Пьяная застава

I

Шёл мелкий холодный дождь. Всё небо затянули низкие свинцовые тучи. Земля, и без того болотистая здесь, теперь превратилась в сплошное месиво.

Что-то щёлкнуло и заскрежетало.

-Сир, осторожнее! Сир, здесь скользкие ступеньки. Сир, позвольте, я выйду первым и открою зонт?

Склон небольшого холмика вздрогнул, спугнув довольную жабу. Приоткрылся замаскированный прямоугольный люк.

-Никого не видно, Сир, пойдёмте обратно. Я сделаю Вам горячий какао!

-Заткнись, болван! И открой уже эту чёртову крышку, — раздалась приглушённая шёпотом ругань.

Щелчок, и люк открылся полностью. По каменным ступеням, что скрывались за ним, поднялся пухлый человек в накрахмаленном воротничке вокруг безобразно жирной шеи. Нахлобучив капюшон на белый парик с завитыми висками, низкорослый человек вступил лакированными туфлями с золотыми пряжками прямо в лужу рядом с входом. Человек открыл чёрный зонт– модное изобретение аристократии – и согнулся в учтивом поклоне, приглашая пройти кого-то, скрытого сумраком тоннеля. По ступеням поднялся господин в чёрной шляпе с широкими полями и добротном дорожном костюме из чёрной и коричневой кожи, усиленном дублёными накладками с пирамидками коротких шипов. Руки Господина покрывали высокие перчатки. Пальцы украшали массивные перстни в виде молота, черепа и головы грифона из чистого серебра. На груди висели две тяжёлые цепи с медальонами с выгравированными на них сценами пыток. Торс и бёдра господина опоясывали ремни, на которых висело аж три пистоля, один из которых имел такой внушительный калибр, что скорее походил на спиленный мушкет. Здесь же располагались ножны кинжалов и шпаги с изящным эфесом. Вышитая серебром вокруг цилиндра шляпы надпись гласила: «Я есть возмездие».

-Ну, как я выгляжу, Калеб– спросил господин, поправляя отяжеленные пистолями ремни, из-за которых штаны так и норовили сползти ниже положенного места.

-Вы великолепно-ужасны, мессир! Я трепещу!– выговорил пухлый слуга и натянул чёрную повязку на свой вполне здоровый глаз, ссутулился и нахмурился. На повязке красовались череп и перекрещенные кости.

-Это ещё зачем, Калеб– спросил господин в чёрном.

-Для антуражу, мессир.

-Ох, быть ужасным злодеем ужасно тяжело!

-Да, мессир, — подтвердил слуга и поправил арбалет за плечами и чёрный зонт над господином.

Оба двинулись по размытой тропе, идущей по дну оврага.

-Разве в твоём арбалете не должно быть стрелы, Калеб?

-Верно, Ваша светлость, но, ведь Вы же знаете, у меня фобия острых предметов. Жуткие мигрени вызывает. К тому же это переговоры с неотёсанным дикарем, он ничего и не заметят, кроме Вашего могучего великолепия, михерц. – ответил слуга писклявым голоском.

-Умолкни, мы почти на месте.

Калеб снова ссутулился и придал лицу хмурый вид. Сумерки сгущались.

Они вышли на небольшую поляну у старого дуба. Во времена жестоких королей здесь вешали и закапывали смутьянов, имелась небольшая часовня, от которой нынче остались фундамент и обломки стен. Образовавшееся здесь с годами болото постепенно вытесняло наружу истлевшие кости. Вспышки молний вспыхнули в серых тучах

-Мы пришли, зажигай фонарь.

Слуга чихнул и выполнил приказ.

-Ты обещал идти один, гонец,- раздался гортанный низкий голос.

Лицо слуги побледнело и вытянулось.

-Это Калеб, глухонемой дурак,- произнёс господин в чёрном, озираясь по сторонам. — Он не опасен.

Господин толкнул слугу в плечо.

Ыыы,- протянул Калеб, вновь нахмурившись.

Из-за дуба медленно вышла громоздкая фигура. Существо надвигалось медленно и неотвратимо, как ледник или горный оползень на узкую дорогу. Когда оно приблизилось к фонарю, предательски дрожащему в руке Калеба, стало ясно, что это громадный орк. Вибрация фонаря усилилась. Орк был выше господина на две головы, могучий торс его покрывали грубо склёпанные тяжелые доспехи, сплошь покрытые вмятинами, явно полученными в жестоких битвах, вперемешку со следами ржавчины и копоти. Орк источал едкую вонь, перебить которую был не в силах ни дождь, ни болотный смрад. Плечи орка покрывал плащ, прочно соштопанный из кусков толстой шкуры неизвестного животного, местами покрых чешуей. К броне он крепился крючковатыми застёжками с насаженными черепами. Настоящими черепами. Тот, что поменьше, принадлежал зубастой твари, а второй был явно человеческим.

Господин в чёрном сглотнул и проговорил:

-Приветствую тебя, Зордук-Костолом из клана Живодёров!

Покрытая шрамами тёмно-зелёная морда исказилась в подобии ухмылки. Человек продолжил:

-Я уполномоченный посол его превосходительства достопочтенного и сия…

-Ты принести?– перебил его Зордук.– Давать!– прогудел он и вытянул лапу в тяжёлой шипованной наручи.

Человек в чёрном толкнул слугу.

-Э–ы–мм–ээ, — промычал тот, поставил фонарь на землю, и достал мешочек, из которого на громадную пятерню высыпались несколько самоцветов и пять золотых монет гномей чеканки.

-Таких там много монет и камней.

-Поганый гном!!! Ррр!– прорычал орк.

-Да-да! Истину говоришь, очень поганый, — подтвердил человек в чёрном, — их там тоже много.

Орк оскалился и утробно зарычал.

-Но не так много, как вас и нас, великий Зордук – вождь Живодёров, — поспешно исправился человек.

— Славная битва, — выкрикнул орк!

-Славная битва! – подтвердил человек в чёрном, подняв вверх сжатый кулак.

Глухонемой слуга повторил жест.- И половина добычи ваша, Зордук.

-Я забирать их дом.

-Хм. Согласен. Тогда я заберу их мушкеты и книги, — сказал человек в чёрном, указав на свои пистоли.

 

-Гром-палка- оружие труса!- вождь выругался, прихлопнув ладонью по сжатому кулаку.–  Забирай!

После этих слов орк бросил на землю завязанный мешок.

-Договорились,- сказал человек в чёрном, указывая Калебу на мешок,- теперь обсудим план.

Когда всё было решено, и человек в чёрном со слугой удалились, орк тихо произнёс:

— Следи за ними, Гной!

Из-под его широкого плаща что-то выпало и шмякнулось в грязь.

-Да, босс,- прозвучал скрипучий голос.

Низкорослый гоблин прошмыгнул между ног вожака и быстро, но почти беззвучно, побежал по размокшей земле, перепрыгивая лужи и прячась за кустами, что выходило у него поразительно ловко. Гоблин быстро нагнал людей, неторопливо шлёпающих по мокрой тропе, и затаился.

— Уходим! – прорычал вожак.

Раздались хлюпающие и чавкающие звуки, сопровождаемые глухим рычанием. Три рослых и практически голых орка словно выросли из-под земли. Не считая набедренных повязок и украшений из костей, на них не было ни клочка одежды, а тела были сплошь измазаны грязью, жухлой травой и листьями. В лапах воины сжимали суковатые дубины, усеянные кривыми шипами из металла и кости.

 

II

 

«Карак Брузор славился своими литейщиками и пушечных дел мастерами. Благодаря подземной лавовой реке, гильдия инженеров не знала нужды в источниках энергии для паровых машин и плавильных печей. Но эти времена прошли. Извержение вулкана где-то на далёком юге вызвало сильные землетрясения и сдвиги литосферных плит. Огненная река остыла и затвердела, большинство мастерских были разрушены, частично, либо полностью. Клан Рукомолотов понёс большие потери, как в численности, так и в богатстве своём. После многие, не желая или не имея возможности жить в полуразрушенном Караке, покинули его чертоги, ища лучшей доли в соседних землях у более удачливых родичей и даже просто на поверхности. Остались лишь самые стойкие и крепкие представители клана Рукомолотов– истинные сыны и преданные хранители Карак Брузор!- послышались всхлипывания. – Истово верящие, что наступит день, и Карак их восстанет во всём, — снова раздались всхлипывания, — во всём своём гордом великолепии…»

-Да задрал ты, Брундайл, со своей хренетописью!

Гном, декламацию которого так грубо прервали, отёр краешком бороды текущие слёзы.

-Это летопись, Эрзиль, болван! Сколько можно повторять?! – буркнул летописец, убирая свою книгу в кожаную сумку.

-Да мне по боку, Брун! В ней даже картинок нету.

-Это история твоего клана, идущая от первых королей. Ещё мой отец, мой дед и отец моего деда и дед моего… ну ты понял – все поколения вели её.

-Эррк,- громкая отрыжка Эрзиля прервала летописца. Другие гномы, находящиеся в зале, громко засмеялись,- а мне по боку, Брун, дружище! Глянь-ка лучше на такую историю,- сказал Эрзиль и бросил возмущённому хмельному летописцу несколько листов.

Взглянув на них, летописец икнул и густо раскраснелся. Гномы вокруг снова загоготали. На листах дрянного пергамента, просто, но весьма изощрённо, были изображены обнажённые эльфийки, купающиеся в водоёме и предающиеся любовным утехам. За ними из кустов наблюдала неясная фигура. Картинки заканчивались на том, что эльфийки заметили подсматривающего и, ничуть не смущаясь, поманили его к себе. Далее была краткая надпись: «Продление след 3 медяка. Мастер гравюры Леопольд».

-Ты где взял эту похабщину, Эрзиль?– проговорил летописец, не отрывая от картинок округлившихся глаз.

-Известно где! В город ходил давеча за припасом.

-Грят, мол, мастер Леопольд могет за четвертак сверху изобразить, мол, гном там ныкался в кусту, и, значить, с им всё сдеется, — высказался один из присутствующих гномов.

-Полная безвкусица, — возмутился летописец, незаметно припрятав одну гравюру в карман.

-А мне по нраву! — заявил Эрзиль.– Уж я б дал им со свово орудия, — громко заявил он, вскочил на скамью и, поставив одну ногу на стол, демонстративно ухватился за причинное место.

-Ой ли?!– выкрикнул кто-то из-за соседнего стола. – Да у тя там фитилёк запальный, да и тот коротковат.

Гномы разразились хохотом. Эрзиль побогровел и прорычал:

-Чего?! А ну повтори!– и, не дожидаясь ответа, швырнул в обидчика полупустой кувшин. Впрочем, прицел его был изрядно сбит алкоголем, и кувшин угодил в дремавшего соседа супостата, разбился вдребезги и обдал выпивкой и осколками ещё несколько гномов.

-Ах ты, падла кривожопая! – посыпались ругательства, полетела посуда и табуреты, во вспыхнувшую драку, скоро втянулись все присутствующие. Все, кроме незаметно удалившегося Брундайла и старого Молчуна Филдуина, который мирно похрапывал в обнимку с бочонком в углу.

-А ну, кончай бузу, грёбаные остолопы! – раздался громогласный приказ, и посыпались увесистые пинки и затрещины всем, кто попадался под руку… или ногу. Орущим гномом был Рурик, избранный Тан Карак Брузор, или заставы, как частенько называл Рурик эти руины. Тем временем действия Тана возымели успех, и склока начала затихать.  –Совсем одурели от безделья!– Тан нахмурил брови и забрался на стол. — А враг не дремлет!

-Что? Враг? Какой враг?– загудели недоумённые голоса. Даже старый молчун приоткрыл один глаз.

О врагах здесь лет сто никто не слыхивал. Обычно так называли крестьянских мужиков и городских простолюдинов, с которыми устраивали порой бузу в питейных заведениях гномы, и пару раз ходили стенка на стенку.

-Достопочтимый сосед Лорд сообщил, что полчища орков угрожают его землям, засим просит помощи нашей заставы, обещая зерно и прочего провианту в уплату, ну и золота чутка, ясень-красень.

В трапезной возникло оживление. Кто-то припомнил, что гномы-наземники, забредавшие на заставу с месяц тому назад, упоминали о следах присутствия орков на западных границах провинции. Но дело было за очередной кружкой крепкого гномьего эля, запасы которого так удачно были обнаружены в заброшенной части Карака, так что сведения эти все приняли не более чем как байку, наподобие истории об Убийце Готрике, личным знакомством с которым хвастался чуть ли не каждый наземник.

-Да, ик!.. Брехня! В.., ик, жопу, этих долговязых пизд…

На пол упало что-то тяжёлое.

-Скажи это ему,- произнёс Тан с угрозой в голосе.

Гномы ахнули. Послышали плевки и приглушённая брань. На полу у стола лежал мешок, а из него торчала орчья голова!

-Каазуук!– проревел Тан, подобно скальному медведю, боевой клич.

-Казук! Казук! Казук!– прозвучал дружный ответ.

В Караке началась подготовка к походу. Тан Рурик приказал искать в обрушенных казармах и кузнях оружие и доспехи, снаряжаться самим и тащить в обеденную залу – единственное уцелевшее помещение, достаточно просторное, чтобы устроить смотр войск.

В результате перед ним выстроилось почти три сотни гномов, вид воинства был… удручающим.

— Мда — протянул Тан.

Гномы, были одеты в доспехи, собранные из разных комплектов, зачастую неполные: кому-то достался только шлем, кому-то – кольчуга и тяжёлые наручи, и так далее, причём не в лучшем состоянии и не по размеру.

— Хуже орков, — подумал Тан, скрипя зубами.

Вооружение воинов соответствовало. Боевые топоры, молоты и чеканы здесь густо перемешивались с кузнечными молотками и шахтерскими кирками, было даже две лопаты.

— Ну и сброд! Надеюсь, предки сейчас не смотрят на нас… — процедил Тан. — Немедленно исправить и привести в надлежащий вид!

Рурик приказал запустить кузницу на третьем ярусе.

— Все ли здесь? – осведомился Тан.

— Нет Летописца и Молчуна.

— Послать за ними немедля!

Через десять минут в помещение втолкнули Брундайла.

— Ты что, мать твою так, не вооружён? Аль книжкой своей бить Гробби собрался?

— Это не моя. Я искал, я нашёл! Это учётная книга воинского хозяйства. В ней сказано, что один арсенал так и не был вывезен. Правда…- Летописец замялся. — Здесь не хватает нескольких листов… где арсенальная палата не ясно.

— Срочно организовать поиски!

Гномы начали разбиваться на группы и обсуждать маршрут.

— А где Молчун?

Точно никто не знал. Говорят, его видели у погреба с элем.

— Старая пьянь, ети его Сквиг! Я ж запретил употреблять на период сборов! Волочите его сюда, судить буду согласно законам военного времени.

— Филдуин на службу прибыл! – раздался бойкий голос со стороны входа.

Гномы обернулись. Удивление застыло на их лицах. От двери к ним, чеканя каждый шаг, приближался старый молчун, хотя уже не такой старый от невероятной бодрости, которой буквально светилось его лицо, идеальная выправка и чёткость движений. Но не это более всего вызывало удивление присутствующих. На старом молчуне был полный, в идеальном состоянии, мундир мастера-инженера воинской гильдии. На плече Филдуин нёс невероятных размеров мушкетон, украшенный резьбой и рунами филигранной работы. К мушкетону был приделан хитроумный прицел с множеством линз. Мастер-инженер приблизился к Тану, щёлкнул каблуками, и, уперев приклад в пол, вытянулся по стойке смирно. Мушкетон оказался выше гнома на две головы.

— Молч… Филдуин, ты ли это!?

-Так точно!

-Ты где это взял!?- Тан ткнул пальцем в мушкетон. Он пытался взять себя в руки.

-В пятом резервном арсенале.

От удивления Рурик даже снял шлем.

-Дак что же ты молчал, молчун!? Ухвати тебя за гузна сквиг!

-Дал клятву хранителя, почтенный Тан, — все также четко и невозмутимо отвечал Мастер Инженер.

-Что? Какого!? Не важно! Веди скорее!

Шумная процессия гномов двинулась за вновь обретенным Мастером Инженеров. Но их воодушевление заметно поубавилось, когда Филдуин привел их к винному погребу.

«Ну все. Допился старый», — послышался недовольный ропот.

Филдуин взял фонарь и пошел вдоль стен, уставленных бочонками и полками с глиняными сосудами. Затем раздался щелчок. По стене напротив входа побежали синие всполохи! Вдруг на стене образовался узор из геометрически выверенных линий и рун! Мастер-инженер пробурчал что-то коротко и неразборчиво. Руны вспыхнули и погасли. Шум вращающихся механизмов. Стена сначала ушла вглубь. Вместе с полками. Несколько сосудов упали и разбилось. А затем… все замерло

« Сломалась механерия» — буркнул кто-то удрученно

-Идемте, — позвал вышедший к гномам Инженер, пряча за седеющую бороду что-то напоминающее ключ на серебряной цепочке. Все так же невозмутимо, Мастер-Инженер подошел к замерзшей стене. Положил на нее ладони и, без видимых усилий, толкнул. Стена, толщиной более трех локтей, разошлась в стороны вместе с винными полками, подобно створкам ворот! Под сводами, уходящего в кромешную тьму зала, один за другим, загорались  светильники, кристаллической формы, открывая изумленному взору гномов огромных размеров галерею, сплошь заполненную долгими рядами всевозможных оружейных и бронных стоек, околоченных железом шкафов и сундуов!

-Добро пожаловать в пятый резервный арсенал! — торжественным тоном произнес Мастер Филдуин, и с довольной улыбкой погасил фонарь.

-Матерь моя Валая! Не сплю ли!?- пробормотал Тан Рурик.- Да здесь добра хватит на целую армию!

-На шесть сотен пятьдесят воинов с обозом если быть точным, Рурик.

Оружие и доспехи были аккуратнейшим образом развешаны и разложены. Здесь было все: от легких кольчуг и стеганых курток до тяжелых и сверхпрочных щитов и кирас, от чеканов до, копий и короткие мечей, удобные для боя в узких тоннелях и шахтах.  Все в идеальном состоянии. И лишь тонкий слой пыли говорил о том, что в галерею давно не ступала нога гнома.

«Ай-яй! Ну и заточка!»- поражался очередной недоверчивый бородаче, решивший проверить мастерство предков собственным пальцем.

-Да тут и мушкеты есть! И порох, и пули! — воскликнул кто-то, открывая новый сундук.

-А что там? — спросил Рурик, указывая на нагромождение ящиков, тюков и еще каких-то предметов, выпирающих из-под накрытого сверху брезента.

-Сейчас покажу! — ответил Тану инженер. — А ну, ребята, подсоби!

-Матерь моя, Валая! Это же…

С того момента как был найден резервный арсенал, в развалинах Карак Брузор, который живущие окрест люди давно прозвали пьяной крепостью за обветшалый вид и нравы местных обитателей, теперь царило невиданное оживление. С утра до ночи, вместо привычных пьяных песен, раздавался стук молотков и звон металла! На смену брани, в изощренности которой явно соревновались гномы, а когда слова кончались в дело вступали кулаки и все что попало под руку, теперь пришли четкие приказы и дружные ответы. Работа кипела! Внутри… Снаружи же все оставалось неизменным… Вплоть до журчания мочи постовых, справляющих малую нужду прямо со стен и похваляясь напором и точностью струи.

III

На исходе восьмого дня все подготовки к походу была завершены. Точно в срок колонна гномов выдвинулась из Карака Брузор.

-Как они выглядят, Калеб? — спросил Лорд, принимая донесение от слуги, сидя в удобном кресле своего роскошного кабинета.

-Как толпа пьяных оборванцев, мессир, — высокий голос Калеба звучал подчеркнуто брезгливо.

-В самом деле? —  Господин в кресле удивленно приподнял бровь и, отвлекшись от прочтения донесения.

-Да-да, ваше сиятельство!- слуга всплеснул руками и достал надушенный кружевной платок белого хлопка. — Ни строя, ни знамен. — Калеб начал возмущенно  жестикулировать.- Бранятся и горланят песни на всю округу! Пьяные мужланы! – Слуга промокнул лоб под высоким париком плоточком и начал отирать вспотевшие пухлые ладошки, любуясь как солнечный свет играет на самоцветах массивных перстней на коротких пальцах.

-Любопытно- промолвил Господин в кресле, слегка поморщившись. — Я слышал, про склонность к пьянству наших низких соседей,  но не думал, что они настолько… опустились. — Господин в кресле улыбнулся тонкими губами, довольный допущенным каламбуром. Калеб захихикал, прикрыв рот платком, всецело одобряя юмор хозяина.

-Все именно так, о Великолепный Лорд! Это не армия, а горстка неотесанных ополченцев! Они и теперь не перестают пить!

-В каком это смысле?

-Эль, мой господин. Они везут с собой четыре бочки эля! И прикладываются к ним прямо на ходу!

-Как беспечно! Как нагло с их стороны!- Калеб закивал преданно и часто. — Ну, да простит Сигмар их темные души.

-Вы безмерно великодушны, Милорд, — заискивающе произнес Калеб и поклонился.

— Надеюсь, серый посланник не ошибался насчет богатств и знаний Карак Брузор…

-Ранее он не ошибался про орков и прочие доказательства. Значит вы воистину избранник Сигмара и обретете то могущество, о котором мечтали! — Слуга склонился в реверансе перед господином.

-Да, я, наконец, утру нос заносчивым кузенам и кузинам! Они, как свора голодных собак, разодрали земли почившего батюшки. — Господин в кресле поднял вверх трясущийся палец, указывая на портрет в массивной раме. — Мои земли по праву рождения!- Продолжал господин, все более распаляясь. — превратили крепкое единое княжество в лоскутное одеяло!!!- Господин в кресле резко опустил сжатый кулак, сильно ударив по столу. На столешнице лежала развернутая карта несуществующего ныне княжества, территории которого были раскрашены теперь в разные цвета. Господин поднялся из кресла, упершись ладонями в стол. Он продолжал говорить, глядя только на карту. — О, как я жажду отнять у них все! И, когда я это сделаю, они перестанут смеяться. — В уголках рта господина проступила пена. — Они будут молить меня оставить им хотя бы жизнь. И тогда  буду смеяться я! — По лицу господина расплылась неприятная улыбка. — Калеб!- Господин отер рукавом губы. В глубине его расширенных зрачков напуганному слуге померещились отблески мистического огня.

-Д-да, Господ-ин,- дрожащим голосом произнес слуга. Он сам не заметил как выронил свой чудесный платок из трясущихся рук.

-Выдвигаемся. Хочу сам взглянуть на наших добрых соседей, — лицо лорда излучало прежнее дружелюбие.

Гномья ватага встретилась с отрядом лорда на окраине деревни Малая Калиюга. На улице уже начинал сыпать снежок, но первых заморозков было явно недостаточно, чтобы сделать местную «дорогу» хоть чуточку пригоднее для езды.

-Слышь, Брун, мне вот любопытно, все долговязые такие рукожопы, что даже более-менее путной дороги смострячить не могут, — ворчал гном, толкая увязшее в грязи колесо одного из объемистых бочонков, поставленного на двуколесную тележную ось, наподобие тех, что используют для продажи разливного кваса и пива на ярмарках.

-Взаправду так и есть, Эрзиль, — отвечал его напарник, упираясь во второе колесо, также перепачканный грязью.

— Сквиг их ети! — Эрзиль сплюнул в коричневую жижу, наполняющую колеи разбитой дороги. — Слышь Брун? Зато твоя хваленая машкикровка тут как нельзя кстати.

— О! Спасибо друг! Рад, что ты оценил, наконец-то! — Ответил летописец. Прерывисто дыша от напряжения, он продолжал толкать колесо. — Предки говорили…

-Да-да, мой друг, — перебил его Эрзиль ехидно, — в этих славных нарядах, — гном отпустил колесо и растянул в стороны свою криво сшитую брезентовую накидку, — в этих славных нарядах самое то в дерьме по уши лазить!

Он громко заржал. Еще несколько гномов, слышавшие этот разговор, поддержали его хохотом. Брундайл побагровел и сжал кулаки.

— Эй! Доблестные воины, — вдруг раздался чей-то голос с насмешкой, — не угостите ли глотком эля?

Гномы повернулись к говорящему. На обочине стояли два всадника, по виду младшие кавалерийские офицеры. Шлем одного был украшен перьями.

— В жопу иди, там добра ищи! — Выпалил Эрзиль. Он хотел добавить что-то еще, но подоспевший сзади Брундайл сильно толкнул напарника плечом и шатающейся походкой вывалился вперед.

-Звеняй, братишка! — кивнул он в сторону Эрзиля, который чуть не шмякнулся в грязь от толчка. — Милостивые господа, — речь и жесты летописца вдруг стали очень размашистыми и нечеткими, — вы, что ли, про наш победный эль? Ик…

Нахмурившиеся, было, лица всадников расслабились.

— Да, гном. Мы про эти бочки, — офицер в простом шлеме и, видимо, ниже рангом, убрал ладонь с рукояти меча.

-Как ты сказал? «Победный Эль»? — переспросил тот, что с перьями.

-Тах точшшно! М-ик-лорд!- Летописец слегка поклонился и громко пустил ветра.- Это тррр…трын…трандинция, о! Трандинция это наша- Победный Эль, значить! Подобие ваших флагоф и, вона, петушиных перьев в башке. Вдохновляет воинов на победу! После битвы мы пируем и пьем. Ну и капельку до, — закончил Брундайл и хитро подмигнул офицерам.

-Славная традиция. — произнес офицер с перьями. Его улыбка плохо скрывала пренебрежение. — Позволь попробовать и нам.

Второй офицер отцепил от седла добротную дорожную флягу и бросил гному. Летописец попытался поймать ее, но движения были слишком неточными и медленными. Пальцы лишь слегка коснулись фляги, затем она закрутилась в воздухе, стукнулась о голову гнома и шмякнулась в грязь.

-Ой. Звиняйте. Ик- произнес Брундайл, примирительно выставляя перед собой ладони. — Один момент!

Владелец фляги ринулся было к гному, но офицер с перьями остановил его. Тем временем Брундайл поднял флягу, отер ее забрызганным рукавом и, смешно петляя по грязной дороге, подошел к бочонку. Открыл кран. Послышалось журчание и бульканье наполняемой фляги. В воздухе распространился аромат крепкого эля. Летописец закрыл кран, затем собрал оставшиеся капли пальцами и облизнул их. Запечатал флягу и все той же нетвердой походкой вернулся к всадникам. Протянул флягу владельцу. Всадник выхватил ее с явным недовольством.

-Благодарю, — произнес офицер с перьями, все так же сохраняя улыбку на лице.

-Поганые карлики! — процедил младший офицер, когда они уже отъехали на достаточное расстояние. — Я был готов зарубить на месте эту пьяную собаку! Как он посмел так говорить с вами, милорд?!

— Ну-ну, Эреб! Умерь свой пыл. — довольным тоном произнес офицер с перьями. – В конце концов, этот несчастный гном не знал кто пред ним.

Офицер с перьями откупорил флягу и осторожно принюхался.

-И даже если так!!!… Скорее бы ущелье.

-Весьма недурной аромат…Хм…интригующе…Не желаете попробовать?

-При всем уважении, сир, я откажусь. Это же жуткое пойло карликов! Чистый яд!

-Яд, говоришь?- задумчиво произнес офицер с перьями и запечатал флягу. — Надо дать попробовать Калебу, — он улыбнулся, на этот раз искренне.

-Что за балаган ты устроил!? — набросился Эрзиль на Летописца. — Какой еще, нахер, «Победный Эль»!? — Он передразнил интонацию Летописца. — Ты этого в книжках своих понабрался?!

-Уймись, Эрзиль! Так нужно было!!! — Брундайл пытался оттолкнуть от себя напирающего приятеля. — Для маскировки… я импровизировал! — Летописцу удалось высвободится и оттолкнуть крепко вцепившегося в него Эрзиля.

-А ну, толкайте телегу! Хватит лясы точить! Догоняй! — раздался грозный приказ Тана Рурика пришедшего разобраться, почему одна телега встала. Гномы снова взялись за работу.

— «Победный Эль!»- звучит же, согласись!?- спросил Брундайл напарника после недолгого молчания.

-«Победный Эль!» – медленно проговорил Эрзиль, как бы пробуя слова на вкус. Щас бы дернуть круженцию!- Эзиль  довольно крякнул. – Зувучит!!! Пришлепни тя наковальня! — Усмехнулся он. — Но, если ты еще раз меня толкнешь, я оторву твою мудреную бошку. Усек?!

Телега, наконец, выбралась на более сухой участок дороги и, влекомая грузовым бараном, покатилась дальше.

 

Лицо Калеба сделалось бледным как пергамент. Он закатил глаза и перестал дышать. Но через мгновение лицо стало красным, и прозвучал по богатырски  могучий выдох, наполненный парами алкоголя, напрочь перебивавшего «Духи для свежего дыхания Престиж» — новшество модников-аристократов. Духи обещали, помимо всего прочего, защиту от хворей, повышение успеха у женщин и, при регулярном применении, развитие дара красноречия! На примере Калеба же, было видно повышение затрат на этот весьма недешевый товар, и постепенное, но уже явное развитие зависимости от «Престижа». Возможно этому способствовала капелька опиума, добавленная в алхимическую рецептуру предприимчивым цирюльником, ныне широко известным в парфюмером, в чьём внушительном состоянии имелось немало казенных средств.

— Эт чертовски крепкое вино, С-сии-рр, — произнес слуга, навалившись на стол, установленный в командном шатре Лорда, и подперев рукой отяжелевшую голову. Взгляд слуги сделался осоловелым, а пухлая нижняя губа отвисла.

— Ты жив, мой друг?

— Живее всех живучих м-лорд.

Господин в расшитом золотом и серебром кафтане улыбнулся.

— Вы знаете, этот напиток чудесно подавать к острым перцам, фаршированным…-Калеб сделал еще глоток.  — перцами.

Господин в дорогом кафтане налил немного эля в свой кубок, подошел к одной из жаровен с раскаленными камнями, обогревавших шатер.

-Вы понимаете, Сир, в нашем городе развелось слишком много воров…- Калеб выпил еще. – Они снуют… вызде!

Господин в дорогом кафтане плеснул немного гномьего эля в жаровню. Вспыхнуло жаркое сине-зеленое пламя.

-Оо!- протянул Калеб и захлопал в ладоши.- У этих поганцев ни стыда, ни сердца, — продолжал слуга.

-Очень интересно, — произнес господин в дорогом кафтане, глядя на погасшую жаровню.

-Именно! И очень грустно, м-мииллорд, — продолжал вещать слуга, уже весьма захмелевший. Он сделал еще глоток, — вы помните мои туфли, сир, ну те, с золотыми пряжками?

-Интересно- снова задумчиво произнес господин.

-Так вот, их спер-лиии-  продолжал слуга жалобно. Его пунцовые пухлые щеки затряслись как желе и по ним потекли слезы.

Господин в дорогом кафтане отошел от жаровни и сел в кресло.

— Это может быть полезным,- проговорил он.

— Полезным буит вешать!- не унимался Калеб. – А лучше закон! Рубить ворам не руки, а ноги! Шоп не единая сволочь больше мои туфли и пальцем не- он не договорил. Рука, поддерживающая красное лицо, подкосилась, и Калеб повалился на стол. После непродолжительной борьбы за равновесие его рыхлое тело сдалось, и слуга рухнул с табурета на пол, стянув за собой скатерть. Потом громко рыгнул и, завернувшись в скатерть, захрапел.

-Мои туфельки- моя прелесть, — промямлил он сквозь сон.

-Какой чудесный напиток, — Господин в кресле и сделал глоток.

 

IV

Объединение войск людей и гномов было назначено на Улирианском поле, что в трех днях пути от Карак Брузор. Именно в этих землях началось вторжение зеленокожих.

Гномью когорту сопровождали отряды лорда, которые периодически меняли друг друга. В первый день это была легкая кавалерия, затем копейщики. Все указывало на очень серьезную подготовку к грядущей войне и на твердую решимость либо уничтожить, либо изгнать поганых орков.

Солдаты людей держались отстраненно от гномов, относясь к низкорослым соседям, кто с опаской, кто с пренебрежением. Но абсолютно все с завистью смотрели на пузатые бочки эля, тяжело катящиеся на тележных колесах по ухабистым дорогам провинции. Слух о Победном гномском эле быстро разнесся по воинству. И некоторым рисковым парням удалось сделать пару глотков этого забористого напитка, естественно за солидную оплату. Предприимчивые гномы ни за что не упускали своей выгоды, подкрепляя ажиотаж красноречивыми байками, восхваляющими «Победный Эля».

Пьяная колонна- прозвали гномье воинство из двухсот семидесяти бородачей злые бедные языки.

-Гномы входят в ущелье, Сир, — прочитал Калеб донесение.

После вчерашней дегустации и ночи, проведеннойпод столом, слуга выглядел на удивление бодро. Хотя язык его еще слегка заплетался.

-Весьма своевременно, — сказал Лорд, надевая латы, которые украшали изысканные гравировки золотом и фамильный герб, несуществующего ныне княжества. Калеб поспешил к господину помочь облачаться в доспехи.

— Не забудьте Метку Сигмара, милорд, — тоном заботливой матушки промолвил Калеб, затягивая ремешки.

— Она всегда со мной.

Господин в золоченых доспехах положил ладонь на грудь, где под железом и одеждами хранилась Метка Сигмара- дар серого посланника в виде бусины неправильной формы на кожаном шнурке, излучающей бледный зеленоватый свет. Метка была передана ему серым посланцем как подтверждение, что Лорд избран пророчеством. Вместе с меткой были дарованы несколько золотых монет гномов и пожелтевшие страницы, покрытые ровными строчками угловатых рун языка дави.

Господин в золоченых доспехах отнял ладонь от нагрудника, и воспоминание развеялось.

-Как там наши друзья? — спросил он.

-Готовы и ожидают, сир, — ответил Калеб, проверяя все ли ремни доспеха закреплены надежно.

-В таком случае, не станем их томить, — сказал господин в золоченых доспехах и надел поданный слугой великолепный шлем, практически полностью скрывавший лицо хозяина.

Гномы бодро шагали по дороге, ставшей каменистой в предгорье. Крупные хлопья снега медленно падали с неба- верный знак приближающейся зимы. Кто-то из гномов затянул старую песенку золотоискателя, и остальные дружно подхватили ее. Гулкое эхо впечатляюще усилило и без того громкое пение двух сотен глоток, когда гномы в середине второго дня пути достигли ущелья.

Здесь дорога разрезала то ли огромный холм, то ли небольшую скалу, образуя коридор, ограниченный с двух сторон отвесными каменными стенами. Старожилы говаривали, что когда-то очень давно здесь проходил торговый тракт, о чем свидетельствовали добротная выложенная камнем дорога и явно расширенный камнетесами коридор так, что и пять больших груженых караванных телег могли разъехаться здесь в один ряд, без всяких затруднений.

-А ведь енто явно гномья работа! Слышь, Брун!?- Эрзиль толкнул в бок летописца, внимательно разглядывавшего отвесные стены.

-Именно так, мой друг. И даже более того, мастера нашего славного Карака приложили к этому руки. Я читал в старых книгах- торговый тракт, по которому товары наших литеин и мастерских отправлялись во все…- он не договорил, так как стукнулся о резко затормозившую телегу.

-Ах ты ж! Это что, привал? Дак вроде рано!?

-Скорее вознице надо дать крепкого леща! — буркнул Эрзиль. — Эй! Ты что творишь!?- Закричал он гному, управляющему телегой. –Это что за херня?

Ушедшее до рассвета вперед войско людей тоже стояло здесь. На восемь десятков шагов ближе к выходу из ущелья. По команде копейщики выстроились в боевой порядок, направив острые наконечники, направлены навстречу гномам!

-Что происходит!?-  гневно задал вопрос Тан Рурик, выйдя вперед.

Выражения лиц гномов резко переменились. Из веселых и хмельных они сделались хмурыми и напряженными. Около обозов началась едва заметная возня. Тем временем ряды копейщиков расступились, пропуская вперед всадника.

-Приветствую вас, достопочтенные гномы, — торжественно произнес Господин в золоченых доспехах, сидя верхом на белом коне,- мы безмерно счастливы, что вы откликнулись на призыв о помощи…- Он выдержал театральную паузу. — А теперь сложите оружие, и тогда мы сохраним ваши жизни.

В воздухе распространился слабый запах дыма…

-Что ты несешь, человек!?

Господин в золоченых доспехах нехорошо улыбнулся. Происходящий фарс явно доставлял ему удовольствие.

-Милостью своей я дарую вам шанс- жизнь в обмен на капитуляцию, гном. Или ты настолько туп, чтобы осознать мое великодушие?

-Раскаленное кайло тебе в зад, а не наше оружие! — прорычал Тан, сделав древний и не двусмысленный жест, согнув в локте правую и наложив левую сверху.

-Хм… какой замечательный способ казни ты себе выбрал, гном, — с насмешкой и пренебрежением произнес господин в золоченых доспехах. — Ты уже покойник. Но мудрый пастух не судит о стаде по одному паршивому барану- он снова сделал паузу. Затем поднял вверх руку, в которой сжимал песочные часы. — У вас есть три минуты на принятие решения. — дым поднялся за спинами копейщиков. Там, где дорога начинала подниматься от ущелья, зажглись костры, и лучники выстроились в несколько шеренг. — Сделайте правильный выбор и будете жить.

Гномы зашумели как рой встревоженных шмелей. Между ними началась перебранка. Кто-то начал разворачивать две передние телеги-бочки обратно, кто-то снимал и передавал с воза тюки и свертки припасов. Гномы складывали их в центр своей толпы, словно собирая выкуп за свои головы. И тут же началась бурная дележка. Со стороны было очевидно, что гномы запаниковали и разделились на тех, кто готов был бежать и кто решил остаться.

— Время истекло! — сказал Господин в золоченых доспехах. — Каким будет ваш ответ?

Вперед снова вышел Тан. На этот раз в его руках сияли щит с гравированным ликом предка и тяжелый одноручный топор, украшенный геометрически верным узором и парой рун. Медленно падал снег. Белые хлопья таяли в копоти разожженных черной смолой костров. Рядом наготове стояли лучники.

Рурик, Тан развалин Карак Брузор медленно поднял руки. Разжав правую, он выпустил рукоять топора и тот со звоном упал на каменную дорогу. Следом упал щит. Тан склонил голову и опустился на одно колено.

-Вот и славно, — произнес Господин в золоченых доспехах. Увидев это, часть гномов бросились бежать назад к выходу из ущелья! Но выход перегородили рослые мускулистые фигуры! Босые и покрытые татуировками, дикие орки с массивными дубинами на перевес! Клыкастые твари по-звериному опасно заходили в ущелье. Стая хищников! От их тел с перекатывающимися буграми мышц шел пар, а с клыков капала слюна.

-Каазууук!- проревел Тан свирепо!

-Казук! Казук! Казук! — раздался дружный ответ двухсот семидесяти глоток. Эхо ущелья приумножило их голоса многократно! Словно древние предки встали плечом к плечу с гномами!

Господин в золоченых доспехах ухмыльнулся и неторопливо повел своего белого жеребца сквозь строй копейщиков.

-Тогда сгорите, твари, — произнес он, не оборачиваясь. Строй солдат сомкнулся за его спиной.

Рой зажженных стрел поднялся в воздух. Тан поднял щит. Первый ряд «беглецов» упал на одно колено и выставил щиты навстречу оркам. Стрелы градом обрушились на гномов, занявших круговую оборону! Оказалось, что большая часть стрел была нацелена на бочки с горючим элем! Стрелы вонзились в их круглые бока из просмоленных досок. Бочки начали гореть.

Раздался грохот выстрела, и Господин в золоченых доспехах слетел с коня, словно выбитый турнирным копьем.

-Один готов, — произнес Мастер-инженер, взведя рычажный затвор своего мудреного мушкетона.

Лучники снова наложили зажженные стрелы.

На противоположном конце ущелья прозвучал ружейный залп.

Оказалось, что гномы и не думали бежать или сдаваться! Все то время, пока Тан вел «переговоры», гномы готовились к бою: раздавали припрятанные щиты и оружие, надевали шлемы, стараясь делать все быстро и незаметно. На ходу придумывали план боя. Поэтому, когда первый ряд щитоносцев занял оборону напротив орков, к ним тут же подоспели еще гномы, на плечах и в руках которых было по два-три заряженных мушкета. Залп! Орки, бегущие в атаку на щитоносцев в первых рядах, упали как подкошенные.

С переднего края ущелья снова поднялась туча стрел, оставлявших за собой дымный след. В воздухе запахло гарью и кровью.

На переднем краю ущелья гномы выставили стену щитов. Здесь тоже послышались выстрелы мушкетов. Стрелы ударили по щитам, гномам, бочкам и грузовым баранам. Двое животных погибли на месте. Третьего успели отстегнуть от бочки. Баран с ревом ужаса перескочил через стену щитов и с разбега врезался в копейщиков. Раздался страшный треск и крики.

-Распрягай скотину! Скорей, Летописец, скорей!- орал Эрзиль.

Четвертый баран обезумел от ран и ожогов. Он метался в упряжи, и, наверняка опрокинул бы горящую бочку, если бы не гномы, удерживающие ее.

-Клин застрял! — кричал в ответ Брундайл, чудом увернувшись от летящего в лицо копыта.

-Прочь! — оттолкнул его Эрзиль и одним мощным ударом тяжеленого двуручного топора снес рогатую голову несчастному животному. Кровь фонтаном брызнула из перерубленного горла, обагрила руки и лицо гнома. В то же мгновение стрела ударила ему спину.

— Ты горишь, Эрзиль! — воскликнул Брундайл.

-Ах, вы сучьи потрохи! — выругался гном. Он скинул брезентовую накидку под которой открылся прочный доспех бронелома.

Второй залп мушкетов обратил в бегство атакующих диких орков, покалечив и убив многих зеленокожих, отрицающих ношение любой брони. Лишь некоторые из них, впав в боевое безумие и не чувствуя ран добежали до щитоносцев, где тут же были изрублены.

Вопреки плану Лорда, бочки горели, но не взрывались. Самого господина унесли к лекарям.

-К черту бочки! Бейте в карлов! — приказал взявший на себя командование офицер. — Эти бородатые ублюдки, наверняка, вылакали свой поило! За-а-алп! Подать сигнал кавалерии!

Тем временем стена щитов на переднем фланге тронулась с места и начала приближаться к фаланге копейщиков под градом стрел. Периодически щиты немного раздвигались, уступая место мушкетному стволу или арбалету для очередного выстрела.  В лучников и копейщиков полетели арбалетные болты и свинцовые пули!

Желтая ракета фейерверка взмыла в вечернее небо с пронзительным свистом.

-Сигнал, Босс! — сообщил один из наблюдателей орков, указывая на тлеющую желтую искру в пасмурном небе.

-Стоим! –прорычал Зордук. — Пусть людишки и дави убивают друг друга больше.

Со стороны дороги, ведущей в ущелье, послышался быстрый топот копыт, затем показалась легкая кавалерия Лорда. В отличие от орков, командующий офицер Эреб не мог ослушаться приказа господина и не желал ждать! Он желал только повышения по службе и обещанных Лордом земель. Конница приближалась к ущелью, набирая скорость.

-Открывай! — скомандовал Тан.

Сначала отвалились днища бочек. После гномы, копошившиеся рядом, разошлись в стороны, снимая стенки бочек, которые разделились надвое, образуя выпуклые щиты. И днища, и стенки с изнанки оказались покрыты железными пластинами.  Внутри бочек не было Эля! За исключением небольшой емкости, к которой и крепился кран, там находились четырехствольные органные пушки! Гномы выставили околоченные металлом стенки-щиты по бокам орудий.

Конница все быстрее приближалась к ущелью.

Гномы стеной щитов надвигались на копейщиков.

Зордук-Костолом ожидал в засаде, когда конница людей влетала в ущелье, он подозвал командира диких орков.

-Кхаш, двигай за людишками. Добей всех, кто жив. Убивай людишек, убивай дави. Вся добыча тебе.

Кхаш Вырви Глотка кровожадно оскалился.

-Галоп! — скомандовал младший офицер кавалерии Эреб.

-Ложиись!!!- приказал Тан Рурик.

-Уходим! —  рыкнул Зордук. – Серый посланник был прав… Гной, показывай путь.

— Да, Боссс, — скрипучим голоском протянул гоблин, как по волшебству, возникший рядом с Вождем клана Живодеров. На кривых костистых ногах гоблина красовались порезанные и испачканные туфли с золотыми пряжками.

Все гномы прижались к земле по команде Тана. Залп четырех органных орудий, наведенных по два на каждую сторону ущелья, сотряс каменные стены! Раскаленные ядра рвали плоть и крошили кости людей и коней! Проходили насквозь и отрывали конечности. Вопли ужаса и боли наполнили ущелье. Те, кто еще мог держаться в седле или на ногах, бросились к выходу, и там в них на полном ходу врезались наездники на кабанах диких орков и два здоровенных тролля! Началась ужасная давка и кровавая бойня!

С другой стороны ущелья основной удар пушек приняли лучники. В их рядах, уже изрядно пострадавших от пуль и болтов, возникла паника.

— Стоять, никчемные трусы! — Орал на бегущих солдат офицер. Вены на его шее вздулись, глаза налились кровью. — Встать в строй, собаки!

Офицер выхватил из ножен меч и наотмашь, не глядя, рубанул троих несчастных лучников, которые собирались бежать. По крайней мере, ему так показалось.

— Я вас вс… -раскрасневшееся лицо офицера взорвалось алым цветком! Брызгами мозговой жидкости, крови и осколками черепа. Мастер-инженер дернул затворный рычаг: «Восьмой».

-В атаку! — скомандовал Тан.

Гномы снова подняли щиты. В замешкавшихся копейщиков полетели небольшие сумки с искрящимися фитилями. Быстрая серия взрывов прокатилась по шеренге, разметала строй копейщиков. Многие из них были покалечены или оглушены. Некоторые пали замертво разорванные взрывами. Затем в дело вступили топоры и молоты. Перепачканный кровью Эрзиль, с подпаленными волосами и бородой, буквально растолкал щитоносцев могучими плечами, и с разбегу первым ворвался в дрогнувший строй копейщиков, сея смерть своим двуручным топором. Глаза гнома горели яростью.

На противоположной стороне ущелья кипел жаркий бой. Орки, гномы и люди убивали друг друга! Кровь заливала каменную дорогу. Ржание лошадей, визг кабанов, вопли боли, гнева и ужаса, звон и лязг металла- все слилось в невыносимый гул, дьявольскую какофонию смерти. Тролли давили и били дубинами всех подряд! В царящем кровавом хаосе гномы бросили две ближних пушки и начали отступать.

-Разворачивай орудия на троллей!- скомандовал мастер-инженер, заметив, что дело плохо. Пушки на переднем фланге уже успели перезарядить. Филдуин лично навел одно орудие и выстрелил. Два ядра разворотили грудную клетку тролля и вышли через спину. Другому монстру выстрел повредил плечо. Его лапа обвисла плетью. Тяжелая дубина из вывороченного с корнем дерева, упала на головы сражавшихся рядом. Тролль жалобно завыл, и ринулся к выходу из ущелья, втаптывая в окровавленные камни дороги тех, кто не убрался с его пути. Выстрел второго орудия повредил бок твари, обнажив сломанные ребра. Но троллю удалось покинуть ущелье.

Тем временем гномы, разбившие на переднем фланге копейщиков, пришли на помощь своим собратьям. Видя бегство и смерть троллей, подкрепление гномов, орки начали отступать. И скоро битва угасла.

 

 

V

Когда раненые враги были добиты, в ущелье старого торгового тракта наступила тишина. Жуткая тишина. Вся дорога была устлана трупами и залита кровью. Красная, черная кровь, кровь людей, гномов и орков, кровь животных и троллей, перемешалась и превратилась в липкую вонючую грязь. Грязь, от которой так просто не отмыться… иногда даже за целую жизнь.

Тан раздавал указания по оказанию помощи раненым, сбору оружия и доспехов. Мастер- инженер руководил сооружением волокуш и телег для перевозки раненых. Было решено снять пушечные стволы с колес трех уцелевших органных орудий и смастерить на их месте кузова из бочоночных стенок.

Эрзиль сидел в стороне от входа в проклятое ущелье. Там, на обочине, ровными рядами лежали павшие в бою гномы. Их было много, около сотни. Брундайл Летописец лежал среди них. Его доспехи были раздавлены троллем. Искорёженный металл, ранее защищавший крепкое тело гнома, теперь превратил его в бесформенное месиво из разорванных органов и плоти, пробитых осколками сломанных костей. Не было ни единого шанса выжить. Задира Эрзиль смотрел на тело мертвого товарища, но был где-то далеко. В руках Эрзиль крепко сжимал небольшую записную книжку друга, в которой Брундайл делал заметки для летописи. Пальцы сурового гнома побелели от напряжения.

Когда все приготовления были завершены, и все, кто мог стоять на ногах, собрались попрощаться с павшими собратьями. Тан произносил речь о героизме и важности этой великой жертвы… Эрзиль не слушал. Он подошел к одной из сделанных наскоро телег: «Победный Эль. Ну надо же. Здорово ты придумал, Летописец», — Эрзиль улыбнулся и часто заморгал. Затем отер щеки, открыл кран и наполнил крепким напитком перевернутый шлем.

Вернувшись к остальным, он произнес:

«Наш брат и мой друг, Брундайл Летописец, придумал отличную традицию. В его честь и в честь всех павших здесь гномов, я хочу сделать эту традицию нашей отныне и во век! Победный Эль!»- произнеся эти слова, Эрзиль поднял над головой наполненный элем шлем. — «За победу, за Брундайла и павших братьев, храни их Валая!», — Эрзиль сделал большой глоток и, как кубок, передал шлем по кругу. И каждый, кто принимал шлем, говорил слова, которые считал нужными здесь, пил и передавал дальше.

Павших было так много, что увезти их тела обратно в Карак Брузор оказалось невозможно. Было решено похоронить их в кургане рядом с ущельем вместе со стволами органных орудий.

Уже наступила ночь, когда мертвые были погребены, а выжившие скорбной процессией повезли раненых обратно домой в развалины Брузор, ныне именуемые Хмельной Заставой.

Погребальным костром на юге полыхала столица провинции людей.

Эпилог.

Эрзиль закончил заполнять летопись и положил, перо. Прошло два дня с момента битвы в ущелье. Все это время Эрзиль провел в библиотеке, кропя над летописью. Он старательно перенес все заметки из книжки друга и, как мог, дополнил их описанием событий, произошедших после смерти Брундайла. Теперь работа была закончена.

На рассвете Эрзиля уже не было на заставе.

Навстречу бредущему по дороге гному двигалась долгая вереница людей-беженцев из поселений, разоряемых орками.  В его вещевом мешке, помимо скромных припасов, лежала небольшая записная книжка. В ней добавилась только одна новая строчка — «Отомстить за Брундайла».

 

читателей   526   сегодня 1
526 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 7. Оценка: 3,29 из 5)
Загрузка...