В лунном свете

Они брели через заснеженный парк, и вечерние фонари освещали им путь. Игорь из последних сил тащил сумку со снаряжением, Паша же от переполняющего восторга донёс бы на себе весь стадион. Если бы его Пашке кто-нибудь отдал, конечно.

– Ты не переживай, – говорил Паша, глядя в сторону улицы, где в многоэтажках зажигались и гасли окна, будто дома перемигивались между собой азбукой Морзе. – Они просто не видели, что ты можешь!

– Да я и не переживаю, – ответил Игорь. – Я уже давно думаю: может, и ну его всё? Закончу школу, к осени поступлю куда-нибудь в колледж. На юриста, например…

– Ты что?! – воскликнул Паша. От удивления он выронил из рук плеер с синими наушниками на молнии и едва не врезался в столб со знаком, оповещавшим о наличии где-то под снегом велосипедной дорожки. – Да ты самый крутой защитник, которого я видел! Ну, подумаешь, пару шайб там пропустили…

– Пару?!

Было бы над чем, Игорь бы засмеялся. Пропустили они пять, причём две на его совести. Хорошо хоть, проиграли в итоге не так позорно, Пашка в атаке оказался неудержим, потому и приглянулся скаутам «Факела». Теперь будет в настоящем клубе, хоть и в молодёжке, но всерьёз, а не этот детский каток месить…

– Ну, третью когда пропускали – ты на замене был, – начал загибать Пашка пальцы, – пятая вообще после буллита. Четвёртая…

– Ладно, хватит, – прервал его Игорь. Будет сейчас статистический анализ проводить. – Подумаю ещё, может, и останусь.

Выбравшись из снежного лабиринта к улице, они расстались – Пашке налево, Игорю прямо. Игорь шёл и продолжал убеждать самого себя в том, с чем давно в глубине души согласился. Пятнадцать лет – не приговор, но возраст, когда уже пора определиться, что для тебя спорт: хорошее хобби или дело всей жизни. Мама всегда говорит, что он максималист, и так оно и есть, неудачи переживает тяжело. Очень маловероятно, что Игорь дорастёт до уровня КХЛ, а значит, будет выступать за команду поскромнее, чередуя редкие победы с поражениями вроде сегодняшнего. Стоит ли ради этого ломать психику и здоровье, Игорь сомневается. С другой стороны, поступив в колледж, он сможет получить достойную профессию, а значит – достичь чего-то в жизни. Может быть, и Ленка тогда…

Размышляя, Игорь добрёл до своего двора. Фонари почему-то не горели, идти пришлось почти в полной темноте, если не считать бледный лунный свет. В самой глубине двора двигалось что-то большое и тёмное. Наверное, машина. Игорь неохотно взобрался на тротуар, весь обледенелый, да ещё и узкий настолько, что не обойдёшь, как будто мало Игорю сегодня льда.

Один из фонарей попытался засветиться, правда, вместо привычно тёплого желтоватого огонька у него получилось что-то фиолетовое. Игорю это о чём-то напомнило, но прежде чем он сообразил, что, фонари зажглись, причём все разом.

Они осветили двор всего на мгновение, и всё же этого хватило Игорю, чтобы разглядеть то, что он до этого принимал за машину.

На дороге стояла высокая, больше двух метров, и очень старая женщина с распущенными седыми волосами. Из одежды на ней была только мешковатая рубаха до пят – странный выбор для конца января. Смотрела она прямо на Игоря… единственным глазом в середине лба.

Игорь отшатнулся, поскользнулся и сел прямо на собственную сумку. Он попытался встать, но запутался в ремешке. Когда Игорь наконец поднялся, двор вновь погрузился в ночь.

Боясь шевельнуться, Игорь сорвал перчатку и зачем-то потёр глаза. Кажется, оно ещё там в темноте… Да что это за оно? Он попытался вспомнить, что видел, и не смог. Осознав сей факт, Игорь вдруг успокоился. Конечно же, раз он не помнит, значит, ему просто что-то померещилось. Ерунда. Утомился. Надо меньше думать обо всём – о хоккее, об учёбе… А то так и с ума сойти недолго.

Чтобы отвлечься, Игорь напевал себе под нос «Мельницу». Тем более что и луна такая, как раз «Под луной» петь. На словах «Хранит пустынная волна след княжьего челна…» он вошёл в квартиру.

– Ну наконец-то, – улыбнулась мама. В левой руке телефон, в правой – прихватка, но всё равно как-то ухитрилась забрать у него неподъёмную сумку, даже разговаривать не перестала: – Да Игорёша домой пришёл. Что? Нет, не с ним. Игорь, а где Паша?

– Да уже дома, наверное, – ответил Игорь, снимая куртку.

– Какое «дома», я с его мамой сейчас разговариваю. Наташ, Паша, наверное, куда-то ещё зашёл. Сейчас придёт, точно тебе говорю. А я перезвоню…

Мама скрылась в кухне, а Игорь достал телефон и набрал Пашку – просто на всякий случай. Долго шли гудки, затем забубнил автоответчик. Игорь отключился. Наверное, с мамой своей разговаривает. Хотя нет, когда номер занят, гудков быть не должно… Игорь мотнул головой – мало ли что, потом ещё перезвонит.

Пришёл с работы папа. Поужинали. Папа рассказывал, как студенты в очередной раз «порадовали» на контрольной – отец у Игоря преподаватель в университете этнологии. Слово за слово разговор перешёл на самого Игоря.

– …Вторая – вообще цирк. Я Пашке шайбу передаю, а она у меня с клюшки соскочила и об их игрока отрикошетила – и в ворота, – рассказывал Игорь. – В общем, хватит с меня хоккея.

– А я давно тебе говорю, – сказал отец, поправив склеенные изолентой очки. Изолентой – потому что в гараже уронил, а скотча там не было. – Подготовься за эти два года к ЕГЭ, сдашь – и ко мне в универ пойдёшь.

– Нет, – Игорь мотнул головой. – Я на юриста хочу.

– Ты с ума сошёл? – воскликнула мама. – Это же опасно. Ты знаешь, как часто адвокатов убивают?

Игорь пожал плечами.

– Ну, необязательно быть адвокатом, – задумчиво протянул он. – Можно и спортивным юристом быть. Лозанна там.

– Котлету лучше возьми.

Зазвонил телефон. Мама ушла в коридор ответить, но уже через минуту вернулась.

– Ты точно уверена? – спросила она. На том конце провода что-то ответили. Прижав трубку к плечу, мама сказала: – Пашка так и не вернулся…

* * *

– Хорошо, Наталья Сергеевна, – сказал Игорь. – Держитесь. До свидания.

Убрав мобильник в карман, он ещё какое-то время стоял и пялился на больнично-голубые стены школьного коридора. Наконец Игорь вздохнул и обернулся к ребятам. Ленка, Виталик и Яна сидели на банкетке возле класса и терпеливо ждали.

– Пашки нет ни у друзей, ни у соседей, ни у родственников, – сообщил Игорь. – Участковый только отмахнулся – мол, подросток, сложный возраст, не переживайте, сам придёт.

– Тьфу, – Ленка подёргала себя за светлые локоны. Обычно румяные щёки сейчас вовсе пылали. – А вдруг с ним что-то случилось? Как он Пашкиной маме в глаза посмотрит?

– Успокойся, – сказал ей Виталик. Он поднялся и решил пройтись по коридору, громко топая массивными, чуть ли не армейскими кроссами. – В конце концов, у них там в полиции и без нашего Пашки дел хватает.

– Да, конечно, у нас же один полицейский на большой район, в котором каждый день пропадают дети, – язвительно ответила на это Яна.

– Ой, типун тебе на язык… – оборвала её Ленка.

Все замолчали. Игорь взглянул на друзей. Виталик продолжает ходить взад-вперёд. Ленка перебирает вещи в сумке, наверняка сама не зная, зачем это делает. Яна же… Кто-то чужой наверняка подумает, что ей на всё плевать. Миниатюрная черноволосая девчонка в классе новенькая, пришла только в сентябре. Сидит спокойно, слегка косой взгляд хладнокровно устремлён куда-то вдаль, в зрачках чёрных глаз играют блики от окна. Но ребята-то знают, что Яна переживает пропажу Пашки не меньше, а то и больше их, только прячет волнение под маской хладнокровия. Хоть и новенькая, а в их компанию влилась так, как будто именно её им и не хватало. Их великолепной пятёрке… Но где же пятый?

– Это ужасно – сидеть и ничего не делать, – вздохнула Ленка, бросив сумку на колени.

Виталик почесал подбородок.

– Тогда нам нужно что-то сделать, – сказал он.

– Но что? – спросил Игорь.

Виталик оживился и потёр руки. Игорю внезапно стало как-то легче. Если Виталик трёт руки, значит, у него есть великолепный план.

– Мы пойдём туда, где ты в последний раз видел Пашку, – решил Виталик. – Пройдём его дорогой и наверняка что-нибудь обнаружим!

* * *

– Стопудово он завернул куда-нибудь по пути! – говорил Виталик спустя час, стоя на выходе из парка.

– Слева от нас парк, где сплошной лес и заснеженный пруд, – ответил Игорь, оглядевшись. – И эти… да, очень привлекательные продуктовые магазины справа через дорогу.

Разгулялся сильный ветер, срывающий капюшоны и последние остатки иммунитета. Игорю уже знатно продувало шею, но скрепя сердце он затянул потуже шарф и продолжил идти.

– Если ничего не найдём, – говорила где-то сзади Ленка, – заглянем на обратном пути в эти продуктовые.

– Зачем? – не понял Игорь.

– Может быть, там есть кто-то из продавцов, кто работал вчера вечером и видел Пашку.

– Хорошая идея, – кивнул Виталик. – Стоит попробовать.

Вскоре парк остался позади, и теперь справа от них был заснеженный пустырь.

– Здесь могут быть следы, – сказала Яна. – Снег давно был?

Игорь хотел ответить, но Виталик перебил его, пробурчав:

– В такой ветер все следы заметёт. Да и потом, у Пашки размер ноги какой – мы его следы от взрослых и не отличим!

Они пошли дальше. Ленка поравнялась с Игорем, и тот заметил, что она прячет нос в варежки. Смешные такие, голубые с вышитой белой звёздочкой. Прямо Снегурочка…

– Дать тебе мой шарф? – предложил Игорь, забыв про задубевшую шею.

– Нет, – мотнула головой Ленка. – Слушай, а что вообще есть в вашей части района? А, знаешь, тут есть спуск? Вот у вас пруд, а у нас речка, у речки же один спуск всегда крутой, и там ребята на санях…

– Да нет, ничего такого. И потом – какие сани, где бы он их взял? Тем более в разгар сезона. Получишь травму – и прощай, «Факел»…

Игорь осёкся и замер.

– Ты чего? – спросил Виталик.

– А вдруг он и правда ушибся или сломал себе что-то? – предположил Игорь. – И теперь ему стыдно родителям на глаза показаться? Я его знаю, очень на него похоже.

– Надо обзвонить все больницы! – воскликнула Ленка.

Игорь кивнул:

– Как раз недалеко от Пашкиного дома травмпункт. Он как-то летом с велосипеда упал, мы туда ходили…

– Ребята! – прервал его крик Яны.

Только сейчас они заметили, что её нет поблизости, и побежали в ту сторону, откуда звучал голос.

Яна обнаружилась уже за пустырём. Игорь непонимающе уставился на неё. Пустырь ведёт в сторону области, тут на сотни метров вокруг один глухой лес да вышки электропередач. Что мог Пашка здесь забыть?

– Игорь, что это? – спросила Яна, показывая на что-то ногой. В снегу блестели серебром две металлические полосы.

– Узкоколейка! – воскликнул Виталик, подбежал поближе и загрёб ногой пригоршню снега, обнажив бетонные шпалы.

Игорь хлопнул себя по лбу.

– Вспомнил, – кивнул он. – Да, тут железная дорога за лесом, это обводной путь. Мне папа рассказывал, его во время войны использовали. Но только сейчас он закрыт.

– Это вряд ли, – возразил Виталик. – Этими рельсами явно пользуются, посмотри какие они отполированные. И снежок их так удачно пожалел.

– Ну, мало ли, – пожал плечами Игорь. – Мне, в общем-то, без разницы. Вряд ли Пашка сюда бы попёрся.

Яна кашлянула.

– Может, вы хоть приличия ради взглянете не на рельсы, а на то, что у меня под ногой? – спросила она.

Игорь перевёл взгляд ниже её ярко-красного сапога и сглотнул. На снегу лежал плеер с синими наушниками на молнии.

– Но это же Пашкины, – прошептала Ленка.

Игорь нагнулся и выдернул плеер и наушники из снега. Машинально отряхивая их, он тихо сказал:

– Точно его. Он их вчера ещё всё время ронял.

Яна удовлетворённо опустила ногу и спросила:

– В какой стороне железная дорога?

– Там, – уверенно показал Игорь.

– А что на другом конце путей?

Игорь замялся и пожал плечами. Снеговик его знает, что там. Может, обратно с железной дорогой соединяется. А может, вовсе тупик.

– Я одно знаю: нам туда, – сказал он, помедлив, и посмотрел на Виталика. Тот протянул указательный палец. Яна, а затем и Ленка встали рядом, образовав с ними круг, и тоже протянули тоненькие девичьи пальчики. Коснувшись указательных пальцев друг друга, они расцепили круг, взметнув руки в воздух. Их условный сигнал.

– Полетели, – зачем-то добавил Виталик.

Они пошли, увязая в снегу, пока наконец не решились перейти на шпалы. Игорь при этом невольно украдкой оглядывался, хотя казалось бы – ну откуда здесь взяться поезду? Краем глаза заметил, что Ленка идёт тяжелее.

– Может, привал сделаем? – спросил у неё Игорь.

– Не, – мотнула Лена головой. – Терплю. Но спасибо. – Она улыбнулась, и Игорю сразу стало теплее.

– Какого лешего?! – крикнул Виталик.

Игорь посмотрел в его сторону и вздрогнул. Рельсы буквально вздыбились вверх и были разорваны посередине. Вокруг были разбросаны шпалы. Впереди лежала груда поваленных деревьев, некоторые были вырваны прямо с корнями. На много-много сотен метров впереди.

– Кто мог сотворить всё это? – спросил Игорь. Вопрос остался без ответа.

* * *

Они пришли домой к Виталику. Его родители оба врачи, почти всегда допоздна на работе, так что можно свободно поговорить. Расположились на тесной кухоньке. В спину Игоря упиралась ручка холодильника, но он ничего не замечал.

Виталик притащил из комнаты ноут и поставил на стол, потеснив наливших себе чай девчонок.

– Что ты смотришь? – спросила Яна минут через пять.

– Сводки метеоцентра, – ответил Виталик. – Наверное, это бред, но мало ли…

– Мало ли что?! – напряглась Ленка.

– Торнадо…

– Торнадо зимой не бывает, – отрезал Игорь.

Виталик кивнул.

– Я даже больше скажу, в наших краях оно последний раз было никогда, – добавил он. – Но если не торнадо, не тайфун, не ураган – что ещё?

Ленка тихо пробормотала:

– Мне кажется, это что-то не природное.

– Или природное, просто нам ещё незнакомое, – сказала Яна.

– Что ты имеешь в виду? – внезапно напрягся Игорь. Сам не знал, почему, но в версию Яны он поверил сразу же.

Яна в ответ повела плечом.

– На свете есть много вещей, не изученных наукой, – сказала она. – Их считают сказками, мифами, легендами. Русалки. Ведьмы. Оборотни…

Виталик тихо выругался.

– Извини, – добавил он. – Ты вправду в это веришь?

Игоря же словно пронзило током.

– Я же видел! – вспомнил он. – Я думал, что мне почудилось, но я видел! Вчера, вечером, прямо у себя во дворе!

Он подскочил и чуть не опрокинул табуретку – та бы и упала, если бы не холодильник.

– Успокойся и сядь, – велел Виталик. – Кого ты видел?

Игорь кивнул, поправил табуретку и сел. Мгновение он колебался. Стоит ли рассказывать ребятам? Вдруг не поверят – скажут, совсем с катушек съехал. Но с другой стороны, это единственная теория, которая всё объясняет.

– Циклоп, – сказал он. – Я видел циклопиху. Старую. С одним глазом. – Друзья смотрели на него как-то странно. Решив, что всё-таки скорее с интересом, он продолжил: – Я видел её всего мгновение. Фонари во дворе не горели, а тут вдруг зажглись и сразу погасли. Я, естественно, подумал, что мне померещилось, и сразу забыл об этом, но что, если это действительно был циклоп?

Он посмотрел на них. Ленка пожала плечами.

– Посудите сами, – продолжал Игорь. – Циклопы обладают большой физической силой. Им вполне по силам выдрать рельсы и все деревья в округе.

– Циклопов не существует, – внезапно сказала Яна. Её голос дрогнул.

– Ну даёшь, – хмыкнул Виталик. – Ты же только что в русалок верила.

– В русалок верю, а циклопов не существует!

Игорь развёл руками.

– Женщина с одним глазом посередине лба – если ты знаешь, кто ещё это мог быть… – Он не закончил фразу. Яна молчала.

Ленка допила чай и кое-как протиснулась к окну, зачем-то сжимая в руках пустую кружку.

– Мир вокруг нас, – сказала она. – Что, если мы никогда по-настоящему его не знали? И Пашка… Пашка сейчас сидит где-то, готовясь стать ужином циклопа, или гоблина, или тролля, или ещё какой-то твари. Разве есть разница, кто нападает на друга? Враг моего друга… – Она криво усмехнулась.

Игорь смотрел на неё не отрываясь. Пусть она и прятала взгляд под золотисто-светлыми локонами, он прекрасно знал, что в этом взгляде сейчас волнение и слёзы. Те удивительные девичьи слёзы, которые переворачивают мальчишечий мир.

– Да… – протянул Виталик.

Яна перевернула пустую чашку и постучала пальцем по донышку.

– Мы найдём его, – твёрдо сказал Игорь. – Во что бы то ни стало найдём.

* * *

Уже час они втроём искали всё, что человечество знало о циклопах. Втроём – потому что Яна наотрез отказалась принимать в этом участие и сидела, скрестив руки на груди и молча уставившись в одну точку.

Виталик сосредоточенно рылся в Интернете по ноутбуку, Игорь – по телефону. Ленка перелистывала найденный где-то в глубинах квартиры сборник древнегреческих легенд.

– Вот что странно, – пробормотал Игорь. – В ранних греческих преданиях утверждается, что циклопов было всего трое, три брата. Народ же циклопов стал известен позже, во времена Гомера.

– Либо поздние легенды врут, либо народ действительно появился позже, – предположил Виталик. – А ещё, кстати, циклопия встречается и у людей. Может, это была самая обычная тётка, просто немного мутант?

– Я уже посмотрел, дети-циклопы не выживают, – ответил Игорь.

– Я вообще не вижу ни слова о циклопах-женщинах, – вмешалась Ленка. – Даже гомеровский Полифем был сыном нимфы, и сам страдал от безответной любви к морской нимфе, нереиде Галатее.

Игорь мотнул головой.

– И конечно же, нимфы были двуглазыми? – спросил он и сам же проверил. – Тогда ничего не понимаю. Кого я тогда видел?

– А ты уверен, что это существо было именно женщиной? – полюбопытствовал Виталик. Игорь кивнул. – Почему?

– У неё были длинные, распущенные волосы, – ответил Игорь. – Да и сама фигура мне показалась скорее женской.

– То есть теоретически это мог быть циклоп-мужик, по вполне понятным причинам давно не заглядывавший к парикмахеру? А фигуру которого ты просто в темноте не разглядел?

Игорь пожал плечами. Может быть, и так. Он вообще ещё не был до конца уверен, что ему всё не привиделось.

– Знаете, что, – сказала Ленка. – Давайте начнём с того, где эти циклопы могут жить.

Виталик кивнул и забарабанил по клавиатуре.

– В пещерах. И на островах. Игорь?

– Ни пещер, ни островов.

– У меня река рядом с домом, на ней есть остров, – сказала Ленка.

– Чего же мы ждём? – поднялся Виталик. – Пошли!

Игорь и Ленка тоже встали. Яна не шелохнулась.

– Я не пойду, – сказала она. – И вам не советую.

– А я пойду! – буркнула Ленка. – А ты, если тебе плевать на Пашку, можешь сидеть сложа руки…

– Тихо, – оборвал её Виталик. – Яна, я понимаю, что это глупо – идём на какой-то остров, искать там Пашку. Но пойми же в конце концов, что Пашка пропал. И мне, лично мне, когда он найдётся, будет гораздо спокойнее знать, что я что-то делал.

Яна молчала.

– Ян… – тихо сказал Игорь. – Ты идёшь?

– Нет, – покачала головой Яна. – Я домой пойду. Извините, ребят. Завтра увидимся!

– Я тебя провожу, – вызвался Виталик.

Яна покачала головой, мол, не надо, и прошла мимо ребят. Звякнула застёжка сапог, прошелестела снятая с вешалки куртка, хлопнула дверь.

– С ней что-то не так, – уверенно заявила Лена.

* * *

Виталик шагал далеко впереди – ещё бы, с его-то кроссами, – и Игорь с Ленкой могли спокойно поговорить наедине.

– Ты после девятого будешь в школе оставаться? – спросила Лена.

Игорь пожал плечами.

– Я вообще сейчас в раздумьях, – сказал он. – Хоккей хочу бросить.

– Да ладно! Ты не говорил…

– Я вчера только решил. Шли с Пашкой после матча, он радостный, а по мне как комбайн проехал. Мы же проиграли, я две шайбы, считай, сам в свои ворота послал…

Ленка вздохнула.

– Папа предлагает к нему в универ, на этнолога, – продолжал Игорь. – А я думаю куда-нибудь на юриста. А ты?

– Я? – Лена вдруг рассмеялась. – Я же совсем забыла! – Она посмотрела на Виталика, но махнула рукой: – Лень его догонять, пока тебе расскажу. В общем, у мамы подруга в колледже при универе крутом, экономическом. Я же на бухучёт думала поступать, а у них там как раз… ну, в общем, чтобы поступить, надо победить в какой-то олимпиаде, которую они проводят, я туда съездила, и вчера результаты пришли – максимальный балл!

– Вот это да! – воскликнул Игорь. – И молчала!

– Ну, хотела сюрприз сделать, да и потом – результатов же не было, боялась сглазить, – смущённо объяснила Ленка.

Игорь долго смотрел на неё, затем наконец решился и обнял её крепко-крепко. Шепнул:

– Поздравляю.

– Спасибо.

– Так, голубки, – прервал их Виталик. – Дошли! Вот речка, где остров?

Они аккуратно спустились по пологому берегу, прошли по реке – благо лёд крепкий, зима в разгаре, – и вышли к небольшому островку. Река здесь расширялась, и в самой середине был этот островок, круглый, с парой молодых ив и густым кустарником.

Виталик первым взобрался на остров, цепляясь за ветви ив, и тут же увяз по колено.

– М-да, – протянул он. – Либо циклопы следов на снегу не оставляют, либо за всю зиму здесь ни души не было. А, хотя нет, одна была, – Виталик выдернул из снега и бросил на лёд смятую пивную банку.

Игорь снял шапку и закрыл ей лицо. Последняя зацепка, и та привела в никуда. И на что они рассчитывали? Пашку им так никогда не найти…

– Пойдём, – вздохнул Виталик, спрыгивая с острова.

– Надо будет отдать Пашкиным родителям науши, – сказала Ленка.

– Ага, и расскажем, где нашли. Они в полицию сообщат…

Их голоса звучали где-то за спиной, а Игорь сверлил взглядом некогда зелёные кусты. Он взобрался на остров, и утопая в снегу чуть ли не по пояс (ещё бы, Виталику по колено, а он выше Игоря на полголовы), дважды обошёл по кругу. На второй раз он заметил, что в снегу что-то блестит.

– Игорь! – крикнул Виталик. – Пойдём!

Они с Ленкой были уже на берегу и ждали его. Игорь показал рукой, мол, сейчас-сейчас, и нагнулся, чтобы рассмотреть странный предмет.

Ему стало дурно. Это был не предмет, а аккуратная ледяная стрелочка, указывавшая куда-то в сторону небольшого мостика.

– Иди за мной, – услышал Игорь тихий, едва различимый голос.

Он выпрямился и мотнул головой. Нет, это определённо сумасшествие. Всё из-за стресса, слишком много всего приключилось.

– Игорь! – крикнул Виталик, уже вернувшийся к острову. – Пошли обратно. Здесь делать нечего.

– Я… домой пойду, – соврал Игорь.

– Ещё один. Ты понимаешь, что нам нельзя сейчас разделяться?

– Днём нас никто не тронет.

– Ты уверен?

– Нет.

Виталик покачал головой и пошёл, пробормотав что-то вроде «Ай, ну тебя, как знаешь». Игорь дождался, пока они с Ленкой уйдут, и побежал к мосту.

На мосту не было никого, лишь лежал брошенный кем-то клубок ниток. Игорь сплюнул и занёс ногу, чтобы пнуть клубок, однако вместо этого его ступня встретилась с пустотой. От неожиданности он едва не упал.

Клубок медленно покатился по мосту.

– Конечно же, – прошептал Игорь. – Путеводная нить Ариадны…

Он быстро зашагал за клубком, хоть тот и катился неторопливо, даже, как казалось Игорю, подстраивался под его, Игореву, скорость. Они шли глухими дворами и переулками. Пару раз Игорь задумывался, как среагируют прохожие, но то ли так совпало, то ли клубок нарочно выбирал маршрут, чтобы никого не встретить.

Наконец они оказались во дворе многоэтажного дома, уходившего высоко-высоко в небо, где клубок остановился. Нить, распустившаяся за время дороги почти на километр, втянулась обратно, и клубок, словно щенок или котёнок, запрыгнул Игорю прямо в руки. Запиликал домофон, из подъезда вышла женщина с ребёнком, тащившим за собой санки. Игорь посмотрел на дом, чувствуя, что уже был здесь. Конечно же, был. Всего один раз.

Дом Яны.

Сунув клубок в карман, Игорь вошёл в подъезд и поднялся в квартиру. Дверь Яна открыла сразу и, увидев его, уставилась с искренним изумлением.

– Ты чего? – спросила она.

– Древнегреческий навигатор привёл, – ответил Игорь и швырнул на пол клубок. – Как думаешь, что это значит?

Яна остолбенела, глядя на клубок, а Игорь окинул взглядом прихожую. Красные обои с какими-то восточными иероглифами, комод с зеркалом. За спиной Яны закрытая дверь в её комнату. А говорила, что никогда не запирает.

– Что там у тебя? – спросил Игорь.

– Ничего, – резко ответила Яна.

Игорь бросился к двери, но Яна заслонила её собой. Игорь вдруг почувствовал, что звереет, ему стало казаться, что во всём виновата Яна, это она похитила Пашку и прячет там, в комнате…

– Почему ты так не хотела нам помогать? – прорычал Игорь и со всей силой отпихнул Яну в сторону, как если бы это был нападающий соперника. Он рванул ручку двери на себя и оказался в комнате.

Первым, что он увидел, была старая медная чаша с каким-то зеленоватым варевом, стоящая прямо на компьютерном столе, прижав провод от мышки.

– Что это? – спросил Игорь, а Яна уже захлопнула дверь.

– Уходи, – сказала она подчёркнуто спокойно.

– Это ты забрала Пашку, – процедил Игорь, глядя в косоватые, чёрные глаза.

– Ты бредишь. Иди домой.

– Я и не задумывался, а ведь это очень странно, как ты умудрилась разглядеть маленький плеер, лежащий в снегу в сотне метров от тебя. Что ты такое?

Яна не отвечала. Игорь сплюнул, развернулся и пошёл. Клубок оставил в квартире.

Уже в лифте Игорь решил, что надо узнать телефон родителей Яны и сказать им, чтобы проверили комнату дочери. Варит какие-то сатанистские зелья… Поделом ей будет. Она это, точно она.

Уже темнело, и Игорь поспешил домой. Оказавшись во дворе, он на мгновение напрягся, но фонари горели и ничего аномального не наблюдалось, так что до подъезда Игорь дошёл спокойно.

Внезапно он осознал, что не брал ключи. Домофоном они не пользуются, значит, звонить в квартиру бесполезно. Вроде бы был какой-то универсальный код… Ах да, вспомнил.

Игорь набрал код и сразу понял, что ошибся на одну цифру. Он точно ошибся, но дверь всё-таки открылась. Пожав плечами, Игорь вошёл внутрь.

В подъезде было как-то непривычно светло и чисто. То же самое было и в лифте, и на лестничной клетке. Странно, раньше лампы не светили так ярко. Хотя может быть, он просто никогда до этого не обращал на них внимания.

Наконец Игорь дошёл до квартиры и нажал на кнопку звонка. Дверь открылась сразу же, но за ней никого не оказалось.

Игорь сглотнул. Это не его квартира. Что-то не так. Прихожая пустая, и где мама с папой?

– Проходи, милок, – прозвучал из глубины квартиры скрипучий, старческий голос.

Игорь похолодел. Старуха-циклопиха. Нашла-таки.

Он долго колебался. Старуха молчала, прячась где-то в недрах пустой квартиры. Игорь огляделся, но на лестничной клетке не было ни души. Достав из кармана мобильник, обнаружил, что связи нет.

Значит, делать нечего – надо идти.

Он прошёл в комнату, оклеенную полиэтиленом и газетами вместо обоев. С потолка грушей свисала тусклая лампочка. У стены обнаружился приземистый столик, за которым восседала старуха.

Взглянув на неё, Игорь вытянулся в лице. Это оказалась самая обычная бабка. В косынке, переднике, со страшной родинкой на сгорбленном носу. Ни двухметрового роста, ни нечеловеческой силы, и оба глаза на месте, подслеповато щурятся.

Единственным отличием от обычной бабки был один маленький факт. Чуть поодаль к стене были прислонены ступа и метла.

– Кто вы? – прошептал Игорь.

– А на кого похожа? – прошамкала бабка.

– Баба Яга…

Бабка лукаво улыбнулась, обнажив единственный зуб.

– Значит, это правда? – сглотнул Игорь. – Вы похищаете детей, а потом готовите в печке и съедаете?

Вместо ответа бабка расхохоталась. Хохотала она долго, и на мгновение Игорю показалось, что это всего-навсего сумасшедшая старуха. Бомжиха какая, поди живёт в ничейной квартире, а ступу приволокла по причине слабоумия…

Бабка перестала смеяться и закашлялась. Продышавшись, она забормотала, глядя куда-то в пол:

– Древняя богиня… Покровительница природы… Сыра Земля мне мать, Ветер мне брат, лесные твари дети мои… И кем я теперь стала?! – громко воскликнула она, подняв взгляд на Игоря. Тот отшатнулся от неожиданности. – Пугаете мной нашкодивших ребятишек. Хотя-а-а… За что боролась…

Она махнула рукой и поднялась. Игорь ещё раз отшатнулся, прижавшись к холодной стене. Только сейчас он заметил, что в окне нет ни рамы, ни стекла, просто пустой проём, сквозь который дует зимний ветер.

Бабка прошла к метле и бережно поправила её.

– Я тебя нарочно к себе заманила, – сказала она. Слово «нарочно» произнесла через «ш». – Но уж не съесть, конечно! Так что хорош к стенке прижиматься, чай, не девица красная. Садись, милок, я хоть и старая, но постою.

Несмотря на нарочито старушечью, до анекдота, манеру речи, в её голосе было что-то настолько властное, что Игорь беспрекословно сел за стол.

– Я как узнала, что мальчишка этот сгинул, так до сих пор места себе не нахожу, – шамкала старуха. – Извиниться я перед тобой хочу, Игорёша.

Игорь даже не удивился, откуда бабка знает его имя. Лишь спросил:

– Извиниться? За что? – Добавил зачем-то: – За что, бабушка?

– Моя это вина! – заявила баба Яга. – Нельзя было мне так близко к людям селиться. Приманила я нежить проклятую, а вам теперича расхлёбывать.

– Нежить?

– Нежить, нежить, – закивала баба Яга.

– Нежить существует? – воскликнул Игорь. – И русалки, и леший, и Кощей Бессмертный?

Баба Яга внезапно подбежала к нему и прижала костлявый палец к сухим, потрескавшимся губам.

– Не поминай его, иначе разбудишь, – прошептала она. – Костлявый последний раз семьдесят с лишним лет назад просыпался – посчитай, что тогда было.

Игорь посчитал и кивнул, решив больше никогда в своей жизни не произносить вслух это имя. Как в «Гарри Поттере», честное слово…

– А ты не врёшь часом, бабушка? – спросил Игорь, осмелев. – Может, ты мне зубы заговариваешь, а сама ловушку готовишь какую?

Баба Яга коротко рыкнула.

– Я твой союзник и друг, – сказала она. – Сейчас я тебе это докажу.

Внезапно она исчезла, и в ту же секунду Игорь ощутил её дыхание сзади на своей шее. Он хотел обернуться, но на его глазах сомкнулись сухие, костлявые руки.

– Что ты делаешь? – закричал он, хватаясь за руки старухи и тщетно пытаясь сорвать их со своего лица. – Отпусти!

Неожиданно он почувствовал, как хватка становятся мягче, а недавно противные и жёсткие ладони разглаживаются. И вот они кажутся уже не сухими и костлявыми, а полными жизни и очень тёплыми.

Баба Яга отпустила его. Игорь обернулся, и у него перехватило дыхание. Перед ним стояла Яна.

– Я твой союзник и друг, – повторила она. – Могущественный союзник и хороший друг.

Игорь смотрел в чёрные глаза, всё ещё не в силах поверить в происходящее.

– Ты когда ушёл, – говорила она, – я долго думала, а потом решила – хватит. Пора тебе открыться.

– Значит, ты – баба Яга? – спросил Игорь. – Всё это время ты притворялась девчонкой…

– Почему же притворялась? – Яна дёрнула плечом. – Я богиня. Я та, кем я хочу быть.

Игорь качал головой. А он ещё её родителям ябедничать собирался. «Сыра Земля мне мать»…

– Но зачем богине хотеть быть подростком? – спросил Игорь.

– Потому что я сбежала, – ответила Яна-Яга. Яга-Яна, Яна-Яга… – Когда-то люди поклонялись мне. Во всех мирах и странах. Да, что ты смотришь? Я могу быть везде. Только называют меня везде по-разному. Где-то, между прочим, благозвучнее! – капризно добавила она. – Но люди… Вы не чувствуете меры, вы кидаетесь в крайность при первой же возможности. Я – покровительница природы, а мне делали храмы из деревьев и приносили зверей в жертву. В моё имя убивали тех, кого я была призвана защищать. И тогда я решила, что стану сказкой. Пусть люди пугают мной детей и забудут, что я существовала на самом деле.

Она замолчала, а Игорь не решался прерывать тишины. Наконец Яна заговорила вновь:

– Я долго жила в лесах, в горах. Не в избушке на курьих ножках, конечно. И детей никогда не кушала, сама слух пустила, будто это так. Но одиночество – это хуже, чем смерть. Я набралась смелости… и поселилась среди людей. Решила, проживу обычную человеческую жизнь, утро на четырёх ногах, день на двух, вечер на трёх – так, помнится, старики сфинксы говаривали? – Яна усмехнулась, но сразу же помрачнела. – Нельзя мне было. Учуяли меня, сюда пришли.

Она прошла к ступе и достала клубок ниток, который Игорь забыл в её квартире. Или это место – её квартира, а та была лишь для прикрытия?..

– Где мы? – спросил он.

– Здесь нас никто не найдёт, – уклончиво ответила Яна, разглядывая клубок. – Удивительно… Спустя столько лет…

Игорь подошёл к ней.

– А я ещё думал, что это нить Ариадны, – сказал он. – Забыл, что в наших сказках тоже был клубочек ниток. Это ведь ты дарила его заблудившимся путникам?

– И-и-и… – Яна замотала головой. – С чего вы все взяли, что он мой? Никогда он моим не был, это всё Доля.

– Кто?

– Доля, – Яна посмотрела на него таким взглядом, будто стыдно не знать, что ещё за доля. – Покровительница успеха, владычица судьбы. Молодая красавица-пряха. Ишь, нашла меня, выходит…

– Так это она похитила Пашку?

– Иди ты! – воскликнула Яна. – Нужен ей наш Пашка. Она тебе на помощь пришла, ко мне привела! Только почему же сама не явилась?..

Яна задумалась, а Игорь вздохнул. Он прошёл к окну и взглянул вниз. Там мчались машины, мигали светофоры, сновали люди. Всё как обычно, словно не стоит за спиной баба Яга в обличье его одноклассницы…

– Я столько сегодня узнал… – прошептал он. – Но я всё равно не понимаю, где Пашка. Может, это правда циклопы? – Он обернулся на Яну. – Ты так была уверена…

– Циклопов нет, – твёрдо сказала Яна, отведя взгляд. Она аккуратно положила клубок на стол и отошла в сторону. – Всех перебили, ещё на заре мироздания. Я лично последнего… По крайней мере, я думала, что он последний, до сих пор ума не приложу, откуда взялся тот Полифем.

– Но кто же тогда это был? – спросил Игорь. – Кого я видел?

– Честно говорю – не знаю. Я плеер Пашкин тогда по духу его нашла, а потом дух раз – и оборвался, будто выпустили весь… Но он живой, я тебе точно говорю. Я почувствую, если кто-то из вас… – Она не договорила.

– Как? – спросил Игорь.

– Мы же друзья, глупенький…

Игорь улыбнулся, но радовался недолго. Перед глазами стоял Пашка. «А потом дух раз – и оборвался, будто выпустили весь».

Игорь прошёл к столу и взглянул на клубочек ниток, словно бы тот мог что-то показать. Но тот лишь недвижимо лежал на столе, будто и не был никогда живым.

– А что… – В голове Игоря стало что-то проясняться. – Нить Ариадны обернулась клубком ниток. Мой друг – древней славянской богиней. Что, если та циклопиха на самом деле – тоже из старых сказок?

Яна нахмурилась.

– А может, и так, – сказала она. – Да поди всех упомни теперь. Старая, одноглазая, деревья рушит…

Внезапно она вскрикнула. Игорь бросился к ней, но Яна уже показывала, мол, всё в порядке.

– Это я дура старая, – сказала она. – И не то что одноглазая, а вообще слепая.

– Ты о чём? – не понимал Игорь.

– Лихо это одноглазое, горе, беда, невстреча, – ответила Яна. – Старая пряха, Доли сестра. Доля успех дарует, Лихо его отнимает. Она это – больше некому! Знаю теперь, почему Доля сама не показалась, не дано ей с сестрой сразиться.

– Но зачем Лиху похищать Пашку? Подстроила бы, чтоб тот ногу сломал или ещё чего…

Яна задумалась.

– Иногда старуха, когда становится совсем слабой, берёт себе пленников. Особенно – любимцев Доли, баловней судьбы, как Пашка наш. Уж любит старуха сестре пакости делать… Она погружает пленников в подобие сна, где они раз за разом переживают свои прошлые неудачи, и каждый раз – как первый, а Лихо в это время питается их чувствами.

– А… что потом? – спросил Игорь.

– Пленники не выносят этого. Их нервы изматываются, и они умирают.

Игорь хотел что-то сказать, но тут в кармане зазвонил телефон.

– Вот те на, а то ведь связи не было, – пробормотал он.

– И не должно, – кивнула Яна. – Значит, что-то стряслось, отвечай давай!

Не удивляясь тому, что в жилище бабы Яги можно позвонить только когда что-то стряслось, Игорь достал мобильник. Увидев номер Виталика, он напрягся.

– Что у тебя? – спросил Игорь.

– Ты где? – ответил Виталик вопросом на вопрос.

Подумав, Игорь ответил:

– У Яны.

Виталик не удивился, а лишь забормотал:

– Мы с Ленкой шли, тут меня словно отшвырнуло куда-то, возвращаюсь – а Ленки нет… Бегите сюда!

Виталик отключился. Игорь побледнел. Он попытался убрать телефон в карман, но мешала трясущаяся рука.

– Лихо Ленку забрало, – прошептал он. Яна охнула. – Точно ведь, она же в колледж поступила! Пашку в «Факел» взяли, она в колледж…

– А что, уже сейчас можно поступить? – заинтересованно спросила Яна, но Игорь её не слушал.

– Пошли! – сказал он. – Как найти Лихо?

– В лесах одноглазая прячется, – ответила Яна. Она внезапно помрачнела и отошла к ступе. – Только я не пойду.

Игорь удивлённо посмотрел на неё.

– В смысле?!

– Нельзя мне, – тихо пробормотала Яна, глядя на ступу и нежно её поглаживая. – Если мы с Лихом сразимся, то только насмерть. А я убивать больше не хочу. И умирать – тоже не хочу!

Игорь понимающе кивнул.

– А ты её без крови прогонишь, – продолжала Яна.

– Как?

Яна подошла к нему и крепко схватила за плечи.

– Слушай внимательно. Лихо может победить только тот, кто верит в себя. Уверенность для неё – как яд. Ты должен постоянно думать о том, что можешь справиться. Старуха будет пугать тебя, стращать, предвещать неудачи, но ты не верь! Ты должен бороться. А теперь иди.

Она отпустила его.

– Мы ещё увидимся? – спросил Игорь. Яна лишь молча коснулась его лба указательным пальцем.

– Закрой глаза, – сказала она.

Игорь послушался, и Яна опустила палец. Через мгновение он открыл глаза и обнаружил себя на улице возле Ленкиного дома.

* * *

Подбежал Виталик. Из носа у него текла кровь, а на лбу наливался синяк.

– Ты как так быстро?.. – спросил Виталик. – И где Яна?

– Неважно, – буркнул Игорь. – Идём.

– Куда?

Игорь задумался. Лихо обитает в лесу? Значит, в том самом, из которого ведёт узкоколейка, больше негде.

– К железной дороге, – сказал Игорь.

Они добрались туда минут за десять. У самого леса Игорь на мгновение замер, вспоминая всё, что сказала ему Яна: боялся, что что-то забудет или упустит. Наконец он кивнул Виталику, и они продолжили путь.

На много метров вокруг были одни сплошные берёзы да снег. Казалось, что мир стал чёрно-белым. В глубоких сугробах Игорь чуть не потерял ботинок, но сейчас ему было плевать, он пошёл бы вперёд и в одних носках. Он всё сможет. Он справится. У него есть силы.

Через некоторое время ровные ряды дубов и берёзок сменились грудами выкорчеванных с корнем стволов.

– Уже близко, – сказал Игорь. Виталик кивнул.

Темнело, в небе уже показывалась луна, и Игорь включил фонарик на телефоне. Он сделал ещё один шаг и неожиданно оказался на льду. Вместо мобильника в руках почему-то появилась клюшка, а вокруг носились ребята на коньках и в спортивной форме.

– Игорь, слева! – крикнул кто-то.

Игорь посмотрел налево и обнаружил скользящего в его сторону дылду с шайбой. Дылда ухмылялся и поигрывал шайбой на льду. Ещё секунда – и вот он уже справа от Игоря, а шайба летит в сетку ворот.

– Игорь, ты сдурел? – кричал всё тот же голос. Это был Пашка.

Игорь встрепенулся. Один – один, матч только начался. Ещё отыграются, но больше проигрывать нельзя. Сегодня, говорят, «Факел» игроков смотрит в молодёжный состав…

Они с трудом сдерживали атаку. В какой-то момент вратарь передал Игорю шайбу. Игорь уже занёс клюшку, как вдруг увидел перед собой Яну.

– Старуха будет пугать тебя, стращать, предвещать неудачи, но ты не верь! – говорила она. – Она погружает пленников в подобие сна, где они раз за разом переживают свои прошлые неудачи…

Видение растворилось. Игорь тряхнул головой. Всё это уже было. Сейчас он отдаст передачу Пашке, шайба попадёт в клюшку их нападающего и срикошетит ворота. Это нереально, это наваждение, посланное Лихом! Ну уж нет, бабуля, теперь всё будет по Игоревым правилам. Что, если он попытается пойти в обыгрыш и прорваться к воротам? Что, если он забьёт?

Игорь кивнул и заскользил вперёд. Один из игроков соперника – тот самый дылда, что забил первый гол – от неожиданности растерялся и пропустил его. Защитник сзади оказался порасторопнее, но после пары финтов Игорь оставил его любоваться собственным отражением на льду. Ворота. Замах. Удар…

Всё исчезло, и Игорь очутился в лесной чаще. Первое, что он увидел – Ленку, привязанную к дереву. Чуть поодаль, на другом дереве был привязан Пашка, а на третьем – Виталик. Все трое висели недвижимо, словно куклы.

– О нет, – прошептал Игорь.

Он бросился было к ним, но его сразу же что-то отшвырнуло в сторону. Во рту Игорь ощутил металлический привкус.

Из-за деревьев вышла высокая седовласая старуха в длинной грязной рубахе. Она погладила Ленку за ногу и сыто прищурила единственное око посреди лба.

– Лихо… – выдохнул Игорь.

Он вдруг осознал, что всё было зря. Одно дело говорить, и совсем другое, когда чудовище стоит прямо перед тобой, и ты в его власти, и оно может сделать с тобой всё, что захочет.

Лихо же посматривало на него с опаской. Игорь ухмыльнулся. Ага, старая, не нравится, что кто-то сильнее тебя! Он попытался встать, но Лихо лишь взмахнуло рукой, и его сразу же отбросило ещё на несколько метров. К тому же, упав, Игорь сильно ушиб локоть о какой-то пень и чуть не взвыл от боли.

– Дубина! – хохотало Лихо жутким, металлическим голосом. – Что вчера было, не помнишь! Проиграл ты! А сегодня мне проиграешь!

Игорь молча взобрался на четвереньки, надеясь выпрямиться. Лихо опять взмахнуло рукой. На Игоря словно надавило что-то незримое, но теперь он решил держаться до последнего.

– Да, из меня кошмарный хоккеист! – крикнул он. – Но я… хотя бы… это… знаю! – Дышать становилось тяжелее, однако он упрямо продолжал: – Я… брошу хоккей… чтобы сдать ЕГЭ на «отлично»… и поступить в папин вуз… а потом жениться на Ленке!

Лихо отступало. Игорь ухмыльнулся и направился к старухе. Та снова взмахнула рукой, и Игорь вдруг замешкался. Это промедление вышло ему боком. В этот раз он летел уже дольше, причём заключительные пару метров буквально пропахал носом, в последний момент остановившись у самого кончика острого обломка ветки.

Некоторое время Игорь лежал, глядя на этот обломок. Ещё бы чуть-чуть, и торчала бы ветка у него в глазу.

В глазу…

– Извини, Яна, без крови не получится, – прошептал он зачем-то.

Игорь выдернул ветку из снега и решительно пошёл обратно. Вскоре между деревьев показалась знакомая фигура в старой рубахе.

– Опять ты? – прошипело Лихо.

Оно снова выставило перед собой костлявую руку… и ничего. Наверное, потому, что Игорю было плевать. У него есть палка, и он победит тварь, а потом освободит друзей.

Игорь подошёл прямо к старухе и занёс ветку, направив острие в сторону единственного глаза твари. Прежде чем он что-то сделал, та всхлипнула, съёжилась и вдруг исчезла, оставив после себя лишь кружащийся в воздухе снег.

Откуда-то послышался резкий Ленкин вздох. Игорь отшвырнул ненужную теперь ветку в сторону и бросился отвязывать Лену от дерева. На соседнем стволе уже очухался Пашка.

– Игорь, у неё один глаз! – крикнул он, едва завидев Игоря. Тот только рассмеялся.

* * *

Они брели вдоль блестевшей под луной узкоколейки и рассказывали Пашке о том, как нашли его. Наступал черёд Игоря рассказать, что было после того как он покинул остров, но тут у него и Ленки зазвонили телефоны.

– Игорь, ты с ума сошёл? – кричал в трубку папа. – Ты живой?

Игорь вздохнул и решил сказать честно:

– Да, я живой, мы с ребятами Пашку нашли, сейчас домой идём. Слушай, пап, я тут подумал – может, и правда к тебе в универ пойду?

– Марин, он явно не в себе, но идёт домой… – раздался в трубке приглушённый голос отца, обращавшегося уже к матери, затем зазвучали гудки.

Игорь усмехнулся и отключился. У Ленки разговор явно не клеился – приотстала, чтобы они не слышали.

– А мои поди и не заметили, – хмыкнул Виталик. – Слушай, Игорь, я тут, пока вы говорили, Яне позвонить пытался, она трубку не берёт. Ни она, ни родители. Ты что-то знаешь?

Игорь собрался было ответить, но тут подошла Лена и, тяжело дыша, прижалась к его груди. Игорь обнял её и сказал:

– Я знаю только, что Яне сейчас очень тяжело, и она хочет побыть одна. Но где бы она ни была, мы найдём её. Обязательно найдём, потому что без нас она не справится.

Вчетвером они встали в круг и сцепили указательные пальцы друг друга. Вскинув руки вверх, они молча кивнули друг другу и пошли дальше. Высоко в небе расступились тягучие зимние облака, и лес ночным солнцем осветила полная луна.

   

читателей   106   сегодня 1
106 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 4,33 из 5)
Загрузка...