. Не тревожно, как от будоражащих ночных шорохов, а страшно по-настоящему, когда цепенеешь и даже пошевелиться не можешь – до того накатывает ужас. Загнутые когти кота очень хорошо держались за кору, когда он карабкался вверх, но совсем не хотели цепляться на обратной дороге.

Преодолевая страх, кот так и эдак пробовал спуститься и в итоге чуть не сорвался с огромной высоты. Он понял, что все его усилия бесполезны, и едва не заплакал от досады. Выходит, так и сидеть на этом дереве до скончания веков? Но что же в таком случае кушать? Ведь ставридок осталось всего две, а снующих среди ветвей птичек, пожалуй, и не поймаешь – до того они проворны. Кот не любил голодать.

Он посмотрел в сторону протянувшейся вдали линии кустарника, за которой должен был находиться родной пляж и море, а потом истошно заорал:

– Мау!

Конечно, кот не надеялся, что кто-то придёт ему на помощь, но всё равно орал:

– Мау! Мау!!!

 

***

Динозавр, раковина и фиолетовое колесо продрались через кустарник лишь к вечеру. Все, кроме колеса, выбились из сил. Колесо хотело и дальше катиться на поиски кота, но динозавр скомандовал отбой, выпрягся из тачки и поудобнее устроился для сна.

– Здесь почти не слышно, как море шумит снаружи, и от этого его шум внутри ещё нестерпимее, – пожаловалась раковина. – Пожалуйста, переверните меня. Мне очень плохо лежать книзу верхом.

Раковину перевернули, и все улеглись спать, даже не посмотрев на закат. Тем более, и смотреть-то здесь особо было не на что. Совсем другое дело – на море.

Чуть свет колесо растолкало всех. Оно подпрыгивало, крутилось волчком и требовало немедленно отправляться в путь. Никто и не возражал. Динозавр закатил раковину на тачку, позаботившись, чтобы верх и низ у неё были там, где положено, уцепился за оглобли и зашагал вперёд.

Очень они оказались перед ручьём. Динозавр призадумался, как бы переправиться на другой берег. Пока он расхаживал туда-сюда и почёсывал лоб шипастым хвостом, фиолетовое колесо рвалось в путь и, если бы не было прикреплено к тачке, наверное, немедленно бросилось бы в воду.

– Плеск ручья отличается от шума моря, – рассуждала в это время раковина сама с собой. – Однако ж, от этого ничуть не легче.

– Мау! – раздалось вдруг откуда-то издалека. – Мау!!!

Колесо, услыхав эти звуки, подпрыгнуло и едва не сорвалось с оси.

– Кажется, это орёт наш кот! – встревожился динозавр.

– Вряд ли, – ответила раковина. – Наш кот очень приличный и не станет орать так противно.

– Видимо, он попал в беду, а когда попадаешь в беду, именно так и орёшь, – сказал динозавр и начал ещё усерднее ходить туда-сюда, разыскивая способ переправиться.

– Не знаю, не знаю. Я думаю, что, если беда настоящая, то и на вопли сил не найдёшь, – сказала раковина, но динозавр уже её не слушал.

Отчаянные крики звучали всё громче:

– Мау!!!

Если кот в беде, надо торопиться, а спешку динозавр не любил, и от этого волновался ещё больше.

Пометавшись по берегу, он обнаружил на некотором отдалении чахлое деревце, упёрся, поднатужился и повалил тонкий ствол через ручей. Не было времени размышлять, получится ли перейти по такому ненадёжному мосту. Динозавр вернулся к тачке, впрягся в оглобли и поскакал.

– Эй, теперь осторожнее! – скомандовал он, ступив на поваленное деревце. –Держим равновесие!

Тонкий ствол скрипел и прогибался чуть ли не до самой воды. Колесо и раковина старались держать равновесие, как велел динозавр, но не совсем понимали, как это делать. И вот, когда динозавр почти уже ступил на другой берег, тачка накренилась, раковина упала в воду и сразу же пошла ко дну. Оглобли изогнулись, отцепились от динозавра, и тачка грохнулась в ручей. Она, конечно, не утонула, однако от удара об воду колесо лишилось оси, оторвалось от тачки и поплыло вниз по течению.

Раковина пускала пузыри на дне, колесо уносилось по ручью всё дальше, откуда-то раздавалось призывное «Мау!», а динозавр стоял на чужом берегу и не знал, что же ему делать.

Сначала он хотел было вытащить раковину, но тут понял, что не умеет ни плавать, ни нырять. Тогда динозавр побежал вслед за фиолетовым колесом, однако не смог его догнать – слишком быстрым было течение. Динозавр запутался в траве, споткнулся о какую-то корягу, упал, поднялся, пробежал ещё немного, снова упал и понял, что совершенно выбился из сил. Тогда он заплакал от досады.

Такого динозавр совсем не хотел. Он хотел, чтобы все были вместе, раз уж вместе появились на одном пляже. А теперь получилось так, что и кот, и раковина, и даже фиолетовое колесо пропали кто куда. Динозавр думал, что это он виноват во всём, и он довёл всех до такого.

Между тем, издалека продолжало звучать горестное «Мау!» и делалось оно всё жалобнее и отчаяннее.

Немного успокоившись, динозавр решил, что раз нельзя вытащить раковину и догнать колесо, надо идти на этот зов. Может быть, хоть там ещё можно кому-то помочь. Он поднялся и зашагал через широкое поле, не замечая снующих под ногами мышей.

Лёгкий ветерок понемногу делался сильнее.

 

***

До леса динозавр добрался к середине дня. К этому времени ветер дул уже так, что деревья качались из стороны в сторону.

Динозавр остановился на опушке. Крик «Мау!» теперь стал совсем хриплым, слабым и доносился прямо сверху. Однако у динозавра была короткая толстая шея, и он не мог так запрокинуть голову, чтобы посмотреть, кто же там орёт.

– Эй, кот! Это ты? – спросил динозавр.

– Я, – ответили сверху.

– С тобой случилось несчастье? Тебе нужна помощь?

Коту помощь была очень нужна, потому что под ветром макушка дерева качалась и норовила его сбросить. Однако ему не хотелось, чтобы динозавр, которого он называл дураком, увидел его в таком беспомощном положении. Тем более, что в положении этом кот очутился только по собственной глупости.

– Нет, – ответил кот. – Ничего особенного. Просто мне немного сложно слезть с этого дерева. Впрочем, я не очень-то и хочу слезать. Ведь отсюда такой чудесный вид. Если бы ты умел лазить по деревьям, то и сам смог бы в этом убедиться.

Динозавр и так и эдак пытался разглядеть кота, однако не смог этого сделать из-за короткой и толстой шеи. Тогда он лег, перевернулся на спину и увидал товарища, раскачивающегося на самой макушке дерева.

– Эй, держись крепко и не двигайся! – скомандовал динозавр. – Сейчас я сниму тебя оттуда.

– И как ты это сделаешь? – в отчаянии спросил кот. – Разве ты умеешь лазить по...

Динозавр решительно подошёл к дереву, подпрыгнул, насколько смог, и вонзил в него рога. Потом подобрался кверху, ударил по стволу хвостом, вгоняя шипы в древесину, высвободил рога, выпрямился и, держась на хвосте, засадил рога чуть выше. Так, словно гусеница, он медленно, но упрямо полз вверх и потихоньку добрался до макушки, оказавшись рядом с котом.

– Вот дурень, – вздохнул кот. – Взбираться-то легко, а вот слезть невозможно. Теперь и ты тут застрял.

– Ничего. Как-нибудь спустимся, – ответил динозавр, тяжело дыша. – Цепляйся за мою спину и отправимся вниз.

Кот думал, что это самоубийство. Однако другого выхода у него не было. Он бросил на землю последнюю ставридку, всеми четырьмя лапами схватился за гребень на спине динозавра и зажмурился.

Динозавра качнуло от нового груза, однако он удержался и неспешно начал спускаться так же, как и поднимался до этого, только в обратном порядке – сначала втыкал в ствол шипы на хвосте, потом рога. Так они и очутились на земле.

После этого кот не сразу пришёл в себя и ещё какое-то время держался за гребень динозавра. Однако потом он всё же открыл глаза, увидел, что опасность миновала, отыскал брошенную ставридку, съел её одним махом и начал вылизывать растрепавшуюся шерсть.

Динозавр, запинаясь, рассказал, что случилось с их экспедицией при переправе через ручей, и потребовал немедленно отправляться на спасение раковины и на поиски колеса. В другое время кот непременно высказался бы о недостатке сообразительности у незадачливых товарищей, но теперь, после приключения на верхушке дерева, он и себя не чувствовал особенно умным. Кроме того, хотелось того или нет, а приходилось быть благодарным динозавру, который выручил его в, казалось бы, безвыходной ситуации.

Кот поднялся и поспешил к ручью. Динозавр направился за ним.

Когда они добрались до места неудачной переправы, раковина уже не пускала пузыри, и все подумали, что с ней случилось нехорошее.

Кот умел хорошо плавать. Он нырнул и быстро вытащил раковину на берег. Динозавр тут же перевернул её, чтобы вода вытекла из раструба.

Раковина какое-то время не произносила ни звука, а потом тяжко вздохнула.

– Ну вот, опять началось, – пожаловалась она. – И зачем только вы меня достали? Тут ветер, а на дне его нет. Конечно, и там от течения немного слышен шум моря, но совсем не так мучительно, как здесь. Разве нельзя мне получить хоть немного покоя?

Кот с динозавром призадумались. Они-то полагали, что спасают раковину от гибели, а на самом деле всё вышло иначе.

– И что же, – неловко начал кот, – нам бросить тебя обратно?

– Да, – ответила раковина. – Бросьте, если вам не трудно.

– Но тогда ты будешь лежать на дне совсем одна неизвестно сколько времени, – сказал динозавр. – Мы ведь не сможем быть с тобой рядом. С кем же ты будешь говорить, кому станешь жаловаться, если захочешь?

– На что мне жаловаться, если море почти не шумит? – спросила раковина. – И о чём мне говорить, если не на что жаловаться?

Кот и динозавр помолчали немного. Каждый думал, что, вроде бы, и следует поступить так, как просит раковина, раз в таково её желание, но в то же время ни один из них сам не хотел бы неизвестно сколько времени лежать в одиночестве на дне ручья. Обоим казалось, что это неправильно и даже жутко.

– Ты ведь понимаешь, что это навсегда? – задал вопрос динозавр.

– Понимаю, и даже лучше, чем все вы, – ответила раковина. – Когда я лежала на пляже, и шум моря изводил меня до умопомрачения, это тоже было навсегда. Но то навсегда кончилось, и теперь должно наступить другое. Чего ж вы медлите? Столкните скорее меня в воду! Здесь дует ветер и наводит гул и ужас внутри моей пустоты. Зачем вы мучаете меня просто потому, что никак не можете решиться?

Кот и динозавр заметили, что при порывах ветра из раструба раковины вместе со словами вылетает гулкий вой. Просто так не станешь выть настолько жутко.

– Всё это мне не нравится, – сказал кот, – но, кажется, сейчас правильно сделать то, что кажется неправильным. Навалимся на счёт три. Раз, два...

Кот и динозавр столкнули раковину в ручей. Она пошла на дно, из её раструба вырвались крупные пузыри, которые становились всё мельче. Вода заполняла её пустоту и облегчала страдания.

– Что ж, – воздохнул динозавр. – С раковиной всё понятно, но мы ещё можем спасти колесо. Но надо спешить, пока оно не уплыло слишком далеко.

Приятели отправились в путь вниз по течению ручья.

 

***

Шли они долго.

– Но ведь должно же оно за что-то зацепиться, – то и дело говорил динозавр. – Оно вечно за что-то цепляется.

Кот молчал. Когда проголодался, он поймал в ручье несколько мелких костлявых рыбешек, совсем не таких вкусных, как ставридки, и съел их, не проронив ни слова. Ему тоже хотелось отыскать фиолетовое колесо, но после случая с раковиной он не был уверен, стоит ли это делать. Может быть, случай лучше знает, кому и где нужно находиться, а неприятности начинаются, когда пытаешься ему перечить? Вот сам кот, например, так и сидел бы на родном уютном пляже, кушал бы жирненьких ставридок, если бы не та дурацкая идея с лесом. Но, с другой стороны, если бы он не ушёл, то и раковина не получила бы облегчение от своих мук, и колесо... А что колесо? С колесом-то ещё не известно, что приключилось.

– Всегда цеплялось, и тут прицепится, – продолжал бормотать динозавр. – Надо только не бросить дело раньше времени. Может быть, вот уже за тем поворотом...

Кот и динозавр шли до самой темноты, потом поспали и на следующий день снова отправились в путь. К обеду они добрались до странной хижины, которая непонятным способом была построена прямо поперёк ручья. Внутри хижины что-то скрежетало, а рядом валялись груды досок. Возле досок стоял индеец.

Индеец был темно-зелёный и большой, даже крупнее кота. В одной руке он держал топор, а во второй – нож. Рот индейца был открыт, как будто для крика, но при этом ни звука не раздавалось.

– Не нравится мне этот индеец, – сказал кот.

– Он и не обязан тебе нравиться, – ответил динозавр. – Во всяком случае надо спросить, не видел ли он колесо.

Динозавр направился к индейцу, и коту ничего не оставалось делать, как последовать за товарищем.

Увидав гостей, индеец спрятал нож и топор за спину.

– Очень рад! – сказал он, не закрывая рта. – Добро пожаловать на лесопилку! Сколько досок вы хотите купить?

– Мы не хотим покупать доски, – ответил динозавр. – Мы хотим спросить, не проплывало ли здесь фиолетовое колесо.

– Очень жаль, – сказал индеец и достал из-за спины нож и топор. – Очень жаль, что все вокруг так глупы, что не хотят покупать доски. А между прочим, из них можно сделать всё, что угодно: и дом, и лодку, и ящик. Видите, сколько тут досок?

– Видим, – сказал динозавр. – Но пока нам не нужно делать ни дома, ни лодки. Если потребуется, то за досками мы, конечно, придём к тебе. Сейчас нам нужно узнать, не проплывало ли здесь колесо.

– Проплывало, – ответил индеец. – И, к счастью, я его выловил. Я сразу понял, что от этого колеса будет очень много пользы.

– Отлично! – обрадовался динозавр. – Но где же оно?

– Отсюда его не видно, но я могу показать, – сказал индеец. – Пойдёмте со мной, если хотите посмотреть на очень хорошую машину.

Динозавр тут же согласился. Он любил машины. Кот не хотел никуда идти вслед за тем, у кого в руках нож и топор, а рот вечно открыт. Но не оставлять же товарища один на один неизвестно с кем.

За индейцем кот и динозавр прошли в хижину и увидели там такое, что трудно себе представить. Вдоль всех стен и на потолке крутилось неимоверное множество шестерёнок, рычагов и каких-то совсем непонятных штук. Всё это было присоединено к большой пиле и толкало её вверх-вниз, а пила разрезала толстое длинное бревно. От этого и происходил тот скрежет, который кот и динозавр услышали на подходе к хижине.

– Ух ты! – воскликнул динозавр. От такого великолепного зрелища он и позабыл, зачем сюда пришёл. – Это ты всё сам смастерил?

– Да, – ответил индеец. – Очень хорошая машина. Раньше мне приходилось и рубить, и таскать, и пилить. Теперь за меня пилит этот механизм, и поэтому можно сделать очень много досок.

– Научи меня, как такое смастерить! – попросил динозавр.

– Я могу научить, – согласился индеец. – Но не просто так. Вот если бы ты согласился таскать сюда деревья, тогда я бы тебя научил.

– Согласен! – тут же закивал динозавр.

Коту совсем не понравилось в этой хижине. Слишком много всего тут крутилось и скрежетало.

– А где же наше колесо? – спросил кот.

– Вот здесь, – ответил индеец и указал на дырку в полу, которую под бревном кот и динозавр сначала не заметили.

Они заглянули туда и увидели лежащую поперёк ручья жердь, на которую было насажено наполовину погруженное в воду колесо. К нему крепились лопасти. Бегущая вода билась об них и крутила колесо с бешенной скоростью. Во все стороны летели брызги.

– Вот от этого колеса всё здесь и движется, – сказал индеец. – Очень хорошее приспособление.

– Потрясающе! – воскликнул динозавр.

От воды колесо из фиолетового стало почти чёрным.

Кот нагнулся над дырой и спросил:

– Эй! Ты там как?

Колесо попыталось дёрнуться в сторону, однако вставленные в жердь штыри не пустили его.

– Кажется, ему это не нравится, – сказал кот, но его никто не слушал.

Динозавр с увлечением расспрашивал индейца про устройство механизма, а тот снисходительно отвечал и обещал рассказать больше, если динозавр перетащит к ручью десять срубленных деревьев.

– Вы меня слышите?! – крикнул кот. – Колесу тут не нравится!

Индеец строго посмотрел на кота и широко расставил руки с топором и ножом. Динозавр же сказал:

– Работать никому не нравится. Но работа – есть работа. Кто-то должен её делать.

– И что же ты думаешь, колесо так и надо оставить крутиться на этой жерди? – возмутился кот.

– Надо, – кивнул динозавр. – Но не навсегда, конечно. А только до тех пор, пока не будет придуман другой двигатель для этой чудесной машины.

Кот посмотрел на товарища с недоумением. Потом он посмотрел на нож и топор в руках индейца. Этими штуками можно запросто зарезать и зарубить. Кот подумал, что и вдвоём с динозавром они вряд ли справились бы с таким большим индейцем, а в одиночку сил для драки уж точно не хватит.

– Ладно, – сказал кот, разворачиваясь к выходу. – Делайте, что хотите, но помните, что вы издеваетесь над бедным колесом, а ваши доски, может быть, никому и не нужны.

– Ты зря уходишь. Тут столько интересного, – пробормотал в ответ динозавр, целиком поглощённый рассказом индейца о назначении очередной шестерни.

 

***

Кот вышел из хижины, в негодовании дёргая хвостом. Ему было противно думать, что такому вот тупоголовому динозавру он обязан спасением своей жизни. Кот решил не оставлять это дело просто так. Конечно, сейчас нет способа вызволить колесо, однако со временем всё может измениться. Надо только подождать и подумать.

Кот поднялся выше по течению ручья, наловил тощих рыбок, подкрепился и начал размышлять.

Единственное, что приходило ему в голову, это поймать побольше мышей, запустить их в хижину, чтобы они погрызли мерзкие шестерёнки и рычаги, поломали там всё. Но такой план, конечно же, был ненадёжен. Откуда мышам знать, что надо грызть? Скорее всего они попросту разбегутся.

Пару раз кот, прячась в траве, подбирался поближе к хижине, чтобы подсмотреть, что там происходит. Увиденное его не радовало. Динозавр послушно таскал бревна, индеец командовал, размахивая ножом и топором, а колесо так и крутилось, насаженное на жердь.

Коту надо было с кем-то посоветоваться, чтобы решить, как действовать дальше. Но посоветоваться-то было и не с кем. Разве что с раковиной.

Вряд ли она скажет что-нибудь полезное. Но ведь иногда это и не нужно. Достаточно рассказать другому о своей беде, и вдруг решение приходит само собой.

Конечно, не надо бы вытаскивать раковину из ручья, где ей так хорошо. Но ничего другого кот придумать не мог и надеялся, что она согласится немного потерпеть шум моря и послушать о том, что стряслось с товарищами. Кот направился вверх по ручью.

 

***

Как ни странно, раковина не стала стонать и охать, когда кот вытащил её на берег и вылил из неё всю воду.

– Это ты? – спросила она. – Рада тебя видеть. Кажется, я соскучилась. Когда немного полежишь в покое, начинаешь скучать по друзьям.

Кот уселся возле раковины, обвил лапы хвостом и начал рассказывать про фиолетовое колесо, динозавра и гадкого индейца.

– Прискорбный случай, – вздохнула раковина, дослушав историю до конца. – Нельзя так обращаться с колесом, которое в ответ даже сказать ничего не может.

– Да, – согласился кот. – Но что же нам делать?

Раковина подумала немного и сказала:

– Если в этой машине всё быстро крутится, надо её чем-нибудь заклинить. Чем быстрее бежишь, тем сильнее упадёшь, если поставить подножку.

– И чем же мы её заклиним?

– Например, мной, – предложила раковина. – Кажется, я хорошо для этого подхожу.

– Ну уж нет! А вдруг ты сломаешься! Надо поискать что-то другое.

– Такие слова для меня очень обидны, – сказала раковина. – С чего это вдруг я должна сломаться из-за какой-то машины, если столько времени терплю шум моря и выдерживаю? Неужели ты меня принимаешь за хлипкую неженку?

Кот пробовал возразить, но раковина решила во что бы то ни стало заклинить машину собой и ничего не хотела слушать. Оставалось только с ней согласиться.

Кот нашёл несколько веток, смастерил из них небольшой плот, положил на него раковину и пустил её вниз по ручью, а сам поплыл рядом. Так они добрались до хижины индейца, в которой скрежетала машина для распилки бревен.

– Шум от этой штуки ещё хуже, чем от моря, – сказала раковина, и кот с ней согласился.

Индейца по счастью рядом не оказалось. Да и динозавра не было видно. Кот потихоньку подвёл плот под хижину. Колесо крутилось там на жерди, вода бурлила и пенилась под лопастями.

Увидев кота, колесо начало дрожать и жалобно поскрипывать.

– Тихо! – прошептал кот. – Сейчас мы попробуем тебя вызволить.

Возле берегов к обоим краям жерди были приделаны большие шестерни, от которых крутились шестерёнки поменьше.

– Вот здесь и будем заклинивать, – сказала раковина. – Засунь меня между этими шестернями, и тогда наверняка всё сломается.

Кот не мог на такое решиться. Слишком уж большими были шестерёнки и слишком быстро они крутились. Казалось, раковину между ними тотчас же раздробит в порошок.

– Скорее! – потребовала раковина. – Я же говорю, что выдержу! Ты не веришь в меня?

По правде сказать, кот не верил. Но теперь уже поздно было отказываться от задуманного. Если повернуть назад, то раковина, пожалуй, обидится на всю жизнь. Да и колесо надо как-то выручать.

«А вдруг получится?» – робко подумал кот, затолкал раковину между шестерёнками и зажмурился, чтобы не видеть, как её перемелет в пыль.

Скрежет машины тут же смолк. Потом послышался натужный скрип и вдруг хрустнуло так, что уши заложило.

«Вот и сломалась наша раковина», – подумал кот и открыл глаза.

Однако раковина была цела и всё так же торчала между двух шестерёнок, а вот жердь переломилась пополам. Колесо соскользнуло с неё и теперь радостно крутилось в воде, плавая от этого кругами.

Кот поспешил вытащить фиолетовое колесо на берег, а потом отправился высвобождать застрявшую раковину. Это далось непросто – слишком уж сильно её зажало между шестернями.

Раковина была счастлива.

– Я же говорила, что выдержу! – восклицала она. – Я же говорила!

Кот шатал её из стороны в сторону, царапал шестерёнки и, наконец, смог освободить раковину. Правда, её кончик оказался отломанным. Кот понес её на берег. Он думал, что раковине, наверное, очень больно, однако та радостно хохотала.

– Шум моря исчез! – ликовала она. – Кончик отломился, и ветер проходит через меня насквозь. Теперь нет никакого шума!

Эта новость обрадовала кота. Он положил раковину и принялся когтями отрывать лопасти от фиолетового колеса, чтобы то снова могло катиться по земле. Когда кот покончил с лопастями, вдруг появился индеец

– Вы сломали машину! – со злостью сказал он своим вечно открытым ртом. – Вы сломали очень хорошую машину, которая могла делать доски для домов, лодок и ящиков!

Он поднял руки с ножом и топором и шагнул к коту.

Шесть у кота встала дыбом. Он выгнулся дугой, готовясь к драке, и закричал колесу:

– Спасайся скорее! Он схватит тебя и снова насадит на жердь! Я его задержу!

Однако колесо и не думало бежать. Оно крутилось на месте, поднимало пыль и тоже хотело драться.

– Ах, если бы я могла! Если бы я могла, то так стукнула бы этого негодяя, что он вмиг позабыл бы о дурацких машинах! – восклицала раковина.

Индеец шел вперёд, и кот понимал, что против ножа и топора у него и колеса очень мало шансов.

Тут у хижины показался динозавр, тащивший большое бревно.

– Эй, кот! Ты всё-таки решил поработать с нами?! – радостно крикнул он, но тут же осёкся. – Эй, колесо! А ты почему не на своём месте?

– Они сломали машину! – объяснил индеец. – Сломали очень хорошую машину!

– Как же так? – удивился динозавр. – Зачем?

– Машина не может быть хорошей, если кому-то приходится страдать, чтобы она работала, – сказал кот. – Если ты по своей воле решил таскать тут брёвна и делать доски, это не значит, что и все остальные хотят того же самого.

– Не понимаю, – помотал головой динозавр.

– Ничего страшного, – сказал индеец. – Сейчас я разделаюсь с этими пакостниками, мы найдем новую жердь, поставим колесо на место, поправим кое-какие шестерёнки, и очень хорошая машина снова будет работать. И тогда я расскажу тебе про коленчатый вал.

Услышав про коленчатый вал, динозавр сначала просиял, но потом призадумался.

– Э, нет, – ответил он. – Я не позволю разделываться с моими друзьями.

Динозавр сбросил бревно, выставил рога и пошёл на индейца.

– Но почему же? – удивился индеец. – Ведь они сломали машину!

– Это, конечно, плохо, – согласился динозавр. – Но, всё-таки, они мои друзья. Мы с ними все вместе очутились на одном пляже – а это не просто так. Это что-то да значит.

– Но как же машина?! – воскликнул индеец.

– Не знаю, – ответил динозавр. – Значит, машину надо чинить как-то по-другому, чтобы ни с кем не разделываться.

Индеец был большой, даже больше кота, не говоря уже о динозавре. У него был нож и топор. В драке он, наверное, смог бы справиться и с котом, и с динозавром, и с колесом заодно. Однако индеец не стал драться. Он бросил нож с топором, закрыл рот, сел на землю и заплакал.

– Ну и убирайтесь отсюда! – закричал он. – И ты, динозавр, убирайся! Не хочу тебя больше видеть!

Динозавр потупился, подошёл к индейцу и легонько толкнул его рогом в плечо.

– Эй, ты чего?

– Да ничего! – рявкнул в ответ индеец. – Впервые кто-то сам захотел со мной работать, делать доски, а потом вот так предал! Не стану я тебе рассказывать про коленчатый вал!

– Да я про него и так уже всё знаю, – пробормотал динозавр. – Если хочешь, я, конечно, уйду, но ты-то что здесь станешь делать один? Пойдём лучше с нами! Будем вместе жить на нашем пляже. Потом перетащим туда доски и построим дом, или лодку, или хотя бы ящик.

Кот и раковина насторожились. Жить вместе с индейцем им не хотелось.

Индеец немного успокоился и вытер слёзы.

– Нет, – сказал он. – Раз я на вашем пляже не появился с самого начала, то и жить там не смогу. Не смогу я с вами дружить, потому что вы мне будете напоминать о сломанной машине. Лучше я погорюю немного, а потом пойду искать своих друзей и свой пляж.

Кот и раковина вздохнули с облегчением.

– Жаль, конечно. Но раз ты решил, то пусть так и будет, – сказал динозавр, а потом обратился к коту. – Эй! Чего замер? Подними мне раковину на спину и пойдём потихоньку.

Впервые в жизни кот с радостью выполнил его приказание.

Фиолетовое колесо на прощанье несколько раз прокатилось вокруг индейца, обдав его пылью. А потом все ушли. Только индеец с закрытым ртом остался возле хижины со сломанной машиной.

 

***

Друзья добрались до родного пляжа как раз к закату, сели на берегу и молча стали смотреть, как алое небо отражается в розовой ряби волн.

– Вот так, – сказал динозавр, когда солнце уже наполовину погрузилось в море.

– Да, – ответил кот.

– А все потому, что все мы иногда бываем дураками, – заметила раковина.

– И что с этим делать? – спросил кот.

– Да ничего, – сказал динозавр. – Ведь главное не в этом. Главное, изменилось ли что-нибудь после того, как ты побыл дураком. У нас, кажется, кое-что изменится. Раковина, например, перестала жаловаться. Я не буду больше рыть ямы, а лучше сооружу какой-нибудь полезный механизм. А ты... Ну, ты просто кот. Что с тобой поделаешь? Так и будем дальше друг друга терпеть, пока что-нибудь снова не поменяется к лучшему.

Все согласились с динозавром, не проронив ни слова.

Тихое до этого фиолетовое колесо вдруг подпрыгнуло восемь раз, потом метнулось к самым кустам, набрало скорость и с разгона врезалось в море. Запрыгало по пенным барашкам прямо к закату, уходило всё дальше и исчезло в затухающем краешке солнечного диска.

Кот, динозавр и раковина проводили его зачарованным взглядом.

Небо слегка окрасилось фиолетовым, а потом стало чёрным.

На этот пляж фиолетовое колесо больше никогда не возвращалось.


Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 11. Оценка: 4,64 из 5)
Загрузка...