Мужской клуб Эрлбери

— Эльф, орк и дварф? Ты надо мной издеваешься? А, Флобби? — просипел посеревший Эрл, прижимая лицо к окну. — Как ты смог уговорить их всех прийти?

Флобби моргнул огромными глазами и протянул отросшую ложноручку. Из неё торчала тонкая брошюра.

«Мужской клуб… Познай себя… Будь настоящим мужчиной…» зацепил Эрл на бумаге.

— Да-да, я попросил тебя раздать купоны на мою встречу, но как…

Эрл замолчал и плотнее прижался к стеклу. Три напряжённые фигуры старательно делали вид, что вокруг никого нет, а сами случайно оказались здесь и вообще кого-то ждут.

— Мда, Флобби. Они не знали, кто будет на встрече, верно?

Флобби хитро посмотрел на друга, будто намекая: «А сам-то знал, кто придёт?»

— Ты прав. Зови их. Нечего пылиться на обочине.

Флобби сыто «уркнул» и укатил за порог. Эрл тем временем отлип от окна, поправил металлическую коробку для пожертвований на полке, на которой эмблему его психологического факультета нарисовала бывшая сокурсница. Эрл обошёл фарфоровые и металлические фигурки, которые коллекционировал хозяин квартиры. На зеркальных боках отразился маленький крылатый человечек. Встав на краю, он пригладил волосы, отряхнул куртку и, взмахнув крылышками, оттолкнулся от полки. Пикси подлетел к висящему на противоположной стене сертификату с золотистым тиснением и завис перед ним.

— Осталась только полевая практика, — прошептал он себе и вспорхнул на стол, где его ждали небольшие стульчик и столик. Для будущих участников клуба пикси попросил поставить четыре стула обычного размера.

Первым в помещение вломился дварф. Низкорослый и крепкий – типичный представитель своего народа. Короткая рыжая борода выдавала в нём подростка, если так можно сказать про существо, которому за пятьдесят. Он раскачиваясь протопал до третьего от двери стула и грохнулся на него. Клановый ритуальный молот с золотистой эмблемой он бросил на стол и чуть не промазал. Ударившись о столешницу, молот вызвал локальное землетрясение под стульчиком Эрла. Пикси прижал лежавшие на столике бумаги своим скромным весом, чтобы те не разлетелись. Облупленная клановая железяка наполовину закрыла лицо дварфа от пикси.

Орк с эльфом практически столкнулись в дверях. Каждый норовил войти первым. Широкий орк сделал движение плечом в сторону тощего эльфа, но тот, как типичный ползучий гад, извернулся и просочился мимо. Орк шибанул дверной косяк, заворчал, сжал кулаки …но сдержался. Он коснулся кулона на шее и последовал за ушастым.

Всё трое расселись на стульях и уставились на Эрла: эльф, дварф и орк. Пикси подровнял стопку бумаги, заточил перо колибри. Разумеется, у него в кармане лежала нормальная ручка, но для первой встречи он решил достать что-то повнушительнее.

— Так, уважаемые, — внятно и достаточно громко для столь щуплого тельца сказал Эрл. — Прошу сдать купоны, если вы участвуете в первой встрече бесплатно.

Орк с дварфом зашуршали по карманам. На стол легли два мятых листочка с надписью «Акция». Спустя несколько секунд поверх них плавно опустился листочек в таком идеальном состоянии, которого Эрл даже у печатников не видел.

— В сокровищнице хранил? — грубовато спросил орк. Дварф хихикнул.

Эльф проигнорировал обоих и спросил пикси тихим властным, тигриным голосом:

— Когда придёт мастер Эрлбери и мы начнём?

В комнату с улицы вернулся Флобби, захлопнул дверь и укатился в соседнюю комнатёнку. Зазвенела посуда.

Дварф заёрзал на стуле и с интересом посмотрел на кухоньку.

Эрл ответил эльфу:

— Сейчас нальём чаю и приступим.

Маска безразличия и пренебрежения замерла на лице эльфа, дварф продолжал смотреть на кухню. Орк отпустил кулон, который сжимал до этого, расстегнул кожанку, открыв чёрную майку с лого рок-группы «За орду!» и почесал живот. После этого он подвинул к себе четвёртый стул и закинул на него мощные ноги.

Стул… Выставить все углы…

— Флобби, — с ноткой напряжения позвал Эрл. Помощник выглянул из дверей — А кто будет четвёртым участником? Нам нужен пятый угол.

Флобби моргнул своими большими, будто нарисованными, глазами и подкатился к столу. На уровень столешницы выползла тонкая ложноручка и в кучку купонов опустился ещё один, почти не мятый, листок.

Эрл уставился на Флобби. Пикси никогда не задумывался о половой принадлежности своего студенистого друга и помощника. Называл его «он» скорее из удобства, нежели из чёткого понимания… И как определить пол у порции плотного непрозрачного желе розово-серого оттенка, которое шариком перекатывается по полу и ловко выдвигает ложноручки и ложноножки для работы?

— Чай скоро будет? — прервал гляделки дварф и его возмущённо поддержал урчащий живот. — Обещали налить, а всё не несут.

Флобби не отвёл взгляд и Эрл всё-таки кивнул.

— Хорошо. Занимай пятый угол и начнём.

Желейный шарик подпрыгнул, мягко шлёпнулся на пол и укатил на кухню. Спустя полминуты, звякая ложечками, он вернулся обратно. Флобби нёс, если так можно сказать, сразу четыре чашки и тарелку с печеньем.

Дварф аж наклонился вперёд, а орк снял ноги со стула.

— Уважуха, шарик, — сказал зелёный и подхватил печеньку с тарелки. — Тебя поднять?

Флобби, как всегда молча, изменил форму и переместил себя на стул.

— Усёк. Вопросов больше не имею, — пророкотал орк и с трудом сдержался, чтобы не погладить шарик желе.

Флобби, кажется, не возражал бы.

Гости успокоились и перестали ёрзать на стульях. Кроме эльфа – тот не двигался с момента, как коснулся сидения. Ведущий переложил листочки, дёргано сделал пометку в тетрадочке и наконец заговорил.

— Приветствую, господа мужчины. Приятно видеть вас в нашем клубе.

Эльф смотрел сквозь мелкого пикси; дварф ел третью печеньку и не слушал; а орк изучал Флобби. Только аморфный друг предано вглядывался в Эрла.

— Меня зовут Эрлбери и я стану вашим проводником, — пауза, как по книжке. — Проводником к чему, спросите вы? К вашей скрытой сути, к истинному «я». Окружающий мир мешает нам стать настоящими мужчинами. Мы вынуждены завоёвывать право быть собою.

— Это как? — перебил дварф и несколько крошек вылетело у него изо рта.

Эльф, на которого попала одна крошка, демонстративно взял её и скинул на пол. Дварф вжал на секунду голову в плечи, но продолжил:

— Я думал здесь будет нормальная мужская тусовка, посидим, погудим.

— Кстати, хорошая мысль, — Эрл вытянул шею и посмотрел на бородатого, как опытный следователь. — А что значит, по-вашему, нормальная мужская «тусовка»? И представьтесь, пожалуйста.

Дварф вытер рот тыльной стороной ладони, выпрямил спину и пророкотал:

— Бордин! Сын Ордина, мастеровые Квесселы!

— Как интересно, — протяжно сказал эльф не глядя на дварфа.

— Чего?

— Не отвлекайтесь, Бордин. Скажите про мужскую компанию, — попросил Эрл.

— А что этот тута, — хмыкнул дварф, но всё-таки ответил. — Ну, нормально посидеть, пивка попить, песен попеть, может морду каким уродам набить.

— То есть вы считаете, что смысл жизни мужчины именно в этом?

— Да не обращайте внимания на пацана, — перебил орк. Бордин покраснел, но не успел ничего сказать. — По нему же видно, что только вылез из гнезда, борода не отросла. Ему только пиво и подавай.

После этого зелёный эффектно раскидал полы куртки в стороны и добавил.

— Я Гвагхал, если что.

— Просто Гвагхал?

Орк стушевался и опустил голову. Снова коснулся кулона на шее.

— Гвагхал… Потерянный.

Даже дварф, который вылез из ступора и готовился высказаться, лишь ойкнул. Эрл выдавил из себя вежливое:

— Соболезную.

Орк кивнул. Только теперь пикси понял, что орк касается не кулона, а обычной серебристой серёжки в форме клыка, которую носят женщины городского рода орков. Той, что привела его в город и которую он потерял.

— Простите за вопрос, но всё-таки… Что же вы тогда считаете мужской сутью?

Гвагхал показал зубы:

— Тут всё просто. Нормальный мужик должен уметь удержать в руках две вещи: топор и бабу. Держать и защищать. Остальное приложится, — и сразу вздохнул. Кулак сжался на серёжке и сбитые костяшки побелели.

— Спасибо, — Эрлбери опустил глаза и сделал пометки в тетради.

Руки не выдали того, как сильно сжалось сердце маленького пикси.

— А теперь давайте послушаем нашего третьего гостя.

Эрл посмотрел на эльфа. Три красных ногтя говорили о молодом для эльфа, но почтенном для некоторых других рас, возрасте в сто лет. Затейливая эмблема на лацкане дорогого пиджака — древний род. Как и типично эльфийская, вечно непроницаемая маска пренебрежения на лице.

Он совершенно не вписывался в эту компанию и простецкую обстановку. Словно ребёнок вырезал картинку государственного приёма из газеты, после чего вклеил в отчёт об успехах городской сувенирной лавки.

— Унриель, дом Мори, — после раздражающей всех паузы ответил эльф.

Дварф подавился, а орк поднял бровь. У Эрла затрепетали крылышки. Мори по факту владели городом и не стеснялись это показывать.

— Истинная суть мужчины — быть правителем. Чем ближе к трону — тем лучше, — по-звериному тихо и жутко сообщил Унриель. — Ничто не остановит его. Он пройдёт боль и унижение. Дойдёт до вершины, откуда легко уничтожит всех, кто ему мешал.

Эрлу показалось, что голос Унриеля чуток дрогнул.

— Нафига это надо? — пустил петуха Бордин.

— Как минимум, чтобы всякая шваль не вякала под руку, — нет, всё-таки голос эльфа оставался тихим и спокойным. —  К тому же я могу выгнать ненужного работника, вроде тебя, гном, вместе со всем его кланом. А то я слышал ваша семейка совсем перестала делами заниматься.

— Вы не посмеете! Мы почти вернули долг! — щёки под бородой побледнели. — И я не гном!

— Но не вернули же? И я вправе делать то, что считаю нужным, — лёгкий поворот головы, чтобы впервые посмотреть на Бордина. — В том числе называть тебя гномом.

Дварф побелевшими пальцами схватился за рукоять молота. Орк вскочил и навис над дварфом и эльфом.

— Ты охренел, полудурок! — непонятно кому крикнул Гвагхал.

На глазах Эрла собрались убить представителя правящего дома. После такого ему точно не дадут вести лекции.

— Бабьё! Заткнулись и сели! Мужики, мать вашу! — голос пикси долбанул по комнате, как молот дварфов по наковальне.

Участники перепалки замерли и даже невозмутимый эльф приоткрыл рот. Тихий Флобби с бульканьем упал со стула.

— Прищемите зад и помолчите! Боже! — пикси запрокинул голову и закрыл глаза руками. — Говорили профессора, что разумные существа тупые. Но не настолько же? Взрослые люди… Флобби! Вернись на стул! Нам нужны все углы!

В комнате повисла тишина, которую изредка нарушали галдящие на улице птицы.

— Господа, у меня для вас три новости: хорошая, плохая и… третья. С какой начать?

Участники клуба походили на мифических троллей, которые окаменели при свете солнца. Только Флобби вытянул ложноручку с чем-то похожим на кулак с оттопыренным средним пальцем.

— Плохая так плохая, — злорадно сказал Эрл. — В этой комнате нет настоящих мужчин. Не завезли. В лучшем случае — мальчишки, у которых появился первый пушок на причинных местах.

— Эм, — протянул орк, разворачиваясь в сторону Эрла. — Что тогда хорошего ты увидел здесь, умник?

Пикси ткнул маленькой ручкой в сторону сертификата на стене.

— Если бы поинтересовались чем-то кроме самих себя, то узнали, что моя специализация как раз-таки вам поможет.

— А что за третья новость? — с почти неуловимым любопытством спросил эльф Унриель.

— А третья новость в том, что если не будете пить чай, он окончательно остынет и превратиться в бурду.

Эрл нарочито громко хлебнул из своей крошечной чашечки. Остальные последовали примеру, кроме Флобби, который не питался и не пил в привычном смысле слова. Он удлинил ложноручку, подхватил с тарелки печеньки и подсунул их под нос каждому участнику клуба.

— Спасибо, — почти одновременно ответили эльф, орк и дварф, переглянулись и уткнулись носами в чашки.

Пикси опрокинул в себя остывший чай, вытер со лба капельки пота и спрятал «аварийный листок» со стрессовыми формулами вниз стопки. «Кто бы мог подумать, что пригодится», — мелькнуло у него в голове.

— Надеюсь теперь мы двинемся дальше? — спросил ведущий с меньшим нажимом. Первым «кивнул» довольный Флобби и вслед за ним — остальные.

— Хорошо. А то я уже подумал, что перепутал место встречи, — сказал Эрл.

Шутку поддержали холодно-вежливыми улыбками.

— Здесь нет тех, кто выше, и тех, кто ниже. Здесь нет слуг и господ. Здесь собираются мужчины или те, кто хочет ими стать. Вы пришли сюда — значит вас что-то тревожит. Вы чувствуете, что вы не на своём месте. Вам не даёт покоя мысль, что занимаетесь какой-то ерундой и вам навязывают быть кем-то, кем вы не являетесь.  Вам не дают право выбора жить по-своему. Здесь вы сможете стать собою. Если захотите. Вы можете уйти в любой момент. Но уйдёт один — пентаграмма падёт и по домам пойдут все. У вас есть последний шанс принять решение: остаться и работать или уйти и продолжить глушить собственный голос сердца, — пауза. — Что выбираете?

Снова повисла тишина. Эльф Унриель смотрел перед собой. Дварф Бордин изучал печеньку в руках. Орк Гвагхал косился на Флобби. Шар желе раскачивался из стороны в сторону. Первым заговорил орк:

— Я останусь, если останется Шарик, — и показал на Флобби. – Он мне напоминает… Напоминает.

Флобби утвердительно булькнул. Орк кивнул:

— Остаюсь!

Пикси посмотрел на дварфа.

— Эх, — Бордин укусил печеньку. — Вкусные… Как скажете — мне всё равно неку… есть свободное время.

— Унриель? — спросил Эрл.

Эльф не реагировал несколько секунд, после чего медленно повернул голову и ответил:

— Я… – после чего резко прикрыл глаза рукой, будто они заболели. — Хорошо. Попробуем.

Он убрал руку от лица, открывая окружающим привычно без эмоциональное лицо.

— Спасибо. Тогда приступим к теме встрече. А звучит она…

В дверь постучали. Так постучали, что с полки у двери посыпались мелкие безделушки хозяина квартиры. Флобби уркнул.

— Да, ты прав. Хозяин будет недоволен, — ответил пикси. — Кто-то опоздал на встречу?

Флобби замотал «головой».

— Интересно.

Снаружи ждать приглашения не стали и просто пнули дверь. Она в ореоле щепок с треском грохнулась на пол. На пороге расположилась компания из пятерых эльфов в модных в этом сезоне пиджачках и кепи. Уши кровожадно торчали над головными уборами.

— Вы чего-то хотели? — педагогично спросит пикси.

Эльфы не отреагировали и молча устремились к… дварфу.

— Эй-эй, отвяньте от меня! Не трогайте! Я ни при чём! Мы всё отдадим! — Бордин отбивался руками и ногами, но трое ушастых в кепи ухватили его с разных сторон. Дварфу оставалось лишь цепляться свободной рукой за стул и причитать:

— Не надо! Пожалуйста, не надо. Осталось немного. Я не виноват, я не виноват.

Тяжёлые капли слёз окропили пол.

Первым среагировал Гвагхал. Он схватил ближайшего к себе эльфа за плечо и дёрнул на себя:

— Вы что себе…

В лицо орку прилетел тяжёлый удар кастетом от эльфийской шпаны и зелёный рухнул между стульев, снесся по ходу дела Флобби. Стоявший у двери эльф подскочил к Гвагхалу и пнул его с размаха.

— Не лезь, мразь. А не то там же окажешься, гнида зелёная, — рявкнул один из ворвавшихся эльфов, на лацкане которого переливалась затейливая эмблема.

— От гниды слышу, Тамриель.

Все замерли. Ответил не орк, которого пнули. Не дварф, который висел на руках ворвавшихся эльфов. Ответил Унриель — заносчивый эльф, который недавно наезжал на Бордина. Теперь он возвышался над всеми и от него веяло превосходством настоящего властелина.

Пикси, который предпринимал очередную попытку вновь начать дышать, глянув на эльфа, полез за «аварийным листочком», но…

— Это кто тут заговорил? — сплюнул на пол Тамриель. — Неужели сама принцесса Унриель?

Шпана даже не ухмыльнулась, будто прозвучало не оскорбление, а обычный факт.

— Решили сменить постель на что-то погрубее, ваша высочество? — он обвёл глазами помещение. И подобострастно добавил. — Если хотите, ваше высочество, я могу передать управителю, что вы меняете место прописки.

И резко, будто голос эльфа подменили, саркастично-подобострастный тон сменился на грубый и злой:

— Мне насрать, кто вас пендюрит, ваше высочество, но в мои дела и дела управителя не лезьте.

В этот момент случилось несколько вещей. Лицо Унриеля будто раскололось пополам и по нему пробежал бриллиант слезы. Пикси завороженно наблюдал за этой особенностью физиологии эльфов, которая вынуждала их быть практически неприступными и безэмоциональными для внешнего наблюдателя. Однако никто кроме Эрла не заметил настоящего бриллианта, поскольку с противоположной стороны комнаты о косяк хлопнула ранее выбитая дверь.

Флобби из круглого милого шарика распластался в мерзкое, как плевок эльфийской шпаны, пятно грязного цвета, которое оплело дверь и скалило слизистую уродливую пасть, издавая при этом жадные глотающие звуки.

— Мать моя, Великая, — прошептал один из неожиданных гостей.

Пикси привлекло движение. Бордин отпустил стул и махал рукой:

— Эрлбери! Сюда! — он показывал на стол, где с начала встречи покоился дварфский ритуальный молот.

Пикси увидел, что сделан молот грубо, вместо позолоты — обычная краска и даже рукоять прикрыта не кожей, а строительной изолентой. Несмотря на всё это просьба Бордина казалась абсурдной: как существо двадцати сантиметров росту может поднять и кинуть увесистый молот? Особенно, если ты ещё и преподаватель, и против тебя шестёрки самых могущественных существ в городе? Это пронеслось в голове Эрла в мгновение.

Однако его клиентам, которые пришли за помощью, нагло и бесцеремонно угрожали.

— Я планировал оставить её на выпускной, — прошептал пикси, вскочил со стульчика, перепрыгнул столик и рванул к молоту.

Он врезался в него со всей своей скромной мощи, но ничего не произошло.

Как там учил отец?

Выпрямить спину, растянуть крылья, как на пыточном колесе, сосредоточиться. Внутри заклокотало, по спине пробежал ток и…

— Лови-и-и-и-и! — раздался крик пикси и фиолетовая пыльца посыпалась с крыльев.

Молот с лёгким «воу» рванул с места и метнулся в руку Бордина, как голодный и заскучавший пёс. Дварф ничего больше не сказал и не спросил. Он извернулся и со всей молодецкой дури долбанул по голове держащего его за ногу эльфа. Тот без звука лёг. Ещё удар и другой эльф увернулся, но отпустил вторую ногу. Третий оступился и споткнулся о ноги Гвагхала.

А дальше Эрл лишь уворачивался от ударов и бегал по комнате, чтобы не попасть под раздачу. Стол сломали телом одного из эльфов и мелкие заметки снегом разлетелись по комнате. Следом пролетел Бордин без молота и впечатался в стену. Орк добивал лежащего стулом, а Унриель показывал мастерство высших боевых школ, отбиваясь сразу от двух противников.

Только уличная школа не подразумевает правил… От удара дварфовским молотом по голове, Унриеля спасла лишь реакция, но удар по животу он уже пропустил и согнулся пополам.

— Ну, принцесска, — Тамриель врезал по лицу Унриеля. — Доигралась?

Унриель лежал на боку, по лицу текла кровь. «Она почему-то в бриллианты не превращается», — отстранённо подумал пикси. Тамриель тем временем продолжал бить ногами лежащего эльфа:

— Может научить… твой горе-зад… тому, что такое настоящий мужчина? Перестанешь… искать на стороне… всякую шваль?

Унриель молчал, зато громко застонал Бордин и второй оставшийся на ногах эльф обернулся на звук.

Как раз, чтобы поймать лицом безрассудного пикси.

На крик эльфа с расцарапанными щеками повернулся Тамриель, чтобы увидеть бросок Гвагхала.

Отломанная ножка стула устремилась в полёт. Ушастая сволочь отклонилась, но в последний момент Флобби выстрелил длиннющей ложноручкой и коснулся летящей ножки. Деревяшка с жирным, смачным чмоканьем вошла в глаз эльфа. Во все стороны брызнули кровь и крик.

Второй эльф откинул пикси, оценил разруху и, схватив начальника, бросился в окно.

— Тощие твари, — просипел Гвагхал под звон стекла. — Надо убираться отсюда, пока эти не оклемались.

В ответ снова грохнулась дверь. Флобби шариком подкатил к лежащим в разных позах эльфам, засосал в себя их ноги и громыхающим паровозиком утащил за порог.

— Ну, или так, — философски сказал орк и неуклюже встал. — В любом случае пора валить в край далёкий, путь нелёгкий.

— Да уж, — лишь ответил пикси.

В арендованной комнате висела пыль, торчали щепки сломанного стола и поблескивали стёкла вперемежку с битыми чашками. А ведь Эрл оплатил комнату на месяц вперёд.

Гвагхал помог Унриелю встать, пикси опрокинул на Бордина вазу с водой и дварф очухался.

— Что? Нет! Не сдамся! Мама!

— Спокойно! У нас передышка, но надо уходить.

— Молот?

— В том углу!

— Тогда можем.

Эрл сделал вид, что не заметил, как Бордин подобрал с пола ложку и засунул её себе в карман.

Все уже стояли на ногах и ждали, пока пикси соберёт рассыпанные по полу бумаги, когда вернулся Флобби. Он осмотрел комнату, прокатился по ним волшебным уборочным ураганом и втянул в себя все листики.

— Бульк! — чётко сообщил Флобби всем и народ быстро двинулся наружу.

Выходили на улицу по одному и оглядываясь по сторонам. Последним покидал мужской клуб пикси. На пороге он заметил оставленную на полке металлическую коробку для пожертвований с символом своего факультета, которая чудом не упала во время нападения.

Растворяясь в вечерних сумерках, он слышал бренчание в коробке, но не мог увидеть, что в ней лежат простая женская серьга, ложка и две застывшие брильянтовые слезы.

 

   

читателей   117   сегодня 1
117 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 2,33 из 5)
Загрузка...