Эрик Керси, Велимир Строгов

Медное сердце

 

1

 

– Велонис.

Мягкий женский голос словно звал его куда-то.

«Оттаять, – пронеслось в голове. – Немедленно оттаять».

– Велонис, ты слышишь меня?

«Это она… Как щекотно… Ее прекрасные локоны… Оттаять».

Девушка всем корпусом оперлась на плечо своего неподвижного друга. Взяв в руку маленький молоточек, она принялась настойчиво стучать по его голове. Звук был таким, как если бы она била по наковальне.

– Эй! Ты начинаешь меня бесить, глупый юноша. Хватит придуриваться: у нас много работы.

Тянущаяся липкая тьма начала потихоньку разбавляться белыми лучиками света. Узкими нитками они пронизывали ее, словно штыками, заставляя убраться из владений солнца и жизни. Все было мутным. Настолько размытым все бывает, когда только проснешься, или когда кто-то запустит горсть пыли тебе в глаза. Примерно так и было. Светло, но размыто. Он рефлекторно поднял руку, пряча лицо от света.

«Слишком много».

Пальцы руки согнулись. Раздался скрип.

– Смазать бы тебя, рухлядь. А ну немедленно приходи в себя! – топнула ножкой кудрявая барышня.

Наконец он различил в омуте света ее симпатичный носик и широко распахнутые ресницы.

«Красивая».

Огненные локоны волнами растекались по ее белым плечам. Она ему нравилась. Особенно утром, когда злилась. В такие моменты миленький девичий носик кривился, губки надувались, она топала ножками и требовала повиновения. Велонис не мог отказать в этом своей прелестной хозяйке.

– Слушаюсь, госпожа. –  Он коротко ударил себя в грудь, где тикало механическое сердце, и склонил голову.

– Боже, – развела руками молодая красавица. – Даже Стюарта легче разбудить, чем тебя.

– Прошу меня простить, госпожа. Вы можете применить телесное наказание, если на то будет ваша воля.

– Ой-ой. Вот только прекрати эти речи больного мазохиста. Я смажу твои суставы, и мы пойдем в город.

Велонис снова коротко кивнул и посмотрел в зеркало. Наверное, по человеческим меркам он был весьма хорош собой. Длинные белые волосы ровными прядями падали на спину. Четко очерченные скулы, ровный нос, приподнятые хищные брови. Молодой и очень симпатичный парень. Но глаза Велониса выдавали его: это был ржавый, уставший взгляд старца, который повидал много боли на своем веку. Терракотовые зрачки метнулись к дверному проему, словно потеряли что-то особенно ценное.

Молодой человек сделал шаг, но тут же упал на одно колено.

– Ой.

Девушка раздвинула занавески и выглянула с металлической канистрой масла в руках.

– Что такое? Ноги тоже?

– Простите, госпожа.

Велонис посмотрел на нее через дверной проем и улыбнулся.

– Горе луковое, – она быстрым шагом подошла к своему чудному сожителю. – Согни в колене левую ногу.

Юноша никогда не пререкался с этой девушкой. Да и не был он на такое запрограммирован. Резким движением ножа Миралина разрезала кожу в области колена. Черной кровью начал вытекать мазут. В его разводах проглядывала розово-золотая кость, отлитая из высококачественного медного сплава. По сути, весь скелет Велониса был выполнен из медного каркаса, который квадратными трубами разделялся на сегменты, а те, в свою очередь, скреплялись между собой медными болтами. Время от времени данная конструкция нуждалась в смазке, и вот тогда-то возникали проблемы с передвижением.

Миралина принялась откручивать болты и смазывать проблемные места симпатичного робота. При этом юноша, как было подробно расписано в инструкции его создателя, не испытывал никаких болевых ощущений. И правда, Велонис с мирной улыбкой и дивным упоением наблюдал, как девушка заботилась о его колене. Он кротко положил руку на ее голову в знак своей признательности.

– Спасибо, что беспокоитесь обо мне.

Хозяйка грозно зыркнула на своего прислужника.

– Если бы твой старик попытался всучить какой-нибудь хлам, я бы не стала о нем заботиться, а без раздумий вышвырнула бы на помойку. – Она туго закрутила все болты и принялась заделывать разрез специальной серой пастой. – Но ты, Велонис, очень способный юноша. Даже не потому, что приносишь нам с братишкой доход. Ты… – Она на секунду замялась. – Ты и вправду спасаешь нас. Если б не этот усатый старик, твой создатель, может, я и Стюарт уже покоились бы в сырой землице.

– Не говорите так, прошу.

– Да какая разница, андроид? – На сей раз ее взгляд, устремленный в глаза юноши, был абсолютно серьезен. – Запомни, если твои эмоции, чувства и привязанности начнут проявляться слишком сильно, я буду вынуждена перепрограммировать тебя. Понял?

Но Велонис продолжал солнечно улыбаться, как ни в чем не бывало.

– Да, госпожа.

 

 

2

Найдаж был одним из тех немногих городов, которые уцелели после второго всемирного потопа. Сохранился он благодаря своему месторасположению на плато высотой в тысячу пятьсот метров над уровнем моря. Несмотря на видимую безопасность, даже плато было задето стихийным бедствием, унесшим большую и – увы, иной раз казалось, – лучшую часть населения Земли. Местные жители, а также приезжие, которые по счастливой случайности находились в момент катастрофы на территории бывшей Монголии, совместными усилиями отстроили полуразрушенный город и нарекли его «Найдаж», что в переводе с монгольского означает «надежда».

Надежда и правда была. Неблагоприятный климат королевы степей и пустынь компенсировался технологическим прогрессом. Лучшие из оставшихся в живых инженеров разработали специальные теплицы, сохранявшие оптимальную для растений температуру. Системы полива использовали в качестве источника огромные водные ресурсы, окружавшие теперь плато, в одночасье ставшее островом. Соленая вода пропускалась через молекулярные сита, отсеивающие ионы соли и предоставляющие в распоряжение жителей достаточное для жизни количество пресной воды.

Но всех этих конструкций и устройств могло не быть, если бы не существенные залежи медной руды. Именно медь, – металл, который наименее всего подвержен пагубному влиянию соленых и пресных вод, – стала спасением для людей Найдажа. Монгольское плато, богатое на медь, обеспечивало все необходимые отрасли жизнедеятельности, начиная строительством и заканчивая молекулярной инженерией. Жизнь пускала новые побеги.

Но вскоре после страшного стихийного бедствия пришло другое: эпидемия.

Людям казалось, что после всего пережитого Найдаж вот-вот увидит, наконец, свои лучшие, светлые времена. Однако сейчас, из-за ветхих, полуразвалившихся зданий, там и сям разбросанных остовов машин, раскаленных под полуденным солнцем, куч мусора с неизменно господствующими по ночам крысами казалось, что светлое будущеее порядком запаздывало на встречу.

Изредка перекидываясь парой фраз, Миралина и Велонис шли по городу, прячась в тени. Они были вынуждены идти медленно, ибо под палящими лучами местного солнца кто угодно мог получить солнечный, а то и тепловой удар, даже андроид, несмотря на все ухищрения его создателя сделать его более выносливым.

В одном из ближайших домов, мимо которых они шли, раздался горестный стон. Миралина не смогла побороть внезапный порыв и заглянула в прикрытое грубым куском ткани окно. На кровати, окруженный несколькими людьми, лежал человек, чье худое, изможденное тело только что рассталось с жизнью. Миралина лишь покачала головой. Гиповолемический шок, смерть… Холера была исключительно предсказуема, скора на расправу и неумолима.

Велонис вопросительно взглянул на хозяйку, но та лишь махнула рукой и отправилась дальше. Нужно поспешить. Что ж, даже чудо иногда заставляет себя ждать. И приходит оно не ко всем…

В душной комнатке уже не было слышно плача. Сиплый голос маленькой больной девочки становился все тише, пока она не впала в тяжкое забытье. Отец, не отлучавшийся от дочери ни на шаг последние несколько часов, держал ее за худенькую, сухую руку и читал про себя молитвы.

Раздался стук в дверь.

– Ну наконец-то. Входите! – Отец больной девочки вскочил со стула с зажатой в руке белой полоской хлопка – хада – и вручил ее вошедшей первой Миралине, как это было заведено издавна. Та приняла ее обеими руками, слегка поклонившись, и спрятала в нагрудный карман платья.

Велонис вошел следом и был удостоен обычного приветствия. Отец девочки уже почти потерял надежду.

– Прошу, пойдемте, – Миралина взяла под руку хозяина дома. – Велонис справится и без нашей помощи.

Оставшись наедине с девочкой, Велонис произвел быстрый осмотр своей новой пациентки. Ступор, свидетельствующий о нарушениях центральной нервной системы, общее обезвоживание организма. К счастью, в данном случае все это было обратимо. Оглянувшись на дверь, за которой слышались голоса девушки и хозяина дома, андроид провел острым металлическим ногтем по тыльной стороне своей правой руки, стараясь не задеть магистральных каналов маслоснабжения. Достигнув кости, он поддел небольшой нарост и открыл доступ к маленькому резервуару с эссенцией меди в нем. Кто-то мог бы даже назвать ее панацеей. Подцепив достаточное количество вязкой жидкости на палец, он принялся втирать ее в живот девочки. При каждой такой процедуре его сознание туманилось, однако он продолжал втирать мазь, пока та не переставала впитываться. Края своей небольшой ранки он зажал пальцами и подождал пару секунд, пока она не затянулась. Вот, кажется, и на этот раз все. Он посмотрел на девочку – та безмятежно посапывала во сне, дыхание ее стало теперь ровным, болезненный жар уходил вместе с судорогами.

 

А за толщей стены Миралина стыдливо топталась, не зная, как еще оправдаться за их опоздание. Впрочем, для толковых объяснений ей понадобилось бы посвятить человека в подробности строения андроидального тела, а это слишком сложная информация, которой и сама девушка владела лишь отчасти.

– Вы уже слышали о произошедшем в теплицах минувшей ночью? – спросила Миралина, дабы завязать разговор и отвлечь мужчину от худших мыслей. Велонис поможет девочке так же, как уже помог множеству других людей, в этом она не сомневалась, однако у мира вокруг были и другие проблемы.

– Довелось узнать от соседей. Неприятная новость, тем более в такое-то время. Правительство все переводит на инспекторов, а те, в свою очередь, как всегда, разводят руками, мол, эти гидропонические системы еще толком не опробованы, а потому возможны аварии.

Девушка задумчиво крутила прядь своих огненно-рыжих волос. Ей было невдомек, как оборудование, которое без сбоев проработало столь длительное время во благо людей, могло вот так просто выйти из строя. Светлейшие умы в сфере инженерии, которые смогли подарить увядающему миру процветание с помощью остаточных ресурсов, не могли допустить такую грубую ошибку в своих расчетах. Теплицы должны были прослужить по меньшей мере еще лет пятьдесят. Конечно, всякое случается, но сложившаяся ситуация диктовала свои условия, и если срок эксплуатации того или иного оборудования составлял двести лет, это значило, что столько оно и прослужит, ни годом меньше, так как от этого зависело существование всего человечества.

– Но ведь теплицы, как и другие жизненно важные сооружения и устройства, регулярно проверяются на исправность. Что если это было сделано намеренно?

Казалось, что озабоченность данной проблемой, точно вирус, передавалась по воздуху. Теперь и мужчина окунулся в размышления.

– В принципе, отбрасывать подобный вариант также нельзя. Но… – Он почесал подбородок. – Но кем? Абсурд! Даже самый глупый несмышленыш в Найдеже знает, что от теплиц, так или иначе, зависим все мы. Кому бы это могло взбрести в голову?

Скрипнула дверь. Велонис покачнулся, но вовремя перенес вес на другую ногу. На лице его была написана усталость, но усталость успокаивающая, даже умиротворяющая.

– С ней все будет хорошо, – сказал он в ответ на незаданный вопрос, читавшийся в глазах мужчины. – Сейчас она просто спит. В течение нескольких часов ей потребуется покой, а также обычный восстанавливающий раствор: его можно купить в любой аптеке. И…  – Он одарил хозяина своей неуместной, но добродушной улыбкой. – …будьте осторожны с несвежей водой и пищей.

Отец девочки облегченно вздохнул.

– Спасибо вам, – сказал он, обращаясь теперь одновременно к Миралине и Велонису.

В руку Миралины опустился увесистый брусочек меди. Медь, наряду со старыми бумажными деньгами (а кое-где даже литрами воды в качестве «жидкой» валюты), имела широкое хождение в Найдеже.

– Спасибо вам, – еще раз повторил мужчина, когда Миралина с Велонисом уже скрылись за поворотом дороги.

 

 

3

Звякнул фарфор. Белый чайничек аккуратно наклонился вперед, наполняя чашку черным вязким напитком. Тонкие пальцы неестественно выгнулись назад и с хрустом встали на прежнее место. Молодой человек потянулся за своей чашкой, наблюдая солнечный закат.

– Как ты думаешь, почему люди пытаются подмять под себя все даже после катастрофы? Это наивность или наглость? – Его голос был похож на красивую мелодию кельтской арфы, что воспевает жизнь и вселяет надежду.

Девушка посмотрела на его молодое лицо, пышущее свежестью. Всякий раз она дивилась несоответствию слов и интонации, с которой эти слова произносились. Лучистая улыбка озаряла лицо красивого юноши, а черные волосы подчеркивали аристократическую бледность кожи.

Она промолчала.

Странное чаепите в отблесках ржавого солнца постепенно погружалось во тьму. Тысячи теней, вздымающихся из-за обломков разрушенного завода, пиками вонзались в тела беседующей пары. Девушка последовала примеру товарища и выплеснула содержимое чашки в рот, однако масло тут же вытекло из отверстия в шее. Юноша зашелся своим привычным переливающимся смехом. В отличие от более продвинутых моделей андроидов, ее тело было выполнено из металла, как и сама оболочка, местами прикрывающая наиболее важные механизмы. Человекоподобное лицо, грудь, руки и ноги были приближены к людскому облику, если не обращать внимания на тысячи маленьких болтиков и пружинок, которые виднелись за редкими пластинами.

– Ах, будь у нас больше времени, милая Анберонна, я бы научил тебя танцевать. – Молодой человек встал со своего места, обогнул круглый столик и предложил даме руку. – Я бы научил тебя петь.

Девушка недоверчево вложила свою ладонь, и пара андроидов закружилась под никем неслышимую музыку. Это был грациозный венский вальс, и хоть умения напарницы оставляли желать лучшего, красивый голос юноши продолжал вести счет.

Солнце налилось кровью. Закат переживал свои последние мгновения, вот-вот готовый исчезнуть за горизонтом. Заброшенный завод пестрил алыми красками, что местами переходили в торчавшие из песка обломки металлических оттенков. Легкий ветерок рассыпал песчинки, которые замирали в серебристых волосах Анберонны, собранных в аккуратную высокую прическу. Тикало сердце, шумели пружины, ударяясь о каркас. Если бы андроиды умели чувствовать…

– Фаргос, – спросила она тихо, когда пара перешла в медленный танец, напоминающий вялое хождение кругами, – сколько нам отведено времени?

Юноша уткнулся носом в ее плечо.

– Мы проживем еще тысячу лет, вот увидишь. Я обещаю. – Он резко разомкнул объятия. – Сегодняшнее предприятие решит нашу судьбу. Ты хорошо запомнила все, что я тебе говорил?

Столь чудный перепад настроения. Девушка привыкла к подобному.

– Да, – ответила она металлическим голосом.

– А я в твое отсутствие навещу одного давнего знакомого. – Коротким движением кисти Фаргос ударил чашкой о стол, и та разлетелась на десяток маленьких осколков. – Крайне надеюсь, что ты справишься без моей помощи. А сейчас повтори все, что ты должна сделать, слово в слово…

– Надоело! – рявкнул статный мужчина, силуэт которого возник в черном пятне дверного проема. – Фаргос, ты и твои интрижки меня порядком достали. Почему бы нам не убить тебя здесь и сейчас? Я – сила, Анберонна – власть. Нас двоих достаточно, чтобы вывести тебя из строя.

Навстречу юноше вышел собеседник, до сей поры предпочитавший оставаться в тени. Однако даже его внезапное появление не смогло вызвать эмоцию удивления на лице андроида. Мужчина подошел на небезопасно близкое расстояние и с силой толкнул Фаргоса. Тот крепко впечатался в кирпичную стену разрушенного здания, но всем, чем одарил юноша своего оппонента, был смех.

– Зачем ты это делаешь? – спросил он, отбрасывая длинные ровные пряди назад. – Ты же прекрасно осведомлен о моих настроениях и целях.

Мужчина усмехнулся. Его мощное тело пульсировало от проходящего по нему электричества, а на скулах заходили желваки, точно у живого человека.

– Наше будущее слишком спорно, чтобы такой птенец как ты знал наверняка, что уготовано судьбой. Почему ты так уверен, что без людей у нас больше шансов? Дурацкие эксперименты еще не показали тех результатов, на которые мы рассчитывали изначально. Это эгоистично, но я скажу за себя и Анберонну: мы не верим в тебя, Фаргос. Довольно разрушать и убивать. Хотя бы закончи эти чертовы исследования!

Юноша отряхнулся и с характерным скрипом вправил несколько костей на место. Застывшая улыбка на его лице скрывала возрастающее негодование. До этого он и понятия не имел, что его планы могут вот так вот разрушиться из-за каких-то там зависимых. Эти двое были всецело подконтрольны ему, так как именно Фаргос снабжал их достаточным количеством меди и технического масла, чтобы андроиды не прекратили свое существование преждевременно.

– Да вы бы сдохли без меня, – прошипел он. – Люди выбросили вас, превратив в мусор! Как смеешь ты говорить так со мной, Ристод?

Мужчина подошел к Анберонне и обнял ее.

– Предоставь гарантии. Без нас ты также ничто, хозяин, – в последнее слово Ристод постарался вложить как можно больше презрения. – Если бы не наша помощь, где бы ты был?

С этим было сложно не согласиться. Ристод, обладающий неимоверной силой, и Анберонна, способная выводить из строя компьютерные системы, не раз доказывали свою полезность.

– Что ж, – проговорил юноша, пытаясь взять себя в руки. – Прошу пройти в лабораторию.

Массивные ворота с еле различимой при свете луны инкрустацией поддались воле Анберонны. Механические затворы издали громкий щелчок, и ворота разошлись перед творениями человека. В лицо пахнуло сыростью, как когда заходишь в погреб, пыльный, населенный жуткими насекомыми. Ристод сомкнул руки, и его тело тут же покрылось голубоватым светом, который указал им путь: широкая лестница вела глубоко вниз.

– Пока что я открою вам некоторые карты, – молвил Фаргос, следуя за Ристодом. – Теплицы, которые вывела из строя Анберонна – это лишь пять процентов от их общего количества. Я не ставил своей целью заморить людей голодом. Все, что было необходимо на данном этапе, – это выиграть немного времени для подготовки к следующему шагу. – Не меняясь в лице, юноша снял с себя несколько больших пауков и липких паутин, после чего продолжил: – Я бы не подвергал нас и людей опасности, не будь уверен в своем плане. Единсвтенный, кто может нам помешать – это их так называемый «жрец» Найдажа.

– Жрец? – переспросил Ристод.

– Андроид, если быть точнее.

– Подумаешь, – улыбнулся мужчина, – будто он первый, кого перепрограммирует наша девочка.

– В том и проблема. Анберонна, помнишь, что произошло, когда ты впервые меня увидела?

Металлическая дева коротко кивнула в ответ, добавив:

– Снова прошу прощения, хозяин. Я была напугана и пыталась защитить себя.

– Ничего, – бросил Фаргос. – Контроль Анберонны не действует на меня лишь по одной причине. Раскрыв этот секрет, я полностью вверяю свою жизнь в ваши руки, мои милые зависимые. Я считаю это достаточно высокой степенью доверия.

Ристод замер, точно по команде.

– Мы пришли.

Фаргос зажег лампы. Перед ними открылась огромная комната, заставленная деревянными столами, на которых стояло различное оборудование. Несведущему человеку (да и андроиду) оно показалось бы совершенно не предназначенным для какой-либо серьезной цели, ибо выглядело так, словно какой-то юный техник-энтузиаст с его помощью пытался обустроить свою секретную лабораторию для не менее таинственных опытов, не обладая при этом даже элементарными познаниями в физике, химии и прочих науках. Тем не менее, вся эта громада старых мотков проволоки, катушек индуктивности и бог весть откуда выдранных микросхем, соседствующих с пыльными колбами, смотрелась весьма внушительно.

Полом в комнате служила простая утоптанная земля безо всякого настила. Землю же местами покрывали черные пятна масла и густо устилали мелкие металлические детали, болты, гайки и шурупы, разбросанные повсюду.

Фаргос опустился на один из табуретов, наскоро сколоченных из пихтовых досок.

– Анберонна, подай мне тесак.

Девушка послушно подошла к одному из столов и взяла в руки увесистое оружие. Затем она положила его перед Фаргосом.

– Что ты собираешься делать? – поинтересовался Ристод, также садясь на табурет и выбирая из коротких светлых волос остатки паутины.

Юноша взял в руки тесак и одним движением откинул со лба прядь волос.

– Я завидую вам, андроиды, – сказал он печально. – Вы были созданы мертвыми, а я… – Фаргос приложил лезвие к голове и аккуратно надавил, разрезая мягкие ткани на черепе. – …родился живым.

За куском металлической пластины показался мозг. Он пульсировал в прозрачной оболочке из толстого пластика, окруженный множеством маленьких проводков, которые уходили вглубь тела. Да, подобное зрелище могло удивить простых смертных, однако андроиды, изначально не обладавшие никакими эмоциями, приняли факт как данность.

– Мы благодарны тебе за твое откровение, – сказал Ристод. – Но гарантий нашей с Анберонной безопасности я все еще не вижу.

– Дай мне договорить. – Фаргос вставил пластину обратно и использовал плотную серую пасту для быстрого соединения искусственных тканей. – Жрец, о котором шла речь до этого, схож со мной. Вот почему Анберонна не сможет перепрограммировать его. Вернее, это возможно, но эффект будет кратковременным. Мозг в такой ситуации похож на аварийную систему, и когда механизм отказывает, либо возникают неисправности, в дело вступает человеческий разум, передавая импульсы искусственной нервной системе.

– Ясно. Но ближе к делу.

Поспешность зависимого очень раздражала юношу, но он успокаивал себя тем фактом, что эти двое все еще были ему нужны. Терпеливость – вот чему учится человек в первую очередь, если в его распоряжение предоставить поистине долгую, почти бесконечную жизнь, как слышал он когда-то от своего создателя. Что ж, отсутствие терпения у практически бессмертных андроидов было, на его взгляд, тем более непростительным.

– Когда я говорил о следующем этапе своего плана, то подразумевал вывод из строя жреца.

– Но если это невозможно…

– Это возможно. За долгие годы я успел изучить все слабости своего бессмертного тела. Увы, в эти подробности я уже не могу вас посвятить, сами понимаете. Однако после того, как жрец будет выведен из строя, в дело вступите вы с Анберонной.

Фаргос потянул на себя небольшой рычажок, прячущийся среди деталей, сваленных на столе подле него. В стене напротив отворилась незаметная до этого маленькая дверца. Юноша сверкнул своей полуулыбкой.

– За этой дверью скрывается наше спасение.

 

 

4

 

В эту ночь Стюарт остался дома один. Ему очень хотелось пригласить своих друзей, но его сестра напрочь запретила впускать в дом кого-либо. Оно и понятно, ведь андроид стоял отключенный, а если что-нибудь стрясется с главным кормильцем, им с сестрой придется несладко. Неподвижное механическое тело Велониса покоилось у стены. Казалось, он вот-вот откроет глаза и поприветствует Стюарта радушной улыбкой. Однако включить андроида было не так-то просто: это требовало определенных знаний и немалых усилий, по крайней мере, для Стюарта.

Поэтому светловолосый мальчишка лет девяти сидел на деревянном табурете и, подперев рукой голову, уткнулся в толстенную книгу.

– Хорошо тебе, Велонис, – бурчал он. – В школу ходить не нужно, от солнцепека и жажды не страдаешь. Да и холеры тебе нечего опасаться. – Он покосился на стоявшего, будто манекен, андроида. – Везучий.

Маленький Стюарт и представить не мог, сколько смертей Велонису и Миралине доводилось видеть ежедневно. Невозможно было привыкнуть к мысли о том, что, даже обладая своего рода панацеей от холеры, успеть спасти всех страждущих было попросту невозможно.

Дом, где «жил» Велонис с Миралиной и Стюартом, было несложно найти среди новостроек Найдажа: небольшое двухэтажное здание, собранное из готовых блоков и увенчанное двумя странного вида пластиковыми куполами. Прохожие иной раз останавливались и гадали, для чего же они служат.

В круглом окне одной из комнат первого этажа горел свет. Будь у Фаргоса больше остатков человеческих эмоций, он бы сейчас чертыхнулся. Скорее всего, «побеседовать» с Велонисом наедине не получится. Раз так, придется действовать гораздо осмотрительнее. Он подошел к запертой двери и постучался в нее. Видимо, дома остался мальчишка. Что ж, он примет это к сведению.

Стюарт как раз переворачивал страницу скучного учебника, когда во входную дверь постучали. Он насторожился. Кто бы это мог быть, да еще ночью? У Миралины, разумеется, был свой ключ. И даже будь у нее заняты руки покупками, она вряд ли стала бы стучать. Странно. Хотя в последнее время молва о чудодейственном лекарстве жреца и его помощницы опережала даже распространение холеры. Возможно, кто-то пришел просить о помощи. Однако почему так поздно?

Постучали снова. Стюарт отложил учебник и подошел к двери. Выглянув в глазок, он увидел фигуру молодого человека в свете фонаря.

– Кто там?

– Могу я видеть жреца Велониса или его представительницу?

– К сожалению, ее сейчас нет дома. А что случилось? Почему вы так поздно?

– Мне необходимо поговорить со жрецом. Крайне важный разговор.

– А он не подождет до утра? Дело в том, что… – Стюарт замялся. – Велонис сейчас немного занят.

– Чем же?

– Он спит, – ответил Стюарт. – И просил не будить его. А вы кто?

– Его знакомый. Скажем так, один хороший старый знакомый, которому нужно с ним поговорить кое о чем… с глазу на глаз.

Стюарт задумался. Велонис нечасто рассказывал о своем прошлом. Могли ли быть у андроида старые друзья, да еще такие, которые стали бы заявляться к нему посреди ночи для серьезного разговора? Навряд.

– А как вас зовут? Велонис о вас ничего не рассказывал.

Фаргоса начал утомлять этот диалог сквозь закрытую дверь.

– Разбуди его и скажи что пришел его старый друг Фаргос. Он поймет.

– Не могу.

– Почему?

Стюарт замялся с ответом.

– Потому что… потому что я не умею. Если вы не в курсе, наш Велонис – андроид, и поэтому…

– И именно поэтому Я знаю, как его разбудить, – закончил за него фразу Фаргос. – Я тоже андроид. Проведи меня к нему, и я найду способ его разбудить. Мне очень нужна его помощь в одном деле.

– Да ну? – удивился Стюарт. Не то чтобы андроиды нынче были редкостью, но он все еще колебался.

Фаргос рассмеялся своим переливающимся смехом.

– Я очень ценю то, что ты так хорошо заботишься о моем друге. Но я должен с ним увидеться, поскольку завтра возвращаюсь в свои края. Мне нужно передать ему лишь пару слов, но данная информация носит исключительно конфиденциальный характер. Ты поможешь мне в этом?

Красивый голос юноши внушал необыкновенное доверие. Он казался очень искренним, даже сквозь дверной глазок. К тому же, Фаргос, по всей видимости, был крайне опрятным и вежливым андроидом: белая рубашка, жилетка из легкой ткани и черные классические брюки. Образ завершали на удивление чистые мужские туфли и ровные волосы, словно разгулявшийся ночной ветер и песок были андроиду нипочем.

– Ходят тут всякие по ночам, – наконец проворчал Стюарт себе под нос, поворчивая ключ в замке, – а мне почем знать, что вы говорите правду?

– Я не вру, – проговорил Фаргос, пройдя по коридору внутрь вслед за Стюартом и бегло осмотрев комнату, при этом задержав взгляд на неподвижно стоящем у стены Велонисе. – Скромно живете.

– Стараемся, – проговорил Стюарт, рассматривая нежданного ночного гостя теперь уже при нормальном освещении.

Назвавашийся старым другом Велониса был чем-то неуловимо на него похож. И в то же время выглядел по-другому. «Ну да, просто как андроид другой модели», – подумал он про себя.

– Учтите, Миралина мне голову оторвет, если с Велонисом что-то случится.

– Не беспокойся, – ответил Фаргос, – уж я-то знаю, как включить андроида.

С этими словами он провел рукой по спине Велониса, отыскивая знакомые контакты проводов. Таковые не находились. Видимо, в его конструкцию были внесены изменения кем-то еще, уже после их создателя. Однако. Времени разбираться, что и как изменили, не было – вот-вот могла появиться эта девчонка, а уж встреча с ней никак не входила в его планы. Что ж, было бы наивным полагать, что вот так вот просто получится поговорить с Велонисом. Впрочем, был способ напомнить ему о своем существовании. Фаргос нащупал рукой перемычку у основания шеи спящего андроида под волосами и чуть сдвинул ее вбок.

Затуманенное сознание Велониса всколыхнулось, когда по мозгу промчалась команда тестирования основных рецепторных систем. Его глаза на несколько секунд открылись, сфокусировались на фигуре, стоявшей рядом, запечатлели ее в памяти андроида и вновь сомкнулись.

– Нет, все-таки, вы его немного модифицировали, насколько я могу понять из нынешнего строения системы. – Фаргос огорченно вздохнул. – Что ж, малыш, запоминай или записывай. Завтра в полдень я жду Велониса на месте старого завода, который расположен к югу отсюда. Как бы тебе точнее объяснить… В общем, скажешь, что там неподалеку стоит дом старика – нашего создателя. Он поймет.

– Я запомнил. Хорошо, я передам ему это.

Вот, пожалуй, и все, можно было идти. Фаргос повернулся к несколько настороженно наблюдавшему за ним Стюарту, бросил свое «спасибо» и быстро вышел из дома в ночь.

– А как же важный разговор? – озадаченно проговорил Стюарт вслед ушедшему Фаргосу. Затем он пожал плечами, закрыл за ним дверь и вернулся к прерванному чтению в ожидании прихода Миралины.

 

 

5

– Госпожа, зачем вы пошли со мной? Это может быть опасно.

Жрец вяло перебирал ногами.

«Плохое предчувствие».

– Не вздумай мне указывать, Велонис, иначе я могу пожалеть, что не перепрограммировала тебя своевременно, – пригрозила Миралина. – Это сопровождение – лишь плод тревоги о безопасности нашего кормильца, так что, прошу, не строй благодарную физиономию. Ты меня знаешь.

Велонис и правда хорошо знал девушку, даже лучше, чем она сама. За навеянной оболочкой холода билось горячее и нежное сердце, которое беспокоилось о маленьком брате, металлическом помощнике, да к тому же сочувствовало каждому из несчастных обитателей Найдажа. Каждый день она посещала дома страждущих, изнемогая под палящим солнцем. В ее обязанности входило не только брать плату, но и приглядывать за ослабевающим жрецом: с медной эссенцией выходила его жизненная сила, и тело андроида постепенно разрушалось изнутри. К вечеру, когда Велонис едва держался на ногах, девушка удерживала его обеими руками, помогая сохранить равновесие. Дома она заботливо осматривала тело робота, местами разрезая кожу и выковыривая наиболее пострадавшие детали, которые заменялись новыми. Случалось так, что необходимой эссенции или каких-либо деталей не хватало. Тогда Миралина отключала андроида, оставляла Стюарта за главного, а сама без промедлений отправлялась на черный рынок. Именно там можно было найти чудо-раствор, необходимый для приготовления медной эссенции, и редкие детали для модернизированных андроидов.

Он не мог не восхищаться и ее бескорыстием: почти все деньги, вырученные за лечение, уходили на запчасти, еду, одежду и обучение Стюарта. Эта женщина была тем идеалом, к которому Велонис стремился при жизни. Жаль, что он встретил ее слишком поздно.

– Да на что ты уставился, я тебя спрашиваю? – Миралина откинула свои огненные локоны назад.

И только сейчас Велонис понял, что бесцеремонно разглядывает очаровательное личико своей госпожи.

– Простите мне мою наглось, – улыбнулся андроид, отводя взгляд .

Вдалеке покоились останки некогда мощного завода, приближавшиеся к путникам со скоростью их шагов. Раскаленный песок творил причудливые искривления, и все было точно во сне. Как тогда, когда Фаргос включил Велониса. Его лицо… Оно было искажено ненавистью.

– Я не спрашивала, потому что не хотела надоедать и лезть не в свое дело, однако любопытство берет верх. Как ты повстречал этого подозрительного типа и что вас связывает? – К своему удивлению, Миралина наткнулась на мрачный опустевший взгляд андроида. Она никогда не видела его таким. – Извини. Если ты не хочешь говорить, я не…

– Дело не в этом, – коротко ответил Велонис.

Девушка не настаивала на продолжении разговора, и остаток пути они прошли в полном молчании.

 

– Вижу их на горизонте!

Ристод с грохотом спрыгнул с высоченной балки, торчавшей из земли.

– Их двое? – спросил Фаргос.

– Да. Эти дурачки безоружны. Избиение младенцев – так, кажется, называют это люди?

– Верно. Именно поэтому я попросил Анберонну достать со склада пару-тройку инструментов, чтобы наши подопытные смогли защищаться.

Ристод положил на плечо юноши свою увесистую руку так, что последний пошатнулся.

– Если б я тебя не знал, то решил, что ты сошел с ума! Мы бы разделались с ними за две секунды, а ты хочешь растянуть это в свое удовольствие?

Андроид рывком отбросил тяжелую ручищу и щелкнул пальцами. Анберонна появилась в дверном проеме, ведущем в лабораторию, с огромным ручным буром и уже хорошо знакомым тесаком наперевес.

– Знаешь, в чем твоя проблема, Ристод? – Юноша гневно взглянул на зависимого. – Ты могуч, но глуп. Мой создатель рассказывал мне о тиграх – благородных животных, больших и сильных, способных разорвать человека в два счета. Но они никогда не нападали на жертву исподтишка. Атака этого хищника всегда сопровождалась предупреждающим рыком, дабы жертва могла успеть хотя бы обернуться. Это называется благородством.

Ристод покривился:

– Тебе ли говорить о благородстве, Фаргос. – Он взглянул на балку, с которой несколько мгновений назад спрыгнул, и не без усилия вытащил ее из земли. – Падет жрец – и весь Найдаж захлебнется в эпидемии. Так о каком благородстве может идти речь?

– Хм. Человечество – не тот оппонент, с которым стоит вести себя благородно.

Анберонна встала справа от хозяина.

 

Как только званые гости приблизились на достаточное для разговора расстояние, Фаргос сделал шаг вперед.

– Приветствую тебя, Велонис. Рад видеть и вас, леди Миралина. – Он с наигранной учтивостью поклонился.

Девушка подумала, что никогда не видела настолько по-человечески выглядящих андроидов. Конечно, Велонис был одним из самых продвинутых экземпляров, однако этот юноша… Все: мимика, повадки, движения, черты лица и даже голос. Не покидало чувство, что перед ней стоит живой человек.

–   Здравствуй, – отреченно промолвил Велонис. – Зачем ты позвал меня?

– Какая вопиющая неучтивость. – Юноша наспех перевязал черные волосы сизалевой веревкой. – Мы ведь с тобой не виделись… Дай-ка подумать. Шестьдесят? Нет, порядка восьмидесяти лет, если мне не изменяет память. Разве ты по мне не успел соскучиться?

Ристод внимательно наблюдал за новоприбывшими. Ему нечасто доводилось видеть живых людей. Он впился взглядом в Миралину, рассматривая ее стройную фигуру: симпатичный черный сарафан с широкой юбкой, спускавшейся ниже колен; золотистый кулончик на шее; аккуратный браслет на руке; пояс с маленькой сумкой, из которой торчали гаечные ключи и отвертки. Робот перевел взгляд на Анберонну, искренне не понимая, в чем же красота человеческих женщин.

– Быть может, мое отношение к тебе было бы иным, – ответил Велонис. – Но ты оставил нас с отцом, когда мы в тебе так нуждались. Через двенадцать лет после твоего бегства отец скончался.

– Бегства, – иронично протянул Фаргос. – Это не было бегством, а лишь зрелым решением. Но я так смотрю, ты и сам горевал недолго. Старик помер не напрасно: вон какого талантливого врачевателя он создал из тебя.

– Не отзывайся так о нашем отце.

– О твоем отце, Велонис. Не забывай об этом.

– Он приютил тебя, когда твои родители умерли от холеры. Что бы ты делал, очутись тогда семилетним ребенком на улице?

– Этот изверг сам лишил меня всего человеческого. – Фаргос поднял руку, демонстрируя Велонису, что его утомил этот разговор, и обратился к девушке: – Леди Миралина, мне кажется, вы не совсем понимаете, о чем сейчас идет речь. Позвольте вас посвятить в некоторые подробности нашего с братцем прошлого.

– Прекрати, – предупредил жрец, но Фаргос проигнорировал его.

– Дело в том, что я и Велонис… Как бы это точнее объяснить.

– Замолчи, я прошу тебя как брата!

– Вы часто ремонтировали своего андроида?

Миралина кивнула.

– Фаргос, перестань, пожалуйста, – молил Велонис.

– Ремонтируя своего андроида, вы наверняка разрезали его, бесцеремонно доставали какие-то детали, вставляли другие, крутили, вертели… В общем, делали все, что вам вздумается. – На лице юноши засияла неуместно добродушная улыбка. – Но, могу поспорить, вы и не подозревали, что Велонис… чувствует боль.

Ее длинные ресницы широко распахнулись. Девушка в недоумении посмотрела на своего андроида. Она не могла поверить в то, что сказал Фаргос, ведь если это было правдой, то какие же ужасные муки приходилось терпеливо сносить Велонису ежедневно? Миралина осторожно, будто в полусознании, оперлась на плечо жреца, готовая вот-вот упасть.

– Это… правда?.. – Ее голос был каким-то неестественным, немного осипшим.

Андроид посмотрел на нее с сожалением.

– Простите, госпожа. Я не хотел причинять вам неудобства.

– Но… как же… В инструкции ведь…

– Я сам попросил отца внести этот пункт. Дефективный андроид вряд ли смог бы кому-нибудь пригодиться, тем более в роли целителя. – Он никогда не видел Миралину такой напуганной. – Прошу вас, не беспокойтесь обо мне.

– Да-да, – бросил Фаргос, разбавляя сентиментальную атмосферу. – И жили они долго и счастливо, целых двадцать лет, ведь именно на столько хватит наших иссякающих ресурсов. А все почему? Да потому что жалкие людишки используют андроидов в своих корыстных целях, даже не задумываясь, каково нам!

– К чему ты клонишь? – спросил жрец.

– У простых андроидов детали изнашиваются сами собой, а у тех, которые работают на людей, – вдесятеро быстрее. Чем больше изнашивается робот, тем больше починок требует его тело. Чем больше починок, тем больше деталей. Чем больше деталей, тем больше ресурсов. – Фаргос подошел к Велонису вплотную и Миралина спряталась за спиной своего спутника. – Знаешь, сколько бы мы прожили без людей? – Юноша наклонился к Велонису и шепнул на ухо: – Еще лет двести, как минимум. – И снова заговорил в полный голос: – Я бы предложил тебе занять нашу сторону, но я так понимаю, ты не собираешься бросать эту девку? Дом там, где стоит миска, а, андроид?

Лицо Велониса резко переменилось: его исказила злость.

– Не разговаривай так с ней.

– Думаешь, я сохраню ей жизнь? – Фаргос зашелся смехом. – Я уничтожу твою девку и все оставшееся человечество в считанные дни.

– Ну раз уж ты пригласил нас сюда, я не дам тебе этого сделать. Даже если наши силы и неравны. – Он огляделся по сторонам в поисках чего-то, что сошло бы за оружие.

Анберонна выступила вперед и указала ему на бур и тесак, что лежали на земле.

– Хозяин позволил вам использовать это в качестве оружия, – тихо проговорила она.

Велонис не сделал ни шагу. Его ненависть напрочь блокировалась фрагментами воспоминаний. Он не хотел отдавать Найдаж Фаргосу, но и убивать того, с кем рос бок о бок, не было никакого желания.

Вместо этого к Анберонне вышла Миралина.

– С Вашего позволения я приму это оружие. – Уверенность вернулась к ней: это было слышно по голосу.

Анберонна переглянулась с Фаргосом: тот дал свое одобрение.

– Госпожа…

– Что «госпожа»? Пока ты медлишь, мы подвергаемся серьезной опасности. Реши, наконец, на чьей ты стороне, андроид, иначе я очень в тебе разочаруюсь.

Последние слова Миралины убили остатки сомнений. Он улыбнулся.

– Как пожелаете.

Ристод опустил балку, отчего земля под ногами содрогнулась.

– Ну что ж, – заговорил он, выходя наперед. – В таком случае, жрец Найдажа, я буду твоим оппонентом. Обещаю, что все закончится быстро. Вы с твоей хозяйкой даже не успеете ничего почувствовать. Кроме боли, разумеется.

Он не успел договорить, как Велонис подхватил с земли тесак и ринулся с ним наперевес к Ристоду.

Миралина никогда бы не подумала, что Велонис, ее преданный спутник Велонис, обычно такой неспешный, а то и вообще неподвижный во время своего сна, способен двигаться столь быстро.

Единственное, что успел Ристод – это замахнуться балкой в неловкой попытке отбить выпад Велониса. Это ему почти удалось, тяжеленная балка уткнулась в землю, Велонис поднырнул под нее, и, прежде чем неповоротливый Ристод успел замахнуться вторично, его тесак, сверкнув на солнце, вонзился в шею Ристода. Конечно, снести ему голову у Велониса не хватило бы сил, да и шейные позвонки его противника были выполнены на совесть прочными, однако лезвие тесака угодило прямиком в служебную токопроводящую магистраль. Вырвалось несколько искр, Ристод на мгновение замешкался, что позволило Велонису выиграть несколько секунд, которые он потратил на то, дабы еще одним мощным ударом в область затылка добить своего противника.

«Самоуверенность, – а в отдельных случаях и показное благородство, – погубили многих», – пронеслось в его голове, и тут он услышал аплодисменты. Он обернулся. Миралина стояла неподвижно, едва и успев что округлить глаза от удивления за все время схватки, Анберонна в нерешительности переминалась с ноги на ногу, отступив назад.

Не медля ни секунды, Велонис метнулся за буром.

– Ай да жрец, – засмеялся Фаргос, – ай да удивляешь. Сколько же в тебе энергии?

Однако вопрос юноши остался без ответа. Велонис нарезал круги вокруг своего соперника, пытаясь сбить того с толку. Но Фаргос и не думал оборачиваться в сторону андроида. Он ориентировался по своему слуху, а благодаря шелесту песка под ногами Велониса задача значительно упрощалась. Шаг, еще шаг, прыжок, атака. Фаргос успел отклониться так, что тесак прошел прямо возле его лица, задев лишь несколько черных прядей. Жрец вернулся на исходную позицию. На этот раз он сделал всего половину круга, и, подпрыгнув ввысь, произвел одиночное винтообразное вращение вокруг оси своего тела, придавая оружию движение уже в воздухе, и с силой опустил бур с тесаком просто на Фаргоса. Однако последний успел просчитать этот трюк и осмотрительно вытянул руки навстречу летевшему оружию. Перехват, удар ногой в область грудной клетки, и безоружный жрец отлетел на десяток метров назад, загребая песок.

Тем не менее, сильный удар, который пришелся по рукам андроида, заставил их вывернуться и принять неестественное положение. Раздался накомый скрип. Способность к регенерации позволяла Фаргосу выдерживать практически любые физические повреждения. С каждым ударом Велониса, он отлетал в сторону и вправлял обратно металлические кости.

– Знаешь, «братец», а ведь наш создатель был не так глуп, как мне порой кажется, – бросил юноша. – Если ты был создан как целитель людей, то я, по всей видимости, должен был стать их защитником. Что ж, он и понятия не имел, что два его лучших творения из всех им созданных будут мериться силой!

Фаргос резко метнул ручной бур, направленный острием в голову жреца, однако Велонису чудом удалось увернуться.

– Хех, я с тобой совсем запыхался. – Фаргос взял в руку увесистый камень. – Но я знаю твои слабые точки. Давай попробуем вот так!

Он разогнался, подпрыгнул и в воздухе поцелил камнем в теменную кость своего соперника, однако Велонису удалось уклониться и от этой атаки. Обманный маневр прошел гладко, и, приземлившись на коротчки, Фаргос выпрямил руку, резко поднялся и угодил рукояткой тесака просто в челюсть жрецу. Велонис пошатнулся, но удержался на ногах.

– Позволь мне закончить, хозяин, – промолвила Анберонна.

Она сделала два шага вперед и задействовала свое сверхвысокочастотное микроволновое излучение, которое выводило из строя компьютерные системы в радиусе пятнадцати метров перед андроидом. Велонис на пару секунд замер, но тут же пришел в себя.

– Бесполезно, – бросил Фаргос.

Правая рука жреца инстинктивно схватила бур, торчавший из песка. Он замахнулся, подобно метателю копья, и с силой бросил в сторону Фарогоса. Полуденне солнце, которое находилось просто за спиной Велониса, не позволило его противнику рассчитать траекторию и расстояние корректно. Он попятился, однако вместо того, чтобы уйти от броска, наоборот, подставил себя под удар. Когда юноша увидел острие бура, было уже слишком поздно.

– Хозяин! – крикнула Анберонна.

Металлический инструмент вонзился в тело, ломая оболочку и разрывая контакты.

– Хо… зя… ин… – Девушка упала на колени. – Я… еще раз…

Из последних сил она снова задействовала сверхвысокочастотное микроволновое излучение. На этот раз Анберонна вложила в него всю оставшуюся энергию. По голове Велониса волной прокатился жар, сознание его затуманилось, мир вокруг утратил ясные очертания и он остановился как вкопанный, однако попытки сохранить равновесие не увенчались успехом: андроид пал.

Медленно, подобно тигру, держа снова перешедший к нему бур и тесак в обеих руках, Фаргос приблизился к своему беспомощному сопернику. Не проронив ни слова, он вознес бур и единым движением опустил его на руку Велониса. Медный каркас согнулся под огромным весом, а отдельные детали разлетелись вдребезги. Резервуар был поврежден, и медная эссенция начала медленно просачиваться на песок. Следующим коротким ударом Фаргос вогнал тесак между суставами в колене андроида, что привело к повреждению контактов.

– Велонис! – выкрикнула Миралина, подбегая к жрецу.

Черноволосый юноша в последний раз бросил взгляд на своего «старого друга» и все так же безмоловно направился в сторону неподвижного тела Анберонны. Ее еще можно было отремонтировать… Можно…

– Велонис, не покидай меня, прошу, – сквозь слезы умоляла Миралина. – Я починю тебя, обязательно, только потерпи.

Она судорожно открыла небольшую сумочку, что была прикреплена к поясу, однако ни один из находящихся в ней инструментов не мог исправить столь значительных повреждений. Андроид начал приходить в себя.

– Госпожа, я подвел вас, – медленно протянул он.

– Не говори так. Я обязательно починю тебя. Нам бы… – Она увидела, как остатки эссенции выливаются из резервуара. – Нам бы домой. Там у меня больше инструментов… Там… – Она больше не в силах была говорить. Крупные слезы скатывались по щекам и падали прямо на лицо андроида.

– Госпожа, прошу вас. – Велонис взял девушку за руку. – Достаньте мое сердце.

Фаргос остановился.

– Что? – переспросила Миралина. – Зачем? Это же убьет тебя.

Велонис покачал головой.

– Мой отец… Он оставил мне… Достаньте его.

Девушка взяла из сумочки короткий резец, однако теперь ей требовалось собраться с духом, ведь Велонис чувствовал боль наравне с человеком. Неуверенным движением она сделала аккуратные надрезы и сняла слой киберкожи. После она отсоединила небольшую пластину, и за ней показался механизм, отдаленно напоминавший механические часы. Стрелки двигались вяло, словно жизнь вот-вот покинет Велониса.

– Доверьтесь мне… Просто… нужно вытащить… это сердце…

Миралина сделала глубокий вздох, после чего отсоединила механизм.

– Бог мой, – ошарашенно проговорила она.

Фаргос не смог сдержать своего любопытства и обернулся.

За кожей, металлической пластиной и искусственным сердцем билось настоящее, подлкюченное ко множеству проводков. Извлечение механизма сработало мгновенно: настоящее сердце приняло на себя функцию основного аппарата, отвечающего за жизнеспособность андроида.

– Не может быть, – проговорил Фаргос. – Но как? Почему старик оставил тебе сердце?

Жрец не без труда приподнялся на обеих руках и самостоятельно вставил металлическую пластину на прежнее место.

– У меня было больше шансов выжить, – печально ответил Велонис. – Эпидемия холеры зацепила нас с Фаргосом. Мой отец попытался спасти нас, механизировав наши тела. Он был лучшим из лучших в создании андроидов, и мы оказались первыми и единственными людьми, которые впоследствие были превращены в роботов. Но сердце Фаргоса он спасти уже не мог. Несмотря на то, что я был первым полуживым андроидом, а брат – более усовершествованным, сердце пришлось изъять, чтобы спасти ему жизнь.

– Не называй меня братом, – прошипел сквозь зубы юноша. – Мы не родня и никогда ею не были!

Велонис понял, что спасти Фаргоса отцу так и не удалось. Полуживой андроид без сердца не был способен чувствовать, а то, что не способно чувствовать, не может быть живым в полной мере.

Все еще действующей рукой жрец достал тесак из своей ноги и с трудом поднялся. Это был последний рывок. Он хладнокровно бросился на обезоруженного Фаргоса, который только и успел, что принять оборонительную стойку. Тесак с силой вошел в голову андроида. Фаргос замертво упал на землю.

 

 

*  *  *

– Велонис.

«Оттаять. Немедленно оттаять».

Словно в тумане он разглядел ее красивое лицо, миленький носик и роскошные огненные локоны.

– Велонис, ты меня слышишь? Я не намерена каждый раз отчитываться за наше с тобой опоздание.

– Простите, госпожа.

Он слегка пошевелил рукой. Раздался скрип.

– Господи, какой же ты беспомощный, – с наигранной злостью бросила девчонка. – Садись, я сейчас принесу инструменты.

Андроид смиренно сел на табурет.

– Кстати, – крикнула Миралина из соседней комнаты, – ты знаешь, что ученые нашли в лаборатории Фаргоса? Оказывается, этот гаденыш хотел с помощью своей напарницы вывести из строя водоснабжение, а также разработал формулу, которая могла бы позволить обогащать медь. – Она вынырнула из-за занавесок с увесистым ящиком инструментов. – Так что полное истощение медных запасов пока что отменяется.

Еще один рабочий день, ничем не отличавшийся от всех остальных. Их ждали больные. Однако люди и представить себе не могли, что жрец и его неизменная спутница совсем недавно спасли жителей Найдажа от бедствия похуже холеры…

читателей   1116   сегодня 1
1116 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 6. Оценка: 3,83 из 5)
Загрузка...