Дикий, мертвый запад

Тяжелые колеса выбивали ровный ритм. Толстые стальные пластины вдребезги разбивали встречный ветер. Дрожь железнодорожных путей отдавалась в бронепоезде легким дребезжанием цепей, что крепили ящики провизии и канистры с водой.

Стальная стрела неслась сквозь пустынную равнину. Мощь и неудержимость. Само воплощение прогресса. Казалось, облако пыли на горизонте просто не могло представлять для него угрозы…

 

Тарелка с легким звоном опустилась на стол перед носом Билла. Он улыбкой поблагодарил жену и напоказ принюхался к блинам, политым чем-то сладким:

– Ммм… Как вкусно пахнет…

– Вот дурко, – беззлобно и с улыбкой проворчала Марта. Подобные его шутки над самим собой были чем-то вроде традиции. Еще с тех времен, когда самоирония помогла им справится со смертью и переездом.

Билл невольно залюбовался женой. Красивая улыбка, добрые глаза, шелковистые рыжие волосы... По крайней мере, он помнил их рыжими. Сейчас они, скорее всего, уже побелели… Еще в воспоминаниях Билла прочно засели ее мягкие, теплые руки. И если первое определенно сохранилась, то вот их теплоту он проверить уже не мог…

Доев блины, Билл, мимоходом положив тарелку в раковину, протопал к двери. Быстро обулся, аккуратно прицепил на грудь звезду шерифа и повесил на пояс кобуру. Мельком глянул в зеркало – убедиться, что все сидит как надо. Пуговицы форменной рубашки слегка расходились на животе, натягивая ткань. Щетина клочками проступала на пухлых щеках. В принципе – нормально.

Билл повязал вокруг шеи платок, прикрывая шрам от ножа, что перерезал ему горло, на прощание поцеловал жену в щеку и, нахлобучив шляпу, вышел в марево жаркого дня.

 

Распахнув глаза, Джеф рывком сел на кровати. В окно робко заглядывали первые солнечные лучи, а сон уже растаял легкой дымкой. Успокоив заворочавшуюся от резкого движения жену, Джеф тихонько поднялся и вышел из комнаты.

Пожилой фермер не был уверен, что именно разбудило его на этот раз. Скорее всего какая-то мелочь. Он спал чересчур чутко с тех пор, как не услышал сквозь сон звук, с которым задыхалась его подавившаяся дочь.

Сквозь деревянные стены дома до Джефа донесся звук, похожий на стон падающего дерева. Ага, все-таки не мелочь. Назвать так стадо апа – ни у кого язык не повернется. Хотя… Судя по всему, они еще далеко. Так что, причин для волнения нет.

Мягко ступая по скрипучим половицам и стараясь не разбудить остальных жителей дома, Джеф прошел к комнате дочери. Осторожно приоткрыл дверь. Та повернулась без малейшего скрипа на остро пахнущих маслом петлях. Как и все в столь нежном возрасте – спящая девочка выглядела премилой. Лишь слегка синеватый цвет лица намекал, что ей не суждено вырасти.

Удостоверившись, что с Элли все в порядке, Джеф аккуратно прикрыл дверь и двинулся на улицу. Прошел через гостиную. Мельком глянул на почетно стоявшую на видном месте бутылку виски – символ того, к чему он никогда не вернется. Хватило и того раза, когда из-за этого умерла Элли.

Входная дверь тихонько скрипнула, выпуская Джефа на крыльцо. Ночной долгожданный дождь поставил пыль на место, освежив мир и насытив его хрустящим, висящим в воздухе, прохладным ощущением. Джеф не торопясь насладился им. На его глазах зарождался очередной день, полный неотложных дел.

В отличии от большинства, для них Восстание дочери стало не проклятием, но благословением. Вторым шансом. Однако, теперь, спустя двадцать лет, Джеф все чаще замечал, насколько тяжелее ему стало заниматься ежедневным трудом и заботиться о маленькой девочке.

 

Наверное, так выглядит прихожая преисподней.

Билла вызвали на станцию ближе к вечеру. Работа в конце рабочего дня никогда не бывает приятной, но это уже было за гранью. Шериф впервые искренне радовался, что смерть лишила его обоняния вкупе с другими ощущениями. Иначе его бы точно вырвало. Уж слишком сильное впечатление производило месиво в вагоне продовольственного бронепоезда.

Хотя вот проблему с различением цветов он бы с удовольствием обменял на нечувствительность к боли. Согласно отчету в руках шерифа, тут нашли на удивление хорошо сохранившийся синий плащ-пыльник и того же цвета долгополую шляпу. Они должны были выделяться ярким пятном на красном фоне, но Билл никак не мог нашарить их взглядом. И все-таки посмертная бесчувственность куда чаще приносила неудобства, чем наоборот…

Сзади подошел наконец-то проблевавшийся Даг. Помощник шерифа, стараясь не смотреть через плечо босса, попытался отчитаться:

– Двое из бандитов были Восставшими, – Даг приехал сюда вместе со своей ожившей сестрой пару недель назад и толерантность цивилизованного общества еще не выветрилась из него. А может просто не хотел случайно оскорбить своего начальника. Ничего, скоро тоже начнет называть зомби зомби.

Билл еще раз внимательно осмотрел пазл из частей тела, но не заметил, чтобы какая-то из них шевелилась. По всей видимости, зомби покрошили достаточно мелко, чтобы они не могли восстановиться. А значит:

– Нашли призраков?

– Ага. Пытались допросить, но сами знаете… Толку от этого мало.

Словно в подтверждение его слов, сквозь стену в вагон влетело полупрозрачное тело. Слабо светящийся голубым мужчина, свернувшись калачиком, кувыркался в воздухе и тихонько подвывал от невыносимой боли. Проплыв над местом своей смерти, призрак вылетел из вагона с другой стороны. Через пару дней, может недель, он, как и все лишившиеся своих тел Восставшие, окончательно сойдет с ума от непрекращающейся агонии.

– Судя по следам, еще четверо налетчиков ушли, – добавил Даг, проводив взглядом неприкаянную душу. Лицо у парня было все еще бледное, но, вроде бы, он уже в достаточной мере пришел в себя. – Их лошадей подстрелили, так что до Руин им так просто не добраться. Скорее всего, заныкаются на какой-то ферме на полпути.

 

Чарли избивали. Ногами. Удары прилетали по спине, по ребрам, по почкам. Стонали кости. Горели стертые об асфальт ладони и колени.

Наконец-то его обидчики выместили свой гнев и, запыхавшиеся, убрались обратно в паб. Один из них напоследок плюнул в Чарли. И каким-то чудом умудрился промахнуться с такого плевого расстояния. Чертыхнувшись, он не стал повторять попытку, а ограничился дополнительным пинком по ребрам.

Когда входная дверь паба хлопнула в последний раз, Чарли, позволив себе поваляться еще пять минуточек, со стоном поднялся на колени. Еще одна краткая передышка… и Чарли наконец-то встал.

Вот же ж срань! И дернуло его не оборачиваясь послать этих горилл. Хотел произвести впечатление на девушку, понимаешь. А девушка внезапно оказалась подругой целой толпы злобных шимпанзе.

Невысокого и щуплого Чарли вынесли за шкирку, не смотря на увеличенную Восстанием силу. С одним орангутангом или двумя он бы еще справился. Но лучшей стратегией против пятерых обезьян было не сопротивляться.

Эх, хорошо, что он уже мертв! Даже если эти мангани ему что-то и сломали или отбили – к утру зарастет и заживет. Вдохнув полной грудью, Чарли тут же закашлялся. Ну, а пока придется немного потерпеть…

 

Рик сидел на земле, укрывшись от полуденного зноя в тени невысокого дощатого забора. Отстраненно чесал за ухом Райана – с той стороны, где череп собаки был цел – смотрел на лениво пасущихся коров и размышлял о том, насколько история этого пса богаче, чем его собственная.

Райана сбила машина. Насмерть. Вроде бы водитель вылетел на лужайку перед домом. А может, пес сам выбежал на дорогу. По своей, собачьей дурости. Так или иначе – Райан умер. К сожалению, на этом ничего не кончилось и пес Восстал.

Болезнь не передается от животных к людям, так что по закону его хозяева не были обязаны переселиться в резервацию вместе с ним. Но те решили не бросать ожившего питомца и тоже переехали в этот всемирный заповедник зомби, где время словно застыло на второй половине XIX века.

Может, они слишком сильно любили своего пса. Может, хотели уехать подальше от цивилизации. А может просто были шизанутыми. Кто знает? Это было… лет сто назад? Тогда и Болезнь-то только появилась, считай.

Да… Болезнь. Люди так это назвали. Хотя, по правде, никто толком не знает, что это на самом деле. С Болезнью вообще понятного очень мало. Просто некоторые люди в какой-то момент взяли, да и начали оживать после смерти. Ученые так и не смогли выяснить ни источник Болезни, ни способ ее распространения. Только поняли, что те, кто много контактировал с Восставшими перед их смертью, чаще всего тоже оказывались зараженными или переносчиками.

Зомби-апокалипсис… Не случился. Восставшие хоть и менялись, но их личность, воспоминания – оставались прежними. Тем не менее, неприятных последствий у Восстания было столько, что человечество дружно решило – в жопу такое воскрешение. И стало свозить зараженных и их близких в зомбо-аналог бантустана.

Среди них были и Райан с хозяевами. В конечном счете, пес прошел через Полную Блокаду, пережил и Великий Пожар, и засуху пятнадцатого года. Успел похоронить внуков своих первых хозяев. И в результате все равно остался один. Пока, как и Рик, не прибился к Макмилланам.

 

Утреннее солнце пыталось пробиться сквозь влажный воздух, рассеянными лучами освещая заброшенный панельный дом на окраине оставленного города. Стены здания медленно пожирал плющ. Пустые окна напоминали колотые раны на теле из одряхлевшего камня. Карнизы и ржавые трубы окончательно превратились в обиталище птиц и мелких животных.

На крыльце перед домом курил мужчина с длинными, обвислыми до гладковыбритого подбородка усами под крючковатым носом. Он пытался на как можно дольше растянуть драгоценную сигарету. Их, как и алкоголь, не завозили с провизией. Так что приходилось уповать на контрабандистов, что нещадно задирали цены.

Кирк не понимал логики подобного запрета. Все равно они не могут навредить зомби, так? Правительство, видимо, считало иначе и поставляло лишь необходимое. Необходимое с их точки зрения, разумеется.

Откуда-то из далека донесся рев апа. Табуны этих зверюг прочно облюбовали местность вокруг Руин. Ну, хоть в сам заброшенный город не совались. Может им не нравились сами каменные джунгли, а может их обитатели. От местных аборигенов у Кирка и самого мурашки шли по коже. Хотя, выбирая между встречей с племенем Краснокожих и рандеву со стадом апа – он определенно предпочел бы не выбирать.

Отбросив обгоревший фильтр, Кирк зашел обратно в дом. Пыльное помещение освещали несколько огарков свечей. В центре стоял неравномерно окруженный стульями, покосившийся стол. Патлатый Пит и бородатый Брэд перебрасывались засаленными картами в его углу.

Босс спал, закинув ноги в поношенных сапогах на стол, покрытый царапинами и подозрительными пятнами. Толстые волосатые руки скрещены на груди, голова безвольно повисла. Повязка на левом глазу и бандана прикрывали сквозное отверстие от пули, что вышибла ему мозги.

Кирк грузно опустился на стул рядом с Джоном. Рыжий, почесывая трехдневную щетину, травил байки из своей Первой жизни Новичку.

– Я тогда работал за баром, – заливался Джон в своей экспрессивной манере. – И вот приходит значит мужик такой, представительный. В костюме, с галстуком. И с такими пышными усищами. Заказал “хиросиму”. Ну я налил ему, поджег. Буквально на секунду отвлекся, чтобы дать ему кусочек лайма. Поднимаю голову, а он уже ее залпом пьет! Огонь течет по усам, по галстуку! Я стою в диком ахере и не знаю, что делать. То ли водой ему в лицо плеснуть, то ли тряпкой начать по лицу хлестать, чтобы огонь сбить. Пока я стоял в ступоре, этот мужик спокойно так сбил с себя ладонями пламя, – Джон похлопал себя по лицу и груди, показывая, как именно. – Дает мне полтинник и говорит ровным голосом…

Рассказ Рыжего прервал будильник босса. Пора было браться за дело. Побросав карты, истории и сигареты, они пошли к валявшимся в углу синим плащам-пыльникам и того же цвета долгополым шляпам.

 

Вечерняя заря не спеша окрашивала равнину в рыжую палитру цветов, когда Рик закончил рубить дрова. Из-за сарая, возле которого парень махал топором, донесся голос Марии, зовущей семью на ужин. Райан откликнулся первым и радостно потрусил в сторону дома.

Придерживая рукой шляпу, которую слабый вроде бы ветер то и дело подталкивал взлететь, Рик поспешил за псом. Не хотелось доставлять этой семье еще больше неудобств – Мария не позволит никому есть, пока все не соберутся.

Оставив в углу у двери топор, Рик прошел на кухню. Увидев терпеливо ждущих его пожилых фермеров и радостно махающую ему Элли, он на миг смутился и по привычке сцепил пальцы в замок. И наткнулся на пустоту.

Чертыхнувшись, Рик посмотрел на свою левую руку, где отсутствовали мизинец и безымянный палец. Воскресив парня, Болезнь зарастила здоровенную дыру в груди от пронзившей его балки, оставив лишь шрам в напоминание. Но по какой-то прихоти, отказалась восстановить ему утраченные в аварии пальцы.

Сняв шляпу, Рик уселся все-таки за стол. На нем истекало ароматами тушеное мясо с бобами в томатном соусе. Еда улетела в пустоту голодных желудков с поразительной скоростью. И это несмотря на то, что половина едоков не могла оценить ни вкус, ни даже запах блюд.

Потекла неспешная вечерняя беседа, в которую Джеф старательно втягивал Рика. Проблема была только в том, что парню особо нечего было сказать. О Живом мире он поведал все что мог уже давно, а его собственная биография выдалась чертовски скучной. Куда скучнее, чем он думал до того момента, как попытался пересказать ее кому-то.

Провел большую часть жизни под крылом у родителей. Поступил в университет в другом городе. А через несколько лет одинокой, но самостоятельной жизни – смерть, Восстание и резервация. И снова потекла ежедневная рутина…

С грохотом рухнула дверь. В дом ввалились четверо мужчин в дырявых и окровавленных плащах. Один из них, с копной рыжих волос, держался за руку, что чуть ниже локтя кончалась лохмотьями плоти. С обрубка капала темная, почти бордовая и тягучая словно мед кровь.

Рик с Джефом неуверенно поднялись из-за стола, но застыли под невидящим взглядом двстволки. Здоровяк с повязкой на глазу коротко приказал всему семейству:

– К стене!

 

С десяток людей в форме окружили хрупкое деревянное здание. Небольшой дом с тонкими стенами и ненадежной дверью в миг обернулся неприступной крепостью. Спасибо заложникам внутри.

Даг оказался прав. Налетчики захватили пожилую чету фермеров, их дочь, гостя и собаку. И теперь Биллу предстояло разгрести все это дерьмо.

– Я смотрю, у вас проблемы, шериф? – раздался позади глубокий и низкий голоса, никак не вязавшийся с внешностью его обладателя.

– Проклятье, Чарли, ты можешь хотя бы сейчас не любить мне мозги и просто помочь? – Билл повернулся столь медленно и грузно, что Чарли словно наяву увидел у него на плечах здоровенный мешок, полный усталости и ответственности.

Тощий, невысокий и словно в принципе не способный находится в состоянии покоя – ганмен вовсе не производил грозного впечатления. Делу не помогал даже увесистый револьвер на поясе. И тем не менее, Чарли Дэвидсон был самым опасным человеком в этом гребанном зомбилэнде.

 

Рик с невольным интересом следил за раненым налетчиком. Вся банда выглядела потрепанной, но этому явно досталось больше всех. Однорукий оперся спиной о стену и буквально сполз по ней на пол, плюхнувшись напротив сбившихся в кучу заложников. Рыжий продолжал бубнить себе под нос:

– Пулемет… Гребанный пулемет… Они поставили долбанный пулемет… Ник!

– Чего? – отреагировал на внезапный выкрик одноглазый предводитель бандитов.

– Может, все же объяснишь какого хрена это было?

– Мы обдристались. Вот что это было.

– А подробней?

– А подробней в штабе! Сейчас не место и не…

– Нет уж, мать твою!!! – не выдержав, заорал Рыжий. – Именно сейчас! Ты говорил, что все просчитано!

– Так и было! – разъярился в ответ Ник. – Три ходки – без сучка!

– Так откуда, млять, там взялся этот хренов пулемет?!

– Да гребанный ж ты трактор, я-то откуда знаю?!

– Я остался без руки, а ты даже не знаешь почему? Издеваешься?!

– Тоже мне страдалец – Пит с Брэдом теперь вообще больше похожи на педиковатые облачка!

– Педиковатые? – моргнул Рыжий. От неожиданности он даже на миг успокоился. Людям вообще сложно испытывать одновременно несколько сильных эмоций одновременно. По крайней мере мужчинам.

– Голубые, – пояснил Ник.

– Да ты охерел! – взвился однорукий. Он попытался вскочить на ноги, но застыл, когда ему в лоб уперлась двустволка.

Рыжий напряженно смотрел на своего босса поверх мушки. Пуля в лоб зомби так просто не убьет… Но последствия будут неприятными. Чертовски неприятными.

Ник перехватил ружье и сунул его подчиненному, толчком отправив его назад на пол. Сам главарь достал из-за пояса вороненый револьвер и командным тоном бросил Рыжему:

– Следи за заложниками. Разборки устроим, когда нам не нужно будет уходить пешком от всей полиции Железного холма, – Ник повернулся к парочке бандитов, что благоразумно стояли в стороне во время напряженного разговора. – Новичок – сторожишь главный вход. Копы все равно через него не сунутся. Кирк, на тебе черный ход.

Кивнув, усач и безусый юнец разошлись по обозначенным позициям. С улицы доносились возбужденные крики. Не разборчивые, но среди них безошибочно угадывался по тону голос, отдававший приказы. Шериф и ко таки прибыли.

 

Офицеры полиции, сжимая в руках дробовики, сужали круг вокруг здания. Чарли сунул схему дома обратно шерифу и вместо нее вытащил из кобуры револьвер. Современное оружие могли получить только служители закона. Что бандитам, что охотникам на них, приходилось довольствоваться дорогущим контрабандным старьем.

Билла до сих пор забавляла мысль, что он, шериф, чтобы поймать преступников, вынужден, по сути, обращаться за помощью к другим преступникам.

Несмотря на грозный вид толпы ощетинившихся стволами копов, на острие атаки был Чарли. Налетчики вели себя грамотно, не подставляясь и не показываясь в окнах. Потому ганмену предстояло самому войти внутрь. Задачей полицейских было следить, чтобы никто из бандитов не сбежал с места событий.

Сжимая обеими руками рельефную рукоять пистолета, Чарли мягкой, крадущейся поступью приближался к входной двери, прокручивая в голове план действий. Схема дома, тот факт, что налетчиков не видно в окнах и их жестко ограниченное количество – позволяли весьма точно предсказать, где и как именно они засели.

Направить Болезнь и разрушить входную дверь. С этого момента начнется отсчет. Сбоку от входа будет караулить самый неопытный из бандитов. Сбить его с ног. Выскочить в Г-образный коридор. Подстрелить сторожа заложников. Вернуться и добить того, что у входа. Три секунды.

Черный ход будет охранять более опытный боец. И более осторожный. Четыре секунды с момента первого выстрела, чтобы занять позицию. Вышибить мозги осторожному. Переместиться. Взять под прицел лестницу. Дождаться чердачника. Подстрелить колено. Перебежка. Подловить кубарем скатившегося со ступенек бандита и добить его.

Десять секунд. Победа, овации и, конечно, вознаграждение. Поехали.

Внутри раздались выстрелы. Один. Второй. Чертыхнувшись, Чарли бросился к двери. Замер. Перевел взгляд на землю у себя под ногами. На ней мелко подрагивали и подпрыгивали камешки. Чарли повернул голову на звук трубного рева и увидел приближающееся облако пыли. Громадное облако.

– Да ну жеванный ж ты рот…

 

– Харэ сверлить меня своими зенками мелочь. – не оборачиваясь бросил Ник. – Мы вас пока и пальцем не тронули, чтобы так меня испепелять.

– Да, всего лишь взяли в заложники, – заметил Рик, не отводя взгляда. Убедившись, что его реплика не разозлила бандита, парень продолжил: – Я уж молчу о том, что вы, очевидно, налетчики.

– И?

– И вы, как-бы, крадете нашу еду.

Ник смерил его долгим, тяжелым и уставшим взглядом, после чего отвернулся:

– Когда я закончу – ты еще спасибо мне скажешь, пацан.

– Это с какого такого перепугу, блин?

– Ну ладно, – вздохнул Ник. – Времени у нас много, можно и посидеть, посвистеть.

Налетчик непринужденно плюхнулся на зад рядом с Риком. Но револьвер положил так, чтобы ствол смотрел прямо на колено парня. Выстрел в корпус Восставший, скорее всего, и не заметит. В голову целиться было бы неудобно. А вот с перебитыми суставами особо не пошустришь.

Пристально посмотрев на Рика, Ник спросил:

– Ты осознаешь, что весь остальной мир наплевал и отрекся от нас?

– Не думал, что я выгляжу настолько тупым.

– Значит понимаешь, отлично. А понимаешь ли ты, НАСКОЛЬКО это несправедливо?

– Ну как сказать, – пожал плечами Рик. – В условиях отсутствия лекарства, самым разумным является карантин и изоляция зараженных и потенциальных зараженных.

Эту прописную истину знали даже младшеклассники. Но налетчик на нее ответил хриплым смехом.

– Черт возьми, пацан. Да мы буквально избранные, высшая каста, новая ступень эволюции человечества! А нас заперли как чумных в бараке. Разве что не подожгли его.

– Да почему пацан? Я же, блин, зомби. Мне может быть хоть сотня лет, хоть тысяча – я буду выглядеть так же.

– Это да. А вот взгляд у тебя к тому времени точно поменяется, пацан. А сейчас по нему видно, что ты меньше года как мертв. Пацан.

Рик решил проигнорировать это замечание, тем самым признавая его справедливость, и вернулся к первоначальному руслу разговора:

– Так что там было про избранность? Какая к черту высшая каста из живых мертвецов?

– Ты же сам сказал недавно. Тебе может быть хоть тысяча лет, а ты не изменишься. Бессмертие, пацан. Человечество веками искало его, а нам преподнесли этот дар на блюдечке. Да еще и сверху пару плюшек навесили.

– Ага, вот только если покрошить нас достаточно мелко – нас ждет океан боли и безумие как итог.

– Наше безумие или забвение обычных людей – невелика разница, – пожал плечами Ник. – Но зато у нас перед ним лежит целая вечность.

– Вечность, лишенная цветов, вкусов, запахов… Да для меня даже сочный и нежный стейк ничем не будет отличаться от варенной подошвы! Сомнительное удовольствие от такой вечности.

– Малая цена за такой дар.

Рик устало провел ладонью по лицу:

– Да какая из нас может быть новая ступень эволюции без потомства-то??

– Детей и во время Первой жизни заводить можно.

– Может у тебя и для Голода контраргумент найдется?

– Да, это вечное урчание в желудке – вещь чертовски неприятная. Но с ней можно справиться, если есть достаточно еды, чтобы постоянно набивать себе пузо.

– Вот только еды у нас как раз и недостаточно. Тут хрен что вырастишь, да и скот толком не разводится. Еды что нам присылают мало того, что хватает впритык, так еще и мудилы вроде тебя то и дело тырят ее.

– Именно! – воскликнул Ник ткнув в собеседника пальцем.

Рик моргнул. Еще раз.

– Че?

– Из-за официальной политики толерантности мировое правительство не может просто окончательно забить на нас болт. Им приходится присылать нам провизию, одежду и т.д... Пусть и самый минимум. И если станет очевидно, что его недостаточно – им придется увеличить поставки. Вот только хрена с два они сами в этом признаются. А вот если поставки регулярно будут перехватываться, а поймать виновных так и не получиться… Плюс пару намеков от меня – и они будут вынуждены пойти на это.

– Это и есть твой план? Грабить поезда, пока их число не увеличится?

– Первый его этап, – кивнул Ник. – Конечная цель – принятие человечеством моей точки зрения. Что Восстание – это дар и благо, а не проклятие.

– Бред какой-то, – признался Рик. – И твои парни правда на это повелись?

– Да не, из идейных тут только Новичок, – Ник кивнул в сторону входной двери, где с револьвером в руках сидел безусый юнец. – Но он, по-моему, вообще считает меня чем-то вроде реинкарнации Иисуса, а этих реднеков – моими апостолами. Чудик, но на безрыбье и рак рыба.

Помолчав пару секунд, Ник хлопнул себя свободной рукой по бедру и поднялся, все еще держа колено Рика на прицеле:

– Ладно, ты подумай над тем, что я сказал. Может, когда мы будем уходить – решишь пойти с нами. Мне как раз нужна замена тем двоим, что мы сегодня потеряли, – налетчик посмотрел на однорукого. Подумал. И добавил: – Двух с половиной.

После это Ник пошел занимать стратегическую позицию на чердаке.

 

Несущий-Гром несся по равнине, могучими, затяжными прыжками покрывая милю за милей. По левый рог от него грациозно плыла над землей Подобная-сиянию-Звезд. Жена вожака и мать его сына. Последний стремительно летел справа от Несущего-Гром. Свое имя – Бегущий-наравне-с-Ветром – он заслужил Подвигом. А позади них попирал землю весь остальной Табун Белого Грома.

Земля радостно дрожала, когда десятки ее детей неслись по бескрайней спине своей матери. В ужасе разбегались звери. Сам ветер улепетывал в страхе перед неостановимой силой. Вихрями взвивалась пыль – все, что оставалось от камней и булыжников, угодивших под могучие копыта апа.

Впереди показалось хлипкое деревянное строение. Глупо. Ничто не смеет вставать на пути Несущего-Гром и его табуна. Вожак издал боевой рев, подобный стону разламывающейся земли. Через миг его подхватили остальные апа и табун понесся еще быстрее, окончательно уподобившись живому урагану.

 

Рыжий заметил виски. Посмотрел на ружье в одной руке, на то, что осталось от другой, снова на бутылку… Перевел взгляд на заложников. Старик, старуха, ребенок, молодой парень… Вот.

– Эй, ты! Дылда! – Рыжий повел стволами в сторону шкафа. – Принеси мне виски.

Рик поднялся с пола, стараясь не совершать резких движений и не провоцировать однорукого бандита. Медленно и осторожно, парень снял виски со шкафа. Страшно было даже представить, как разозлиться Рыжий урони он вдруг бутылку.

Против воли, Рик именно это и сделал. Представил. Вот гладкое стекло выскальзывает из пальцев. Вот летят во все стороны зеленые осколки. И вот уже к виски на полу прибавляется его кровь.

Отогнав жутковатую картинку, парень показательно непринужденно подошел к Рыжему.

– Держи, – Рик протянул бутылку, крепко держа ее за горлышко.

– Слышь, Слэндермен, ты совсем тупой или да? Какой нахрен держи? Поставь ее на пол и чеши обратно.

Мда, не прокатило, мелькнуло в голове у Рика. Ладно, тогда попробуем по-другому, решил он, снова усаживаясь у стены рядом с Элли.

Алкоголь не особо действует на Восставших. Бутылка популярного ирландского виски показалась бандиту стаканом.

– Не хватило, да? – посочувствовал Рик, правильно расценив взгляд Рыжего на пустое донышко. – Достать еще?

– Есть еще? – с недоверчивой радостью переспросил Рыжий.

– Мужик, у него, – Рик мотнул головой в сторону старика Макмиллана. – стояла бутылка хорошего вискаря на самом видном месте. Ты правда думаешь, что у него нигде не припрятано еще?

Рик молился про себя, чтобы Джеф не пялился на него слишком изумленно, заслышав про запас алкоголя у себя в доме. Однако, поразмыслив немного, Рыжий решил, что это звучит правдоподобно и логично.

– Давай, веди, – осклабился он.

– Да что тут вести-то? – пожал плечами Рик. – Две бутылки под полом у входа. Там, правда, ваш парень сидит, сторожит. Тоже, наверное, захочет…

– Разберемся… – задумчиво кивнул Рыжий, поднимаясь вместе с парнем с пола и продолжая держать последнего на мушке. – Эй, Новичок! Давай махнемся! Посторожишь заложников.

Новичок выглянул из-за угла и растерянно посмотрел на Рыжего, затем на Рика:

– Аа…

– А этот какой-то слишком живенький, – совершенно искренне ответил Рыжий. – Я за ним лучше сам присмотрю. Как и за входной дверью. Тебе остаются старики, девчонка и почти безголовый пес.

– Ну, как скажешь…

Дождавшись, пока Новичок скроется из виду в Г-образном коридоре, Рыжий бросил Рику:

– Ну, дылда, показывай, где тут бухло припрятано.

– Да прямо тут, – быстрым движением Рик убрал из угла топор и ткнул пальцем в пол под ним. – Вот тут половицы отходят, видишь?

Рыжий рефлекторно наклонился посмотреть, на что указывает парень. Взмыл вверх топор. Свист. Стук. Стук. На пол поочередно упали ружье и кисть, что еще недавно сжимала его.

Рыжий недоверчиво посмотрел на свою правую руку. Она заканчивалась явно раньше, чем следует. Перевел взгляд на левую. Та кончалась еще раньше.

– Да вы, бляргх! – возглас искреннего возмущения сменился невнятным бульканьем, когда топор вошел Рыжему глубоко в горло.

Следующим ударом Рик раскроил бандиту череп. Убить не убил, но час другой теперь уже безрукий налетчик полежит парализованным. Правда, боль все это время будет адская.

Рик подхватил оброненную двустволку одновременно с тем, как на шум прибежал Новичок. На миг оба юных зомби застыли. Новичок – удивленный тем, что застал вооруженного заложника над изувеченным телом своего товарища. Рик – в общем-то, по тем же причинам.

Он успел первым. Заряд дроби из первого ствола разворотил грудь бандиту. Приклад больно боднул Рика в плечо. Он тут же вновь нажал на спусковой крючок. Отдачей ружье приподняло, так что второй выстрел снес Новичку пол головы.

А вот этот до утра проваляется.

Рик отбросил разряженную двустволку и потянулся за револьвером налетчика, но замер, заслышав утробный рев. А потом дом впереди него взорвался.

 

Апа. Разумные, свирепые, трехрогие быки размером с внедорожник, с ног до головы покрытые костяными пластинами. Одна из двух главных причин, почему зомби-гетто решили устроить именно здесь. Из-за этих чернобыльских коров и Краснокожих мутантов тут все равно никто не жил.

Табун чудовищ пролетел мимо в мгновение ока, лишь краешком задев ферму. И разнес в щепки половину дома. Ник словно шар для боулинга скатился по накренившемуся полу. Обронил по дороге оружие и рухнул с чердака. На встречу ему уже поднимался призрак затоптанного Кирка.

Пыль и тишина облаком накрыли дом. Нетвердой походкой Рик пробирался сквозь свежие развалины. Нога запнулась за что-то. Раздался металлический лязг. Наклонившись, Рик нашарил черный револьвер Ника. Подобрав оружие, парень резко почувствовал себя увереннее и пошел дальше уже чуть смелее.

Откуда-то из угла донеслись тихие, еле слышные всхлипы Элли. Пылевая завеса уже начала растворятся, прогоняемая легкими порывами ветра. Подойдя ближе, Рик разглядел изломанный силуэт. Мария собственным телом прикрыла дочь от монструозных копыт.

Чуть дальше раздался гневный возглас. Две тени сцепились друг с другом. Через мгновение к ним присоединилась еще одна поменьше. Резкий порыв ветра подразогнал пыль, позволив Рику наконец-то разглядеть что происходит.

Чудом невредимый, Ник сжимал одной рукой горло Джеффа. В другой бандит держал нож. На ней же, крепко сцепив зубы, висел Райан. Все трое мельтешили и дергались, словно бились в припадке, одновременно пытаясь сплясать чечетку. Остатки пыли в воздухе еще больше мешали прицелиться.

Наконец решившись, Рик спустил курок. Пуля пролетела между плечом Джеффа и кулаком Ника, прошла в сантиметре от остатков черепа Райана и впилась в горло Восставшему. Грянул взрыв.

Рик удивленно посмотрел на револьвер. Патроны анти-Z. Он слышал о таких. Зажигательно-разрывные, они могли парой удачных выстрелов превратить зомби в призрака.

Обезглавленное тело рухнуло как мешок с дерьмом. Ник пару секунд осознавал случившееся. А потом оторванная голова исторгла настоящую поэму нецензурщине. Мысленно, разумеется. Беззвучно открывающийся рот вызывал нездоровые ассоциации одновременно с Чарли Чаплином и профессором Доуэлем.

Рик понял, что, улыбаясь в такой ситуации, он больно уж похож на маньяка и попытался сомкнуть губы в более соответствующую ситуации форму. Не вышло. Рику уже давно не было так… интересно. Фильмы, сериалы, компьютерные игры – всего этого ему так не хватало после смерти. Но все это оказалось просто заполнителем времени. Сейчас Рика переполняли бурная радость и глубокое удовлетворение от хорошо проделанной работы.

А потом он увидел Джефа.

 

Старик Макмиллан лежал ничком. Колени больно ударились о пол, когда Рик бросился к неподвижному телу. Осторожно перевернул его на спину. Тусклые глаза неподвижно уставились в пустоту. На лице Джефа отсутствовало какое-либо выражение. На миг могло показаться, будто старик притворяется или играет в покер. Рику захотелось нервно улыбнуться в ответ на глупую шутку. Но на груди фермера темнело кровавое пятно. Ник все же успел вонзить Джефу нож в сердце, прежде чем вмешался пес.

Райан ткнулся носом в руку оцепеневшего парня. Рик посмотрел в понимающие, грустные, но спокойные глаза. Кажется, пес уже привык терять хозяев. Рик перевел взгляд на изломанное тело Марии. Из-под него все еще доносились тихие всхлипы.

Снова холодные, замерзшие руки переворачивают неподвижное тело. Снова пустой взгляд. Снова безвольное лицо. Слава богу, Элли в порядке.

Прижимая к себе перепуганную девочку, Рик растерянно смотрит то на старика, то на его жену. Пересохшие губы неслышно шепчут:

– Ну же… Вставайте… Вы двадцать лет прожили в этой дыре… Бок о бок с зомби… Вы же просто не могли не заразится… Верно? Ну давайте, вставайте…

Неисповедимы пути Болезни. Макмилланы оставались неподвижны.

– Потрясающий выстрел, – невысокий тощий охотник за головами похлопал Рика по плечу. – Еще и из этого кривого контрабаса… Просто потрясающе. Из тебя мог бы выйти хороший ганмен.

Рик не обратил внимания как, куда и почему ушел Чарли. Но вот его предложение что-то зацепило в душе парня…

 

Билл с облегчением смотрел, как последний осколок солнца исчезает за горизонтом. Вот и кончился очередной день в этом мире мертвого запада.


Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 1. Оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...