Второй шанс

 

-Леди под номером 739, кабинка — 195! — раздался голос руководителя нашего отдела из динамиков огромного экрана, растянутого вдоль всей северной стены нашего небольшого, но любимого кафе.

Солидных лет мужчина, стоящий за небольшой кристально чистой барной стойкой, с седыми длинными волосами, завязанными в высокий хвост, уверенными глазами, которые повидали больше, чем может показаться на первый взгляд, грубыми чертами лица, упёртым подбородком и шрамом на пол-лица, по-доброму улыбнулся и отсалютовал мне маленькой кофейной чашкой, тем самым желая удачи.      Хоть на вид он и выглядел устрашающе, но на самом деле он был редкостной доброты человек. Мог поднять настроение каждой из нас, помочь, дать совет. Да и, что скрывать, кофе у него был отменный.
Новички первое время боятся его и откровенно недоумевают, что такой человек делает в столь захудалом кафе. После произнесения ими последних слов Шэр, как правило, обижается и отказывается делать кофе обидчикам, да и вообще гонит их прочь.

А дело в том, что кафе он в большей части обставляет сам. И тёмно-бордовые обои, и красивые деревянные барные стулья с изящными чёрными узорами, и такого же типа барная стойка, со стеклянным верхом, и вечно приглушенный свет от красивых небольших люстр, висящих над нашими головами – всё это его рук дела. Всем до единого такой интерьер был по душе.

И новички потихоньку вливались в коллектив, понимали свою ошибку, приходили в кафе и извинялись за своё поведение. Каждый раз — одно и тоже, а нам оставалось лишь делать ставки на время.

Тяжело вздохнула, но всё же в ответ улыбнувшись бармену, поставила чашку с недопитым кофе на столик и сладко потянулась, разминая мышцы. Даже десяти минут не дали, ироды… Я же только с задания вернулась и снова отправляют вниз, других работников нету у них что ли? Или я так им не понравилась? Ну да, не похожа я на остальных, но это не повод тиранить меня со всех сторон.

Встала на ноги и подняв ручки вверх, скрестив их вместе, нагнулась сначала в одну сторону, затем в другую. Несколько косточек где-то внутри хрустнуло, но зато тело теперь не такое тяжелое. Уже более счастливо улыбнулась и направилась в сторону выхода, быстренько поднялась на третий этаж, поправляя выбившуюся из-за ушка прядь и застёгивая пуговицы чёрного длинного плаща.

Быстро нашла нужную мне кабинку и, войдя внутрь, не раздумывая, взяла свои изящные серебряные ножницы с плавными узорами, выгравированными на рукоятке, и кристалл-хранитель для души, после чего в последний раз взглянула на себя в зеркало и оставшись довольной своим мрачным видом, закрыла глаза и тихо, еле слышно, прошептала на вдохе заклинания заморозки эмоций, нажала красную кнопку на стене и шагнула в портал, покрытый непроглядной завесой темноты, на месте которого всего секунду назад стояло длинное зеркало в пол. Благодаря этому заклинанию, мы не можем сжалиться над умирающим и оставить ему душу. Все наши эмоции полностью отключаются и не могут взять верх над сознанием и здравомыслием. Я тоже так думала до этого задания.

 

***

 

Очнулся я в липком поту и со страхом, сжимающим моё сердце. Распахнув резко глаза, тихо застонал от сильной боли в голове и прикрылся рукой от яркого солнца, слепящего своими лучами мне прямо в глаза. Казалось, что всё моё тело это огромный сгусток боли. Любое движение, любой даже самый маленький вдох, да даже тихий стон отдавались болью во всём теле, которое я уже откровенно не чувствовал.

Забери мою душу, Всевышний… Да что же я такого вчера пил-то?… Пил?…

Одно коротенькое воспоминание, промелькнувшее в моей голове, мгновенно заставило забыть о всей боли, сковавшей моё жалкое тело и сесть, удивленно озираясь по сторонам. Повсюду находились пустые бутылки, разбитая посуда, какие-то странные желтоватые лужи, по смраду напоминающие мочу, тонны мусора, обои были порваны, а таких атрибутов, как холодильника и микроволновки не было вообще.

Что же я натворил? Руками схватился за голову и со страхом продолжил осматривать свою квартиру. Всё, что можно было продать, я продал, а деньги… Деньги ушли на наркотики…

Новое воспоминание накрыло моё тело паутиной ещё большего страха, нежели раньше.

Я лежу на том же месте, что и сейчас, но я был… В полуобороте! Из под коричневых из-за грязи волос торчали чёрные волчьи уши, позвоночник был подозрительно искривлен, как у кота, когда тот выгибается волной и шипит на врага, одна рука была человеческой, а вместо другой была уже того же цвета, что и уши, лапа с розовыми подушечками и торчащими когтями, ноги прибывали в точно таком же состоянии. Я застрял в обороте… И я умирал…

Я, как в тот момент, почувствовал, как сердце из последних сил пытается сделать новый удар, но оно не способно поддерживать жизнь застрявшего в обороте.

Я умирал… Но я же жив… Жив ведь?

Испуганно положил руку на грудь и, ощутив быстрые толчки бешено бьющегося сердца под ладонью, облегченно вздохнул и устало прикрыл глаза.

После такого ещё никто не выживал. Все оборотни, застрявшие в обороте, погибали в течение десяти минут. Человеческое сердце не успевает перестроиться в волчье, а те части, что всё же стали звериными, требуют для подпитки совсем иную кровь, нежели простая кровь смертного.

Так почему же я выжил? Такое ведь невозможно по научным соображениям.

Но как бы я не думал на эту тему, ответ всё не приходил. Так… Сначала надо встать, привести себя в порядок и поесть. Раз я выжил после такого, значит Всевышний дал мне второй шанс, а его упускать я уже не намерен.

И мысленно составив последовательность, приведения себя в порядок, я медленно встав сначала на колени, а после держась за стоящий рядом стол, принял какое — никакое стоячее положение и вновь схватился за голову. Боль снова накрыла всё моё тело и сознание, заставляя чуть ли не упасть назад на пол, но, крепко сжав края стола, я всё же устоял и, медленно сев на рядом стоящий табурет, положил голову на руки, ожидая момента, когда же всё-таки эта боль хоть немного утихнет.

В таком бардаке я всё равно не смогу найти лекарства, поэтому остаётся только ждать.

Но ждать пришлось долго. Несмотря на то, что я даже не шевелился и старался дышать как можно спокойнее, боль всё не проходила, а время, казалось, тянулось уже целую вечность.

Такой сильной боли я даже после похмелья не ощущал, но даже это было малой ценой за моё спасение.

Спустя примерно пол-часа по внутренним часам я всё же нашел в себе силы встать и пойти в ванную комнату, где наполнив полную ванну, медленно разделся и лёг в горячую и обжигающую кожу воду. В обычной ситуации я бы не стал так над собой издеваться, но сейчас мне казалось, что только кипяток и огромное количество мыла помогут мне смыть всю эту грязь с моего тела. Первое время я до красноты тёр мыльной мочалкой свою кожу, но позже, немного успокоившись, просто лёг и закрыв глаза, незаметно для себя, медленно стал погружаться в мир Морфея.

Передо мною стояла маленькая и миловидная девушка, с длинными волосами цвета спелой пшеницы и глазами, подобным морю. Её взор завораживал, а единственное, еле слышимое слово, заставило моё сердце биться, как у маленького оборотня в момент первого оборота.

-Живи.

Произнеся это, она подхватила медленно опускающийся на неё чёрный плащ с большим капюшоном и, накинув его на плечи, закрывая своё личико плотной тканью, резко развернулась и пошла прочь от меня.

И в тот момент, когда я было хотел побежать за ней, неожиданно для себя распахнул глаза и резко принял сидячее положение. Сознание возвращалось медленно, как и понимание того, что я в своём доме, в ванне и, если бы проспал ещё немного, то новая встреча со Всевышнем мне бы была обеспечена.

Но не эти мысли сейчас занимали мою голову. Кто была та девушка? У меня было смутное ощущение того, что я её уже где-то видел. Но где?… Вновь опустив своё тело в воду, я стал перебирать в голове всех знакомых девушек с таким редким цветом волос. Но как бы я ни искал в закоулках своей памяти хоть одну подсказку, всё было тщетно.

Кто ты?

 

***

 

Найдя неподалёку свободную душу какой-то кошки, я положила её в свой кристалл-хранитель, убрала его во внутренний карман плаща, и, закрыв глаза, прошептала слова ключа, открывающего портал в мой родной мир, а если быть точнее, на третий этаж нашего офиса.

Оказавшись всё в той же кабинке, вяло улыбнулась своему отражению в зеркале и, положив кристалл-хранитель на специальную пластину, парящую на уровне моей груди, а ножницы, обрезающие ленту жизни, на небольшой столик у стены, с усталым вздохом вышла из маленького помещения и направилась в сторону кафе.

Но не успела я пройти и десяти шагов, как надо всем офисом раздался злой голос руководителя:

-Семьсот тридцать девятая, зайдите!

Проходящие мимо коллеги с сочувствием взглянули на меня, но во всех взглядах читался вопрос: «Что ты натворила?». А я что? Я ничего. Вновь тяжко вздохнула и пошла в противоположную сторону от первоначальной цели.

Кабинет руководителя нашего отдела находился на четвёртом этаже, поэтому, поднимаясь вверх по лестнице, я стала перебирать в голове все возможные варианты дальнейших событий. Он может поверит мне, но это мало вероятно, потому что между нами с самого первого дня моей работы здесь появилась взаимная неприязнь. Он просто терпеть не мог меня и пытался сделать моё пребывание здесь адом, а я же старалась не донимать его сильно. Жить то хотелось…

Подойдя к громадной деревянной двери, неуверенно постучалась и, услышав грозное «Входи», потянула ручку на себя и юркнула в кабинет.

Большой, во всех смыслах, мужчина сидел за письменным столом и как будто взвешивал в руках кристалл-хранитель, при этом не забывая делать задумчивое и сердитое лицо.

— Семьсот тридцать девятая, что это? — Указал кивком на кристалл и поднял на меня свои карие глаза шеф. Я убрала руки за спину, немного сжав их, и, глубоко вдохнув, уверенно взглянула в ответ.

— Кристалл-хранитель, генерал Эльгиер.

— Я знаю, что это кристалл, леди! Потрудитесь объяснять мне, что в этом кристалле! — сжав губы в одну белую полосу, так же спокойно спросил генерал.

— Душа, генерал Эльгиер, — как положено отрапортовала я.

— Я знаю… — Тихо со злостью прошипел мужчина, после чего на миг прикрыл глаза и глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться.

Не удержавшись, я тихо спросила сама себя:

— Ну раз знаете, зачем спрашиваете?

Но, кажется, сегодня просто не мой день, потому что шеф меня услышал.

— Что вы сказали?!

— Ничего, генерал Эльгиер.

— Хорошо… — Он вновь сделал глубокий вдох и уже более спокойно продолжил, — Тогда объясните мне, почему в вашем кристалле находится душа кошки, если вас посылали за душой оборотня.

— Там, куда меня отправили, умирало лишь это создание, генерал Эльгиер.

— Вам дали задание, целью которого был оборотень, а не животное. Вы читать разучились?

— Нет, генерал Эльгиер. Но там и правда не было ни одного умирающего вервольфа. Возможно система оповещения дала сбой.

— Она никогда не даёт сбой, леди 739! Пошли вон! — Услышав эти слова, я мысленно победно улыбнулась, пытаясь дальше держать отстраненное выражение лица. Если он не озвучил наказание сейчас, то и ожидать его в будущем не надо.

С ласкающими душу мыслями о скорой чашечки горячего кофе Шера, я вышла из кабинета и, скинув капюшон, направилась вниз. Но как только я оказалась на третьем этаже, над офисом раздалось «Леди под номером 739, кабинка 102» и я, тихо шипя и проклиная генерала, повернулась в обратную сторону и поплелась к нужной мне кабинке.

 

***

 

 

 

— А теперь открываем тетради и записываем основные законы композиции. Первый закон — это закон типизации, значащий, что в каждой композиции должна быть типичность характеров и обстоятельств…, — рассказывала Эшлиана фон Кимбли, преподавательница теории искусств, сидя за своим столом в центре аудитории и, со скучающим выражением лица, рассматривая нас.

Я, как и все остальные, выполнил её указания и стал быстро записывать лекцию, пытаясь ни на что не отвлекаться, хотя в последнее время это давалось всё хуже и хуже. Как только я видел чистый лист, рука непроизвольно тянулась к карандашу и начинала жить отдельной жизнью, а если быть точнее, рисовать.

И каждый раз это был один и тот же человек. Та девушка с волосами цвета спелой пшеницы и синими проницательными глазами. На моих рисунках она была то стоящая посреди полевых цветов, то в каком-нибудь экзотическом саду, то на вершине горы рядом с драконом, то мирно спящей в стеклянном гробу, как спящая красавица из фольклора человеческих народов, то ещё где-нибудь в необычном месте.

Как только я видел её образ, все мысли тут же прекращали свой ход и я как будто уходил из этого мира, возвращаясь в свои сны.

Она приходила ко мне во снах практически каждую ночь, стояла среди полевых цветов, внимательно смотрела на меня и как-будто убедившись, что со мной всё в порядке, надевала свой чёрный плащ, который совершенно ей не шёл, хотя бы потому что скрывал её красоту от моих глаз, и уходила. Как бы я не звал, как бы не гнался за ней, итог всегда был один и тот же — я оставался один среди этих цветов.

Сначала пытался искать её в своих снах, ходил по этому бескрайнему полю и потихоньку набирал букетик, на случай нашей встречи. Но все мои попытки каждый раз оказывались пустой тратой времени. Потом я стал искать её уже в реальности. Говорят, что нам снятся те люди, которых мы когда-либо видели. Это может быть хоть обычный прохожий, которого ты видел впервые в жизни, или же твой лучший друг. И держа в голове эту гипотезу, я приглядывался к каждой девушке с похожими волосами, искал по описанию внешности в интернете, проглядывал по сотне профилей в соц-сетях в день. Но всё было напрасно.

Идея найти её, увидеть хотя бы на фотографии, сказать простое «Привет», оттеснила все остальные мысли и стала просто маниакальной.

Она меня не отпускала даже на улице. Я начинал видеть её в каждой светленькой девушке, часто замечал, будто светлые волосы скрываются за очередным поворотом или какой-нибудь преградой, я бежал за ней, но каждый раз было одно и тоже, это были всего лишь игры моего воображения, которое, по-видимому, решило свести меня с ума.

Не найдя иного выхода, я даже пытался найти ответ, обратившись к нескольким психологам. Но они не смогли дать внятного объяснения тому, что со мной творится. Один говорит, что это из-за того, что в детстве меня оставила мать, другой — что это последствия неудачной влюбленности. Но несмотря на мои разъяснения, что у моей матери были чёрные и короткие волосы и я ни в кого никогда не влюблялся, они всё-равно продолжали настаивать на том, что я считаю себя брошенным.

Поэтому, пытаясь разобраться в себе, я начал вести личный дневник, в который записывал все свои мысли, желания, гипотезы, и время от времени перечитывал их, пытаясь найти хоть какую-то закономерность, которая позволит мне понять своё состояние.

— Дэмиль эль Гардэн, вам не интересна наша тема?

Вздрогнул, услышав нежный, но строгий голос преподавателя прямо у своего уха и резко перевернув лист с рисунком девушки, неуверенно поднял взгляд на недовольное лицо нашего лектора.

— А, эм, интересна конечно… Просто я лучше запоминаю, когда рисую, — краснея, пробормотал я, пытаясь выглядеть как можно увереннее.

— Ну раз так, вы тогда нам и напомните о чём мы только что говорили, — сказала она и направилась к своему столу. — Ну давайте, чего вы ждёте? Мы вас с удовольствием послушаем.

— Извините. Я не знаю о чём вы говорили.

— Тогда вышли вон из аудитории и чтобы я вас сегодня больше не видела на своих лекциях, — спокойно и буднично вынесла приговор, располагаясь за столом и прикрывая рукой зевоту. — Остальные продолжаем писать. Четвёртый закон — закон контраста…

Тихо шепнув другу, чтобы он потом прислал мне конспект, собрал свои тетради и канцелярию в рюкзак и вышел из аудитории.

 

***

 

— Леди под номером 739, кабинка — 328, — в сотый раз за этот день прозвучал голос руководителя отдела над всем офисом.

Тихо шипя от злости, сжала руки в кулачки и, глубоко дыша, пытаясь успокоиться, направилась в сторону следующей кабинки.

После того случая с кошачьей душой, генерал, видимо, решил извести меня всеми возможными способами и просто-напросто не давал мне и минуты отдыха. Только я успевала выйти из кабинки после задания, как над офисом раздавался очередной приказ.

Окружающие проводили меня сочувствующим взглядом и дружественными хлопками по плечу. Весь офис знал о нашей взаимной ненависти с генералом, но такого раньше он себе не позволял. Ведь знает, что я уйти никуда не смогу.

Когда человеку наступает 16 лет, в день его рождения приходит комиссия по распределению и, проверяя ауру имениника, говорят кем ему быть. Такая политика распределения людей по своим местам в жизни всех устраивала, особенно тех, кто не мог понять себя и найти своё призвание в этом мире. И все ждали этого дня, как никакой другой.

Я сама с нетерпением дожидалась своего шестнадцатого дня рождения, но по какому-то закону подлости, именно этот день стал для моих близких самым чёрным днём в календаре.

Вся моя семья была из знатного рода, каждый член которого становился одним из величайших людей в области искусства. Мой старший брат был лучшим в нашем государстве сценаристом, сестра была великой оперной певицей, а я же… Я просто любила рисовать. Не сказать, что мои картины отличались оригинальностью или же незабываемым сюжетом, но выходило довольно красиво, из-за чего родители предполагали, что я стану художником, но что-то пошло не так и комиссия вынесла вердикт «Леди Смерть».

Оказалось, что у меня есть редких дар видеть ленты жизни, но он в тот момент спал, поэтому в свой день рождения я покинула родной дом и направилась в Академию Душ, где обучали подобных мне.

С того самого дня я больше не видела свою семью. Первая моя попытка связаться с ними увенчалась тем, что я узнала об отречении меня от рода. Больше я никогда не пыталась с ними заговорить. Я осталась без рода и без защиты за спиной.

Но даже в той ситуации был плюс. У меня появилась цель -доказать своей семье, что они зря отказались от меня. Сделать это можно было лишь одним способом — стать сильнейшей Леди Смерть в нашем государстве, а если всё пойдёт хорошо, то и сильнейшей всех времён.

Ну да… Раскатала губу… Это не так легко, как говорить, но я сжимала руки в кулаки и с боем пробивалась к своей цели, не отвлекаясь на такие незначительные факторы, как подростковый возраст, любовь, свидания, и даже друзья, окончила Академию Душ на отлично, получила рекомендацию на прохождение практики в одной из лучших контор, специализирующихся на душах, и вот я тут. И ради своей цели мне придется ещё целый год терпеть это безобразие…

А началось это всё с того момента, как генерал впервые увидел меня. Видите ли я по внешности не подхожу для такой профессии как Леди Смерть. Ну да… У всех девушек с этой специальностью от рождения чёрные волосы, бледная кожа, тощее телосложение, при котором кости везде, где можно и где нельзя, выпирают, а у меня же всё да наоборот. Светлые волосы, розовые щёчки, да и телосложение спортивное, не то что у этих скелетончиков. Меня пытались заставить покрасить волосы, пользоваться пудрой и посадить на диету, но я наотрез отказывалась, ибо нравлюсь себе именно такой.

Тяжело вздохнув, зашла в кабинку, быстро взяла ножницы и кристалл-хранитель и, не тратя время на рассматривание себя в зеркале, быстро и привычно прошептала заклинание заморозки эмоций, нажала кнопку, и вошла в портал.

Вышла я уже в какой-то тёмной подворотне, где нещадно воняло помоями и во всю кричали кошки. Эльгиер… Не будь на мне заклинания заморозки, я бы сейчас разгромила тут всё от злости и ненависти к этому мужлану, ну а так мне оставалось лишь внимательно вглядываться в кучу мусора, разыскивая помирающего, который вскоре нашелся под грудой каких-то металлических пластин.

Невольно скривилась и, не удержавшись, прочла заклинание, которое позволило мне спокойно дышать и не ощущать всего этого смрада. Вот так уже лучше… И ждать, спасибо Всевышнему, не пришлось. Человек уже умер и над его грязным телом поднимался маленький серый сгусток, душа, которую я взяла длинными пальчиками в чёрных кожаных перчатках и отправила в кристалл-хранитель для дальнейшей переработки и перерождения. Перчатки были одним из важнейших компонентов нашего обмундирования. Если дума умершего коснётся кожи любого создания, будь то хоть человек, хоть вампир, то она выселит душу законного хозяина и займёт её место. Вот для этого и была создана организация по поимки душ и её отправлении на переработку, в которую вхожу и я.

Перед тем как вернуться обратно в офис, решила немного отдохнуть хотя бы здесь. Недолго думая, я вышла из подворотни и сразу же оказалась в толпе прохожих, которые не замечая меня, шли дальше, толкая меня то в одну, то в другую сторону, из-за чего я нечаянно кого-то ткнула локтем в бок, поэтому обернувшись, чтобы попросить прощения, замерла на месте, удивленно взирая на пострадавшего. Это был он…

 

***

 

Это был как гром среди ясного неба. Я медленно шел в сторону дома, засунув руки в карманы и насвистывая под нос какую-то незамысловатую мелодию, как кто-то сильно толкнул меня локтем в бок, из-за чего я по инерции немного отшатнулся в сторону. Обернувшись, дабы высказать обидчику своё недовольство, потёр сквозь ветровку ушибленное место, после чего поднял взгляд на стоящего передо мной человека.

Сначала мой взгляд зацепил чёрный плащ, из которого выглядывали носки сапожек, и одного этого хватило, чтобы моё сердце пропустило несколько ударов, после чего бешено отправилось в пляс.

Подняв взгляд выше, я увидел розовенькие девичьи губки и маленький вздёрнутый носик, выглядывающий из под большого капюшона, который скрывал всё остальное лицо.

Но даже несмотря на всё это, было понятно, что это она, девушка из моих снов, девушка, из-за которой я потерял покой. Это была она… Наконец мы встретились…

— П… Привет… — неуверенно поздоровался я, пытаясь выглядеть дружелюбным, дабы не напугать её.

— Здравствуйте, — холодно ответила она мне. Её холодный тон немного выбил меня из колии. Не так я представлял нашу встречу… . — Извините, я нечаянно вас задела, — сказала она, после чего резко развернулась и пошла в противоположную сторону от меня.

Что?… Нет! Я не могу потерять тебя снова! Я так долго искал тебя! Не оставляй меня!

Я резко подался вперёд и схватил её за руку.

— Подождите!

От моего прикосновения она ощутимо вздрогнула и обернулась, одарив меня презрительным взглядом, от которого у меня по телу побежали мурашки, а рука сама непроизвольно отпустила её.

— Я… Я хотел тоже… Извиниться… И это… Можно пригласить вас на чашечку кофе? Вы не заняты… Сейчас… . — Я просто не понимал, что со мной твориться. Раньше я никогда не был таким мямлей и сомневаюсь, что ей мог понравиться человек, который на каждому слове заикается, смущается и не может даже в глаза посмотреть. А ну возьми себя в руки!

— Хорошо. Я свободна сейчас. — Несказанно удивился её ответу, ведь я уже приготовился к отшиванию такого хлюпика, коим я себя показал, но никак не к положительному ответу.

— Тут неподалёку есть отличное кафе, пойдёмте?

Та неуверенно кивнула и мы направились в сторону кафе с огромной вывеской «У Мирона»

***

 

После той нашей встречи прошло уже немногим больше недели и каждый день я невольно мысленно возвращалась в то самое кафе.

Он галантно открыл передо мной дверь и, пропустив вперёд, заказал нам кофе и небольшую фруктовый десерт, который, на удивление, мне очень понравился. Дальше мы мило беседовали, он интересовался мной, что меня несказанно удивило, а я пыталась задавать вопросы ему, хотя и так знала всё о нём из киноленты его жизни, которую я успела посмотреть в прошлый раз. Он не пытался меня на чём-то подловить, чтобы позже обвить во лжи или что-то в этом роде, был добр и очень внимателен ко мне.

Сказать, что мне понравилось наше времяпровождение, значит не сказать ничего. Ведь оно мне безумно понравилось! Я давно не чувствовала себя настолько лёгкой и счастливой. Я просыпалась с улыбкой на лице, засыпала с ней же и лишь неведанная мне ранее тоска по вечерам разбавляло моё счастливое сердце долей горечи.

Тогда, спасая его, я не думала о подобном. Я увидела человека, который не хотел умирать и до последнего цеплялся за жизнь. И мне стало жалко его. Я никогда раньше не жалела умирающих. Заклинание отлично выполняло свою работу, не давая мне ничего чувствовать, но не в тот раз.

Спасибо Всевышнему, руководитель больше не спрашивал про тот случай с душой кошки, а я же могла спокойно дальше продолжать свою работу, не боясь наказания.

— Леди 739, кабинка 194!

Тоскливо улыбнулась, выныривая из своих мыслей и воспоминаний, поставила уже пустую чашку на столик и, махнув Шеру рукой на прощание, пошла на задание.

Выйдя из портала, я оказалась стоящей на крыше какого-то здания, а в десяти шагах от меня, совсем у края крыши, раскинув руки в стороны, стоял Дэмиль и неуверенно смотрел вниз.

Заклинание снова не помогло мне сдержать эмоции, из-за чего я быстро подбежала к парню и, схватив его за кофту, дёрнула назад.

— Ты что творишь?! Совсем с ума сошёл? — Зло и немного испуганно посмотрела на него сверху вниз.

— Лия?… — Он медленно протёр глаза руками. — Лия! Это ты? Это ведь ты?…

Дэмиль медленно принял сидячее положение, а я же опустилась на колени перед ним и, не удержавшись, взяла его за руку.

— Что ты творишь, Дэмиль?… — На глаза невольно навернулись слёзы. Почувствовав как капельки воды текут по моим щекам, рукой вытерла их и удивленно застыла, глядя на мокрые пальцы.

Я плачу?… Я ведь не плакала с того самого момента, как узнала об отречении. Я думала, что той боли я больше никогда не почувствую. Думала, что больнее уже быть не может. Но кажется, я ошибалась.

Страх за оборотня сковал моё сердце, не позволяя ничего сказать, а лишь реветь и давиться своими слезами.

— Ну-ну, Лия, — назвал он меня тем именем, что я представилась в тот раз, когда мы пошли в кафе, — Я просто… Я не могу жить без тебя… Я пытался, честно пытался… Пытался забыть тебя, забыть твой образ, твой голос, но ты была как наваждение… Моё наваждение… — Последние слова были произнесены с такой нежностью, что я не выдержала и заревела с новой силой. Он же обнял меня за плечи, прижал к себе и медленно начал гладить по волосам, пытаясь успокоить.

— Я… Я ведь спасла тебя… Тогда… Не для того, чтобы ты… Обрывал свою жизнь… Я… Я увидела в тебе себя… Тебя тоже бросили… Тебе тоже пришлось везде прорываться с боем… И… И я не могла пройти мимо… А ты… — плача и колотя ручками его по груди, кричала и пыталась успокоится. После страха на меня нахлынула волна злости на оборотня, из-за чего я пыталась как можно сильнее ударить его, дабы показать всю ту боль, что заполнила моё сердце.

— Ты меня спасла?… — Недоуменно взглянул на меня и в одно мгновение застыл. Он не мог помнить этого фрагмента, ведь я отрезала этот фрагмент из ленты его жизни и вместо воспоминаний того момента у него в памяти должен был остаться лишь белый чистый лист.

— Это ты… Это ты была! Ты меня тогда спасла! Ты… Ты не дала мне умереть… И излечила… Лия… Моя Лия… — После этих слов он взял моё удивленное лицо в свои руки и стал покрывать его поцелуями. Как он вспомнил? Я же отрезала тот фрагмент… Или он просто сопоставил всё и понял? Это более вероятно.

Его губы сначала коснулись моих солёных слез, стирая их с личика, после вздёрнутого носика, щёк, лба, и всё ниже и ниже, пока наши губы не сомкнулись в неуверенном поцелуе.

Он застыл, боясь напугать меня, а я застыла от неожиданности, ведь это был мой первый поцелуй. Такой нежный, неуверенный и как-будто закрывающий меня от всех бед мира. Мне стало так спокойно на душе, и почему-то я была уверена, что он никогда не обидит меня, не позволит обидеть другим и будет любить, как никто другой… От волны этой нежности и теплоты я неуверенно и не умело стала отвечать на поцелуй, а ручки сами медленно потянулись к шее юноши и обвили её.

Увидев, что я не отталкиваю его и не даю пощёчину, он немного осмелел и поцелуй перешёл из разряда неуверенного в страстный и поглощающий меня и моё сознание, которое струсило и сбежало, оставив свою хозяйку одну.

 

***

Спустя час, выйдя из портала, я быстренько положила все свои вещи на их места и, не дожидаясь вызова в кабинет генерала, направилась сразу на четвёртый этаж.

Быстренько пробежав по ступеням наверх, подошла к двери и постучалась именно в тот момент, когда над всем офисом разнеслось «Леди 739, в кабинет к руководителю!». Уверенно приоткрыв дверь и войдя внутрь, я встретилась со злым и метающим молнии взглядом генерала.

— Семьсот тридцать девятая, потрудитесь объяснить, почему ваш кристалл-хранитель после задания оказался пуст?!

— Самоубийца передумал прыгать и выжил, генерал Эльгиер, — ни разу не запнувшись и уверенно ответила я.

— Он не мог передумать или выжить, Леди Смерть! И вы прекрасно это знаете! Где душа?!

— У законного хозяина, генерал Эльгиер.

— Может и в первый раз, когда в кристалле оказалась не та душа, умирающий передумал умирать, и вы, испугавшись наказания, вложили в хранитель душу бродячей кошки?

-Да, генерал Эльгиер, — последовал незамедлительный ответ.

— Не хотите по-хорошему, будет по-плохому. Чтобы завтра в три часа после полудня прибыли в зал Заседаний, где и решится ваша дальнейшая судьба.

— Так точно, генерал Эльгиер, — ответила я и вышла из кабинета.

Боялась ли я суда? Нет. Мне казалось, что сейчас единственный мой страх — это потерять любимого, а всё остальное было таким ничтожным и не важным, что не хотелось даже тратить свои силы на размышления об этом.

 

***

Это был прекрасный осенний денёк, когда солнышко ещё грело своими лучами прохожих, а вся листва уже лежала на земле и шелестела под ногами прохожих. Лёгкий и ласковый ветерок трепал волосы гулящих парочек, вырывал платки у девушек и просто обдувал путников, направляющихся по своим делам. У каждого была своя маленькая цель, к которой он сейчас шёл, а для кого-то эта цель была лишь одной из ступеней на пути к более великой и серьёзной.

Так и молодая девушка с волосами цвета спелой пшеницы стремилась к своей маленькой цели — Академии Искусств, придерживая одной рукой небольшой рюкзачок у груди, а второй — тонкий персикового цвета платочек на шее, который, то и дело, норовил улететь в небо, подхваченный ветром-проказником, трепавшим ей волосы и как-будто играющим с ней. И всё же резкое дуновение воздуха вырвало из рук юной леди её платок, унося его куда-то ей за спину. Девушка лишь успела охнуть от удивления и обернуться, надеясь на то, что судьба смилуется над ней и не даст пропаже улететь далеко.

Судьба, видимо, услышала её мысленный зов, потому что на тропинке, по которой всего пару секунд назад бежала она, стоял высокий молодой человек в чёрной ветровке и обычных джинсах, удивленно смотрел на неё и держал в вытянутой вверх руке её платок, с которым ветер всё не прекращал свою игру.

Юноша сделал неуверенный шаг вперёд, сокращая между ними расстояние, опустил руку и, ещё крепче сжав платок, уже более уверенно подошел к ней и заговорил, обволакивая её сознание своим уверенным голосом.

-Девушка, а мы случайно не знакомы?

На его лице мгновенно расцвета улыбка, после того, как на щеках юной особы загорелся румянец, а взгляд смущенно опустился вниз.

-Эм, сомневаюсь. Я только перевелась в эту Академию.

Её тихий и мелодичный голосок заставил молодого человека вздрогнуть и задумчиво осмотреть леди с ног до головы. Он как будто искал что-то в закоулках своей памяти и надеялся найти зацепку в образе юной героини.

-Тогда давайте познакомимся. Я — Дэмиль.

Девушка удивлённо подняла на него взгляд и обнаружила, как тот протягивает ей платок. Она медленно кладёт свою миниатюрную и как-будто кукольную ручку в его длань, желая взять шёлковый кусочек ткани, принадлежащий ей, но у парня были иные цели: он нежно сжал её ручку и медленно поднёс к губам, опалив ей кожу горячим дыханием, после чего нежно и неуверенно поцеловал.

От неожиданности и удивления небольшой чёрный рюкзачок выпал из её объятия на землю, а лицо девушки стало ещё более пунцовым, чем было до этого.

Молодой человек, как-будто не желая расставаться с её рукой, от которой веяло нежным и лёгким ароматом ванили, медленно выпрямился, только после чего и отпустил её захваченную в плен его губ руку.

Придя в себя, девушка смогла лишь тихо пролепетать, пряча свои глаза от взгляда юноши.

-Меня зовут Лия. Приятно познакомиться.

 

   

читателей   101   сегодня 1
101 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 2,67 из 5)
Загрузка...