Город мёртвых ангелов

 

Путешествие через Оскверненный Лес оказалось куда более опасным и затяжным, чем казалось Роланду поначалу. Последний раз он проходил тут несколько лет назад, и сделал это без особых трудностей, невзирая даже на байки о недружелюбной среде и кочующих стаях вурдалаков, населявших всё западное побережье. Но не смотря на трудности, путь был пройден. На утро двадцатого дня с момента как они покинули последний город, лес расступился и впервые за долгие дни храмовник увидел солнце.

Роланд остановился у самой лесополосы и, бросив сумку на траву, довольно осмотрел невзрачный пейзаж, расстилающийся перед ним. За деревьями раскинулась небольшая поляна, примерно в полкилометра длиной, с раскиданными тут и там валунами и высохшей, бесплодной землей. Несмотря на то, что тусклое солнце всё же просвечивало из-за туч, повсюду гуляли холодные ветры. За поляной располагалось скалистое ущелье и если старый трактирщик его не обманывал, то скалы эти населены дикими племенами троллей, которые нападут при первой же возможности. Идти придётся осторожно.

Вокруг не было ни души. Почти всё западное побережье было очищено от жизни во времена второй войны с Темным Легионом и большая часть местных жителей ушла вглубь королевства. В округе оставалось мало поселений, но они всё же были.

 

До ушей Роланда донесся хруст сухой листвы где-то за спиной. Он оглянулся, и убедившись в том кто это, продолжил разглядывать пейзаж.

 

— Не так живописно, как в горах Железной Империи, но тоже ничего. — прокомментировал Роланд. — Как считаешь, Криста?

 

Из тени Осквернённого Леса вышла миниатюрная фигура, закутанная в чёрный, явно большеватый ей плащ. Капюшон скрывал её лицо от холодных ветров, но тем не менее она подняла голову и взглянула на скалы, не имевшие никакого названия.

Ответа не последовало и поэтому Роланд продолжил сам:

 

— Впереди ущелье. Мы пройдём через него за день, примерно. А за ним уже будет город.

 

Фигура едва заметно кивнула. Подул холодный ветер и Роланд поплотнее закутался в собственный плащ.

 

— Город этот, Лорвал, — начал храмовник немного неуверенно, — я бывал там пару раз. Будь моя воля, я бы не повёл тебя туда и сам бы не сунулся в эту яму. Но это единственное людское поселение в пределах нескольких сотен миль. Нам нужно пополнить припасы.

 

Снова кивок.

 

«Вот и поговорили.» — подумал он.

 

— Через час остановимся на привал и отдохнём. Через ущелье пойдём уже без передышек — велика вероятность столкнуться с троллями. — сказав это, Роланд снова забросил за спину потрепанную сумку и двинулся вперёд. — идём. солнце ещё высоко.

 

***

 

Стражник, стоявший на карауле заметил приближающиеся фигуры слишком поздно.

Яркая демонстрация некомпетентности, подумал Роланд входя в круг света многочисленных факелов, зажженных и расставленных по периметру. Если бы он сильно захотел, то пробрался бы мимо поста охраны никем не замеченный и не остановленный, однако сейчас ему не хотелось проблем с законом и к тому-же, остановка в Лорвале была вынужденной, так что Роланд почти что послушно ступил в поле зрения стражи.

Двое охранников, наконец расслышав шарканье сапог, повернули головы и заметив двух путешественников повскакивали, словно ошпаренные, хватаясь за оружие.

 

— Стоять! Ближе не подходите, — крикнул один из них, целясь из арбалета Роланду между глаз.

 

Их с Кристой вид был, мягко говоря, не презентабельным. По пути они всё таки наткнулись на стаю троллей-дикарей, что вылилось в драку из которой им едва удалось выйти целыми. Простые люди, оказавшись один на один с толпой троллей непременно были бы разорваны и растоптаны, но ни Роланд, ни Криста простыми людьми не были. Однако теперь они, встретив первых людей за месяц пути, выглядели как искупавшиеся в сточной канаве: плащи были щедро заляпаны трольей кровью. Храмовник одел капюшон, что делало его вид почти устрашающим и донельзя приметным, что, конечно же, было минусом. Однако в наступивших сумерках погода совсем испортилась, так что не одеть капюшон означало терпеть холод, что было проблемой для чувствительных ушей Роланда.

Путники замерли на месте и мужчина примирительно поднял руки, чтобы ненароком не схлопотать стрелу от перепугавшегося охранника.

Надо отдать должное, несмотря на явную глупость стражи, укрепления они соорудили на совесть. Прямо посреди дороги над ними возвышалась каменная стена, довольно прочная на вид, с дубовыми воротами со стрелковой вышкой прямо над ними. В подножья стены стоял частокол из деревянных кольев, а вся местность вокруг была освещена многочисленными кострами.

 

— Кто такие? Что вы там делаете в такую позднь? — закричал один из бойцов со стены. — отвечай, иначе прихлопнем как мух!

 

— Воздержитесь от поспешных решений, — громко сказал Роланд. — мы простые путешественники. Нам нужны припасы и крыша на ночь.

 

— Ну да, что-то вы не похожи на простых путешественников, — ответил ему часовой. — ты знаешь, что место откуда вы пришли кишмя кишит этими ублюдочными троллями! Просто так там не пройти.

 

— Мы можем за себя постоять, — уклончиво ответил храмовник. — так ты пропустишь нас или нет?

 

— Пропущу ли я? Хороший вопрос, знаешь ли!

 

«Сейчас начнётся» — подумал Роланд. Такое часто бывает, когда подходишь к стенам города после заката.

 

— На троллей вы вроде не похожи, но кто знает, какая нечисть может рыскать в этих потёмках. Но так уж и быть, пропущу, но только после небольшого досмотра. Рент, отпирай ворота!

 

За стеной началась какая-то возня и спустя несколько минут пара часовых разобралась с толстым засовом, и со скрипом ворота разъехались в стороны. Едва они ступили в пределы крепости, путников со всех сторон обступил десяток вооружённых солдат, одетых в жалкое подобие доспехов. Роланд знал, что гарнизонные войска очень часто бывают плохо экипированы, но чтобы настолько…

Группа расступилась и к Роланду подошёл говоривший с ними часовой. В руках у него был факел и очень старый арбалет.

 

— Вид у вас такой, будто с пещерным медведем подрались. — съязвил охранник. — Ну, господа хорошие, сбрасывайте тряпки, посмотрим что вы под ними прячете.

 

Делать было нечего. Роланд расстегнул застежку плаща и тот вместе с капюшоном повалился на землю. Под плащом он носил черную кожаную куртку, два меча да мешок с припасами. Храмовник раскинул руки в стороны и театрально покрутился по сторонам, говоря, мол, «доволен?».

Часовой внимательно рассмотрел мечника в свете своего факела, и, слегка нахмурившись, сказал:

 

— Вроде похож на человека.

 

— Вы закончили? — нетерпеливо спросил Роланд.

 

— Почти, — сказал страж и указал факелом на неприметную фигуру, стоявшую подле храмовника. — ещё этот.

 

— Криста, дорогая, сними пожалуйста плащ, — обреченно попросил он.

 

Она без лишних слов повторила недавние действия мужчины, расстегнув застежку и позволив плащу упасть на землю. Стражники, стоявшие рядом присвистнули от удивления: перед ними стоял практически ребёнок, — бледнокожая и светловолосая девочка, лет тринадцати на вид, взирала на мужчин с ледяным спокойствием, будто вообще не была заинтересована в творящемся вокруг действии.

Девочка, представленная как Криста носила легкую походную одежду и вообще напоминала больше куклу — настолько бледным и миловидным было её лицо.

 

— Кем она тебе приходится? — последовал логичный вопрос от стражника. — дочь? Сестра? Или, может, рабыня?

 

— Кем надо, тем и приходится.

 

— Ладно. Не моё это дело, что ты там с ней делаешь, — отмахнулся мужчина. — а вот с какой целью вы сюда приперлись, я поинтересоваться обязан. Для протокола, так сказать.

 

— Отдых и припасы, — коротко сказал Роланд, поднимая плащи с земли. Один он надел сам, второй протянул Кристе. — мы идём к берегу моря.

 

— Беженцы? Неудивительно, учитывая, что сейчас творится в Королевстве. — хмыкнул стражник.

 

— Вам тут не легче, как я погляжу. — ответил Роланд, взглядом пробежавшись по хилому обмундированию солдат.

 

— Это точно. Тролли в последнее время совсем распоясались. — выплюнул охранник. — до того, как сюда эта поганая нежить наведалась, сидели тихо в своих горах, а тут на тебе! Только отогнали мертвечину, как по высовывали рыла и давай на город набеги устраивать. Еле отогнали в первый раз. Пришлось соорудить еще одну стену, а теперь почти каждую неделю лезут. Хрен пойми, чё им от нас надо.

 

— Я не знаю. Это может быть магией чернокнижников, но я не уверен в этом. — пожал плечами Роланд. — тролли чувствительны к магическим возмущениям, может оттого и нападают, что где-то поблизости есть источник темного колдовства.

 

— Колдовство, не колдовство, это не наше дело, — сказал часовой. — Нам сказано отгонять этих мудил, мы отгоняем. А с остальным пусть знатоки разбираются.

 

Он сплюнул на землю.

 

— Ну ладно, вроде с вами все в порядке, можете проходить. Эй, Рент!?

 

— Чего? — откликнулся другой страж.

 

— Проводи путников до города. — сказал он, а потом добавил уже Роланду. — сейчас тут неспокойно, будьте на чеку. Старайтесь привлекать как можно меньше внимания к себе.

 

— А что не так в городе?

 

Часовой немного грустно улыбнулся, обнажая желтые зубы.

 

— Скоро сам узнаешь.

 

***

За первой охраняемой стеной оказался пустырь длиной примерно в сто метров, за которым стояла вторая, более крепкая и высокая стена, а за ней уже и сам город. За время переговоров со стражниками совсем стемнело. Из-за темных туч показалась луна, на небосвод высыпали тысячи сверкающих звёзд. Кто бы что ни говорил, а ночи на Западном Побережьи были очень красивыми. Гораздо красивее чем в Пепельных Пустошах или в Горгоноле.

Оставив пост охраны позади, Роланд и Криста ступили на широкую протоптанную дорогу и двинулись в сторону города. В паре метров впереди шёл часовой, представившийся как Рент и освещал путникам дорогу факелом. Роланд никак не мог взять в толк внезапное гостеприимство стражников, граничащее с миролюбием. Обычно в городах Роланду приходилось сильно напрягаться, чтобы просто пройти за ворота, а даже если он проходил, то попутно бывал осмеян и оскорблен десятки раз. Что случилось сейчас, Роланд понять не мог, хоть и очень пытался.

 

Храмовник почувствовал чужой взгляд, упирающийся в спину и обернулся. Из под капюшона, ярко-голубыми глазами на него смотрела Криста. Долго смотрела, намного дольше чем обычно, и это показалось ему странным.

 

— Чего? — немного недоуменно спросил мужчина. — расстроилась, что я не ответил стражнику про тебя?

 

Криста ничего не сказала, а лишь отвела взгляд.

Странно, подумал Роланд. Он ведь даже не соврал ему. Девочка не была ему ни сестрой, ни дочерью, ни уже тем более рабыней. Однако зоркий глаз храмовника заметил, что своей выходкой он попутчицу задел, хотя она, вероятно, и сама этого не поняла.

Он пообещал себе, что как только узнает, что сделал не так, сразу же извинится, а пока это была лишь догадка.

 

— Что твой командир имел ввиду, когда советовал быть осторожнее? — спросил Роланд, чтобы хоть как-то разбавить тишину, заполняемую только стрекотанием сверчков да далекими завываниями волков где-то в глуши.

 

— Местные последнее время совсем на нервах, — откликнулся идущий впереди часовой. — пришлых здесь и так никогда не любили, а тут ещё и эта война на пару с чумой. Если хоть что-то в вашем поведении им не понравится, то набросятся с кулаками без раздумий.

 

«Даже в городах нежити люди культурнее.» — зло подумал Роланд.

 

Стражник довёл их до основных ворот, где процедура с досмотром повторилась, после чего в компании нескольких сослуживцев отправился в обратную дорогу.

Когда ночь окончательно вступила в свои права, путешественники оказались в городе.

Лорвал был похож на многие поселения, которое Роланду приходилось видеть до этого. Вымощенные камнем улицы и дома, узкие тёмные переулки и подворотни, преобладание тёмных тонов и суровый минимум растительности делал это место до тошноты привычным. Отличительной особенностью большинства городов на континенте была грязь и жуткая антисанитария. За менее чем полчаса прогулки по широким проспектам и узким улочкам, сапоги Роланда испачкались сильнее, чем за месяц путешествий по лесам и скалам. По обочинам бегали стаи крупных черных крыс. Всё это и многое другое привело к жуткой по масштабам вспышке эпидемии чумы по всему королевству. Многие винили в этом тёмную магию, но правда была в том, что люди сами дали болезни почву для распространения.

 

Двое путешественников, скрывая лица и намерения шли по улицам города. Была ночь и редкие прохожие мало обращали внимание на две фигуры в плащах, но порой всё же оборачивались, смотря зло и недоверчиво. Роланда этот город начал угнетать с первых же минут, так что он решил не терять ни секунды времени на праздные прогулки и заняться поиском ночлега.

 

Они оба устали до умопомрачения. Криста держалась уверенно, но мужчина чувствовал, как подкашиваются её ноги от целого дня беспрерывной ходьбы и сражения с троллями. И хоть она сама бы в этом никогда не призналась, девочке нужен был отдых. По старой памяти Роланд кое-как нашёл неприметную таверну на окраине города и отперев гнилую, протяжно скрипящую дверь, вошёл внутрь.

 

Несмотря на скверный вид, грязь и табачный дым, внутри было тепло и сухо, а большего желать и не стоило. Помещение было маленьким, примерно на двадцать столов, и освещено немногочисленными свечами и жаровнями.

Как только они вошли, завсегдатаи тут же прекратили свои тихие разговоры чтобы посмотреть на гостей. Роланд не стал снимать капюшон, и Кристе тоже не советовал лишний раз светить лицом в злачных местах.

Храмовник, громко стуча сапогами по скрипящим доскам, подошёл к стойке и положил на нее горсть золотых монет.

 

— Горячее и выпивку, — бросил он.

 

Толстый кареглазый трактирщик в засаленной белой рубахе смерил взглядом сперва Роланда и две длинные рукояти мечей, выглядывающие из под плаща, а затем и его попутчицу, которая все же сняла капюшон. Лицо ее покраснело от резкой смены температуры, голубые глаза смотрели холодно и прямо. Мужики с куда большим интересом уставились на контрастирующую пару, а в особенности на молодую девушку. Подойти к ней не давал только возвышающийся над Кристой воин.

 

— Как вам будет угодно, — ответил владелец заведения и принялся за работу, в то время как путешественники сели за стол в самый дальний и неприметный угол.

 

Минуты, проходящие в ожидании Роланд потратил на изучение всех находившихся в таверне людей, их настроения и оружие. Десятки и сотни драк и погромов в самых разных трактирах научили его этому. Пьяной деревенщине могло не понравиться все что угодно, от твоего внешнего вида до того, как ты на кого-то посмотрел. В городских трущобах ситуация была такой-же, если не хуже и поэтому Роланд оставался в капюшоне, чтобы не привлечь чей нибудь случайный взгляд.

Он хотел было пообщаться с Кристой, но потом решил, что это снова будет односторонний диалог, который может привлечь внимание.

Всего в таверне было десять человек разной степени ужратости: трое в проржавевших доспехах, носимых городским ополчением, пятеро обыкновенных горожан из трущоб и двое не местных, судя по дорожным накидкам и походным сумкам.

 

— Гляди, — тихо шепнул Роланд, наклонившись к уху Кристы. — те пятеро мужиков уже по четвертой кружке за Королевство пьют. Да и эти солдафоны недалеко от них ушли. У всех уже чешутся кулаки, и как бы мы не стали поводом для начала погрома.

 

Храмовник не был против хорошей драки. Но учитывая обстановку в городе, любое правонарушение может обернуться тем, что их просто выставят за ворота, а Роланду с Кристой отчаянно требовались припасы для дальнего пути. В противном случае придётся много голодать и бегать по лесам в поисках живности, чьё мясо не отравлено некромантическим ядом, а после Тёмного Легиона такой тут осталось мало.

 

Тем временем принесли еду. Трактирщик без особого энтузиазма расставил на столе угощения, налил Роланду мёда в глиняную чашку, а Кристе дал стакан молока, после чего удалился обратно к стойке, откуда просматривалась вся таверна.

 

Пока они перекусывали после долгого пути, уже долгое время наблюдавший за ними мужчина в сером плаще встал из-за своего стола и пересек таверну, идя прямиком к их столу. Роланд заметил его не сразу, и уже было потянулся за мечом, но решил первым не провоцировать драку и лишь выжидательно уставился на бродягу, отодвинув свою тарелку немного в сторону.

Человек оказался рыцарем. Под серым дорожным плащом гремел комплект пластинчатых железных доспехов, а за спиной на широком ремне к нему крепился двуручный меч.

 

— Разрешите присесть? — поинтересовался незнакомец. Голос его был немного хрипловатым, но тем не менее приятным.

 

— Вокруг ещё много места, — Роланд демонстративно обвел взглядом таверну.

 

— Но за ними нет приятных собеседников. — заметил воин.

 

— А с чего ты взял, что мы тебе будем приятными собеседниками?

 

— А вы не будете?

 

— Да садись уже, — махнул рукой храмовник. При всей своей антисоциальности, он не был против дружелюбно настроенных собеседников.

 

Рыцарь сел. Он заказал себе пива и внимательно посмотрел на новых знакомых, задержав взгляд на Кристе. Девочка без особого интереса посмотрела на него в ответ, после чего вновь прильнула к стакану молока.

 

— Я чувствую в ней Тьму, — рыцарь сказал это тихо, чтобы никто вокруг не услышал. — интересный у тебя напарник.

 

— Мой напарник тебя не касается, — сказал Роланд, но потом вспомнив недавнюю обиду Кристы всё же добавил, — её зовут Криста. И не лезь к ней с глупыми вопросами.

 

— Очень приятно. Я Гесперион. — сказал рыцарь.

 

— Роланд.

 

— Рад знакомству. Куда держите путь, Роланд?

 

— К морю. Хочу убраться из королевства ненадолго.

 

— Ну, причину объяснять не имеет смысла, — усмехнулся Гесперион. — Темный Легион, чума, а теперь ещё эта церковь Святой Истины, будь она неладна.

 

— Что за церковь? — не понял Роланд.

 

— Ты не слышал ничего об этом? — кажется, его это удивило.

 

— Последний месяц мы провели вдали от цивилизации. — пояснил Роланд. — так что за церковь?

 

— Новое движение фанатиков помешанных на магии Света, — выплюнул Гесперион. — хотят искоренить всё, что как-то связано с Тьмой. Эльфов, Храмовников, тёмных магов… на их кострах уже померло больше народу, чем за всю Вторую Войну.

 

— Скверно.

 

— Не то слово. Я бы сам свалил из города в ближайшее время, но у меня тут заказ.

 

— Заказ? — не понял Роланд. — ты наёмник?

 

— Почти. — улыбнулся Гесперион. — тут неподалёку низшая нежить сбилась в крупную стаю. Просят убрать.

 

Это было проблемой всего западного побережья ещё со времён Первой Войны. Поднятая некромантией нежить, утратив связь со своими повелителями чернокнижниками, превращалась в безмозглых зомби, которых довольно легко истреблять, пока они не собьются в крупную стаю.

 

— Обычно простым людям сложно выполнять такие задания, — заметил Роланд. — тут бы лучше подошёл Храмовник.

 

— Ты прав. — улыбка Геспериона стала шире, после чего он вынул из под воротника приметную металлическую подвеску, на которой был выгравирован череп, протыкаемый насквозь мечом. Эмблема Храма Стали. — я удивлён, что ты меня сразу не узнал, брат по оружию.

 

— Так ты тоже храмовник? — немного удивившись, спросил Роланд.

 

Только сейчас он заглянув в глаза собеседнику обнаружил отличительную особенность всех сверхлюдей — глаза были цвета вороного железа, словно выцветшие. Никакой он, оказывается, не рыцарь.

 

— Ну да, — беспечно ответил воин. — я поэтому-то к вам и подошёл: редко встретишь нашего брата, путешествующего в компании простого человека. Ты, судя по обмундированию, из Храма Тени?

 

— Верно подмечено. — Роланд едва заметно кивнул Кристе и она достала из под плаща похожий по форме медальон. Только на этом были два черепа, один из которых был тёмным, второй светлым.

 

— Ты отдал свой медальон ей? — глаза Геспериона в удивлении расширились.

 

— Ну да, — пожал плечами Роланд, сохраняя спокойствие.

 

— Значит, либо ты предал Храм, либо… — он перевёл взгляд на голубоглазую девочку. — либо этот человек — самое дорогое, что есть в твоей жизни и ты ценишь её выше своих братьев и своей чести.

 

— Обычно после этого момента большинство Храмовников презрительно смотрят на меня и уходят, — усмехнулся мужчина.

 

— Я не вправе осуждать тебя и твой выбор. Ты поступил так, как посчитал нужным. — философски заметил Гесперион. — я уже видел тех, кто отдавал медальоны людям, к которым они привязывались и не считаю это чем-то запредельным.

 

— Тебе виднее.

 

Он хотел было что-то добавить, но тут их разговор грубо перебили:

 

— Эй, вы! — гаркнул один из ополченцев, в доску пьяный. — Да, погань, я к вам обращаюсь! Чего это вы там шепчетесь?

 

— Да, у вас там какие-то секреты? — подхватил второй.

 

Проклятье, подумал Роланд. Они с Гесперионом слишком тихо говорили, что сделало их вид загадочным, что несомненно привлекло внимание пьяной толпы, у которой уже чесались кулаки.

 

— Наш разговор вас не касается, господа. — сказал Гесперион. — возвращайтесь к своим кружкам и не трогайте нас. Нет нужды в ссоре.

 

Роланд понял, что его собеседник имел слишком мало опыта в барных потасовках. Нужно было лишь сказать, что никаких секретов нет, что сегодня Господь улыбается им всем, выкрикнуть клич о вечной славе Короля, после чего бросить в воздух пару монет, желательно золотых, и тихо ретироваться, но вот теперь драки не избежать.

 

— Ты чё, падла, совсем страх потерял? — заорал во всю глотку солдат, выхватывая из ножен то ли меч, то ли разделочный тесак. — ща я надеру тебе жопу, да так шо сидеть не сможешь!

 

Залязгало оружие и доспехи. Мужики начинали вставать с насиженных мест, обнажая ржавые мечи, топоры и дубины. Некоторые, безоружные, засучили рукава рубах, собираясь идти врукопашную. Всего их было восемь человек.

 

Роланд, Криста и Гесперион неподвижно сидели, совершенно не впечатленные зрелищем.

 

— Мне с ними разобраться? — спросил рыцарь.

 

— Сиди, я сам всё сделаю.

 

Первый, самый нетерпеливый мужлан подошёл к ним, замахиваясь какой-то палкой, и намереваясь ударить ей Геспериона. Роланд резко толкнул ногой хлипкий стол, да так, что тот влетел в бедолагу, повалив того на пол. Не теряя ни секунды он вскочил на ноги и, запрыгнув на упавший стол, прыгнул, по пути выхватывая из-за спины один из своих клинков. Лезвие засвистело в воздухе и через секунду ещё трое мужиков повалились на землю, заливая пол кровью. Всё это произошло менее чем за одну секунду.

На ногах осталось ещё четверо, но они не спешили нападать, увидев на примере своих товарищей мастерство храмовника. За секунду он повалил одного и убил трёх, и чтобы разобраться со второй половиной дебоширов, ему потребуется ровно столько же времени. Они попятились назад, а в глазах выпивох засветился страх.

 

— Как-то быстро с вас сошла вся спесь, — прокомментировал Роланд, стряхивая с меча кровь.

 

До его ушей донёсся скрип досок — ополченец, которого он вырубил столом, встал на ноги и хотел было ударить дубиной ему по затылку, но не успел. В воздухе пронесся кошмарной длины меч, и пройдя сквозь тело, доспехи и остатки стола, за которым они недавно сидели, он врезался в пол и пробил доски до фундамента, подняв жуткий грохот. Все обернулись на шум: Гесперион стоял в боевой стойке, а в руках сжимал свой двуручный клинок, длиной в человеческий рост. Пьяница с дубиной был разрублен пополам и теперь кровь фонтанировала во все стороны нескончаемым потоком.

Вид разрубленного товарища окончательно деморализовал горожан, и они с криками побежали прочь из таверны, а за ними и прочие посетители. Спустя минуту в трактире остались только храмовники, да трактирщик.

 

— Неплохой бой, — сказал Гесперион, закидывая оружие на плечо. — ты настоящий мастер клинка, Роланд.

 

— Ты тоже неплох, — усмехнулся мужчина, вытирая лезвие о ткань. — разрубить его на две части… такое не каждый паладин сможет.

 

— Спасибо.

 

— Так или иначе, пора спать, — сказал Роланд. — мы весь день в пути, а тут ещё и эти… эй, барин, есть комнаты свободные?

 

Трактирщик, вероятно, рад бы был послать таких гостей куда подальше, но когда оба храмовника вывалили на прилавок кучу монет, полностью компенсирующих погром и трупы, всё же предоставил троице пару комнат на втором этаже. Попрощавшись с новым знакомым, Роланд лёг спать на деревянный пол, отдав Кристе кровать. Сон настиг его быстро.

 

***

 

Утро выдалось пасмурным и неприветливым. Небо было затянуто чёрными тучами, а где-то вдалеке гремел первый гром. Мелкий дождик едва заметно моросил по вымощенной камнем улице, не сильно мешая.

Несмотря на ожидание Роланда, к ним никто не завалился в комнату посреди ночи в попытке отомстить за убитых ранее пьянчуг. Храмовника это удивило, но также и порадовало. Хотя бы не придётся ничего объяснять замковой страже. Так или иначе, необходимая передышка была сделана и пора было продолжать путь. Они распрощались с Гесперионом на рассвете, разойдясь возле познакомившей их таверны. Воин из Храма Стали держал путь на восток, а Роланду с Кристой нужно было идти на запад. Прощание выдалось суховатым, но искренним, как и должно быть у случайных бродяг, встретившихся в таверне и разбивших пару лиц завсегдатаям.

 

— Береги её, — Гесперион кивнул в сторону стоявшей чуть поодаль Кристы. — я не знаю, что за тени сгустились над ее душой, но одна она с этим не справится. Однако ей нужна не только защита, но и забота. Понятие, которым всё наше поколение слишком часто пренебрегает.

 

— Это не новость для меня, — вздохнул Роланд. Он не стал говорить, что защита Кристе нужна меньше всего и что она сама без каких либо сложностей сможет постоять за себя в драке. — иногда мне кажется, что я делаю что-то неправильно. Что врежу ей больше, чем помогаю.

 

— Не знаю, что за история вас связывает, но хочу пожелать удачи вам обоим, — воин протянул руку в латной перчатке для рукопожатия и Роланд ответил. — может когда-нибудь ещё увидимся. Мир всё-таки тесен, кто бы что ни говорил.

 

Гесперион надел капюшон и, развернувшись, ушёл. Забавный парень. Слишком мягкий для храмовника, хотя в бою показал себя профессионалом.

Когда его фигура скрылась за поворотом, Роланд развернулся к Кристе и, положив руку ей на плечо сказал:

 

— Нам пора в путь.

 

В ответ лишь кивок.

Улицы Лорвала встретили их грязью и сыростью. В тусклом свете солнца Роланд заметил деталь, ускользнувшую от него вчера в ночи: на самой высокой башне трепыхался чёрный флаг, что означало лишь одно — в городе чума. Чем ближе к центру они двигались, тем сильнее становился смрад разложившихся тел, сгнивших продуктов и прочих нечистот, выбрасываемых прямо из окон, ввиду отсутствия канализационных систем как в более крупных городах.

Вдоль улиц ровными рядами лежали тела, завернутые в белые тряпки — картина до тошноты знакомая, но всё же грустная.

Людей на улицах было мало, однако редкие прохожие смотрели на путников с презрением и злобой. Один старик даже плюнул Кристе под ноги, за что тут же получил от Роланда кулаком в челюсть.

Картина была удручающей и храмовнику захотелось как можно скорее покинуть это место.

Внезапно до его ушей донёсся звон колокола. Обычно это означало похороны какого-то важного графа или начало церковной службы, однако все люди будто забыли про свои дела и устремились в направлении центральной площади. Даже старик, которого Роланд ударил, сжимая морщинистой рукой окровавленный подбородок, поспешил присоединиться к течению толпы.

Храмовник с любопытством огляделся по сторонам: они шли в ту же сторону, что и остальные. Необычное поведение толпы насторожило Роланда и он решил разобраться с происходящим. Мужчина схватил за локоть пробегающего мимо мальчика, ростом не выше Кристы, и спросил:

 

— Куда все идут?

 

— На площадь, — ответил паренёк высоким голосом. — разве вы не слышали звон колокола? Отец Габриэль будет держать речь.

 

Гесперион предупреждал о какой-то церкви фанатиков, убивающих всех связанных с Тьмой. Нужно было свести на нет контакты с этой организацией, но прежде чем убираться из города, нужно было решить одно неотложное дело.

 

— Скажи, где здесь можно запастись провизией в дальнюю дорогу?

 

— Насколько дальнюю? — спросил ребёнок.

 

— До берега моря.

 

— Далековато. Ну тогда вам в лавку Тернора, что на центральной площади. Вы ее ни с чем не спутаете.

 

— Спасибо. — Роланд дал ему монетку и отпустил.

 

— Только вы не сможете ничего купить до конца проповеди. — крикнул на прощание мальчик. — когда отец Габриэль говорит, его слушает весь город до последнего человека.

 

— Проклятье, — Роланд обратился к Кристе. — теперь и нас придётся слушать этого Габриэля. Без припасов мы не протянем и недели, а надеятся на охоту глупая затея, особенно в этом регионе.

 

Течение вынесло их на площадь. Для средних размеров городка, площадь Лорвала была внушительной и могла вместить почти все население.

Роланд огляделся по сторонам. Вокруг было не продохнуть от народа, сбившегося словно стадо овец. Горожане стекались к центру, где стоял внушительных размеров деревянный постамент.

 

На импровизированную сцену вышел человек, одетый в белоснежный балахон. Когда его заметили, все разговоры разом стихли, и площадь погрузилась в благоговейную тишину. Храмовник предположил, что это тот самый отец Габриэль. Он был почти два метра ростом, своим телосложением напоминая медведя. Широкие плечи и мощные руки выдавали в нём бывшего воина. Он сбросил капюшон, обнажив безволосую голову, испаханную шрамами, и пронзительные голубые глаза. Роланд предположил, что под рясой он скрывает атлетическое тело, закаленное множеством битв.

 

— Братья и сёстры! — начал он. Его голос был глубоким и резонирующим, разносившимся по всей площади. Роланд никогда не слышал, чтобы хоть кто-то мог говорить так громко и при этом так спокойно. — давайте вместе восславим Господа!

 

Люди готовы были расплакаться от счастья.

 

— Когда-то давно этой землёй правили прихвостни Дьявола — гигантские Титаны, терроризирующие людской род. Но пришёл владыка Света и повёл Легион Ангелов в бой, дабы очистить землю от порождений скверны. И когда все титаны пали, люди, выбравшись из темных пещер, где они прятались, поклялись Господу нашему в вечной верности. Этот город…

 

Он обвёл исполинской рукой площадь.

 

— Этот город был местом величайшего сражения сил Света и Тьмы. Тела мёртвых ангелов — поборников воли Господней, устилали эту землю ковром. И в честь их жертвы люди построили этот город. Мы с вами стоим на святой земле и поэтому Бог взирает на нас ещё более пристально. Победа была велика.

 

Люди слушали как завороженные, внимая каждому слову. Его лицо сделалось более мрачным.

 

— Но и поныне существуют те, кто хочет осквернить род людской. Проклятые эльфы, слуги Сатаны, позорящие нас одним своим существованием. Вурдалаки, нежить, колдуны, творящие свою тёмную магию… вся эта нечисть позорит нас перед взором Господа. Но хуже всего не они.

 

Сейчас начнётся, подумал Роланд.

 

— Еретики, называющие себя Храмовниками — они хуже всех прочих вместе взятых. — провозгласил Габриэль. — проклятые слуги Дьявола, чья кровь осквернена ядом предательства. Они, лелея свою алчность, славя Сатану оскверняют свои тела противоестественной чёрной магией, делаясь более сильными, жестокими и опасными. Они детоубийцы и изменники, которым суждено гореть в адском пламени!

 

Он всё говорил и говорил. Вливал в уши неграмотных людей исковерканные факты и откровенную ложь. Призывал самим убивать нечисть. Роланд, уставший слушать этот бред, захотел уйти и подождать до конца проповеди в менее людном месте. Он взял Кристу за руку, чтобы не потерять в толпе и уже продирался сквозь людей, как вдруг услышал фразу, сильно насторожившую его:

 

— Однако еретики и предатели всех мастей любят скрываться среди нас.

 

Роланд затылком почувствовал чей-то недобрый взгляд и развернулся. Отец Габриэль пристально взирал на него — он был точно в этом уверен. Их разделяло больше сотни метров и окружала толпа народа, но храмовник точно знал, что священник смотрит на него своими хищными голубыми глазами. Он улыбался как маньяк, поймавший жертву в темном переулке. Роланд с вызовом уставился в ответ. Ситуация приняла опасный оборот.

Габриэль вытянул свою медвежью лапу и указал точно на храмовника. Люди вокруг Роланда отпрянули от него как от прокаженного, образовав вокруг него кольцо.

 

— Вот он, носитель скверны! Слуга Дьявола и детоубийца! — он перевёл взгляд на Кристу. — с ним тёмная дева! Блудница преисподней! Схватите их!

 

По толпе пошло волнение и Роланд среагировал на угрозу. Сзади подбежал какой-то паренёк, но храмовник развернулся, сломав ему ребра ногой. Он выхватил оба меча из ножен и снёс головы ещё паре оказавшихся слишком близко горожан.

 

— Бежим! — крикнул он и они побежали со всех ног.

 

Толпа обезумевших людей начала сжиматься вокруг них. Все стремились первыми ударить или убить, по их мнению, злодеев. Путешественники отчаянно пытались вырваться из окружения и прорваться к узкому переулку, где можно будет спрятаться. Роланд махал мечами, каждым ударом унося по несколько жизней, но всё же врагов было слишком много. Если так продолжится, их просто затопчут. Люди вопили, бросались под жернова клинков, но тем не менее продолжали попытки их схватить. Уже скоро давка стала настолько сильной, что Роланд просто не смог замахиваться оружием. Криста держалась уверенно, хотя её постоянно норовили схватить то за плащ, то за волосы.

 

— Кри, без тебя никак!

 

Девочка всё поняла. Её глаза сменили цвет с голубого на фиолетовый, руки засветились от магических разводов. На шее проступили черные вены. Она вскинула руки и всю местность вокруг них накрыло облако из тьмы, пожиравшее людей, иссушающее их тела. Секунда, и все горожане вокруг них рассыпались пеплом. Выжившие в страхе отпрянули и у Роланда с Кристой появилась возможность.

 

— Чёрная магия! — взревел Габриэль. — они отравляют нашу святую землю Тьмой. Убить их!

 

Они со всех ног бросились прочь с площади, а горожане, подгоняемые возгласами Габриэля, кинулись за ними.

Роланд и раньше сталкивался с ненавистью, вызванной невежеством, но ни разу с настолько неистовой и животной. Люди, словно зомбированные, бросались на мечи, вопя от ненависти и боли.

 

Они всё же добежали до переулков и попытались затеряться в запутанных улицах города, надеясь спрятаться в каком нибудь неприметном месте. Но проблема была в том, что Роланд совсем не знал город, а толпа заполняла улицы словно вода. Раз за разом им отрезали пути к отступлению, загоняя, словно дичь. Храмовник вспотел и чувствовал себя уставшим. Розе после использования темной магии тоже требовался отдых. Но тут произошло непредвиденное.

 

— Тупик? — Роланд чуть с разбегу не вбежал в стену, которой оканчивался переулок. Сзади уже вовсю вопили горожане, готовые с минуты на минуту появиться. Храмовник обреченно вздохнул и прислонился к стене, пытаясь отдышаться. К такому он не был готов.

 

— Забирайтесь, скорее! — послышался чей-то голос сверху.

 

С крыши к ним упала веревка.

 

— Ты кто? — спросил Роланд настороженно. — почему помогаешь нам?

 

— Хочешь обсудить это сейчас? Они скоро будут здесь!

 

Дважды Роланду повторять было не нужно.

 

***

 

Безумная толпа осталась позади. Где-то внизу всё ещё можно было услышать крики и проклятия, но едва ли они додумаются посмотреть наверх. Роланд сел на остроконечную крышу, переводя дух. Слишком внезапно недружелюбный, но спокойный город превратился в смертельную ловушку.

Криста разглядывала улицы внизу, пытаясь проследить направление толпы. Те, не обнаружив их в тупике, развернулись и принялись искать в другом месте.

 

— Ты в порядке? — спросил храмовник. Ответом ему был кивок. — что-то мне подсказывает, что благодаря этой церкви мы не в последний раз окажемся в таком положении.

 

— Ну, насчёт этого можете не сомневаться.

 

Путешественники обернулись на голос. Возле них стояла девочка в сером платье и мило улыбалась.

 

— Отец Габриэль каждый день читает проповеди о злых храмовниках и поэтому проход в город для них теперь затруднителен. Сразу же хватают и на костёр.

 

— Почему ты помогла нам? — спросил Роланд.

 

— Ну, я не верю в эти сказки про тьму и зло. — пожала плечами девочка. — человек ведь не может быть плохим только из-за того, что он какой-то храмовник.

 

Роланд вспомнил про Терзание, Железную Империю и демонов.

 

— Так или иначе, спасибо тебе. — сказал мужчина. — без тебя нас бы растерзали.

 

— Да не за что, — беззаботно улыбнулась девочка. — люди ведь должны помогать друг другу, верно? Иначе они ничем не лучше Легиона, которого так боятся.

 

Роланд удивился глубине её рассуждений. Она была очень молодой, моложе даже чем Криста. С каштановыми волосами до плеч и детской улыбкой, словно не было всех тех ужасов, терзавших страну и Лорвал в частности. Словно все невзгоды она переждала на этой вот крыше, такой далекой от проблем тех, кто живет внизу.

 

— Вы голодны? Пойдём, мой дом недалеко отсюда, я вас накормлю и согрею. А то погода совсем плохая.

 

Словно по команде пошёл дождь, а казавшаяся далёкой гроза ударила чересчур близко к городу.

 

— Пожалуй, нет причин отказывать.

 

Шли они минут пять, по крышам, не спускаясь на землю. Иногда приходилось прыгать с одного дома на другой, но в целом ничего страшного. Всё это время Роланд внимательно изучал скачущую впереди девочку, стараясь узнать побольше. В ней не было ничего сверхъестественного, иначе Криста уже давно бы это почувствовала. Хотя странные способности Габриэля прошли мимо её внимания, так что сказать наверняка было сложно.

Дождь уже лил в полную силу и им пришлось надеть капюшоны. Провожатая на дождь не обращала внимание.

 

— Меня зовут Велента, кстати.

 

— Я Роланд. А это Криста. — он указал на свою напарницу.

 

— Очень приятно.

 

— Почему ты на крыше одна? Где твои родители? — спросил Роланд.

 

— Мы с мамой живем на чердаке старого дома и редко спускаемся на землю. — ответила Велента. — люди внизу злые и не хотят с нами общаться.

 

— Кто нибудь знает о том, что вы тут?

 

— Отец Габриэль знает. Он призывает людей ловить нас, но мало кто в городе может забраться так высоко. Вы, как вижу, приспособлены ко всему.

 

— Мы встречали много трудностей. — уклончиво ответил Роланд.

 

— А твоя сестра всегда молчит?

 

Велента взглянула на молча идущую Кристу. Та всё ещё изучала улицы внизу и мало обращала внимание на девочку.

Их часто принимали за родственников, хотя Роланд никогда не понимал почему.

 

— Она не любит новые знакомства. — сказал он, не углубляясь в тему. Ни он, ни сама Криста не любили распространяться о своём прошлом.

 

— Я видела её магию на площади. Было красиво, но немного страшно.

 

Это был первый человек не считая чернокнижников на памяти Роланда, что назвал тёмную магию красивой.

 

— Ну вот мы и пришли, — весело объявила Велента. — тут я живу.

 

Она действительно жила на чердаке. К одной из крыш прилегал парапет, из которого легко можно было залезть через окно в один из чердаков старого дома. Перепрыгнув через нехитрое препятствие, путники оказались в тесном и душном помещении. Тут было много пыли и мало света, зато тепло и по своему уютно. Чердак делился на два помещения, разделенных дверью и освещался парой свечек.

 

— Камина у нас нет, но тут достаточно тепло, чтобы не замерзать по ночам. — сказала Велента. — располагайтесь.

 

Из соседней комнаты послышался голос:

 

— Велента? Это ты?

 

— Да, мама, это я! Со мной гости. — крикнула девочка.

 

Половину соседней комнаты занимала кровать на которой лежала старая женщина лет семидесяти. Она повернула голову и смерила взглядом новоприбывших.

 

— Так это вы те странники, что разгромили вчера таверну старика Рекса? — улыбнулась она. — а сегодня вас за это чуть не казнили.

 

— Откуда вы знаете?

 

— Моя неугомонная дочь любит следить за всеми прибывающими в город. — пояснила старушка.

 

— Мы дрались вчера там, да. — согласился Роланд. — Но преследовали нас вовсе не из-за этого.

 

— А что же стало причиной?

 

— Моя принадлежность к Храму Тени.

 

— А, ну да. Сейчас вам нелегко приходится.

 

— Мы бы хотели переждать тут некоторое время, пока в городе про нас не забудут. — сказал Роланд. — мы уйдем сразу после этого.

 

— Разумеется. Будьте как дома. — улыбнулась старуха. — я не принимала гостей уже много лет.

 

Следующий час они провели здесь, отдыхая и пытаясь высушить плащи. Мать Веленты не обременяла их лишними расспросами и попросила дать ей отдохнуть. После скромного обеда храмовник сидел, прислонившись к деревянной стене и пытался поспать хотя бы полчаса. Криста была рядом, расположившись возле ящика. Заняться тут было нечем.

 

— Тебе надо отдохнуть, Кри, — говорит Роланд, не надеясь услышать ответ. Он редко удостаивается слов от неё, только если это не что-то очень волнующее девочку. Таких вещей в мире мало. — тёмная магия эффективна в бою, но забирает энергии в десять раз больше светлой.

 

Он расстегнул ремень сумки и достал оттуда свежий кусок хлеба.

 

— Держи. — протягивает ей. Сейчас это всё, чем он может помочь.

 

Он давно уже перестал думать о Кристе как об инструменте войны, что повлекло за собой множество обязанностей, в том числе и забота о её здоровьи. Нужно было давать ей еду, перевязывать раны, предлагать теплую одежду, ведь сама она никогда не попросит — будет молча идти, пока ноги не подкосятся от изнеможения. Из-за гордости ли или по какой-то другой причине, Роланд не знал.

К ним подошла Велента. Она пыталась поговорить с Кристой, ведь мало общалась со сверстниками, но на все расспросы ей ответом было только многозначительное молчание. Тогда разговорчивый ребенок взялся за Роланда.

— Расскажите что нибудь о себе. — попросила она. — как вы познакомились? Вы сражались? А видели Тёмный Легион?

 

Храмовник вздохнул. Придется рассказывать, хотя бы из вежливости.

 

— Мы с Кристой познакомились три года назад в войне с Железной Империй, что в горах на юге. Я был там наемником, а она… — он вспомнил все издевательства, которым ее подвергали солдаты. Из девочки сделали практически раба за её способности. А убивать не хотели, так как она отлично била врагов своей магией, постепенно истощая себя. — …Криста была солдатом.

 

Он не хотел вдаваться в подробности той войны, что очень тяжело далась им обоим.

 

— И чем всё кончилось?

 

— Война закончилась и мы ушли вместе путешествовать. — ответил храмовник. — с тех самых пор мы в дороге.

 

Пока она не начала задавать новые неприятные вопросы, мужчина задал свой первым:

 

— А у тебя есть отец?

 

— Нет. — просто ответила она. — Он погиб в Первой Войне, защищая столицу. Нас с мамой он отправил в этот город, подальше от боевых действий. Когда война закончилась и Легион отступил обратно за Разлом, мы остались здесь, так как наш дом в столице был разрушен.

 

— Ясно.

 

Девочка совершенно спокойно к этому относилась, внешне никак не выдав свою горечь. Роланд решил, что она справляется со своими демонами куда лучше него.

 

— Мне тогда был всего год. — продолжала она. — я еще плохо понимала мир вокруг себя. А вот мама не знала покоя от горя, она очень любила папу. Она так сильно тосковала, что рано состарилась.

 

Ненадолго воцарилось молчание,  нарушаемое только шумом дождя за стеной. История трагичная, хоть и не редкая. Роланд знал десятки людей, чьи судьбы были разрушены двумя опустошительными войнами, развязанными Темным Легионом.

 

— Почему вы скрываетесь от людей, Велента? — это был наиболее волнующий его вопрос.

 

— Раньше не скрывались. Но после смерти папы у нас осталось немного денег и однажды мы задолжали одному купцу. Он начал за нами охоту и пришлось бежать сюда. — она обвела взглядом комнату. — здесь никто нас искать не станет.

 

— А на что вы сейчас живёте?

 

— Мама слишком стара, чтобы работать, а меня не берут даже помощницей в таверну. Поэтому я иногда обворовываю торговцев. Краду еду и лекарства. — она посмотрела на храмовника вызывающе. — да, я знаю, что никто не любит воров, и что? Нам надо как-то выживать!

 

— Я был наемным убийцей когда-то. — сказал Роланд. — не мне тебя осуждать.

 

Они ещё долго разговаривали, сидя в тени двух маленьких свечек, рассказывая разные истории из прошлого и делясь своими мыслями насчёт разных вещей, творящихся вокруг. Криста молча слушала, а вот Велента оказалась на удивление интересным собеседником. На улице постепенно вечерело, а дождь прекратился.

 

— Спасибо за гостеприимство, но нам уже пора. — сказал Роланд, вставая на ноги и разминая затекшую спину. — мы и так пробыли в Лорвале дольше, чем планировали.

 

— Вот, держите, я собрала вам продуктов в дорогу, — сказала Велента, протягивая Роланду сумку. — там еды дня на три. Этого не хватит, чтобы дойти до моря, но в лесах много дичи.

 

— Спасибо. Мы очень благодарны тебе за помощь. — сказал Роланд. — без тебя мы бы не выбрались отсюда живыми.

 

— Да незачто. — улыбнулась она. — хоть вас и называют слугами тьмы, но я вижу, что вы такие-же люди как и все остальные.

 

Они попрощались с матерью Веленты. Старая женщина благословила странников на долгую дорогу и пожелала добраться до своей цели.

 

— Пусть ваша дорога и не легка, но я верю, что вместе вы справитесь с любой бедой. — она невольно повторила слова Геспериона. — береги эту юную девушку, солдат. Вы не семья по крови, но я чувствую глубокую связь между вами. Она может как укрепить, так и сломить вас.

 

— Спасибо за совет. Берегите и вы себя.

 

Роланд оставил им немного золотых монет за доброту, после чего они с Кристой вышли в ночь. Велента ещё долго наблюдала за их удаляющимися фигурами.

 

***

Лорвал остался далеко позади. Его пронзающие небо башни еще долго провожали взглядами двух путешественников, не спеша идущих по вытоптанной дороге. Солнце, едва заметное, но все же приветливое, показалось из-за облаков, но уже скоро скрылось под натисков штормовых туч.

Они без проблем пробрались мимо поста охраны, скрывшись в сумерках, так что о погоне можно было не беспокоиться. Снова подул холодный ветер и Роланд поплотнее закутался в плащ.

 

— Послушай, Кри, — начал Роланд неуверенно. — там, на площади, когда они за нами погнались… я хотел сказать, что ты не заслужила такого отношения к себе. Я, возможно, но ты не сделала ничего плохого. Их ненависть вызвана глупостью.

 

Криста молча слушала.

 

— Ты хороший человек. — Роланд приобнял её за плечи. — не знаю на сколько тебе есть дело до их мнения, но всё же помни об этом.

 

Храмовник улыбнулся.

 

— Я никогда тебя не брошу. И ты меня не бросай. Обещаешь?

 

Не услышав ответа он ушёл чуть вперёд, оставив Кристу в раздумьях. Она посмотрела на мужчину своими голубыми доверчивыми глазами, тонкими бледными пальцами дотронулась до медальона на шее и тихо-тихо произнесла:

 

— Обещаю.

 

***

 

— И что мне с тобой делать? — задумчиво произнёс Роланд, глядя на неподвижно стоящую девочку в грязном белом платье.

 

Вокруг них гудел военный лагерь со своей привычной суетой. Солдаты ходили туда-сюда не обращая на них никакого внимания.

Роланд, стоявший в белой рубахе и без оружия чувствовал себя почти беспомощным, однако свалившаяся на его голову проблема требовала немного другого подхода.

 

— Не знаю, что капитан в тебе нашел особенного, раз решил отдать мне, но тем не менее, какое-то время мы с тобой пробудем вместе. Пока я не решу, куда тебя пристроить. Тут война, знаешь ли, и я не вижу в округе детских приютов.

 

Девочка не выражала никакого интереса к диалогу. Солнце припекало, да и поляну, на которой они стояли заливало светом, однако она совсем не щурилась.

 

— Меня зовут Роланд. Я их Храма Тени, а ты?

 

Молчание.

 

— Нет имени или не хочешь говорить?

 

Молчание. Роланду стало её немного жаль. Ребенок был словно диким, да еще и без имени. Час от часу не легче.

 

— Ясно. Тогда, позволь, я придумаю сам. Надо же к тебе как-то обращаться.

 

Мужчина задумался на какое-то время. Придумывать имена детям оказалось сложнее, чем ему казалось. Однако решение пришло быстро. Он вспомнил имя, которым мать хотела назвать его, в случае если бы он родился девчонкой.

 

— Криста. — констатировал Роланд. — я буду звать тебя Кристой.

 

 

читателей   188   сегодня 4
188 читателей   4 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 1. Оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...