Торжество любви

Прогнав лекарей, охранников и прислугу, Иша вошла в спальню, где ее муж в горячке метался на супружеском ложе. Скованный проклятьем он умирал. Медленно, мучительно, неотвратимо. Ему не могли помочь ни зелья, ни целители, ни даже боги. Могла помочь только Иша.

Она вынула из висевшего на поясе мешочка золотистый цветок амаранта и произнесла заклинание. Тварь, истязавшая мужа, не заставила себя ждать.

— А, наконец-то ты явилась, старая подруга, — усмехнулся демон, принявший облик ее Эмри.

— Ты обещал, что не тронешь его! — накинулась Иша, сжав кулаки до боли в пальцах. — Немедленно прекрати его мучить!

— О, ты вдруг вспомнила про уговор? — сурово произнес демон. — После того как попыталась изгнать меня из этого тела?

Иша молча уставилась в пол. Она и вправду попыталась изгнать демона неделю назад. Даже надеялась, что получилось. Напрасно.

— Куда подевалась твоя ярость, Иша? — улыбнулся демон. Он подошел к ней и погладил белоснежные волосы. — Вижу, тебе нравится это красивое тело. Тело, которое так любит твой муж. Я могу забрать его так же легко, как и подарил. Как думаешь, будет ли Эмри любить тебя так же сильно, когда узнает кто ты на самом деле?

«Он убьет меня не задумываясь».

— Я заплачу, —  прошептала Иша, робко взглянув на демона. — Мне нужно немного времени. Я заплачу.

— Я дам тебе неделю, — задумчиво протянул демон. — Но если ты опоздаешь, он умрет. Тебе все ясно?

— Да, господин, — пробормотала Иша.

Демон расхохотался.

— Вот за это я тебя и люблю, Иша. За твою решительность и сговорчивость.

— Только мне нужна помощь, — осторожно напомнила Иша.

— Да-да, я знаю, — устало отмахнулся демон. — Иди сюда.

Он коснулся ее лба, укрыв заклинанием от взора верховной богини Мельги. Теперь, на короткий срок,  богиня будет видеть в Ише ее мужа, и отзываться на ее молитвы.

Она поклонилась и, выйдя из спальни, направилась в свою комнату. Отперев заклинанием стоявшую на невысоком столике шкатулку, она вынула маленький черный камень призыва.

— Надеюсь, ты мне не пригодишься, — пробормотала она, проведя пальцами по шершавой поверхности. Когда-то ей дорого пришлось заплатить за парочку таких. — Но я не могу рисковать. Не в этот раз.

Тяжело вздохнув, она спрятала камень в висевший на поясе бархатистый мешочек. Затем, поразмыслив, закинула туда платиновое кольцо с изумрудом, внутри которого мерцали красным кусочки рубина. «Бесполезная фальшивка, но они всегда на нее покупаются».

— Я очень скоро все исправлю, Эмри, — вздохнула она, надевая на шею платиновую цепочку с оберегающим от магии черным алмазом.

«И последний штрих» — подумала она, глядя на стоявшие в углу латы мужа. Торопливо облачившись в них, она накинула черный плащ с капюшоном и вышла из комнаты, чтобы отправиться в другой мир.

 

2

 

 

Взобравшись на вершину деревянной защитной башни,  капитан Лансель понял, что напрасно они отказались платить дань разбойникам, как все называли людей самозваного барона. Но сокрушаться времени не оставалось — вот они, больше полусотни человек ставших лагерем на широкой поляне перед главными городскими воротами. Впрочем, Лансель полагал, что называть городом обнесенную деревянным частоколом деревню с тысячей человек могут только ее жители. Здесь даже рва не было.

— Ежели они подпалят ворота, — неприятно прохрипел стоявший справа от Ланселя пухлый и патлатый войт. — Мужиков порежут, над девками начнут глумиться. Никого не пощадят. В Ивовой долине было то же самое. А я говорил, надобно было заплатить.

Лансель не обернулся, понимая, к чему клонит войт. Именно он подбил людей не платить дань и призвать на помощь орден Стражей. Гонца за ними отправили три дня назад. Вот только Стражей до сих пор не видать, а разбойники уже под стенами.

Теперь Лансель и сам не понимал, зачем предложил сопротивляться. Идея пришла во сне, в очень странном и запутанном сне, в котором видел пропавшую двадцать лет назад эльфийку. Проснувшись, он бродил как в тумане, пока не заставил людей выслушать его и послать за Стражами Мельги.

— Твоя правда, войт, — печально согласился Лансель. — Если Стражи не появятся, нам конец. Мои люди с ними не сдюжат.

— Ежели бы заплатили, — стоявший справа кузнец опасно сощурился, — тогда бы точно померли. Как пить дать с голоду померли. Чем бы поля засевали? На какие бы шиши налоги платили? — Он с отвращением сплюнул под ноги войту и посмотрел за ворота. Лансель проследил за его взглядом.

Десяток бандитов развели костер и смазывали стрелы маслом. Остальные перешучивались и выкрикивали угрозы, в подробностях расписывая, что будут делать с их женами и дочерьми, когда ворвутся в город.

— Обождем господ Стражей, — неуверенно протянул кузнец, не отрывая угрюмого взгляда от врагов. — Ничего другого не остается.

Лансель посмотрел на стоявших перед воротами защитников: две дюжины желторотых стражников и пара десятков местных, одетых в тряпки и вооруженных вилами, косами и рогатиной. Едва ли они справятся с профессиональными головорезами.

— А вот и они, — довольно прохрипел кузнец, указав в сторону холма, справа от городского частокола.

Одинокий всадник неспешно выехал на вершину и огляделся. На красном латном нагруднике щерилась вставшая на задние лапы медведица — символ богини Мельги. Восседая на огромном черногривом мерине, Страж смотрелся внушительно, гордо, даже нахально.

«Магистр, — догадался Лансель. — Только магистры носят красные латы. Но зачем магистру тащиться в такую даль? И где остальные?»

— Он что, приехал один? — трусливо протянул войт, отступив к лестнице. — Что может сделать один человек против пяти десятков?

— Один человек — ничего. — Усмехнулся Лансель. — А Страж Мельги прикончит их раньше, чем они в панике разбегутся по кустам и канавам.

Разбойники развернулись к холму, забегали, как муравьи в потревоженном муравейнике. Лучники поджигали стрелы и прицеливались, остальные схватили копья, дубины, короткие мечи и приготовились к битве.

Страж — неспешно, без суеты, даже как-то вальяжно — поднял закованную в латную перчатку руку. Ее тотчас охватило бледно-синее пламя. Через мгновение его и лошадь, словно кокон, окружило синее свечение. Стрелы разбойников беспомощно бились об него и гасли. Послышались ругань и крики. Все еще находясь под защитой свечения, Страж погнал мерина вниз, прямо на группу мерзавцев. Из-за кокона блеснул палаш. Несколько разбойников упали замертво с первого же удара. Еще трех затоптала лошадь.  Свечение спало, когда Страж, ловко выскользнув из седла, кинулся на остальных. Он умело размахивал излюбленным орденом полэксом,  кося противников, словно жнец сено.

Лансель прекрасно знал это оружие: стальной наконечник, напоминающий алебарду, — на одном конце полулунное лезвие, на другом — крепкий молот. Удобное и эффективное оружие. В умелых руках способное пробить даже латы.

— А Лансель не лгал, — усмехнулся кузнец. — Один Страж стоит сотни бандитов. Скоро будем распивать с ним эль и лапать… — Тут же его глаза округлились и он выругался.

Лансель вернулся к сражению и увидел, как один из разбойников зашел сзади и сунул под ребра воину Мельги копье. Ноги Стража подкосились, и он рухнул на колени, опершись о древко врезавшегося в землю полэкса.

Со всех сторон посыпались удары — Лансель слышал жалобный скрежет лат даже с башни, — раздались победные ругань и вопли. Десяток разбойников, струсивших и побежавших, замерли, наблюдая за происходящим. Страж вскинул руку, вновь охваченную свечением. На этот раз фиолетовым. Окружавшие его бандиты вмиг превратились в человеческие фигуры из пепла. Над поляной нависла тишина, бандиты и стражники уставились на ужасную картину. Поднялся едва ощутимый ветерок, и фигуры развеяло по траве и грязи. Поднялся крик. Кто еще стоял на ногах, кинулись в сторону леса.

Ланселя поразился. Ибо он знал: Стражи не пользуются магией. А это, сомнений у него не было, настоящая магия. Но он не успел над этим поразмыслить.

— А зачем тут второй Страж? — кузнец таращился на холм, на вершину которого выехал второй Страж, самый обыкновенный, на черном мерине и в зеленых латах.

Это смутило Ланселя куда больше. С каких пор Стражи перестали помогать своим братьям?

— А давно в стражи берут баб? Мельга ж вроде их ненавидит? — кузнец задумчиво почесал бороду, глядя в сторону магистра.

— Чего? Причем тут бабы? — изумился Лансель и проследил за его взглядом. Магистр снял шлем, и оказалось, что этот совсем не магистр, а рыжеволосая девушка. Причем эльфийка.

Она показалась ему до боли знакомой. Напрягшись, Лансель вспомнил ее и застонал.

— Ты ее знаешь? — удивился кузнец.

Но Лансель не ответил. Эльфийка, магия, латы магистра, — все сходится. Она вернулась за своей штуковиной, как и обещала двадцать лет назад. А он, полагая, что она померла, продал ее настоящим Стражам. Теперь он искал, куда бы спрятаться от ее гнева.

 

3

 

Подъезжая к холму, Эмри услышал звуки боя. Полагая, что защитники решили дать отпор собственными силами, он снял висевший на спине полэкс и помчался к вершине, ожидая увидеть что угодно: сражение, пылающий частокол, убегавiих бандитов. Однако магистр, добивавший на усеянной трупами поляне разбойников, вызвал одновременно замешательство, удивление и злобу. «Чего ради посылал меня в такую даль? Чтобы увидеть, как он делает всю работу за меня?»

И все же по-настоящему Эмри изумился, когда «магистр» снял шлем. «Эльфийка в латах братства? — святотатство  разожгло в сердце ненависть. — Дважды женщины пытались обманом стать жрицами Богини. И дважды их ждал костер. Но вряд ли им в голову приходило облачиться в латы братства. И не просто в латы, а в латы магистра. — Он взглянул на дрожавшие от злобы руки. — Но почему Мельга не приказывает мне уничтожить ее?».

Отмахнувшись от странных мыслей: зачем она облачилась в доспехи, зачем сражалась с головорезами, и как в одиночку сумела их одолеть, — Эмри ударил мерина пятками и направил рысью к самозванке. Он даже не стал возносить молитву Богине, уверенный, что без труда справится с женщиной.

Эльфийка, вместо того, чтобы бежать и скрыться от возмездия, лишь покрепче перехватила оружие и приготовилась биться.

Эмри, приблизившись, встал на стремена и привычно замахнулся полэксом, собираясь сбить самозванку с ног и затем пленить. Но, даже будучи в тяжелых латах, она не только по-кошачьи увернулась и избежала удара, но и непостижимым для Эмри образом ударила  его в спину,  едва не выбив из седла.

Поморщившись от разлившейся в грудину боли, Эмри изумленно взглянул на незнакомку. Она уверенно стояла на широко расставленных ногах — собранная, решительная, наглая — и ждала нового захода. «Это же просто женщина. Эльфийка! Все в ордене будут надо мной потешаться, если узнают, что меня едва не выбила из седла эльфийка!»

Исполненный ярости, Эмри пустил мерина галопом. На сей раз, ударил куда точнее, куда осознание, куда тверже.

Самозванка уклонилась и в этот раз. Но, промчавшись мимо отскочившей девушки, Эмри ощутил чудовищный удар в ребра. Не удержавшись в седле, он вылетел и едва не сломал шею, с грохотом рухнув на землю.

Оставшись без оружия и проклиная себя за неосторожность, он вскочил на ноги, ожидая в любой момент удара в спину. К его удивлению, эльфийка не воспользовалась моментом, а, покрепче перехватив древко, медленно и осторожно приближалась.

«Глупо, очень глупо. Добивай врага прежде, чем он соберется с силами». Он метнулся к оружию и, едва схватив древко, тотчас бросился в атаку.

Эльфийка не позволила застать себя врасплох. Легко парировала серию яростных и крепких ударов, словно читая его мысли. А потом перешла в нападение с таким остервенением и быстротой, что Эмри едва успевал блокировать выпады. Его отточенные движения казались неуклюжими и бездарными рядом с ней. Самозванка двигалась ловко, быстро, даже с какой-то вальяжностью.

Они махались минуту, но Эмри почувствовал, как устает, а эльфийка даже не вспотела. Он начал паниковать. И тут удача ему улыбнулась — едва заметив, как соперница обнажила правый бок, Эмри что есть мочи ударил. И тут же поплатился за беспечность, рухнув лицом в грязь и потеряв выбитое соперницей оружие.

— Ты еще не устал сражаться? — она возвышалась прямо над ним, уперев лезвие в шею. Он не услышал, как ожидал, в ее голосе издевательства или надменности. — Если поклянешься не поднимать против меня оружия и выслушаешь, тогда сможешь узнать, почему я надела латы братства.

«А у меня есть выбор?»

— То есть ты знаешь, что совершила святотатство? — насмешливо произнес Эмри, выказав остатки гордости. Пусть лучше он умрет, но не станет перед ней унижаться.

— Я знаю закон, — кивнула она, убрав оружие и отступив на несколько шагов. — Но на меня он не распространяется.

— Да ты никак сама Мельга? — рассмеялся Эмри, поднявшись с земли и отвесив шутовской поклон. — Прости, что сразу не признал тебя, госпожа.

— Я жду клятву, — сурово произнесла она, не спуская с него глаз и держа наготове оружие. — Или ты предпочтешь умереть?

При всей к ней ненависти, Эмри вовсе не жаждал умереть от рук женщины. Да и все произошедшее вызвало крайнее любопытство. Он поклялся.

— Клянись перед Мельгой, — покачала головой эльфийка. — Я знаю, что ваши клятвы перед женщинами ничего не стоят.

— Ты слишком много знаешь, — огрызнулся Эмри, но выполнил ее требование. И, скрестив на груди руки, потребовал ответа. — А теперь говори, чем ты можешь оправдать свой поступок. Я очень удивлюсь, если у тебя это получится.

— Не здесь, — она опустила полэкс и подошла к своему мерину. —  Бери своего коня и пошли в город. Там ты все поймешь.

 

 

Стоя в углу казармы Эмри с интересом наблюдал за «общением» между эльфийкой и невысоким крепким капитаном. Из того, что он успел понять, бедняга должен ей некую вещь, похоже, весьма для нее ценную. Вот только тот ее продал.

— Я еще раз спрашиваю, — орала она, от души приложив его кулаком под дых и швырнув в стену. «И откуда в такой тощей эльфийке такая сила?» — Где. Мое. Кольцо!

Эмри схватил ее за плечо прежде, чем она, схватив капитана за горло и прижав к стене, разбила ему лицо очередным крепким ударом.

— Если ты перестанешь его избивать и позволишь отдышаться, — он взглянул на съежившегося капитана, — уверен, он скажет больше.

Едва она отпустила беднягу, как тот безвольно грохнулся. Глотая воздух и розовея на глазах, он указал рукой на Эмри.

— У него спросите, госпожа, — закашлявшись, капитан потер пережатое горло и болезненно морщился.

— Чего? — нахмурился Эмри и с удивлением отметил, что боится злобного взгляда, которым его наградила эльфийка.

«Так, с каких пор я боюсь женщин? Даже тех, кто явно превосходит меня в мастерстве и силе».

— Я продал кольцо с Амирилом вашему ордену. Это же ваша реликвия.

— Это правда? — в голосе девушки послышались опасные нотки. Она потянулась к мечу.

Эмри пожал плечами. Амирил — очень редкий, мистически камень, похожий на изумруд. С таким кольцом силы Стражей возрастают как минимум втрое.

— У нас три таких кольца.

— Это было из платины, — откашлявшись, заметил капитан. — Огромный камень удерживала пасть медведицы. Я продал его три года назад вашему магистру.

Эмри улыбнулся.

— Помню. Магистр весьма удивился, купив его у какого-то простофили всего за сотню золотых. Хотя камень стоит не меньше десяти тысяч.

Глаза капитана округлились до невероятных размеров. Казалось, еще немного и его хватит удар. «Стоило как следует разузнать, чем ты торгуешь, глупец»

Эльфийка внимательно глянула в глаза Эмри.

— Ты заберешь его для меня. — Она не спрашивал, утверждала. —  И быстро. У меня мало времени.

Эмри демонстративно положил руку на эфес висевшего на поясе меча. «Я поклялся Богине не нападать, но по-прежнему могу обороняться»

— Мы поступим иначе, — он покачал головой, взглянув на эльфийку. — Сперва ты расскажешь, кто такая и зачем облачилась в доспехи ордена. А потом, если я посчитаю твой ответ приемлемым, мы вместе отправимся к магистру и ты сама попросишь его об услуге.

Янтарные глаза потеряли былую уверенность, в них засветилась мольба. И тут же погасла, едва она заметила взгляд капитана. Ощетинившись, девушка пнула его под дых и сурово бросила:

— Расскажи ему, кто я. И живо.

— Эта госпожа и вправду Страж, — проблеял капитан, опасливо покосившись на эльфийку. — Из другого мира.

— Разумеется, — вздохнул Эмри, удерживая руку на мече. — А я воскресшая принцесса Карина. Вы меня за идиота держите?

— Мы пришли сюда вместе, — пожала плечами девушка. — Когда бы я успела с ним договориться? Его испуганные глаза, едва он меня увидел, недостаточно красноречиво говорили о том, что мы с ним далеко не любовники? В моем мире Мельга не запрещает женщинам становиться Стражами. И не нужно так улыбаться, это правда.

— А еще она владеет маг… — попытался пискнуть капитан, но тут же получил латным сапогом под ребра и закашлялся кровью.

— Закрой пасть, ублюдок!

«Интересно, что такого он хотел сказать?» — Эмри недоверчиво посмотрел на девушку.

— Ты женат? — спросила она буднично, отчего он ненадолго опешил.

— А у тебя есть богатое приданое?

Шутку она не оценила. Янтарные глаза вспыхнули злобой, поджатые тонкие губы изогнулись недовольной дугой.

— Я спросила про жену не интереса ради, — продолжила она, явно проглотив проклятье. — У меня есть муж и он умирает. Без этого кольца  ему не протянуть и трех дней. Я должна его получить. И если нужно, встану перед тобой на колени. Ты этого хочешь? Тебя обозлило, что я сбросила тебя с лошади? Ты хочешь отмщения? Хорошо, смотри…

Эмри не без удовольствия посмотрел на ее унижения. Он не собирался ей помогать, но зрелище того стоило.

— Так ты поможешь? — вопросила она, поднявшись. Теперь в ее голосе звучал робко, а не самоуверенно.

— Я не просил тебя вставать на колени, — покачал головой Эмри, не скрывая ухмылку. — И не собираюсь красть у братства.

— Ты должен! — она поглядела на него с ненавистью и поджала кулаки, но тут же взяла себя в руки и понизила голос до шепота. — Пожалуйста. Ты ведь знаешь, что мне не проникнуть в орден, даже если я сниму латы. А я не могу их снять.

— Не можешь, — согласился Эмри. — Если ты и вправду Страж, разумеется. Мельга запрещает входить в замок ордена без доспехов. — Он нахмурился и покачал головой. — А еще она запрещает красть у своих братьев.

— Я верну его, — проговорила она увереннее. — Вернее, точную копию. Даже две. Это не будет кражей. Мельга поймет!

— Мне это не интересно,  — пожал плечами Эмри. Он не собирался доверять незнакомке, кем бы она ни была.

Ее глаза вновь загорелись ненавистью.

— Я сохранила тебе жизнь! Так ты благодаришь за свое спасение? Тебя не убедило, что я даже в этом мире пользуюсь благословением Мельги? — Она торопливо пробормотала молитву, и ее тотчас окутал синеватый щит Богини. Это произвело на Эмри впечатление. — Кто еще способен на такое? Неужто, по-твоему, я вру?

— Вижу, что Мельга к тебе благосклонна. Может, она согласится помочь тебе и  с магистром? — Эмри устал препираться. Больше всего ему хотелось поскорее вернуться домой и забыть о случившемся.

Он развернулся, собравшись уйти, но девушка крепко схватила его за запястье и развернула.

— Меня зовут Кара, — произнесла она так, словно ее имя должно убедить его выкрасть реликвию.

— Эмри. Не скажу, что рад знакомству.

— Смотри. — Она вынула из висевшего на поясе мешочка кольцо, удерживая его словно ребенка, а может и бережней. — Знаешь, что это?

— Еще одна фамильная реликвия? — натянуто улыбнулся Эмри, понимая, что она просто так не отступится.

— Это изумруд с рубиновой крошкой.

Эмри сглотнул. Изумруд – камень Мельги. Рубин – ее мужа. Подобные изумруды встречались редко, очень редко. И позволяли обращаться за помощью к обоим богам. Он понял, к чему она клонит, и это усилило подозрения.

«Решила, что я наемник? Продамся за редкий камень? Ты плохо знаешь кодекс братства, хоть утверждаешь, что одна из нас. Не знаю, как ты получила благословение Богини, но я тебе не верю. Однако подыграю. А потом сдам магистру. Пусть он решает, что с тобой делать».

— Предлагаешь обмен? — она кивнула, с явным нежеланием протянув ему камень. Эмри пригляделся и спрятал его в мешочек на поясе. — Возможно, я помогу тебе. Только один вопрос: как эта реликвия может спасти жизнь твоему мужу?

— Я не могу вдаваться в подробности, — покачала головой девушка. — Но мы заключили сделку, ведь так? Тогда давай поторопимся.

Эмри кивнул, высвободив руку из ее хватки. «Слишком крепкой хватки для эльфийки».

— И запомни, я ненавижу болтовню, потому никаких разговоров в пути.

 

4

 

Заперев входную дверь гостиничной комнаты, Эмри с удовольствием снял нагрудник и повел плечами, разминая задубевшие мышцы. В дверь постучали.

«Снова трактирщик, — раздраженно подумал он, подходя к двери. — Я же сказал, что мне не нужны девочки на ночь». Стоило хозяину узнать, что они с Карой не вместе и спят в разных комнатах, как Эмри окружили восемь симпатичных и беззастенчивых девушек. Их коротенькие платья с огромными вырезами скорее обнажали и подчеркивали, чем скрывали аппетитные и манящие прелести. Эмри на секунду задумался, прежде чем отказаться от этой затеи. Он не изменял жене с тех самых пор, как одна ее подруга — треклятая магичка — обучилась скверному заклинанию, позволявшему узнать: верен он Клариссе или нет.

Не то чтобы Эмри любил изменять жене, но Мельга не запрещала своим Стражам этого делать, а во время длительных походов желание частенько пересиливало чувство вины. Особенно если ему попадалась симпатичная эльфийка. Тут уж он не мог себя сдерживать.

«Кларисса тоже не сильно сдерживалась, огревая меня, чем попало», — он улыбнулся, вспоминая, как она схватила его же латный наруч и принялась что есть мочи лупить куда попало. В основном досталось плечам и запястьям, которыми он укрывал голову и то самое место, которым «попрал ее доверие и любовь». Кузнец так и не сумел починить тот несчастный наруч. В следующий раз жена обещала скормить его своему волку. И Эмри частично допускал такую возможность, с ее-то характером

Стук повторился. Громче и настойчивее.

— А не потерял ли ты остатки разума… — попытался выругаться Эмри, открыв дверь. Но тотчас замолк, увидав на пороге Кару. Без доспехов. В одной сорочке и с распущенными волосами.

«Ты же говорила, что примчалась помочь мужу», — Эмри попытался подавить внезапное желание проверить, сдержит ли свое обещание Кларисса. Безуспешно. Возбуждение лишь возрастало.

Кара, оглядевшись в пустом коридоре, скромно улыбнулась:

— Думаю, потеряла, — она закусила губу, словно обдумывая следующую фразу. Этот искушающий жест еще на шаг приблизил Эмри к пропасти. — Я могу войти?

— Входи, — проклиная себя за безволие, он отошел в сторону и приглашающее махнул.

Кара мигом очутилась на краешке кровати и, уткнувшись взглядом в пол, беспокойно затеребила длинные медовые волосы.

— Я могу тебе чем-то помочь? — несмотря на нелепость вопроса, Эмри еще надеялся, что она действительно пришла о чем-то попросить. Сам он справиться с соблазном наверняка не сумеет.

Кара отпустила волосы, обернулась к нему янтарными глазами и вновь закусила губы. Спустя минуту Эмри почувствовал себя идиотом. «Она что, хочет, чтобы я сам ей это предложил? Что за странная попытка соблазнить чужого мужа?»

— Прости, я не понимаю, зачем ты пришла ко мне в одной… — начал он, усевшись рядом с ней. Медлительность девушки охладила желание, но не убило совсем. — Вернее, догадываюсь. Но ты бы очень мне помогла, если…

— Ты можешь дать мне клятву, что украдешь реликвию и поможешь добраться до портала? — она отбросила волосы за спину и припустила сорочку так, что стали видны ее маленькие груди. Эмри сглотнул, представляя, как впивается в них губами. — Взамен я готова сделать все. Абсолютно.

— Мы же договорились о цене, — напомнил он, зажав обручальный наруч на левой руке. Сейчас он казался теснее обычного.

— Мы стражи, а не наемники, — хмыкнула Кара. — Я понимаю, что оскорбила тебя своим предложением. Пойми, я была в отчаянии и использовала любую возможность. Однако пока мы ехали, я заметила, как ты на меня… смотрел. Я клянусь вернуть точно такое же кольцо. И отплатить иначе, если хочешь…

Она быстро приблизилась к нему и обвила шею руками. Поцеловала настойчиво и нетерпеливо. Но Эмри не собирался с ней спать на таких условиях.

«Решила купить мою клятву телом? Не выйдет. У тебя нет шансов повлиять на меня, разве что угрожать Клариссе, но ты о ней даже не подозреваешь», — Эмри мягко убрал ее руки и отсел в сторону.

— Послушай, я дал слово, что помогу…

— Мне мало твоего слова, — отрезала Кара, крепко схватив его за руку и глядя в глаза. Скромность уступили злости и раздражению: лицо побагровело, янтарные глаза загорелись. — У меня нет времени доверять, я должна быть уверена! Мой муж умирает! Ради него я на все готова, понимаешь?

Эмри так и не понял, где она прятала нож. Кара молниеносно схватила его за волосы и приставила к горлу лезвие.

— Если не желаешь по-хорошему, — прошипела она, надавив сильнее, — давай попробуем по-другому. — Она покосилась на обручальный наруч. — Вижу, ты женат, это хорошо. Мы можем договориться: ты клянешься выкрасть кольцо и провести меня до гор Лимеса, а я дам клятву вернуть его точную копию. А будешь упрямиться, мне терять нечего, после того, как убью тебя, отыщу твою женушку и выпотрошу ее словно курицу. Как тебе такое предложение?

— Тварь, — холодно улыбнулся Эмри, понимая, что у него нет выбора.

— Называй как угодно, мне плевать. — Она сильнее надавила лезвием. Эмри ощутил, как теплая струйка потекла по шее. — И помни, Мельга карает не только клятвопреступника, но и всю его семью. Надеюсь, ты не забыл, как она бывает жестока?

«И ей совершенно плевать, что заставило меня дать клятву», — подумал Эмри, с презрением глядя на Кару. И поклялся, потому что не видел другого выбора.

Кара произнесла свою клятву и ушла, хлопнув дверью. Чем сильно смутила Эмри. Он одновременно ненавидел ее и восхищался преданностью мужу. Даже оправдывал ее поведение.

Однако, засыпая, он задумался над ее поведением.

«Она словно читает мои мысли: во время схватки предвидела каждое мое движение, каждый удар. Знала, что я хочу ее предать. Знала, что я готов на все ради жены. Здесь что-то не так, Эмри, что-то совсем не так. Впрочем, теперь ты поклялся. И должен сдержать клятву».

 

 

 

5

 

Солнце клонилось к горизонту, когда они с Карой подъезжали к маленькому селению недалеко от столицы. Эмри собирался оставить ее здесь, не желая, чтобы их видели вместе. Если станет известно о краже, это вызовет ненужные подозрения.

— Жди меня здесь, — завершил он наставление, обернувшись к спутнице, закутанной в его зеленый плащ с головы до пят так, чтобы никто не мог увидеть под ним красный нагрудник магистра. — Через час я вернусь, и мы отправимся к Лимесу. И тогда…

Он осекся, когда Кара осадила лошадь и округлила от страха глаза. Обернувшись, он увидел на дороге жену.

«Откуда, Падший меня подери, она здесь взялась?»

Кларисса стояла, скрестив на груди руки, высокая, крепкая, с уродующим правую скулу и щеку ожогом. Ожогом, который она получила пять лет назад, вытаскивая Эмри из горящего дома сестры, куда он ринулся спасать племянников и едва не погиб сам. С тех пор этот ожог оставался для него укором и заставил по-другому относиться к женщине, на которой он женился из политических соображений, намериваясь использовать свое дворянское происхождение и влияние жены, чтобы стать магистром.

Однако сейчас Эмри заботили не их с женой отношения, а огромный черный волк подле нее.

— Ты вернулся, — холодно  заметила она, уставившись на Кару. Огонек в черных глазах не предвещал ничего хорошего. — Да еще в компании смазливой подружки. Какая прелесть. Должно быть, мой урок быстро забылся. Хорошо. Я преподам тебе новый.

Кларисса — друидка, одна из семи высших друидов круга, в каких-то сорок лет. Едва она сощурилась и поглядела в глаза мерина, на котором сидела Кара, Эмри догадался о последствиях. Мерин заржал, замотал головой,  а затем рванул, вздыбился и сбросил ее на землю.

Кара, сплевывая дорожную пыль, вскочила на ноги и с ненавистью посмотрела на Клариссу. Зеленый плащ спал, выдав красный нагрудник.

— И что это за игра? — удивленно и насмешливо произнесла жена. — С каких пор вашим магистром стала эльфийская шлюха? Или это твоя новая забава? Интересно, как на это посмотрит совет?

— Успокойся…

— С чего бы? — Она обернулась к волку. Тот ощерился, зарычал и начал медленно приближаться к Каре. — Сейчас Фенрир отцапает твоей шлюхе руку. Если тебя не впечатляют мои угрозы, может чужие страдания научат благоразумию.

Эмри ненавидел эльфийку, но понимал: если она умрет, клятву выполнить не получиться. Он потянулся к оружию и, выпрыгнув из седла, загородил собой Кару.

— Ты совсем из ума выжила со своей ревностью! Выслушай, прежде чем науськивать своего переростка.

Самодовольная ухмылка на лице жены сменилась гневным взглядом.

— Ты решил защищать эту шлюху? Или думаешь, будто я не знаю о гостинице? Я послала за тобой ворона! Ты же не думала, что я оставлю тебя без присмотра?

«Так вот как ты обо всем узнала». Эмри придержал за спиной вздумавшую высунуться Кару.

— А твой ворон не рассказал, что мы спали в разных комнатах?

— А так же, что она пришла к тебе в одной сорочке!

— Мы пробыли вместе всего пару минут, — огрызнулся Эмри, не спуская глаз с волка.

— С каких пор тебе нужно больше?

Эмри смолчал.

— Я с ней не спал, можешь проверить со своей подружкой.

Кларисса заколебалась, услышав это предложение. Фенрир замер, все еще скалясь и рыча, но дальше не шел.

— Может, ты и не лжешь, — недоверчиво произнесла она. — Тогда объясни, почему на ней твой плащ? И с каких пор ты позволяешь женщине разгуливать в латах Стражей?

— Отпусти Фенрира и позволь объясниться, тогда все поймешь. Правда, предупреждаю, звучать это может нелепо.

— Нелепей чем вся эта ситуация? — серьезно спросила Кларисса.

Он грустно улыбнулся и пожал плечами.

 

К удивлению Эмри Кларисса внимательно выслушала его историю (в которой он упустил обстоятельства, заставившие его дать клятву).

— Она не лжет, — Кларисса подняла со стоявшего в углу гостиницы стола глиняную кружку с яблочным соком. — Но все это звучит скверно.

— Почему? — нахмурился Эмри. — Потому что я должен выкрасть реликвию?

— Об этом я не беспокоюсь. Братство беспокоиться о врагах внешних, забывая про внутренних. Они даже не заметят, что ты ее вынесешь. Дело в другом. Пока она рядом, тебя подстерегает опасность.

— Ты о чем? — спросила Кара, вертя в руке нож для цыпленка.

— Тебя отправили сюда и не объяснили? — удивилась Кларисса. — А может и не знали. Круг давно не встречал таких как ты, но раньше путешественников хватало. Причем в обе стороны. Мы даже проводили кое-какие опыты вместе с магами. Но прекратили, узнав об опасности.

Она отхлебнула сок и поставила кружку.

— Путешественник — чужой для этого мира. И даже больше, если его двойник мертв — он не может сюда попасть. Но, даже пустив тебя в этот мир, природа желает избавиться от лишней копии. Едва ты здесь очутилась, на твоего двойника посыпались неприятности. Возможно, она даже умрет.

— Мне плевать, — спокойно ответила Кара. — Меня заботит только муж.

— А зря, — покачала головой Кларисса. — Если умрет она, ты отсюда не выберешься. Портал не выпустит тебя обратно. Душа двойника отправится в твой мир, а значит, ты будешь в нем мертва.

Эльфийка побледнела.

— Это правда? — недоверчиво спросила она.

— А зачем мне лгать? — буднично ответила Кларисса. — Опасности подвергаешься и ты. — Она поглядела на Эмри. — А вместе с тобой и те, кто оказался настолько глуп, чтобы находиться рядом.

— То есть… — попытался вставить Эмри.

— То есть ты завтра же отправишься в орден и исполнишь клятву. А потом я хочу, чтобы она никогда больше не появлялась в этом мире. — Она потерла обожженную щеку. — Или, по крайней мере, держалась подальше от тебя.

— Но реликвия…

— Пусть оставит у портала, через который пришла в наш мир. Дорогу я знаю.

— Но…

— Никаких но, Эмри, — прошипела Кларисса тоном, не терпящим возражений. Эмри ненавидел этот тон, но чувство вины мешало ему пререкаться. — Ты отправишься в орден, заберешь реликвию и отдашь ей, — она кивнула в сторону Кары. — Мы будем ждать тебя на лесной тропе подле города.  А сейчас, — она посмотрела на Кару, — оставь нас. Мне нужно поговорить с мужем.

Кара попыталась возразить. Возможно, напомнить, что Эмри должен отправиться вместе с ней  к порталу. Он покачал головой, мол, сам скажу. Эльфийка, словно прочтя его мысли, встала и ушла в заранее заказанную комнату.

— Я хотела сказать тебе об этом перед отъездом, — начала Кларисса, повернувшись к нему. — Но ты был так занят приготовлением и делами в ордене, что я решила подождать возвращения. Знаешь, по правде, я посылала ворона не для того, чтобы проверить твою верность. — Она накрыла его ладонь своею и ласково посмотрела в глаза. «Вот теперь это моя жена». — Прости, я погорячилась. Ревновала. На самом деле Хугин должен был связаться с друидами, если с тобой что-то случиться.

— Ты хотела рассказать об этом? — он улыбнулся, приобняв ее и потрепав густые русые волосы.

Кларисса насмешливо покачала головой и, ухватив его за руку, поставила ее себе на живот.

— Боги услышали наши молитвы, Эмри. У нас будет малыш. Ты счастлив? — Он кивнул и обнял ее покрепче. Она уже семь лет бредила о ребенке, да и он наверняка бы обрадовался этой новости. Вот только момент был совсем неподходящим.

«Лучше сказать обо всем сейчас, пока она в хорошем настроении и рядом нет Кары», — обреченно подумал Эмри, готовясь к скандалу. Он осушил кружку с элем и признался:

— Я поклялся сопроводить ее до портала, — он улыбнулся самой обаятельной и невинной из улыбок. — Это не займет много времени. Всего два дня.

Даже в полутьме таверны он увидел, как блеснули черные глаза.

— Вот как? А оттрахать ты ее не поклялся? — съехидничала Кларисса. — Она как раз в твоем вкусе: тощая, смазливая, ушастая. Не то что старая и уродливая жена, не так ли?

Привыкший к ее капризам и манипуляциям, Эмри пропустил последние слова мимо ушей. К тому же ее реакция оказалась намного мягче, чем он ожидал. И он поспешил надавить на Клариссу, ссылаясь на то, что одинокая красивая женщина может попасть в неприятности без поддержки. «Правда, неприятности скорее ждут тех, кто пожелает с ней связаться, но говорить об этом ни к чему».

— Ладно. Тогда я еду с вами, — немного поразмыслив, ответила она.

— Исключено, — покачал головой Эмри. Он не знал, что в голове у эльфийки и опасался за жизнь Клариссы. — Ты сама говорила, что рядом с ней находиться опасно.

— Не поеду я, не поедешь и ты. Не заставляй меня призывать Гора.

Он припомнил огромного тролля, который дважды хватал его чудовищными каменными лапами и тащил домой. Оба раза прямиком с дружеской попойки.

Он попытался надавить на ее гордость.

— Ты не доверяешь мне?

— Я не доверяю ей. Слишком уж гладко звучит ее история. — Она улыбнулась. — И да, я немного опасаюсь, как бы тебя ни потянуло поболтать с ней еще пару минут.

Эмри кивнул, считая бессмысленным припираться. Если Кларисса что-то решила, переубедить ее невозможно. Он решил внимательнее приглядывать за эльфийкой. «В конце концов, если не считать рожденного отчаянием поступка в гостинице, она ведет себя достаточно сносно. Может быть, я зря так волнуюсь?»

 

6

 

Кларисса была права: никто в обители ордена не обратил внимания на его взволнованное лицо, никто не спросил, зачем он явился в такую рань, хотя никогда прежде так не поступал. Никто даже не заметил, как он направился в пустующий кабинет магистра и забрал бесценную реликвию.

«Орден всегда внимательно следил за врагами внешними, даже не задумываясь о вероломстве собственных братьев. Такого не происходило больше тысячи лет, — сожалея о поступке, подумал Эмри. — Впрочем, когда магистр обо всем узнает, это изменится».

Встретившись в лесу с Клариссой и Карой, Эмри повел их к Лимесу — горной долине, где, если верить словам эльфийки, находилась ведущая в другой мир пещера. На ночь они остановились в гостинице. Кларисса настояла, чтобы Кара спала в конюшнях, а не в главном здании.

Несмотря на ее предположения, наутро крыша не свалилась на голову эльфийки, к ней не попытались подкрасться воры или насильники. И вообще, выглядела она куда бодрее, чем Эмри, впервые за много лет всю ночь ворочавшийся и не сумевший уснуть. С Клариссой было то же самое. И это вызвало у нее подозрения, возросшие, когда Кара отказалась ехать через Запретный лес.

— Но это сэкономит нам почти сутки, — прошипела Кларисса, вцепившись уставшими глазами в бодрое лицо эльфийки. — Помниться, еще вчера ты рвалась поскорее убраться из нашего мира. Что изменилось?

— Ничего, — пожала плечами Кара, стряхнув ладонью с узкого гостиничного стола хлебные крошки. — Не люблю рисковать. Ходят слухи, что оттуда никто не возвращается…

— Я, мать твою, друидесса! — не выдержала Кларисса и, перегнувшись через стол, ухватилась пятерней за медные волосы эльфийки, наклонив ее ближе к лицу.  — А ты, паскуда, что-то недоговариваешь!

Эмри пришлось вмешаться. Жена недовольно отбросила его руку с плеча, но отпустила Кару, которая, казалось, вовсе не обозлилась на эту выходку, а скорее забавлялась ее гневом.

— Или ты думаешь, я не догадываюсь, откуда у нас с мужем бессонница и упадок сил? Ты ведь не та, за кого себя выдаешь, верно?

— Разумеется, — пожала плечами Кара. — Ты меня раскусила, я не Страж. Я проклятое чудовище, кровожадная ведьма Иша. А сюда приперлась забавы ради. — Она наклонилась ближе к Клариссе и шепотом произнесла. — А может, я хочу забрать твоего мужа в свой мир и скормить его душу Падшему. Потому и взяла с него клятву провести меня до самого Лимеса.

Кларисса проигнорировала сарказм и ответила безразличным тоном.

— Думаешь, больно остра на язык? Ну-ну, а что ты скажешь, когда я призову тролля и силком потащу Эмри домой?

Самодовольная ухмылочка тотчас сбежала с лица Кары, сменившись злобой и растерянностью. Она немного поглядела на Клариссу, а потом, улыбнувшись и просветлев,  обернулась к Эмри:

— И как к этому относится Мельга? Ты позволишь женщине собой помыкать? Позволишь нарушить данную мне клятву?

Эмри не успел ответить.

— Позволит, никуда он не денется, —  хладнокровно заключила Кларисса. — Или мы едем через лес, или я забираю Эмри, и ты можешь переться куда вздумается. Хоть в пустыню Забвения, мне плевать. Надеюсь, там ты и сгниешь.

— Откуда мне знать, что ты не скормишь меня лешим? — не унималась эльфийка. — У тебя на роже написано, что ты собралась от меня избавиться!

Теперь наступила очередь Клариссы выглядеть так, словно ее поймали за руку в чужом кармане. Повисло неуютное молчание.

— Ты и вправду собралась скормить Кару лешему? — пораженный этим открытием, Эмри не сразу задал вопрос. — И давно ты это задумала?

— Она не та за кого себя выдает, Эмри! — сжала кулаки Кларисса, не спуская недоверчивого взгляда с эльфийки. — Неужели не видишь? От нее за версту несет магией. Я позволила выкрасть кольцо потому, что сомневалась в своих чувствах. И ты знаешь почему. — Она мельком глянула на свой живот. — Но после этой ночи мне все стало ясно. Она не просто так хотела, чтобы ты с ней поехал, она что-то задумала! — Она схватила его за руку и умоляюще взглянула в лицо. — Неужели ты мне не веришь? Зачем мне лгать?

«Незачем, но ты можешь ошибаться».

— Я же говорю, я ведьма Иша, — ухмыльнулась Кара. А потом продолжила серьезным тоном. — Я бы с удовольствием поехала через лес, мне это на руку. Но мертвая я мужу не помогу. А у твоей жены не все в порядке с головой.

— Не все в порядке с головой, смазливая сука? — прошипела Кларисса, явно задумав какую-то пакость.

— Разумеется, ты права, Кларисса. — Поспешил вмешаться Эмри. — Но я дал клятву. И должен ее исполнить, как бы ни хотел обратного. Ты знаешь, как Мельга наказывает клятвопреступников.

Глаза Клариссы потемнели, но лицо осталось бесстрастным, словно маска. Эльфийка повеселела, не сдерживая победную улыбку.

— Однако мы поедем через Запретный лес, — добавил он, заметив, как изменилось выражение лица обеих женщин. — После того как ты пообещаешь не причинять вреда Каре.

— С удовольствием, — улыбнулась Кларисса, победно поглядев на Кару. — А ты пообещай, что едва мы приблизимся к этим треклятым горам, развернемся обратно?

Эмри кивнул.

 

7

 

Они выбрались из Запретного леса к полудню. Высоченные горы выросли перед ними непроходимой стеной, приветствуя тишиной и безмятежностью.

— Нам туда, — Кара натянула поводья и указала в сторону узкого ущелья, в миле от них.

Узкая дорога заставляла их ехать цепочкой: Кара впереди, за ней Эмри, а следом Кларисса.

— Грот с порталом находится там, — недоверчиво сощурилась Кларисса, объехав Эмри и поравнявшись с эльфийкой. — Коли не знаешь дорогу, так спрашивай и не пытайся гадать.

Дальнейшее произошло слишком стремительно, чтобы Эмри успел вмешаться и остановить эльфийку.

Он безвольно глядел, как молниеносно Кара выхватила из ножен меч и быстрым безжалостным ударом снесла Клариссе голову. Не веря в происходящее, он словно зачарованный смотрел, как безголовое тело беременной жены накренилось в седле и бесконечно долго, словно перышко ласточки, падало. И только когда оно глухо ударилось о выжженные солнцем серые камни, Эмри осознал, что произошло. Руки задрожали от ярости и потянулись к оружию. Гнев и ненависть к лыбящейся твари, убившей жену, помогли справиться с дрожью, но было поздно. Кара что-то прошептала на незнакомом языке и бросила черный камень перед его лошадью.

Вспышка яркого пламени и мерзкий шум, напоминавший грохот урагана, заставили Гросса вздыбиться. Эмри вылетел из седла.

Попытался подняться, но получил тяжелый удар в грудь и упал на спину. Сверху на него глядел красными глазами рослый демон. Одним движением он опустил уродливую серую руку на его нагрудник, и сталь застонала, проминаясь под чудовищной мощью.

— Не убивай его, он нужен мне живым! — проревела эльфийка. Демон послушно кивнул и улыбнулся, оскалив ряд острых клыков.

А потом Эмри погрузился во тьму.

 

8

 

Иша с облегчением вздохнула, закинув бесчувственное тело Эмри на стоявший в центре комнаты стол. Она приковала его руки и ноги цепями и приступила к ритуалу призыва. Очень скоро демон, мучавший ее мужа, должен явиться сюда и получить свою плату.

— Зря ты не послушал жену, — отметила она мрачно, когда он начал приходить в себя. — Она сразу меня раскусила. Сильная друидка, очень сильная. Я боялась, как бы она мне не помешала. В вашем мире я гораздо слабее.

Иша смешала в небольшой глиняной мисочке корень мандрагоры с цветком амаранта и подошла к Эмри.

— Сейчас будет больно, — она надрезала ему на руке вену и заполнила миску кровью. Он даже не закричал, с ненавистью глядя на нее и молча проклиная. — Ты задавался вопросом, читаю ли я твои мысли? Читаю. Хотя с тобой мне это не требовалось.  Я знаю твои повадки почти на зубок. Ведь в этом мире мы с тобой женаты, вот уже двадцать лет.

Она улыбнулась, глядя на его изумленное лицо, и произнесла заклинание. Рана на руке Эмри затянулась. Затем Иша завершила призыв древним проклятьем и кровь в миске забурлила, превращаясь в пар, который тут же устремился к потолку и рассеялся в затхлом  воздухе покинутого ею двадцать лет назад замка.

— Ты недоумеваешь, как мог жениться на такой твари? — она нежно коснулась его лица, но Эмри с отвращением отвернулся. — По правде сказать, в этом мире ты не знаешь, кто я такая. Пока не знаешь. Хочешь, расскажу тебе одну историю? Не хочешь? Прости, но у тебя нет выбора, я всегда рассказываю ее вам, прежде чем он придет. Понимаешь, иногда я хочу выговориться, но некому. А ты уже никому ничего не расскажешь.

Иша присела рядом, внимательно глядя в глаза.

— Взгляни внимательнее на мое лицо, я никого тебе не напоминаю? — она произнесла заклинание и провела руками по волосам, которые тут же побелели и стали короче. Убрала с лица магическую тень и иллюзорную родинку. — А теперь, вспомнил? Верно. Я Линдрит, служанка твоей матери. Вернее, это тело принадлежит ей, а я, как ты уже догадался, Иша. Та самая ведьма, что продала душу Падшему. Знаешь, говорят, что я убила больше людей, чем все болезни вместе взятые. Возможно. Я их не считала. Мой бог приказывал убивать, и я подчинялась. Однако стоит признать, я получала от этого наслаждение. Но потом случилась то, чего я не ожидала.

Иша печально улыбнулась.

— В этом мире ты был смел и безрассуден, это и навлекло на тебя проблему. Упуская подробности, скажу лишь, что в тебя вселился демон. Ты медленно и мучительно умирал. Желая помочь тебе, Линдрит отыскала меня, зная как ведьму, что умеет договариваться с демонами. Храбрая, но глупая девочка. Она так убеждала меня, что вызвало любопытство. Мне захотелось забрать ее красивое тело и пожить чужой жизнью. На время. Что в этом могло быть плохого?

Иша поправила волосы.

— Я вызвала твоего демона и заключила сделку: он помогал мне завладеть ее телом, в обмен, я давала ему твою душу. Из другого мира.  Видишь ли, демон может питаться лишь душой человека, в которого вселился. Чем сильнее душа, тем дольше он может оставаться в одном теле и в этом мире. Переселения слишком хлопотны, потому мы быстро нашли общий язык. Он помог мне обмануть Линдрит, которую я заперла в моем уродливом теле, в подвалах этого замка. И отыскала тебя, дав «зелье», которое уняло боль и вернуло силы.

Иша поднялась, заслышав приближение демона.

— Думаю, ты понимаешь, что произошло дальше. Я влюбилась. Ты удивлен? Напрасно. Чудовища тоже могут любить. И  тоже хотят, чтобы их любили. Так же, как и обычные люди, а может и больше. — Иша потрепала его за короткие волосы, несмотря на протест. — Принеся в жертву пятерых, я решила изгнать демона. И просчиталась. Пришлось быстро искать новую. Знаешь, если правильно управлять порталами, можно попасть даже в прошлое.

Вернувшись на двадцать лет назад, я представилась известному тебе капитану Ланселю Стражем из другого мира и передала артефакт. Якобы на хранение. Потом, вернувшись в ваш мир в настоящее время, при помощи магии заставила его восстать против местного барончика и призвать на помощь тебя. Да, я знала, что это будешь ты, потому что остальные в тот момент были заняты.

Иша замолкла, увидав перед собой демона, и низко поклонилась.

— Знаешь, — посмотрела она в последний раз на Эмри. — Я не собиралась убивать твою жену, но она не оставила мне выбора. Она бы пришла сюда и все разрушила. Она бы не отступилась. И если тебе станет легче, считай, что вы оба погибли во имя любви.

— Любви, — злобно расхохотался Эмри. — Он тебя ненавидит, больная тварь. — Он содрогнулся, едва к нему прикоснулся демон, но успел выкрикнуть: — Ты живешь в иллюзиях, Ишу никто не любит. Ее…

Он хотел добавить что-то еще, но слова утонули в крике боли. Демон принялся терзать свою жертву. Иша вышла, не желая за этим наблюдать.

Вернувшись домой, она легла рядом с мужем, мирно спавшим на боку, словно младенец. Иша знала, что назавтра он проснется и будет полон сил. Однако вместо того, чтобы радоваться спасению, она прокручивала в голове последние слова двойника: «Ты живешь в иллюзиях, Ишу никто не любит».

Они не давали ей покоя, резали острее кинжала и рвали душу на куски, словно собаки кусок мяса. Она пыталась от них отмахнуться, но тщетно. Слова не уходили. Двойник сказал правду. Неприятную, причинявшую боль не хуже пыток правду. Правду, к которой она была не готова, даже спустя двадцать лет. Она витала в иллюзиях.

Спустя какое-то время, успокоившись и перестав ворочаться, она вытерла слезы и покрепче обняла мужа. Ощутив его тепло и крепкое тело, Иша нашла оправдание:

— Да, ты любишь не меня, а эту смазливую беловолосую эльфийку, слабую и глупую. Но она заперта в уродливом теле Иши, под замком в старом разрушенном замке. И всю любовь ты даришь мне. Мне одной. И мне это достаточно. Более чем достаточно. А потом, со временем, я признаюсь. Может быть. А может, и нет. В конце концов, лучше красивая иллюзия, чем уродливая реальность. Да, она намного лучше. Я знаю это, как никто другой. Я понимаю разницу.

И закрыв глаза, Иша уснула. Забылась сладким долгожданным сном. Ей было невдомек, что все это время Эмри не спал, а внимательно слушал ее признание.

   

читателей   93   сегодня 2
93 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 3,67 из 5)
Загрузка...