Про мою Родину

Аннотация:

Планета пережила катаклизм. Всё живое погибло. Спустя миллионы лет, сформировалась новая атмосфера. Кто мог подумать, что на этой скупой, израненной поступками прошлых цивилизаций планете, когда то, сможет зародиться новый, к тому же, магический мир.

[свернуть]

 

 

Что такое Родина? Говорил мне отец. Что такое дом, понимаю. Каждый день в нем. А Родина? Место где я живу? А место, вокруг места, где я живу, мне не Родина?

Родина это грязь перемешанная с кровью и потом наших дедов. Говорил мне отец. Теперь эта грязь впитала и меня.

Отец постоянно, без выходных, с зарей уходил собирать воду. Колосья зарослей Макоши вбирали росу. Каждый раз просыпался и крадучи провожал его, смотря, как уходят работать самохи.

Не мог уснуть после. Меня с собой не брали. Полёвка радостно попискивая грызла зернь, кинутый отцом перед уходом. Каждую последующую, четверть угла света, новый зернь, ей кидал уже я. Как сейчас помню. Тяжелый такой зараза. Размером с мою голову, желто-бежевый зернь.

Как сейчас перед глазами. Уже ночь. Крики. Самохи бежали домой по норам. Закрывались ставни. А отца все нет и нет. Страшно. Меж стволов темные силуэты. Сердце колотится. -Па Па- Но уже никто не бежит. Все кто мог давно вернулись. С того дня по воду, вместо отца ходил я.

Вот мне уже год. У меня вырос хохолок. Такой же рыжий как шерсть. Теперь, не только хожу собирать воду и зернь с полу — прошел обряд, могу загнать грызуна в нору. Я загонщик.

Ещё через год, стал пуще красив. Усы стреляют лучами света в стороны. Жених!

Теперь я полноправный Самох. Могу и делаю любую работу. Я доказал это.

Сначала, пользуя полевку, вырыл просторный дом. Натаскал ветошь, ожог стены. Запас зернь, на случай трех сухих кругов. Под ритуальное -Ух -Ух -У -У -Ух -Ух хора Самошин (старейшин), увлек четырех полевок в загон, прикормил. Это больше других в ровне. Победил. Наполнил священную ванну. Накатал бочек воды. Высадил в холодной комнате плесень. Разборонил широкий слой туалета. Сел в просторной, с высокой, полой, зале и принимал гостей.

Все жи’вые Оврагово поля, приходили узнавать меня как Патерс самоха, да благословлять на уют и очаг.

Впереди Патерсов шагали самки. За Патерсами шли юные амки. Запах каждой, бил в голову как новый рассвет. Но я был неотразим. К усам добавилась бородка. Внешне, я вот-вот почти был уже Патерс.

Жаль не видел меня отец. Мой дом. Мои усы. Мою бородку.
Запах Амок не сбивал меня. Я долго шел к очагу. Теперь я настоящий Патерс.

Самка спрашивала меня первой.

-Сам?- Я отвечал -Сам. -Она кивала и отходила в сторону. Патерс Самох говорил мне -Сам? -Я кивал и говорил -Сам.

Патерс Самох вставал за спину юной Амки. Я смотрел ей в глаза и спрашивал -Очаг. -она молчала секунд пять и смотря в ответ, робко молвила -Уют. -Я кивал и шагал в бок, к молодым амохам Патерса, замыкающим колонну гостей их дома.

Они смотрели на меня вопрошающе и я говорил им -Сам! -они ликовали мне хором, крича -Патерс! -Я улыбался. Мог себе позволить.

После заходили другие дома. И другие. Так, пока поселяне оврага не признали мой дом. Не все пришли. Не каждая амка говорила уют. Наверно потому что я рыжий. На мне нет краповых пятен. Может и ещё почему. Но никто не оспорил мой Патерс.

 

Наступила ночь. Драконы в лунном небе пускали струи красна. Я воткнул копьё у входа в нору. Выкурил трубку Патерса. Крикнул -Очаг! и вернулся к себе, сев в зале.

Амки округи сбегали в мой дом. Короткое время и в широкую холлу, первыми прибыли, сразу три. Как такое могло быть? Задние, обидно дыша, пятились проч. Я обошел трех. Обошел каждую. Запах рвал меня в клочья.

Одна пахла сладко. От другой клокотало в носу. Третья трепетала как ветер над Макошью. И я понял — это моё.

Отдал двум по полевке. Не скупясь, самых жирных. Они честно ушли. Наши ставни закрылись.

Лучина горела в углу, как до сих пор помню. Тень играла тонкостью её тела, гибким платком на ветру. Ветер играл в её салатовых глазках, пристально вбираясь в мои березовые.

Мы стояли друг для друга. Тихой зале. Обряд требует накормить, но нам не хотелось. Мой мозг летел по полям, ветром над Макошью. Я чувствовал пыльцу слетающую с её плеч.

Она улыбалась. Я ей. Каждый последующий трепет, наполнял мой очаг уютом. Я чувствовал больше сладости, чем когда либо. Нос щекотал до самых пят. Мой терпкий запах повсюду, обнимал её целиком.
Мы расцветали, Макошью в полугодие.

Я аккуратно шагнул вперед. Она не шевелясь, не спуская взгляд, вздохнула меня плавно, бесшумно.

Я развел усы в сторону, поджал к шее бороду и потянулся носом к ней. Словно погружаясь в бутон, проваливался всем своим сознание в её охре неба.

Усы дрожали. Ощущал. Видно соткана пыльцой и светом. Плыла во мне, от носа к макушке. От макушки к затылку. От затылка к спине. К пояснице. Нос неожиданно, уткнулся в её мокрый нос. Мгновение и обхватил её талию лапами.

Она вдохнул меня и будто листьями снизу, плавно повела руками вверх.

Я перестал понимать, что происходит. Бережливо теряясь. Пропадая в ней. Чувствуя усами, как её руки поднимаются выше, надо мной.

Я трогаю, трогаю, трогаю, её длинную как ствол Макоши спину. Чувствую пальцами, как изгиб отдает влагу, держась на стволу крупицами. Зиждюсь. Рождаюсь заново. Не верю себе. Но и не мешаю. Быть.

Сжал талию как ремень, коль сил, коль мочи. Её ладони опустились и коснулись моих плеч. Я пропал. Мы оба исчезли, забыв всё.

Мой нос впивается в её шею. Когти рвут хрупкое платье амки. Она пускает ветер из голоса. Лучина гаснет. Нас больше ничто не видит. Ни тени. Ни стены. Ни мысли в волосах. Мы исчезаем для всего. Как пропадает звук.

 

Все поздравляют нас, когда появляется выводок. Моей самке везло, она жива. Может не зря, я очень переживал и все роды ходил над ней кругами.

Я заранее вырыл ещё шесть загонов. Этого оказалось мало. Погодя, у нас забрали пять махов. Как когда то меня отдали отцу.

 

Патерсом, я наконец, начал подниматься на шапку Макоши. Тот, кому есть, что терять, не станет глупить и привлекать внимание Драконов. Но по началу, не скрою, любопытство обуревало и меня.

Макошь. Такая рыжая. Как ия. Тока другая. Светлая как лучи. Рослая. Рыжая. Рослая. Русая. В семь, десять раз выше Самахов. Растет густо. На кроне, рябой короткий лист. Вот мы и ползаем внизу. Сил набравшись. Стрижем побеги. Они растут выше и выше. Каждый раз, собирая зернь. Иначе, больно падает на головы.

Макошь растет плотно. Чем выше, тем глубже корень. Там глубоко-глубоко есть вода. Но все так твердо, что не вырыть норы. Если свет запечет землю, мы рубим стволы и пьем сок. Если нет, бережем. Макошь наше все.

Дракон, по карьерам, рвам и оврагам, где высокая щетина стволов, не пройдет. Зато Василиск тихо бежит по верхушкам. Мы предупреждаем и ныряем вниз. Там меж стволов и в узких коридорах нор, змий найдет только острые копья.

Копья прочных стволов и острых кристаллов. Сквозь кристалл можно смотреть Василиску в глаза. Ночью в норах, не видя его глаз, не ослепит.

Я лично видал пару. Напарник упал с кроны. Мелкий Василиск петлял по верхушкам, прячась от пекла и драконов в овраге. Они встретились взглядом. В раз ослепил напарника и кинулся схватить вниз за ним.

Мне повезло. Меня хвалили. Говорили, один сразил целого Василиска. Но я то, не то, от страха, дернулся, случайно падая вниз. Копье не выпустил. Пал на голову перламутрову змею. Пробил череп наружу. Василиск выплюнул самоха и все трое рухнули наземь.

Напарник выжил, но мог лишь кормить скот. Пережив смертовзгляд, признался (стал) самошин, да ушел в магию. А я продолжил лазить, поныне, в перламутровой шкурке.

 

Каждую четверть круга мы вязали Макошь. Сбивая соседние стволы, по три, по шесть штук. Рубя сучья и желобки по влагу. Крутили, плели косы. Тугие пучки Макоши. Лазая от ствола к стволу, от зари до заката, больно устаешь и валишься с ног. Иногда самохи засыпают на высоте. Разбиваются. Калечатся. Я же не ленился веревке.

В знойный день не работали. Шерсть от злых лучей, покрывается пятнами фиолета, да розы. Чтоб выжить нужна ванна и пить много влаги. Остальные, пользуясь случаем, мостят на палках кристаллы. Но чаще, все спят.

Самоши слышат, как по дну оврага бежит вода. Каждый осьмой рассвет оседает в разы больше осадков. В такой день Овраго поле собирается в залах накопителя. Принимаем общие ванны.

Самки считают урожай. Самоши считают кристаллы. Малыши учат счет — хлопают в ладоши, сдают обряды. Самое спокойное время в моей жизни. Нянчу махов.
В холлу кричат — появилась работка… Я ухожу.

 

Бравые пальцы (двенадцать самохов) с копьями ушли на патруль овраг поля. Тени Макоши даже в зной берегут от зло лучей. Сторожила, просит замереть. Не плетенные, не обтесанные побеги стволов, шуршали цепляясь кроной за ветер. -Пррпр -Пфрпр. -Вдали шумит пугливый зверь. Мы пробираемся трепетом. Звуки слышней и слышней. Вдали видна тучная, грязная, как сама пустошь фигура.

Перед нами Исьюк. Восемь толстых ножек. Покрыт густой кучерявой шерстью. Драный, сочится кровь, ноги порезаны. Крпр — Кппрр — жалобно умирает. Огромная детина. Скиталец пустоши, прибежник пыльных туч, не пройдет среди зарослей. Сверху падает ещё один Исьюк, восьми толстых ножек. Позже, неподалеку, падает третий, почти восьми ножек. Один больше другого. Все как один обреченные.

Сверху оврага, заметили темных, прямо спинных как мы. Они сразу исчезли.

Порубили Исьюков на шерсть, жилы, кость и мякоть. На кровати своей, теперь заживу кучеряво. Моё копьё легче, на тонкой, прочной кости.. Вставил длинный острый кристалл. У бравых пальцев тоже новые копья.

Мяса, очень много. Все едят, чтоб не пропало. Досыта. Очень сладкое, но сухое. Варим с зерном. Вялим так. Очень вкусно и очень много. Трое суток без работы. Едим. Половины целой не съели..

Помню тот вечер. Самохи и самоши сидят вместе на косах. Курим кору. Дым с земли, из коптильни поднимается в нос, смешиваясь с дымом трубок. Сытость пьяна. Все навеселе. Думаем, насколько хватит добычи.

Крутя кости, рассуждали какой на вкус Дракон. Василиск не очень. Дрянь.. Сквозь черные тучи пустыни, бьёт метеоритно сияние. Красота.
Редко, когда так все вместе. Солнце прячется за полосой. Пыльные тучи вдали, внутри себя, гневно брызгали молниями. Концы лучей света. Просыпались Драконы. Небо натягивало одеяло звезд. Кто-то шел спать. А я так и уснул.

 

Страшный вид. Я Исьюк. Тяжело дыша. Странно переставляю ноги. Вокруг меня облако пыли. Кружится, вертится, будто ношу его на себе. Много ног, не привычно. То ли день, то ли ночь, все тучно, темнота. Неет. Нет. Нету. У меня нету глаз. Я дышу под ушами. Вижу ветер шурша. Он касает меня и землю. Целиком восприятен округе.

Только хобот с усами. Глажу пол. Камни. Землю. Камни. Кристальная корка. Скребу усом. Солёно. Хоть что то. Странное чувство, что нашел верный след.
Тело срывается с места. Между камней твердый кактус. Что это? Какой ужас! Это не хобот, а змия. Я пробиваю ей кактус насквозь и пью его. Ем его. Как же здорово! Что это? Слишком здорово! Вокруг меня ревет туча. Зато не видит дракон. Забавно..

Я не один. За мной целое стадо. Все едят. Кактус глубокий. Их много.
Кто-то застрял. Надо помочь. Плыву туда сонный. Ему уже пытаются помочь. Я хочу помочь тоже. Я застрял. Я застрял! Мне помогают. Нас двое застряло. Нет, нас уже трое. Нам все хотят помочь. Ничего не выходит. Я хочу поспать. Мне нужно спать. Со мной ложатся рядом. Все засыпают.
Ветер пропал. Нужно идти за ветром. Туча прячь нас. Вокруг нас никого. Туча не прячет.. Нас трое. Стоим. Не могу идти. Нога стоит. Сейчас день. Не все Драконы спят! Надо идти. Мы не можем идти. Мне страшно. Не знаю что делать. Туча дальше и дальше. Туча, не уходи! Но туча уходит. Туча никогда не стоит..

Один забоялся — трубит. Я трублю ему не трубить. Мы трубим втроем. Я слышу. Это не ветер. Кто-то скребется. Он низкий. Их много. Нам страшно!
Я пытаюсь бежать. Очень больно ногу. Очень больно. На меня кто-то прыгает и грызет. Больно бок. Больно спину. Больно везде. Я бью себя в ногу змеей. Я кусаю себя же за ногу. У меня их много. Нога бьет как кактус наружу.
Я кручусь. Да! Ура! Я кручусь. Я ухожу. Я наступил на кого то. Он кусал мне бок. Не кусай мне бок! Меня колют в бок. Но колите в бок! Я машу змеей. Змея рвется. Я не чувствую змею. Что за боль. Нет. Зло. Я слышу. Это мелюзга. Затопчу! УУуу — Топчу.

Мне больно. Везде во мне твердые тонкие зубы. Я бегу к своим. Топчу чужих. Зубы трясутся на шкуре. Очень больно. Нужно кусать ногу другому. Я не могу попасть. Нет! Мне нечем кусать ногу. Я толкаю его. Он трубит на меня.. Но нас уже трое. Мы бежим. Больно. Туча гремит не там. Но там и не колют. Догоняют нас. Это пахнет дурно.

Я не могу переживать это больше. Мне надоедает бредить. Я бью себя по лицу. Вижу, что вишу вниз головой на веревки. Голова кровью набухла. Я открываю глаза и оцепенев замираю. Меж Макоши бродят грязные прямо ходящие. У них тонкие кристальные копья. У них острые кристаллы длиною в руку и кривые пластины в пол тела.
Я плавно, плавно поднимаюсь на крону. У меня паника. Я вижу как у оврага стоят в линию черные, рослые крысы. Я молю, чтобы дракон их всех съел. Но красные струи пестрят далеко. Думаю, что же делать? Они пользуют крысу одну как ищейку.
Они находят норы. Это мясо хранилище. Они начинают спускаться. Я ору! Бужу всех. В меня летят их копья. Мимо! Все мимо! Я ору! Ору и кидаю в них не спелые зерньи. Выбегают самохи.
Всё перемешивается. Все бьются. По стволу ко мне, резко взбирается ищейка. Лежу спиной на кроне, слышу спиной, как она близка. Опускаю туловище вниз и втыкаю копье ей в рот. Она падает вниз. Не привык отпускать копьё. Падаю тоже. Я ударился.

 

Плохо, но помню. Грязные кидают копья. Колют. Мы отступаем. А я лежу. Пришлых интересует только мясо. Самоши кричат всем прятаться. Я слабо вижу. Брежу. Самохи прячутся в норах. Лучше бы я и дальше был Исьюком.
Меня несут. Я лежу на шкуре. Вокруг трупы. Вижу своего соседа. Вижу грязных. Слабость. Я перепачкан тоже. Очень болит голова. Вдалеке струи огня. Ночь. Вокруг высокие крысы. На них сверху сидят Грязные. Почему они их тащат?

Много жертв. Много крыс. Огромная грязная стая. Крысы тянут веревками шкуры. На шкурах кучи трупов и мясо. Шкуры не касаются грунта, я не мог понять, почему? Я всматриваюсь, всматриваюсь. Круги одинаково двигаются. Чаруют.. Засыпаю.

Над нами пролетело. Небо дрожало, визжали крысы. Красный дракон. Средних размеров. На меня поглядывали грязные, сидя на крысах. Я не двигался. Когда Дракон приземлился, грязные кинули ему труп. Он начал его есть. Один грязный бурчал ртом и колдовал как самошин. Я ехал рядом и пытался понять, зачем бурчит. Небо над нами, кривилось, ломалось. Дракон не преследовал. Должно быть — их магия.
Я заваленный, не могу пошевелиться. Снизу стукнуло, и на меня завалился труп грязного. Грязь смазалась. За ней, он оказался гладким. Мне противно. Тяжко дышать. Слышу, Дракон, будто рядом идет, провожает.
Голова раскалывается. Без сил. Отключаюсь.

 

Меня. Вращаюсь. Заваленный телами и мясом, еле дышу. Рядом хруст. Я нет, нет отключаюсь. Просыпаюсь. Громче хруст. Засыпаю. Потом, позже, резко легче дышать. Ну и духота. Шевелю руками. Куда-то лезу. Кругом кромешная тьма.
Я чиркаю пальцами и выдыхаю на кончики — Аам. На ногте вспыхивает огонек. Я аккуратно шепчу ему силу. Огонек, гладя мою рыжесть, перебирается на ладошку. Я выдыхаю густое -Амо. И пламя с ладони чихает свет в стороны.

На короткий миг вижу округу. Пугаюсь. Замираю. Как так!?

Стою на груде тел, в высокой серебристой пещере. Ниже, пред кучей, спит Дракон. Не может быть! Вспоминаю, что это кошмар. Но не могу проснуться. Он лежит передо мной, спит, словно полевка. Аккуратно спускаюсь вниз, держа в кулачке слабый очаг. Тихо хожу вокруг детины. Я первый кто подобрался к Дракону так близко!
Он ещё юн. Черный. У него нету крыльев. Черный без крыльев? Рассмотрел плечи – кто-то их ему откусил. Панцирная кожа. Тройной гребень шипов от бровей к хвосту.
Пятипалый. Зачем столько? Всем хватает и трех. Осмотрел тушки грязных. Эти вообще четырех палы. Сдираю с них грязь как одежду. Один синий, другой голубой. Все вытянуто головые. Мелкий рот. Вместо носа четыре ноздри. Да куда я попал?
Надо выбираться. Вдали пещеры лил слабый свет. Я тих-тихо пошел туда, плавно туша огонь, сжимая кулак. У проема в скале, ощутил ход дыханья Дракона. Это единственный выход. Черный заперт. Залез сюда молодым и вырос?
Короткий тоннель. Я вышел в огромную полость. Такой норы и не представишь..
Каменные стены, светились венами из кристаллов, озаряя огромные просторы. Не идеальный, кривой купол, спускаясь ниже, расходился широкими коридорами, то ли залами. Настолько большими, что каждый поместил бы десяток Драконов в ширину и неизвестно сколько в длину. Монументальные кристаллы спускались с потолка, будто текли сталактитом. Мельче, торчали из стен щербатыми копьями и шли вниз, где ныряли под воду и подсвечивали единый бассейн до самого дна.
Везде кишили эти, гладкие голубо-синие ходящие. Так много, но почти не пахнут! Я искал пути, куда деться. Изучал место. До дрожи хребта поражаясь безобразием разнообразия каменистой норы. Ну, они и уродцы. Время шло.
Кристаллы начали темнеть. Что это может значить? Если голубые могут видеть во тьме, то я плохо. Меня точно заметят! Надо бежать, но куда?
В другой части купола, в коридоре, появился грязный на крысе. Что-то передал и вернулся обратно, куда-то наверх. Если твердыня под глинами наших нор, значит я глубоко и мне нужно наверх. Туда, куда ушла крыса? Но до туда, меня много раньше заметят.
Найти бы забытый ход..

Пытался красться. Шел по кругу купола в тенях. Из другого проема вышел синий. Я сиганул в выемку у обрыва. Тут меня никто не видел, зато я, через щель видел всех. Вышедший плавным кругом спускался вниз. Это заняло немало времени. Я как бравый палец изучал их движения. Но тварей много, они делали столько разного..

Тот синий, нырнул уже в воду. Откуда вынырнул десяток других. Первый ушел на глубину и пропал, в каком-то волосатом дне. Оно вроде шевелится. Пока глядел туда, ко мне уже шел другой. Я замер.

Он нес в руках какую то грязь. Похоже на нашу плесень, что жгем, сушим и кидаем в еду. Пахнет схоже. Он свернул туда, откуда вышел первый. Что там?
Кристаллы освещали все заметно темней.
Я рискнул и глянул за ним, во внутрь проема. Голубой сидел и копошился в земле. Вокруг него еле горели камеи. Я взглянул вверх. С потолка свисали тонкие кристаллы их копий. Они выращивают оружие? Какие странные созданья!
Если у них будет много копий, они закидают нас снова. За спиной раздался вой. Я срочно вернулся в выемку. Откуда шел звук, непонятно, но его больше не было. Я заметил, как в мою сторону топал один перемазанный грязью. С грязным копьём.

 

Я жалел, что ничего не придумал. Ушло много времени. Кристаллы потемнели сильней. Грязный с копьем подходил ко мне ближе. Мне некуда было деться. Вот-вот меня заметит. Я вжался в стену. Сравнялся со мной. Не сбавляя шагу, он продолжил идти к отверстию Дракона. Я выдохнул.

Зачем к Дракону? Не умирать же. Еды у него хватает! Может проведать. Ничего не ясно, слишком много разного. Мне не выбраться. Эта мысль добавила храбрости.

Когда пойдет обратно, сразу меня увидит. Он скрылся в проеме. Я пошел за ним.

Аккуратно шагая и дыша, я вернулся к дракону. Грязный стоял между выходом и ящером. Черный дремал, громко взбивая воздух ноздрями. Я тих-тихо пошел вдоль стены, в такт шума дыхания большего. Грязный начал издавать странные звуки. Дурацкие звуки. Магия? Кажется, звуки его повторялись.

Дракон двинулся. Я замер, вжавшись спиной в холодную стену. Грязный шагнул назад. Я смотрел на все сбоку. Магия чудилась в его руке. Грязный частично пропадал. Одной рукой держа копьё, другой плоский лист, что спереди прятал его. Точно магия!

Такой же ломаный вид, помню в пустоши. Укрыл нас от красного дракона. А с высоты кроны Макоши, я мог видеть их всех. Но зачем будить дракона, повторяя звуки?

Я задумался. Грязный замер, а позже шагнул вперед. Дракон хитро ожил, как ждал и молнией бросился на него. Грязный в ужасе, пятясь бежать, споткнулся и упал на спину.

Морда дракона уже висела над ним. Монстр нюхал, нюхал, цедя затхлый воздух. Грязный замер, не видный, боясь поправить, торчащее вертикально, копье. Монстр задел бородой этот перемазанный чем то кристалл и издал ужасающий рык. От страха, у меня брызнуло между ног. Монстр повел голову в бок. В мой бок..

Ноздри, забирали в себя запахи моей стороны. Я стоял за кучей. Не шевелился. Черный плавно, бесшумно, словно поплыл до меня. Он понюхал мясо. Понюхал вокруг. Хватил чью то тушу, тройку раз резко сжал челюсть, мотнул башкой и закинул в себя.

Змей беспечно, развернулся и пошел куда то, где спал. Я медленно выдохнул, не понимая, как нас не съели. Черный дракон плохо видит в ночи?

Как только, длинный хребет его повернулся хвостом к выходу, грязный поднялся и побежал в проем. Дракон, словно по опыту, хлестнул туда шипастым кончиком. Странный кристаллический лист ударяясь о стены (пау пам пам) — отлетел в сторону.

Дракон издал страшный рык. Комната затряслась так, что груда трупов осыпалась. Я хотел бы проснуться, но действительно наблюдал этого хитрющего, злодеющего дракона, не понимая, свою ли проживаю я жизнь!?

Грязный, тем временем, стоял в проеме! Зачем вообще сюда пришел этот самоубийца. Он держал перед собой копьё и повторял свои звуки. Магии не происходило. Зачем это делать? Дракон бросился на него. Моё сердце сжалось.

Грохот. Грязный прыгнул назад, а змей стукнулся о проем и разъяренно взревел в дыру. Я содрогался от рева и терялся в поступках, обходя гору трупов, желая спрятаться в них, хотя бы на время. Рогатая морда не пролазила в узкое горлышко.

Я видел, как в конце прохода, на пол торса, торчал тот храбрец. Он держал копьё перед собой. Это выглядело глупо. Черная морда билась о камень. Дракон рычал так страшно, что у меня дребезжали ребра. Грязный умышленно дразнил его.

Потом, в момент, черный щелкнул хвостом о пол и выстрелил из пасти пламенем. Когда огонь в проеме исчез, осталось торчать только грязное копьё. Копьё, грязь на котором горела. Дракон бил хвостом о пол, гневаясь дальше, снова и снова стреляя в проем. Грязный прятался за углом или может вообще ушел, пока из дыры струился пачками гнев.

Не знаю каким должно быть пламя чернокрыла, но в один момент он стал чихать. Под себя, в стороны, в потолок — жидким пламенем, как если б болел. Он напоследок, чихнул в дырку магмой, как маленький съежил плечи и издал пищащий ной, пятясь обратно.
Бедолага, казалось, сильно расстроился.
Я прятался за кучей. Возле входа полыхало. Одна лужа огня лежала так близко, словно он метил в меня. Оставаться тут не было и малейшего желания.

Дракон вернулся к куче и схватил чью-то плоть. Но сбросил её и злобно харкнул магмой в дальний угол. Он действительно болен? Дракон издал разочарованный, гулкий — Хммааа -Ххммаааа и беспомощно сложил голову на пол. Еда его видно, давно не радует..

Дракон, который никогда не взлетит, что может быть грустней? Кто его заточил, обрезал крылья — понятно. На грязных тварей управы нет. Всегда буду помнить, как жалел его, выходя мимо пылающих луж наружу.

Под куполом стояла ночь. Неужто кристаллы передают под землю свечения дня? Грязный с горячим копьем, спустился на уровень ниже. Многие, замерев, наблюдали за ним. Наглец подошел к низкому колодцу и бросил в него копьё.
Момент. Из колодца вырвался пламени столб. Момент. В разных местах купола вспыхнул огонь. Ещё момент и по всему периметру разбежались, рисуя узоры, огни. Какая-то черная жидкость, да, именно жидкость — горела!
Что за странные твари. Чем-то мажутся, чтоб не гулять под пеклом, чтоб не учуял Дракон. Что-то жидкое используют, чтобы горело. Как все сложно!

Кристаллы купола насыщались, и казалось, усиливали свечение огня. Заметно светлело. Некоторые поднимали руки, но не кричали -Патерс! -Все опять заходили по своим делам.

И ради этого им нужен Черный Дракон? Ради огня? Они заточили царя неба, пустоши, гор и морей, чтобы ночью был свет? На фоне пережитого страха смерти, быть съеденным, я упал на спину и начал истерично смеяться.
Я ещё никогда так не смеялся. Огромная нора (пещера), десятки сотен жильцов, подземная жизнь, каменные стены, толстые вертикальные кристаллы, коридоры, крысы, бассейн — все это требовало огня, который они не могли получить, не раздразнив Дракона? Столько риска и мучение царской твари, что бы добыть очаг? Я катался по полу..

Эти двуногие могут долго плыть под водой? Идти под зноем пустоши? Выращивать кристаллы? Прятать тела от глаз врагов? Но не могут добыть огонь, что мой месячный мох разведет, если в забаве начнет хлопать в ладоши. Хахахах — хахаха. Убивать сотни жизней и гибнуть самим, чтоб добыть мяса Дракону -Хахахаха. Идиоты -Хахаха.

 

Как некстати из соседнего отверстия вышел синий. Увидев меня на полу, его глаза стали больше в разы. Он бросил грязную дощечку и убежал обратно. Я встал, чувствуя себя неловко. Смех пропал. Они ведут себя странно. Подумал я, но не тут-то было..

Синий выбежал обратно с копьём. Я поднял руки вверх. Мол, сдаюсь — безоружный. Он как ткнет мне в грудь. Я прыг назад. Ужас! Давай бежать от него. Он за мной. Орет, там, какие-то звуки. Теперь у него и рот как глаза, стал больше в разы. А куда мне бежать?

С мыслью, лучше умереть, чем к Дракону, остановился. Синий в прыжке пытался ткнуть меня. Кончик копья пробил дырку в шкуре Василиска. Оцарапал бок, а мог убить — тварь!

Я схватил за копьё. Мы начали кружиться. Он тянул его на себя, я на себя. Он подловил момент и упер конец вниз, о камень и в резком движении, словно учился тому, поднял меня вверх. Но я самох. Группируя тело упал на ноги и используя инерцию, теперь упер свою часть копья о камень и таким же движением, поднял его вверх. И отпустил чужое копьё.
Скорость вращения возросла. Синий вылетел с этажа крутясь в воздухе и что-то крича. Потом он брызнул в бассейне, предварительно пару раз отскочив от кристалл. Сотни местных подняли головы вверх. Из соседних проемов на этаже, на шум вышла тройка синих. Внизу орали, показывая рукой верх. Ближний кинул в меня копьё, но промазал. Я снова бежать.

Коридор сужался и сводил отступление к Черному логову. В третий раз — ну нафиг! Но впереди появился встречать десяток синих с кристаллическими лезвиями в руках. Я сразу влетел в проем. Трясся, не зная на что надеясь, стоял в проходе. Авось пробегут. Из неоткуда, напротив меня, появился синий, рассекая воздух острием.

Камни подо мной разбежались, я прыгнул назад. В этот момент в проем брызнула жидкая магма, запечатав дыру огнём. Меня обдало пламенем.
Я пятился. Слышал, как к выходу подбирался Дракон. Я лежал возле плавящейся камни лужи. И вдруг ниоткуда, из тьмы, на меня вылезла огромная Черная морда..
Клыки, длинней моих ног, наползали с нижней на верхнюю челюсть до самых ноздрей. Ноздри, шире моей головы. Стоп, да, он слеп! Дракон не имел глаз. Я вжался. Черный скривил башку чувствуя это. В миг, когда его ноздри расширились, я аки самош, лапой хватил соседний огонь, молчаливо вдыхая в него -хЫЫ- Черный занюхнул в себя огонька.

В проеме орали чудные. Дракон мотнул шею правее и отчихнул мой огонёк склизкой дробью. Синие, визгнули там. С болью держа огонь, встал и пошел вбок до кучи. Дракон не понимал, что происходит, двигая шею то на огонек, то проем, откуда летели копья.

Скинул огонь у кучи и спрятался. С той стороны скопилось тьма синих. Дракон бесился, опять бил рогами о проем и пускал магму. И тут я заметил кристаллический пласт(щит). Избегая мотания хвоста, обошел длинного и надел чудо пластину на руку.

Какая удобная лямка! Дивился я.

Дальше случилось много непонятного. Проем от магмы накалился и камень лопнул. Черный просунул голову внутрь, на пол дыры, но еле мог открыть рот — рычал, не стреляя.

Ещё злее заскреб когтями, врезаясь в проем. Не получалось. Но он не сдавался. А потом, как давай жестко трахать хвостом стены для амплитуды. Может в нос копье получил?

С потолка посыпались камни. Я бежал обратно к куче, когда надо мной просвистел хвост, щелкнул о стену и она рухнула. На обратном ходу, хвост сбил меня, а плоский кристалл застрял между шипов.

Я охренел! Охренели сотни голубо-синих за стенкой, судя по их глазам и открытым ртам. Огромный кусок стены, треснул наружу, а ещё один, больше, съехал в бок. Хвост Дракона вилял в стороны. Меня мотало туда сюда, с криком -ууаАААа -аАААаа!

Пока хвост, не вывалился наружу новой дыры. Сок из меня окропил остолбеневших зевак. Один из них, видать обидевшись на мои изливания, воинственно крикнув, воткнул Черному в хвост копьё. Я смотрел на него думая — что ты делаешь!? Дракон рыкнул. Хвост вернулся в логов. Рогатый попятился, высовывать башку из проема.
Мученик повернул шею и принюхался, шагнул, снова принюхался. Казалось, от свежести воздуха у него смеялись легкие. Видя, как пленник прорывается на свободу, я попытался выдернуть лист. Зернь там плавал. Не мог даже вытащить руку, застряв меж листом и хвостом.

ЧЕРНЫЙ ДРАКОН, раздавливая лапой осточертевшую гору падали, изверг дикий фонтан пламени, встречающей его толпе, напоследок щелкнув хвостом, забегающим сзади в проем.

 

-Воу -ОооУ! -Меня мотало в стороны. Голова кружилась. Мир вокруг колыхался.
Дракон выполз наружу и издал громовой рык.
Я всмотрелся в пол — отпрял от ужаса. Сотни тел стали пламенной лужей. Не спасли их чудо листы, краснотой сияющие, поверх раскисших масс.

Радуясь свободе, чернокрыл в прыжке крутанулся вокруг. Да так резво, так ловко, что в миг, хвост его раскрошил вертикальный кристалл света купола.

Думал мои глаза выйдут из яблок. Наоборот. От страха, время чуть замерло. Над моей головой разлетелись мириады кристаллов, переливающиеся облачной пылью. Куски разных размеров стрельнули во все стороны замка, разрезая жителей, осыпая этажи и кроша другие кристаллы.

Воцарил тусклый свет. Сердце колотилось. Шерсть дыбилась. Я нашел много плюсов, в том, что заперт меж шипов и пластиной.

Кто остался жив, бежал, храбрецы кидали копья. Снизу из коридоров, то ли залов — разом со всех сторон, выскочила армада крыс. Пространство купола, словно стало наполняться серой, грязной водой. Их было настолько много… Дракон мотнул хвостом и я не успел рассмотреть насколько. Ну, очень много!

Черный зевнул и лег на пол. Видно устал. Я сначала не понял. Как? Он серьезно?

Я воспользовался случаем и постарался прийти в себя. Я дергал кристалл. Пластина не шевелилась. Крысин писк возрастал. Дрыгал руку, боялся, погрызут не только его. Приближались, визжа гулко в мозг. Я выдернул руку и крикнул от боли. Кровоподтек. Содрана кожа.

Дракон поднял голову и посмотрел в хвост. Толстокожая морда повисла над моей пластиной. Я срочно пытался вспомнить, спародировать магический бубнёшь голубых. -Тка хко гвруа- Змий перекосил морду. Я вжался под лист как мог. Он понюхал его и лизнул.
Крысы уже поднялись к нам на этаж и забегали с обеих сторон. Я еще паче сжался.

Слепой ящер, подтянул кончик хвоста, и я увидел чудо! Дракон, воткнутым в хвост копьём, пытался сбить копьё, застрявшее в брови. Стук. Стук. Копья болтались как влитые.

Черный удручающе выдохнул. Я ЕГО ПОНИМАЛ! И закричал. -САМ! САМ! САМ!

Черный приложил ухо к листу, и я хватил за копьё. Он почувствовал боль в брови. Дернул обратно голову и гневно плюнул брызгами магмы в первую волну крыс перед собой.
Их прибило к стене, как пыль водой. А я счастливый, держал копьё в руке.

САМ! САМ! САМ! — Продолжил орать, стуча копьём в спину детине.

Дракон повернул ко мне голову и забурчал слюнями — Пхррр. Ранее собирал так магму. Но мне казалось, он смеется. Но это не точно! Главное, задрал хвост, касаясь кончиком шипов спины.

Второе копьё болталось надо мной. Я крикнул -САМ! САМ! САМ! Иногда попадая копьем в руке, по застрявшему в его хвосте. Дракон заворчал –ВРРУРУРРУуРУРрУРУРУРУУРрУР!

От страха, я впервые в жизни, сбросил копьё. И заодно, кое что тоже..

Но он орал, чуя крыс! Поджав хвост для удара, копьё сверху, чуть не пробило мне шею.

Я тут же хватил за него и дернул вниз. Хвост Черного Дракона ловушкой шандарахнул по цельному камню пола!

Этот миг невозможно ни забыть, ни описать! Щелчок, ломающий воздух. Это не звук — это имя создателя ветра! Это фейерверк останков крыс, моментально окрасивший стены. Это треск, проломанной скалы. И мы катиться вниз…

 

После удара, у меня не осталось мыслей. Вел себя холодно. Будто делал обычную, монотонную работу в Овраг поле. Мне даже казалось, что я тут, просто смотрю.

Смотрю как Чернокрыл ребячески прыгает по обваливающимся валунам. Камни падали и ломали нижние этажи, да залы.

Смотрю, как Чернокрыл машет хвостом, осыпая округу остатками кристаллов.

Смотрю, как Чернокрыл как то наигранно делает -Тааа -Тхааа, дозировано пускает пачки огня в тучи крыс.

Смотрю, как Крысы валятся сверху. Прыгают на Дракона сбоку. Панически бегут из под Черного, падающего на них сверху.

Смотрю, как серая биоволна накрывает нас со всех сторон. Как мы плывем, разрезая тела.

Смотрю, как Чернокрыл извивается, крутится, вертится, ёрзает, будто танцует.

Крысы напарываются на шипы. Трутся о заостренности панцирной кожи. Давят друг друга. Брызжут под лапами, меж когтей, когда шоркается о стены, размалывая в порошок.

Мешанина движений. Крысы бежали в стороны. Крысы грызли Дракона. Крысы грызли друг друга в беспамятности.

Я тем временем, словно мешая похлебку, машу копьем в разные стороны. Крыса тут, крыса там. Крыса сверху. Крыса снизу. Крыса пускает зубы мне в череп. Кусает, торопится цапнуть торчащую ногу.

Я тычу. Колю. Бью кристаллом(древком). Смахиваю кровь со лба и продолжаю. Тыкаю. Машу. Колю. Стучу. Какое прочное копьё! Восхищаюсь им и тычу снова!

Дракон по огромным валунам скатывается в холл и бежит, сам не зная куда. Прыгает, виляет. Крысы то летят с него, то залетают, то скользят под ним в виде смазки.

А я просто машу копьём, словно каждый день так забавляюсь. Ничего необычного.

Сейчас вспоминаю, кажется, из меня выпал дух. Тело двигалось само. Дракон прыжит из угла в угол. Рушит камень норы, о чем мечтал пока рос и сегодня узнал, что способен..

Обваливается потолок. Нас засыпает. Он змеей извивается и выползает обратно под купол. Встает и поливает огненным веером каждый оставшийся целый угол.

Остатки крыс прячутся ему за спину. Одна прыгнула на меня и вцепилась в третий палец на правой ноге. Я, продев копьё под пластиной, бью точно ей в нос. Она отлетает, вместе с фалангой. Сверху, по шипам, новая и цепляется за лист. Острые зубы метя мне в голову!

Дергаю копьё вверх, ей по пальцам, рычагом снимаю её и лист, зажатый между шипов.

 

Сверху падают глыбы. Купол осыпается вниз. Я не помню как, Черный сделал движение, движение, хвостом переправил валун, движение. Мы хоп и уже вышли из-под обломков, в какой-то зал. Я без копья. Еле как удержался, снова надев на руку лист.

Дракон бежит, куда-то вперед. В зале крысы трусливо жмутся в углах. Вот кто его вывел!

Я держусь за шипы, толщиной ствола Макоши. Трясет. Боюсь, скинет.

Хватаюсь от шипа к шипу. Как лежал, так и иду, межу центральным и правом рядом. Пробираюсь выше, на спину. В районе обрубленных крыльев, у плеч, вижу тряски меньше.

Дракон чувствует меня. Как чувствовал крыс. То есть, так же, не уделяя внимания. И я рад!

За спиной, слышу грохочут обвалы. Лапе больно держать шершавый шип, но держусь.

Чернокрыл ныряет под воду. Я из всех сил, виляю листом, чтоб не смыло. Ящер гнется в хвосте, крутится по оси. Я вижу волосы на дне. Испуганные глаза голубых, прячущихся в них.

Гляжу в стороны. Чистейшая влага, еле светится жилы кристаллов у дна. Глубина и простор поражают. За углами скал, не видно дальних границ. Они бы долго смеялись, узнав сколько сил тратим мы для воды.

Дракон резко выныривает и разворачивается пить. Я смотрю в другую сторону. Мы на бескрайне длинной норе, выше этажей кривого купола и шире в разы.

Кристаллические сталагнаты, тускло светятся. Их колонны формируют неровные ряды. На поверхностях сталагнат, стен и пола, друг на друге, толстым слоем, растут разные грибы. Местные мажут возле них черной мазью. На отвесах, в том числе используя крыс.

Замерев на местах, абсолютно все глядели на монстра.

Черный ящер зевая, отрыгивал струи пара. Понюхал, и чахнув пузырями, урча, побежал тупо прямо, вприпрыжку! Попутно сшибая кристаллы. Давя грибы. Пуская пузырики с пасти. Крысы падали с рядов. Остальные бежали проч.

Я пару раз чуть не слетел. Но продолжал пробираться к плечам.

Кристаллы учащались. Дракон сметал их плечами. Я прятался под листом..

В воздухе пахло грибами. Я чихал. В голову пришла идея, дышать сквозь огонь.

Я щелкнул ладонью о руку и выкрикнул — ААа ааам! Случилось нечто!

Из моей руки огонек, разлетелся пыльцой искр в стороны. Мелкие крупицы чего то, чуть по чуть, одна за одной, воспламенились и пыхнули. Во всем бескрайнем помещении — шире и длинней Оврага поля, пробежала искрой волна пламени, в каждом кулачке её места.

Вспышка.

Меня вдавило меж листом и бронечешуй Дракона. Дракона прибило давлением в пол, и тот рухнул. Потолок и кристаллы в нем, прыгнули вверх, оранжевой пламенной тучей!

Я лежу на шипах. В голове виденье. В ушах голос. Отец мне говорит..

Так им и надо сынок. Я их предупреждал! Молодец рыжик. Я тобой горжусь!

Я умер и встрел отца? Но почему он общается со мной не жестами? Он не показывает мне смыслы руками. Он бубнит непонятные звуки ртом. Но я его понимаю как обычно.

Меня накатывает волной влаги. Я открываю глаза. Я под водой. Я хватаю шипы. Встаю. По-прежнему в воде.. Быстро перебираю руками. Лист мешает, но некогда снять. Дракон прыгает из воды и снова падает в воду.

Я вылетаю высоко. Вижу звездное небо. Метеоритный дождь. Падаю вниз и встрию меж шипов лисом. Я все-таки смог, оказался на шеи Дракона.

Он ныряет под воду. Виляет, плывет вперед. Снова резво бежит. Волны в сторону. Прыгает вперед. Еле держусь. Прыгает снова и снова. Мы поднимаемся куда-то вверх.

Прыжок, отскок, прыжок и он забирается так высоко. Что я вижу кристаллический лес. Кристаллы вокруг перемешаны с камнем, словно Макошь. Ну только очень криво, торчат везде, тянутся к небу. Рядом много разрушенных. Позади каньон, на дне затоплен.

Дракон рычит в небо. И бежит, бежит, бежит и прыгает высоко-высоко вверх. Меня выкидывает над ним. Вижу как дракон двигая мышцы плеч. Но крыльев нет. И он падает.

А я высоко-высоко, ещё в небе. Кричу ему так пугливо, наивно -САМ! САМ! САМ!

Черный Дракон открывает глаза, я вижу его полые яблоки. Дракон ширит ноздри и я вижу как ветер гнется в ночи.

Дракон пуляет шею вперед. Падаю вниз и вижу, как вокруг сжимаются острые зубы.

 

Как мне потом сказали самоши. Как там это называется. А. Перегрел дух. Может ещё чего от страха крикнул. И как полыхнул каждой ворсинкой шкуры, прямо у змея во рту.

Короче, очухался я с листом на полу. Весь обугленный. Рядом стоит страшная вонь. Поднимаюсь, вижу кучу. Здоровую драконью кучу, чуть ниже меня. Чую запах. Напоминает что-то.

Смотрю края пустоши линию. Черный бежит, бежит. Потом как подпрыгнет. Бежит, бежит, снова прыгнет. Так и не веря, что не способен летать. О! Смотрю, ударил хвостом о землю. Пробил лапой почву. Вынул с грунта змею, толи червя. Откусил часть и бросил, бежит, прыгает дальше.

Стою, провожаю его взглядом. Возле кучи. Обиду держа. Хоть поймал. Может, хотел съесть? Благо привык все горячее сплевывать. Но зачем вот на гадил под конец?

Неблагодарный. Но признаюсь, хорош!

 

В той части, откуда бежали, обрушилась почва. Где то далеко, сбоку, земля стреляла черными струями. Момент и часть окрасились пламенем. Погодя из земли били новые струи огня. Пустошь стреляла ввысь языками пламени, пока я махал рукой в след Дракона, провожая его.

Признаюсь, пустил слезу. Благодарил за спасение. До сих пор скучаю, грущу. Как там у него там дела в вольной пустоши? У засранца.

Я понял, что когда поднимется свет, пропитает до смерти меня фиолет.

Вот оно что! Я вонзил в кучу лапу. Понюхал. Да ладно! И поняв все начал мазаться.

Там вдали, желтел горб. Мне он казался знаком.

Снял потрепанную шкуру василиска, измазался весь и побежал.

Ночь прошла быстро. Днем броня моя сохла, осыпалась. Я переждал зной меж камней. Везло. Ни червей земных, ни Виверн, не встречал.

Ночью забрался на желтый горб. Вдали сверкали ломаные поля. Через два круга, дошел.

 

Меня врачевали. Откармливали. Я отлежался в священной ванне. Говорили, хотели прибить. Но таких усов и бородки, у грязных нет!

 

Спустя время, к нам пришли и сдались в плен грязные. То был отряд языков. Мы научились у них говорить, а они у нас считать. Говорит жил у них было пленный. Грибы дикие ел и сулил пророчество. Его не слушали. Но потом все сбылось.. Как и байку о краденном черном яйце.

С тех пор живем, помогая друг другу. Торгуем, меняем. Они получили избыток зернь, мясо полевок и стволы для огня. Мы, влагу, разных грибов, плесени, водоросли, кристаллы, оружия.

Особо преуспели они, шаманя магией, кормя грибами крыс, в управлении их мозгами. Мы сочли, это дурным приемом и всегда перепроверяем грибы на полевках.

Теперь, живем народами по добрососедству. Приезжаем, гостим, считай близкие, Родные.

Меня просили написать о прошлых нас, о том, как все переменилось. Для потомков.

Так вот знайте. Писал с трудом, пока писал, учился. И рад, что покончил с этим.

Я давно самошин, руками почти не работаю. Обучаю кто помладше огню. Но, как и прежде забираюсь на Макошь с азартом. Смотрю на дальнюю-дальнюю линию.

Гляжу, может, где бежит мой слепой Черный друг. У меня с ним, столько общего.. То, что в сердце живет и носит каждый с собой. Где не будешь, не скрыть, ничем не ограничить, как желание Дракона взлететь. Как желание, счастливо прыгать по пустоши. Даже слепым! Пусть то даже слепым Исьюком..

 

читателей   284   сегодня 1
284 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 2,33 из 5)
Загрузка...