В Вашем-Нашем Королевстве

Аннотация (возможен спойлер):

Рано или поздно Читатель решается примерить на себя роль Писателя, но сталкивается с чередой досадных препятствий и бросает это дело. А вдруг история настолько хочет быть рассказанной, что отправляет своих персонажей найти непутевого автора, чтобы тот навел порядок в выдуманном им самим Мире? Ответ можно найти лишь здесь - в Вашем-Нашем Королевстве.

[свернуть]

 

Что ни говори, а прошедшие годы так и не смогли стереть из моей памяти ту очаровательную особу, рядом с которой мне почему-то всегда становилось трудно дышать. Завоевать даму своего сердце мне не удалось ни в школе, ни за минувшие два курса университета, однако время от времени я то и дело срывался и писал Насте глуповатые наивные письма в социальных сетях с надеждой увлечь ее беседой, обаять остротой ума и поразить глубиной своей многогранной персоны. Разумеется, я безумно радовался, когда на мои сообщения приходили ответы, беспокоился, когда это происходило с задержкой, и впадал в уныние, если ответом была тишина. По размеру и содержанию большинства Настиных ответов нетрудно было догадаться, что писавшая их барышня предпочла бы, чтобы ей более не докучали подобным образом. Всякий раз, приходя к такому выводу, я брал свою волю в кулак и начинал тренировать в себе смирение, а затем опять срывался, и все повторялось по кругу.

В независимости от радиуса и диаметра вышеупомянутого круга, из года в год выпадал один день, когда не написать предмету своего обожания я просто не мог. Именно таким и был сегодняшний день – день рождения Насти. Вот уже битый час я сидел перед монитором и пытался сочинить какое-нибудь оригинальное поздравление. Получалось в лучшем случае на тройку с плюсом. Хотелось подобрать такие слова, которым будет суждено поразить Настю в самое сердце, а не очутиться в мусорной корзине. Однако чем дольше я работал над текстом, тем длиннее и зануднее он становился, порождая во мне все больше и больше сомнений о том, станет ли Настя вообще тратить время на прочтение этой беллетристики.

Вдруг в мою голову пришла мысль, причем настолько простая, что мне даже сделалось смешно от того, что она не навещала меня раньше: а почему бы мне, вместо того, чтобы писать длинные заунылые письма, взять и не позвонить Насте? Вот ведь, правда, от чего я об этом не подумал раньше!

Исполненный решимости я бросился на поиски своего мобильного телефона, которые довольно быстро увенчались успехом – телефон обнаружился в моем правом кармане джинсов. Возрадовавшись своей маленькой победе, я без труда отыскал нужный мне номер, затем без сомнений ткнул по кнопке с зеленой трубочкой и принялся вслушиваться в мерно доносящиеся из трубки гудки.

– Алло, – раздался вдруг голос, прервав серию гудков, которую я с упоением заслушался.

– Алло! – радостно закричал я в ответ и тут же умолк, перепугавшись от неожиданности.

– Да? – спросила Настя, очевидно ожидая, что с моей стороны должно последовать какое-то продолжение.

– А я знаю, какой сегодня день! – похвастался я. – Сегодня твой день рождения, так что поздравляю!

– О-о-о, да, спасибо, – отозвалась она без особых эмоций.

– Знаешь, – продолжил я. – Я уверен, что тебе уже успели пожелать здоровья, счастья, успехов в личной жизни ну и всякую прочую ерунду… Так вот, я этого всего тебе желать не намерен!

– Что? – не своим голос переспросила Настя, обескураженная моей дерзостью. – Не хочешь пожелать мне быть здоровой и счастливой?

– Нет, ты меня неправильно поняла! – воскликнул я, занервничав еще больше. – То есть, конечно же, я желаю тебе всего этого, причем в таких количествах, что с их подсчетом не справился бы ни калькулятор, ни Маткад… Но это не главное! – я чувствовал, как сердце колотится у меня где-то возле горла, порываясь выпрыгнуть наружу. – Больше всего я бы хотел пожелать тебе в этот день всегда оставаться такой же потрясающей и… и красивой, уметь быть отзывчивой, принимать и творить добрые дела, а еще… еще… еще никогда не вешать нос и держать его исключительно по ветру. Да и вообще, знаешь, бери от жизни все, никогда ни в чем себе не отказывая!

Неизвестно что бы еще я сказал, но тут мою пламенную речь прервали, причем, посмею себе заметить, самым наглым и бесцеремонным образом.

– Никогда не советуй никому такой ерунды, – раздался вдруг в комнате чей-то голос. – Уж что-что, а такое жизненное кредо точно до добра не доведет.

Я поднял голову перед собой и обомлел. Телефон выскользнул из моей руки и испытал на себе силу земного притяжения, прежде чем я успел что-либо сообразить. Увидев перед собой источник звука, я подумал, что сплю. Впрочем, нет, ничего я не подумал – в моей необремененной великим интеллектом голове запустилась несанкционированная перезагрузка, нарушив тем самым процесс, который хотя бы отдаленно мог называться мыслительным.

Увидел же я следующее: на одной из книжных полок моего письменного стола восседал некий бодренький задорного вида господин, в котором по моим прикидкам было не более полуметра росту. Господин, а иначе его и не назовешь, был довольно упитанным и лицеприятным мужчиной с закрученными усами и остренькой короткой бороденкой. В глаза сразу же бросались его округлые румяные щеки и украшавший голову синий цилиндр с фиолетовой лентой. Визитер был одет в рубашку бардового цвета, поверх которой красовалась темно-синяя жилетка с золотистыми пуговицами. На груди у этого причудливого человечка лежали скрещенные руки с чуть задранными рукавами. Ноги же господина покрывали простенькие опрятные темно серенькие брюки, подтянутые ремнем с золотой упряжкой, а на ногах красовались благородного вида сапоги с тупым носком.

А теперь вопрос: что делал этот подозрительный субъект на моей книжной полке, нахально потеснив ее содержимое и устроившись между достопочтенными покойными сэрами Джеремом Клапка Джеремом и Арутром Конан-Дойлем? Лично у меня не было не единой догадки. Господин, между тем, взирал на меня с лукавой улыбкой и хитрым прищуром, что делало его еще более нескромным в моих глазах.

– Что ты сказал? – выдохнул я, как только мало-мальски совладав с собственным речевым аппаратом.

Позже мне подумалось, что с моей стороны было невежливо обращаться к этому незнакомому сударю на «ты», но в ту минуту правила этикета куда-то запропастились.

– Я сказал, что брать от жизни все и без разбору – неразумно и глупо, – чуть наклонившись вперед, сообщил мне господин. – Всегда и во всем будь разборчив, – добавил он серьезно, впрочем, все с той же лукавой улыбкой.

Продолжая беспомощно хлопать глазами, я судорожно пытался понять, что со мною произошло. Моей первой более-менее связанной мыслью оказалось предположение, что я сошел с ума, однако, я сразу же отверг его, поскольку такой поворот событий казался мне крайне маловероятным, а посему – неправдоподобным. Сойти с ума – это вам не курсач по электронике написать, тут дело куда более тонкое и ни для каждого постижимое. Уж я-то знаю, что говорю: пробовал и первое, и второе. В чем преуспел – догадывайтесь сами.

– Ты кто такой? – выдохнул я, сообразив, что из всех приходящих на ум вопросов этот прозвучит наиболее уместно.

– Советчик, – сообщил тот, горделиво выпячивая грудь вперед.

– Кто-кто? – вконец растерялся я.

– Советчик! – упрямо повторил господин, принимая уже чуть ли не царственный вид.

Я непонимающе моргнул, затем подумал, затем снова моргнул. Цель визита этого напыщенного чуда природы постепенно начинала доходить до меня.

– Советчик раздает советы, – произнес я вслух, скорее самому себе, чем своему причудливому собеседнику.

– Верно! – одобрил мое умозаключение толстячок. – Очень глубокая и в высшей степени безупречная мысль!

– Ты явился ко мне с советом, – продолжил я логическую цепочку, готовясь в любой момент проснуться в собственной постели.

– Еще одно очко в твою пользу, – Советчик подмигнул мне. – Правда, похоже, я несколько опоздал, – добавил он, переводя взгляд куда-то за мою спину. Я проследил за его взглядом и, к своему удивлению, обнаружил свой мобильный телефон, покоившийся на полу. Надо же! А я уже про него и забыл.

Тут я вспомнил про Настю, метнулся к телефону, выкрикнул в трубку несколько раз слово «алло», после чего осознал, что вслушиваюсь в тишину. Связь была прервана.

– А ты не расстраивайся, – не преминул толстячок дать еще один совет. – Уныние и грусть никому еще не являлись лучшим помощником, чем веселость и уверенность в себе.

Я с раздражением окинул взглядом своего незваного гостя.

– Это твоя вина! Ты все испортил!

– Не перекладывай с больной головы на здоровую, – посоветовал тот.

– Поговори мне еще, – вспыхнул я. – Зачем ты вообще пришел? Тебя здесь не ждали!

– Зато мы тебя уже заждались, – в голосе Советчика послушались нотки раздражения. – Я до последнего верил в то, что ты сам вспомнишь про нас и сделаешь все, без какой бы на то подсказки, но теперь вижу, насколько я ошибался.

Предъявленные обвинения привели меня в замешательство.

– О чем ты вообще? – вопросил я.

Какое-то время Советчик смотрел на меня оценивающим взглядом – на лице его проглядывалось недовольство, смешанное с жалостью. Наконец, глубоко вздохнув, он убрал руки с груди, чуть свесил вниз свои коротенькие пухлые ножки, осторожно наклонился всем корпусов вперед и, ухватившись руками за самый край полки, вдруг сделал кувырок в воздухе. Перевернувшись, словно циркач на перекладине, толстячок разжал руки и приземлился на крышку стола. Признаться, я не ожидал такой прыти и ловкости от столь упитанного человечка. Советчик же, поправив свой цилиндр, сказал:

– Значит так, закрывай свой рот, пока туда не залетела муха или еще кто похуже. Вот так-то лучше. Теперь слушай меня, причем делай это очень внимательно, нет у меня желания повторять тебе одно и то же по десять раз. Ответ на вопрос, кто я такой, занял бы у меня очень много времени, а у нас его с тобой с каждой минутой все меньше и меньше. Что до моего имени, то я вполне могу тебе его назвать. Зовут меня Бармег Ник-тульский. Обременять тебя своим полным именем не стану, да и не запомнишь ты его все равно. Можешь звать меня просто Бармег, или если хочешь Советчиком.

– Бармег Ник-тульский, – произнес я, пробуя имя на вкус. Вдруг во мне зашевелилось чувство, сродное дежа вю. – Ты не поверишь, Бармег, но я где-то слышал твое имя раньше.

– Где-то слышал! – передразнил меня тот. – На самом деле нигде ты его не слышал – ты сам придумал мое имя!

– Я? – удивление подкосило мои ноги, и я рухнул на стул. – Послушай, Бармег, это должно быть какая-то ошибка. Как так я мог придумать твое имя, если я тебя никогда прежде не видел?

– Ага, не видел, – подтвердил Советчик без особой охоты. – Вот только сути дела это не меняет. Ты придумал меня и мое имя тоже. Ну, то есть поначалу, конечно, я ходил без имени, но спустя какое-то время тебе показалось, что было бы неплохо назвать меня именно так, как я тебе представился. И угораздило же тебя придумать мне такое длинное имя! – добавил он, осуждающе сверкнув глазами.

– А как звучит твое полное имя? – глупо поинтересовался я, игнорируя тот факт, что Советчик мне только что предъявил на себя что-то вроде авторских прав.

– А вот шишь тебе! – вконец рассердился Советчик. – Не узнаешь! Не заслужил. И подумать только, выдумать меня и всех остальных жителей Долины и бросить нас на произвол судьбы!

– Мне по-прежнему кажется, что это какое-то недоразумение, – признался я. – Или розыгрыш.

– Недоразумение? Что же, ты абсолютно прав, – кивнул Советчик. – А как иначе прикажешь это называть, Старина Ник? Вся твоя жизнь сплошь и рядом одно большое недоразумение, если ты так и не набрался смелость забросить к чертям все те дела, которыми ты занимаешься скрепя зубами безо всякого на то желания, подавляя в себе то, к чему у тебя по-настоящему лежит душа.

– О чем ты?

– Да все ведь о том же. Обо мне. О других придуманных тобой героях. И о том, что ты забыл нас. Эх, Старина Ник, – вздохнул Советчик. – Даже не знаю злиться мне на тебя или жалеть.

– Да ты просто объясни мне подоходчивей, в чем дело, – попросил я. – А там уж будет видно.

– Разумно, – согласился тот. – Ну что же, подоходчивей, так подоходчивей. Так уж сложилось, Старина Ник, что самого детства ты прослыл пытливым и внимательным Читателем, а рано или поздно каждому искушенному читателю хочется примерить на себя роль Писателя. Случилось это и с тобой, причем случилось это не просто рано, а очень даже рано, смею тебе это заметить. Уж не стаешь же ты утверждать, что позабыл, как сидел ночами под одеялом, вооружившись фонариком, тетрадкой и ручкой, сочиняя собственные истории, подражая своим любимым авторам? По лицу твоему бестолковому вижу, что помнишь. Вот то-то же. Желание и умение у тебя были всегда, а вот терпения подчас недоставало. Достаточно будет сказать, что из десятка начатых тобой историй ни одна не была доведена до конца! Это ли не недоразумение? А сколько раз ты начинал выдумывать различные миры и персонажей, которых даже не потрудился описать на бумаге! Ты представляешь, сколько брошенных на произвол судьбы героев ожидает того, чтобы ты вернулся и указал предначертанную им дорогу?

– Ого, – только и протянул я. Не то чтобы я по-настоящему поверил Советчику, но все-таки от его слов мне стало как-то неуютно и даже стыдно. – Ник-тульский, – виновато позвал его я. – Ты знаешь… не думай, что я откладывал все свои начатые рассказы в долгий ящик, потому что я такой плохой. Просто ведь… это же все было несерьезно. Тогда я был ребенком, а сейчас уже взрослый человек, который должен осваивать серьезную профессию. Понимаешь?

– И на кой она тебе? – строго спросил Советчик.– Тебе она хоть нравится, эта твоя серьезная профессия?

– Вообще-то не очень, – честно ответил я. – Но не всегда же людям приходится делать то, что им хочется. Порой просто нужно делать то, что должен.

– Что же, это верно, – согласился Советчик. – И раз уж ты сам в этом признался, то не серчай, Старина Ник, но выдуманному тобой Миру ты тоже кое-что задолжал, – подытожил он и щелкнул пальцами.

Как только Бармег проделал этот театральный этюд, голова у меня закружилась, а в глазах потемнело. Внезапно я понял, что меня несет куда-то прочь из моей комнаты. Ко всему прочему во рту я ощутил соленый вкус. Я сделал попытку вдохнуть, как вдруг захлебнулся и закашлялся, выныривая на поверхность воды и жадно глотая воздух. Откашливаясь и молотя руками по воде, чтобы не утонуть, я довольно скоро осознал, что барахтаюсь не мелководье. Вдруг в поле моего зрения попал Советчик, который величественно восседал на камне, упершись одной рукой о колено и уложив другую на пояс. Советчик, над головой которого кружили чайки, взирал на меня явно довольный своей потешной расправой.

– Что, обязательно было пытаться меня утопить? – пробурчал я, не до конца еще откашлявшись.

– Утопить? Что ты, это было бы слишком гуманно, после того, как ты обошелся с нами.

– Да с кем это «с нами»? – не выдержал я.

– Скоро узнаешь, – пообещал Советчик. – Точнее вспомнишь.

Поднявшись на ноги и чуть отряхнувшись от воды, я повернулся к Советчику спиной и увидел живописный закат. Видеть вживую такой изумительно красивый заход солнца мне еще не доводилось – не в привычной реальности, не в сложносочиненном бреду. О мои ноги неторопливо разбивались волны, поочередно меняясь одна за другой. Ступни с удовольствием ощутили под собой мягкий песок. Я машинально опустил голову вниз, но, кажется, почти не удивился, когда обнаружил свои босые ноги. Какое же это было невероятное ощущение – ходить босиком!

– Твой Мир знает, как сделать тебе приятное, – прокомментировал Советчик, очевидно поймав ход моих мыслей. – Не удивляйся, если так будет складываться в дальнейшем, но и сильно не привыкай! Этот Мир хоть и создан тобой, но все же живет по своим законам и правилам. А что еще ему прикажешь делать? Тебе ведь все недосуг.

Я принял к сведению все, что сказал мне Советчик, а затем перевел взгляд на простилающийся за его спиной пейзаж. Моему взору открылись величественно возвышающиеся скалы, которые мне почему-то тут же захотелось покорить.

– Не торопись, – посоветовал мне мой новый знакомый. Или все-таки старый? – Горы никуда не денутся. Сперва мы должны навести визит вон туда, – ткнул он пальцем в сторону какого-то поселения. Приглядевшись, я различил массив симпатичных на вид домишек, над которыми возвышалось несколько крупных сооружений, напоминающих гигантские заваленные на бок бочки. В бочках, как не странно, просматривались окна и двери. Сооружения, судя по всему, вмещали в себя два, а то и три этажа.

– И что же мы там забыли? – спросил, наконец, я.

Вместо ответа Ник-тульский подвинулся на своем камне и жестом пригласил меня занять место рядом с ним.

– Ну что же, Старина Ник, думаю, мне следует тебя кое в чем просветить. Ты не волнуйся, садись, да помалкивай. Я тебе все чин по чину растолкую, заодно и обсохнуть успеешь, нечего в таком виде к добрым людям на порог заявляться. Я надеюсь, ты уже понял, что жители этого места – придуманные тобою персонажи, как собственно и я. Вот только едва ли следует сообщать им об этом. Догадываешься почему?

– Пока не очень, – признался я.

– Хм, попробую объяснить. Представь, что ты по-прежнему живешь своей жизнью, встаешь рано утром, умываешься, завтракаешь, едешь в университет… Словом, все делаешь по своему заученному сценарию. И вдруг, ни с того ни с сего, к тебе подбегает какой-то оборванец, которого ты в глаза доселе не видел, и заявляет, что ты, дескать, есть не что иное, как результат воображения какого-то нахального бездельника, собственно как и весь остальной Мир в придачу. Ну как, поверишь ты в такое или нет?

Я постарался сделать вид, что не понял на какого такого нахального бездельника намекает Советчик, хотя мне очень хотелось сказать в ответ что-нибудь обидное. Вместо этого я спокойно вздохнул:

– Человеку, сообщившему мне такую новость, я бы посоветовал навестить психиатра и хорошенько отдохнуть. Впрочем, нет, едва ли я стал бы ему что-то советовать, наверное, дал бы деру и дело с концом.

– Вот-вот! – подтвердил Советчик. – Теперь ты понимаешь, о чем я толкую? Далеко не все жители Долины готовы принять открывшуюся мне правду о нашем происхождении, какой бы безумной она не казалась.

– Кстати, Бармег, а как же тебе открылась эта самая правда? – спросил я, впервые об этом задумавшись.

– Об этом позже, – коротко оборвал он меня. – Сейчас нам гораздо важнее подготовить тебя к встрече с Тайным Советом.

– А это еще что? Неужто тоже моя придумка?

– И да, и нет. Тайный Совет или как мы иначе его зовем Тайный Круг – это группа придуманных тобою героев, объединившихся по собственной инициативе, чтобы дать отпор Темным силам, замыслившим недобрые деяния. На собраниях Тайного Круга обсуждаются важные стратегические вопросы этой нелегкой борьбы. Сказанное на собраниях не должно выходить за его стены – это касается и твоего прибытия в наш Мир. О том, что я отыскал нашего, с твоего позволения, создателя, я рассказал, только членам Круга. Учти, некоторые из них восприняли мою версию сотворения Мира с куда большим сомнением, чем ты воспринял новость о том, что я придуманный тобою герой. Ты меня понял?

– Понял-понял, – закивал я головой. – Что делать-то будем?

А делать мы решили вот что: Советчик предложил наведаться в харчевню «Трезубец Посейдона» и выждать там какое-то время, прежде чем соберутся все члены Тайного Круга. Не самый замысловатый план, но что с того?

Как только мы переступили порог харчевни, внутри меня радостно возликовал дремавший десятилетний мальчишка, мечтавший стать пиратом, чтобы бороздить морские просторы всей земли. Путь пресловутые просторы и остались там, за дверью, но вот дух пиратства и сопутствующая ему тяга к приключениям словно бы витали в воздухе, заполняя все предоставленное помещением пространство. Вокруг царил таинственный полумрак, придающий определенный шарм окружающей обстановке. Вокруг было довольно людно – за многочисленными деревянными столам здесь и там заседали мужчины. Большинство из них выглядело как бывалые морские волки, которые как пить дать вернулись из очередного дальнего плавания и теперь наверняка рассказывают друг другу истории о своих похождениях, правдивые и не очень. Вдоль столов то и дело расхаживали миловидные дамы, разносящие выпивку и сопутствующую ей закуску. Ко всему прочему комнату заливала задорная музыка, извлекаемая с помощью гитары и флейты.

Словом, не успел я и глазом моргнуть, а открывшийся Мир уже успел вскружить мне голову! Может быть, мои мечтания о морских странствиях были не столь уж безнадежны и теперь мне представился шанс воплотить их в реальность? Как только я об этом подумал, то тот час же какой-то изрядно выпивший охламон вскочил на свой стул, чем привлек всеобщее внимание.

– Карамба! – выкрикнул он, перекрывая общий гул и вздымая кружкой над головой. – Кому из вас, сухопутные крысы, хватит духа поступить на службу к самому удалому пирату в здешних морях, не беря в расчет Николаса Шарпа, конечно?

Я уже собирался было что-нибудь ввернуть, например, о своей готовности наняться матросом, как вдруг охватившее меня наваждение растопил громогласный голос Советчика.

– Старина Ник, не отставай! – позвал он меня.

Встряхнув головой, чтобы выбросить из нее лишние мысли, я двинулся вслед за своим Советчиком. К слову сказать, Бармег Ник-тульский похоже был здесь желанным гостем и пользовался у местного сброда неподдельным авторитетом. Мой Советчик пролагал себе путь уверенной, горделивой походкой, что-то насвистывая себе при этом под нос. Встречавшиеся на пути пираты и прочий люд расступались перед ним и даже порой отвешивали поклоны, несмотря на то, что своим ростом он едва ли мог достать большинству из них по пояс.

– Бармег! Вот это встреча! – приветственно провозгласило какое-то обезьяноподобное существо – не то гоблин, не то тролль.

– Давненько не виделись, Остроухий Вурч! – отозвался Бармег.

Ну, ничего себе имечко! Я сразу отметил, что Вурч был не только остроухим, но и острозубым, да еще и остроносым в придачу.

– Какими судьбами? – полюбопытствовал Вурч. – С тобой чужестранец? – он смерил меня подозрительным взглядом.

– В какой-то степени, – усмехнулся Бармег в ответ. Обменявшись любезностями еще с парой-тройкой завсегдатаев заведения, мы с Бармегом добрались до стойки трактирщика. Мой новоиспеченный Советчик ловко запрыгнул на один из стульев и в непринужденной манере обратился к хозяину харчевни.

– Эй, Боб! Как дела?

Бобом оказался толстопузый добряк в тельняшке, с пышными черными усами и повязанным на пиратский манер красным платком на голове.

– Да вот, помаленьку, Бармег, – ответил он, улыбаясь. – А что у тебя? Тебе как обычно? – Боб уже потянулся было за кружкой, как вдруг Советчик жестом остановил его.

– Нет, Боб, в другой раз, сегодня нам предстоит одна работенка, – пояснил он. – Дела мои просто замечательно, как и всегда. Круг уже в сборе? – добавил он, чуть понизив голос.

– Я видел, как ваши друзья проследовали на второй этаж, в комнату, где вы любите проводить ваши собрания, – тоже понизив голос, сообщил Толстопузый Боб. – Мне кажется, все уже в сборе, и они дожидаются только вас.

– В самом деле? Очень хорошо, – одобрил Советчик и повернулся ко мне. – Значит так, Старина Ник, я сейчас же отправлюсь наверх и сообщу нашим друзьям о том, что собираюсь представить им одного важного гостя, то есть тебя. А ты пока сиди здесь, никуда не уходи да помалкивай. И чтоб без глупостей! Договорились?

– Договорились, – повторил я, особо не задумываясь над тем, был ли у меня выбор.

– Тогда до скорого, – заключил Советчик, и ловким прыжком покинул свой стул. Он зашагал все той же уверенной походкой в сторону лестницы, затем начал подниматься вверх по ступенькам и постепенно скрылся из виду.

Лишь теперь, оставшись один на один с толпой незнакомых мне людей и человекоподобных созданий, коих здесь начитывалось не так уж и мало, я обнаружил, что мне страшно. В самом деле, что я делаю в столь мало знакомом и совершенно не внушающем доверия обществе? Надо держать ухо востро и смотреть в оба – как бы кто не надумал меня обворовать или еще чего похуже. Впрочем, что с меня было взять? Обуви вон на ногах и то нет!

Вдруг мой взгляд упал на сидящего в другом конце харчевни молодого пирата, в одиночестве занимавшего расположенный неподалеку от камина стол. На голове морского волка был повязан узорчатый голубой платок. Рассмотреть пирата как следует не удавалось из-за слонявшихся туда-сюда людей. Внезапно парень поманил меня указательным и средним пальцами правой руки. Уж не знаю почему, но я сразу же поднялся на ноги и направился к нему. С какой стати я вообще это сделал, ума не приложу! То ли это был еще один придуманной мною в далеком детстве герой, которого я узнал на каком-то клеточном уровне, то ли мне в голову просто ударила какая напасть, но всего в несколько крупных шагов я пересек разделяющее нас расстояние и бесцеремонно плюхнулся на стул, заняв место напротив.

– Приветствую тебя, странник, – сказал молодой пират, приложив все также два пальца куда-то повыше своей правой брови и отдернув их в сторону в качестве приветствующего знака. – Как твое ничего?

– И ты будь здоров, – ответил я, повторяя нелепый жест. – Мое ничего вполне себе ничего. А твое?

– Жив, и то ладно, – коротко ответил он, сохраняя серьезную мину, но уголки его губ подозрительно дрогнули. Теперь, когда мы сидели с пиратом лицом к лицу, мне было гораздо проще рассмотреть его. Как я уже сказал, голову незнакомца украшал голубой платок, из-под которого тут и там торчали лохматые светло-русые волосы. На подбородке у молодца виднелся не очень убедительный намек на рыжеватую бородку, а над верхней губой располагались схожего качества и происхождения усы. Глаза были светло голубого цвета под стать платку. На пирате была надета белоснежная рубаха, поверх которой красовался темно синий жилет. На шее пирата виднелся кулон с какими-то изображениями, напомнившие мне знаки зодиака. Несколько пальцев обеих рук украшали перстни с драгоценными камнями. Словом, вид у моего нового знакомого был под стать обитавшему в этих краях контингенту. Наверное, на его фоне я мог сойти за бездомного бродягу, особенно учитывая мой не до конца еще высохший наряд и отсутствие какой бы то ни было обуви на ногах.

– Как твое имя? – внезапно спросил меня пират. Вот тебе и раз! И что мне теперь ответить на стол уместный вопрос? Ругая самого себя, на чем свет стоит, я принялся лихорадочно соображать. Советчик велел мне помалкивать и строго настрого запретил делать глупости, но что я мог сделать, если попадать в неприятности было моим хобби, пусть даже я его и не выбирал.

– Имен у меня много, – заговорил я ни с того, ни с сего не своим голосом. – Одно страшнее другого. Если хочешь, то можешь называть меня Ник. Старина Ник.

Вот уж не знаю, с чего это вдруг Советчику приспичило называть меня таким фамильярным образом, но ничего лучше я сейчас все равно придумать не мог. Нет, был, конечно, соблазн назваться капитаном Джеком, ну тем самым, который еще любил следовать благороднейшей из пиратских традиций (убегать, если чуешь носом, что сейчас по нему будут бить), но все-таки я решил, что благоразумнее будет не прикрываться столь громким именем. Кто его знает, вдруг мои выдумки в этом Мире разбавлены фантазиями с участием моих любимых героев литературы и кино.

– Старина Ник, значит, – хмыкнул пират. – Ладно-ладно… – он отпил из своей кружки, а затем, чуть подавшись вперед спросил меня почти угрожающим шепотом: – Что ты можешь, Старина Ник?

От его интонации у меня по спине побежали мурашки и, кажется, пересохло в горле.

– В каком смысле? – через силу сглотнув, отозвался я.

– На что ты способен? – требовательно осведомился морской волк.

– Ну, так я, это, – забормотал я, судорожно соображая. – Говорят, что я умный, точнее сообразительный.

– Да ну? – тоном полного недоверия переспросил меня пират. – И как же это поможет тебе в безвыходной ситуации?

– Это в какой же, например? – с наигранным интересом спросил я.

– Да вот в этой, – сообщил пират, и в следующее мгновение я ощутил, как со спины на меня напала удушающая темнота. Я попытался было вскрикнуть и вырваться, но темнота только сильнее сдавила мне горло и с силой ударила по затылку. Дергаясь и извиваясь, я пытался высвободиться, но на обеих моих руках повисли два крепких силача, третий подгонял меня со спины. Негодяи, накинувшие мне на голову мешок, волокли меня куда-то сквозь толпу. Я попытался было позвать на помощь, но тщетно. Вдруг под ногами выросли ступени, по которым меня с силой волокли неизвестные. На мгновение мне удалось высвободить свою правую руку и будто бы даже заехать в лицо одному из моих похитителей, но я тут же получил в ответ сдачу под дых и снова был скручен по обеим рукам.

Ступени под ногами закончились, и теперь меня волокли куда-то вперед по деревянному полу. В правую ногу впилась заноза, заставив меня сморщиться от боли.

Внезапно негодяи затормозили и откинули меня назад. Я потерял равновесие и свалился на стул. Руки и ноги тот час же обвязали веревкой. Еще дергаясь и борясь за свою жизнь, я вдруг различил, как комната наполняется разными голосами.

– В чем дело? – осведомился какой-то мужчина. – Как это понимать, Сильвер?

– Лопух угодил в мышеловку, – отозвался Сильвер, в котором я тут же узнал молодого пирата. Следом раздался еще один голос, более спокойный и вдумчивый:

– Скажи мне, Сильвер-младший, а ты уверен, что применение столь варварских методов так уж необходимо? Как по мне, никакой смертельной опасности этот человек не представляет.

– С мешком на голове он представляет ее еще меньше, – сварливо отозвался кто-то третий. – Видели бы вы, как он отбивался – глаз мне подбил, пока мы волокли его сюда, теперь как пить дать будет синяк.

– Спасите! – заорал я, наплевав на последние остатки мужества и чувства собственного достоинства. – Кто-нибудь! Караул! Убивают!

– А ну заткнись! – приказал Сильвер. – Говорить будешь только тогда, когда тебе скажут.

– Помо…

– Ты что, не понял? – услыхал я прямо над своим ухом.

– Понял, – сглотнув, сказал я.

– Ну, так давай, отвечай на вопрос!

– Какой вопрос?

– Я хочу знать, кто ты.

– Но я назвал свое имя! – вскричал я.

– Да, но настоящее ли оно? И кто скрывается за столь странным именем? Кто ты такой?

– Я тот, кто придумал этот дурацкий мир! – проорал я, думая, что вконец спятил.

– Ты – что? – переспросил Сильвер.

– Я человек, который выдумал кучу героев, но не довел это все до ума! За это вы меня схватили?

– Я ему не верю, – услышал я новый голос, который оказался женским. – Он лжет.

– Послушайте, я…

– Это еще что такое! – услышал я знакомый возмущенный голос. – А ну расступитесь! Дорогу!

В следующую секунду мешок с моей головы был сорван, и передо мной возникло расплывчатое лицо моего новоиспеченного Советчика, наставлением которого «не совершать глупостей» я так легкомысленно пренебрег.

– Тысяча чертей! – негодующе воскликнул он. – Как это прикажете понимать?

Советчик, надувшись от негодования, круто повернулся к толпящимся за его спиной силуэтам, которые, очевидно, принадлежали моим похитителям.

– Сильвер-младший! Это твоих рук дело, – Советчик не спрашивал, а утверждал.

– Да ладно тебе, Бармег, – отозвался какой-то весельчак. – Здорово же вышло!

Часто моргая и настраивая свой зрительный аппарат, я обнаружил перед собой молодого пирата, с которым совсем недавно разговаривал в общем зале, но вот что странно, от былого угрожающего вида не осталось и следа – парень выглядел радостным и безобидным.

– Не бери в голову, Старина Ник, – подмигнул он мне. – Просто мне хотелось воочию посмотреть, что представляет собой тот фрукт, которому угораздило меня выдумать. – Парень расхохотался, не обращая внимания на то, как Советчик продолжал сурово сверлить его взглядом.

– Тоже мне, нашел повод шутить, – недовольно произнес он.

– Будет тебе дуться! – невозмутимо отозвался Сильвер. – Это была просто шутка.

– Весьма своеобразное у тебя чувство юмора, Старина Ник, – известил меня Советчик, не отрывая взгляда от Сильвера.

– У меня? – чуть было не задохнулся я от возмущения. – Я-то здесь причем?

– Притом, что Сильвера ты придумал сам, а посему и за выходки его тоже отвечаешь сам. Раз уж ты не потрудился наделить его должным воспитанием и чувством меры, то все обиды на сей счет прибереги для себя самого. Ну да ладно, пошутили и будет. Сильвер, ну-ка прикажи своим парням освободить нашего гостя да поживее!

– Будет сделано, кэп! – Сильвер отвесил шутливый реверанс и, щелкнув пальцами, велел освободить пленного, то есть меня. Получив свободу я первым же делом ощутил желание дотянуться до ближайшего предмета интерьера и огреть им кого-нибудь по башке, неважно кого – Сильвера, его приспешников, да хоть самого Бармега в конце концов! Если бы не он, меня бы вообще здесь не было!

– Тебе еще повезло, что все было понарошку, – заверил меня Сильвер. – В противном случае, одним ушибленным затылком ты бы не отделался.

– Уж ты у меня точно одним ушибленным затылком не отделаешься, – проворчал я. На самом деле мой голос прозвучал куда храбрее, чем было на самом деле. Я обвел глазами комнату и отметил, что помимо Сильвера здесь присутствовало еще несколько весьма необычайно харизматичных личностей, но прежде чем я успел их как следует рассмотреть, Бармег распорядился:

– Так, Сильвер-младший, будем считать, что на этом твой маленький розыгрыш подошел к логическому завершению, а теперь нам нужно серьезно поговорить. Так что вели своей шайке ждать тебя снаружи.

– Бармег, они все равно уже все слышали, – попробовал возразить пират. – К тому же ты знаешь, каждый из моих ребят нем как рыба.

– Не сомневаюсь. Но мне не нравится, что вместо одного безмозглого морского кальмара здесь обитает целых четверо! – рявкнул Бармег.

– Понял, не дурак, – согласился Сильвер, и, сунув два пальца в рот, свистнул своей тройке помощников. – Эй, ребятки, марш вниз. Приказываю вам веселиться, плясать и кутить. Вам все ясно?

– Есть, кэп! – хором отозвались они, и горделиво задрав носы, бодрым маршем проследовали на выход.

– Ну вот, – Сильвер уселся на стол. – Дело сделано, теперь можно и языками почесать.

– Да уж, Старина Ник, – вздохнул Советчик. – Все вышло совсем не так, как я ожидал, и ведь виноват в этом, прежде всего, ты! Если не сказать, что ты один.

Теперь уж настал мой черед ворчать.

– Скажете тоже, – обиделся я. – Вы что же, теперь все смертные грехи на меня будете вешать? На голову мне мешок одели, потому что я, видите ли, выдумал пиратов, которым это пришлось по вкусу, по голове меня ударили, потому что драться я этим сорвиголовам не запрещал, ну а чуть не придушили меня, конечно же, потому, что задумывались эти негодяи, как профессиональная шайка бандитов. Я угадал?

– Не то чтобы угадал, но суть уловил, – одобрил Бармег. – Ладно, чего уж там, по умолчанию обвинять тебя во всех наших поступках было бы не вполне справедливо – времена, когда наши действия зависели от тебя одного, давным-давно минули. С тех пор мы научились сами принимать решения и не бояться приводить их в исполнение. Понимаешь о чем я?

– Да уж, конечно, – недовольно ответил я, потирая ушибленное место.

– Вот и славно, что понимаешь, – заключил Бармег. – Старина Ник, – торжественно продолжил он. – Позволь мне представить тебе наш Тайный Совет в почти что полном составе. Перед тобой собрались некогда придуманные тобой герои, которым крайне небезразлична судьба Королевства, в котором ты обрек нас на беспризорное существование. Прежде всего, разреши мне представить тебе нашего основателя – великого магистра и чародея Фелимаруса.

Фелимарус оказался знатным высоким старцем, худощавым на лицо, с длинной седой бородой и такими же спадающими ниже плеч длинными волосами. На голове у колдуна красовалась остроконечная шляпа, опирался волшебник на посох – ну, словом, классика жанра. А между тем Бармег продолжал:

– Далее, – сказал он, – я хочу познакомить тебя с нашим прославленным следопытом Элвиндилем, выходцем из древнего рода эльфийских племен.

Эльфом-следопытом оказался стройный светловолосый юноша в зеленом костюме, который оказался бы в самую пору Питеру Пэну. Его приветствие ограничилось коротким кивком. Не рукопожатия, не даже улыбки не последовало – как и предупреждал меня Бармег, на мою персону здесь явно смотрели с подозрением.

– А эта обворожительная дама – Джессика, – представил Бармег рыжеволосую девицу. – Она у нас вигилант. Как никто ориентируется в горах, джунглях и даже пустыне. Излазила там все вдоль и поперек. По крайней мере, сама так утверждает. Кстати, – чуть понизив голос, добавил Советчик. – Скажу наперед, о своих заслугах она, конечно, может преувеличивать, но не то чтобы сильно.

Боевой наряд Джессики меня впечатлил. Больше всего девушка смахивала на еще одного флибустьера – дерзкий взгляд, пиратский камзол, высокие сапоги, два заткнутых за пояс кинжала. Скрестив руки на груди, Джессика взирала на меня без особого дружелюбия

– И наконец, наш именитый сыщик – мистер Шеррингтон.

Джентльмен в охотничьем костюме сделал шаг вперед. В отличие от всех других, Шеррингтон одарил меня сдержанной, но доброжелательной улыбкой и даже склонил голову в полупоклоне. В правой руке сыщик держал курительную трубку, вот только было непохоже, чтобы внутри нее был забит табак или еще что бы то ни было другое.

– Ну, вот, пожалуй, и все, – подытожил Советчик. – С Сильвером-младшим ты уже знаком, так что в моем представлении он не нуждается, а что касается Борофура, то он отбыл из Долины по одному моему важному поручению.

Советчик сделал паузу, провел рукой по своим раскосым усами и заговорил вновь:

– Друзья мои! Я обещал вам, что найду человека, который выдумал наш Мир, и сделал это. Я чую, как от некоторых из вас исходит недоверие, и вполне могу это понять, но призываю вас закрыть глаза на ваши предубеждения и довериться мне, как вы делали это и раньше. Я никогда не давал вам дурных советов и впредь этим заниматься не намерен, а потому прислушайтесь к моим словам – перед вами единственный человек во всех выдуманных и невыдуманных мирах, который может положить конец напавшей на нас смуте.

Прозвучал это на мой вкус слишком театрально, а поскольку находились мы не на сцене, то выглядело это все, по меньшей мере, нелепо.

– Так значит, – заговорил Фелимарус, – с твоей помощью мы сумеем отыскать Сокровищницу?

– Ага! Значит, мы все же отправляемся на поиски Артефакта! – обрадовался Сильвер. – Свистать всех наверх!

– Вот тебе раз! – восхитился я. – Уже и Сокровищница какая-то нарисовалась и Артефакт к ней в придачу. Бармег, может быть, ты немного введешь меня в курс дела?

– Все-то тебе расскажи, – притворно заворчал он. – Старина Ник, ты сильно удивишься, если я скажу тебе, что о существовании некой Сокровищницы, скрывающей несметные богатства, слагают легенды все кому не лень в нашем Королевстве? Их вполне можно было бы принять за местный фольклор, но, как известно, ни одна небылица не возникает на пустом месте. О существовании Сокровищницы свидетельствует несколько авторитетных персон нашего Королевства, в том числе магистр Фелимарус.

– А что за Артефакт? – продолжал я расспрос.

– Все легенды и мифы о Сокровищнице неизбежно сопровождаются слухами об этом неведомом могучем Артефакте, – промолвил чародей. – Артефакт дарует своему обладателю неведомую силу. Если это не просто слухи, и он действительно существует, то обладание такой вещицей может изменить расстановку сил во всем Королевстве.

– Поэтому наши враги носом землю роют, чтобы найти его, – встряла Джессика. – Хотят прибрать его к рукам первыми.

– Этого ни в коем случае нельзя допустить, – нахмурился эльф-следопыт, чье имя я не соизволил запомнить. – Если силы Тьмы завладеют Артефактом, это станет гибелью для всех нас.

– Кажется, я понял, куда вы клоните, – проговорил я, преисполненный энтузиазма. – Похоже, мне предстоит возглавить экспедицию, целью которой будет нахождение этого самого Артефакта, чтобы спасти это ваше-наше Королевство, я прав?

– Почти угадал, но ошибся в самом главном: возглавлять тебе ничего не придется, – спустил меня с небес на землю Бармег. – Ишь ты, выискался командир! Мал еще пока, чтобы таким ответственным делом заниматься. Сквозь огонь и воду, Старина Ник, вас поведу я. Вдвоем мы в дорогу, конечно же, не отправимся – не по силам нам в одиночку проделать такой путь. Впрочем, по силам, а все же придется тяжеловато. Поэтому компанию нам составят Элвиндиль, Джессика и Сильвер-младший.

– Радость-то какая! – скривился я, услыхав последнее имя. – Бармег, а что, нам так уж обязательно терпеть общество этого типа? Какой от него, собственно, прок?

– Вот так поворот! – опешил пират.

– Понимаю твое недовольство, – кивнул Бармег. – Сильвер действительно переборщил, устроив такой прием по случаю твоего прибытия в Королевство… Как ты давеча выразился? Ваше-Наше Королевство? Так вот, о чем это я? Твоя неприязнь к нашему мореплавателю вполне понятна, да только вот ты совершаешь большую ошибку, лишая Сильвера шанса завоевать твое доверие.

– Как бы не так! – не удержался я. – Этот пират сам лишил себя такой привилегии, когда ему захотелось надеть мне на голову мешок.

– Да уж, такое нередко случается, что у людей расходится представление о том, что такое чувство юмора, – изрек Шеррингтон. – И еще более странным это делает тот факт, что выдумавшему Сильвера фантазеру, пришлась не по душе разыгранная им шутка.

Я хотел было возмутиться, но промолчал. Какой смысл спорить, если на каждое мое слово у Бармега был готов один ответ: сам нас придумал, так теперь сам же и отвечай. Самое обидное то, что в этом было слишком много правды, так зачем же тогда напрасно надрывать свои голосовые связки?

– Старина Ник, – заговорил Бармег, от которого, судя по всему, не укрылась моя внутренняя борьба с самим собой. – Вопрос заключается не в твоем внутреннем комфорте, получаемом от общения с нашими попутчиками, а в том, что мы можем сделать сообща. Сильвер, или как мы его еще накликаем Сильвер-младший, очень смышленый малый. Он, конечно же, безрассуден, но именно это помогает ему идти вперед и выходить сухим из воды.

– Хорошо, будем считать, вы меня убедили, – отозвался я, понимая, что спорить бессмысленно. – Но объясните мне вот что: почему мы не берем с собой магистра Фелимаруса? Разве нам не пригодится помощь волшебника в таком походе?

– Магистр Фелимаруса – глава нашего Тайного Круга, – напомнил мне Советчик.

– А чтобы корабль оставался на плаву, его капитан должен быть на своем месте, - объяснил Фелимарус. – Пока вы будете странствовать, без дела я сидеть не стану, уж поверь.

– Хорошо, – согласился я. – А как же Шеррингтон?

– Наш сыщик – хорош в своем деле, – с расстановкой произнес Бармег. – Вот только едва ли нам потребуются навыки частного детектива в горах, джунглях и пустыне. К тому же Шеррингтон нужен здесь. Во-первых, кто-то из Совета обязательно должен быть при Фелимарусе, ведь всегда может произойти невесть что. А во-вторых, нашим горожанам гораздо спокойнее, когда рядом находится такой человек как Шеррингтон. Еще никогда он не отказывал в помощи тем, кто в ней нуждается.

– Вам виднее, – не стал спорить я. – Значит, отправляемся на поиски Сокровищницы утвержденным составом. Эй, Сильвер! Будь готов, как бы в пути на твою долю не выпала какая-нибудь нежданная примочка.

– Давай-давай, – неожиданно развеселился тот, потирая руки от нетерпения. – Посмотрим, кто кого переплюнет.

– Эй, клуб веселых и находчивых, вы смотрите, чтобы ваши выходки не навредили кампании, – грозно сверкнул глазами Советчик. – Выдвигаемся завтра на рассвете.

– Завтра? – обладал я. – На рассвете?!

– А ты как хотел? – вопросом на вопрос ответил Советчик. – Думал, мы тут для пущего эффекта драматизм нагнетаем? Неприятностей у нас с каждым днем прибавляется, а вот времени наоборот все меньше. Так что мешкать никто не собирается.

– Да ладно тебе, Старина Ник, – подал голос Сильвер. – У нас впереди еще целая ночь – представь, сколько всего мы успеем за это время!

– Я скажу, что вы успеете, – пресек его Бармег. – Как следует выспаться и набраться сил. Но после ужина.

– Кто-то сказал про ужин? – еще пуще прежнего оживился Сильвер. – Это как раз по мне!

Пресловутый ужин прошел внизу в общем зале и превзошел все мои скромные ожидания. Толстопузый Боб лично проконтролировал, чтобы на нашу трапезу было приготовлено одно из моих самых любимых блюд. Уж не знаю, в чем именно крылась причина этого следствия: то ли повара намеренно решили мне угодить, то ли они на подсознательном уровне чувствовали мои вкусовые предпочтения – судить не берусь, в любом случае я остался очень и очень доволен.

К столу была торжественно подана картофельная похлебка с обжаренными грибами и луком. Насколько я мог судить, грибы по своему вкусу и внешнему облику довольно сильно смахивали на опята, хотя кто его знает насколько далеко ушла органическая и неорганическая природа данного Мира от моего собственного. Похлебка сопровождалась многочисленными овощами, в которых я к своему удовольствию опознал помидоры, огурцы, морковь, капусту и даже баклажаны. Ко всему прочему каждому из нас был предложен сметано-сырный соус, который придавал особенно пикантный вкус нашей и без того отменной трапезе. Вдоволь набив животы наша команда принялась обсуждать какие-то малопонятные моему уху вещи, а посему я просто сидел на своем месте и, превратившись в слух, наслаждался игравшей музыкой.

– Ну что же, – раздался голос Бармег, выдернувший меня из полудремы. – Будем считать, что ужин удался.

– Еще бы! – не удержался я. – Удался – это еще мягко сказано. Я-то признаться и не рассчитывал, что кто-то из обитателей здешнего Мира может так вкусно готовить пищу, ведь я в этом деле, мягко говоря, талантами никогда не блистал.

– У тебя что же, в самом деле было время над этим подумать? – удивился Бармег. – Похоже, что пора тебя как следует чем-нибудь озадачить, Старина Ник, раз у тебя хватает время на обдумывание таких глупостей.

– Эй, ротозеи, Боб приготовил нам чай, – известил Сильвер, ставя на стол поднос, на котором уместилось не только несколько кружек, но и какая-то стряпня. Сильвер протянул чай всем желающим. Про меня пират вспомнил в последнюю очередь.

– Держи, Старина Ник, – протянул он мне кружку. – Не серчай за сегодняшнее, очень уж был велик соблазн.

Сказать по правде я вовсе не был настроен так быстро прощать моего обидчика, но вкусная пища всегда действовала благоприятно на мое состояние духа – я с радостью принял кружку и тут же сделал приличный глоток. В следующее мгновение я чуть было не взорвался от неожиданности – напиток обжег мое горло и устремился вниз к желудку. Глаза мои заслезились, и картинка перед ними поплыла.

– Это что еще такое? – только и выдавил я, растеряв способность формулировать мысли и думать вообще.

– Упс, какая жалость, кажется, я перепутал бокалы, – известил Сильвер. – Как раз хотел пропустить стаканчик-другой крепкого рома.

– Рома? – перед глазами у меня все плыло.

– Ага. Приправленного элем, – добавил пират.

– Сильвер, гром тебя разрази! – рявкнул Советчик. – Угомонишься ты или нет?

– Да ладно тебе, Бармег, – отмахнулся он. – Зато теперь Старина Ник проспит крепко всю ночь, разве нет? А утром проснется как огурчик.

Не помню точно, что сказал ему на это Бармег, зато помню, как меня подхватили пару человек и куда-то поволокли.

– Ну, перебрал парень, с кем не бывает, – продолжал лопотать Сильвер, словно бы объясняя присутствующим мой непотребный вид. – Верно, Старина Ник?

Как только он это сказал, я почувствовал, как подо мной появилась мягкая постель, готовая принять меня в свои объятия.

– Пятнадцать человек! – провозгласил я.

– Чего? Каких еще пятнадцать человек? – услышал я голос Бармега.

– Не знаю, то есть не помню, – признался я. – Там еще был замешан какой-то мертвец.

Бармег довольно гоготнул, после чего, как ему и полагалось, дал мне самый мудрый совет во Вселенной:

– Давай-ка спи, Старина Ник, – сказал он. – Утро вечера мудренее!

– Наверное, хотя по утрам мне так не кажется, – сознался я. – Бармег, погоди, я хотел спросить…

– Завтра спросишь, – пресек он мою попытку.

Как же так? Это не могло ждать до завтра! Завтра мы собирались двинуться в поход на поиски того самого Артефакта, который поможет нам победить Темные силы, но… Я только сейчас понял, что если в Нашем-Вашем Королевстве обитают герои, которых я выдумал, то значит и злодеев этого Королевства я выдумал тоже! А если так, то, как же мне тогда принять чью-то сторону?

Нет, так не пойдет. За раз всего не решишь – надо придержать гипогриффов. Первый шаг сделан, начало положено, а значит, за ним последует и продолжение. Найдя в этой приятной мысли консенсус, я провалился куда-то туда, где и положено отдыхать сознанию от несовершенной физической оболочки.

 

читателей   96   сегодня 2
96 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...