Этот день сего года

– А ещё в городе появился новый колдун, – доложил на королевском совете старший министр.

– И что с ним не так? – оживился Эльдагар Второй.

Колдуны в столицу приходили часто: некоторые, чтобы найти работу, некоторые, чтобы с городскими магами пообщаться, а кто-то мечтал прибиться к королевскому двору. Если бы о каждом из них сообщали королю, то он бы весь совет только отчёты о перемещениях колдунов и выслушивал.

– Странный он, ваше величество, – осторожно заметил министр. – Он колдовать-то толком не умеет.

– Шарлатан, что ли? – с недоумением уставился на старика-министра Эльдагар. – Так выпороть на площади и выбросить за ворота. Мне что, городской страже приказы самолично отдавать нужно?

– Нет, ваше величество, не шарлатан он – алхимик, вроде бы. Но умеет предсказывать.

– Провидец? – удивлённо поднял брови Эльдагар. – Давненько их не было. Пригласи его во дворец, пусть сделает пару пророчеств.

– Он не обычный провидец, ваше величество, он умеет только одно: предсказывать, кто, когда умрёт. Уже троим точную дату сказал… Трактирщик, сегодня утром помер, как предсказано было. В погребе с лестницы свалился и шею сломал.

– Этот алхимик мог такое подстроить? – подозрительно спросил король.

– Его поутру в трактире не было. Но странно это…

– Что ты мне загадки загадываешь, министр? – рассердился Эльдагар. – Доставить этого провидца-колдуна во дворец, посмотрим, что за тип.

 

***

Колдун оказался высоким тощим парнем с крючковатым носом и умными глазами, в опрятной мантии и добротных хоть и поношенных сапогах.

– Значит, ты можешь предсказать смерть любого человека в моём государстве? – спросил Эльдагар, глядя молодому колдуну в глаза.

Тот глаз не отвёл.

– Любого на земле, ваше величество. Любого, кто даст мне каплю своей крови.

– Ну что ж, бери!

Король протянул колдуну руку. Парень достал из-за пазухи серебряный кинжал и маленькую колбочку с янтарной жидкостью. Стража встрепенулась, но Эльдагар досадливо отмахнулся и подманил загадочного провидца ближе.

– Капля королевской крови дорого стоит, и если окажется, что ты шарлатан, заплатишь за неё своей головой.

Колдун ничего не ответил, легонько кольнул палец Эльдагара Второго и бережно взял рубиновую каплю в стеклянную колбочку. Жидкость как будто вскипела и поменяла цвет.

– Велите дать мне чистый пергамент, ваше величество, – попросил колдун.

Король кивнул писарю. Тот, с любопытством наблюдая за колбочкой в руке колдуна, боязливо приблизился и подал требуемое.

Колдун вылил содержимое своей склянки на пергамент.

– Родился король Эльдагар Второй в тринадцатый день второго летнего месяца три десятка лет назад, – возвестил он.

Придворные удивлённо выдохнули в один голос.

– Это знает любой дурак в моём королевстве, – недовольно фыркнул Эльдагар.

В зале раздались неуверенные смешки, которые переросли в хохот.

– Эк удивил!

– И главное – лицо такое серьёзное!

– В склянке у него, небось, вода из болота!

– А умрёт король Эльдагар Второй в четвёртый день первого зимнего месяца, через сорок три года.

Смех резко прекратился. Король внимательно посмотрел на поданный ему пергамент, на котором словно чёрным угольком были начерчены витиеватые цифры, и недоверчиво прищурился.

– Через сорок три года, значит? И эти сорок три года ты рассчитываешь жить во дворце и молиться светлым богам за моё здоровье, колдун?

– Я не хочу жить во дворце, ваше величество. Мне достаточно маленького домика в пределах городских стен и возможности получать оплату за мои предсказания. Часть заработка я, как и все жители столицы, буду отчислять в казну. И меня зовут Нер.

–Э нет, Нер, я ещё не убедился в том, что ты не мошенник. Не дам такого дозволения. Но зелье у тебя занятное. Давай-ка проверим на моих придворных. Вдруг кто из них в ближайшие дни в праотцам отправится, вот так и выясним насколько ты хороший провидец.

– Не провидец я, ваше величество, простой алхимик, но зелье моё никогда не ошибается.

Он обернулся к придворным, но и сановники, и пажи, и придворные дамы, и даже лакеи – все неожиданно замерли на своих местах, никто не спешил подойти колдуну.

– Моего зелья не так много, чтобы для всех этих достойных людей предсказания делать. Вели привести двух осуждённых на казнь, ваше величество. Я возьму у них кровь, а ты одного помилуй. Вот и увидишь, лгу ли я.

– А если ты лгун, то большой смельчак, – усмехнулся король. – Приведите мне, двух завтрашних висельников.

 

***

Городская площадь была полна народу, и не столько публику интересовала казнь, сколько новый колдун, которому король устроил испытание. Вчера во дворце алхимик-провидец взял в свою волшебную колбочку с зельем по капле крови: у разбойника Ермия, что неделю назад поймали на лесной дороге и у еретика Даная, который разбил божественную статую в светлом храме. Одного из них король помиловал. Но кого казнят было ещё неизвестно.

Колдун стоял на балконе рядом с королём, в руке у Эльдагара Второго было два свернутых пергаментных свитка.

– На этих пергаментах написано кому я даровал ещё несколько лет жизни. Никто, кроме меня, не знает, к кому я проявил милость. И если колдун Нер предрёк смерть тому из преступников, кто должен умереть, я позволю ему остаться в городе, если же он ошибся – вздёрну его на второй виселице.

Толпа радостно загалдела, предчувствуя интересное развлечение. Только двое на помосте остались безучастны. Здоровенный рыжий детина злобно смотрел вокруг, а худенький паренёк с кровоподтёком на скуле вглядывался куда-то вдаль, за толпу и королевский дворец и, кажется, молился.

– Беспутный Еремия, – объявил король, разворачивая свиток. – Ты умрёшь через два года в первый день весны.

Толпа замерла в предвкушении. Король одобрительно посмотрел на колдуна.

– Да, я решил, что этот здоровяк принесёт больше пользы на угольных шахтах, чем здесь, болтаясь на верёвке. На шахтах мало кто может протянуть дольше года, но это правдоподобно, колдун.

Колдун только пожал плечами и равнодушно перевёл взгляд на виселицы.

– Итак, святотатец Данай, за осквернение храма и разрушение драгоценной статуи тебе пощады нет. – Король развернул второй свиток. – Ты умрёшь… через шестьдесят лет на пятый день зимы? – Эльдагар Второй отбросил свиток и гневно уставился на колдуна. – Ты шутки со мной шутить вздумал?

Толпа ахнула и заволновалась. Зашептались придворные на королевском балконе. Даже мальчик Данай встрепенулся и неуверенно заозирался по сторонам. Но алхимик по-прежнему стоял рядом с королём невозмутимый и спокойный.

– Ты же помнишь, что я обещал казнить тебя, если ты ошибёшься?

– Мой час умереть ещё не настал, – взглянув королю в глаза, ответил колдун.

– Пропустите! Пропустите! Слава светлым богам успел! – из толпы в сторону королевского балкона бросился человек. – Не свершилась ещё неправедная казнь! Спасибо, великий светлый бог! Не виноват Данай, ваше величество! Не еретик он, а честный послушник!

– Кто это? – удивился Эльдагар Второй. – Вроде бы на нём жреческие одежды…

Он обернулся и поманил к себе старшего жреца.

– После гибели статуи многие братья повредились в рассудке, – поспешно забормотал седовласый жрец. – Один из безумцев убежал. Стража схватить его!

– Нет, пусть говорит, раз уж пришёл, – распорядился король.

– Это старший жрец Карога разбил статую! Все знают, что в голове статуи светлого бога – камень-лазурит. Жрец его иноземцам продать вознамерился, а вину всю на Даная беззлобного и бессловесного свалить хотел! Я видел, как иноземца он в храм привёл, и когда говорили они, рядом был. Но когда беда случилась, меня и слушать никто не стал, прибить сразу хотели, да я сбежал. Данай же сирота, заступиться за него некому! Вели обыскать дом жреца, ваше величество, там камень-лазурит спрятан.

Жрец Карога побледнел и попятился к выходу с королевского балкона. Но стража, повинуясь жесту повелителя, уже перекрыла двери.

– Посмотри мне в глаза, жрец Карога, ты посмеешь мне солгать? – гневно воскликнул Эльдагар.

– Ваше величество, всё не так… Этот безумец… – забормотал Карога.

– За ложь я велю вырвать твой язык, перед тем как тебя повесить. Ну что, колдун, бери у него каплю крови. Докажешь перед всем народом, что знаешь час, когда умрёт бывший старший жрец.

 

***

– Господин колдун, простите, что беспокою в столь поздний час. Но я только добралась до города… – У дверей стояла миловидная девушка лет восемнадцати. – Мне очень нужно знать!

– Проходи, – кивнул Нер, он умел видеть, кому из посетителей действительно важно получить предсказание, а кто явился из праздного любопытства.

Он жил в городе уже почти три года и слава о предсказаниях распространилась далеко за пределы столицы. Теперь он мог себе позволить брать с людей плату посильную для них. Для этой крестьянской девушки он мог бы дать предсказание и бесплатно. Не забирать же последние монеты! Пусть платье себе новое купит взамен старенького, заштопанного.

Девушка вошла в дом и подала Неру узелок из чистой холщовой тряпки.

– Денег у меня нет, господин колдун, но здесь свежий мёд, орехи и душистые травы. Может быть, этого хватит, чтобы заплатить за предсказание?

– И что же ты хочешь узнать? – спросил Нер, принимая гостинец.

– Мой жених… Мир… Он ушёл в солдаты, а на границе неспокойно. Я очень за него боюсь. Можно мне узнать… Узнать, вернётся ли он… – шёпотом закончила девушка.

– А не боишься моего ответа? – поинтересовался Нер.

– Неведение хуже! – горячо воскликнула юная невеста. – Вот, я его каплю крови сберегла. Засохло только… – Она достала платок. – Мир порезался давеча, я и смокнула. Сгодится такое?

– Вообще кровь желательно свежую, – проговорил Нер, но увидев, как изменилась в лице посетительница, побледнела даже, поспешно кивнул. – Но сгодится. Только результат может быть не точный, с огрехом в пару месяцев.

– Ничего, господин колдун. Мне бы только унять тревогу, увериться, что Мир живым вернётся.

Нер достал алхимические скляночки, капнул несколько капель на платок, затем собрал выступившие капли крови и добавил своё знаменитое зелье предсказаний.

– Ещё пятьдесят четыре года проживёт твой жених, – сообщил он девушке, закончив ритуал и подавая пергамент.

– Ой, спасибо, господин колдун! – радостно всплеснула руками счастливая невеста.

– Мне-то за что? – усмехнулся Нер. – Не я годы жизни дарую.

Девушка робко улыбнулась, взяла пергамент, покрутила в руках и нерешительно замерла, глядя на Нера.

– Что такое ещё? Я больше никаких предсказаний не делаю, только на смерть и день рождения. Хотя с таким вопросом мало кто ко мне приходится, – вздохнул он.

– Господин колдун, а можно и про меня узнать? Кто быстрее из нас помрёт: я или Мир? Мне без него жизнь не мила будет. Увериться бы, что не придётся…

– Ох уж эти влюбленные! – вздохнул Нер.

К нему часто приходили парочки, которые собирались быть вместе до гроба и очень расстраивались, когда даты смерти им выпадали разные. К счастью, они и не запоминали в своих датах ничего кроме как, что они разные.

– Давай свою руку.

Нер достал серебряный нож, взял тонкую белую ручку девушки. Капля крови упала в склянку. Состав из склянки вылился на пергамент.

– Ну что там, господин колдун? – нетерпеливо спросила девушка.

– Как тебя зовут? – внезапно поинтересовался Нер.

– Аника, – ответила она. – Так сколько у нас с Миром жизни друг без друга будет, а? Господин колдун?

– Что-то разладилось моё средство, Аника, – скомкав пергамент, проговорил Нер. – Может быть, завтра точнее покажет.

– Но мне домой надо возвращаться, чтобы засветло в деревню поспеть, – нахмурилась девушка.

– Ночью за стенами города опасно. Переночуй у меня, а завтра на какой-нибудь подводе доберешься.

Аника взглянула на него с подозрением и настороженно ответила:

– Не впервой, хаживала уже. Я в городе часто бываю.

– Ты можешь остаться здесь, меня не стеснишь, – продолжал уговаривать Нер. – А утром ещё раз попробую тебе дать предсказание.

– Не надо тогда уж, коли не получается, – Аника попятилась к двери.

– Постой! Ты должна остаться! – Нер схватил её за руку. – Хотя бы до полуночи! Я найму тебе дилижанс!

– Бесстыдник! У меня жених есть! Вот вернется Мир, всё ему расскажу, не посмотрит он, что ты колдун! – гневно воскликнула девушка и, вырвавшись, бросилась к двери.

Нер побежал было за ней, но у порога остановился. Сел на пол, закрыл голову руками. Возле его ноги упал смятый пергамент, развернулся надписью: «Этот день сего года».

– Нет, неведение лучше, Аника, – прошептал Нер.

 

***

– Ваше величество, хорошо бы у колдуна Нера рецепт его зелья получить, а то случись с ним чего, пропадет же такое знание, – старший королевский алхимик покачал головой.

– А сколько он тебе жизни нагадал? – с любопытством спросил Эльдагар Второй.

– Ещё пятнадцать лет.

– И, говорят, крупно ты с ним повздорил, да, Маримон? Что ты там у него требовал? – усмехнулся король.

– У него должны быть какие-то другие составы, кроме этого! – воскликнул Маримон. – Если он знает, когда смерть придёт, значит, и отсрочить её сумеет! Он просто не хочет делиться знаниями, цену себе набивает!

– Но он же сразу сказал, что умеет только предсказывать смерть. И ни разу за все года не ошибся. Почему мы должны ему не верить?

– Ваше величество! Он чужеземец, и неведомо откуда свои составы притащил! Что у него ещё есть? И, может быть, не предсказывает он ничего, а это мы свою жизнь укорачиваем, отдав ему кровь!

– Маримон, если ты не хочешь, чтобы я тебе твои пятнадцать лет жизни укоротил, займись своим делом и не лезь к колдуну!

 

***

– Ты мог бы солгать, Нер! Хотя бы один раз солгать! Назвать королю другую дату. Получить ещё десять лет жизни под его покровительством, а потом сбежать из города! – Данай был взволнован и нервно прохаживался по маленькой комнатке в доме своего друга. – Они велели арестовать тебя, скоро прибудет стража.

– Данай, ты навлечёшь на себя неприятности. Если у тебя в запасе ещё пятьдесят лет жизни, это не повод быть таким неосмотрительным, помощник старшего жреца, – улыбнулся Нер.

– Я помогу тебе скрыться. В храме есть подземный ход. Ты выиграешь пару часов, они не сразу пустятся в погоню…

– Знаешь, Данай, иногда я думаю, если бы я не напугал ту деревенскую девочку, Анику, которая приходила ко мне за предсказанием для жениха, она бы не убежала так поспешно и не попала бы под повозку у городских ворот. Ведь я считал, что на неё могут напасть разбойники или дикие звери на ночной дороге. А оказывается, она погибла под колесами тяжелой повозки, потому что возница не заметил её в темноте.

– К чему ты это сейчас? – удивился Данай.

– Всё предрешено, мой друг.

– Нер, они будут тебя пытать! Король уверен, что ты знаешь, как можно продлить жизнь. И заполучит ответ любой ценой. Он уверен, что ты просто не хочешь ему говорить. Эльдагар так давно ждал наследника и так был рад его рождения, что теперь словно обезумел. Ну как ты мог заявить, что его сын проживёт всего десять лет?!

– Всё предрешено, Данай, – повторил Нер с обычной своей невесёлой улыбкой.

И только сейчас Данай заметил, что в маленьком домике всё иначе. Нет привычно разбросанных листов с алхимическими формулами, все склянки чисто вымыты и стоят на своих местах, стол девственно пуст.

– Я знал, когда это произойдет, Данай. Не знал, как, но знал день. И так будет лучше. Я уничтожил зелье, а с моей смертью умрёт и рецепт. Старший алхимик прав, у меня есть ещё кое-какие составы, и я уже принял один из них. Думаю, в пыточную доставят моё мертвое тело.

– Нет, Нер! Ты не должен был… – Данай смотрел на него в ужасе.

– Я не должен был создавать этого средства. Король отчасти прав, если я не могу ничего изменить, то зачем даю людям пустое знание? Говорю им, что они обречены. Я пришёл в ваш город, чтобы заработать денег, я не понимал, какая страшная игрушка у меня в руках. И чего я добился? Зачем мне деньги, если все меня боятся и ненавидят?

– Ты спас меня, я этого никогда не забуду!

– Это не я тебя спас, а брат Лорий, он успел бы вовремя в любом случае. Не я управляю смертью, мой друг, а король не дарует жизнь. Это всё череда случайностей. По одной из таких случайностей, я нашёл способ подсмотреть конечный результат и должен за это заплатить. Потому что не могу изменить этот результат, Данай. Я проверял его несколько раз и устал ждать, что цифры на моем пергаменте исчезнут.

В дверь маленького домика ударили так, что она едва не сорвалась с петель.

– Колдун Нер, по приказу его величества короля Эльдагара Второго, ты арестован.

Нер со спокойной улыбкой пошёл открывать, по дороге положив в руки Данаю стопку пергаментных свитков.

Помощник старшего жреца так и стоял несколько минут, глядя вслед тюремной карете, которая увозила его друга. А потом опустил глаза на свитки. Некоторые пергаменты были потрёпанными, пожелтевшими от времени, некоторые помятыми и с пятнами зелий, и только последний – новый, свежий, чистый, с единственной надписью. Такой же надписью, как на всех остальных листах. Почти такой же.

«Шестнадцатый день первого осеннего месяца через двенадцать лет»

«Шестнадцатый день первого осеннего месяца через десять лет»

«Шестнадцатый день первого осеннего месяца через семь лет»

«Шестнадцатый день первого осеннего месяца через два года»

«Шестнадцатый день первого осеннего месяца сего года»

«Этот день сего года»

 


Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...