Срединный мир

Начало пути

В один из солнечных дней, встретились три путника в ущелье меж высоких гор. Уселись они под раскидистой чинарой на берегу бурлящей реки, раздели хлеб с сыром и домашней колбасой, утолили жажду водой. И поделились планами своими. Сойдясь на том, что идут они в одном направлении, решили продолжить путь вместе.

Первый путник, назвавшийся Раданом, шел из аула, чьи крыши касались облаков. Второй путник, представился Симарвом, шел из аула, чьи земли омывала соленая вода Дарубандского моря. Третий, назвался Дивиром, шел из аула, чьи горы были не столь высоки, как в ауле первого путника, и до земель которого не доходила морская вода, как до аула второго.

Устроились они на ночлег, развели костер, разделили лепешку с овечьим сыром, да распили бочонок бузы.

Спустя время, когда головы горцев захмелели, принялись они рассказывать о том, какой цели хотят достигнуть в конце своих путешествий.

Радан, поведал, что ищет славы среди гор. Симарв, поделился тем, что для его обедневшей семьи он надежда на процветание, и потому он ищет сокровищ. А Дивир поведал, о беде что постигла его родной аул. Злой дух стал навещать их по ночам, и насылать несчастия. Большая часть жителей пала от неизвестного недуга. По словам аксакалов, к ним стала наведываться Рохдулай, только из-за ее коварства и злобы их аул постиг мор.

Дивира, как последнего крепкого горца аула, снарядили в поход, дабы он отыскал убежище Рохдулай и истребил ее единтсвенным оружием, которое может ее погубить. Юноша вынул из-за пазухи бурдюк и показал его горцам. В ней хранился злаковый бульон, что сварила его сестра на рассвете.

Радан и Симарв задумались над бедой Дивира. В их сердцах отозвался адат действующий во всех аулах горной страны, не оставлять нуждающихся в беде. Вызвались они помочь Дивиру в избавлении его аульчан от губительной Рохдулай.

На рассвете отправились горцы в путь. Дорога их пролегала, через крутые овраги, холмистой равнины на юго-восток через узкие ущелья к скалистым горам, чьи выступы были остры, как бритва и скользки словно талый лед на земле.

Шли они шли, шли долго, перешли крутые овраги, прошли всю холмистую равнину, прошли через узкие ущелья и наконец пришли к аулу, что расположился у подножия начала цепи скалистых гор.

Путники растерянно бродили меж опустевших узеньких улочек. Ветер гонял по ним колючий кустарник и песок. Никто их не встречал, из сакль не доносились голоса. Заброшенные хозяйства, запущенные сады. Горцы задавались вопросом, что же случилось с жителями аула, словно все они взяли в один день бросили все свое добро и покинули свою землю.

Так они набрели на годекан. И с удивлением обнаружили, что посреди пустой площади, на скамье восседает старик, в черной залатанной бурке, и белоснежной, как его длинная борода, папахе.

— Мир тебе отец!

Поздоровались путники с аксакалом, и в почтении отступили на пару шагов назад.

Старик выдержав паузу ответил:

— И вам мир!

Принялись юноши вопрошать старца, о том что же случилось с жителями аула. Но тот безмолвно взглянул на молодые головы и перевел взгляд к скалистым горам. А затем он поднялся и направился вверх по улице, едва кивнув горцам, чтобы следовали за ним.

Он привел их к самой крайней сакли, что расположилась у тропы ведущей еще выше в горы. Остановился старец у порога, и жестом предложил путникам войти. Юноши поклонились и проследовали за аксакалом в дом. Старик, прислонил к выходу палку, снял с плеч бурку, нацепил ее на гвоздь в стене, и принял из рук гостей их оружие на хранение. Усадив гостей за стол, он убрал хлопковую ткань, которой накрыл еду. И угостил путников скудным ужином, лепешка да белый сыр из коровьего молока. После ужина, закурив табак аксакал поведал юношам историю его аула.

Он старейший житель, еще ребенком помнил, что всегда их аул славился процветанием и благосостоянием. Они находились под покровительством Великой Богини Матери Алмасты. Она всегда даровала им богатый урожай и удачу в охоте. Но год назад, что-то прогневало ее, и она покинула их земли.

И спустя время этим воспользовалась Рохдулай, она поселилась неподалеку в скалистых горах. И принялась насылать мор, на скот. А после по ночам наведываться в аул и губить всякого, кому не посчастливилось взглянуть на нее. Не успели опомниться жители аула, как большая часть молодых юношей и девушек пала от неизвестной болезни.

Много горцев отправилось в горы, чтобы истребить злой дух. И все они не вернулись. Так постепенно аул пришел в запустение, кто-то бросил все и в страхе за свою и жизни своих родных спешно покинули свои земли. Остальных же погубила Рохдулай.

Последний же житель, оказался злому духу не интересен. Ибо перестала она наведываться в аул. И сколько бы аксакал не ждал своего последнего часа, прошло уже много лун, а в его родном ауле воцарилось безмолвие и более зло не навещало его.

Поведали путники, аксакалу о своем намерении погубить во что бы то ни стало зло в скалистых горах. На что старец, еще раз напомнил о неизвестной судьбе тех, кто отправился за смертью Рохдулай, но сами сгинули средь скал. Но Радан, Симарв и Дивир остались непреклонны в своем решении.

Переночевав, ранним утром вышли юноши к тропе, что вела в горы. Аксакал передал путникам их оружие и сложил в дорогу лепешки с сыром, да кувшин со свежей родниковой водой. А также подарил им веревку, что сплел из лыко чинары. Гости поклонились старцу до земли и сердечно поблагодарили за кров, еду и подарок. С пожеланием благополучного пути, старик отпустил юношей на поиски Рохдулай.

Путники поднимались вверх по скале долго, тропа становилась все круче и уже, пока с наступлением ночи совсем не закончилась. Дальнейший путь был возможен взбираясь вверх. Юноши решили дождаться рассвета, и устроились прямо на узенькой тропе не разводя костра, съели они по кусочку лепешки с сыром и запили водой из кувшина, а после укутавшись в свои дорожные плащи улеглись спать. Ночь оказалась холодной и принесла тревожные сны, но с первыми признаками рассвета три горца пробудились и с облегчением встретили новый день.

 

***

Хозяйка пещеры

Цепляясь за острые, как бритва выступы, осторожно ступая чтобы не соскользнуть. Продолжили юноши свой подъем по едва различимой тропе к пещере почти на самой вершине скалы. Обессиленные добрались горцы до нее, спустя день и пол ночи. Разреженный воздух , кружил голову, от ветра закладывало уши. Собравшись с силами, путники ввалились в пещеру. На ватных ногах добрались до горы шкур в углу пещеры и просто рухнули в беспамятстве.

Ближе к вечеру средь скалистых гор разнесся грохот. Затряслась земля, задрожала скала. Юноши очнулись от долгого сна. Шум становился все громче, они догадались, о приближении Рохдулай.

Дивир разлил по черпакам злаковый бульон, и передал их своим товарищам. Симарв зарылся поглубже в шкурах, дабы не могла она его узреть, как-только войдет в пещеру. А Дивир с Раданом встали по обе стороны от выхода из пещеры. Каждый завязал себе глаза, юноши собрались действовать вслепую, помня о губительном образе ведьмы.

В одной руке сжимая черпаки, в другой кинжалы молодые горцы затаились в ожидании губительницы. Вслушиваясь в каждый шорох и грохот, что приближался к ним.

И вот услышали они, как у входа раздается шарканье и грузное тяжелое дыхание. Грохот прекратился, было слышно как шумно втягивается воздух.

Затаили дыхание горцы в ожидании хозяйки пещеры, недолго заставила она их ждать. И уже спустя несколько мгновений вошла. Но не успела она сделать и пяти шагов, как Дивир и Радан выплеснули ей в след злаковый бульон, и бросились на нее с кинжалами, но в следующее мгновение отбросило их стене, и словно придавило невидимой каменной плитой.

Симарв с криком выскочил из-под груды шкур и плеснул бульон в лицо Рохдулай. В следующее мгновение он намеревался было заколоть ее, но невидимая сила схватила его и прижала к полу.

Слетели повязки с глаз горцев, и открылась их взорам безобразная старуха в изорванной одежде, нечесанными волосами, горбатым носом с большой бородавкой, все лицо ее было укрыто бороздами морщин. Старуха прошлась дрожащей ладонью по лицу, и брезгливо стряхнула остатки бульона.

Грозно глянула она на не званных гостей.

— Как смели вы дети гор, будучи гостями в моем доме поднять против меня оружие? – прогремел ее голос, сотрясая стены пещеры. Растерялись юноши и опустили глаза.

— Да еще и облили прокисшим бульоном. Если вы искали мою троюродную сестру, то вы взобрались не на ту гору. И даже если мне хочется сейчас, скинуть вас недостойных, с обрыва вниз по скале, я не буду идти против адатов, и закрою глаза на ваш бесчестный поступок, сроком на три дня.

И в то же мгновение ощутили горцы, как невидимая хватка ослабла и больше ничто не сдерживало их.

— Ты прости нас о гостепримнейшая, достойнейшая из достойнейших. В абсолютном отчаянии, мы задумали погубить коварную Рохдулай, и набрели в твои владения. Ибо зло ее изморило почти всех жителей моего аула, и совсем скоро погубит остальных.

— Как искупить нам свою вину, пред тобой. Ибо не будет нам покоя, до тех пор пока не сгладим мы нанесенную тебе обиду? – вопрошал Радан.

Ухмыльнулась хозяйка.

— Ну что ж, я дам вам свой ответ на рассвете, следующего дня. А пока располагайтесь поудобнее, пока я не приготовлю угощение.

Старуха трижды хлопнула в ладоши, и тут же преобразилась ее пещера. Потолок стал выше, и на крюках что оказались вбиты в него были подвешены балки, с которых свисали букеты засушенных трав и веток. Стены отодвинулись и пред ними словно из под земли у одной стены вырос цагур (Шкаф-чулан в дагестанском народном жилище, обычно украшенный резьбой) , дверцы его были украшены такой причудливой резьбой. Искусная работа мастера, орнамент был таким знакомым и одновременно неузнаваемым гостям. Остальные стены и пол, словно обросли коврами невиданной красоты.

Постепенно жилище хозяйки обрастало табуретами, столом на котором появились блюда и кувшины. И под конец преобразования пещеры, всю комнату согрело пламя из очага. Над ними дымился котел с бульоном.

Юноши в изумлении замерли, не в силах вымолвить и слова от увиденных превращений. Знали они, что хозяйка не простая старуха, еще когда она их пристыдила. Как знали, что не Рохдулай перед ними, потому что нет такой силы у злого духа. Но от чудес, что хозяйка сотворила с пещерой, горцы пришли в ужас. Ведь не ведали они, что было у нее на уме, а могла она сотворить с ними любое злодеяние. Наслать беды и проклятия на весь их род.

Но до тех пор пока они гости в ее жилище, не грозило им ничего. Первым вышел из оцепенения Дивир, следом за ним и Симарв с Раданом. Они прошли к тазу с водой, умылись и уселись за стол, устланный угощениями. Она хлопала в ладоши, и яства сменялись один за другим. Юноши без устали нахваливали блюда хозяйки, и с удовольствием запивали вкуснейшей брагой.

Вдоволь наевшись и напившись, старуха потребовала рассказать о путешествии гостей, и какие ветры Часажи занесли их в ее пещеру с таким недобрым умыслом.

Младший из всех путников, Дивир поведал начиная с беды, что постигла его аул, и заканчивая встречей со стариком живущем в заброшенном ауле у подножия горы и как они по его совету отправились вверх по тропе, что привела их к этой пещере в поисках Рохдулай.

Хозяйка слушала внимательно, не перебивая. Однако гостей больше всего интересовало, кто же она на самом деле. Но ни один из них так и не осмелился задать ей этот вопрос прямо, опасаясь оскорбить тем, что они ее не узнали.

За разговорами незаметно наступила глубокая ночь, и хозяйка хлопнув в ладоши снова оживила домашнюю утварь. Стол с табуретами переместились в угол, ближе к цагуру.

Гора меховых шкур за двигалась и расстелилась, превратившись в три мягких лежака. Юноши улеглись, и не смотря на то, что проспали весь день, тут же погрузились в крепкий сон.

 

***

Живая гора

На рассвете проснулись юноши от грохота, Пещера тряслась, вся утварь снова уходила туда откуда вчера возникла. Остался лишь стол с угощениями.

Хозяйка стояла на пороге, опираясь на белый посох невиданной красоты, и держа в руках мешок.

— Как и обещала я даю вам ответ. Искупление вы получите, выполнив мое поручение. Исполните, отправитесь невредимые обратной дорогой, и я даже помогу усмирить мою сестру. А коли не под силу окажется вам задание, то сотню зим прослужите в дубраве, вскинув руки к Цобу в немой просьбе, отдавая соки земли и даря спасительную тень усталому путнику.

Юноши представили себе столетнее служение в образе дерева. И ужаснулись от предстоящей участи. Но сделанного не воротишь, как и сказанного. Они оскорбили хозяйку в ее же собственном доме, и дали слово искупить свою вину. Каким бы сложным не была задача, она должна быть выполнена.

Юноши слегка кивнули, принимая условия Старухи. Она улыбнулась, и на лице ее испещренное глубокими бороздами, гузы образовали дерево. От бровей и ресниц вверх до самого края лба, раскинулись морщины словно ветви. Более грубые и глубокие боры пролегли под глазами и носу, словно могучий ствол столетнего древа. А от нижних уст до края подбородка, словно в землю уходили и толстые и тонкие борозды очень похожие на корни.

— Отправляйтесь через горные земли к самой высокой горе. На ее вершине проложена тропа в Нижний мир. Спустившись вы окажетесь у трех врат, золотых, серебряных и огненных. Ваш путь лежит через огненные врата, которые приведут вас к берегу жемчужного озера. Его воды омывают скалу, чьи края настолько остры, что едва коснувшись рискуете погибнуть от незаживающих ран. В этой скале вы увидите грот, в пещере которой обитает Аждаха. Он хитростью завладел моим гребнем и хранит среди своих сокровищ, как величайшую ценность в мире. Я поручаю вам добыть мой гребень и доставить его мне в целости. Исполните его и считайте свое обязательство исполненным.

Старуха, прошла к выходу и остановилась у края скалы. Она обернулась к горцам. Она протянула им мешок, Радан принял его. И она объяснила:

— В нем еда и питье на весь путь ваш в Нижний мир и обратно, можете сложить туда все свои вещи. Он не станет ни на грамм тяжелей или больше, за то облегчит путь. Уложите мой гребень в мешок, когда добудете, так он будет в сохранности. А сейчас ступайте за мной, я провожу вас до тропы, на которой начнется ваше странствие.

Хозяйка шагнула с края обрыва и опустилась на вершину горы, что стояла под самым выступом скалы.

Юноши без страха последовали за ней. Как только ноги их коснулись вершины этой горы, она задрожала и сдвинулась. Юноши приникли к земле. Пораженные могуществом Хозяйки Пещеры.

Старуха продолжала стоять, уперев белый посох в землю. И юношам даже казалось, что она стала еще выше. Ее грозный и величественный вид и то как она лишь по своему желанию двигает землю, вызывал в них благоговейный трепет.

Гора реагировала на каждое ее движение. Едва наклонит она посох то вправо то влево, и гора заворачивала ей в унисон. Полдня заняло такое путешествие. Юноши свыклись с дрожью и грохотом, без страх свалиться устроились поудобнее, выудив из мешка Старухи яства.

К удивлению обнаружили они обилие блюд и питья. Но старались есть не наедаясь, дабы предстоящий путь не казался им тяжелым.

Наконец гора примкнула к высокогорному плато. Юноши вступили на ровную скальную местность. Хозяйка горы подняла свой посох, направила на юношей и очертила перед ними круг в воздухе.

— Да будет путь ваш легким. Пусть мое благословение звездой освещает вам путь до самого Нижнего мира и обратно. И никто в трех мирах не осмелится чинить вам препятствия в исполнении моего поручения.

Горцы поклонились Старухе, она опустила посох, погрузив его землю. Гора задрожала и с грохотом отошла от плато, отдаляясь.

***

Мать Воды

Юноши продолжили путь, за разговорами да предположениями, как им сразить Аждаху в Нижнем мире. Спустя время Радан заметил, что узнает эти земли.

— Мы на территории Хозонети, мою троюродную сестру, по отцу, отдали в жены одному из приближенных местного царя. Я был в числе тех кто провожал ее в новую семью. К ночи мы прибудем в город и хорошенько выспимся на перинах. А на рассвете продолжим путь.

— Выспаться, это конечно хорошо. Но в такую жару хорошо было бы освежиться, – мечтательно проговорил Симарв.

Радан таинтсвенно улыбнулся:

— Ну что ж и такое возможно.

Он поведал друзьям, что по пути в Хозонети у них будет возможность искупаться под водопадом Тобот.

И как он и сказал, вскоре они услышали шум журчащей воды. А затем дошли до бурлящей реки, вдоль которой они продолжили путь. И чем ближе они подходили к водопаду, тем сильнее казалось юношам, что в шуме воды слышится смех.

На что Дивир предположил, что возможно это Цоб насылает сегодня особенно жаркие лучи солнца, что им слышится всякое. Радан повел их дальше по только ему знакомой тропой. Они спустились к месту куда спадали мощные воды Тобот.

Но застыли на месте, не в силах сделать и шагу дальше.

У самого края воды, восседала зеленоволосая Мать Воды. Корона венчала ее голову, по форме напоминая неукротимую волну.Мелкая россыпь жемчужин и ракушек вплетены в длинные локоны. Шелковое платье, словно струящаяся вода, так же было расшито жемчужинами и ракушками.

В окружении своих прислужниц, Мать Воды беззаботно хлопала в ладоши и звонко смеялась над их шутками. От чего ее смех эхом отдавался в журчании воды.

Завидев трех путников, все веселье ее как рукой сняло. Глаза ее грозно блеснули, она поднялась во весь свой величественный рост. И взирая на юношей воскликнула:

— Как смели вы прервать мои купания?! Простым смертным не дозволено глядеть на моих прислужниц, пока я этого не позволю! Посему будете наказаны вы за свою дерзость. Станьте рыбами и эта река отныне ваш дом.

В гневе Мать Воды словно вся обратилась в неукротимую реку. Но не изменились юноши. Богиня подошла ближе к путникам, пристально вглядываясь в их лица. Наконец она вздохнула.

— Я вижу, ее свет. Для чего ей было защищать вас?

— Чтобы мы смогли добраться до места назначения без препятственно, о Великая Суванасы, и исполнить ее поручение — поклонившись ответил Радан, назвав ее именем которым ее величают в землях из которых он пришел.

Мать Воды задумчиво улыбнулась.

— Так это вас она отравила в Нижний мир. Ну что ж очень хитро сестра, так позаботиться о своих посланцах. Но это все-равно не дает вам право безнаказанно нарушать границы и запреты! Мне следует проклясть воды, что кормят ваши родные аулы, в назидание всем смертным.

— Ты прости нас о Справедливейшая! — воскликнул Симарв —Это все моя вина. Ведь я захотел искупаться в знаменитых водах на пути в Хозонети. У нас и в мыслях не было нарушать ваше купание. Позволь мне одному нести наказание, за причиненное тебе оскорбление, после возвращения из Нижнего мира. Я буду должен служить тебе, пока Мать Воды сама не посчитает, что наказание полностью исполнено.

— Почему же, служение мне для тебя наказание Симарв, сын Марута?

— Все воды Лекетии в твоей власти. И все что слышат они, слышишь и ты о Великая. Значит известно тебе, что в родных землях оставил я свою нареченную. И не вернусь я к ней до исполнения наказания.

— Может быть ты даже будешь мне полезен. — задумалась Суванасы,– Но я требую исполнения долга сейчас! Аждаха и мне досадил. Он позарился на одну из обещанных мне послушниц. Самую ценную из всех. Жемчужину страны гор. Он выкрал Маргал, накануне ее посвящения и удерживает в Нижнем Мире. Ты вернешь ее в мой храм. И возможно я прощу тебе половину срока. А срок службы твоей составляет десять зим, это будет справедливая награда для тебя

Симарв с тяжелым сердцем кивнул в знак согласия. Мать Воды приказала, немедленно отправляться к самой высокой горе. И горцы поклонившись отправились в путь, отказавшись от остановки у троюродной сестры Радана.

 

***

Мать Ветров

К ночи путники спустились с плато в долину, и решили устроиться на ночлег недалеко от леса. Развели костер, разогрели воду выудили из волшебного мешка Старухи яства и принялись за еду.

Со стороны леса раздался грохот. Молнии засверкали, ветер поднялся, усиливаясь до такой степени, что деревья срывало с корнями.

Юноши вскочили, торопясь потушить костер, дабы ветер не раздул его и не разгорелся пожар. Без огня, они лишили себя малейшей возможности, что либо разглядеть в стремительно надвигающемся урагане.

По долине эхом раздалось ржание лошади. И топот копыт словно, целый табун несся прямо на юношей.

Молния сверкнула, озаряя светом всю долину. И горцам удалось разглядеть, как со стороны леса к ним несся конь, и следом за ним стремительно надвигалась стена дождя. На мгновение им даже показалось, что она и гнала этого коня.

Конь был резвый, быстрый. И одного взгляда хватило, чтобы заметить захватывающую дух красоту скакуна. Серой масти, казалось, что конь сливается с вихрем ветра. По спине его хлестали поводья, рванной упряжи.

Дивир воскликнул, что хочет поймать коня, друзья тут же отозвались на его желание.

Юноша вынул из мешка веревку, что подарил им старец из заброшенного аула. Сделав на скорую руку хомут, из веревки они с Раданом приготовились, выжидая приближения скакуна. Симарв встал чуть позади Дивира, готовый подсобить.

Гром пророкотал над долиной, и молния поразила дерево недалеко от юношей.

Конь уже приблизившийся к ним, заржал и ударил передними копытами по земле, так что по ней прошлась дрожь. Дивир с Раданом, закинули хомут на шею скакуна, поверх уздечки. Симарв сцепил свои кисти в замок и подставил их Дивиру. Юноша оттолкнулся от них носком сапога и запрыгнул на коня. Животное попыталось скинуть всадника. И тот вцепился изо всех сил в поводья прижавшись туловищем и лицом к гриве.

Немало усилий пришлось приложить юношам, чтобы усмирить столь спесивого коня. Но в итоге все-же смогли усмирить они скакуна, и тот послушно опустился на землю под давлением веревки, которую по прежнему удерживали Радан с Симарвом.

Конь бескойно фыркал, тревожно дыша, но вместе с ним успокоился и ураган. Ветер утих, ливень прекратился, да и раскаты грома больше не гремели.

Промокшие до нитки, но довольные тем что смогли поймать и усмирить коня, юноши привязали его к дереву, что росло у реки. Дабы конь мог, свободно пить и есть, когда ему захочется.

Вновь развели горцы костер, стали сушится. Симарв принялся выуживать из мешка еду, как с удивлением обнаружил, что в ней хранится сухая одежда, которая будто сама далась ему в руки.

Юноши переоделись, разложили мокрую одежду сохнуть. Поужинали и улеглись спать. Перед этим решив, что будут по-очереди стеречь костер и коня. Первым вызвался Дивир, просидел он свою треть ночи поддерживая пламя костра.

И разбудил следующим Радана, но тот не выдержал и под тёплое убаюкивающее дуновение ветра снова уснул.

Проснулись на рассвете юноши и продрогшие из-за потухшего костра. Но еще большим сокрушением сталось для них, что конь исчез.

Хмурые сидели они за вновь разведенным костром, собираясь после завтрака немедленно отправляться в дорогу.

Не заметили они, как неизвестно откуда, возникла перед ними сереброволосая дева.

— Мир вам! – поздоровалась она.

— И тебе мир! — поздоровались в ответ юноши, вскочив со своих мест. Пораженные величественной красотой девы, они застыли в восхищении. Видно было по ней, что из непростая дева перед ними.

— Не присоединишься ли ты к нашему огню? – наконец спросил Дивир.

— Отчего же не присоединиться – улыбнулась горянка. Подол платья ее из голубого и серого шелка, словно маленький вихрь ветра пронесся по земле. Она прошла и села по ближе к костру, протянув кисти к пламени, и оно заколыхалось словно от сильного порыва.

Ветер вздымал ее волосы, будто играя с ними свою собственную игру.

Юноши угостили деву олениной, которую она с удовольствием вкусила. И после трапезы, осмелились спросить, что же привело ее сюда. Не требуется ли ей помощь или защита.

— Не волнуйтесь о благороднейшие из детей гор. Я прибыла к вашему огню, чтобы поблагодарить вас, за то что удалось вам поймать моего коня и за то что позаботились о его благополучии. Накануне случился у меня разлад с одним из моих сыновей, и дабы досадить мне, молниями погнал он моего любимца, стремясь загнать его настолько далеко, что не отыскала бы его я и за два десятка зим.

— Это должно быть благословенная земля, раз за такой короткий срок нам посчастливилось встретить величайших из величайших богинь, о прекраснейшая Мать Ветров! — воскликнул пораженный Радан. Юноши сделав такое открытие в почтении поклонились ей.

Дева улыбнулась, и вокруг них заплясали вихри.

— Дивир, сын Гобзара! В родных землях твоей матери, меня очень хорошо знают под другим именем? – улыбнулась богиня.

— Часажи – кивнул юноша, – ты одна из самых почитаемых моей матерью верховных, Великодушная.

Она засияла и поднявшись обратилась к горцам.

— Ну что ж, я пришла не только словами вас поблагодарить. Ветры донесли до меня, о поручениях, что вверили вам мои сестры. Я помогу вам в миг домчаться до вершины самой высокой горы, дабы облегчить ваш путь.

Мать Ветров хлопнула в ладоши, и позади нее с облаков спустился огромный вихрь. Он кружил не перемещаясь, а затем рассеялся. И перед юношами предстала колесница, в которой была запряжена пятерка лошадей. По центру, фыркая и вспахивая копытами землю под собой, был запряжен тот самый конь, которого они поймали и привязали к дереву вчера.

Юноши постепенно привыкали к чудесам, что творились на их глазах. Они с благодарностью приняли помощь Часажи. Взойдя на колесницу, богиня жестом пригласила их проследовать за ней. И когда все трое встали позади нее, она взялась за поводья. Как-только сделала она это, кони заржали и стукнув копытами по земле подняли ветер, который подхватил колесницу. Скакуны словно поднимались по вихрю вверх. Вскоре они взмыли над облаками, и юноши крепко вцепившись в края колесницы устремили сощуренные взоры вперед.

Полет показался горцам стремительным, ветер как живой заигрывал с Часажи, от чего богиня заливисто смеялась. И ее смех эхом разносился над горами.

***

Нижний мир

Спустя время открылось им, как на облака прорезает вершина горы. Чем ближе они подлетали, тем внушительнее она становилась. Наконец колесница, стала стремительно опускаться. И через некоторое время юноши сойдя с колесницы смогли с восхищением разглядеть всю красоту, что открылась им под самыми облаками.

Вся Лекетия словно на ладони, ее красочность, необъятность завораживала и захватывала дух.

— Страна гор, поистине одно из прекраснейших мест трех миров! – улыбнулась Мать Ветров, дав им немного времени насладиться красотой. А затем наказала им следовать за ней.

По узкой едва различимой тропе, она привела их массивному белому древу Жизни. Его внушительная крона уходила вверх, словно звезды были его плодами.

Чуть поодаль от древа в земле лежала плита, на которую указала Часажи. Юноши втроем с трудом подняли и отодвинули ее. И открылась им под ней тропа, что уходила вглубь в темноту.

Мать Ветров щелкнула пальцами и в руках у нее возникли три факела.

— Я позволила себе, сберечь для вас пламя ночного костра. Чтобы оно освещало вам путь к вратам. И я возвращаю вам вашу веревку, я зачаровала ее, чтобы еще сильнее укрепить ее свойства. Ни одно живое существо во всех трех мирах, не сможет разорвать ее путы.

Юноши с благодарностью приняли факелы и веревку.

— Ну что ж, дальше уже вам предстоит пройти путь без меня. Обитатели Верхнего мира, не могут спуститься в Нижний, равно как и наоборот. Таков был нерушимый уговор со времен сотворения мира. И лишь срединный, место где могут повстречаться жители всех трех миров.

Пояснила Часажи, горцы кивнули.

— Мои дети не тронут вас в Нижнем мире, и не будут чинить препятствий. Следуйте с моим благословением, и по ваше возвращение, моя колесница будет все еще здесь.

— Мир тебе! — попрощались юноши.

— И вам мир! — ответила Мать Ветров.

Горцы начали свой спуск. Долгим был он, не могли понять они закончился ли уже день, или же и ночь тоже и уже светает.

Окружала их непроглядная тьма, света от факелов едва хватало, чтобы освещать тропу.

Но вот где-то глубоко внизу стал виднеться свет. И чем ближе они были, тем ярче становился свет и отчетливее очертания.

Догадались юноши, что приближаются к вратам. Наконец спуск закончился, и тропа пролегала по ровной каменистой поверхности. Горцы продолжили путь и дойдя до трех ворот замерли.пораженные красотой золотых и серебрянных ворот.

Дивир двинулся первым, выставив перед лицом руку, стараясь защитить его от жара, он направился к огненным вратам. Радан с Симарвом последовали за ним. Чем ближе они были подходили они, тем сильнее их тянуло в другим вратам. Голоса в их головах дурманили разум, призывая бросить все и всех и пройти через врата, что сияют как солнце и луна.

Больших трудов стоило юношам преодолеть путь к огненным вратам, противостоя самим себе. Пламя ворот, казалось вспыхнуло еще сильней, но пересилив ужас они прошли сквозь врата. В лицо им ударили лучи солнца, что сияло на севере, обернувшись юноши увидели, что на юге светит луна.

Они стояли на берегу жемчужного озера, его воды с голубыми, белыми переливами, были и в самом деле словно расплавленный жемчуг разлитый по земле. Каждый раз ударяясь о скалы с противоположной стороны берега, брызги воды превращались в россыпь жемчужных капель.

— Мир вам! Долго же вы шли!

Горцы обернулись. Под раскидистыми ветвями дерева на берегу восседала одна из дочерей Матери Воды.

— И тебе мир! Ты прости нас, что заставили ждать, — ответил Радан.

— Я баряв Изажа, все воды Нижнего мира, моя вотчина, — представилась дева, — моя мать, наказала оказать вам помощь в предстоящем поручении.

— Мы благодарим тебя и ее — едва кивнув произнес Симарв.

— Ну что ж, давайте приступим. Вода в озере настолько глубока, как и коварна. Не обманитесь ее внешним спокойствием. подводное течение настолько бурное и неукротимое, что если вы решите переплыть вас может затянуть и унести ко дну. И ваших смертных сил не хватит противиться ее мощи. Поэтому постройте плот, и я переплавлю вас на ту сторону к самой пещере.

Баряв Изажа, так же предупредила, что им следует поторопиться. Аждаха скоро выйдет на свое утреннее купание, и юношам следует спрятаться у входа в пещеру. Чтобы сразу же не останавливаясь спрятаться в ней. Так как тот учует их запах, и если они в то время не окажутся в облаке его смрада. То он их непременно найдет и позавтракает ими.

Дивир поинтересовался, что же он тогда съест. И баряв Изажа ответила, что неподалеку расположен аул, жители которого наверняка уже подготовили его утреннюю трапезу, пригнав отару овец, да табун лошадей.

— Я надеюсь в вас достаточно удали и смекалки. Когда столкнетесь с Аждахой, вы должны быть готовы, что этот змей чрезвычайно хитер и изворотлив. Не зря же он стал править этими землями.

Юноши не стали медлить и принялись за постройку плота. Они закончили, когда луна начала своё движение с юга на запад. Юноши с изумлением наблюдали, как она плавно, словно танцуя перемещалась по небу. Баряв Изажа пояснила:

— Утро в Нижнем мире наступит, когда светила сменят свои направления. У вас есть еще время, до тех пор пока солнце не начнет свое движение на восток. И тогда мы начнем переправу. А пока отдохните и наберитесь сил. Я же пока оставлю вас.

Юноши кивнули в согласии. Баряв Изажа, направилась к озеру в прыжке нырнула, и исчезла под водой.

Горцы разместились под кроной дерева, у которой их ожидала дочь Суванасы.

Еда и напитки, по прежнему были свежими, и невероятно вкусными. Мысленно поблагодарив Хозяйку Пещеры за этот дар, юноши вкушали яства и силы их прибавлялись утраиваясь.

Наконец солнце начало свое движение на восток. Юноши поторопились собраться все вещи, и сдвинули плот на воду. Баряв Изажа выплыла, и протянула Симарву веревку из водорослей наказав ему, привязать его к плоту. Так и было сделано.

Горцы встали на плот, а Баряв Изажа не выходя из воды, проплыла чуть вперед и похлопала по воде. Плот дернулся, на мгновение из воды показалась чешуйчатая голова огромного зверя, из пасти которого торчала водорослевая веревка. Громко фыркнув, голова снова ушла под воду, и в миг переправила их к единственному скальному берегу возле пещеры. Осторожно ступая, стараясь не касаться острых краев, горцы сошли с плота. Дочь Матери Воды предупредила, что будет ожидать их возвращения, под водой, дабы Аждаха ничего не заподозрил. А затем нырнула и уплыла на дно.

Юноши спрятались за ближайший ко входу в пещеру валун. Из его недр доносился жуткий смрад чудовища, что обитало в ней.

 

***

Аждаха

Земля задрожала, усилился ветер, вода в озере забеспокоилась. Грузные тучи заслонили светила, гром пророкотал над озером. Молнии засверкали. Дерево, под сенью которого юноши набирались сил, ветер вырвал с корнями и унес в своем разрушающем вихре.

Из глубины пещеры стали доноситься грохочущие шаги.

Юноши затаились, несмотря на бушующий ураган, ветер не касался их, а наоборот вихрь кружился перед ними, закрывая от взора выходящего Аждахи. Но сами горцы смогли хорошо разглядеть, каких внушительных размеров был Аждаха. Его туловище полностью покрытое чешуей, словно броней, было похоже на змеиное, но у него имелись огромные, как у медведя лапы с глубоко вспарывающими скальную землю когтями.

Аждаха погрузился в воду Жемчужного озера, и юноши не дожидаясь, пока тот вынырнет поторопились укрыться в пещере.

Они все шли в глубь по узкому проходу, пока она не расширилась и наконец они вошли в обитель Аждахи. Груды сокровищ были раскиданы по всей необъятной пещере.

Недоумевали они, как отыскать им во всем этом гребень Старухи. Но не растрачивая время на гадание, они принялись искать сокровище, за которым были присланы. Осмотрев все сундуки, чаши, перебрав каждую груду, не удавалось юношам отыскать гребень. Но еще больше тревожило их, то что не встретили они ни одну живую душу в этой пещере.

— Должно быть у змея имеется тайник, для самого ценного, — предположил Дивир.

Земля задрожала, оповещая о возвращении Хозяина. Радан наказал младшим искать укрытия, и продолжить поиски, пока он будет отвлекать Аждаху.

Дивир скрылся за грудой шелков, Симарв же за грудой золотых доспехов и щитов.

Радан же уселся на сундук, на самом видном месте. С громыхание и громким фырканьем вошел вскоре в свою сокровищницу Аждаха. И с интересом стал разглядывать, нагло восседающего на его сундуке человека.

— Мир тебе! — поздоровался Радан

—И тебе мир! —проурчал змей, — впервые вижу, чтобы еда сама приходила ко мне.

— Ну так я гость в твоем доме. Неужели ты рискнешь нарушить один из самых нерушимых адатов?

Аждаха с интересом глянул на юношу, накрутив на коготь один из своих длинных усов. А затем свернувшись кольцом, он обратился в старца. Несмотря на человеческий облик, от змеиного много сохранилось в нем. Кожа переливалась сохранив очертания чешуи, змеиными глазами продолжал он глядеть на горца, да и когти смертельно острые сохранились при нем.

— Ты прости меня, уже несколько столетий не принимал я гостей. Что едва не утратил все остатки гостеприимства. Ну прошу дорогой гость, позволь угостить тебя, ты с дороги устал, позволь дать тебе свои лучшие покои для сна.

— Не для сна сейчас время, отец. А угощения я с удовольствием приму.

Он проследовал за Аждахой, и прошли они сквозь скальную стену, оказавшейся всего лишь видением.

— Как моему гостю, я открою тебе все самое лучшее, что храниться в моей пещере.И пока ты под моей крышей, будь спокоен и уверен, что никто не причинит тебе вреда.

— Спасибо, отец! — поблагодарил Радан, делая вид что полностью доверяет зверю, по-прежнему не теряя бдительности. Он украдкой осматривался, в надежде отыскать гребень, но и здесь его нигде не было видно.

Уселись они на шелковых подушках, и Аждаха хлопнул в ладоши. Перед ними расстелилась скатерть и появились на ней всевозможные яства и напитки.

Радан вкушал блюда, но запивал только водой. Опасаясь, что хозяин его опоит. Аждаха с ухмылкой наблюдал за гостем, лениво накручивая длинный белый ус на коготь.

— Ну, а теперь рассказывай, что привело тебя в Нижний мир, и как ты оказался под крышей моего дома?

— Меня зовут Угуз. Я скитаюсь по мирам, и коллекционирую редчайшие сокровища. Я успел обойти весь Срединный мир, поднимался в Верхний и почти обошел весь Нижний мир. За годы моих путешествий удалось мне собрать внушительную коллекцию сокровищ. Но услышал, что наиболее редчайшие сокровища хранятся у Аждахи, владыки Нижнего мира. И осмелился решить, что возможно захочет Владыка обменять свои сокровища на мои?!

Искусно плел свою историю Радан, не запинаясь. И решил немного потешить самолюбие зверя.

Аждаха самодовольно хохотнул.

— Смелость твоя, достойна выше всяких похвал, не спорю. Но твоя коллекция все же вызывает у меня сомнения. И сдается мне, что ты обманываешь меня в моем же собственном доме.

Змеиные глаза зверя сузились вглядываясь в лицо гостя, пытаясь отыскать на нем отпечатки его лжи.

Но юноша сидел с невозмутимым видом.

— Сдается мне,что все эти разговоры о самой редчайшей коллекции сокровищ Аждахи, всего лишь слухи. И я зря потратил свое время спускаясь к нему из Срединного мира.

Слова Радана, все-таки задели зверя.

— Ну что ж, если тебе так интересно я покажу тебе свою коллекцию. А после ты покажешь мне свою. И если окажется так, что ты обманул меня, и ни одна из вещей твоей коллекции и близко не сравниться с моей, адат гостеприимства более не будет беречь тебя.

— Я согласен, — пожав плечом согласился юноша.

Усы Аждахи раздулись от его самодовольства. Он принялся показывать и рассказывать каждого редчайшего сокровища. Драгоценные камни и изделия, оружие, доспехи, манускрипты, редчайшей красоты картины, ковры, музыкальные инструменты. Все что показывал Аждаха, для гостя оказывалось недостаточно редким. Отчего еще больше распалялся зверь. Принялся он показывать редких птиц и животных, но и они не вызывали интереса у юноши.

Тогда он открыл ему свою коллекцию наложниц. Прекрасные девы со всех уголков Срединного и Нижнего мира, одетые в шелка и золото и закованные в цепи, стояли они опустив взоры к своим ногам.

— А это, красавица Маргал, мое последнее приобретение — проурчал Аждаха, схватив ее за запястье и заставив выступить вперед, — согласись редкая красавица, настоящее сокровище.

— Она красива, спору нет. Но девы Верхнего мира прекрасней во сто крат.

— Ты что же, сравниваешь смертную с богинями и их родичами? — прорычал Аждаха.

— Как я уже и говорил, о Гостеприимнейший, я бывал во всех трех мирах, и видывал поистину величайшие, редчайшие, красивейшие сокровища. И если это все, что имеется в твоей коллекции, то думаю подозрения мои оправдались.

Хозяин побагровел, ноздри раздулись и выдохнули дым. Внутри него разгоралось пламя. И через мгновение лицо его просветлело и глаза хищно блеснули.

— Ну что ж, я покажу тебе, самое ценное мое сокровище, которое ты поистине никогда не мог видывать, не сравнимое ни с чем из существующих. Оно одно, и во всех трех мирах ты не найдешь подобного. Я сам еле остался жив, когда заполучил. Лишь самой большой хитростью досталась она мне. И нет более ценнейшего изделия в моей коллекции, чем это сокровище.

Зверь подернул ногтем золотую цепь на своей шее и поднял вверх, доставая из-за ворота, то что он прятал под одеждой. На толстой цепи качался золотой гребень, удивительной красоты. Искуснейшая работа мастера, выгравировала на ней дерево и солнце было ее кроной. Россыпь драгоценных камней, изумруды переливались с сапфирами и рубинами.

Восхищении отразилось на лице Радана, что он уже не смог скрыть его, и сделать вид, что его не удивляют сокровища Аждахи. Он узнал гребень, который требовала вернуть Старуха.

Зверь увидел в реакции гостя, все что ему было нужно, и довольный накручивая длинный ус на коготь уселся на шелковые подушки.

— Ну что ж, теперь давай ты. Удиви меня своей коллекцией, и быть может я обменяю, что-то из своей коллекции, на что-то из твоей.

Радан улыбнулся:

— Позволь показать тебе редчайшей работы веревку искусных мастеров Срединного мира.

Произнес он, доставая из мешка.

— И что же в ней такого особенного, – поинтересовался Аждаха.

Радан сделал петлю из веревки. Две наложницы отделились от остальных и бросились на Аждаху. Под шалями скрывались Дивир и Симарв успевшие переодеться и смешаться с пленницами Аждахи.

Юноши повалили зверя на пол, и благодаря утроеной силе, что получили он удалось им связать запястья и лодыжки зверя.

Не восприняв поналчалу нападение серьезно, но поняв что не может вырваться, удивился зверь, зарычал, из ноздрей его повалил дым. Но как бы ни старался он, не под силу ему было разорвать путы из зачарованной веревки, и обернуться в свой истинный облик.

Он стал брыкаться, с рыком бросился на Радана, намереваясь вцепиться в его горло зубами. Но все тщетно.

 

***

Возвращение в Срединный мир

Радан туго связал кисти Аждахи вместе, одной частью веревки.

Юноша убедился в надежности пут. И облегченно вздохнув, ответил:

— Должен признаться, Аждаха ты поистине гостеприимнейший из Нижних миров, но я обманул тебя. Мы пришли в твой дом, за тем, что отнял ты у других хитростью

— Да не увидите вы больше ни Солнца ни Луны, бесчестные дети проклятой матери!

Симарв заткнул Аждаху шелковым кляпом. Лишая его возможности сыпать проклятиями.

Аждаха побагровел, но не имея возможности подняться только ерзал на месте, извиваясь словно змея.

Радан сорвал с его шеи гребень. Удивился его тяжести и с трудом завернув в платок поместил его в мешок. Только скрылось сокровище в мешке, как тут же его тяжесть исчезла.

Переглянулись юноши между собой и решили забрать себе по сундуку с золотом и драгоценными камнями. Все умещалось в мешке, а он не увеличивался ни в размерах, ни в весе. Тогда решили они сложить в мешок еще по сундуку на каждую наложницу, дабы было у них приданое.

Маргал подсказала, что под шелковыми подушками у Аждахи имеется люк, в который он скидывает умирать постаревших наложниц или же неугодную ему живность.

Юноши открыли люк, и сбросили в него связанного Аждаху. Закрыв люк, они поспешили к выходу. Наложницы следовали за ними.

На выходе из пещеры их уже ожидала Баряв Изажа. Удивилась она их появлению.

— Признаюсь не верила, что удастся вам победить Аждаху. Но приятно удивлена, что сразили его вы. Наконец вода в моем озере не будет загрязняться его присутствием.

Она по очереди переправила на другой берег спасенных девушек и последними переправлялись юноши с Маргал.

С ближнего аула пригнали отару овец и табун лошадей. Как прознали они, что плен Аждаха и не выбраться ему на головы юношей посыпались благодарности и пожелания счастливой жизни. Юноши снарядили, каждую освобожденную деву из Нижнего мира сундуком с золотом и лошадью, отпуская их на родину.

Девушек из их мира, с лошадью на каждую из них, они повели через огненные врата. По тропе вверх в Срединный мир.

Когда поднялись они на вершину самой высокой горы, открылся им вид на земли Лекетии. Освобожденные девы не смогли сдержать слез радости. Только теперь они осознали, что наконец свободны от плена. Видя родные земли, осознали, что могут вернуться к своим семьям.

— Какие вы молодцы, сразили Аждаху да ещё и вернули в родные земли плененных им девушек! — воскликнула улыбаясь Часажи, представ перед горцами. Как она и обещала, не колесница ожидала их у белого древа Жизни.

Юноши поклонились Матери Ветров, за её дар, без которого победить Аждаху оказалось бы ещё более сложной задачей.

Богиня засияла лучезарной улыбкой. И захлопав в ладоши призвала своих подручных, многочисленных ветры вихрями кружась вставали перед Часажи. И каждому она поручила перенести по одной из дев с ее лошадью и приданным в родные аулы и города.

Когда на вершине остались Маргал с юношами, Мать Ветров пригласила их свою колесницу, и в мгновение ока доставила их к Суванасы.

Красавица Маргал спрыгнула с колесницы едва она приземлилась и бросилась в объятия Матери Воды.

Симарв с тяжелым сердцем сошёл на землю, отправляясь услужении богини на долгих пять лет.

Часажи окликнула его.

— Я сторговалась с моей сестрой, и отсрочила начало твоей службы сроком на пять зим. Позаботься о своей нареченной и о своей родне. У тебя есть пять зим обеспечить свою семью так, чтобы не испытывали они нужду следующие пять лет, пока ты будешь в услужении Суванасы.

Все еще не веря до конца в свое счастье, Симарв оглянулся на Мать Воды, та утвердительно кивнула, соглашаясь со словами своей старшей сестры, и поблагодарила горцев за то, что вернули ей Маргал.

Поклонившись юноши снова взошли на колесницу, и Часажи доставила их к пещере Старухи.

Та стояла у входа, опираясь на свой белый посох. С радушием встретила она горцев. прошли они в глубь пещеры. Старуха вынула из мешка гребень и засиял он в ее руках.

Щурясь горцы, через силу продолжали наблюдать. Хозяйка пещеры, облегченно вздохнула и прошлась гребнем по волосам, вычесывая пепел и серебристую пыль.

И постепенно преображалась старуха. Когда с волос ее слетел последний пепел, предстала перед ними дева, в одеянии цвета солнца и зелени. Собрав огненные волосы с переливами серебра, дева заколола их гребнем.

Пораженные глядели на нее юноши, и чувствовали так, словно пелена сошла с их глаз.

— Ты прости нас о Великая, словно заколдованные не смогли мы признать в тебе Алмасты – пролепетал Радан.

— Как же не догадался я, видя какие чудеса тебе были подвластны – недоумевал Дивир.

— Вы не смогли бы узнать меня, даже если бы знали в чью пещеру забрели в тот день. Аждаха обманом выкрал мой гребень и наслал заклятие, дабы исказить мой образ и силы, и заставить забыть обо мне детей гор. Два десятка зим, проходила я так, не способная править в полную силу. До тех пор, пока вы не появились вы, не могла отыскать я достойнейших для столь рискованного поручения.

Часажи заулыбалась и подойдя к Матери Земли обняла ее.

— Я так рада сестра, что наконец ты вновь обрела себя. И продолжишь свое правление с новыми силами. И в первую очередь тебе следует усмирить тех наших братьев и сестер, кто воспользовался моментом твоей слабости.

— Да сестра, ты как всегда права. Но я смею напомнить тебе, что сейчас мое время. И я сама решу что мне следует делать и когда. Для тебя же настало время юности и беспечности, наслаждайся свободой. А дела управления оставь мне.

Часажи в почтении поклонилась. Попрощавшись с юношами, она покинула пещеру Алмасты.

Богиня улыбнулась:

— Ну что ж, а теперь давайте навестим мою троюродную сестру.

Она взялась за свой белый посох, от чего он засиял. И в следующее мгновение они оказались у входа в скалистую пещеру.

— Прикройте веки, дабы не увидеть ненароком Рохдулай, – предупредила Мать Земли. Она вошла в пещеру и окликнула злую ведьма.

— Сестра, что привело тебя в мои земли? – раздался скрипучий голос Рохдулай из глубины пещеры.

— Ты забываешься Рохдулай, это мои земли! Как смела ты бесчинствовать, губить целые аулы?! Ты думала я ничего не ведаю?!

— Прости меня Верховная, но были разговоры. Говорили, что ты не в состоянии исполнять свои обязанности, и что на смену вам придут другие. Более могущественные. С нас простых созданий Срединного мира, требовалось оспорить и нарушить все ваши указы и правила, если мы хотели выжить в новом мировом порядке.

— Со смутьянами я разберусь будь уверена! Но и с тебя спросится. Я изгоняю тебя в Нижний мир! Ты будешь отбывать наказание среди прочих гадов в услужении моих дочерей, что ведают там от моего имени. Изгнание твое будет длиться сроком двести зим.

— Но за что ты так сурово наказываешь меня, сестра?

— Я наказываю тебе по справедливости, и защищаю от адата кровной мести перед детьми гор. Или же ты хочешь, чтобы я отдала тебя им на растерзание?! Учти, тогда я раскрою им истинный секрет твоей слабости.

— Ты как всегда принимаешь лучшее решение из всех возможных. Мудрость твоя не знает границ. – скрипуче проворчала Рохдулай.

Алмасты не прощаясь вышла из пещеры, стукнув по земле посохом, она перенесла юношей с вершины скалы в ущелье, в котором началось их знакомство. Каждому она преподнесла в дар по резвому скакуну, и перенесла их сундуки с золотом и драгоценными камнями.

Благословив их на долгую и счастливую жизнь процветания и достатка. Великая богиня Мать отпустила горцев в их родные аулы.

Юноши поклонились Алмасты, поблагодарили за дары и помощь и ускакали.

На развилке остановились они, крепко обнявшись и обменявшись рукопожатиями разошлись юноши, каждый своей дорогой.

 

читателей   213   сегодня 2
213 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 4,50 из 5)
Загрузка...