Перед рассветом

Чернильная ночь. Тихо хрустит поленьями костерок. Рядом с костром спит мальчонка лет десяти, завернувшись в плащ. Чуть поодаль, на коленях, спиной к огню стоит хмурый мужик — Улав — и тихо бубнит себе под нос:

— …дай мне храбрости, чтобы изменить то, что я могу. Смирения дабы принять то, что я изменить не в силах. И мудрости, дабы отличить одно от другого1

Огонёк зябко ёжится от ветра, что уносит тихий шёпот во тьму.

В грязных пальцах Улава зажат серебряный амулет в виде солнца. Цепочка обмотана вокруг запястья.

Ветер стихает, а его голос продолжает шептать:

— … принять то, что я изменить не в силах…

Дёргает ушами сонная лошадь.

***

Нога в сапоге резко добивает умирающий костёр.

— Йона. Вставай.

Грубо призывает Улав к спящему рыжему мальчонке. Тот вздрагивает, испуганно оглядываясь. Находит взглядом Улава.

— Пора, — коротко сообщает мужчина и, прихрамывая, идёт к лошади.

— Темно, тять… — бурчит мальчик, но мужчина не обращает внимания.

Мальчик зябко вздрагивает пару раз, без эмоций глядя на исходящие дымом угольки.

— ЙОНА! — грубо зовёт Улав и ребёнок поднимается, мученически скривив лицо.

***

Косой дождь бьет в лицо Улаву, стекая по морщинистому лицу и струйками капая с бороды. Мужик упрямо идёт вперёд, сапогами меся грязь. Тянет за собой гнедого коня. К седлу привязаны две лопаты.

Копыта вязнут в мягкой почве.

По лужам конь тянет за собой связку заостренных жердей. За ними, по грязному следу вытоптанному Улавом и конём, плетётся мальчик. Обнимая себя руками он дрожит, сплёвывая навязчивую влагу с губ.

— Тять, а почему они встают?.. — простуженным голосом спрашивает мальчик у спины. Улав идёт вперед, будто не услышал.

Ещё немного подождав ответа, мальчик опускает взгляд.

— Думаю… — спустя какой-то срок хрипло выдыхает мужчина, — …дело во вздохе.

Мальчик заинтересовано поднимает голову, и ждёт продолжения.

Чавкают мокрые ноги в земле.

Спустя пару шагов, Улав будто нехотя, продолжает:

— Дух человечий, со вздохом выходит. Когда тело мрёт, душу выплюнуть надо… а если нéкак выплюнуть… то она в теле гниёт.

Улав втягивает носом воздух, и сплёвывает.

— …потому висельники да топляки обратно воротятся… грязная душа покою не знает.

***

Серое небо над кладбищем. Косой заборчик, с полсотни кривых крестов рядками. Дождь унялся, но тугая влага висит в воздухе.

Улав останавливается у лысого деревца, хмуро оглядывая местность.

— Бери лопаты. Жерди поближе достань.

Мужчина подходит к седлу, скидывает к ногам мальчика лопаты и отвязывает верёвку с жердями.

— Я коня поведу.

Взяв лошадь под уздцы, Улав дёргает её в сторону кладбища, хмуро ведя к могилам. Подойдя к одному из бугорков, он поворачивается к коню и мозолистой рукой трёт ему морду:

— Ну… с богом, Усман.

Улав тянет верёвку. Конь дёргает гривой, и послушно ступает, куда ведут. Копыто мягко входит в податливую почву, и животное переступает могилу. Улав хмуро глядит в глаза коню и ведёт его дальше. Новая могила. Улав глядит то под ноги, то в морду зверю. Конь притормаживает, фырчит. Улав осторожно тянет…

И эту могилу зверь перешагивает, топча землю.

Третья могила. Конь делает шаг и ногой твёрдо упирается в почву, второй шаг не решаясь ступить. Улав внимательно смотрит на животное. Тихо тянет вперёд…

Конь начинает движение, но, вдруг, дёргает ушами и упрямо пятится назад.

Мужчина настораживается. Заматывает поводья крепче на руку, и уже с бо́льшим упрямством тянет коня.

Зверь волнуется. Фырчит. Дёргает мордой. Поддаётся немного, и вдруг резко взбрыкнёт, с остервенелым ржанием. Из пасти, меж кривых зубов, валит пар. Паника нарастает, и лишь силой Улаву удаётся сдержать лошадь.

— Здесь, — он кивает на выбранную могилу и сбивает ногой крест, — Вонзай жердь.

***

Жердь почти во всю длину вогнана в могилу, прямо посередине. Улав с мальчишкой хмуро орудуют лопатами, с двух сторон.

Мальчик устало выкидывает мокрую грязь из ямы.

Одна лопата.

Вторая…

Третья лопата…

Метал вдруг звякает обо что-то, и земля под лопатой начинает шевелиться.

Парнишка вскрикивает, в панике выскакивая из могилы. Его едва не успевает схватить появившаяся оттуда рука. Следом за облезшей рукой, из-под земли выныривает лысая черепушка, щёлкающая в пустоте острыми зубами. Но вонзенная жердь не дает твари вылезти дальше.

— Топор, тять, топором руби! — кричит мальчик, но Улав спокойно сплёвывает, и прикладывает к шее мертвеца лопату.

— От ещё, топор на него…

Он поднимает лопату и с яростным выдохом опускает.

Шмяк.

***

Вновь моросит дождь. Могилы растоптаны, в некоторых ещё торчат жерди. Улав и мальчик копают новую, пока конь мирно дёргает ушами, привязанный к старому забору.

Лопата мужчины звякает. Он вздыхает, ногой отряхивая с новой черепушки землю.

Мёртвая женщина, с перекошенным лицом и пустыми глазницами. Не шевелится.

— Мёртвая, — недоумённо шепчет мальчик.

Улав пинает труп. Челюсть с хрустом сворачивается, но реакции нет.

Конь настороженно водит ушами.

Улав хмурится.

— Усман ошибся, тять?.. Тять?

— Тихо! — огрызается мужчина, и откидывает в сторону лопату. Отряхивает руки, и, опираясь на жердь, вылезает из могилы.

— Закопать надо… — запричитал мальчик, — Не дело глумиться…

— Мёртвым плевать, — бурчит Улав, и голыми руками начинает копаться в отброшенной наружу земле. Его руки натыкаются на крест.

Мужчина встает с крестом в руке, и влажной ладонью проводит по дереву. Грязь нехотя сползает оголяя два слова: «Роза» и «Ева». Глаза Улава испуганно расширяются, и он разворачивается к мальчику:

— ЙОНА!

Брызги грязи разлетаются во все стороны: из-под бока у трупа выпрыгивает нежить-младенец и хищным зверем кидается на ногу мальчику.

Мелкие, острые зубки входят в бедро. Крик пронзает воздух. Лужу грязи разбавляет кровь.

Ревя, будто медведь, Улав хватает лопату и метает её, целя в тварь. Младенца пришпиливает к земле и он начинает остервенело биться.

Держась за ногу, мальчик пытается выползти из могилы.

— Добей! — рычит на него мужчина, но мальчик плачет и стонет, — Добей, быстро!

— Тять, больно…

Улав зло сплевывает, прыгает в могилу, подбирает вторую лопату, замахивается…

… не успевает: тварь вырывается и снова кидается, но уже на руки Улава. Быстро, зло, агрессивно клыки рвут плоть. Мужчина борется, пыхтит. На землю падают два окровавленных пальца.

С криком, мужчина-таки скидывает с себя тварь. Та шмякается об землю, и Улав сапогом бьёт ей по голове. Нежить верещит, оглушая. Её крик пронзает воздух, заставляя дрожать само мироздание. Морщась, Улав снова и снова бьет каблуком, пока крики не затихают.

Мёртвая тишина воцаряется на кладбище. Её прерывает лишь хриплое дыхание и тихий стон мальчика.

— Тять… тять, прости… — стонет мальчик. Улав прижимает к груди покалеченные руки.

— Тять…

— Тихо!.. — мужчина поднимает ладонь, требуя тишины.

Конь вдруг начинает взволнованно фырчать.

— Ко мне, — командует Улав.

Мальчик быстро подскакивает, и, прихрамывая, подбегает к нему, по пути неловко хватая лопату.

Улав достает из-за пояса топор.

Конь беснуется, дёргается. Пытается вырваться, фыркает.

Шевелится земля у нетронутых могил. У одной, у другой, у третьей… грязные руки лезут наружу, пытаясь освободиться от плена почвы.

Мальчик жмётся к Улаву. Тот перекидывает топор в здоровой руке.

Хрипы, стоны и рев заполняют пространство со всех сторон.

— Шею береги, — даёт последние наставления Улав, — Коль помирать, так человеком.

Говорит и как зарычит зверем, яростно встречая топором особо прыткого мертвеца. Гнилая плоть разлетается ошмётками. Злой дождь все сильнее и сильнее бьёт по земле.

Яркая вспышка и грохот.

***

Дождь заливает кладбище.

По земле раскиданы полуразложившиеся, обезглавленные тела. Текут кровавые ручьи в раскопанную могилу.

Раскинув руки, на спине лежит Улав, пустым взором глядя в небо. Его горло порвано, в мёртвых пальцах — окровавленный топор.

Опёршись на лопату, рядом стоит мальчик. Нога перевязана, переносицу рассекает порез.

Лицо спокойно. В руке, на цепочке, болтается амулет в виде солнца.

Он делает глубокий вдох и прикрывает глаза.

— …дай мне смирения дабы принять то, что я изменить не в силах…

Тело мёртвого младенца утекает в могилу вместе с потоком воды.

Мальчик поднимает лопату и замахивается.

— …храбрости, чтобы изменить то, что я могу.

Лопата с чавканьем опускается вниз, отрубая голову Улаву.

Сквозь прохудившиеся тучи неуверенно брезжит рассвет.

Йона привязывает к седлу одну лопату и проверяет верёвку с жердями. Тянет за узду коня.

— …и мудрости, дабы отличить одно от другого.

 

Примечания

  1. Молитва немецкого богослова Карла Фридриха Этингера.

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 3,33 из 5)
Загрузка...