Предпочтение

Аня завершила разговор, несколько раз наугад нажав на экран телефона. Она с трудом поднялась, села на кровати и только теперь открыла глаза. Жгучий свет мобильного на пару мгновений ослепил. Она потёрла лицо ладонями. Посмотрела ещё раз.

Теперь получилось понять. Часы в уголке экрана явили четыре цифры: «04:07». Так рано! Но выбора не было.

Окончательно побороть сон смогла, только одевшись. Написала на вчерашнем чеке из супермаркета короткую записку маме и оставила её на кухонном столе.

Звякнув ключами, Аня вышла из квартиры и включила приложение Такси. Запрос можно было отправить и раньше. Стормозила. Придётся ждать минут пятнадцать, если не больше. Лифт медленно тащился вниз, и она всё громче звенела ключами в руке.

Убрав их, наконец, вытащила телефон, справедливо решив, что его теребить в руках тише и безопаснее. В столь раннее время лучше не привлекать к себе лишнего внимания.

Жёлтая иномарка с шашечками подъехала ровно в тот момент, когда Аня вышла на проспект. Надо же! Водитель широколицый южанин с бородкой противно заулыбался, пригласил девушку сесть вперед.

Аня брезгливо глянула на пассажирское сиденье, но предложение молчаливо приняла. Буркнув мужчине нужный адрес, она вся сжалась в комок. Его комплименты и шуточки игнорировала, на прямые вопросы отвечала односложно. На дорогу смотрела исподлобья, иногда бросая косые взгляды на водителя. Иной раз вздрагивала и отодвигалась поближе к двери, когда его рука вцеплялась в рычаг переключения передач.

Она хотела приехать скорее и одновременно боялась того, что ждало её впереди. Машина мчалась по улицам ночного города, замирая лишь на светофорах. Но вдруг начала осторожно красться. Впереди образовалась пробка.

Синие и красные маячки дорожной полиции Аня приметила издалека. И теперь задавалась вопросом: «А что же там?»

От вида покорёженного металла непроизвольно замерло дыхание. «Выжил ли водитель?» - вопрос, пронесшийся в голове, словно против её воли заставил Аню рассматривать разбитую легковушку. Над кабиной горел яркий свет. Странный свет. Но Ане подумалось, это просто прожекторы спасателей.

Такси вырулило на свободную дорогу, ускорилось, а взор Ани выхватил странную деталь ночного происшествия.

Человек. Он стоял неподвижно, как статуя, чуть в стороне и наблюдал за происходящим. И смотрелся бы он простым зевакой, если бы не его одежда.

Жёлтые огни города и сине-красные мигалки выхватывали из тьмы белоснежную тунику и плащ. Почти точь-в-точь такое же одеяние, как у средневековых героев.

Возможно, она увидела врача. А белая одежда – простой халат. Но почему тогда он стоял неподвижно и наблюдал, не пытаясь помочь?

А может, просто парень «косплеит»? Рассветного эльфа какого-нибудь изображал и случайно стал свидетелем страшной аварии. Вот и встал в ступоре, рот открыл.

Заприметив знакомый дом, Аня сунула таксисту свёрнутые купюры. Не сказав даже «спасибо», как ошпаренная выскочила из машины, едва та остановилась.

«Встретятся же персонажи по дороге, - размышляла она о неизвестном в белом плаще, направляясь к нужному подъезду. – Вот же нечего людям делать, как в маскарадных костюмах по городу расхаживать!»

В этот момент она бы с радостью одарила работой всех «бездельников». Свою собственную обязанность тоже отдала бы с удовольствием.

Лифт медленно пополз вверх, неся дрожащую всем телом пассажирку. Перед входной дверью Аня осознала, что трясёт её вовсе не от холода.

- Так. Хватит! Собралась, трусиха! - отругала она себя. Тишина сонного подъезда вздрогнула от негромкого девичьего голоса и отозвалась эхом откуда-то снизу.

Выдохнув, Аня дернула вниз ручку входной двери. Оказалось не заперто, и дверь медленно поползла внутрь квартиры.

 

* * *

Шаг в полутёмный коридор показался очень долгим.

В тесной прихожей со старыми обоями, вешалками для верхней одежды с одной стороны и стиральной машиной с другой, её встретил Михаил, муж Дарьи.

- Привет, а я думал, что это акушерка наша, - небрежно бросил он. – Поздравь нас, ты будешь первая. Малыш уже родился.

Аня прилетела на зов подруги потому, что Дарья не дозвонилась мужу на ночную смену.

- Даша, поздравляю вас! – крикнула Аня от дверей, стянув сапоги и принимаясь за серое пальто. - Рада, что ты до Миши дозвонилась.

- Я сам перезвонил и прискакал быстро, - ответил мужчина. Он не помог Ане снять пальто, а сразу вернулся в ванную к жене. Сейчас не время для любезностей.

- Руки помой на кухне. Помочь-то сможешь?

- Конечно, Миш. Сейчас, - негромко отозвалась Аня. По дороге на кухню она увидела свою подругу, сидящую в ванной с новорождённым на руках. И тут Аня застыла.

Её глаза неестественно расширились, а по спине пробежала крупная дрожь, сковавшая тело. К голове младенца откуда-то сверху нисходил странный белый свет, похожий на луч прожектора. Такой свет никак не мог давать местный маленький светильник.

- И чего встала? Детей никогда не видела? – усмехнулся Миша.

В этот момент дёрнулась ручка входной двери, и Аня вздрогнула. Странное видение на миг померкло, но вернулось снова. Не в силах оторвать глаз, она смотрела на исходящий от потолка поток света с открытым от изумления ртом.

Кто там пришёл? Это сейчас казалось Ане совершенно неважным.

- О, наша акушерка. Встреть, помоги раздеться.

Аня с трудом оторвалась от созерцания неведомого. И когда, наконец, повернулась к коридору, то вместо акушерки увидела мужчину в белой тунике и плаще. Его красивое лицо выражало спокойное умиротворение.

Крик застрял в горле, от изумления Аня попятилась назад. Ноги перестали слушаться, и, запнувшись, она упала навзничь, едва не отключилась.

- Ты что, совсем? – шикнул на неё Михаил. А потом обратился к акушерке, сильно изменив интонацию: – Тамара Викторовна, здравствуйте, пока всё так же, ждём Вас. Вот сюда одежду. Проходите. Я к жене.

- Послушай. Езжай-ка ты домой. Ты мне не нравишься что-то, - бросил Михаил Ане.

- Я сама себе не нравлюсь.

Когда она поднялась, белого незнакомца в коридоре уже не было. Сапоги не желали нацепляться, а пальто застряло на вешалке. Кажется, она оторвала петельку, дергая его.

- Эмм… Может, дать тебе денег на такси?

Видимо, хоть какое-то чувство вины за то, что она прокатилась к Даше зря, у Михаила всё же проснулось.

- Справлюсь! – процедила сквозь зубы Аня и шмыгнула за входную дверь, разминувшись с акушеркой, женщиной средних лет. Подробнее не рассматривала. По пути она пыталась справиться с непослушным наполовину надетым сапогом.

«Что это было? Божественный свет? Ангел? Или простой недосып?» - стучались в голове вопросы.

 

* * *

Такси она вызывать не стала. Здесь до метро минут десять пешком.

Она выбралась из двора на улицу, предпочитая маршрут длиннее, но безопаснее. Изредка проезжали машины, а фонари исполнительно разгоняли темноту. Прохожих не было видно. Тем лучше.

Достала наушники и тут же спрятала. Слушать музыку, лишив себя возможности ощущать окружающее пространство – не лучшая идея на пустой ночной улице.

На середине пути к метро Аня вернулась к воспоминаниям о странном свечении и мужчине в белом. Это никак, ну никак не могло ей показаться! Странного человека не видели ни Михаил, ни пришедшая акушерка, а её подруга Дарья наверняка не видела свет, идущий к ребёнку. Но она на него смотрела! И поэтому должна была бы обратить внимание на аномалию.

«Что вообще произошло в квартире пять минут назад? И зачем я только приехала?…»

Аня в нерешительности извлекла из кармана телефон, покрутила в руке и снова спрятала в карман. Морозный февральский ветерок холодными пальцами забирался под жиденькое пальтишко. Она обязательно во всём разберётся. Только в тепле. Не здесь и не сейчас.

Дойдя до метро, Аня ткнулась в закрытую дверь, снова достала мобильник. Так и есть – ещё рано. Ждать открытия станции в подземном переходе не хотелось, и она неспешно поднялась по лестнице обратно в объятья холодного февраля. Посмотрела на дорогу, на проезжающие машины.

И тут пчелой ужалило недавнее воспоминание. Машина! Авария! Странный человек в белом!

Только сегодня она видела так близко и конец, и начало чьей-то жизни. Какая ирония судьбы: за двадцать три года своей жизни она в один час увидела смерть и рождение.

Аня замерла, не зная, что предпринять. Возможно, она видит то, чего не замечают другие? Но что с того? Как быть дальше?

- Ждёте открытия метро? Может быть, пока в кафе посидим?

Резко обернувшись, она встретилась взглядом с приятным на вид молодым человеком. Его короткостриженные волосы торчали ёжиком, а шею закрывал широкий пушистый шарф. Парень словно ниоткуда возник на пустой улице.

- А далеко до кафе? Мне вообще-то ехать надо.

- Два шага, - невозмутимо откликнулся парень. – Метро откроют, и поедете. Если захотите, конечно.

И повернувшись к ней спиной, направился к ближайшему дому, будто вопрос с кафе уже был решен.

«Что значит: «Если захотите?», - хотела уже возмутиться Аня, но промолчала. Потоптавшись на месте и покрутив телефон в замерзающих на холодном ветру руках, она решила последовать за парнем. В конце концов, в кафе тепло. И посидеть можно.

- Меня Иван зовут, - представился он, повернув голову. – А Вас?

- Анна.

На вид ему едва можно было бы дать восемнадцать. Синяя длинная куртка выглядела старомодно, да и обувь смотрелась несуразно. Кирзовые сапоги какие-то, вызвавшие у девушки непроизвольную ехидную улыбку. Но хорошо рассмотреть нового знакомого Аня не успела - парень уже любезно открыл перед ней дверь небольшой круглосуточной забегаловки.

 

* * *

Кафе встретило приятным теплом после зябкой улицы. У правой стены двое мужчин и женщина что-то оживленно обсуждали, и поэтому Аня двинулась к ближайшему столику по левую руку.

Когда она села, не снимая пальто и растирая озябшие руки, появился официант, принёс меню. В кошельке болталось около трёх сотен, и поэтому Аня заказала лишь чашку капучино, резонно решив, что с латте она заснёт ещё больше, а эспрессо слишком горький. После такого несуразного утра хотелось чего-нибудь послаще. И ещё было большое желание добраться до кровати и снова заснуть. Часов до девяти хотя бы.

Иван куда-то пропал. Сначала Аня поискала его глазами, а потом махнула рукой. Ну и бог с ним, с чудаком. Хорошо, что надоумил в кафе посидеть до открытия метро. И на том спасибо.

В очередной раз Аня покрутила в руках свой смартфон, не зная, чего она хочет. Быстро написала сообщение: «Мама, со мной всё норм, еду домой, не переживай», а потом несколько минут сидела, уставившись в экран, и бесцельно листала список приложений.

От всех ночных происшествий в голове не осталось следа, и хотелось только одного – домой. Хотя, капучино тоже.

Наконец, рыженький мальчик-официант принёс ароматный напиток. Аня отвлеклась от телефона. От предвкушения приятных минут за теплой чашкой кофе, как обычно говорят в таких случаях, слюнки потекли.

- Я Вас пригласил, Анна, поэтому угощаю.

Иван снова появился неожиданно. Она узнала его по голосу. А когда подняла глаза, вскрикнула и подпрыгнула на стуле.

Приятный молодой человек с короткой аккуратной стрижкой теперь был точь-в-точь как средневековый герой. В белоснежной тунике, расшитой золотом, и странном плаще. Его большие светлые глаза смотрели на Аню внимательно, с прищуром.

Он положил в центр стола две свёрнутые купюры и неспешно сел напротив.

- Поговорим? Нам ведь есть о чём, верно? – загадочно произнёс Иван.

В планы Ани разговор не входил совершенно. Она рванула с места, испуганной мышью проскочила мимо собеседника, в два прыжка оказалась у двери, толкнула её.

«Метро уже открыли, должны открыть!» - пронеслось в голове.

Дверь кафе не поддалась, даже когда Аня навалилась всем телом. Не понимая, почему закрыто, она, едва не заплакав от страха и отчаяния, подбежала к столику, где сидели другие посетители кафе.

Волосы зашевелились у неё на голове, когда Аня осознала, что двое мужчин и женщина застыли и не двигались. А телефон от нажатия кнопки не проснулся.

- Дверям нужно время, чтобы открыться, людям оно необходимо, чтобы заметить тебя и выслушать, а технике – чтобы включиться.

- Что… Что происходит? - произнесла Аня, стараясь унять дрожь в голосе.

Она медленно двигалась к странному человеку в белой тунике, который сейчас сидел к ней спиной.

«Это сон. Это просто дурацкий сон! Проснись, Аня!» Она сильно зажмурилась и открыла глаза. Тот, который представился Иваном, повернулся на стуле и теперь смотрел на неё.

- Не бойся, мы в едином моменте. И выйдем из него сразу, как только ты огласишь решение.

- Какое решение?

Аня вся сжалась, стала единым натянутым нервом и чувствовала гулкие удары сердца где-то в ушах. Так странно. Остатки мыслей вылетели из головы, которая начисто отказывалась понимать происходящее.

- Остаться здесь или поступить на Службу. Понимаешь, сегодня выяснилось, что ты способна Видеть всё сущее, а не только его часть, как подавляющее большинство. Странно, обычно эту особенность в людях замечают раньше.

- Иван… ты же Иван? Это был ты?

- У Дарьи? Да, и я сразу всё понял.

Он увидел, как собеседница вздрогнула всем телом, и в примирительном жесте поднял вверх руки.

- Прости, Анна. Я не хотел тебя пугать. Вообще-то, я Иоанн, но не возражаю быть Иваном. Присядь.

- Буду надеяться, что ты мне снишься.

- Именно так и считай! Ведь если ты откажешься, то наши встречи и разговор ты забудешь, как мимолетный сон.

- Что за Служба? - спросила Аня. Она села напротив, напряженно скрестив руки перед собой, и приготовилась слушать.

Но странный Иоанн говорил недолго:

- Служба Смотрителей. Из низших миров иногда призывают в Высшие до физической смерти. Даже тело позволяют взять с собой. Естественно, нужны определённые хммм… способности.

«Он говорит так, как будто речь идёт о приёме на работу…» - подумала Аня.

- Ты способна Видеть. Это очень редкий дар. Дар заслуженный.

- Только не говори, что праведной жизнью, - буркнула Аня, но Иоанн не обратил на её комментарий никакого внимания.

- Ты можешь отправиться в Высший Мир прямо сейчас, в этом теле. Или немного подождать, до своей смерти.

- Немного? – удивилась Аня, подняв бровь.

- Полсотни лет – миг в масштабах вселенной.

- Ах, извини, я как-то не подумала.

«Моя ирония со мной, а это значит, что я просыпаюсь», - порадовалась Аня. Но сон не хотел заканчиваться, он только углублялся.

- Хочешь взглянуть на Высшие Миры? Я не смогу показать многого, лишь слегка заглянем за Грань.

- А так можно? И почему спрашиваешь?

- Можно. Твоё согласие обязательно.

Огоньки запрыгали в глазах Ани и, пьянея от абсурдности и нереальности происходящего, она выдохнула одно лишь слово, камнем упавшее с губ:

- Давай!

 

* * *

- Не шевелись, Анна, и только смотри.

- А куда смотреть? Туман везде. И где мы? Что с нами? Я не вижу своих рук и ног, хотя вроде светло…

- И носа. Конечно, не видишь. Ведь они – лишь трёхмерный объект. Мы в Арке Измерений. Находясь в ней, можно одновременно действовать в тысячах миров. Но не забивай себе голову. Даже я понятия не имею, как это всё работает.

- Как это? Ты же здесь живёшь.

- Ну, ты же можешь управлять машиной, понятия не имея, как она устроена?

- Пока не могу. Но месяц назад я начала учиться на права, - мечтательно вздохнула Аня.

- А что будешь делать, если в карбюраторе конденсат?

- Отстань.

- Ты даже не поправишь меня, что ныне эта шутка не актуальна, потому что почти на всех ваших железных коробках уже инжекторы?

- Говорю же – отстань. Поняла я, поняла, о чём ты. То есть ты просто заходишь в арку… И?

- Выполняю определенные заученные действия. В этом моя Служба.

- А послушай… Не скучно? Не надоедает? Ну… следить за этими… отлетаниями или прилетаниями душ и прочим. Нет?

- В нашем мире, Анна, немногие бы поняли твой вопрос. Да и я понимаю лишь потому, что моя Служба связана с низшими мирами. Дело в том, что такие понятия как «скучно», «надоело» и многие другие, к которым привыкла ты, в нашем мире отсутствуют.

- Полная гармония всего?

- Именно так.

- Но это же скучно… Ах, да, извини.

- Ничего. Посмотри на природу.

Аня наконец снова смогла видеть свои руки. Опустила голову. Ноги тоже были на месте.

Стоп. Она видит свои руки и ноги. Значит, это не сон. Аня застыла в недоумении, даже не сразу обратила внимание на то, что вместо пальто на ней теперь зелёное платье до пят.

Она попыталась осмотреть себя, но поймала неодобрительный взгляд спутника. Как и она, Иоанн тоже стал видимым.

- На природу-то смотреть будешь? Или сразу в гости?

- В гости… - растеряно повторила Аня, огляделась по сторонам и открыла рот от изумления.

Пейзаж, что лежал перед ней, был необычен и не похож ни на что, виденное ранее. Густые папоротники застилали землю, которую в нескольких местах прорезали ручьи насыщенного голубого цвета. Высокие пальмы величественно держали своими длинными едко-зелеными листьями тяжелое серое небо. Ближе к горизонту гладким зеркалом лежало озеро, по берегам которого росла странная высокая трава, отдалённо похожая на бамбук.

- Это что такое… Парк Юрского периода?

- Ого, неплохо. На самом деле, это период меловой. Вернее, имитация мелового периода твоей Планеты.

- Моей?

- Да, твоей.

- А эти… они тоже здесь есть?

- Динозавры? Нет, они очень суетные, портят вид.

- Вид?

- Ну да. Хочется же на природу смотреть. А не на то, как кто-то всё время резко дергается с места и кого-то ест.

- Хочется – не хочется? То есть желаниям в вашем мире есть место?

- Если есть возможность, то почему бы и нет?

- Звучит логично. То есть… ты выбрал такой пейзаж? Сам?

Произнеся последнюю фразу, Аня не заметила, как очутилась в светлой комнате у панорамного окна, вид из которого открывался на озеро фантастической красоты. Видимо, всё того же мелового периода.

- Мы говорим «предпочёл».

В комнате у окна стоял стол и пара стульев. У стены – шкаф и кровать. Вся мебель казалось нереальной, словно в компьютерной игре с необычайно высоким разрешением. Ровные, без разводов и следов использования поверхности, идеально заправленное одеяло на кровати, полное отсутствие мелких предметов.

«Наверное, всё аккуратно убирается в шкаф»

- Многие здесь живут и совсем без мебели, - произнес Иоанн, появившись откуда-то из-за спины. – Но лично мне так больше удобно. Люблю по старинке есть со стола, сидя на стуле. Угощайся, кстати.

- Но здесь же ничего нет.

Аня развела руками, глядя на пустой стол.

- А чего бы хотела моя гостья?

- Ананасов. Спелых, очищенных, в ломтиках. Можно без вилки. Руками буду кушать.

Не успела она возгордиться своим острословием, как на столе, прямо на глазах появилась симпатичная тарелочка. С ананасами. Аня уже в который раз открыла рот от изумления, посмотрела на Иоанна, перевела взгляд на стол, а потом – снова на хозяина дома. Тот только довольно хмыкнул, сделав приглашающий к трапезе жест рукой.

Дрожащими пальцами она не сразу поймала колечко ананаса. Оно выглядело абсолютно реально, как настоящее. Едва её губы сомкнулись на аппетитной ароматной мякоти фрукта, в голову ударил приятный вкус, и обильно выделилась слюна. Удовольствие было настолько сильным, что у Ани закружилась голова. Подставленный стул оказался очень кстати.

Она сидела на идеально прорисованном стуле из компьютерной игры, наслаждаясь лучшими в своей жизни ананасами и наблюдая в окно пейзаж мезозойской эры. Если это был сон, то просыпаться не хотелось.

- Я думаю, что нам пора возвращаться.

- Да? Но почему же так быстро?

- Если ты скажешь «Да» в ответ на моё предложение, то твоё тело, перед переселением в наш мир должно пройти некоторую адаптацию. Иначе ты рискуешь окунуться с головой в удовольствия и просто с ума сойти.

Аня чувствовала кожей приятную тонкую ткань длинного платья. Взгляд ласкали диковинные растения с белыми стеблями на водной глади озера, а язык – сладость ананаса.

- Пожалуй… То есть, как скажешь.

И тут она почувствовала прикосновение к своим плечам. Сначала несмелое, а потом более настойчивое. И вот уже сильные неведомые руки на талии. Под платьем. Но как, как такое возможно?

С губ сорвался стон. Она хотела сопротивляться, но не могла. Она закрыла глаза, чувствуя, что сползает со стула в крепкие и властные мужские объятья.

Удовольствие от прикосновений оборвалось мгновенно. Она снова стояла рядом с Иоанном посреди светлого серого марева. И лишь губы слегка пощипывал сок ананаса.

Протрезвев от яви, так похожей на наваждение, или от наваждения, что точь-в-точь явь, Аня решила влепить спутнику хорошую пощечину.

Но Иоанн теперь, как будто, стоял метрах в двух от неё, и она никак не могла до него дотянуться. Только сверкнула злобно глазами.

- Это за что это? – удивлённо осведомился он. – Пейзаж не понравился? Али ананасы?

- Руки твои! – обижено выдохнула Аня, понимая, что он здесь хозяин, и она до него не доберется. Пока он сам этого не захочет.

- Я тебя пальцем не трогал. Это всё твои… хе-хе, как вы говорите, «нижние чакры».

- Мне это показалось, хочешь сказать? За полную дуру меня принимаешь? Ещё раз такое устроишь…

- Не ругайся. Я честно сказал тебе, что твоё тело с ума может сойти без адаптации в нашем мире. Душу здорово отравит. Ещё раз повторяю – я тебя пальцем не трогал. Хочешь - верь. Хочешь – нет.

Сказав это, Иоанн простодушно пожал плечами.

- А вот и последнее, - продолжил он. – Покажу тебе свою Службу. Только упрощенную модель. Опять же, чтобы сразу тебя с ума не свести.

В этот момент серая пелена вокруг Ани померкла, обратившись в кромешную тьму. Абсолютная темнота не пугала, а напротив, вселяла уверенность в себе. И это чувство в такой обстановке казалось необоснованным, излишне самонадеянным. Остатки страха и сомнений отступили, когда с уровня глаз к ногам потекли ровные струйки света. Строго вниз, вертикально. Их было великое множество, этих маленьких прямых ручейков. Но взгляд Ани безошибочно выхватил одну из этих полосок света, которая чуть искривилась в начале своего пути.

- Вот видишь, ты способная.

Иоанн взял Аню за руку. Его прикосновение было теплым и приятным, ощущалось как лёгкий бриз, а не как человеческая ладонь.

Ведомые вверх холодные Анины пальцы указали на изгиб ручейка, и линия света вмиг сделалась прямой.

- Ты выпрямляешь свет?

- Убираю искажения. Но ты познакомилась лишь с моделью. Самой примитивной из всех.

- А что будет, если ты ошибёшься?

- Я не могу ошибиться. Да и ты тоже не сможешь, если будешь Служить. Я – Смотритель. Я не всесилен. Что-то я устраняю, чему-то суждено случиться.

- Как это?

- Видишь ли, я знаю далеко не всё.

Аня с удивлением обнаружила, что снова сидит на стуле в кафе, в которое пришла, казалось, целую вечность назад. А напротив неё сидит Иоанн.

«Целую вечность назад? Или пару мгновений?» - думала она, разглядывая рукав своего привычного зимнего пальто. Аня бросила взгляд на соседний столик. Тамошние посетители продолжали сидеть неподвижно, замерев на своих местах.

- …Но даже если буду рассказывать то, что знаю я, - продолжал тем временем Иоанн, - то это будет долго, непонятно и неинтересно.

- Время же не имеет здесь значения, верно?

- Имеет. Даже здесь. Его осталось не так уж и много.

Аня удивлённо подняла бровь.

- Неужели?

- Да, - отрезал собеседник. Его голос стал резким и властным. – Сейчас ты, Анна, как Вы любите говорить, «сделаешь выбор». А по нашему – «предпочтёшь». Впрочем, какая для тебя разница? Если ты выпьешь кофе, то выберешь этот мир. Лишившись, естественно и своего Видения, и части воспоминаний. Надеюсь, это понятно.

- Видения лишусь тоже?

- А зачем оно тебе в таком случае? – вопросом на вопрос ответил Иоанн. Хоть говорил он решительнее, спокойствие ни на миг не покидало его. Ничто в Смотрителе не выдавало излишних эмоций. - Вопрос твоего распределения в мирах в этом случае будет решён после очередной смерти.

- А кто его решит? – вкратчиво спросила Анна.

- Вселенная, - коротко ответил Иоанн. И продолжил повествовать: - Если же ты оставишь кофе нетронутым, то проследуешь в мой мир незамедлительно. Прихватишь и это тело. И все примитивные воспоминания.

- Примитивные?

- Те, которые накопил разум. Или мозг, чтоб тебе было понятнее. Время предпочтения. То есть, выбора, как вы говорите.

- У меня его нет, Иоанн, - сказала Анна, кисло улыбнувшись. – Меня мама дома ждёт. Прости, но я хочу этот ароматный капучино.

И она вдохнула такой знакомый терпкий аромат.

- Надо же, он всё ещё не остыл!

- Здесь не прошло и минуты, как его налили, - произнёс Иоанн, улыбнувшись в ответ. – Я знал, что ты предпочтёшь этот мир, Анна. Но формально я обязан был предложить тебе то, что вы называете «выбор».

- Понимаю… Не мы, а наше прошлое выбирает? Наш выбор – это проекция нас самих?

- Неплохо. Откуда эта фраза?

Ане показалось, что, глядя на собеседника поверх чашки, она впервые за этот день удивила его. Впрочем, не за день, а за мгновение. И, пожалуй, это уже второй раз. Первый был тогда, когда она про юрский период заговорила. Выходит, не такая уж она и глупая, как некоторые молодые люди её представляют.

- Да, знаешь, сама как-то… Вот будь я бедной сироткой, которую все обижают и у которой ничего здесь нет, то точно выбрала бы последовать за тобой… Понимаешь меня?

- Конечно! Только я бы сказал «предпочла». Ведь никакого выбора нет. Даже между капучино и латте.

Аня удивлённо взметнула одну бровь и медленно опустила голову в знак согласия.

И вдруг гадкая мысль, словно разрядом тока, прошила разум. Аня едва не выронила кофе. Часть его выплеснулась на стол. Но это сейчас было неважно.

«Если бы ты была никем, то получила бы лучшую долю! Лучшую, чем ту, которую получишь сейчас! - услышала Аня шёпот. - Ты отправилась бы в Высший Мир немедленно, немедленно, а не прозябала бы ещё пятьдесят лет здесь. А где гарантия того, что ты, такая хорошая девочка, женщина, бабушка, прожив здесь жизнь, не лишишься в конце той возможности, которая у тебя есть в этот момент?»

Аня пошатнулась на стуле. Оставив чашку на столе, она уронила лицо в ладони, стараясь не глянуть ненароком на Иоанна. А он ещё был здесь, она буквально чувствовала его присутствие рядом.

Таинственный голос был прав. Имея меньше, она бы получила больше. Но, как она понимала, в выборе она последует не за выгодой, а за своим «я».

Вспомнилась записка маме. Та самая, на чеке из супермаркета.

Когда Аня опустила ладони, её глаза были полны слёз. Она гневно глянула на спокойное и умиротворенное лицо Иоанна. Хотела уже сказать что-то колкое, но тут ясно поняла, что шепот принадлежал её воспаленному сознанию, а не ему. Дрожащей рукой она взяла чашку. Кофе неприятно обожгло губы. Но его аромат был приятен. Необычайно приятен.

За столиком в другом конце маленького кафе задвигались люди. Это было последнее, что заметила Аня, прежде чем лишиться чувств.

«Яд!» - какая-то далёкая и странная мысль пронеслась в голове.

 

* * *

Рыжий парень-официант, сразу обратил внимание, что девушка, недавно пришедшая в кафе и показавшаяся ему чем-то расстроенной, заснула на стуле у стены. Прямо в пальто и шарфе. А этого в заведении не полагалось.

Подойдя, он тронул её за плечо. Сначала совсем слабо, потом сильнее. Попробовал разбудить девушку, не привлекая внимания других людей. Но она не открывала глаз.

- Эй, ты вообще живая? – с тенью сомнения пробормотал официант.

Не найдя способа лучше, он суетливо сбегал на кухню за чистым бокалом, поднёс его к носу девушки, затем осмотрел стекло.

Кажется, она всё-таки дышала.

- Слушай… Вставай… Не пугай меня! Только этого не хватало! – отрывисто проговорил он, уже тряся гостью кафе за плечи.

Девочка молодая и симпатичная, но парень в этот момент об этом не думал. Не до того было. Сердце замерло, от страшного предчувствия, которое больно закололо где-то в шее.

Когда Аня открыла глаза, официант резко отпустил её. Облегченно выдохнул и приложил ладонь к голове.

- Вы… Вы это чего?

Первым делом, девушка принялась снимать шарф и расстёгивать пальто. Как будто не могла этого раньше сделать.

- Слава богу, я думал, что ты того… Этого… Воды Вам принести?

- Можно, спасибо, - буркнула Аня, растирая виски.

«Деньги! Не пропали ли деньги? Надо же по счёту платить!» Она быстро нащупала кошелек во внутреннем кармане. К счастью, и он, и телефон оказались на месте.

Официант вернулся быстро.

- Вы себя нормально чувствуете? Вот, выпейте. Вода бесплатно.

Он выглядел несколько растерянным. Аня уже хотела бросить короткое «норм». Но тут почувствовала, что, возможно, стоит извиниться. Ведь она, похоже, сильно напугала парня.

- Я решила подождать открытия метро, и случайно заснула. Извините… - произнесла она и, прочитав его имя на бейдже, добавила: - Извините, Игорь.

- Ничего-ничего, - откликнулся он, улыбнувшись. – Что-то ещё для Вас?

- Нет, благодарю.

- Это Вы меня извините. Не хотел тревожить, - заговорщически шепнул официант. – Но спать у нас нельзя. Выбора не было…

- Никакого выбора нет. Даже между капучино и латте.

На одном дыхании Аня выпалила эту фразу, как будто совершенно случайно всплывшую в голове.

- В смысле? Вы о чём? Как Вам наш капучино? Не желаете ли теперь латте попробовать?

- Спасибо, боюсь опять уснуть. Принесите счёт.

И, помолчав немного, добавила:

- Принесите счёт, пожалуйста. Кстати. Вкусный капучино. Какая-то фруктовая нотка чувствуется.

- Рад, что Вам понравилось, - заучено откликнулся Игорь.

Странное дело: на столе в салфетнице нашлись две сотенные купюры, сложенные вдвое. Аня изучила содержимое своего студенческого кошелька. Три с половиной сотни. Столько же, сколько после такси. Не понимая, откуда взялись ещё двести, Аня вспомнила события, которые произошли за последний час. Но казались минувшими минимум пару лет назад.

Она ехала на такси к подруге, но оказалась не нужна, когда добралась. Обстоятельства изменились. Дарье помогли другие, более близкие и компетентные люди.

Потом шла до метро и, решив подождать открытия станции, зашла погреться в кафе. Специально взяла капучино, чтоб не заснуть. Аня улыбнулась, вспомнив, что это ей всё равно не удалось.

«Наверное, эти две сотни из кармана джинс. Завалялись, а я их случайно обнаружила и сразу подготовила, чтобы кофе оплатить, - размышляла она, вкладывая деньги в кожаную папку для счёта. – Не с неба же они упали!?»

Выйдя из кафе, Аня побрела к метро. Она пыталась понять, каким образом уснула после капучино. Кофе оставил приятное, почему-то ананасовое послевкусие. Именно ананасовое. Теперь Аня четко узнала эту «фруктовую нотку»

Почему-то вспомнилось лишь то, что засыпая, она боялась уже не проснуться. Отчего так, интересно?

«А вдруг бы я и правда сейчас умерла? «Вот я был, и вот меня не стало…»1 - вспомнились ей слова «подросткового хита» из далекого детства. – «Как бы вспоминали обо мне? Осознали бы они, кого потеряли? Родители горевали бы сильно. А остальные?»

Аня привычным движением вытащила телефон из внутреннего кармана. Ёжась на февральском ветру, посмотрела на маленький скол и цифры в правом уголке экрана. Метро уже открылось.

Она принялась писать сообщение Дарье. Надо поздравить подругу и её мужа. Извиниться, если сказала, что-то резкое в горячке событий. А может и не сказала – Аня плохо помнила, как оно было.

- Выбор предопределён. Но это не так уж и плохо, - обратился к ней молодой мужчина в белой тунике и плаще, стоящий у самого входа в метро. – Надо просто принять это и не строить лишних иллюзий. Не так ли, Анна?

Но Аня не услышала его, а прошла мимо, уткнувшись в телефон.

 

читателей   112   сегодня 3

Примечания

  1. приведена цитата из песни «Прыгну со скалы» группы «Король и шут»
112 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...