По следу меча

 

Дождь неустанно укрывал Лигус, обрушивая на прибрежный городок всю свою природную силу. Вода стекала с вымокших деревянных крыш на помосты и тропы, выложенные из досок. Полупрозрачные стены скрывали свет вечерних фонарей, всех, кроме одного.

Меж двухэтажных домиков шёл, выставив перед собой руку со светильником, переваливающийся с ноги на ногу путник. Его лицо скрывал вымокший до нитки капюшон плотно прилегающей к нему мантии, будто под ней ничего не было. В Лигусе редко бывали приезжие, иногда заезжали рыцари, посланные Эмлонтом или одним из лесных селений на болота, но скрытных незнакомцев горожане обходили, сторонились и боялись.

Везде, ни на одной улочке, ни на одном кривом мосту не было ни души. Нигде, кроме небольшого заведения с треугольной крышей, точно у храма Небесным Лордам. У двери весела табличка с нарисованной кружкой и надписью “Хмельная бочка”.

Путник открыл дверь, тихо вошёл и, не снимая капюшона, двинулся между столов. Внутри трактир казался много больше: десятки столиков, на каждом по свече или канделябру, весёлые люди, явно выпившие уже не одну кружку, и не менее весёлый трактирщик с юной девицей, разносившей выпивку. Почесав неровную щетину и скрыв фонарь под одеждой, незнакомец сел за крохотный столик и стал слушать разговор пятерых мужей, кричащих громче дождя за окном.

— Говаривают, — сказал бородач, опустошая свою кружку, — на болотах видали дракона. Так что эти твои скорпионы, Нап, ничто!

— Про твоих болотных драконов, Грег, — сказал самый старый, с густой белой бородой, — болтают все, но их никто не видел. А вот скорпионов в пустыне видел брат Напа.

— Да, — подтвердил юнец, стукнув кулаком по столу, — его с другими рыцарями послал наместник Виззера в пустыни, на помощь песчаным лучникам.

— Вот видишь. – Старик рассмеялся, — на них охотятся даже лучники, а что с твоими драконами? Про них болтают многие, и что говорят?

— Что у них много глав, — ответил Грег, — что дышат они зелёным пламенем, и…

— Это гидры, — вмешался в разговор незнакомец, подойдя к столу. – Не совсем драконы, у гидр нет крыльев. Простите, могу я присесть?

Гуляки переглянулись.

— Ну, господин, если свечу сможете зажечь, — голос у златовласого крестьянина был игрив, тот явно выпил больше остальных.

— Вы не из местных? – Старец улыбнулся. – В Лигусе обычай, сколько гостей – столько огней за столом.

Путник посмотрел на канделябр, горели две свечи, центральная же спала.

— Она не поддаётся, зараза, — Нап достал колбу с пылающим зельем. – Может, вы сможете?

Незнакомец взял пузырь, капнул на фитиль красной жидкости из горла – не горит. Гуляки замерли. Он отложил колбу, опустил руку под мантию и вынул длинный чёрный меч, по которому прыгали красные и зелёные отблески. Златовласый пьяница чуть не упал со стула, остальные скучковались в испуге. Путник снял маленький пузырь с пояса, капнул зелёной смазью на лезвие клинка и провёл им над свечой. Фитиль занялся пламенем, невообразимо красивым, зелёным и диким.

— Теперь я присяду. – Не дожидаясь ответа, он убрал оружие и сел.

— Эля нашему собеседнику! – Крикнул Грег трактирщику. – А ты, расскажи тогда уж, кто таков. Откуда про драконов знаешь?

— И что за меч? – Старик гладил свою неровную бороду, точно какой-то мудрец.

— Всё просто, я – Левинский наёмник. – Он сбросил капюшон, откинул влажные чёрные волосы и почесал горбинку на носу.

— Никогда не видел, думал, вы вымерли. – Нап раскрыл рот в удивлении.

— И зачем же ты здесь… у тебя есть имя? – Грег сделал долгий глоток.

— Да, меня зовут Эреней, и в Лигус я прибыл лишь отдохнуть после долгого задания. – Наёмнику принесли его кружку с элем, он вцепился в поданное обеими руками и залпом выпил всё. – Прошу прощения, три дня и три ночи на болоте.

— Чешуйников ловил? – Старец не говорил много, в основном спрашивал или умничал.

— Их и мы можем ловить, с вилами. – Голос златовласого сделался тягучим и противным.

— Кое-кого по крупнее, — Эрен улыбнулся, — того, о ком вы говорили.

— Дракона!? – Грег и Нап крикнули хором, остальной трактир, будто замер на миг, и вновь ожил.

— Гидру. – Он вновь вынул меч и положил перед собой, блики зелёного огня на чёрной стали превращались в таинственные руны. – А меч, её клыки и хорошая сталь.

— Вы делали это для себя и для оружия? – Старик был единственным, кто задавал верные вопросы.

— Нет, ещё есть кое-что, но этого уж сказать не могу.

— Понимаем. – Грег поднял кружку, точно желая произнести тост, и произнёс. – Тогда за вас, мастер Эреней! За то, что такие как вы защищают нас от гидр и… и от драконов!

— Благодарю. – Эрен встал, чашу ему вновь наполнили, и вновь он её опустошил залпом.

Несколько часов они просидели, пили, болтали, златовласый уснул, старец ушёл, пятый, так и не сказав ни слова, только ел рыбу и пил эль. Грег и Нап состязались на руках, Эреней рассказывал им про битвы, про монстров, которых видел, о далёких городах, королях, лордах и наместниках.

— Ну, вот и всё. – Наёмник опустошил ещё одну кружку и встал. – Мне пора.

Выслушав едва различимые слова прощания, он накинул на голову капюшон и покинул трактир. Дождь до сих пор лил, по макушке стучали жестокие капли, точно крохотные молоточки. В небе скакали молнии, а между ними носилось нечто тёмное, расправив крылья и крупные лапы. Нечто парило, крутилось в воздухе, подлетало вниз и исчезало в тучах. Грифоны не любят ждать, Эреней это знал, но Шарэм был просто неугомонен. Он летал и в грозу, и в шторм, и в песчаную бурю. Наёмник свистнул, пытаясь позвать зверя, но топот воды по деревянным путям заглушил свист. Эрен, выругавшись, направился к выходу из города.

От большого мира Лигус отделяла невысокая деревянная стена с редкими башенками, и одни дубовые ворота. Проходя через них, Эреней посмотрел наверх, в одну из башен, где вокруг факела столпились часовые, отбросив луки и копья. За стеной лежало чёрное поле, укрытое дождём и серой дымкой. Наёмник достал из-за пазухи крохотную колбу, умещающуюся меж двух пальцев, зажмурился и швырнул её в траву. Перед ним, на мгновение, родилась яркая белая вспашка, пронёсся грохот, и всё вновь утихло.

В небе, за дождём, разнёсся птичий крик. Грифон спикировал на поле и, опустив мокрые крылья, подбежал к наёмнику. Эрен погладил зверя по орлиной голове, запрыгнул тому на спину и, взявшись обеими руками за шерсть, крикнул:

— Лети!

Грифон расправил крылья, вскрикнул, разбежался и подпрыгнул. Взмах, ещё и ещё взмах крыльев, капли летят в лицо с невероятной скоростью а впереди, за тучами, сине-розовая полоса – рассвет.

Зверь взлетел выше облаков, холод колол лицо и незащищённые ладони, но Эрен пытался это игнорировать. Он, до охоты на гидру, долгое время провёл в пустыне. “Те скорпионы, думал наёмник, о которых говорили в трактире, ерунда. По сражались бы они с королевскими, у которых одно жало с людскую голову!” Там всегда было жарко, под грифоном не метались серые облака, был лишь песок, ящеры, кактусы, да грифы. Иногда, в особую жару, из своих огненных пещер вылетали фениксы и сопровождали Эренея в пути, но всё это осталось позади, сейчас он летел на Запад, в Золотой Предел.

Над городом он оказался к середине дня. В спину светило солнце, внизу расстилались поля с блестящей травой, широкие тропы, по которым волочились путники, а в центре этого – огромная гора, окружённая десятком белых стен, на башнях пылали золотые огни, отражающиеся на куполах и шпилях огромных мраморных строений. Грифон опускался, кружа над блестящими башнями. Под его тенью вырисовывались рынки, фонтаны, каменные тропы, соединяющие верхние этажи огромных зданий, зелёные балконы различных трактиров и публичных домов. Красочный город рос на глазах, и Эрен, промчавшись над огромными чёрными воротами, поддерживаемыми гигантскими, объятыми пламенем колоннами, направил Шарэма к пышному саду, растущему на выступе горы.

Зверь остановился на каменной тропе между стриженых кустов и голубых прудов, в которых росли ночные водогартензии. Наёмник уже бывал здесь прежде, и грифон его уже ждал в этом саду. Эрен, спустившись со спины летуна, хлопнул того по спине и пошёл по белому пути. Из деревьев на него глядели маленькие фонарики – свечи, спрятанные в коробочках из красного стекла. Дочь короля, имя её Эреней всегда забывал, любила гулять вечерами по садам, и придворный алхимик Кровд придумал, как украсить её прогулки.

А вот и он! Заказчик ждал у ворот, в белоснежной мантии, с синей тиарой в длинных седых волосах и с серебряным медальоном на шее – знаком алхимика. Эреней поднялся по лестнице, поприветствовал Кровда и прошёл в огромный замок. Идя за заказчиком, он осматривал залы и коридоры: на каждом углу стояли стражники, на стенах висели знамёна Золотого Предела – белый орёл в золотой короне. “Во времена драконовых войн, думал наёмник каждый раз, входя в этот замок, в то время не строили бы такие города. Тогда столицей был Красвед, замок между двух гор, да и герб его – трон, вырастающий из скалы, более величественный. Но драконов давно нет, и теперь города более красивы, нежели безопасны.”

В лаборатории Кровда, как и неделю назад, стояли различные зелья и колбы на полках, висел красный гобелен напротив окна-розы. Под красочными стёклами стоял стол, на нём какие-то записи, толстая книга и канделябр. Типичный кабинет алхимика, и достаточно размашист для королевского.

— Ну что ж, — Кровд сел за стол и подозвал Эренея, — ты всё добыл? Ястреб прилетел ещё на рассвете.

— Я задержался в Лигусе, — сказав это, наёмник вынул несколько наполненных склянок с зелёной жидкостью и положил на стол. – Яд гидры, последней, судя по всему.

— Тебе грустно от этого?

— Немного, я должен убивать этих тварей, да. Но они пришли в мир до людей и архаидов, и больше их никогда не будет.

— Ладно уж, — алхимик встал, открыл один из своих шкафчиков и достал с полки тяжёлый мешочек. – Держи, чтоб не грустил. Пять золотом, двадцать серебром.

Эреней взял деньги, заглянул в мешок и спрятал под мантией. Он поправил волосы, оглянулся и спросил:

— Получается, дело сделано? Или есть что-то ещё? Не думаю, что яд был тебе столь нужен, чтоб ты меня так подгонял.

— Да… — Кровд замешкался, подошёл к маленькой дверце между гобеленом и шкафом, трижды стукнул. – Он тут.

Дверь отварилась, в помещение вошли четверо стражников, сжимающих в руках копья. Эрен тут же выхватил меч, сжал в левой руке колбу огненной смеси, приготовился к битве, и замер. Из двери вышел король Аллирим.

— Ваше величество. – Он вонзил меч в каменный пол и опустился на колено.

— Встань, — стража короля встала по углам. Аллирим был без короны, в простом синем камзоле с белым орлом на груди, но не узнать его было нельзя: золотистые кудрявые волосы, того же цвета борода, широкие плечи, узкие синие глаза и крючковатый нос. – Эреней, Левинский наёмник.

— Прошу простить, я могу что-то сделать для вашей милости? – Эрен не любил эти формальности, и часто избегал их. Но сейчас пред ним стоял не лорд или помещик, это был сам король.

— Боюсь, что да. – Кровд отошёл к стене и скрестил руки у груди, Аллирим же опустился на стул алхимика и продолжил. – Я отправил войско на север, тысячу мечей! Они шли по территориям Кривиана, ежедневно отправляли ястребов в обе стороны, но после исчезли.

— Исчезли? – Наёмник видел и слышал много чего, но пропажа целой армии…

— Да. Я сам не верил, думал, на них напали, думал архаиды. Но пауки не приплывали на материк, не в таких количествах, чтобы сразить армию. Они просто держали путь и исчезли, нет ни трупов, ни пепла, ничего.

— А где они пропали?

— Судя по моим исследованиям и последним письмам, — алхимик подошёл к столу и положил на него огромную жёлтую карту, провёл по ней пальцем от самого города и остановился на одном месте. – Красная гора. Там они и пропали.

— Место последних битв, — король вздрогнул, — как мой дед, и его дед не любили это место. Там всегда заканчивались войны.

“Знали бы вы, от чего вздрагивал мой учитель,” подумал Эреней, но сказал иное.

— Чем я могу тут помочь? Я не детектив.

— Да, — согласились хором и король и алхимик, но Аллирим продолжил, — но вы знаете древние пещеры лучше многих других, у вас есть знакомые среди архаидов, песчаных лучников, почти везде знают о вас. Кровд полагает, что войско исчезло в тех тоннелях.

— Да? – Эреней посмотрел на алхимика, тот кивнул.

— Если справитесь, найдёте войско, пусть погибшее, пусть хоть одного солдата! Плачу золотом, пять сотен.

— Что же, — наёмник вставил меч в ножны, — работка не трудная, да и королю отказывать негоже. Тогда отправляюсь.

— Только, — Аллирим притормозил путника, — есть ещё условие. Наместник Строхвенда прислал одного из своих сыновей, тот мечтал быть алхимиком, теперь хочет быть как вы.

— Не думаю, — отрезал Эрен, — если так, он глуп. Глупцам не место в походах.

— И всё же, вы возьмёте его с собой. – Король сменил тон с просящего, на властный. – Он ожидает вас в городской конюшне, с двумя гнедыми, и его зовут Нилон. Просто возьми пацана с собой, отцу не важна его судьба, мне и подавно.

Король скрылся, вместе со своей свитой. Наёмник, тяжело вздохнув, поправил капюшон и пошёл вон из комнаты.

— Удачи! – Сказал вслед Кровд.

Эрен обернулся и ответил слабой улыбкой, за его спиной хлопнула берёзовая дверь. И вновь его ждал путь, сперва, по долгому замку, затем по полям, и теперь на лошади, да ещё и с попутчиком.

Он вышел из замка, хлопнул грифона по спине и дал команду лететь вдаль. Наёмник покинул сад, спустился по мраморной винтовой лестнице, обвитой белыми розами, прошёл мимо двух узких ручейков, вышел за квадратные ворота замка. На огромной площади расположились торговые палатки, обозы, несколько лошадей мотались среди толпы, из-за трёхэтажного белого дома выходили рыцари с золотистыми поясами, в белой кольчуге и серебристых шлемах.

Эреней пошёл вдоль стены, мимо домов, дверей и ответвлений, пока не прибыл на место. В конюшне его ждал невысокий юноша, лет четырнадцати-пятнадцати. На голове его закручивались каштановые волосы, зелёные глаза отражали свет факелов, горящих на каменных столбах. Рядом с юнцом стояли две тёмные лошади, уже осёдланные и готовые к пути.

— Ты, полагаю, Нилон? – Он подошёл ближе и, не дожидаясь ответа, взобрался на коня.

— Верно. – Юнец опустил голову. – Вы мастер…

— Эреней, значит, тебя мне навязали?

— Я просил учителя…

— Я не беру учеников. Никогда! – Эрен уселся в седле и поправил меч. – Но король настоял, так что садись. Но ты мой попутчик, только и всего. Запомни, шкет!

Выехав из конюшни, они направились по белым дорогам к центральным воротам. Нилон с трудом держался в седле, кряхтел и жаловался, Эреней попытался оторваться от юнца, затерявшись в толпе, но тот не отставал. Больно хороший конь, или чересчур упорный пацан. В любом случае, отвязаться не выйдет.

Они покинули Золотой Предел и направили коней на юг, к морю. Солнце ползло по небу, рождая на полях округлые тени.

— А куда мы держим путь, мастер? – Юноша уже запыхался, тяжело дышал, хотя конь его только набирал скорость.

— На Архаидском острове у меня есть связной, он проведёт мен… нас через подземные тоннели. – Эрен не оглядывался, он скакал, обращая на собеседника не больше внимания чем на кусты и деревья, постепенно вырастающие вокруг.

— Тоннели? – Он притормозил коня. – Там же басилиски.

— Тебя учили архаиды? – Наёмник тоже замедлил скакуна. – Василиски, и они давно все умерли. Как и драконы исчезли, ты раньше кракена на пляже найдешь, чем это.

— А что стало с драконами? Вы их видели?

— Я… — он не хотел отвечать, но его и никто никогда не спрашивал. Эреней ощутил нечто странное и неясное, непривычное, ему хотелось говорить. Он подровнялся с Нилоном. – Только виверн. Последних чистокровных драконов видел мой учитель, а потом всё. Они либо умерли, либо, как говорят, скрылись на Парящих островах, над Белоогненным морем.

— Из которого они и родились, да?

— Судя по легендам.

— А разве не быстрее будет ехать через Паучий тракт? Мы так срежем миль десять, или меньше.

— Ну уж нет. – Эрен ускорил ход коня. – Я больше не поеду там. В лесу Гаартона живут твари, даже для меня чересчур сильные.

— Пауки? Дриады?

— Дриад я не видел, шкет, но вот иных… Даже сам лес этот проклят. Его пытались вырубить много раз, жгли, вырывали деревья с корнем, а на следующее утро всё вновь вырастало. А в листве его таятся огромные пауки, много больше ручных архаидских. Эти прячутся в листве, нападают на всякого, кто проходит мимо, а когда я их увидел… они размером с горных големов.

— Ого! Не хочу на тракт тогда.

— И правильно, давай, к вечеру лучше прибыть в порт.

Когда солнце уже клонилось за горы, они поднимались на борт крупного двухмачтового корабля. Коней путники оставили у одного из трактиров, Эрен дал трактирщику три серебряных, чтоб тот кормил питомцев. Весь день, начиная с полудня, прошёл в пути, по полям и густым лесам. Над головами путников летали птицы, в дали пролетали деревеньки, за деревьями выли волки и грязевики. Но путь кончился, теперь их ждал ночной путь по морю.

Корабль тронулся, Эрен с Нилоном сидели в каюте. Юнец увлечённо смотрел за отдаляющейся землёй в окно, за портовой деревенькой, прячущейся за скалами. Он смотрел и молчал, впервые за день, к огромному счастью наёмника.

— Смотрите! – Прервал парнишка тишину. – Что это?

Эреней подошёл к окну и удивился. Берег уже был далеко позади, солнце едва смотрело на них из-за моря. Видать, он засиделся, слушая сирен, поющих свои песни морякам. Сотни лет назад они своим пением заманивали людей и похищали, но прошли годы, теперь морские девы провожают путников приятным пением, порой указывая заплутавшим лодочникам путь к берегу. Но на воде не было скал, как и сирен, только плавники, тонкие и золотые, всплывающие то тут, то там.

— Нага! – Эрен улыбнулся. – Вот уж не ждал.

— Нага? Морской дракон? – Нилон вжался в деревянную стену каюты.

— Не бойся, они не нападают на такие большие корабли. И это скорее змей, они умеют плеваться горячей водой, да, но это не так и страшно.

— Может вы его… её…

— Нет. – Наёмник сел на деревянный выступ укутанный неровной тканью – замену кровати. – Я бесплатно не убиваю монстров, если они сами не лезут.

Юнец ещё долго смотрел в окно, а вот Эреней уснул. Он думал о морских тварях, и они ему и приснились. Огромные существа, с щупальцами и клешнями. Одна из таких и стала причиной его становления.

Много лет назад, когда чума забрала почти всю деревню Эрена, а сам он был десятилетним шкетом, к ним приехал незнакомец. В кольчуге, длинной мантии, с мечом и колбами на поясе. Этот незнакомец оставил коня возле озера, сам прошёл по пустой деревне, Эрен следил за этим человеком, бегал хвостиком и прятался за домами. Неизвестный тогда пошёл к озеру, кинул в него одну колбу и, через миг, вода вспенилась, забурлила, и на берег выползло огромное чудище. У него было шесть щупалец, четыре крабьих лапы, острые плавники и ракушкоподобное тело. Неизвестный боролся с этим чудищем, загнал того под скалу, с которой Эрен и следил за битвой. Мальчик спрятался за крупным валуном, и, услышав рёв зверя, припал к камню. Тот задрожал, двинулся с места и покатился вниз. Испуганный малец вскрикнул, а когда посмотрел на берег, увидел раздавленного монстра и улыбающегося ему незнакомца.

Мастер Люммен забрал Эренея с собой, в путь, учил его долгие годы. Эрен вырос, сражался рядом с учителем, пока заказы были, пока были монстры. С каждым годом их становилось всё меньше, и жить было всё труднее. Но всё изменил поход в горы, в поисках мантикоры.

— Мастер Эреней! – Пробудил наёмника крик Нилона. – Приплыли!

Они сошли на Архаидский остров. Купцы разгружали товары с корабля, в порту кипела жизнь. Юнец, озираясь по сторонам, задавал кучу вопросов, а Эрен односложно отвечал на них. Архаиды – люди с чёрной паучьей хитиновой кожей, восьмью глазами и четырьмя лапами за спиной, не были любимы в большинстве королевств, в былые годы они вели войны с людьми, но нынче всё осталось в прошлом.

Весь остров был чёрный: мрачные горы в центре, вокруг них сёла, стены и замки, больше походившие на тени, деревья с тонкими, будто выгоревшими стволами и жуткой синей листвой.

-У них тут вулкан? – Нилон рос в Строхвенде, в его садах и среди красных храмов, столь мрачное место ему явно было не по душе.

— Нет. – К ним подошёл один из архаидов, одетый в каштановый камзол с синим воротом, на поясе у него висел знак торговца – молот на монете. – Просто остров почти весь из обсидиана, вот из него всё и построено. А земля, что ж, мне это не ведомо. Здравствуй, Междуземный.

— Мастер Эрен? – Шкет посмотрел на него.

— Меня так зовут архаиды, — объяснил наёмник. – И тебе доброго дня, Ламнед.

— Ищешь Верета? – Паук махнул рукой, лапы за спиной его дёрнулись, они втроём пошли по прибрежному рынку.

— Да, откуда ты…

— Я знаю многое, и знаю, что никто на острове не ждёт тебя. Кроме него. Но его ты не увидишь.

— Что? – Эреней попытался скрыть удивление. – Почему? Он мне срочно нужен.

— Это не важно. – Ламнед смотрел четырьмя глазами на наёмника, четырьмя на Нилона. – Он в замковой камере, казнь будет послезавтра.

— Что он теперь учудил!? Чёрт! – Эрен принялся ходить по рынку, накинув на себя капюшон и думая. – Была бы тут Нада, а так.

— Я освоил людское писание. – Отрезал его архаид. – Могу послать ястреба, она прибудет быстро.

— А кто это? – Шкет молчал, до этого момента.

— Моя знакомая, алхимик. – Эрен вновь посмотрел на Ламнеда. – Ты точно напишешь?

— Она будет тут к вечеру, если напишу сейчас. Но, как нам попасть к Четырёхглазому?

— Мастер, — Нилон, запинаясь, прошептал. – У меня есть мысль, если он в камере. Но она вам не понр…

— Времени мало, его планируют казнить! Есть мысль – действуй.

— Вы сами сказали. – Юнец вышел на широкую центральную площадь, встал возле нагруженного обоза и закричал. – Королева краснолицая жирная тварь!!

— Идиот. – Прошептал Эрен, проклиная всё в этом мире, пока Ламнед неспешно исчез в толпе.

В тот же миг из этой толпы налетели стражники и окружили людей. В серой броне с блестящими обсидиановыми копьями. Они смотрели на прибывших паучьими глазами, цокали и держали наготове оружие.

Эренея и Нилона повели по улице, мимо острокрышных домов, зубастых дверей и окон в чёрных домах. Людо-пауки оглядывались на эту колонну из двух человек и почти двадцати стражников, медленно тащащуюся по дороге. Эрен споткнулся, ощутил удар в голову и перестал видеть что либо и чувствовать…

Очнулся он уже в камере, на маленькой койке. Над ним висела ещё одна кровать, напротив, на маленьком стуле сидел Нилон. Наёмник вскочил с кровати, стряхнул с себя пыль и схватил юнца за воротник.

— Ты что сделал, идиот!? Нас могли и убить! Я конечно могу одолеть стражников пять-семь, но двадцать. Королева для архаидов это…

— Святое. – Он отвёл глаза и опустил голову. – Я знаю. Мне рассказывали, они за оскорбление королевы сажают на неделю в замковую камеру, мне учитель Брохн говорил.

— Он был архаид?

— Да.

— Ладно, чёрт с ним.

— Междуземный!? – Хриплый голос крикнул из-за стены. – Ты что-ли?

— Четырёхглазый. – Эрен улыбнулся и подошёл к чёрной решётке. – И ты тут? – Он обернулся и взглянул на Нилона. – Ладно, молодец шкет.

— Ага, эти замковые камеры все тесны. Ты что, ученика взял?

— Чёрта с два! Это просто… спутник. Неважно. За что ты тут?

— Как всегда. – Из-за стены донёсся противный скрежет. – Хотел получить меч и направиться в пустыни, но поймали на складе. Ныне архаиды разучились драться, я мечом пятерых уложил! Меня взяли только дюжиной. А вас?

— Мы тут за тобой. – Эрен взглянул на юнца, тот всё ещё сидел на месте. – Этот гений обозвал королеву публично.

— Умно! – Признал архаид. – А как выбираться будем?

— Ламнед послал за Надой, она должна вытащить нас к вечеру.

— Мастер, — Нилон встал со стула и подошёл к крохотной решётке в стене. – Уже ночь.

— Сколько ж я был в отключке?

— Ты храпел несколько часов. – Верет усмехнулся. – Причём храпел громче чем все мои легионы вместе взятые.

— Легионы? – Не понял его слов Нилон.

— Храпел? – Переспросил наёмник, юнец ему кивнул.

— Я был командиром, во время Северной войны. Там я и лишился четырёх глаз, за что получил это чёртово прозвище.

— А потом его разжаловали, — Эрен сел на кровать. – За что, уже правда не вспомню.

— Это и не важно, — судя по звукам, архаид засмеялся. – Если твоя подруга не придёт, то меня вот-вот казнят, и вообще, на кой я тебе сдался, Междуземный?

— Нужна твоя помощь, мне надо по подземным ходам от Золотого Предела до Красной горы дойти.

— Мастер, — Нилон сел на свою койку, — а не проще ли сразу у горы спуститься? Там есть пещеры, я знаю.

— Так то оно так,- Четырёхглазый вновь усмехнулся, — но, полагаю, вам не просто нужна экскурсия?

— Именно, — Эреней смотрел то на юнца, то на дверь камеры, то на решётку в стене, — мы пройдём тем же путём, что и войско, только под землёй.

 

— Интересно. – Просипел из-за стены архаид.

За тюремным окном мелькнуло свечение. Ещё, и ещё одно. Чёрные кирпичи в стене стали медленно менять окрас на тёмно-фиолетовый, затем синий, голубой…

— Отойди! – Крикнул Эреней, после чего оттащил Нилона от стены.

Та, через миг, разлетелась на куски. Чёрные кирпичи сменил голубой пепел, дым и силуэт, стоявший между пленниками и Архаидским островом. За спиной женщины, открывшей путь на свободу, поднимался белый полумесяц, тихий ветер играл её волосами.

— Нада, — наёмник улыбнулся и подошёл к ней ближе, — я уж думал, Ламнед ничего не написал.

— Он написал, — ответила она мягким голосом, — только так непонятно. Я посетила с десяток алхимиков, пытаясь понять слова на пергаменте. Если бы не твой грифон…

— Что? При чём тут Шарэм? – Спросил Эрен.

— Он прилетел следом за ястребом и отвёз меня на остров. Я поняла, что у вас проблемы, а грифон показал, где они.

— Умная скотина. – Архаид за стеной похлопал. – Выбираться то будем?

— Четырёхглазого надо брать с собой? – Она скривила лицо в неприятную гримасу.

— Да, он мне нужен. – Нада пожала плечами, сняла с ремня две колбы и вылила содержимое обеих на дверную решётку. Та затрещала, побелела и обратилась в белый пепел.

— Ого! – Нилон осторожно вышел следом за алхимиком и мастером. – А что вы ещё можете?

— Это не я. – Она усмехнулась, повесив склянки на место. – Знания и зелья, всего лишь.

— Неважно. – Эреней развернулся, взял одну из колб с пояса Нады. – Освободите Верета и ждите…

— На причале есть корабль, — женщина проводила его взглядом синих глаз. – Я позабочусь о них.

— Кто ещё о ком позаботиться! – Архаид подошёл к своей решётке, вновь усмехаясь.

— Удачи. – Эреней завязал пояс своей мантии, накинул капюшон и закрепил склянку на ремне.

Тёмные коридоры походили один на другой, будь их тут больше – он бы заплутал. Но архаидские подземелья были малы, потому наёмник быстро нашёл верный путь. Из колбы на поясе сочился белый свет, при каждом шаге она дребезжала. Стражи, как и всегда, не было. Пауки ставили охрану только возле парадных дверей, остальное, как у них считалось, сделают стены и решётки. Хорошо, что такие тюрьмы не рассчитаны на Левинского наёмника.

Эреней поднялся по лестнице, мерзкой и липкой, прошёл ещё короткий путь и, завернув за угол, попал в оружейную. Стояли ящики, прикрытые серыми и коричневыми кружевами, на стенах висели полки с вещами заключённых. Эрен открывал сундук за сундуком, пока не нашёл свой меч и зелья. Почти все колбы были на месте, архаиды забрали только спиртосодержащие и одно огненное зелье. Жидкость, названная “дыханием гидры” осталась нетронутой.

Спрятав меч под мантией, и закрепив колбы на пояс, наёмник двинулся обратно. Стражи, как и прежде, не было.

— Они заметят пропажу только утром, — шептал он себе, но даже шёпот отзывался в тоннелях эхом. – Или, если приведут кого-то в камеру. Неважно, я буду уже далеко.

Рядом с его камерой была ещё одна, с такой же расплавленной решёткой. Заключённые уже бежали на берег и, вероятно, ждали где-то в порту. Эрен вышел по развалинам, спустился по скалам, тянущимся от стен замка почти до самого края острова, обходя один чёрный мыс за другим, он оказался в маленьком селении. Наёмник шёл, держа одной рукой капюшон, а другой придерживая скрытое под одеждой оружие. На главной площади стоял огромный белый монумент, объятый синим пламенем, освещавшим всю округу. Эреней проходил мимо сельского маяка, когда к нему подошли три стражника. Рукоять меча от ладони отделяла мантия, да и только, но путник решил повременить с этим.

— Мастер Эреней? – Просипел один из архаидов.

— Да, я что-то нарушил? – Невинным тоном спросил человек.

— Вас ждут, идите за мной, мастер. – Говорящий с ним паук цокнул мандибулами и развернулся, двое других встали позади Эрена, пришлось идти с ними.

Стражники отвели его на причал, между каменными мостками располагались по несколько лодок, загруженных ящиками и бочонками. Вдали плясал на ночных волнах одномачтовый корабль. Наёмник не замечал этого раньше, море вокруг Архаидского острова ночью тоже чернело, становилось мрачным, пустым.

— Садитесь в лодку, мастер, — произнёс всё тот же паук, проведя Эрена по одному из мостков. – Вас ждут на том корабле.

— Спасибо, — он забрался в лодку и взялся за вёсла. – Но зачем?

— Вас ждут, — архаид отвернулся, двое других уже направились обратно вглубь селения, — плывите.

Он налёг на вёсла и лодка сдвинулась. Наёмник смотрел на удаляющуюся деревню, синий огонь среди домиков-теней, уменьшающийся замок на горе, окна которого пылали красными и жёлтыми бликами. В нос лодки колотили волны, разбиваясь и забрасывая несколько капель на борт. Спустя какое-то время, Эрен подплыл к кораблю. Течение пыталось сбить его с пути несколько раз, но, несмотря на непокорность моря, Эренею удалось выгрести.

— Поднимайся! – Знакомый женский голос донёсся сверху.

Он поднялся на палубу небольшого корабля, где копошились несколько матросов, Нада стояла, скрестив руки у груди, на ящиках возле мачты лежал Верет и, поцокивая, смотрел на наполнявшийся парус.

— А где шкет? – Он обратился к своей знакомой.

— Уснул. – Она посмотрела на наёмника с неким укором. – Зачем взял ученика? Ты забыл что ли…

— Я помню, но Нилон мне не ученик. И мантикоры больше не налетают на города, история не повториться, так что всё в порядке.

— А что с мантикорами не так? – Архаид приподнялся и посмотрел на беседовавших. Те переглянулись. Корабль уже двинулся против волн, оставив остров позади, разрезая бушпритом ночное небо.

— Давно, — Эрен опустился на ящик рядом с Четырёхглазым, — когда я был ещё учеником, нам с моим мастером дали заказ на горную мантикору. Люммен, мой учитель, выследил тварь первым. Она не подлетала близко, рычала и заставляла нас стрелять снова и снова. Когда стрел почти не осталось, мастер достал свой меч и кинул твари в лицо слепящим зельем. Колба разбилась, и вокруг монстра образовался туман, мы ждали, а потом… — он замялся, — потом она вылетела и пронзила мастера хвостом. Жало пробило его броню насквозь, и Люммен упал со скалы. Я добил мантикору и с тех пор не ездил ни в горы, ни на Север.

— Воу. – Четыре лапы за спиной архаида шевельнулись, — интересно. Я слышал, мантикоры медлительней виверн и…

— Но умней. – Обрезала Нада. – Хватит с меня на сегодня историй.

Сказав это, она удалилась. Верет немного ещё порассуждал и уснул на ящиках. Эрен же не мог сомкнуть глаз. Корабль набирал скорость и шёл, освященный полумесяцем, по белой дороге, ползущей через чёрное море.

Утро Эреней встретил, стоя на носу корабля. Ветер утих, по правую руку поднималось солнце, покрывая золотом небо и воду. Впереди уже показались берега большой земли, и наёмник предвкушал, что скоро всё закончится.

Кто спал – проснулись, Нилон беседовал с Надой, Верет завтракал какими-то рыбёшками, пойманными одним из матросов ночью.

— И так, Междуземный, — обратился к нему архаид, оставив от рыбы только кости, — в чём наш план?

— Спускаемся в ближайшую к Золотому Пределу пещеру, — наёмник сел рядом с собеседником, — оттуда по тоннелям попадём в лабиринты, там ты поведёшь нас до Красной горы.

— Думаешь найти там армию? – Паук усмехнулся. – Мы там найдём скелеты басилисков и голодных гравондов, поверь.

— Верю, а ты поверь, что последний гравонд, которого видели, был меньше кошки.

— Кого, кого? – Нилон сел с другой стороны от Четырёхглазого. – В этих пещерах разве жил кто-то кроме ба… василисков?

— Да, — наёмник почесал укрытый щетиной подбородок, — гравонды и прорыли эти ходы. Огромные черви, покрытые чешуей, шипами и порой щупальцами. Они создавали тоннели, по ним змеи пробирались в города и сёла, пожирали почти всё, а объедки доставались копателям.

— А теперь, — архаид улыбнулся и цокнул, — басилиски умерли, и черви лишились еды. Верно?

— Да уж, — Эрен скрестил руки на коленях, — всё взаимосвязано.

— ПОРТ!!! – Крикнул кто-то с мачты.

Все всполошились, точно проснувшись, забегали по палубе, закричали, принялись опускать паруса и отвязывать тросы. Эреней не двинулся с места, в отличие от шкета. Тот рванул, прям, как и матросы, побежал к носу корабля и уставился на растущий впереди берег. За деревянно-каменным селением тянулись высокие раскидистые деревья, за ними с двух сторон горы, точно открытые ворота, из-за которых на прибрежный город смотрело небо.

Корабль причалил. По мосткам сошли путники, чей вид поразил приезжих торговцев, только вышедших из своих хат на берег: Левинский наёмник, юнец лет пятнадцати, женщина-алхимик и архаид со шрамом на пол лица.

Вчетвером они прошли часть селения, в окнах были закрыты ставни, на гравиевой дороге растекались лужи. Зайдя за угол, наёмник встал, а следом замерли остальные трое.

Их задержали три стражника в бело-синих доспехах и один в золотисто-чёрной броне, с его плеч опускался золотой плащ с белой каймой.

— Ваше имя, странник. – Спросил золотой, выйдя вперёд.

— Эреней. – Ответил ему наёмник.

— Мастер Эреней, — рыцарь улыбнулся, — наконец-то. — Король разослал во все прибрежные города по Золотому рыцарю. – На голове война был белый шлем, скрывающий лицо полностью. – Я слышал, что вас должно быть трое. Лошадей хватит только на вас, хоть, я и могу уступить своего коня…

— Не стоит. – Нада вышла вперёд. – Эрен, я возьму Шарэма?

— Конечно. – Услышав это, она сообщила, что будет ждать у самого крупного спуска в лабиринты, и скрылась среди невысоких домиков.

— И так, мастер. – Рыцарь встал к нему боком. – Вы готовы ехать?

Эрен обернулся, архаид одобрительно кивнул, Нилон замешкался немного, после чего так же дал согласие.

— Мы готовы. – Чуть пройдя вперёд, наёмник обратился к рыцарю. – Есть ли у вас что-то для этого юнца? Он не ел уже… — Эреней сам не знал, сколько не ел его спутник. Левинский наёмник мог прожить без еды и воды несколько дней, паук перекусил в дороге.

— У меня есть немного хлеба, вода, да и серебро. По дороге можно заскочить в трактир и…

— Время, — Эрен задумался, — я не люблю тянуть с заказами, тем более королю. Нет, пока мы будем седлать коней, быть может, послать Верета на рынок?

— Архаида? – Рыцарь посмотрел на паука. – Простите, но серебро своё я мало кому доверю. Конюшни вон там, я сбегаю на рынок и куплю сушёной рыбы тогда.

— Благодарю.

Лошади были осёдланы, хорошо накормлены и напоены, проще говоря – готовы к долгому пути. А вот рыцаря не было довольно долго.

— Может оставить его и поехать? – Архаид стоял возле большого сеновала. – Ты сам сказал, дело не ждёт.

— Да, я сам уже думал об этом. – Эрен взобрался на коня. – Но он ушёл по моей просьбе. Ещё немного подождём.

— Немного? – Нилон встрял в разговор. – Он ждал нас, и теперь пошёл… куда он пошёл? По вашей просьбе, мастер, так не справедливо.

— Да, шкет. – Верет кивнул, — но иногда надо ради победы кем-то жертвовать.

— За такие мысли, думаю, вас и разжаловали! – Юнец отскочил в сторону.

— Иж какой! – Архаид сморщился, но затем рассмеялся. – Хвалю, хвалю, Междуземный. Нашёл себе достойного наследника.

— Это не…

— Вот он! – Перебил шкет, указывая пальцем на приближавшегося путника.

Рыцарь выглядел теперь комично: золотой плащ бился по ветру, доспехи блестели на солнце, ножны бились о золочёные поножи, а на поясе болталась вяленая рыба.

— Прошу прощение, наткнулся на нежданного гостя.

— Неважно. – Отрезал Эрен. – Садитесь и вперёд, я хочу поскорее уже добраться до столицы. Нилон, поешь немного.

Юнец взял протянутую рыцарем рыбу, покрутил её в руках. Лошади двинулись неспешным шагом, ехали вдоль оград и амбаров, трое всадников шустро двигались впереди клином, а позади волочился Нилон, одной рукой сжимая узду, а второй удерживая еду.

Когда шкет кончил трапезу, всадники вдарили по коням и те перешли на галоп. Мимо вновь летели леса, селения, фермы и засеянные поля. Спустя пол дня, пепел путниками в огромном поле стала расти гора. Белые стены и золотые крыши стали появляться вокруг, облепляя массивное возвышение.

Они повернули влево, не доезжая до города, и направились на Серые холмы. У огромного чёрного хода в одном из небольших возвышений, среди камней и сухих кустов, стояло несколько стражников и хорошо знакомая фигура – Нада.

— Прибыл! – Объявил рыцарь и стража расступилась.

— Я уж думала, вы потерялись. – Женщина алхимик улыбнулась.

— Не надейся, — язвительно ответил наёмник.

— Эти идут с нами? – Вопросил архаид.

— Нет. – Хором дали ответ Эрен и рыцарь.

Распрощавшись со своим спутником и воссоединившись, четвёрка направилась в подземные ходы. Лабиринты родились перед ними с первых шагов: огромные пустые проходы, направленные вправо и влево, вниз и прямо. С потолка свисали сталактиты, на глиняно-каменных стенах росли кристаллы, в каждом ходу своего цвета, и чем глубже спускались путники, тем камни становились ярче.

— А эти столбы не обвалятся? – Спросил Нилон, волочившийся позади.

— Не бойся. – Четырёхглазый притормозил, опустился на одно колено и провёл ладонью по серому полу. – Пацан, хочешь увидеть тех, кто вырыл эти тоннели? – Юнец сглотнул слюну, Эрен усмехнулся. – Идём, нам по пути.

Они завернули за угол, светом в пещерах служили те самые кристаллы, красные, синие, бирюзовые, золотые и белые. В стене, под белыми светильниками находились изогнутые белоснежные камни. Подойдя ближе, группа разглядела, что таилось в грунтовой стене. Это был скелет огромной змеи, наполовину заваленный камнями и зажатый в острых объятьях. Череп частично выходил наружу, из глазного отверстия торчал кристалл.

— В его пасть влез бы конь. – Нада провела ладонью по острому клыку.

— С всадником. – Эреней шёл вдоль хребта. – Я таких огромных ещё не видел.

— А вы тут бывали, мастер? – Нилон не решался подойти к скелету.

— Ходил, и видел другие трупы. Эти тоннели – сродни склепу для василисков.

— Я и больших видел. – Верет уже пошёл дальше. – Идёмте!

Сложно сказать, сколько длился их путь. Час, два, может больше. В конце концов, окончательно выдохнувшись, юнец уселся на один из камней.

— Долго ещё? Я уже, не могу.

— Почти пришли, — архаид замер у обрыва, — пожалуйте! Эта пещера под хребтом Красной горы.

Все, в том числе и Нилон, подошли к крутому спуску. Эрен бросил взгляд на Наду, та понимающе кивнула, достала две колбы с пояса и кинула их вниз. Из-под склона донёсся мощный гул, удар, по стенам пещеры пополз белый дым, а после всё вокруг покрылось ярким светом. Просветлённая картина явилась всем путникам омерзительной: Нилона вытошнило, архаид, скрючившись, выругался, Нада отвернулась и прикрыла рот, только Эрен слегка поморщился и бросил колкий комментарий.

— Я понял, что стало с армией.

— Мы все это поняли! – Четырёхглазый оглянулся. – Там есть спуск.

Вся пещера была залита кровью. На острых, точно мечи, скалах, торчали разлагающиеся нагие тела, трупы лошадей лежали в демоническом узоре. В центре этого жуткого места был огромный пьедестал, на котором лежал меч с многоостриевым лезвием.

Четвёрка медленно и осторожно спустилась по вырезанным в стене ступеням, единственным, кроме потолка, местом, не окрашенным в алое. Архаид ступал позади всех, впереди шёл Эрен, держа ладонь на рукояти меча, за ним рядом шли Нада и Нилон. Когда они спустились, белый туман начал исчезать и окружение стало погружаться во мрак. Вся группа направилась к алтарю, обходя тела и окровавленные скелеты. Эреней встал возле широкого пьедестала, Нилон держался рядом с алхимиком. Верет отошёл назад и стал прислушиваться, он исчез в сгустившейся тьме.

— Нада. – Обратился к ней наёмник.

— Сейчас. – Она достала ещё две колбы и кинула вдаль, за алтарь.

Вновь раздался грохот, белый дым и свет пошёл от центра комнаты во все стороны. Четырёхглазый вышел из тени, остальные обернулись и посмотрели на него.

— Говорю вам, тут что-то… — его прервал мерзкий треск.

Грудь архаида насквозь пробил белый клинок, окрасившийся чёрной кровью. Верет упал, захлёбываясь в тёмной жидкости, неизвестный переступил через его содрогающееся тело и, протирая клинок, пошёл к путникам. Нилон закричал, Эрен выхватил меч и бросился на скрытого плащом убийцу. Лицо того было закрыто паранджой, на лбу красовался жуткий знак, знакомый Ливинскому наёмнику: красная птица, взлетающая в белом кругу.

— Фанатик Блуднара?! – Эреней взмахнул мечом, рубанул с плеча и сделал выпад, культист увернулся от всех атак.

— Не стоит. – Хриплый голос звучал тихо, часть слов исчезали в серой парандже. — Вам не уловить меня, наёмник.

Тьма отступила, и в свету, между красных камней и трупов, появились ещё два десятка культистов. Лица их были скрыты, мантии, в отличие от главаря, были тёмно-серые. Лидер же стоял перед Эреном в красном, с белой повязкой на шее и столь же белым мечом.

— Хватай меч, шке… Нилон! – Скомандовал Эреней.

— А!? – Юнец замешкался, неизвестные принялись их окружать.

Нада взяла орудие, всунула его в руку растерявшемуся парнишке, сама сорвала колбу с пояса и плеснула на себя. Женщина стала едва различима, будто тень. Один из культистов бросился на Нилона, кинжал с его пояса сорвался и перерезал своему владельцу глотку. Остальные попятились.

— Убейте наёмника! – Главный отошёл к стене и взял откуда-то бардовую книгу. – Не уж то со школяром и бабой не справитесь!?

Эрен сжал меч одной рукой, второй быстро плеснул на лезвие огня гидры. Чёрный клинок заблестел зелёным, когда вражеские лезвия соприкасались с ним в смертельном танце, сталь их плавилась, и от меча противника оставался обрубок. Нада, едва различимая, бегала среди камней, выхватывая кинжалы и клинки у культистов и убивая их своим же оружием. Нилон отчаянно отбивался от культиста, прижавшего юнца совсем было к алтарю. Эрен пронзил горящим мечом очередного противника, оглянулся, чтобы помочь мальцу, но нужды в том не было: из головы неприятеля торчал нож, сам культист лежал у алтаря, а над ним стояла, игриво улыбаясь, Нада.

— Вроде все! – Крикнула она, вытряхивая из густых волос серую пыль – последствия зелья.

— Есть ещё один. – Сказав это, Эрен кинулся за главным культистом, который к тому моменту уже исчез. – Тварь!

— Сейчас. – Нада достала ещё одну, предпоследнюю, колбу со своего пояса.

Она подошла к месту, где стоял неизвестный с книгой, вылила часть прозрачной жидкости на камни. Ярким светом воссияли несколько следов от ботинок с высоким каблуком, затем ещё и ещё. Следы шли вдоль стены и уходили в никуда, обрываясь возле высокого сталагмита.

— Надеюсь, ты знаешь что делать? – Нада посмотрела на наёмника, тот кивнул, она взяла последнюю колбу, все трое отступили и зелье, попав на камни, разорвало сталагмит.

Эрен направился вниз, по появившейся винтовой лестнице, за ним Нилон, в конце шла алхимик. Наёмник держал меч перед собой, чёрно-зелёное лезвие давало слабый свет. Искры на камнях отражались неестественным образом, пройдя какое-то расстояние, Эреней понял, что вокруг него не камни, а обсидиан. Чёрный путь блестел, каждый шаг отзывался сотней ударов в тоннелях, проносимых эхом.

— Этот культист, всё дело в нём. – Наёмник шёл, не смотря на спутников. – Я всё понял. Ублюдок, Четырёхглазого я не любил, но… — он встал на месте, опустив сияющий меч, — этот архаид был хорошим типом, смышленым.

— Мастер, — Нилон поравнялся с Эренеем, — мне жаль его, тоже. Но что же за культист это был?

— Это фанатики, поклоняющиеся Блуднару. – Наёмник пошёл дальше, с каждым шагом ускоряясь всё больше и больше. – Древнему божеству, раньше люди верили, что все войны в мире из-за него. Но так же, верили, будто Блуднар и привнёс в наш мир магию, заставив всё, что было живого, драться друг с другом. Звери бились, становились сильнее и овладевали невиданными способностями, так же как и затем люди. Культисты всё ещё верят, что магию можно вернуть, принося этому богу жертву.

— Это ужасно. – Нада сморщилась.

Они шли долго, почти столько же, сколько добирались до жуткой шабашной пещеры. Тоннель был один, его ответвления уходили куда-то вверх и были слишком узки даже для ребёнка. В конце концов, наёмник, алхимик и юнец оказались возле винтовой лестницы, вырубленной из обсидиана, переходящий в белый мрамор.

— Нада, — Эрен обернулся и посмотрел на неё. – Король сейчас где?

— Должен быть в тронном зале, принимать каких-то послов. – Она взглянула на странное устройство на её левой руке. – Да, если мой времямер не лжет.

— Хорошо, когда выйдете отсюда, поспешите в тронный зал. – Он перевёл взгляд на Нилона. – Увидимся там…

Спутница наёмника не ошиблась. Аллирим сидел на троне, украшенном серебряно-золотыми кольцами, спинка седалища входила в яркую красную стену. На голове короля блестела острозубая корона, одет он был в белое с золотом.

Эреней вошел в зал через потайной ход, идущий от самого подземного лабиринта. Его спутников взяли под стражу и держали возле высоких дубовых дверей, наставив на каждого по три копья. По правую руку от короля стоял его алхимик. Послы, одетые в красный с жёлтым бархат, встали между двумя рядами витиеватых колонн. Заметив наёмника, Кровд что-то шепнул своему повелителю, тот оглянулся и нахмурился.

— Мастер Эреней, — обратился Аллирим к визитёру, — у меня сейчас…

— Я знаю, кто уничтожил ваше войско. – Наёмник уверенно взглянул в глаза королю.

— Что!? – Аллирим вскочил с трона, оглянулся на послов. – Прочь отсюда! Мастер, вы нашли виновных?

— Да, культисты Блуднара. Под Красной горой была огромная пещера, полная трупов. Они приносили маленькие жертвы, но когда предстала возможность, напали и уничтожили войско.

— Как!? – Король вновь уселся на своё место. – Горстка фанатиков против армии…

— Я об этом думал. Мы с моими спутниками, — он указал на пленных, король махнул рукой, и тех отпустили, — прошли по тайному пути, следом за главой культа. Он вёл в ваш замок, в кабинет алхимика…

— Это оскорбление! – Выкрикнул Кровд. – Ваша милость, я…

— Молчать! Говори, мастер.

— В его кабинете, в тайнике, я нашёл это, — Эреней кинул паранджу культиста с красной птицей во лбу и белый меч, с засохшей чёрной кровью. – Кровь архаида. Этим мечом был убит мой проводник. А так же огромное количество “бездвижника”. Таким зельем можно было усыпить ваших солдат и перерезать всех.

— Я протестую, сир, милорд… — Кровд замешкался, выбежал вперёд, король поднялся.

Алхимика окружила стража, он сорвал одну из колб, швырнул о землю, та, разбившись, обратила солдат в пепел.

— Эреней! – Крикнул алхимик, бросившись на короля с двумя склянками в руках, — я думал, что мы заодно!

— Нет. – Наёмник выскочил вперёд, махнул мечом, и голова слетела с плеч Кровда. – Вот и всё, ваша милость. Простите, что испортил ковёр.

— Ничего. – Аллирим вжался в свой трон, точно младенец в пелёнку. – Свои деньги забери у казначея, а теперь иди, наёмник.

— Благодарю.

Трое путников покинули замок, вышли во двор. Эреней встретил казначея и забрал награду, Нада, распрощавшись с наёмником и его юным спутником, взяла грифона и покинула город.

— Мастер, а что дальше?

— Дальше? – Эрен улыбнулся, посмотрел на закат. Рыжие полосы ползли по полям и обнимали стены Золотого Предела. – Из пустынь прилетел ястреб, фениксы покинули один из своих каньонов. Лучники считают, что там лавовый элементаль.

— Ого, — Нилон в изумлении пошатнулся. – Так что делать дальше?

— Я не на людском говорю? – Улыбка с лица наёмника испарилась. – Седлай коней, мы едем на охоту.

Глаза юнца заблестели, он встрепенулся и побежал спиной, невнятно бормоча:

— Да, мастер, я всё сделаю, можете уже идти в конюшню!

— Эх, — когда Нилон скрылся, наёмник вновь посмотрел на закат и улыбнулся. Ветер колыхнул его чёрные волосы и Эрен, глубоко вздохнув, накинул капюшон. – Ему ещё учиться и учиться. Но, для юнца всё только начинается.

Сказав это, он покинул горную вершину, спустился в конюшню, где уже были осёдланы кони. Мастер уехал из столицы со своим учеником, солнце скрылось за горами, и путников ждал впереди ещё долгий путь.

   

читателей   175   сегодня 2
175 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 4. Оценка: 3,25 из 5)
Загрузка...