Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Не всем мечтам стоит сбываться

В голове постоянно пульсировала одна мысль – отыскать цветущие поля. В словах песчаников это звучало не только красивой легендой. За безжалостной пустыней растут удивительные цветы. Они всех оттенков радуги и идти по ним одно удовольствие.

Но мечты оставались в воображении. Реальность говорила, что ему надо идти и идти до этого. В маленьком доме, выдолбленном в известняковой скале, Нуг сидел и вслух считал количество сосудов. Воды было мало. Но того, что они набирали за день, хватало на то, чтобы существовать. Песчаники проходили столько миль, что ноги распухали, а сами они валились на пол.

В квадратное отверстие, размером меньше его локтя, заглядывало солнце. Не было смысла выходить так рано. Зубы не попадали друг на друга, пальцы застывали, а тонкая струя пара выходила изо рта. А потом, словно по чьему—то взмаху, всё менялось в противоположную сторону.

— Нам пора, — раздался рядом голос Сулея.

Сулей носил полотняные штаны, сапоги на босую ногу, длинную рубашку и платок, повязанный на шею, который он заматывал вокруг лица. На верхней губе был некрасивый шрам.

Нуг сидел в поношенных шароварах, рубашка с длинными рукавами висела рядом на верёвке. Разноцветные заплатки пестрели на ткани. У стен стояли сапоги из мягкой кожи.

Он вздохнул и посмотрел в сторону нескольких глиняных кувшинов, доверху наполненных водой – жидким серебром. Это то, что добывалось больше положенных кувшинов. Они оставляли это у себя, и Нуг знал, что другие смотрят в их сторону с горящими глазами, жаждой и мольбой. Но они тоже могли добывать, но не хотели.

Сам он никогда не жаловался и не просил. Чуть зазевался и пасть пустыни, может, и заглотить. Огромное неизвестное существо, которое разом проглатывало всё, что плохо лежало – неистребимая сила, собирающая дань. Но приходило оно, только когда разыгрывались песчаные бури.

Уже однажды оно пожрало его родителей, но оставило Нуга. Словно хотело пошутить над маленьким мальчиком, который стоял и не мог ничего сделать. Он и семья были данью от города, чтобы пасть не нападала на искателей.

Нуг перевёл взгляд на Сулея. Кроме них двоих, в доме жил ещё и дед. Один из немногих жителей, кто достиг дряхлого возраста. Его хотели отдать в качестве дани, но друзья не позволили этого.

Дед помогал им, чем мог – чинил кувшины, тележку и поднимал их боевой дух. Снаружи донеслось его заунывное пение. Дед говорил, что это помогает ему не сойти с ума.

— Если мы не поспешим, но ничего не успеем.

Нуг надел на себя рубашку, повязал вокруг головы платок, натянул сапоги и приделал к поясу два больших сосуда для воды.

Он вышел из дома и посмотрел на такой ненавистный ему песок. Вечером он был фиолетовым, сейчас казался ярко—оранжевым. Нуг прищурил глаза и кивнул деду, он чинил колесо у их тележки, где стояло ещё четыре сосуда. Старый человек оголился по пояс и его бронзовый торс светился в лучах солнца, на голове он навертел себе платок.

Страшным для песчаника было разбить сосуд с водой. Никто не карал их за это. Искатели обычно сами начинали себя истязать. Они понимали, насколько это было важно. Те, кто не занимался водой, готовили скудную еду и чинили одежду.

Нуг кинул в тележку лопату и кивнул напарнику.

— Бывай, дед.

Эта работа длилась больше десяти лет. Некоторые из них так и не доживали даже до тридцати, умирали от истощения раньше. Но прежде чем его тело тоже не сможет нести его, Нуг планировал увидеть цветущие поля. Мечта, которую не должна пожрать пустыня.

Вскоре две фигурки скрылись за большими барханами, а дед сел на песок и стал раскачиваться из стороны в стороны, глуповато улыбаясь чему—то.

Сулей и Нуг разошлись в разные стороны. Так, было проще находить источники.

Добывание воды в пустыне было сложной задачей. Живительная влага в таких местах уходила глубоко вниз. Они чувствовали себя золотодобытчиками, хотя их давно уже не существовало.

Приходилось рыть, смотреть на животных и на растения, и полагаться на собственные чувства. Когда Нуг видел влажный песок, то ликовал. У него не было нюха на воду, чтобы находить её с первой попытки. Старые и опытные искатели приносили домой все заполненные бутылки. Но и у них бывали пустые недели.

Вода набиралась медленно. Сулей отошёл от него где—то на тридцать шагов. Расходиться слишком далеко, было опасно. Если их настигнет песчаная буря, то это станет верной смертью. Молодой искатель следил за сосудом и одновременно за горизонтом. Другие искатели могли напасть на них. Некоторые из них не искали воду, а отбирали её у слабых.

Сегодня Нугу не повезло, вскоре поднялся ветер. Он услышал окрик Сулея и повернулся к нему.

— Нуг, скоро песчаная буря, — друг появился из—за ближайшего бархана. – Сколько там у тебя?

Песчаник отплевался от песка и вынул сосуд из ямки. Вода всегда была мутной с неприятным привкусом. Живительная влага плескалась где—то на половине сосуда.

— Ещё чуть—чуть, — произнёс Нуг решительно. – Нам нужно набрать хотя бы одну.

Сулей нахмурился и покачал головой.

— Нет. Это опасно, забирай и пошли, — друг с тревогой посмотрел в сторону горизонта.

Ветер постепенно усиливался. Стал слышен вой, который искатели любовно называли песней пустыни. Нуг не стал спорить. Буре лучше не попадаться на пути.

Они поставили сосуды на тележку и потащили её. Сегодня им повезло – они все уже успели набрать два сосуда на двоих. Иногда выходили пустые дни.

Дед встретил их приветственным свистом. Нуг кивнул ему. Прежде чем вернуться в свой дом, они нырнули в другой, который был куда больше их. В большом помещении, пропитанном прохладой, стояли десятки глиняных сосудов. Другие искатели ставили свою добычу. Нуг мысленно отметил, что у них и вовсе не так плохо.

— Сухой день, — произнёс один из них. – Да ещё и буря. Пасть пустыни снова бушует, а мы ведь скормили ей дань.

Нуг поморщился. Он не любил разговоры об этом. Порою другие говорили об этом так спокойно, словно давали ей жареное мясо, а не живых людей.

Искатели повернулись к нему.

— А это ты, — бросил один из них. – Вижу, тебе везёт больше.

Нуг огрызнулся, но не стал ничего отвечать им.

Буря занялась на целый день и утихомирилась только лишь к вечеру. Пасть пустыни сегодня прошла где—то рядом. Нуг прислушивался к этому отдалённую вою. Он плохо помнил, как она выглядела. Когда искатель пытался это вспомнить, он видел только чёрную тучу песка и дикий животный вой.

Вечером, когда уже стало холодать, им раздали лепёшки и немного воды. Нуг, Сулей и дед устроились отдельно ото всех. Справа от них кто—то обсуждал сегодняшнюю песчаную бурю. А вот слева был уже разговор интереснее.

— Хорошо было бы найти способ, который позволил не и вовсе ходить в пустыню, — услышал Нуг голос одного из рядом стоявших песчаников. – Пасть злится, и может и убить нас, если что—то пойдёт не так.

Нуг вздохнул.

Другой мужчина, у которого не было мизинца, хмыкнул и задумчиво произнёс:

— Я слышал, что есть способ – найти источник вечной воды. — Говорят, что он где—то в пустыне.

— Да неужели? – возбуждённо зашепталась компания вокруг него.

— Даже если это так и есть, — заговорил снова первый мужчина. – Его ещё надо найти.

Сулей и дед тоже смотрели в ту сторону. Они слышали это, но ничего не сказали. Что мог дать лично ему этот сосуд? Возможно, немного больше свободы и тогда можно будет отправиться на поиски цветущих полей. Нуг не собирался оставаться в этом городе до своей смерти.

На следующее утро Нуг отошёл от своего друга дальше, чем обычно. Пустыня здесь казалось красной, как изящные цветы, которые он видел в своём сне.

— Что это у нас тут? – раздался за его спиной голос. – Чужак, который так легко нарушает границы?

Нуг обернулся и заметил молодого мужчину его возраста. У него была небольшая бородка и волосы пострижены так, что две прядки оставались спереди. Лицо закрывал платок.

Неужели он и, правда, думает, что пустыню можно разметить квадратами и поставить везде свои метки?

— Эта территория никому не принадлежит, — произнёс Нуг. – Ты не имеешь права заявлять на неё свои права.

Другой искатель усмехнулся и мягко двинулся к нему.

— Ничего. Когда вечный источник попадёт в наши руки, вы сами будете приходить к нам.

Нуг не удержался и фыркнул. Даже если этот источник, действительно существовал, не все станут пресмыкаться ради воды, чтобы сделать вот такое.

— А потом… Потом будут цветущие поля, — произнёс незнакомец с мечтательной улыбкой, остановившись совсем рядом.

Нуг вздрогнул и застыл. Сердце на какой—то миг перестало биться, а в голове голос снова и повторял заветное словосочетание. Его мечту, которую теперь кто—то захотел захватить. Он сжал руки в кулаки и глубоко вздохнул. Даже если это действительно так, то это ничего не значит. Слова не равны делу.

— Пасть доберётся до тебя раньше, — заявил Нуг. – Она не позволит выбраться за пределы.

— Ей не настолько нужны жертвы, — произнёс искатель. – Это всё только инициатива песчаников. Они нашли себе бога и молятся ему.

— Бога? – повторил удивлённо Нуг удивлённо посмотрел на чужака.

Другие искатели редко заговаривали с ним, даже если и пересекались. Обходили за несколько метров не замечая.

— Но даже если оно и так, я знаю пути, — незнакомец быстро зашагал прочь.

Он заколебался. Нугу захотелось догнать и расспросить. Но вряд ли чужаки так охотно делятся своими секретами.

Он облизнул пересохшие губы и направился в обратную сторону. За работой искатель и не заметил, как набрал оба сосуда и немного воды для себя. Из головы не выходили слова о боге. Да и то, что чужак знает нужную ему сторону тоже имело значение.

— С тобой всё в порядке?

Песчаник вздрогнул и посмотрел на друга. Ему захотелось вывалить всё сейчас же. Нуг раскрыл рот и потом закрыл. Нет, пока ещё не время для этого, возможно, потом.

— Я просто думаю, в какой стороне они.

Сулей кивнул, похоже, такой ответ его вполне себе устраивал. Он и не подумал спросить что—то ещё.

Они вернулись ближе к вечеру. Удача Нугу больше не соблаговолила и половина сосуда для них осталась пуста. Направляясь к дому, он бросил внимательный взгляд на деда. Тот смотрел куда—то вперёд мутным взором.

— Дед, а, правда, что песчаники боготворят пасть пустыни?

Он не приходился им родственником, они выхватили его на жеребьёвки и заставили толпу повременить. Нуг долго потом вспоминал их злые и раздражённые взгляды.

— А как ты сам думаешь? Людям нужна вера особенно в такое тяжело время. Иначе им будет некого винить в своих бедах и обращать свои молитвы. Бог – это то, чем можно объяснить всё.

После этой тирады дед безумно засмеялся. Нугу стало не по себе. Они все были немного чокнутыми, но это безумие было совсем иное.

Они зашли в хижину, чтобы поесть и подсчитать запасы. За неделю оказалось всего семнадцать сосудов для общины и пять для них лично. Старшина, правда, уже высказывался о том, что неплохо бы уменьшить личные запасы. На что многие только фыркали.

— Пасть сегодня снова прошла рядом, — задумчиво бросил дед. – Старейшина приходил сюда и сказал, что неплохо бы меня использовать.

Нуг нахмурился.

— Как они смеют. Эти жертвы ничего не приносят, — буркнул он.

Сулей посмотрел на него и покачал головой.

— Не стоит так говорить об этом. Они могут и услышать нас.

— Да? – с вызовом бросил ему Нуг. – И что с того? Отдадут нас пасти тоже? Искателей и так почти нет. Не все люди могут этим заниматься.

Друг отвёл взгляд и тяжело вздохнул.

В следующие дни Нуг искал источник. Про того искателя он больше и не думал.

Нуг рыл, щурился на солнце и не забывал про воду. Старейшина не очень любил тех, кто отлынивал от работы. Иногда в песке находились ржавые банки, на которые были наклеены какие—то кусочки бумаги. Нуг пытался разобрать буквы, но ничего не выходило. Это была какая—то часть прошлого, про которое он не знал.

Каждый день он уходил всё дальше. Один раз Нугу сильно не повезло. Солнце разошлось. Тело горело, Нуг постоянно облизывал губы, но шёл пока не свалился в глубокий обморок.

Нуг очнулся оттого, что по его лицу что—то текло. Песчаник, попробовав, обнаружил, что это вода – вкусная и без привкуса песка. Он резко вскочил и уставился на искателя, которого встречал неделю назад. Тот поливал его из глиняного сосуда и улыбнулся.

— Что же, не повезло одному, повезёт другому, — многозначительно изрёк он.

Нуг похолодел. Очевидно, что он имел в виду именно сосуд с водой.

— Ах, ты… — сказал он со злостью.

Чужак покачал головой.

— К чему всё это? – скривился искатель. – Я устал от такой жизни. Устал оттого, что люди называют жизнью. Разве ты не хотел бы изменить это?

Нуг замер и посмотрел на него. С одной стороны его можно было назвать врагом, а вот с другой… Почему они никогда не объединялись, не пробовали даже помогать друг другу? Тогда шансов было бы больше.

— Возможно, — неуверенно произнёс Нуг.

— Тогда пойдём со мной.

Так просто и легко? Нуг скривился. Он не мог доверять всем вокруг, это было бы неправильно.

— Не сейчас.

Искатель хмыкнул и покинул это место. Нуг тупо смотрел ему в спину, а потом побежал за ним. За барханом незнакомца не оказалось, только цепочки следов уходили вдаль. Может быть, ему всё это привиделось?

Две недели его буквально лихорадило. Нуг отправлялся в пустыню ещё раньше, чем остальные и приходил позже. Остальные смотрели на него с испугом. Он уже принадлежал не этому городу и не этим людям. Тот другой искатель расковырял его душу.

Нуг искал по всем сторонам и оставалось только одна сторона света – юг от того города, где они жили. Он сразу принялся раскапывать барханы.

В одном из барханов нашёлся большой железный сосуд. У него было узкое горлышко и две ручки. Это творение было украшено резьбой и кое—где виднелись даже самоцветы.

Нуг тупо посмотрел на него. Вода сочилась из него и стекала вниз. Нуг подставил кувшины, а потом напомнил свою флягу. Живительная влага всё ещё не кончалась.

— И всё—таки тебе повезло, — услышал он за своей спиной.

Нуг вздрогнул и резко обернулся. Перед ним стоял тот самый искатель и равнодушно смотрел на сосуд. Странно, но тогда в первый раз, он показался Нугу совсем другим. Не таким уставшим и даже злым, как и все другие искатели. Может, он был изгоем среди них?

— Ты другой. Наверное, такой же, как я. Может быть, ты всё—таки пойдёшь за мной?

Они застыли как две статуи. Нуг полусидя на песке, а искатель, стоя и смотря на него. Незнакомец закрыл лицо руками и засмеялся. Но это были уже другие звуки – они перемежались с рыданиями. А потом чужак вцепился в него.

— Если ты хочешь этого, то ты должен покинуть город сейчас. Иначе ты никогда не выберешься отсюда.

Песчаник шумно сглотнул и уставился на него. В горле пересохло, Нуг не смог выдавить из себя ни слов, но потом всё же собрался с мыслями.

— А ты? На что ты надеялся?

Тот усмехнулся.

— Надежда – слишком слабое чувство в наше время, знаешь ли. Ты знаешь, что этот сосуд развяжет войну? Другие будут приходить, нападать, убивать. Всё станет как в те времена. Люди снова станут животными.

Нуг смотрел на него без улыбки, а потом отвёл взгляд.

— Да наверное, — выдавил он из себя. – Но и оставлять их без него тоже неправильно.

— Лучше забудь об этом, пойдём со мной.

Песчаник глубоко вздохнул. Он же хотел этого, так почему так сложно было решить на такое?

— Я дам тебе два дня на размышления. Когда будешь готов, приходи сюда с ответом или без него.

Искатель не оставлял ему выбора. Или сейчас, или уже никогда.

Вернувшись домой, Нуг почувствовал насколько сильно он опустошён. Мимо него шли другие искатели, которые о чём—то шептались. Лишь возле дома песчаник почувствовал, что что—то не так – деда не было на привычном месте.

Искатель поднял взгляд и посмотрел на друга, который стоял лишь в нескольких шагах от него.

— Они что, отдали его пасти пустыни? – поинтересовался Нуг.

Было лишь две причины – смерть и жертва.

Сулей отвёл взгляд.

— Правила есть правила. Я не смог им противостоять.

Нуг закусил губу, а потом взорвался.

— Нет! Ты мог бы, но ты не хотел! Я думал, что мы собрались вместе, чтобы заботиться друг о друге, — бросил он с обидой.

— В любом случае это бы было произошло.

Злость всё ещё кипела в нём. В этот момент Нуг понял, что готов оборвать все нити. Первый шаг он сделал, когда стал мечтать о цветочных полях. Второй шаг – поиски сосуда. Третий шаг – последний разговор с искателем.

Остальные искатели всегда были для него лишь лицами. Теперь и Сулей стал ничем. Правильных поступков, может, и не существовало. Но были такие, которые затрагивали другие чувства.

— Отдавать песчаника пасти, чтобы она не сожрала нас, какое глупое правило.

Больше они не разговаривали. Рано утром Нуг ушёл, взял с собой несколько маленьких сосудов. Возле города его ждал искатель. Песчаник бросил на него взгляд. Возможно, этот человек всегда был рядом просто он этого не замечал.

— Знаешь, я так не знаю твоего имени, — спросил он в пути.

— Ванго.

— Нуг.

Постепенно город, в котором он рос, остался позади и перестал существовать даже в его сознании. Два бывших искателя старательно обходили другие города, искали лишь заброшенные, в которых ночевали и питались кусочками лепёшек. Рано утром они отправлялись в путь.

Их следы засыпал беспощадный жёлтый песок. Нуг потерял счёт дням, пока они дошли до нужного места. В тот миг он не поверил своим глазам. Оно существовало.

Горизонт пестрел цветами – жёлтыми, синим, белыми. Они так явственно выделялись на фоне остальной пустыни, выглядели такими живыми и сочными. Он тёр глаза, щипал себя за кожу и не осознавал того, что видит.

Песчаники долго молчали, а затем разом скинули сапоги и ступили на живой ковёр. Трава с цветами приятно щекотали ноги, Нуг лёг на них и надолго закрыл глаза.

Вскоре песчаник вскочил и стал обследовать всё это поле.

Он бежал и бежал, радуясь как ребёнок. Одни цветы сменялись с другими, и получалась радуга. Но вскоре его радости пришёл конец. За тонкой полосой цветов снова был знакомый жёлтый песок.

— Как же так? – вырвалось из глотки Нуга.

Он проверил все четыре направления. Самое южное привело к большому обрыву – внизу что—то блестело, очевидно, вода. Но они разобьются раньше, чем достигнут её. Из него вырвались рыдания, вперемежку со смехом.

Он пытался убежать от пустыни, но она пришла к нему. Как наивно было верить в то, что цветущие поля спасут его от песка.

Как наивно.

читателей   104   сегодня 3
104 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 1. Оценка: 1,00 из 5)
Загрузка...