Старый дом

Глава 1

– Ну что же милочка, поздравляю, тебе можно сказать повезло! Сразу же после детского дома получить нормальное жильё, это, знаешь ли, бывает очень редко! С этими словами, чиновница из местной мэрии положила передо мной пластиковую папку с документами,

– Ознакомься, пожалуйста, – сказала она и уставилась на меня увеличенными линзами очков, круглыми глазами. Я, слегка волнуясь, открыла папку и вытащила бумаги. Паспорт на дом, ордер, справки из ЖКХ о том, что, долгов нет, всё нормально, кроме одного…! Это дом! Другими словами, отдельно стоящее здание! Я потихоньку вздохнула, мысли пришли в голову невесёлые.

– «Вот же… блин, а! Почему же мне так не везет-то! Если отдельно стоящее строение, то, хана, однако! Жить в таких, как правило, невозможно! Да собственно и квартиры-то нам редко достаются в приличном состоянии! А если я сейчас откажусь, это будет моим третьим отказом, больше уже предлагать не будут! Потом жильё от государства можно будет получить только через суд! А на это годы уходят! А жить где-то надо!» И я ещё раз, уже не скрываясь тяжело вздохнула. Первый раз, мне была предложена полностью выгоревшая угловая квартира на первом этаже девятиэтажного дома, в стыки плит которой, свободно проходила моя ладонь, и была видна улица. Второй раз, был уже отдельно стоящий домик, маленький аккуратный, было видно, что он содержался в порядке. Это был бы прекрасный вариант, но, я даже туда зайти не смогла! В этом доме умер его хозяин, и пролежал всё лето. Трупный запах пропитал весь дом, казалось, что его стены даже снаружи пахнут! Ужас! Я не пугливая, и если бы тело убрали вовремя, до того, как оно разложилось до такой степени, я бы согласилась на этот дом! Но, трупный запах никакой краской не замажешь, его впитывает всё, и дерево, и кирпич!

Видимо, поняв причину моего скрытого горестного вздоха, чиновница сняла очки, потерла глаза, и подслеповато щурясь, снова посмотрела на меня.

– Я понимаю, о чём ты думаешь! – вдруг улыбнувшись мне, сказала она и развела руками. – Ничего не поделаешь, такова система! По крайней мере, пока! Но, всё больше и больше сиротам стали давать нормальное жильё, да ты, и сама об этом знаешь! Ну да, я об этом знала, однако, сама в категорию этих счастливчиков пока никак не попадала!

– Но, смею тебя заверить, дом очень хороший!

– Если дом такой хороший, почему Вы отдаёте его мне? Для этого, наверное, есть веская причина? Чиновница опять сняла очки, и с уже заметным раздражением положила их на стол,

–Мы его продавали, наверное, раз десять! Покупатели находились быстро, однако, самое большее, опять же, через месяц, сделка купли-продажи расторгалась, деньги возвращались, и дом опять оказывался у нас на балансе!

– А почему? – осторожно спросила я, и сжалась от предчувствия того, что мне сейчас ответит чиновница.

– Почему? – усмехнувшись, переспросила меня женщина.

– Да чёрт его знает почему! Говорят, что в нём приведение живёт! Бред конечно, но, я от всех бывших жильцов это слышала! Я смотрела на женщину, и чувствовала, как моя физиономия расползается в улыбке. О Господи! неужели мне наконец-то повезло? Меня, прожившую всю свою сознательную жизнь, да что там сознательную! Вообще, всю жизнь! В доме, где правили бал две сотни малолетних чудовищ, таких же, как и я! Не могло испугать какое-то там привидение! Заметив мою улыбку, женщина тоже улыбнулась и сказала,

– Ну что же, как я вижу, отказываться от предложенного жилья ты не будешь? Я, продолжая улыбаться, покачала головой, явно давая понять, что не буду.

– Тогда, распишись, пожалуйста, вот здесь, здесь… Я оставила ей кучу автографов, забрала папку с документами, и попрощавшись, пошла на выход.

Это был не дом! Это была мечта любого обеспеченного человека! Я уже молчу о детдомовке вроде меня! Участок, на котором он стоял был не очень большой, и откровенно говоря «диковатый», невооружённым глазом было видно, что за ним никто не следил, и он успел прийти в запустение. Подойдя ближе к дому, я опустилась на очень кстати подвернувшуюся под мой зад скамейку, и чуть не всплакнула от умиления. Строение было каменное, вдоль всего фасада протянулся балкон, или терраса, огороженная каменными перилами. С террасы собственно и можно было войти в сам дом через двойные массивные двери. С обеих сторон от входа находились большие окна, раскинувшиеся почти на всю ширину стен. И самое, на мой взгляд, прекрасное, было то, что у этой террасы была крыша, роль которой играл балкон второго этажа, протянувшийся также вдоль всего фасада. Опирался Балкон на четыре изящные колонны, две из которых расположились с двух сторон от входа, и две колонны стояли по краям террасы. Я посидела ещё немного, а потом решила, что хорошего много не бывает, и решила посмотреть, что там внутри.

К сожалению, на старых дверях, стоял современный замок, ключ от которого мне вручили вместе с документами о владении этой роскошью! Я зашла в дом и поняла, что сказка продолжается! Прямо от дверей начинался просторный холл, у правой стены которого пристроился самый настоящий камин. Прямо напротив входной двери, у задней стены обнаружилась лестница, ведущая на второй этаж. С левой стороны виднелся вход ещё в какое-то помещение. Я с удовольствием вдохнула затхлый воздух и пошла налево, смотреть, что там такое. А там оказалась кухня, большая кухня, посреди которой стоял здоровенный старинный стол. Стол был красивый, на резных ножках, его видимо только поэтому и не выкинули, несмотря на то, что вся столешница покрылась мелкой путиной трещин в полировке. Кухонного гарнитура как такового не было, вдоль одной из стен, были установлены несколько тумб под стать столу, в одну из таких тумб была встроена мойка. Из кухни имелся выход во внутренний дворик, где я увидела навес, под которым имелся довольно приличный запас поленьев.

Я вышла из кухни, и под лестницей, ведущей на второй этаж, обнаружила ещё одну дверь. Эта дверь была вагонного типа, и сдвигалась в сторону, что мне крайне не понравилось, видимо у одного из хозяев дома, с вагонами было связано что-то приятное. Я заглянула в «вагон», и поняла, что попала в довольно приличный санузел, выложенный крупной плиткой салатного цвета, конечно, не самый мой любимый цвет, но, пойдёт! Это чрезвычайно полезное помещение содержало в себе ванну и унитаз. Оценив помещение, и воспользовавшись одним из его приспособлений по прямому, так сказать назначению, я пошла на второй этаж. Лестница была удобная, не очень широкая, но, и не узкая, в самый раз, как для меня делали. На втором этаже, прямо от лестницы начинался ещё один холл, в котором было такое же, как и на первом этаже, большое окно. Слева и справа в холле, имелись двери, которые вели в большие спальни. Я побывала в обеих и обнаружила, что из спален, на балкон ведут двери. Причём в одной из спален, сохранилась старинная железная кровать, комод, и зеркало, совмещённое с тумбой, стоящей на полу. Я обратила внимание на зеркало, потому что оно, было старым, но, на нём не было ни одного безобразного развода, на которые я насмотрелась в детском доме. Оно было идеально чистым, и целым. По всей вероятности, когда-то, это была женская комната, так как стены были обтянуты давно выцветшим розовым полотном.

Осмотрев весь дом, я вышла на террасу, оттёрла от грязи и пыли забытое кем-то из предыдущих владельцев пластиковое кресло, уселась в него, опять вытащила бумаги и стала их ещё раз внимательно изучать. Слишком уж хорошее место это было! Слишком хороший и большой дом, чтобы его вот так вот взять, и отдать детдомовке! Я примерно представляю, сколько миллионов, этот дом может стоить, но, подозреваю, что я, скорее всего, значительно занижаю его реальную стоимость. Я положила папку на перила террасы и тяжко задумалась. И чем больше я над этим думала, тем неуютнее мне здесь становилось, да так, что я начала оглядываться по сторонам.

– «Ну, хорошо!» – начала я рассуждать сама с собой, – «Если кто-то из власть имущих решил завладеть этим домом, то он не может этого сделать по одной причине, дом принадлежит государству, вернее, он находится на балансе местного муниципалитета! Так? Так! А значит, чтобы вывести его из-под надзора местной мэрии, его надо кому-то «впарить», вернее продать! Так? Так! Они его впарили мне, и после этого, меня, скорее всего, должны будут убить! Ну а что, родственников у меня нет, наследников тоже, вот и получается, что дом оказывается брошенным и тогда, местная мэрия будет делать с ним всё, что захочет! Например, продаст кому-нибудь своему, за копейки!» Я встала и начала ходить по террасе.

– «Не, ерунда какая-то получается! Во-первых, я смогу приватизировать этот дом только через пять лет. Если меня «грохнуть» сейчас, то дом благополучно опять повиснет на балансе муниципалитета! А им оно надо!? Скорее всего, нет, если уж они его мне отдали! А может они решили подождать пять лет, и потом меня убить? Нет, тоже фигня какая-то, за пять лет, я могу пять раз выйти замуж, родить пятерых детей от разных мужей, и тогда вокруг моего трупа будут скакать пять прямых наследников, и человек тридцать со стороны бывших свекровок! Нет, тоже не вариант!» Находившись по террасе, я опять уселась в кресло

– «А почему собственно они не могли убить тех, кто в частном порядке купил у них дом? Да потому что, это какой-то бред с моей стороны!» Поняв, что окончательно запуталась, я успокоилась. По крайней мере, пять лет об этом можно не думать. Переночевала я вполне нормально, взгромоздилась на стол, на кухне, положила под голову сумку, укрылась курточкой, и проснулась только утром. Я конечно пробовала, на втором этаже в «розовой» спальне на кровати устроиться, но, пружины из неё слишком уж выпирали, так что даже мне, привыкшей к «спартанским» условиям детского дома, лежать на них было невмоготу!

А вот сейчас, я сидела в уютном кафе с газетой в руках, пила кофе, и выискивала, где подешевле можно купить мебель с рук, и желательно в одном месте, чтобы поменьше за доставку платить. Минут через двадцать нашла то, что мне нужно, созвонилась с владельцем, позвенела для него голоском, похихикала, и через полчаса, уже разглядывала то, что мне надо, расставленное в большом гараже. Продавец, молодой человек, лет двадцати пяти, довольно приятной наружности, готов был мне отдать всё задаром, когда я, в своей фирменной юбке, посеменила перед ним ножками, несколько раз нагнулась, проверяя мягкость дивана и кровати. А уж когда я прилегла на этом самом диване, проверяя, удобно ли мне, он чуть слюной не захлебнулся. Хороший, в общем, человек.

 

Глава 2

 

Я очень хорошо рисовала, и после небольшой проверки, смогла устроиться на работу в местный театр, помощником оформителя, зарплата конечно не большая, но, на питание мне вполне должно было хватить. Ну и конечно же, я подрабатывала, не без этого, каждые выходные выбиралась в парк, и в компании с другими непризнанными талантами, рисовала отдыхающих, что приносило для меня весьма ощутимый дополнительный доход.

В театре тоже сложилось всё вполне удачно, сам художник-оформитель являлся престарелым фанатом своего дела, и считал, что всемирно признанные гении вроде Сурикова или Айвазовского ему и в подмётки не годятся, так как они никогда не рисовали афиш, и не расписывали декораций на сценах. Может быть, они в начале своей карьеры конечно и занимались такими делами, но, мой фанатичный начальник этого не знал, да и узнавать-то, не стремился! А когда я энергично поддержала его в теории, что все художники должны пройти суровую школу театра, я стала его другом! На мои прелести, он внимания не обращал совершенно, и я была рада, что смогла найти работу благодаря своему таланту, а не смазливой внешности!

Прошло уже два месяца! Два! И ничего! Всё нормально! Никто меня не беспокоил, никаких тебе призраков, или приведений! Никаких сверхъестественных сил я не наблюдала! Хотя, честно говоря, по прошествии месяца, чувствовала некоторое напряжение, которое сама на себя и нагнала, вспомнив, что все предыдущие жильцы, через месяц уже сваливали! На работе, у меня появилась пара подружек, играющих второстепенные роли в спектаклях, и жизнь покатила своим чередом. Она катила спокойно до тех пор, пока одна из моих подруг не осталась в очередной раз у меня ночевать, и на следующее утро, я не зашла к ней в «розовую» спальню, где она всегда спала, когда оставалась у меня с ночёвкой. Вот тогда, она и спросила меня, когда я уже обдеру эти кошмарные стены, и не обклею их нормальными обоями. Я с энтузиазмом поддержала её, и сказала, что в ближайшее время этим и займусь! Мы ещё некоторое время обсуждали, что в этой комнате надо будет переделать, что надо выкинуть, и всё в таком же духе. А ночью, когда я уже засыпала, в этой самой «розовой» спальне раздался какой-то грохот, я, не побоявшись, включила свет, зашла в комнату, и увидела, что на полу лежит тумбочка, неизвестно какими хозяевами забытая в этом доме. Это было уже ой-йо-йо! Тумбочка сама по себе упасть не могла, но, я решила не обращать на это внимание, может какое-то микро-землетрясение, я слышала, такие землетрясения иногда бывают, и которое я не заметила, так как уже засыпала, ну а тумбочка заметила, и упала.

На следующий день, после работы, сходила с подружками в кино, и когда вечером добралась до дома, на улице уже темнело. Рассиживаться долго я не стала, поужинала, и направилась спать, прихватив с собой на всякий случай, тяжёлую удобную палку, которую я нашла на участке ещё в первые дни проживания, и специально привела в порядок, чтобы использовать в качестве орудия защиты.

Я ещё не успела заснуть, когда услышала, как в «розовой» спальне кто-то начал ходить, он ходил взад и вперёд, а потом, раздался шум падения,

– «Опять тумбочка упала» – машинально подумала я, сжимая в руках свою палку. А потом, хлопнула дверь спальни, и я с ужасом услышала, как шаги через холл приближаются к моей комнате. Вот они замерли возле моей двери, послышалась какая-то возня, и дверь слегка вздрогнула от лёгкого удара, я, вытаращив глаза, подскочила с кровати, и замерла посреди комнаты, замахнувшись палкой для удара. Мне было страшно! Мне было реально страшно, но, я поймала себя на мысли, что я только боялась, а вот ужаса, заставляющего бежать и терять рассудок, я не испытывала! Я чётко знала, кто бы сейчас не зашёл в мою спальню, я его «окучу» своей дубиной! Если это кто-то топает, значит, он имеет какую-то плоть, а значит, он пожалеет, что ввалилось в спальню к слабой девушке! Порог моей спальни может пересечь только тот, кого я сама приглашу этот порог переступить! Видимо поняв, что запёршаяся в спальне особа больна на всю голову, и поэтому, лучше не рисковать потусторонним здоровьем, этот кто-то потоптался возле дверей ещё минут десять, а потом, утопал обратно в спальню, грохнув напоследок дверью. Заснуть я смогла только под утро. А когда проснулась, и увидела, что на улице радостно светит солнышко, и орут птички, ночные страхи отошли на задний план, и я даже заглянула в «розовую» спальню. Тумбочка лежала на боку, но, на этот раз, я её поднимать не стала, и даже больше того, я вынесла из спальни всё, что могло падать, и злорадно подумала, – «Теперь посмотрим, чем ты греметь будешь! Зараза такая!»

На работу я еле успела, а сегодня, между прочим, было важное событие, сегодня должна была прибыть важная городская комиссия и принять наш «афишный» шедевр. Когда я прибежала на работу, «фанатик» сразу же загнал меня на «леса» нанести последние штрихи, а сам ускакал встречать комиссию. Переодеться, я, разумеется, не успела, натянула прямо на блузку халат, и вдруг поняла, что этот халат, по длине, точно такой же, как и моя юбка. Комиссия как назло показалась быстро. Это были четыре представительных мужчины, и одна немолодая женщина, кто это такие я не знала, и никогда их не видела, поэтому, плюнула, на всё, и решила, – «Если хотят, пусть смотрят, может, порадуются на старости лет, а от меня не убудет!» Я краем глаза видела, как эта толпа подошла и припарковалась прямо подо мной. Вот они задрали головёнки, и разом, перестали галдеть, наступила прямо-таки, «театральная» пауза! А потом они разом заблажили, перебивая друг друга, и цокая языками! Я сумела разобрать только, «Отлично!» «Прекрасный ракурс!» «Смотрится просто восхитительно!» «И формы такие, знаете ли, привлекательные!» «Обратите внимание господа, всего, в меру…!»

Мой «фанат» был счастлив! Правда, кайф мужикам чуть было не обломала женщина, которая засомневалась в гениальности произведения, но, на неё в четыре глотки вежливо заорали, что она, будучи работником из сферы образования, а значит, человеком далёким от театра, ничего не понимает в высоком искусстве афише писания. Женщина обиделась, отошла в сторонку, и надулась. Мужики ещё минут десять стояли, и глядя вверх, сожалели о том, что картину нельзя потрогать руками.

Когда комиссия, налюбовавшись на нас с афишей ушла, я в течение часа закончила наш шедевр, и когда спустилась с «лесов», столкнулась с «фанатом», который пришёл счастливый и пьяненький. Он обрадовал меня тем, что нам выписана хорошая премия, и после чего, отпустил меня на все четыре стороны, куда я с удовольствием и направилась. Домой я вернулась с двумя битами, которые прикупила в спортивном магазине. Одну биту положила под диван в холле на первом этаже, а вторую, устроила на кровати в своей спальне. Я твёрдо решила, что из своей спальни, и из своего дома не выселюсь! Биться буду!

Вечер прошёл как обычно, я поужинала, помыла посуду и озаботившись тем, что боевые действия должны проходить в комфортных условиях, притащила в спальню термос с кофе, коробку сока, наделала бутеров, всё это заботливо разложила на комоде, чтобы под рукой были. А то мало ли, вдруг, я в осаду к кому-нибудь попаду! Ну, вот вроде и всё! Ждём-с, так сказать! Как оказалось, мой призрак был неучем, и классики жанра не придерживался совершенно! Кровать в «розовой» спальне начала скрипеть далеко до полуночи. Скрипела она монотонно, с равными промежутками времени между скрипами, складывалось впечатление, что кто-то на кровати прыгал, ну или занимались чем-то другим, очень похожим на… Я нервно хохотнула, представив, как два призрака занимаются сексом на кошмарной, столетней панцирной кровати.

– «Нет, ты смотри, что творят, ни стыда, ни совести! Можно сказать, средь бела дня… при всём честном народе…!» Я ещё некоторое время перекатывала в мозгу эту привлекательную мысль, а потом решила! – «Если из спальни начнут раздаваться ещё и стоны, я не выдержу и пойду смотреть! Я просто не смогу бороться с таким «великим» искушением!

Но, идти мне никуда не пришлось, скрип прекратился, хлопнула дверь, и я услышала приближающиеся к моей комнате тяжёлые шаги. Я взяла с кровати биту, удобнее перехватила её, пару раз взмахнула, приноравливаясь к ней и злобно прошипела,

– Ну давай козлина! Заходи, если ты думаешь, что сможешь поиметь меня на моей же кровати, то ты глубоко заблуждаешься! Не для тебя я эту кровать грела! За дверью кто-то опять начал топтаться. Я, чувствуя, как ко мне на мягких лапках подкрадывается истерика, заорала,

– Ну, давай, тварь, заходи! Единственно чего я добилась своим воплем, это то, что топтание за дверью прекратилось, и кто-то потихоньку закряхтел.

– Давай заходи! Опять заорала я. Тварь входить не спешила, и мне показалось, что она, там, за дверью, начала как-то обиженно сопеть!

– «Тьфу ты! Совсем забыла!» Чертыхнулась я, – «Дверь то я со своей стороны заперла! Как оно войдёт-то?» Подкравшаяся совсем близко истерика, видимо поняла, что мне в голову на нервной почве полезла совсем уж откровенная чушь, и чтобы я не рехнулась, она на меня прыгнула! И тогда я, истерически завизжав, сама открыла двери спальни и начала месить битой пространство перед дверями. Бита грохотала об пол, гремела об дверные косяки, я визжала, и завывала, слюни летели во все стороны. Я не знаю, сколько это продолжалось, но я уже начала уставать, и почувствовала, как запершило в горле. И тогда, я остановилась, огляделась по сторонам, и поняв, что мне никто, и ничто не угрожает, и покалечить я могу только сама себя, я опустила биту, которая покрылась вмятинами от ударов об косяки и об пол. Никого, тишина, и вдруг, в этой тишине, опять заскрипела кровать в «розовой» спальне.

– Нет, ты смотри, что творят извращенцы! Опять взъярилась я, и замахнувшись битой, понеслась на раздражающий меня скрип! Рванула дверь спальни, и увидела, как качается металлическая сетка кровати. В спальне, разумеется, никого не было. Я, тяжело дыша, оглядела комнату, тумбочка стояла на месте! Не совсем осознавая, что делаю, я подошла к зеркалу, и отшатнулась от него, мне показалось, что в нем что-то мелькнуло. Я постоял немного рядом, а когда поняла, что мыслей в голове всё равно нет, опять посмотрелась в зеркало! Честно говоря, первый раз, я, наверное, испугалась саму себя! Что уж говорить, про малышку привидение, которое, я, скорее всего, перепугала до повторной смерти! Зрелище было то ещё! Высокая тетка, в короткой сорочке, которую, как-то нехило умудрилась разодрать, пока орудовала битой, со всклоченными волосами, взмокшая от интенсивных упражнений, с красной рожей, звериным оскалом и бешеными глазами! Ужас! Не мудрено, что этот раунд за мной! Мой оппонент тупо перепугался! Я нецензурно выругалась и вышла из спальни, напоследок крепко долбанув дверью! – «Ты смотри, до чего человека довели!» – думала я, возвращаясь в свою комнату, – «Как это у меня, у девочки с такой симпатичной мордашкой, образовалась вдруг такая страшная харя? С ума сойти!»

Я спокойно добралась до своей спальни, напилась кофе, наелась бутербродов, а потом, забилась в уголок на своей кровати, подтянула колени к подбородку, и заплакала… Мне, было страшно! Мне, было очень страшно!

Следующие две ночи прошли спокойно. Бывший владелец дома видимо собирался с силами и разрабатывал стратегию борьбы за утерянные территории. А потом, началось! Каждую ночь, я орала и размахивала битой, грешным делом думая о том, что если так и дальше пойдёт, то я стану похожа на «боевика» из лихих «девяностых».

– «Ну а что! Рожа от недосыпания интеллектом блистать, точно не будет! Плечи и руки разовьются от постоянных упражнений! И я вместе со своей битой пользовалась бы нешуточным спросом на межвидовых «разборках» у тогдашних малиново-пиджачных орангутангов!»

А потом, я поняла, что по какой-то причине, это нечто, не может войти в мою спальню, и тогда, я, прикупив биотуалет, запиралась вместе с ним на ночь в спальне, и спокойно засыпала, слушая сквозь дрёму, как скрипят кроватью сексуально озабоченные призраки. Жизнь опять пошла спокойная, и размеренная. На работе всё было без изменений, я помогала творить своему «фанатику» шедевры, в парке, зарабатывала на «сладкое», где у меня можно сказать появились уже не только постоянные клиенты, но и поклонники!

Но, я, как и все детдомовки без исключения, ждала принца на белом коне, который и не замедлил явиться в виде худосочного артиста нашего театра. Гений местной сцены, видимо решил, что звание лауреата чего-то там, даёт ему право делать счастливыми любых особ женского пола, которые окажутся в поле его зрения. Поэтому, он ничтоже сумняшеся, предложил мне большую и чистую любовь, прямо в моей грязной мастерской! Но, я, как и подобает «последней» стерве, этих его благородных порывов души не оценила и напинала ему по его «фамильному» так сказать гнезду. После этого, у меня в театре остались, только друзья!

Однако возникший вдруг в моём доме паритет продолжался недолго, призрак сменил тактику, и теперь, стал нападать на меня даже днём, правда происходило это только по выходным, когда я была дома! В будние дни, он, как и положено, пытался достать меня по вечерам! А началось всё в одно из воскресений, когда я вышла из кухни после обеда, и услышала, как на втором этаже, опять скрипит кровать. Я, честно говоря, удивилась. Они там чего, совсем «озаботились» что ли? Им вообще-то положено появляться в двенадцать ночи! Ну, или хотя бы, как в моём случае, когда стемнеет! Я направилась к лестнице, чтобы подняться на второй этаж, и вдруг увидела, висящий в воздухе, прямо нал лестницей, цветочный горшок с «денежным» деревом, который я холила и лелеяла, в надежде разбогатеть. Я сразу же поняла, что сейчас произойдёт, и взвизгнула,

– Нет! Стой, стой, стой, только не его! У меня, и так денег на жизнь не хватает! И выставила перед собой обе руки. Горшок с «деньгами» повисел в воздухе, потом отплыл назад к подоконнику и аккуратно на него опустился, а потом, в воздух поднялся другой горшок с растущей в нём фиалкой, и полетел в меня!

Я опять взвизгнула, и проорав, - Спасибо! Шарахнулась с лестницы, и, не удержавшись на ногах, последние ступеньки пересчитала задним местом. Подскочила, и схватившись за задницу, запрыгала по холлу первого этажа! Больно-то как, а! Седалище теперь, блин, синее будет! И вдруг услышала на лестнице ехидный смех!

– Ах, ты ж зараза! Заорала я, и схватив с дивана подушку, запулила её вверх по лестнице! Стоит ли говорить, что подушка тут же вернулась обратно! Я ещё пару раз кидала подушку, которая неизменно возвращалась назад, словно не желая расставаться с диваном. А когда я, в конце-то концов, осознала абсурд происходящего, то выхватила из-под дивана вторую биту, и профессионально размахивая ею, поскакала на лестницу. Оно от меня убегало! Я четко слышала, как кто-то топает по полу в сторону «розовой» спальни и смеётся! Забежав на второй этаж, я метнулась к спальне, рванула дверь, и успела увидеть, как в старом зеркале опять, что-то мелькнуло!

После этого, началось! Оно кидало в меня всем, что ему попадалось под руку, но, к моему большому удивлению, не трогало мои вещи! И даже как-то раз, когда в воздух поднялся лежащий на кресле мой сотовый, и я, вытаращив глаза, не в силах вымолвить ни слова в ужасе от того, что он может разбиться вдребезги, замахала руками! Сотовый повисел в воздухе, а потом, аккуратно вернулся на кресло. Я схватила телефон, и спряталась в кухне, решив, что после пережитого стресса, надо сделать перерыв в боевых действиях. В кухню, призрак почему-то тоже не заходил.

 

Глава 3

Если в доме и на работе всё более-менее утряслось, то в оставшемся моём жизненном пространстве, невезение продолжалось. Нет, в парке, где я продолжала творить свои собственные маленькие «шедевры» тоже было всё отлично! Клиентов хватало, с нормальными парнями, я скромно хихикала, наглых ухажёров отшивала по-детдомовски, мы, в общем-то, постоять за себя умели. Со своим «везением» я встряла там, где меньше всего этого ожидала, на почте, куда я зашла пополнить проездную карту! В прекрасный субботний день, я вырядилась в своё новое платье, которое как всегда, длинной похвастать не могло, но, которое мне дико нравилось! Светло-бежевое, всё такое светленькое, оно просто идеально подчёркивало всю меня! Я потратила на это платье восемь выходных, и двенадцать портретов! Но, зато я была счастлива!

До почты я шла пешком, специально, чтобы подразнить мужскую половину, своим видом! На почте, как всегда по субботам, народу хватало. Я заняла очередь, и тяжело вздохнув, приготовилась нудно ждать. Но, я просчиталась, развлечение не заставило себя долго ждать, буквально минут через пять, в операционный зал почты забежал какой-то мужик, у которого лицо почему-то было замотано платком. Он поднял над головой обрез и раздался оглушительный грохот выстрела! В наступившей после этого гробовой тишине, прозвучал его срывающийся вопль,

– Всем на пол! Всем лежать! Пристрелю-ю-ю-ю! Стоит ли говорить, что все, кто был на почте, попадали на пол! Я тоже, не желая оставаться в гордом одиночестве, взвизгнув от неожиданности, шмякнулась на задницу, да как-то так неудачно, что оказалось, что я лежу на собственной подогнутой под себя ноге. Вроде всё обошлось, все лежат, все живы, ну и конечно, самое главное, что я тоже была жива! Всё нормально, кроме одного, у меня затекла нога, и когда я совсем уже было, собралась приподняться, чтобы сменить положение и выпрямить её, этот козёл опять заорал,

– Всем лежать! Кто пошевелиться пристрелю! Я замерла. Потом, он что-то написал на бумажке, и отдав её какой-то женщине, сказал, чтобы она вышла из помещения почты, и передала бумажку ментам, чтобы они ему позвонили. После чего, заставил одну из работниц почты закрыть изнутри входные двери. Я не знаю, сколько прошло времени, наверное, целый час, так как ногу свою я перестала чувствовать совершенно, и поэтому, не на шутку перепугалась, так как слышала, что если кровь не будет поступать в конечности, её эту самую конечность, а в моём случае ногу, могут отнять!

И тогда я, плюнув на этого недоноска, начала подниматься с пола, со стоном выпрямляя ногу, и с возрастающим ужасом осознавая, что реально её не чувствую! Я встала, попробовала опереться на ногу, но, чуть не упала! Офигеть! Нога у меня отнялась! И тогда я, поняв, что без ноги всё равно жить не буду, заорала на этого мужика, – Ты, что козёл наделал? Как я теперь жить без ноги буду? Мужик, видимо ошалев от моего идиотизма, заорал в ответ,

– Какой нахрен ноги? У тебя обе ноги на месте! Чё ты дура несёшь? И тут, я, к своему ещё большему ужасу увидела, что вывозила своё прекрасное платье! На его подоле, такого нежного цвета, вульгарными пятнами красовалась грязь с пола! Этот террорист, глубоко ошибался, «понесло» меня только сейчас, и я, переходя на визг, заверещала,

– Ты посмотри, что ты наделал с моим платьем? Это же было моё самое лучшее, единственное платье! Мужик видимо окончательно обалдел от несправедливости предъявляемых ему обвинений, опустил свой обрез, и вытаращился на меня. А чтобы он окончательно утонул в омуте своей вины, я решила добить его вопросом,

– Ты знаешь сволочь, сколько это платье стоит? Мужик машинально покачал головой, и в это самое время, из-за стойки, за которой находились рабочие места сотрудниц почты, стремительно взметнулось что-то тёмное, и обрушилось на мужика. Раздался оглушительный как мне показалось выстрел, и я,

опять взвизгнув, шустро присела там, где стояла, и закрыла голову руками! Подняла я голову только тогда, когда меня кто-то легонько потрогал за плечо. Я опустила руки, открыла глаза, и отшатнулась, увидев, что на меня опять смотрят одни глаза, однако, я быстро сообразила, что это кто-то из какой-то там службы, так как всё лицо у него, кроме глаз, было закрыто маской, и одет он был во всё черное. «Чёрный» протянул мне руку, я ухватилась за неё и с трудом поднялась, а потом, мне пришлось поднять голову, чтобы посмотреть моему спасителю в глаза ещё раз! Обалдеть! Вот это мужик! Я со своим ростом в сто восемьдесят сантиметров, должна была поднимать голову, чтобы увидеть его глаза! Да и глаза симпатичные, карие, мне такие нравятся! Заметив, что я припадаю на ногу, «супермен» забеспокоился,

– У Вас с ногой всё в порядке? Вы не ранены? А то Вы ему говорили, что у Вас что-то с ногой случилось!

– Да нет, – засмущалась я, – Просто, я ногу себе отлежала, а этот гад, шевелиться не разрешал! Карие глаза несколько секунд внимательно смотрели на меня, а потом, я поняла, что эти глаза начали смеяться! Нет! Сам он, конечно же, не смеялся, и голос, приглушённый маской, был такой же спокойный и ровный. А вот глаза, буквально «покатывались» от смеха! Чтобы как-то оправдаться, и не показаться совсем уж конченой дурой, я прошептала,

– А ещё, я из-за него платье вымазала! Вот видите! И я задрала подол, демонстрируя свою беду,

– И как я, по-вашему, теперь домой пойду? Он ещё несколько секунд смотрел на меня сверху вниз, а потом, сказал,

– Не переживайте, когда всё закончится, мы Вас прямо домой увезём! И он от меня отошёл. Весь день я провела в управлении полиции, где меня опрашивали какие-то люди в гражданке. Первым делом, они у меня поинтересовались, в кого я такая дурная уродилась, в маму, или в папу? А когда узнали, что я на этот вопрос не смогу ответить чисто по технической причине, так как никогда в жизни не видела своих родителей, и даже не знаю, кто они! Мои собеседники дружно пришли к выводу, что я вполне нормальный и адекватный человек, и что грязное платье, это достаточный повод для того, чтобы убить за него террориста, который нас захватил. От них же я узнала, что он оказался никаким не террористом, а обыкновенным грабителем, у которого, что-то там не сложилось в ювелирном магазине, где он облажался по полной программе, и когда понял, что не сможет оторваться от полиции, он забежал на почту, где опять облажался! Пока он охранял своих заложников, спецназ проник на почту через загрузочное окно, и пробрался за стойку в операционном зале. Ну а дальше, я уже всё знаю!

Домой я добралась только к вечеру. Меня, как и обещал, довёз мой кареглазый спаситель. Я с сожалением вылезла из неприметного микроавтобуса, где ехала в компании ещё шестерых «чёрных» ребятишек, которые всю дорогу «покатывались» обсуждая мою беседу с террористом. И вдруг, к моему удивлению, следом за мной, из машины выбрался и мой супермен, увидев мой удивлённый взгляд, он усмехнулся и сказал,

– Провожу Вас до крыльца, а то вдруг опять куда-нибудь успеете «встрять»! Я молча покивала головой, так как была совершенно уверена в том, что со мной обязательно что-то произойдёт на выложенной камнями дорожке, и присутствие сильного мужчины, мне будет только на пользу! Когда мы дошли до крыльца, я остановилась, и не поднимая глаз, нерешительно спросила,

– А что мне делать, если он вдруг сюда ко мне придёт?

– Кто придёт? – удивился спецназовец.

– Ну… Этот, из-за которого я себе платье выпачкала…

– Он не придёт! – последовал серьёзный ответ, – Он очень долго вообще никуда не сможет прийти!

– А если тогда другой кто припрётся?

– А если другой кто припрётся, позвоните вот по этому телефону, – и он вложил мне в ладошку визитную карточку.

– Ну что же, до свидания! Берегите себя! И кареглазый, быстрым шагом направился к воротам. Я проводила взглядом его мощную, гибкую фигуру, с сожалением вздохнула, и посмотрела на визитку. На кусочке белого картона не было ничего, кроме чёрных цифр номера телефона. – «Вот же блин!» - досадой подумала я,

– «Даже имени его не спросила! Когда наберу номер, кого спрашивать-то буду! Высокого дядю с карими глазами!» Я тяжело вздохнула, и отомкнув дверь зашла в дом, подошла к дивану, уселась на него, а потом, сказала, закрыв глаза, ни к кому не обращаясь, просто так сказала, чтобы услышать свой голос в пустом доме,

– Давай, не сегодня, не могу я сегодня! Меня чуть не убили! Но самое страшное, я вывозила своё платье, и это видела куча народа! Сил у меня сегодня нет! Потом, я улеглась на диване прямо в своём грязном платье, и уснула. Проснулась я рано утром, меня за ночь ни разу не побеспокоили, толи призрак не пришёл, толи он меня просто пожалел! Платье своё, я, конечно же, спасла, целый час, осторожненько, чтобы не дай бог что-нибудь не повредить, на руках отстирывала!

А потом, всё покатилось по уже наезженной дорожке! На работе, я работала, в парке по выходным, тоже конечно работала, но, эта работа была как бы для души, и кроме того, она приносила не только удовольствие, но и прибыль! Дома, периодические склоки с призраком, чередовались перемириями, по взаимной так сказать договорённости враждующих сторон. Своему кареглазому спасителю, я так и не отважилась позвонить, несколько раз набирала номер, но, услышав первый гудок, сбрасывала вызов! Я просто не знала, что я ему скажу, когда услышу его голос. Так прошла неделя, а потом, судьба видимо решила, что я уже достаточно отдохнула, и опять приложила меня мордой об стол. А если посмотреть с другой стороны, то благодаря этой самой судьбе, моя непонятная и никому не нужная жизнь встала наконец-то с головы на ноги. Но, я опять натерпелась!

В один прекрасный день, моя БЭУшная стиральная машинка, окончательно «приказала долго жить», и мне пришлось собирать всё свое постельное и просто бельё, и везти его в химчистку. Через пару дней, я забрала чистое бельё и утрамбовав его в большую сумку, вызвала такси. Доехала нормально, таксист мужиком оказался разговорчивым, и я, пока мы ехали, успела выложить ему всё про свою грустную, и одинокую жизнь. Приятно, знаете ли, иногда выговориться, особенно когда слушатель внимательный, да ещё и поддакивает сочувственно! Таксист вообще оказался мужиком отзывчивым, он сам вытащил из багажника мой баул с бельём и потащил его к дому, хотя я его об этом и не просила. Я поначалу так даже обрадовалась, «Надо же, какой человек хороший!» Дура несчастная! Таксист затащил баул на террасу, поставил его возле двери, и пожелав всего хорошего, пошёл в сторону ворот. Я отомкнула входную дверь, открыла её, и вдруг почувствовала сильный толчок в спину! Не удержавшись на ногах, я хреновой ракетой влетела в холл, и растянулась на полу, пытаясь сообразить, что же со мной опять такое приключилось! И во что я опять умудрилась вляпаться, находясь в собственном же доме!

А вляпалась я в насильника, я это поняла сразу, когда увидела его лицо, которое из приятного, и добродушного, превратилось в жесткую и ощетинившуюся маску! Я испугалась, но, просто так сдаваться не собиралась! Я знала, что изнасиловать взрослую молодую женщину не так-то просто, особенно когда она отчаянно сопротивляется! А я именно это и собиралась делать! Он бросался на меня раз за разом, однако, я умудрялась вырываться, и носилась вокруг дивана и кресел, даже попыталась схватить биту, лежащую под диваном, но, не успела размахнуться, и он её у меня выбил! В конце концов, он меня поймал, и повалил на пол. Отчаянно сопротивляясь, я даже прохрипела,

– Ага, как же, раздвину я сейчас для тебя ножки! Не дождёшься сволочь…! Но, ему этого и не надо было! Я это поняла, когда он перехватил меня обоими руками за горло, навалился всей тушей сверху, и стал душить! И только тогда, до меня наконец-то дошло!

– «Да он же сейчас меня придушит, я потеряю сознание, и тогда, он спокойно, будет делать со мной всё, что он захочет! И что самое страшное, он будет это делать, сколько хочет, так как я по собственной бабской тупости выложила ему о себе всё! Я жила одна! И он это теперь знал!

Чувствуя, что сознание начало ускользать, я забилась из последних сил, и вдруг увидела, как над головой мужика взлетела моя бита, и с глухим стуком опустилась ему на голову. Мужик на секунду замер, а потом, глазки у него закатились, и он уткнулся своим лбом мне прямо в лицо, чуть не разбив нос. Я обессиленная лежала под мужиком, и хрипло дышала, пытаясь восстановить дыхание, потом начала переваливать его в сторону, но сил не хватало, и тогда я вдруг почувствовала, как кто-то, помогает мне оттащить мужика в сторону, схватив его за руку! Наконец-то я свалила с себя тяжёлое тело, и села, на пол, привалившись спиной к дивану. Шея болела, голова болела, правое ухо и челюсть болели, у меня болело всё! Но, когда я увидела, как девочка лет четырнадцати, одетая в красивое розовое платье, подобрала лежащую возле кресла биту, и подошла к лежащему мужику, у меня всё болеть перестало! Я вдруг поняла, кто это такая! А девочка между тем подошла к мужику со стороны головы, и посмотрев на меня чёрными глазами спросила,

– А может мне его ещё раз долбануть! А то он скоро, наверное, очнётся, смотри он какой здоровый! И только тогда, когда я услышала обычный девчоночий голос, я пришла в себя.

– Точно, может! – засуетилась я и метнулась на кухню, где у меня в одном из ящиков хранилась всякая полезная мелочь, в том числе и скотч. Я приподняла мужику ноги, и скомандовала девчонке, – Давай, обматывай! Спеленали мы мужика как надо, не только скотчем, но ещё и верёвкой, которая осталась от прошлых хозяев. Закончив с насильником, я, тяжело вздохнув, уселась на диван, подтянула по привычке колени к подбородку, и глядя на связанного мужика начала реветь! Боже, с каким я удовольствием ревела! Я жалела себя! Жалела всю свою неудавшуюся и непутёвую жизнь! Я звала маму и папу, которых никогда не знала, и никогда уже не узнаю. А когда вспомнила, что не смогла позвонить единственному мужчине, глаза которого, мне так понравились, то от горя аж начала повизгивать! И вдруг, я услышала, как рядом со мной тоже кто-то плачет! От удивления я перестала выть и увидела, что рядом со мной на диване сидит девочка-призрак и размазывая слёзы кулачками по лицу тоже плачет! – А ты-то чего ревёшь? Всхлипнула я,

– Тебя жалко стало, ты так горестно плакала, что мне тоже захотелось плакать! Я некоторое время недоумённо смотрела на девочку, а потом, завыла с новой силой! Ну а как же, меня даже призрак жалеет! Не знаю, сколь бы времени мы распускали нюни, но начал шевелиться связанный мужик, он сначала застонал, потом, начал ворочаться на полу, а потом выдал такое, что даже я видавшая виды покраснела! А поэтому, чтобы прекратить его хамство в присутствии ребёнка, замотала ему скотчем ещё и рот.

– А что теперь делать? Спросила девочка и кивнула головой в сторону связанного мужика. И тут я вспомнила, – «Точно же! Какая я всё-таки дура! Он же мне телефон оставил!» Я метнулась к валяющейся на полу сумочке, лихорадочно вытряхнула её содержимое на пол, и схватив карточку начала судорожно тыкать пальцем в сотовый. Набрать номер я смогла только с третьего раза, и когда пошли гудки, задержала дыхание.

– Я так полагаю, что у Вас опять что-то случилось? – раздался вдруг в трубке слегка насмешливый голос. Я судорожно вздохнула, всхлипнула, и опять заревев, еле выговорила сквозь слёзы, – Он… Вот тут лежит… Он хотел меня… Он меня чуть не задушил… А потом, я услышала в трубке гудки. Но, он не просто так бросил трубку, он примчался ко мне через двадцать минут. Я честно говоря, даже не поняла, как он оказался рядом со мной, и откуда взялся, я вроде бы входящим его в двери не видела! Он подошёл ко мне сидящей на диване, присел на корточки, и провёл прохладными пальцами по лицу, потом приподнял мне подбородок, посмотрел на шею, и убедившись, что я жива, и относительно здорова, подошёл к связанному мужику. А ещё минут через сорок, в моём доме уже было полно полицейских.

Когда все разбирательства закончились, на улице было уже темно. Мой супермен привёз меня домой из полиции, я поблагодарила его, торопливо выбралась из машины, и не оглядываясь, пошла к дому. Когда я уже поднималась на террасу, от ворот раздался противнейший скрип, я в ужасе обернулась, и увидела, как кареглазый, оправдывая звание «супермена» навалившись всем телом, открывает массивную створку ворот, которые, как мне кажется, не открывались со времён революции. Открыв вторую створку, он заехал во двор, заглушил машину, закрыл ворота, и пошёл ко мне. Я стояла и смотрела, как он идёт по дорожке, и не могла понять, что происходит! Зачем он загнал машину во двор? Зачем он вообще остался? Из-за меня он остаться точно не мог, выглядела я, мягко говоря, не очень привлекательно! Всё тело в синяках, кожа на шее ободрана, на правой челюсти тоже большой синяк! Жуть, в общем! Он подошёл, поднялся на террасу, остановился передо мной и деловито сказал, - До утра побуду с Вами! Так, на всякий случай, чтобы опять что-нибудь не случилось!

Но, с нами всё-таки кое-что случилось! Уберечься мы друг от друга не смогли, в результате чего, проснулись в одной постели! А потом, три дня покидали её только для того, чтобы поесть! Однако его выходные подошли к концу, и он уехал на работу. А я, улыбаясь как последняя дура, послонялась по дому, потом поднялась в «розовую» спальню, уселась на краешек кровати, и негромко позвала,

– Э-э-эй! Ты где? Ты слышишь меня? Прислушалась. Ничего, тишина! Потом встала с кровати, подошла к старинному зеркалу, постояла перед ним, а затем, постучав по нему пальцами, вновь позвала,

– Э-э-эй! Ты где? Ответа не было. Я подождала ещё минут пять, и совсем уже собралась было уходить, как вдруг, прямо посредине отражающей зеркальной поверхности появилась светлая точка, которая начала быстро увеличиваться, и я, приглядевшись, с удивлением увидела, что это бежит ко мне девочка в розовом платье! Она бежала оттуда, изнутри зеркала, увеличиваясь по мере приближения до реальных размеров! Вот она уже совсем рядом, вот она пригнула голову, чтобы не зацепиться макушкой за верхний край зеркала, а потом, выпрыгнула из зеркала прямо на кровать, и начала подпрыгивать на ней!

– Я так и знала, что ты догадаешься про зеркало! Протараторила девочка и спрыгнула на пол.

– Меня зову Лиза! Это моя комната!

– Привет Лиза… – протянула я, пытаясь вернуть на место вытаращенные от изумления глаза.

– А почему ты решила, что это именно зеркало? – с любопытством уставился на меня призрак.

– Ну… зеркало, это, наверное, самая мистическая вещь в доме, тем более, старинное зеркало! И потом, ты всегда появлялась именно в своей спальне! По крайней мере, всегда, когда я тебя слышала, ты греметь начинала в этой комнате!

– Ну да, правильно, но, только отчасти!

– В смысле! – удивилась я, опять присаживаясь на краешек кровати.

– В своём доме я могу появиться в любом месте, где есть зеркало, и оно необязательно должно быть старинным! Услышав это, я вдруг всё поняла!

– Значит, ты можешь находиться только там, где есть зеркала? И значит, только поэтому, ты не могла попасть в мою спальню, и в кухню? Там не было зеркал! Призрак кивнул и выбежал из спальни в холл.

– Да подожди ты! – заорала я и помчалась следом. Догнать Лизу я смогла только в холле первого этажа.

– Подожди, а то у меня ещё всё болит! Я за тобой и в лучшие дни угнаться-то не могла, а сейчас, тем более! Лиза смиренно уселась на диван, и сделала вид, что она паинька! Сложила ручки на коленях, и опустила глазки.

– Как ты уже поняла, – начала я менторским противным тоном,

– Зеркало из ванной комнаты я уберу! Лиза стрельнула в меня глазами и опять потупила глазки. Я ехидно засмеялась, – Нечего тебе подглядывать за чужими мужиками! А потом уточнила, – За голыми, чужими мужиками! Приведение горестно вздохнуло, и согласно кивнуло головой.

Я тоже кивнула головой и села рядом с Лизой. Мы помолчали немного, а потом, я спросила, – Ты очень любила свою комнату? Лиза опять, молча кивнула.

– А мы хотели там всё обдирать, и делать ремонт! Сначала прежние жильцы, а потом, уже и я об этом заговорила!

– Да… - чуть слышно ответила она, – Я была так счастлива в своей комнате! Я её так любила… Ты даже представить себе не можешь! Я грустно улыбнулась,

– Да! Ты права! Я действительно не могу себе этого представить…! У меня никогда, ничего своего не было!

– Извини! – подняла на меня глаза девочка, – Я не хотела тебя обидеть!

– А когда жильцы хотели переделывать твою комнату, ты начинала против них боевые действия? И чем-то их конкретно пугала? Чем если не секрет?

– Ножом, – явно смущаясь, прошептала Лиза, – Я им не показывалась, и они могли, видели только нож, и боялись, что он их может убить!

Я откинулась на спинку дивана, и уставилась на приведение,

– Офигеть! Знаешь, честно говоря, если бы ты мне это продемонстрировала сразу, я бы, наверное, тоже убежала! Лиза смущённо пожала плечиками.

– А может мы действительно, сделаем в твоей комнате ремонт! Уберём старый материал, и обтянем стены таким же материалом! Если хочешь, таким же розовым, или может ты, какой другой захочешь! Я образцы принесу, посмотришь, выберешь! Это будет только твоя комната! Лиза долго молчала, потом, подошла к окну и уставилась на улицу. Я подошла, встала рядом, и увидела, как от ворот к дому идёт мой супермен.

– А у вас дети будут? – спросила вдруг Лиза. Я опешила, и не зная, что ответить начала мямлить, – Ну… я не знаю…, конечно…, может быть.

– Ты хочешь от него детей? – напрямую спросила Лиза и посмотрела мне в глаза.

– Хочу, – прошептала я, – Ты даже представить себе не можешь, как я этого хочу!

– Здорово! Значит, я буду с ними нянчиться! Я очень люблю детей! – прошептала Лиза и вприпрыжку побежала наверх.

– Ты с кем тут разговариваешь? – спросил, входя в дом самый лучший в мире мужчина, он разулся, и пройдя в холл сел на диван, с удовольствием вытянув ноги.

– С привидением! – честно ответила я, – Очень симпатичная девочка, в розовом платьице, она будет жить с нами!

– Ну ладно, пускай живёт, – улыбнулся он, – Главное, чтобы она не подглядывала за тем, чем мы с тобой сейчас будем заниматься! – «Зеркало в холле я, конечно, снимать не буду», – подумала я, усаживаясь к нему на колени, – «А вот чем-нибудь занавешивать его, точно придётся!»

 

читателей   89   сегодня 3
89 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...