Осенняя ритурнель

Внезапно раздался звон колоколов. Ева от неожиданности вздрогнула.  Подбежав к окну, она распахнула его, в комнату ворвался ветер вместе с  перезвоном музыки. Это недавно построенная церковь, подала свой голос.

Глубоко вдохнув свежего воздуха, Ева прошептала: «Хорошо—то как!»

Сквозь начинавшую желтеть листву на деревьях, хорошо видна была часть церкви и колокольни. «А вид из окна стал совсем другой», — пропела она в такт красивому перезвону.

 

Жильцы девятиэтажного дома распахнули свои окна, слушая колокольный звон. Некоторые крестились, не видя церкви, из—за деревьев. Во дворе дома играло много детворы, которая поворачивала головы, стараясь понять, откуда колокольный звон.

 

Семья Евы жила в большом многоэтажном доме давно. Лет двадцать назад сюда принесли родители её из роддома. А теперь она студентка юридического университета. Её большие чёрные глаза придавали лицу загадочность, а легкая спортивная походка вызывала интерес у ребят—однокурсников. Ее небольшая комната вместила в себя диван и два кресла. Внизу на широкой полке стоял телевизор. До Евы доносился монотонный голос Эдварда Радзинского: «…революция для русских социал—демократов стала религией».

 

Возле окна стоял стол, на столе—компьютер. Слушая телевизор, она принялась за уборку своей комнаты, потом перешла в зал, протерла там пыль. Ева села в кресло и досмотрела передачу о столетии второго съезда РСДРП.

 

Она опять подошла к окну, выглянула во двор, детвора видимо уже дома, малыши днём спали после обеда. Да и звон колоколов давно затих.

Из друзей—студентов в городе остался только Пашка. Она подумала: «Пашка-клад, что ни спроси, все знает, золотая голова». Голова у него действительно золотая, в смысле рыжая, очки придавали ему внушительный вид.

 

Он уживался в любой кампании и в наш век всеобщей нелюбви умел любить людей. Ева не сразу нашла свой телефон, долго ходила по квартире, заглянула на кухню, потом в ванную,в комнату родителей и, наконец, нашла его в прихожей.

 

Набрала номер телефона друга, ей хотелось поговорить с кем—нибудь. Раздался хриплый голос Павла : «Привет, я болею: горло».

— Колокольный звон слышал? — спросила она.

— Конечно,— ответил Пашка, — прямо осенняя ритурнель. Ева хотела спросить, что такое ритурнель, но в это время раздался звонок в дверь.

 

Ева, быстро попрощавшись с ним, пошла открывать дверь в прихожей. Это отец вернулся с работы.

— У меня отпуск,— с порога заявил он радостно дочери.— Едем всей семьёй отдыхать!

— Дочь, надо купить продукты! — уже из кухни командовал отец. Ева, улыбаясь, не отставала от отца, следовала за ним.

 

Она быстро собралась в магазин, накинув легкую куртку на платье, прихватив с собой кроме авоськи свою сумочку. Взяла у отца деньги на продукты и быстро вышла.

— Все как всегда! Одна нога здесь — другая там, завтра утром выезжаем. —Плохо, что  Пашка болеет взяли бы с собой, — пронеслось в голове у неё.

Ева вышла из дома, прошла по тенистой улице и оказалась на залитой солнцем площади.

 

Навстречу ей двигалась машина, она поливала площадь водой. Молодой водитель, весело улыбаясь, окатил её с головы до ног водой и произошло невероятное. Ева исчезла, она растворилась в воздухе.

 

Очнулась Ева в зале, где находилось много народу. Вся мокрая, она немного дрожала. Подняв глаза, она прочитала: «Да здравствует второй съезд РСДРП!» Мужественно приняв эту информацию, Ева отметила про себя, что она не боится и понимает ,что с ней произошло.

 

К ней подошёл молодой человек и спросил, от какой она фракции. Чуть было не сорвалось с языка: «От Жириновского, ЛДПР» — слишком уж внезапен был вопрос.

 

Она встала и все ещё мокрая поспешила выйти, двери были рядом.

Молодой человек опешил: здесь съезд, а она вся мокрая,странный город Лондон и его жители.

— Надо обсохнуть сначала,— подумала Ева. Солнце было летнее, жаркое,и дул теплый ветер.

 

Пройдя вдоль берега, она пыталась успокоиться, не впасть в истерику. Через полчаса она обсохла. В руках Ева держала по—прежнему авоську, а на плече висела сумочка.

 

Она достала зеркальце, взглянула: на неё смотрело испуганное лицо. Её волосы уже высохли.

— Надо их причесать,— подумала девушка.

 

Тут к ней подошла собака и обнюхала её.

— Сейчас главное не удивляться ничему,— решила она.— Собака,так собака.

Собака легла возле её ног и не собиралась уходить.

 

Ева внимательно осматривала местность: впереди было море, берег был почти пустынный, совсем недалеко возвышался двухэтажный деревянный дом.

 

Мысли её путались, она присела, провела руками по голове.

— Сходила за продуктами, — сказала она вслух сама себе.

 

Морские волны шумели и успокаивали её. Собака смело подошла к воде. Набежавшая волна окатила её. Она спасалась от жары.

— Где же хозяин собаки? — подумала девушка, глядя на её купание. Ева заметила, что собака не уходит далеко от берега. Явно кого—то ждала.

«Значит , я в Лондоне?! Чудеса..Как же так?!» — стала опять говорить вслух Ева. Идти было некуда, на пустынном берегу стоял один двухэтажный дом.

 

Она стала ходить возле Большого Камня кругами, потом поворачивалась спиной к морю и смотрела, нет ли поблизости людей. Преодолевая страх, Ева побрела к дому.

 

Начинало темнеть, и становилось все прохладней от близости моря.

Собака следовала за ней в надежде, что человек её накормит.

 

Она шла, обдумывая, что скажет хозяину дома, пытаясь заучить текст по- английски. Но хозяин дома, увидев её издалека, поспешил ей навстречу.

Он любезно пригласил гостью в свой дом.

 

Ева оказалась в холле, большую часть, которого занимал камин, возле камина стояла мягкая мебель.

 

Старый Сэм,хозяин дома, решил угостить гостью чаем. Ева села в кресло поближе к теплому камину и через минуту уже спала. Она очень устала и иногда ей казалось, что она в Англии не несколько часов, а несколько лет.

Когда Сэм вернулся с чаем, то увидел её спящей.

 

Сэм Уилкс всю жизнь жил в ожидании чуда. Он не всегда был одинок,когда—то у него была дочь, которая погибла. Чудо свершилось, и в его кресле спала девушка очень похожая на его Дженни. Теперь он боялся только одного, чтобы она не исчезла. Весь вид незнакомки говорил о том, что она свалилась с неба и пришла именно к нему.

 

Старый Сэм поспешил в свою комнату, чтобы поблагодарить Бога. В это время колокола английской церкви призвали прихожан помолиться, оставив все свои дела.

 

Ева проснулась от этого перезвона, резко вскочила с кресла. Её сумочка упала на пол.

— Осенняя ритурнель,— вспомнились ей последние слова Пашки.

 

От этого звука старый Сэм вздрогнул, вошел в холл и увидел незнакомку, которая рыдала навзрыд, поняв,что это не сон и она не дома. Хозяин дома от увиденного машинально сел в кресло, потом тотчас встал, потом опять медленно опустился в кресло. Его незнакомка не рада совсем таким чудесам.

 

Он опустил голову и замер в ожидании приговора. Все ещё всхлипывая от слез, она увидела своего спасителя, сидящего в несчастной позе в кресле. Её сердце сжалось от сострадания к нему. Еве показалось, что он похож на её деда, который жил под Москвой.

— Я не буду ничему удивляться, — сказала Ева сама себе уже в который раз.

— А хозяин дома, видимо,очень добрый человек, так встречает меня, как будто ждал сто лет,— так объяснила себе поведение старого Сэма Ева.

 

Вытерев слезы, она подошла к хозяину дома и поблагодарила его за гостеприимство на русском языке. Чай они пили молча иногда встречаясь взглядами, говорить не хотелось ни хозяину, ни ей.

 

Она убрала посуду со стола, вынесла остатки хлеба собаке. Собака радостно приветствуя её хвостом, поняла, что они нашли постоянный приют.

Поселилась Ева на втором этаже, где было ещё три комнаты.

 

Так закончился первый день Евы в гостях, в незнакомой стране.

Через несколько дней Ева и старый Сэм понимали друг друга с полуслова, ведь она изучала английский язык в школе и в университете. Сэм, успокоившись, что Ева его не покинет, стал спать по ночам, а иногда и днём.

 

У Евы было много свободного времени, она изучила предместье Лондона, знала, где находится аптека, магазин, церковь. Девушка часто ходила к морю на прогулку с собакой, где сидела и думала о родителях, о своём возвращении домой. Документов с собой у неё не было и как юрист она понимала,что даже документы здесь не помогут, разница во времени была сто лет. Она стала замечать за собой, что всякий раз, как звучат колокола, она начинает молиться — прося Бога, помочь ей вернуться домой.

 

По вечерам Ева на английском языке читала старому Сэму газету. Сэм кивал головой при чтении и иногда поправлял свою девочку — учил её правильному произношению.

 

Из газет она узнала много интересного: Лондон ещё жил воспоминанием об Энрико Карузо, итальянском певце. Карузо играл на гитаре, фортепьяно, трубе, даже рисовал карикатуры.

 

Старый Сэм любил слушать, как читает Ева хронику королевской семьи.

С интересом Ева прочитала, что второй съезд РСДРП продолжает свою работу.

— Надо посетить съезд, — подумала Ева, — послушать родную речь. Павлу потом расскажу!

 

Прошла уже неделя, как Ева появилась неожиданно в доме гостеприимного Хозяина. Сегодня она решила отправиться с утра на прогулку по Лондону.

Девушка шла по мостовой, вспоминая Павла и его теорию о Времени.

 

Ева пыталась дословно вспомнить разговор, который теперь стал для неё очень важным. Но ей вспомнилась только фраза Пашки: «Что скажут нормальные люди, если они услышат, что господин Эйнштейн шесть лет думал о пустоте?»

 

Она шла по улице, не замечая прохожих. В доме Сэма оказалась одежда её размера ,что очень удивило её. Выглядела девушка, как англичанка, модно и богато.

 

На неё внимательно смотрел молодой человек, ему вспомнилось,где он её видел. Они узнали друг друга, Фридрих узнал в Еве ту девушку на съезде, к которой он подошёл с вопросом, от какой она фракции. Фридрих вежливо улыбнулся и попросил разрешения сопровождать её по улицам Лондона.

 

— Хорошо, вы будете моим экскурсоводом, — сказала Ева и улыбнулась. Профессиональный революционер Кол не поверил своим глазам: улыбка сделала её лицо загадочным и таинственным.

— Чудеса, — подумал он,— в Петербурге много красивых женщин,но такого лица я ещё не видел.

 

Фридрих был очень высокого роста, держал спину всегда прямо, друзья дали ему кличку «Кол» шутя, но она прилипла к нему. Фридрих никому не доверял, царские ищейки научили его осторожности. Лицо его было худым, глаза серые и внимательные, волосы тёмные, короткие.

 

Он принял Еву за молодую путешественницу из России, значение слова «экскурсовод» он не понял. Кол любил знакомиться с богатыми молодыми женщинами и брать деньги на святое дело: революцию.

 

Профессиональный революционер был большим психологом, ему вспомнилось как одна молодая графиня пожертвовала очень большую сумму на «святое дело». Графиня влюбилась в Фридриха, в её глазах он был «бедным рыцарем».

 

— Очень хорошая погода в Лондоне в августе. Это всегда так? — заметил Фридрих, обращаясь к Еве.

— Не знаю, — ответила Ева чистосердечно, — я здесь совсем недавно.

— Наверно, гостите.. у родственников? — пытался прояснить обстановку Кол.

— Я живу в доме старого Сэма Уилкса, — сообщила Ева и подумала, что разговор надо перевести в другое русло.

— И поэтому спросила Фридриха, что он, русский человек,тут делает. —Фридрих не скрывал, что он делегат второго съезда и через несколько дней уезжает назад в Петербург.

— А вы были в Петербурге? — неожиданно опять спросил Кол — очень красивый город!

— В Москве была, — ответила Ева кратко,вспоминая поездку всей семьи прошлым летом. Девушка что—то скрывает,— заметил про себя Фридрих.

— Разрешите вас навестить ещё,— попросил он Еву,— а сейчас у меня дела.

 

Кол, извинившись, быстро пошёл вниз по улице. Ева была рада, что любопытный молодой человек ушёл, она не была готова к разговору. Ева вздохнула и, не оглядываясь, устремилась прочь от него в противоположную сторону.

 

Возле дома Ева вспомнила, что не видела с утра собаку. И поэтому она пошла к морю, где увидела, что собака сидела рядом с незнакомым мужчиной. Ева совсем забыла, что собака не её и у неё, конечно, есть хозяин.

 

Пес увидел Еву и радостно кинулся к ней, оставив хозяина. Она обняла собаку. Мужчина подошёл к девушке и сказал просто: «Я Артур, здравствуйте!»

 

Она не ожидала, что услышит родную речь, сделала шаг назад и молча рассматривала незнакомца. Артур был небольшого роста, крепкого телосложения, на руке татуировка — И10;34 и свежий шрам возле подбородка.

Сегодня он заработал себе и собаке на хлеб, участвуя в кулачных боях.

 

Не дождавшись ответа, он подошёл к Большому Камню, легко его приподнял и вытащил оттуда пакет. В пакете оказалась футболка. Молодой человек быстро надел её. Еве бросилась в глаза надпись на футболке «Би-2».

— Вы присматривали за моим псом? — спросил Артур.

 

Ева вместо ответа на его вопрос, спросила тихо, почти шёпотом, боясь упасть от волнения: «Вы из двадцать первого века?»

— Оттуда, — ответил он, успев подхватить падающую на песок незнакомку.

 

Каким—то шестым чувством, он сразу определил, что она его современница,

не смотря на ее одежду. Артур хорошо понимал её состояние шок пройдёт, минут через двадцать.

 

Очнувшись, первый вопрос, который задала Ева это: «Ты знаешь,как вернуться домой?»

— Нет,— ответил Артур просто.

 

Они сидели на песке, ещё не веря своей встрече, надежда на возвращение домой вдруг поселилась в их сердцах. Ева подробно рассказала Артуру свою историю: про своего отца, про собаку, про съезд, про Сэма и про Фридриха.

 

Артур внимательно слушал, из всего услышанного он сделал вывод, что Еве повезло со старым Сэмом. У неё есть дом, молодая девушка не может жить на берегу моря.

— Ты будешь жить там, где я,— заявила Ева. — Я познакомлю тебя с Сэмом .

— Нам надо быть вместе, — Артур был согласен.

Ева сняла шляпку, свою обувь и босая, как Артур, пошла по горячему песку.

 

— Свою историю я тебе расскажу завтра,— пообещал он ей. Ему хотелось выспаться, отдохнуть в домашней обстановке, после жестокого боя.

 

Ева с Артуром вошли в дом, старый Сэм сидел в кресле и читал какое—то письмо. При виде Евы он радостно улыбнулся. Она быстро подошла к Сэму, поцеловала его в щеку и сказала: « Это мой друг, Артур!»

 

Сэм поднялся с кресла, протянул Артуру руку, этот парень ему сразу понравился: неторопливый, спокойный, уверенный в себе. Проницательный Сэм понял, что Артур не местный.

 

В руках у Сэма было письмо, Ева взяла конверт и прочла: Ирландия, штат Ольстер, улица Капитана Джеймса, Уилкс Джон.

— Родственник нашёлся? — спросила она Сэма. Было видно, что письмо старому Сэму не понравилось.

 

Он поспешно его унёс в свою комнату и тут же вышел, жалуясь ,что Ева сегодня забыла про обед. Артур ответил Сэму на английском языке, что тоже очень проголодался. На удивленный взгляд Евы Артур пояснил, что он бывший студент института иностранных языков.

— Будешь теперь ты читать газеты Сэму,— обрадовалась Ева.

— Кто без устали работает, тот без хлеба не бывает,— весело ответил Артур ей.

 

Вечер закончился приятной беседой. После ужина Артур даже сел играть в шахматы с Сэмом. Старый Уилкс понял, что его ладья под угрозой. Артур не захотел огорчать Сэма:

— Утро вечера мудренее,— сказал он хозяину дома,— партию отложим до утра.

 

Он пожал руку Сэму и попросил Еву показать комнату, где можно отдохнуть. Дом у Сэма был большой в два этажа, на втором этаже было три комнаты, одну из них занимала Ева. Артур поднялся по лестнице, почти засыпая на ходу. Ева поспешно шла впереди и показала ему дверь свободной комнаты.

— Я сам, все в порядке,— проговорил он и исчез за дверью.

— Какое счастье, что у нас есть дом, — подумала Ева и вернулась в холл.

 

Сэм сидел за шахматной доской. Ева села рядом, взяла газету в руки, но поняла по глазам Сэма, что сегодня Уилкс занят своими мыслями. Сэма тревожило письмо Джона и ладья! Старый Сэм остался в холле один.

— Джон не получит мой дом,— сказал вслух Сэм.

— Я завещаю его Еве, моей единственной наследнице.

 

Ева спокойно спала в своей комнате, она видела во сне Павла, который был в Лондоне, на Тауэрском  мосту. Он махал ей оттуда рукой и что—то кричал.

Утром она проснулась с надеждой в сердце, что сон-знак. Скоро она вернётся домой.

 

Ева спустилась вниз в холл, потом прошла на кухню готовить завтрак.

 

Артур проснулся рано, осмотрел свою комнату. На столике стоял пузырёк с йодом и бинт, для его раны. Он подошёл к окну, впереди было море и знакомый пустынный берег. Сегодня он хорошо выспался и поспешил вниз, где судя по запахам, Ева готовила что—то вкусное. На ней было другое платье.

— Новое платье, откуда? — спросил он её.

— Наверху целый гардероб и все моего размера,— ответила Ева.

— Откуда у Сэма женские платья, шляпки и даже обувь? — подумал Артур.

— Артур, помнишь, я тебе о Фридрихе говорила. Сегодня он должен зайти,—сказала она.

— Фридрих будет просить денег на дело революции,— сказал Артур.

— Откуда знаешь? — спросила Ева.

— Я в кино видел, — ответил Артур.

— Мы живём на деньги Сэма, у меня своих только вот, — и она показала деньги, которые ей дал отец на продукты.

— Вот ты их и отдай Фридриху, — засмеялся Артур.

— А где Сэм Уилкс ? — спросил Артур,успевая на ходу завтракать.Ева приготовила блинчики.

— Он сегодня рано ушел, зачем—то, в нотариальную контору,— ответила Ева.

 

В это время залаяла собака во дворе. Ева подошла к окну и увидела Фридриха.

— Я буду ждать тебя через два часа у  Большого Камня,— напомнил Еве Артур.— Мы должны думать о возвращении домой.

 

Ева в сопровождении Артура вышла из дома. Кол чувствовал себя « не в своей тарелке» под тяжелым взглядом  боксера, который не скрывал своих чувств. Взглянув на Артура, Фридрих подумал, что так себя ведёт только очень ревнивый жених. Ева не знакомила их, что удивило его.

 

Артур, махнув рукой Еве,пошёл к морю с собакой. Фридрих был человек решительный и спросил Еву прямо:

— Ваш брат или жених?

— Ни то и не другое,— ответила она.— Он мой Друг.

— Как же это понимать, кто такой Друг? — Фридрих был первый раз в замешательстве.

 

Большой психолог потерпел крах, он встретился с людьми, которые были ему непонятны.

 

Сегодня последний день съезда, завтра Фридрих уезжал в Петербург. И он предложил Еве сделать пожертвование в пользу революции. Ева была готова к такому разговору и сказала Фридриху:

— Революция погубит много невинных людей.

— Это не так, — мягко заговорил Фридрих, — предполагается, что революция будет бескровной. Это просто передача власти восставшему народу.

— Вы не верите, что мы сделаем революцию? — спросил Кол.

— Революцию вы сделаете — уверенно ответила Ева, — но она не принесёт счастья людям.

— Каждый человек должен сам сделать внутри себя революцию — победить в себе жадность, лень, стяжательство.

— Вот и победите в себе жадность, — весело отреагировал Фридрих.

За разговором они незаметно подошли к зданию, где проходил съезд.

 

Это было большое складское помещение. Здание арендовали на деньги партии. В зале было человек триста.

 

На трибуну вышла темноволосая женщина, ей было лет сорок, одета в светлую блузку и темную длинную юбку.

— Это Роза Люксембург,— прошептал Фридрих Еве.

 

Ева увидела Ленина, он сидел на ступеньках, делал торопливые заметки.

В это время к ним подошёл совсем молодой человек и, не обращая внимания ни на Еву,ни на Розу Люксембург, которая продолжала передавать приветы, обратился к Фридриху:

— Меньшевики покинули съезд и захватили с собой казну партии.

— Надо идти к причалу, если пароход не ушёл, мы их догоним,— сразу отреагировал Фридрих.

— Я из Плеханова душу вытряхну, не то что деньги.

— Плеханов здесь, вон он,— сказал незнакомец.

— Идём со мной, быстро! — забыв про Еву, крикнул Фридрих молодому человеку.

 

Ева вышла вслед за ними, с интересом слушая их разговор.

— Кого нет в зале из меньшевиков? — спрашивал Фридрих его.

— Ушли три человека ещё утром, — оправдывался молодой человек.

— Я ходил к Еве за деньгами, ты же все знаешь, — горячился Кол.

 

И тут он вспомнил про Еву и обернулся. Она шла медленно, задумчиво глядя под ноги, чувствуя отвращение к дельцам. Подойдя к Фридриху, она открыла сумочку, достала деньги.

— Вот возьмите, — сказала она и быстро пошла в сторону Большого Камня, где её ждал Артур.

 

Увидев, незнакомые денежные знаки, Фридрих побледнел от злобы.

Он крикнул вслед удаляющейся Еве: «До встречи, леди!» — нащупав в кармане револьвер. Владимир, так звали молодого человека, испуганно схватил его за руку:

— Бежим быстрее к пристани!

— Ева, Ева! — услышала она голос Артура и быстро оглянулась.

 

Она прошла уже Большой Камень и поэтому удивленный Артур стал звать её.

— Ты что такая задумчивая,находишься под впечатлением съезда? — спросил Артур.

— Куда это бежит Фридрих? — кивнул он головой в сторону быстро удаляющихся молодых людей.

— Казну партии украли, — просто сказала Ева.

— Они что ли? — спросил Артур.

— Нет,они догоняют воров — отвечала Ева.

 

По дороге домой, слушая Артура, она узнала его историю. Отец Артура — сотрудник фирмы , изобрёл новый вид сотового телефона. Успел смонтировать одну модель, которую и подарил Артуру.

 

Через несколько дней произошла автомобильная катастрофа, в которой погибли все, кроме Артура. Он пролежал в больнице несколько дней. И однажды проснулся не в больничной палате, а на берегу моря. Из воды его вытащила собака.

— Телефон работает от солнечных лучей, это совершенно новая модель двадцать второго века.

 

Артур продемонстрировал Еве новинку. Сегодня он с утра ходил за телефоном и деньгами, которые были спрятаны в тайнике на берегу моря. И главное, в технологии нет Времени, можно звонить куда угодно, хоть Ивану Грозному, — пошутил Артур.

— Ты номер телефона Павла помнишь?

 

Он опять внимательно посмотрел на Еву.

Ему нравилась эта бесстрашная девчонка, крепкая голова.

— Хорошо держит удар,— подумал Артур.

— Я все помню, — прошептала она.

— Ева, нам надо торопиться, солнце ещё так высоко.

— Нам надо на Мост, — говорил быстро Артур.

— А зачем на Мост? — так же тихо спросила она.

— Отец что—то говорил о Воде, что Вода тоже Время. Можно заменить одно на другое и чтобы была Высота, вот я и решил, что это должен быть Мост, — ответил Артур.

— Мы едем на Тауэрский мост, — торопил  Артур Еву в каком—то счастливом предчувствии .

 

Ева решительно подала ему руку, и они быстрыми шагами пошли по мостовой. Конный экипаж был свободен. Ева легко поднялась на ступеньку коляски, а Артур заскочил на ходу, как в автобус.

— Трогай! — Крикнул он по-русски, но возница понял его, и копыта лошади зацокали по мостовой.

 

Артур даже запел: «Большие города,

Пустые поезда,

Ни берега,ни дна-

Все начинать сначала.

Холодная война.

И время, как вода…»

 

Артур, что—то по—английски, крикнул вознице, впереди показался мост, ещё три минуты — и они на Мосту. Но возница никуда не поехал, а остался ждать пассажиров.

— Будет ждать, я пообещал хорошо заплатить, — пояснил Артур.

Он решительно спросил номер телефона Павла.

— Нет, будем звонить домой, — решила Ева.

— Ты только не волнуйся,— попросил её Артур.

 

Ева назвала номер телефона и перестала дышать, так ей стало страшно.

-Подключился, Ева! — крикнул Артур. — Говори самое важное.

 

И передал телефон Еве. Она услышала голос отца. Только присутствие Артура, который показывал ей на часы, помогло ей собраться с силами

— Здравствуй, отец! — крикнула она.

— Не надо кричать, — сказал Артур. — Говори спокойно, уверенно.

Ева услышала в ответ на её приветствие удивленный голос отца.

— Дочь, ты где, я жду тебя уже два часа, скоро придёт мать с работы.

— Почему ты здороваешься, мы же виделись сегодня, ты где? — ещё раз спросил он.

— Я в Лондоне, на Тауэрском мосту, со мной Артур, — ответила Ева на его

вопрос, совсем уже ничего не соображая.

— В Лондоне, это где? — пытался сориентироваться отец, думая, что речь идёт о каком—то новом магазине.

— Я в Англии, Лондон — столица  Англии и здесь 1903 год, папа, — машинально говорила Ева, понимая всю нелепость информации.

 

Отец, сбитый с толку, не нашёлся ничего сказать нового и приказал строгим голосом: «Чтобы через полчаса была дома, ясно?»

 

У Евы перехватило дыхание. Если бы это было в её власти, она была бы дома через минуту и больше не вышла бы оттуда никогда! Она удивилась, что там, в двадцать первом веке, прошло всего два часа, а здесь две недели, значит, в полицию ещё не ходили, мать ничего не знает, и дома, можно сказать, все спокойно.

 

Артур, который напряженно вслушивался в разговор, не мог ей ничем помочь.—  Вернуться домой через полчаса было невозможно.

 

Ева поняла, что переговоры закончились.

— Мы должны молиться Богу, чтобы он нам помог,— сказала Ева глубоко потрясённая тем, что отец ей не поверил.

— Я молился, — признался Артур, — когда умерла мама.

 

Артур хорошо понимал состояние Евы. Когда никто из людей не может помочь, человек интуитивно обращается к Богу — последней инстанции.

— На Бога надейся, а к берегу греби, — сказал Артур любимую поговорку отца.

 

Молодые люди взглянули на Солнце, оно начинало спускаться к морю.

— Подожди нас Великое Светило! — прокричал Артур.

— Номер телефона Пашки — быстро,— приказал он Еве.

 

Артур набрал номер.

— Только бы он был дома! — молилась про себя Ева.

 

На звонок ответили, Пашка был дома.

— Пашка,это я! — крикнула она в телефонную трубку.

— Твои мне звонили, где ты? — спросил Пашка строго.

 

Ева стала рассказывать подробно о том, что с ней произошло за эти две недели, то есть за два часа, по другому исчислению. Пашка пока молчал, только слушал, теперь решалось все — поверит он Еве или нет? От его ответа зависела её жизнь, судьба всей её семьи. Артур пытался по выражению лица Евы определить ход разговора.

 

И, наконец,Павел стал говорить: «Слушай, я читал материалы эксперимента Эйнштейна с военными кораблями. Он помещал корабли между двумя большими магнитами и через некоторое время корабли исчезали на глазах изумленной публики, в основном ученых.

 

Корабли были обнаружены в трехстах милях от места эксперимента.

Но экипаж полностью был недееспособным, все военные моряки свихнулись после этого эксперимента.

 

Слушай дальше, в Англии жил в тысяча девятисотых годах старый моряк Сэм Уилкс, который участвовал в этих экспериментах, остался жив, голова у него в порядке, но его стали подозревать в каких-то фантастических способностях насчёт перемещений в пространстве. Ищите его, ты по времени совпадаешь с ним: Лондон,тысяча девятьсот третий год, может он жив ещё».

 

— Ева, больше пока ничего не могу сказать, буду думать — сказал Пашка.

 

В это время последний луч скрылся за мостом, в телефоне что—то щелкнуло.

— Что он тебе сказал? — спрашивал Артур, несколько раз подряд.

— Он сказал, — ищите Сэма Уилкса военного моряка.

— Я думаю, что нам его искать не надо, это по его воле мы здесь оказались.

— Едем к нему, пусть он нам все объяснит.

 

Ева по дороге к экипажу пересказала свой разговор с Пашкой.

— Фантастическая личность этот Сэм Уилкс!

 

Расплатившись с возницей, Артур и Ева постояли немного на улице, потом вошли в дом. Сэм встретил их в холле. Он сразу понял, что его счастье закончилось.

 

Артур и Ева молча прошли, также молча сели на диван и уставились на Сэма. Сэм сказал, что он готов все объяснить. Артур и Ева продолжали молчать и смотрели на него.

— Артур, тебя убили бы на больничной койке,— сказал Сэм на русском языке. — Да, Ева я знаю русский язык, — отвечал он на её немой вопрос. — Я знаю несколько иностранных языков. Я никогда не учил эти языки, я их просто знаю. После этих чудовищных экспериментов, я стал совсем другим человеком. Я — Маг, но не по своей воле. У меня не было человека, который бы любил меня. Ты очень похожа на мою дочь, её портрет висит в моей комнате.

 

Сэм взглянул с надеждой на молодых людей.

— Сэм, милый, верни нас домой, там моя мама волнуется и может умереть, если я не найдусь,— попросила тихо Ева.

— А это очень сложно? — спросил Артур.

— Нет, молодые люди, это очень просто.

— Главное,что вас там ждут,— сказал обреченно Сэм.

 

Он медленно поднялся и пошёл в свою комнату. Подошёл к шкафу, открыл его, там висел военный мундир Британского моряка её Величества Королевы Англии. Сэм надел военный мундир, подошёл к зеркалу, взглянул на своё отражение. Он проговорил: « Сэм, дружище, ты прожил красивую жизнь, теперь надо уйти красиво, моё сердце не выдержит расставания…»

 

Вечерний звон колоколов прервал его монолог. Сэм выпрямился и направился в холл. Увидев Сэма в военной форме молодые люди встали, приветствуя его. Они поняли, что он прощается с ними.

 

Сэм посмотрел последний раз в глаза Евы и протянул ей пакет. А серебряным магическим предметом коснулся руки Артура.

 

Мгновенно, вокруг все заискрилось и молодые люди исчезли из комнаты. Сэм опустился в кресло. Сердце его остановилось. Колокола сыграв свою осеннюю ритурнель затихли.

 

Послесловие.

 

Ева и Артур оказались на траве в парке, где играла знакомая музыка.

— Кажется, мы дома, — сказал Артур.

 

Он посмотрел на Еву. «Печаль ресниц, сияющих и чёрных»,— вспомнились ему строки стихотворения, глядя на неё.

 

Ева медленно поднялась с травы и тихо произнесла:

— Сэм умер, я это чувствую.

 

Артур подошёл к ней, взял её за руку.

— Да,— ответил он и обнял её.

 

В пакете оказался ключ и завещание Сэма Уилкса.

 

Через пять лет Ева, Артур и Пашка смогли посетить Англию. Они отыскали могилу Сэма Уилкса. И поставили там памятник со словами: «Сэм, мы вернулись».

читателей   247   сегодня 6
247 читателей   6 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 4,00 из 5)
Загрузка...