Золото гномов

- Вот я и дома! – в пятый раз за их короткое путешествие воскликнул Ресс, узрев вдалеке порт свободного Аргая.

Альгер остановился и похлопал друга по плечу:

- У тебя, похоже, дом в каждом городе. Нет?

Гоблин на мгновение смутился, но тут же, по своему обыкновению, расплылся в широкой улыбке, сверкая клыками.

- Где родня, там и дом, - пояснил он, - а родни у меня видимо-невидимо. В Аргае родной брат с семьей обосновался, в Скайфоре – тетка по отцу и двое дядьев по матери. Мы по всему миру разбрелись, кое-кто из наших даже до Крафта добирался.

Ресс мечтательно вздохнул.

- А твой дом в этой вашей столице, куда никто по простоте попасть не может?

Альгер бросил мешки с вещами на палубу и, изображая недовольство, ответил:

- Кому попало там делать нечего. А дом… Дома у меня нет. И родных почти нет. Те, что остались хуже троллей.

Эльф вспомнил последнюю встречу с братом. Настроение испортилось, будто не было ни высокого летнего неба, ни ослепительного солнца, ни прекрасного города прямо по курсу, ни конца нелегкого и опасного пути.

***

До чего же изменился город Аргай! И порт, и начинавшаяся прямо за ним базарная площадь ни чем не напомнили Альгеру лабиринт грязных улиц и построек, громоздившихся здесь сорок лет назад. Вместо вороватых гоблинов и наглых шаек орков везде деловито сновали люди, гномы, эльфы: грузчики, торговцы, стражники, водоносы, зазывалы и многие другие. Город вовсю отрабатывал высокую плату, назначенную Адмиралом Западного флота за защиту от соседских пиратов и местных бандитов.

Альгер, взвалив на плечо дорожную сумку, направился в сторону центральной улицы. Он с удовольствием глазел по сторонам в поисках подходящей забегаловки, чтобы как следует передохнуть, поесть и послушать последние новости. На глаза попалась изящная вывеска: «Лила, аджарская гадалка и прорицательница». Ниже на древнейшем языке еще одна надпись: «Лучшая на побережье».

«Грамотная гадалка, да еще знающая древнейший язык, обязательно расскажет, если не мое будущее, так последние новости», - подумал Альгер, толкая обитую медью дверь. В лицо потек запах мускуса и эльфийского вереска, всколыхнув облако воспоминаний. Приятных, надо сказать, воспоминаний.

- Входи, путник, - услышал он негромкий голос, - ты давно в дороге…

Альгер разглядел гадалку. Никакая не аджарка, конечно же, просто смуглая кожа и черные с бронзовым отливом волосы, на этом сходство с заморскими соседями заканчивается. И хороша, нет сомнения! Взгляд эльфа уткнулся в приоткрытые полные губы цвета островного коралла.

Оба молчали. Прорицательница остановилась на полуслове и внимательно рассматривала посетителя. Альгер же просто пялился на нее. Наконец он очнулся, сделал шаг вперед и, стараясь, чтобы голос звучал насмешливо, спросил:

- Ну, так как, красавица, покажешь мне грядущее? – он выразительно тряхнул золотыми браслетами, демонстрируя свою платежеспособность.

Лила испуганно дернулась и неуверенно проговорила:

- Тебя ждут многие странствия и долгая дорога на земле и под землей, блеск рубинов и… - она замолчала на полуслове.

Альгер сглотнул, с трудом оторвал взгляд от полных зовущих губ.

- И все? – он потряс головой, - А, понимаю, деньги вперед.

Достал кошелек с золотом и швырнул на столик.

- Давай же, рассказывай! Про долгий путь слыхал не раз. А в блеске рубинов я родился. Что еще ты про меня знаешь?

Гадалка вздохнула, потом подняла кошелек и протянула Альгеру:

- Я сказала, что могла. Ты из тех, кому нельзя открывать будущее! Сожалею…

- Ну, скажи хотя бы, встречу ли я любовь всей жизни? – эльф со смехом вернул деньги женщине. Прорицательнице же было не до веселья. Услышав вопрос, она отшатнулась едва ли не с ужасом. Испуг подействовал на Альгера дурманом. Он медленно протянул руку и коснулся ее виска, потом провел пальцами по щеке, спускаясь к шее и наклоняясь ниже и ниже. Она положила руки ему на пояс. Губы девушки приоткрылись навстречу эльфу…

В дверь заколотили.

- Лила, Лила, открой! - послышался громовой бас, - Лила, мы отчаливаем, а мне нужен ветер. Ветер нужен, понимаешь?

Гадалка в смущении отстранилась.

- Это Гуго, капитан «Альбатроса». Они никогда не уходит в море без моего гадания. Придется открыть…

Что ж. Альгер вздохнул, потом снял с запястья браслет и надел на Лилу со словами:

- Вернусь вечером!

Он вышел, злобно зыркнув в сторону громадного, покрытого татуировками орка. Тот лишь замахал руками. Дескать, прости друг, очень надо. Драться как-то расхотелось.

Альгер медленно брел по улице в странном настроении. Сперва показалось, что морок, завладевший им у гадалки, рассеялся. Однако скоро непонятные ощущения вернулись. Тихая грусть, словно теплое вино, растеклось по телу. Значит, не морок… Альгер рассеянно оглянулся: надо дождаться вечера, а пока найти гномью контору, пополнить запас наличности. Почти все свои деньги он отдал прекрасной гадалке.

Посетителей в заведении не оказалось. Гном за высоким прилавком коротал время за вышивкой с пяльцами в руках.

- Мир вам, почтенный мастер!

- И тебе не хворать, богатый путник! – улыбнулся в бороду гном.

Он привычным жестом подвинул Альгеру глиняное блюдце с крошечным серебряным кинжалом, внимательно изучил упавшую каплю крови. После необходимых проверок уважаемый мастер брякнул на прилавок тяжелый приятно позвякивающий мешочек.

- Плата, как обычно, - пояснил на всякий случай гном и сразу поинтересовался:

- Давно не бывал в наших краях?

- Да как сказать, - Альгер усмехнулся, - был, кажется, лет сорок назад, когда орки устроили заварушку с огнем. Помню, как гремели пороховые склады. Долго потом мерещился запах горелых волос…

И, направляясь к выходу, с улыбкой добавил:

- Признаться, очень рад видеть Аргай другим, хотя теперь мне город совсем незнаком.

Гном удовлетворенно покряхтел и вместо прощания сказал:

- Тут неподалеку неплохая таверна, очень подходит для таких, как ты. И кухня отменная и общество приличное. «Золото гномов», вниз по улице за вторым поворотом налево. Быстро найдешь.

Указания мастера оказались излишними: таверна нашлась сама собой по запаху свежеиспеченного сдобного хлеба с примесью целого букета пряностей. Почуяв Аромат, Альгер невольно ускорил шаги. И глазом не успел моргнуть, как сидел у окна перед миской дымящейся мясной похлебки, уплетая свежие булочки. В ожидании запеченного угря в грибной подливе эльф удобно откинулся на спинку дубовой скамьи, с интересом оглядывая обеденный зал. Народа немного: в самом дальнем углу расположись два орка, по виду весьма небедных. Рядом мрачный гоблин приканчивал окорок, запивая элем. Несколько гномов сгрудились у одного из столов: там играли в солей. Правда, очень приличное, хоть и недешевое место. Так ведь другого у гномов и не бывает. Цены у тех, кто в прямом смысле сидит на алмазах, были и будут выше некуда… Альгер отхлебнул из кружки изумительного вишневого эля и неспешно направился в сторону игроков.

- Мир вам, почтенные мастера!

Степенно по всем правилам раскланялись.

- Добро пожаловать, благородный путник! – откликнулся один из гномов, по-видимому, старший, крепкий мужичок с густой курчавой бородой, закрывавшей пол лица, - вижу, ты недавно в здешних краях и, ежели желаешь обсудить последние новости, присоединяйся к нам.

Он указал на игральную доску:

- Весело и с пользой проведешь время! Да и ставки у нас умеренные.

Как ни старался потом Альгер, ничего странного в их поведении вспомнить не смог. Ни ухмылки, ни слишком пристального взгляда, ни кивка.

***

Он проигрывал. Безнадежно. Даже беглого взгляда на доску достаточно, чтобы понять: партию не спасти… Немногочисленные фигуры Альгера расположились нелепым непонятным строем, будто уже готовясь к капитуляции.

- Чем расплачиваться будешь, добрый господин? – скрипучий голос почтенного Шавра вывел его из задумчивости.

Альгер привычным жестом протянул руку к поясу с кошельком и только теперь увидел, что сидит почти раздетый. Что там деньги! Ни меча, ни кинжала, не говоря уж о золотом браслете. Даже сапог на нем не было.

«Я, выходит, все им проиграл? Когда успел?» - Альгер с трудом собрался с мыслями.

- Не вопрос, уважаемый мастер, - проговорил он, стараясь, чтобы голос звучал твердо, - проводите меня в контору и получите столько денег, сколько нужно.

«Что тут в задницу Рока произошло? Опоили меня чем-то?»

- Э, нет, добрый господин, клятва долга так не работает, - Шавр отрицательно покачал головой, - придется тебе…

Договорить почтенному гному не удалось, Альгер взвился, словно пар из магического сосуда.

- Клятва долга? Вы что, озверели? – заорал эльф на всю таверну и вскочил, опрокинув стол.

Поднялась суматоха: шум голосов, топот ног, кто-то закричал, где-то со звоном упал кубок. Один только мастер Шавр остался невозмутимым. Он лишь чуть отодвинулся в сторону, взял в рот длинную трубку и, прикрыв глаза, глубоко затянулся. В то же мгновение силы покинули Альгера, ни рукой, ни ногой пошевелить он не смог и лишь бессильно бухнулся на скамью.

- Ну вот, так-то лучше, - удовлетворенно крякнул Шавр, - так-то лучше.

- Что вам от меня надо? – язык еле слушался эльфа, - давайте договоримся, мой клан богат, я могу…

- Можешь, конечно, можешь, - гном усмехнулся и почти добродушно покивал, - работенку для нас одну выполнить сможешь и тогда лети, порхай, как стрекоза пряменько в свой клан!

«Что им надо? – в который раз отчаянно подумал Альгер, - неужели узнали, кто я?»

- Канцлер Элькиона, - начал он, однако Шавр не дал договорить.

Глаза гнома недобро сощурились, а рот искривился то ли в злобной, то ли в торжествующей усмешке:

- Да твой канцлер теперь только подтереться получше сможет, - прошипел Шавр, - видали мы его, знаешь где?

И он выразительно показал, где видал Его Высокопревосходительство.

- Давай уже, топай, куда надо, - второй гном по имени Бор сильно встряхнул Альгера за плечи и навершием кинжала подтолкнул к выходу.

Дорогу Альгер запомнить даже не попытался. Понимал, что пары амиды (ведь именно это зелье оказалось в трубке поганого гнома) исказят любые воспоминания.

«Что им от меня надо? – вертелся в голове единственный вопрос, - Не деньги и не выкуп от канцлера…» В том, что о родстве с Его Высокопревосходительстве гномам неизвестно, Альгер мог поклясться.

«От темного эльфа можно требовать одного – заказного убийства. Только зачем им именно я? Мало ли в округе других наемников? Да их даже в свите Адмирала более чем достаточно…»

Они шли один за другим. Впереди Шавр освещал дорогу фонарем, за ним со связанными за спиной руками тащился Альгер, неловко переступая босыми ногами, замыкал шествие Бор с топором в руках. Грязный тесный коридор постепенно расширился, наполнился воздухом. Стало светлее, хотя источник света остался невидим. Тоннель с грязными стенами в пятнах плесени сменили ровные коридоры, облицованные идеально отполированными гранитными плитами, потом гранит перешел в мрамор. По резкой смене обстановки Альгер понял, что коридор спрессовывает пространство, позволяя за считанные мгновения преодолевать десятки лиг.

«Путь такой или гномы настолько сильные маги?» - в очередной раз удивился эльф.

Вдруг наступила кромешная тьма. В темноте, хоть глаз выколи, раздался хрипловатый голос Шавра:

- Пришли, садись, эльф.

Понемногу стал загораться свет, исходивший из множества магических светильников под потолком. Альгера толкнули на каменную скамью, потом развязали руки. Бор остался стоять рядом с топором наготове. Совсем нелишняя предосторожность, по мнению Альгера.

- В каких пропорциях смешивал амиду? – вопрос застал Шавра врасплох. Гном даже икнул от удивления.

- Чего-чего? – протянул он, нелепо разведя руками.

- Я спросил, в каких пропорциях ты смешал амиду с полынью и корнем вереска? Если смешивать половина на половину, то результата никакого не будет, если переложить амиды, все сдохнут, если перебрать полыни – появится сильная вонь, а если корень вереска – свалит сон. А ты так смешал яд и противоядие, что получил дурман поразительной силы. Так что давай, делись рецептом!

Шавр прокашлялся, побарабанил по подлокотнику кресла, а затем прошипел:

- Для сухой смеси на одну часть амиды полыни три и пять шестых частей и корня вереска – две и одну седьмую. Если брать свежие травы, то поправка на две десятых части. А раствор я не делал…

- С раствором сам разберусь. Видно много ты народа прикончил, раз добился таких результатов, почтенный мастер…- Альгер усмехнулся.

- Ты зубы-то мне не заговаривай! – очухался гном, - Не заговаривай зубы! Клятва долга никуда от тебя не денется, потому, как ты ее уже всю до словечка повторил, а что ты нюхал, всем до одного места. Нако вот, выкуси!

Он сложил кукиш и сунул под нос Альгеру. Тот лишь безучастно отвернулся.

Верно. Он отлично чувствовал клятву долга по характерной ломоте в висках: изначальная примитивная магия, ее не снять никакими способами. Ни убить заказчика, ни умереть самому и избавиться от заказа, тоже не получится. Клятва долга переходит по наследству. О том, кому она может перейти после его смерти, Альгер страшился теперь даже подумать.

Шавр еще поерзал, достал было из-за пазухи трубку, но вовремя спохватился, отложил ее в сторону и поспешно начал излагать свое дело.

- В общем так, нам с напарником нужен огранщик рукастый. Материал у нас скопился необработанный, надобно до ума довести. А у тебя вон, какие ручищи, сразу видать мастера. И самое главное, ни капли магии! Так что давай, приступай. Инструментом мы обеспечим. Как справишься, беги, куда глаза глядят.

Бор за спиной Альгера издал довольный смешок и со значением тряхнул топором.

Эльф протер глаза кулаками, вздохнул поглубже, пытаясь избавиться от остатков амиды.

- Вы, уроды коротконогие, из ума выжили? – он сразу получил удар по голове рукоятью топора, лишь зубы клацнули. Тоненькая струйка из ранки потекла по виску.

- Ты, брат, полегче, - заметил Шавр, - попортишь нам мастера, где нового найдем?

- Никакой я не мастер, - Альгер вытер кровь рукавом, - я не ювелир, не скульптор, даже не литейщик. Я врач, я зарезать кого-нибудь могу по-быстрому, а камни гранить не ко мне. Так что нового мастера начинайте искать прямо сейчас.

Он умолк, стукнув кулаком по скамье. Шавр хмыкнул, сощурился, а мотом сплюнул на пол и очень спокойно сказал:

- Плевать мне, что ты не ювелир. Главное, что не маг, и руки на месте. Выхода у тебя, эльф, никакого. Делай, что положено, а не выкобенивайся, как червяк на жаровне.

Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга. Гномы спокойно ждали, эльф обдумывал свое положение.

- Сапоги верните, - наконец мрачно сказал он, - ноги мерзнут.

***

Альгер сидел на пороге крохотного жилища, подземной халупы из двух тесных комнат, выделенных ему гномами. В руках эльф вертел свой заказ, рубин весом без малого 60 карат. Тусклый и шероховатый он, как и двадцать собратьев, прятал внутри божественное сияние, ожидая огранки. Черный идиллис. Король драгоценных камней и магических артефактов, бесценный и опасный. Если обработать заготовки по всем правилам и без капли магии, кристаллы явят миру силу, невиданную со времен Черной пурги. Эльф сжал камень в кулаке, глубоко вдохнул влажный пещерный воздух и устало провел ладонью по лицу.

- Ну, господин эльф, - раздался сзади скрипучий голос Шавра, - когда за работу?

Рудничный смотритель незаметно подкрался сзади.

«Может, сказать ему, что я брат Великого канцлера? – подумал Альгер, - интересно, сразу убьют или попробуют получить выкуп? А от канцлера Вигрона разве что стрелы в глаз дождешься…» Он впервые в жизни пожалел, что не унаследовал магический дар матери.

- Давай инструменты и мастера, чтобы показал работу, - Альгер попытался потянуть время, - и подумай в последний раз, на кой тебе все сдалось, потом только хуже будет.

Замечание Шавр проигнорировал. Удачное применение клятвы долга, приправленной парами амиды, вселило в него твердую уверенность в собственной непобедимости.

- Вот и молодец, - прошамкал он, - верный выбор. Отработаешь долг и иди себе с миром!

«Как бы не так, после того, как обработаю камни, мне одна дорога – в штольню поглубже». О, как же он хотел разбить дрянную башку гнома первым попавшимся в руки булыжником! И с каким удовольствием запихал бы обоим смотрителям в глотку по паре горстей той самой амиды, а потом посмотрел, как они превращаются в два кровавых мешка с костями.

***

Полуслепой и древний, как сама шахта, мастер прибыл к концу дня. Долго к чему-то прислушивался, выбрал место поближе к очагу и только потом начал объяснять. Рундист, корона, площадка, шлифовка, кабошон, сортировка и разметка, наклейка, резка, угол наклона… Эльфа снабдили великолепным станком с алмазными резцами, шлифовальными инструментами и мастикой для оклейки камней. О большинстве приспособлений Альгер никогда прежде и не слышал. Он во все глаза наблюдал за мастером и старался не пропустить ни единого слова. А тот лишь недовольно бубнил себе под нос, да с невероятной скоростью вертел инструментами.

- Захочешь работать, разберешься, что к чему, - проворчал он напоследок и, не попрощавшись, зашаркал к выходу.

Вместо работы Альгер натянул куртку, прихватил с кухни нож, небольшую фляжку с водой и, затворив дверь домика, двинулся прямиком вглубь подземелья. Близлежащее поселение гномов, трудившихся на руднике смотрителя Шавра, обогнул, сделав петлю по дальнему коридору. Пусть уж никто как можно дольше не узнает о побеге. Врожденное чувство верного направления вело его вперед, к тому же в подземелье каждая развился, каждый поворот снабжался планом, высеченным прямо на стене.

Эльф шел и шел, любовался волшебным мерцанием и причудливыми узорами малахита и лазурита на стенах, черной гладью подземных озер. Пару раз путь выводил на поверхность, на небольшую площадку, окруженную отвесными горными склонами. Альгер чувствовал дуновение свежего ветра, видел звезды высоко над головой и даже слышал доносившиеся откуда-то крики чаек. Еще немного и он окажется за пределами Царства гномов.

Но от клятвы долга не сбежишь. Чем больше эльф удалялся от ящика с идиллисами, тем сильнее впивались в голову стальные иглы, с каждым шагом их становилось все больше, а боль все нестерпимее. Альгер двигался, пока хватало сил. В конце концов, он просто привалился спиной к огромной глыбе малахита и закрыл глаза. Образ канцлера Вигрона за шлифовальным станком явился как в полубреду. Выражение глаз Его Высокопревосходительства очень не понравилось Альгеру…

***

Эльф очнулся на чьей-то кровати, укрытый тонким шерстяным одеялом и с мокрой тряпкой на лбу. Его бил озноб, однако боль в висках отступила настолько, что позволила свободно дышать и даже слышать, что происходит вокруг.

Скрипели половицы, хлопали двери, шаркали большие гномьи башмаки. За тонкой стенкой кто-то тихонько постанывал…

Альгеру удалось поднять голову. Тут прямо над ухом послышался громкий голос:

- Ох, батюшки, очнулся, пришел-таки в себя. Эй, Шаваш, давай-ка к мастеру смотрителю!

Кругленькая курносая гномиха с огарком свечи в руках наклонилась над Альгером.

- Где я? – сразу спросил эльф.

- Так, это, в деревне нашей, где же еще? Нам мастер смотритель Шавр приказал найти тебя, добрый господин, да вот в чувства привести…

Альгеру стало стыдно за свой глупый побег, оказавшийся таким предсказуемым, что на его поиски отправились простые работники рудника.

- Кто там стонет за стенкой? – хмуро спросил он.

- Так это, - толстые щеки гномихи, привыкшие улыбаться, горестно обвисли и задрожали, - это сын мой младшенький, Шушек. Вчера как с обрыва упал, с дружками шалил. Вот, помирает, кажись…

Она громко всхлипнула, однако сдержала рыдания и молча подала эльфу кружку с дымящимся питьем. Альгер отодвинул ее руку, собрал все силы и, не обращая внимание на дрожь от озноба, тяжело поднялся, резко отбросив одеяло.

- Пойдем, посмотрим, где там твой парень? – от напряжения голос эльфа прозвучал почти злобно.

Маленькое скрюченное тельце на кровати, на лбу выступила обильная испарина, руки судорожно сжимают края одеяла, левая половина лица – сплошной черный синяк с кровавой коркой. Альгер осторожно разжал сведенные пальцы и приподнял край одеяла.

- Есть у вас доктор? Предпринимали что-нибудь?

- Так это, - женщина говорила теперь очень тихо, словно боясь кого-то спугнуть, - костоправ у нас один, так он говорит, что не поломано ничего, только голова вот, а ее он не лечит. Вот.

- Понятно, - Альгер еще раз внимательно рассмотрел парнишку, - мне нужна сумка с инструментами, скажи мужу, пусть не к Шавру бежит, а в мою халупу. Быстро!

Он отвернулся, начисто забыв о гномихе. Мальчик, тем временем, открыл глаза и осмысленно, даже с удивлением посмотрел на эльфа, его губы дрожали, дыхание было неровным и хриплым. Альгер осторожно взял маленького гнома за запястье, на миг затих, считая биение крохотной жилки. Тут рука дернулась, сразу несколько слабых голубых искорок сорвалось с большого и указательного пальца. Эльф отчетливо ощутил удар магического разряда. О, да мальчишка маг, да притом далеко не самый слабый!

Альгер заметался в поисках кружки с предназначенным ему отваром. Влил всю горячую жидкость в рот пареньку со словами:

-Теперь мы с тобой в два счета вылечимся, будешь, как новенький по завалам скакать!

Эльф радостно улыбнулся, впервые с того момента, как оказался у игральной доски с гномами.

***

- А расскажи мне, дядя эльф, про древнюю магию, - Шушек живой и совершенно здоровый с любопытством разглядывал тесную каморку. Его курносый нос так и вертелся из стороны в сторону, а рот, помимо воли хозяина, то и дело расплывался в довольной улыбке.

- Я в одной книге картинку видал, будто все горит, и камни летят раскаленные, а верхнее небо из лазурного стало опять красным, что твой дракон дыхнул… Правда, так было? Или можть вранье и выдумка, а?

Альгер оторвался от разметки граней, отложил заготовку и улыбнулся мальчишке.

- Имей в виду, это случилось давным-давно…

- Когда Его Старейшество был юным гномом?

- Нет, гораздо раньше. Боюсь, даже дед Его Старейшества на свет не родился. Так вот, в то время миром правили могучие волшебники…

- Такие, как Его Старейшество?

- Не перебивай. Еще ху… круче. Они владели магией, с коей невозможно тягаться ни на земле, ни под землей, ни в небе, ни в воде. Так картинка, что тебе запомнилась, вероятнее всего изображает магию Ронкаты во время Черной пурги.

- Чего-чего? – мальчик придвинулся еще ближе, чтобы не пропустить ни единого слова, - что еще за Рахата такая?

- Не Рахата, а Ронката, магия огня. Говорят, что так звали волшебника, вызвавшего ее, впрочем, я не знаю. Ее символ - огненная пирамида, - Альгер поднял голову, - Погоди-ка, а ты знаешь, что это?

- Не-а, в жизни не видывал, - Шушек даже не пытался произнести новое слово, понимал, что с его шепелявостью ничего не выйдет.

Альгер перевел взгляд с заготовки на мальчика, взял его руку и раскрыл ладонь. Слабые, волшебные искорки взмыли вверх и растаяли в воздухе. Эльф хищно оскалился. «Сейчас я дам ему ящик с необработанными идиллисами, пусть маленький маг копается в них, сколько хочет, - с мстительным торжеством подумал он, - а после того, как камни напитаются волшебной энергией и превратятся в простые стекляшки, смотритель Шавр сможет только подтереться. Получше. И никакая клятва долга уже не поможет». Альгер потянулся к ящику. Ничего не подозревающий гномик пыхтел рядом. Он, как и Альгер, не мог сидеть без дела, а потому схватил совок с метлой и с воодушевлением стал сгребать мусор. Альгер на мгновение замер с рубинами в руках. «Сколько все-таки Шавр извел народу, прежде чем сумел получить правильную смесь из амиды?» - неприятная мысль выплыла невесть откуда. Он решительно отодвинул ящик подальше.

- Знаешь, брат, давай на сегодня закончим. Про запретную магию нельзя долго говорить, сон страшный потом приснится. Приходи лучше завтра, я тебе покажу эту самую пирамиду, сразу запомнишь.

- Ой, а ты завтра в деревню придешь? Там все дохтура заждались.

- Приду, конечно, как договаривались.

***

Получилось так, что за новой порций сказок парнишка явился лишь через неделю. Все это время эльф, просидел за работой, почти не разгибаясь. Он устало улыбнулся маленькому гному и подслеповато сощурил покрасневшие от недосыпа глаза.

- Здорово, брат! Смотри, так выглядит пирамида: квадратное основание и треугольные грани.

Шушек поставил на пол корзину с гостинцами и повертел в руках блестящий кристалл. Ничего, на первый взгляд особенного. Такие штуки он во множестве видел у местных мастеров. Не рубины, конечно, и не такие крупные, но все же…

- По легенде, огромную пирамиду из цельного рубина построили всемогущие маги Ронкаты на вершине высокой башни. В то время их сила почти не знала границ, однако они всегда хотели большего. Вот и построили смертоносную башню с большущим кристаллом на вершине. По велению главного мага камень раскалялся, начинал светиться адским светом, а вершина испускала смертоносный луч, способный поджечь, что угодно.

Шушек затаил дыхание и сидел, не шелохнувшись.

- Ты понимаешь, брат? От сияния луча горели даже вода и воздух!

Маленький гном, как и любой маг, обладавший отличным воображением, опасливо поежился.

- Они сожгли весь мир?

- К тому и шло, но не успели, - Альгер многозначительно понизил голос, - волшебство вышло из-под контроля. Красный луч начал палить, вызвав великий пожар. После нескольких залпов пирамида раскололась на множество осколков, разлетевшихся в разные стороны. Но беда не ушла. Проснулась другая смертельная магия воздуха – Вителья. Она вызвала ураган, шквальный ветер понес огонь дальше. Все горело, превращаясь в черный пепел, падавший кусками камней. Это сделала Эримора, злая магия земли. За короткое время цветущий благодатный мир превратился в пепелище, покрытое грудой раскаленных камней. Но бедствие все равно не кончилось, ибо существовала еще четвертая смертельная магия, Трансквиквиста, она просочилась сквозь камни и на многие века отравила землю…

Шушек от страха зажал рот руками и с неподдельным ужасом отодвинулся подальше от кристалла.

- Ой, пирамида-то эта, кажись, светится! Как начнет огонь пулять!!!

Мальчик вскочил на ноги, порываясь бежать подальше, однако Альгер остановил его.

- Не бойся, ты же уважаемый гном! Никогда не надо ничего бояться. Надо прежде подумать хорошенько. Давай-ка сейчас обезвредим эту штуку. Смотри.

Альгер уселся за станок.

- Мы спилили вершину, у пирамиды появилась еще одна грань, а весь свет ушел внутрь. Видишь? Переливы, похожие на капли крови? Вот тут она вся магия…

***

- Ну! Закончил? – смотритель Шавр изнывал от нетерпения, - Давай сюда, к свету ближе.

Его челюсть ходила ходуном, а толстые пальцы дрожали в предвкушении. Гном пнул ногой табурет, подул на светильник, заставляя его ярче разгореться. Потом выхватил у Альгера из рук ларец, окованный медью, с громким стуком водрузил на стол и взялся за крышку.

Альгер стукнул по ней кулаком за миг до того, как ларец распахнулся.

- Я выполнил всю работу по требованию клятвы, - четко и твердо произнес он, - здесь все камни до единого, пересчитай и давай расстанемся с миром, мастер Шавр.

Эльф убрал руку, крышка поддалась, и в приглушенном свете магического светильника вспыхнул кровавым заревом двадцать один чистейший рубин. Шавр, постоянно моргая и тяжело дыша, запустил ладони в огненные брызги, наугад выудил два камня, поднес к глазам и долго рассматривал, гладил, перекатывал между пальцами, подносил к свету, даже нюхал и пробовал на зуб. И так с каждым камнем. При этом он с большим подозрением поглядывал на Альгера, а тот стоял, не шелохнувшись, глядя прямо перед собой.

Наконец гном тяжко вздохнул, с сожалением положил последний камень в ларец и решительно захлопнул крышку.

- Ладно, посиди пока, после решим, что с тобой делать, - с этими словами мастер Шавр исчез навсегда.

Альгер аккуратно задул свечи, кинул в очаг на тлеющие угли побольше смеси сухой полыни с корнем вереска и, не заперев дверь, направился в гномью деревню. Не оставлять же жителей без приема доктора.

Он как раз подносил клещи ко рту здоровенной гномихи, чтобы вырвать больной зуб. Вокруг собралась небольшая толпа, охочая до зрелищ. Гномы, как один, пыхтели трубками и негромко, стараясь не мешать дохтуру, переговаривались. Баба с разинутым ртом тряслась, как крысиный хвост, но вела себя тихо. Альгер прицелился, чтобы подцепить зуб клещами.

- Вот он! – незнакомый голос за спиной под сводами подземелья показался громовым.

- О-о-о! – толпа подалась назад и притихла, а баба, напротив, истошно заорала.

Альгер дернул зуб, потом, не выпуская клещей, повернулся. Перед ним стоял внушительного вида гном в богатой одежде, обладатель густой рыжей бороды. В руке он держал ограненный Альгером рубин.

- Я – владыка Ирун, следуй за мной, эльф.

Альгер огляделся: на него уставились взведенные арбалеты и недобрые лица солдат Подгорного царства.

«И все? - мелькнула последняя мысль, - хорошо хоть с больными закончил…»

***

- Слизни болотные! – выплюнул Его Всевеликое Старейшество, царь Горного и Подгорного царства гномов Торгун. Голос монарха напоминал в эту минуту не то шипение василиска, не то скрежет топора о камень. Словами Его Величие не ограничилось, а, выхватив несколько обработанных Альгером рубинов, от души запустило в провинившихся гномов. Красные сполохи заплясали в тронном зале, бесценные камни огненными сгустками разлетелись в стороны.

- Вон! – полетел еще один рубин, - Палача и Ируна ко мне!

Зал мгновенно опустел. Кроме самого Торгуна остались лишь Шавр и Бор, превратившиеся в две неряшливые каменные скульптуры. Владыка мрачно восседал на серебряном троне, изредка швыряя на пол идиллисы. Ждал он недолго. Двое богато одетых уважаемых мастеров, вбежали в зал, громко звеня оружием и драгоценностями. Бухнулись на колени, низко склонили головы и … удостоились новой россыпи драгоценного дождя.

Владыка Ирун поймал летящий в него камень, внимательно рассмотрел и многозначительно прищелкнул языком.

- Видишь? – прорычал Его Старейшество сквозь зубы и, не дожидаясь ответа, добавил: ты бы только знал, кого эти крысиные ублюдки притащили, чтобы это…! – последовало крепкое гномье ругательство.

Ирун медленно поднялся с колен, поднес кристалл к светильнику и, любуясь переливами граней, удивительно спокойно сказал:

- Отличная работа… в своем роде. Неужели колдун?

- Хуже, - буркнул царь, - гораздо хуже!

Уважаемый мастер крякнул, пригладил бороду, а затем высказал новое предположение:

- Тогда эльф! Светлый! Какой-нибудь ювелир или литейщик… Мазила, в конце концов.

- Ладно, - Его Старейшество махнул рукой, - Костоправ он, не глину и мрамор, а живых тварей кроит и шьет, золотые руки! Но не это главное, а то, что у поганца из темного клана Горного ветра во лбу нагло светит звезда короля Элькиона.

Его Старейшество мрачно отвернулся. Ирун потоптался на месте, внимательно, со значением оглядел своего спутника, безмолвно вставшего у двери с топором в руках, пожал могучими плечами:

- А может, он не знал? Случайно все испортил, а?

В ответ послышалось лишь презрительное фырканье.

- Знал, стало быть, что делает… Тогда палачу его, и концы, как говорится, под обвал? – Ирун энергично кивнул в сторону гнома с топором. Великий царь в ответ лишь тяжело вздохнул и почти с нежностью проговорил:

- До чего же ты еще глуп, сынок. Чего хватало! Неужто воевать с длинноволосыми собрался? Захотелось от его братца, Вигрона-Белой Смерти по шахтам побегать? Нет? Вот то-то и оно... Палача я для этих двух жаб звал, - Торгун махнул в сторону окаменевших гномов.

- Камни эти теперь только бабам на цацки, распорядись ими по своему усмотрению. А что до остального… Верни все, как было, - Его Старейшество выразительно посмотрел Ируну в глаза, - В то самое место и в то самое мгновение! И клятву долга эту в жо… В общем, понял меня? Смотри, доверяю тебе, сынок.

Более Его Старейшество не произнес ни слова, лишь напоследок взял оставшиеся рубины и от души швырнул в стену.

***

- Альгер, Альгер! Ну, наконец-то!– Ресс мчался к нему через улицу, толкаясь и не обращая внимания на недовольные выкрики прохожих.

- Где пропадал? – выпалил он, приблизившись к товарищу. Потом внимательнее вгляделся в лицо Альгера, нахмурился и добавил:

- Что с тобой? Зеленый, почище меня, и, как будто, отощал сильно…

Альгер помолчал, с удовольствием подставил лицо солнцу и, как можно спокойнее, ответил:

- Да просидел в таверне, в солей с гномами играл…

Вспомнив о гномах, он вздрогнул. Ресс истолковал его поведение по-своему, найдя странностям отличное объяснение:

- Ты, видать, дни и ночи напролет играл, да еще шагры нажрался. В «Золоте гномов» побывал? Эх, забыл тебе сказать, чтобы не совался в это место. Нехорошее оно… Ну, ладно, давай уже на пристань, так ведь и опоздать недолго, а следующее судно только через неделю.

Небольшое судно под флагом свободной Скайфоры, взяв ветер на корму, неслось прочь от Аргая. Стоя у борта, Альгер, пристально смотрел в небо, ярко окрашенное закатными лучами. Сзади тихо подошел Ресс.

- Чтой-то ты мне не нравишься, - сказал он, встав рядом с Альгером, - с утра только два слова и сказал. И будто бы постарел лет на десять… Видно, коротконогие в своем кабаке проклятом не одной только шагрой поили.

Он постоял рядом и нерешительно добавил, указывая на пояс Альгера:

- Я спросить хотел, а это у тебя откуда? Раньше не замечал такой вещицы…

Эльф не спеша достал из ножен кинжал. Квилон из черной стали, на лезвии гномьи руны, а навершие украшено камнем с переливающимися внутри то ли огненными лепестками, то ли кровавыми каплями. Красиво. Альгер протянул его товарищу. Гоблин едва коснулся лезвия, как на пальце выступила капля черной крови.

- Гномы дали, - наконец ответил эльф, - кажется, выиграл.

Прозрачный камень поймал последний луч заходящего солнца и сверкнул огненной искрой. Ресс с удовольствием переложил кинжал из ладони в ладонь, потом вернул оружие хозяину.

- Знатная вещь, - заключил он, - а что за знаки на лезвии?

- Фраза на гномьем языке, означает «всегда с тобой», дальше идет формула, но она зашифрована, не прочесть. Вообще, штука очень полезная. Надпись означает, что кинжал будет со мной, где бы я ни оказался, и что бы со мной ни случилось. Ну, кроме смерти, разумеется.

- Да-а, - протянул гоблин, качая головой – а что за камень? Уж не тот ли самый…?

- Идиллис? – Альгер наконец отвернулся от океана, - да, он самый.

Зеленое лицо Ресса вытянулось.

- И ты вот так просто мне говоришь? Он самый? Да любой коротконогий удавится за такой камень, а вернее, кого хочешь, удавит. И не только коротконогий, а вообще любой маг! Да я семью всю жизнь могу кормить, если такую вещь загоню!

Гоблин волновался все больше. Он оскалил здоровенные клыки и размахивал перед лицом Альгера ручищами.

Эльф неожиданно улыбнулся, похлопал друга по плечу и объяснил:

- Этот идиллис - не более чем простое украшение. Конечно, полезные свойства минерала он не потерял. А что касается магии… Обрати внимание на огранку: похоже на правильную пирамиду со спиленной вершиной. Тот, кто так его обработал, - Альгер усмехнулся, - навечно запер волшебную силу внутри, и достать ее оттуда не сможет даже самый сильный и удачливый колдун. Никогда не сможет.

Губы эльфа сжались в линию, взгляд сделался жестким, а пальцы сомкнулись на рукояти квилона. Но через мгновение улыбка вернулась, а рука, сжимавшая оружие, расслабилась.

- Как-то так, брат, - заключил он, снова отворачиваясь к почти черному океану. Альгер спешил домой.

 

читателей   74   сегодня 1
74 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...