Желтые носки

Ева никогда не любила весну. Весной выходили самые грустные песни. А еще на улице было предательски тепло, приятно и нежно, а не по-летнему, когда солнце назойливо выжигает на затылке дыру. Любой другой человек радовался бы, ведь, в сущности, и песни выходили хорошие, и погода располагала к долгим прогулкам. Но Ева могла только грустить, её печаль будто размораживалась вместе с остальным миром. Иногда для этого были реальные причины, но чаще всего девушка просто терялась в глубине себя, сожалея о том, что этот мир был совершенно не таким, как ей бы хотелось. Порой она мечтала просто исчезнуть, но даже этого она не могла себе позволить.

В тот день Ева надела желтые носки, по-детски веря, что эта яркая деталь принесет ей хоть какую-то радость. Подруги из университета посчитали забавным этот маленький выпад, хотя Ева и не понимала, что такого необычного в желтых носках. Но сейчас она усмехалась, глядя на свои ноги. Пожалуй, желтый цвет и вправду приносит немного счастья… Об эту радужную мысль девушка споткнулась и упала, больно ударившись коленом о мостовую. Еще одно подтверждение тому, что счастье не задерживалось в жизни Евы надолго.

— В порядке ли Вы, юная леди? Поднимайтесь, давайте я Вам помогу, — маленький человечек в странном наряде обеспокоенно уставился на неё. Пальто на нем было на несколько размеров больше, шляпа с зеленой лентой вообще будто из другого времени, но лицо выражало всего лишь вежливое участие, так что Ева расслабилась и позволила человеку помочь ей подняться.

— Спасибо… Я, знаете, просто не смотрела под ноги. – Человечек не спешил двигаться дальше, с надеждой поглядывая на девушку.  – Все в порядке, — с нажимом сказала она.

Ситуация начинала пугать Еву, которая и без того не любила сталкиваться с прохожими и привлекать к себе внимание. Её раздражало, даже когда кто-то шел перед ней достаточно долго. Однако, человек в странном костюме даже не думал двигаться с места. Вместо этого он пристально смотрел куда-то вниз… на Евины ноги.

— На что Вы смотрите? – никакой реакции, — Простите? – Ева помахала рукой у него перед глазами, что тоже не дало никакого эффекта. Тогда она просто решила сбежать от него, пока не нарвалась на неприятности. Развернувшись, девушка быстрым шагом направилась в сторону, противоположную той, где стоял этот странный человек.

Через пару минут, свернув за угол, Ева успокоилась, ведь никто не собирался её преследовать. Это был просто странный мужчина в шляпе с зеленой лентой и в баклажанного цвета пальто. И, кажется, в желтых носках. Что?

— Подо… подождите… — Ева услышала позади себя невнятные крики и сбивающееся дыхание. Кажется, она всё-таки нарвалась на неприятности. Но на дворе день, вокруг ходят люди, что может случиться? – Стойте! Желтые носки! Я… Желтые… — что!? – носки.

Это заставило девушку остановиться уже из чистого любопытства. Человечек в желтых, таких же, как у неё, носках, задыхаясь, ковылял ей навстречу.

— Простите, но что Вам от меня нужно? – Ева решила вести себя как цивилизованный человек и вежливо поинтересоваться, какого черта происходит. Так же, кажется, ведут себя цивилизованные люди?

— Желтые носки, юная леди. Ох… — пробежка в пару десятков метров явно далась этому человеку тяжело, — Вы носите желтые носки!

— Да, и что?

— Как – что? Я же за вами сегодня пришел, а вы – бежать! Зачем же так мучить старого человека, когда сама носите желтые носки, и должны б уже всё понимать, — человечек качал головой и нервно дергал за воротник пальто.

— Кажется, Вы с кем-то меня перепутали… В городе много людей, которые носят желтые носки. Извините, я пойду, — но человечек преградил ей дорогу. Выглядел он довольно сурово, хотя и несколько комично.

— Да что ж вы мне голову морочите, леди, я ведь узнаю мечтателя, коль за ним пришел! Вот, держите, это вам, а у меня еще куча работы в этом городишке, — он вытащил из кармана пальто серебристый конверт и втолкнул его Еве в руки. Она даже не успела опомниться, потому что яркая вспышка вдруг ослепила её, а через секунду улица уже была пуста. Абсолютно, неестественно и совершенно неожиданно пуста. А вспышка, ослепившая Еву, превратилась теперь в равномерное свечение, исходившее от конверта в её руках. Мир вокруг приобрел странные очертания, а взгляд на здания почему-то вызывал головокружение. Что-то явно происходило. Ева будто выпила залпом огромную кружку глинтвейна. А потом реальность схлопнулась, словно только что дочитанная книга. Свет в голове Евы выключился.

***

Порой во сне случается падать. С огромной высоты, предварительно пролетев, кажется, бесконечное расстояние. Падение выбивает из колеи, вырывает из сна и пугает. Некоторые говорят, что так человек растет. Но какая разница, растешь ты или нет, когда получаешь встряску среди ночи, — ведь приятного в этом мало.

Ева с ужасом осознала, что совершенно точно не спит. Ведь только что она гуляла по городу, который потом внезапно исчез, перед этим растеряв всех людей. А теперь она летит, что твоя Алиса в кроличьей норе. Ева мало что могла разглядеть, перед глазами мелькали только вспышки, будто она долго смотрела на солнце.

Всё прекратилось так же резко, как и началось. Падение даже не замедлилось, оно просто перестало существовать. Сердце ухнуло в пятки, но по крайней мере теперь Ева стояла на твердой земле. Было жарко и пахло сеном. Когда девушка снова смогла видеть, она обнаружила себя в маленькой рощице, которую будто бы покинула жизнь: деревья казались взятыми с картинки, трава была всё равно что искусственной, а вокруг не раздавалось ни звука. И даже воздух боялся здесь шевелиться.

Если тебя выдергивают из родной реальности и переносят в недружелюбный зеленый почти что вакуум, это, мягко говоря, сбивает с толку. Но Ева, к счастью, была из тех, кто ждал чего-то подобного всю жизнь. Самой большой мечтой девочки, которая не вписывалась в собственный мир, было увидеть доказательство того, что этот мир – не единственный (ну или того, что в нем есть место всем странностям, населявшим её голову). Так что Ева не паниковала. Подумаешь, вместо заурядной улицы провинциального городка перед ней оказалась незаурядная и пугающая местность. Это же то, о чем она всегда мечтала! Будто король гоблинов только что похитил её маленького брата, и теперь ей предстоит приключение! Девушка огляделась, перевела дух, а затем пошла вперед по дорожке, ведущей куда-то далеко в гору, за которой ничего не было видно. Наверное, если добраться до вершины, станет понятно, куда двигаться дальше. И зачем это, собственно, нужно.

Немыслимая жара и сухой мертвый воздух в этом месте наводили на мысль, что ничего хорошего от него ждать не стоит. Ева хотела снять пальто, которое уже начинало тянуть её к земле, как вдруг что-то засветилось в кармане. Ах, да…Как она умудрилась забыть о предполагаемой причине этого странного перемещения? Серебряный конверт издавал всё то же яркое свечение. Ева повертела его в руках.

— Как ты работаешь, а, дружок? Может, ты меня и обратно перенесешь? – никакой реакции от конверта ожидать не приходилось. Может, тогда стоит его открыть, наконец? Внутри явно было что-то тяжелое… Ева аккуратно попыталась разорвать плотную сияющую бумагу. Но вместо того чтобы поддаться, конверт завопил, будто раненый зверь. Вопить он не переставал до тех пор, пока его не отбросили на землю. Эта фантасмагория начинала серьезно раздражать.

– Черт с тобой. Кричащие артефакты мне не нужны. Сама дойду… если не умру по дороге…

Но потом Ева подумала, что нельзя просто так выкидывать предметы, врученные тебе странными карликами. Поэтому она сняла пальто, подобрала живой конверт (который к тому времени перестал вопить, и лишь тихонько поскуливал) и двинулась вперед.

Картинные деревья стали ненавязчиво исчезать по мере приближения к чему-то явно зловещему. Как Ева догадалась, что за холмом её ждет отнюдь не гостеприимный сказочный домик? Просто сказочные домики вряд ли располагаются там, где живые текучие тени обволакивают всё вокруг, хотя солнце на небе отчетливо видно. Чем выше девушка поднималась, тем мрачнее становилось всё вокруг. Поворачивать назад не было никакого смысла, но было ясно, что приблизился момент, когда тщательно сдерживаемый страх должен вырваться наружу. И тем не менее, Ева упорно шла дальше, втайне надеясь, что ей просто снится какой-то особенно извращенный кошмар.

Однако, вид, открывшийся с холма, вызывал скорее недоумение, чем страх. Унылая равнина, унылые камни, унылое сооружение, похожее на полуразрушенный греческий храм, посвященный какому-нибудь мелкому богу… Ева начинала думать, что ей достался самый скучный волшебный мир за всю историю волшебных миров, потому что кроме вопящего конверта и мертвой тишины она не встретила здесь ничего примечательного. Но кто сказал, что это вообще должен быть волшебный мир? Стоило бы уже понять, что ожидания никогда не оправдываются, особенно если ты выстроил их минут пятнадцать назад. Интересно, а время в этом месте существует? У Евы возникло еще много вопросов, подобных этому. Проблема состояла в том, что некому было их задать. Даже в сказках у героев всегда был проводник. А в этой дыре и делать то было нечего, и идти некуда, и провожать некому…

Разочарованная и потерянная, Ева спустилась вниз и направилась по выжженной земле прямиком к тому, что выглядело как храм, совершенно не замечая, что уже некоторое время за ней кто-то наблюдал. Когда воздух обволакивает тебя, словно кокон, вряд ли станет некомфортно от чьего-то пристального взгляда. Только если наблюдатель внезапно не появится прямо перед тобой.

***

Иногда происходящие в жизни события могут открыть в человеке неожиданный талант. Например, Ева доселе не знала, что может так долго кричать. Она просто не могла перестать, хотя в нормальном мире воздух в легких давно бы уже закончился. Когда думаешь, что ты один в странном месте, резкое появление прямо перед тобой женщины в испачканном кровью платье, отбрасывающей три тени на черную землю при абсолютном отсутствии света, вдруг открывается второе и даже третье дыхание. Поэтому Ева дала себе волю. Пока не сорвала голос. Незнакомка даже не пошевелилась, всё это время невозмутимо смотря на девушку и спокойно улыбаясь. Когда первый шок прошел, Ева осознала, что её реакция была… чересчур. Ведь её до сих пор никто не убил и даже не покалечил.

— Мне понравилось, что ты такая громкая, но, девочка, побереги силы для более серьезного случая, — незнакомка заговорила низким голосом пожилой черной американки, заключенной в тело высокой красивой женщины с почти прозрачной кожей. Успокоившись, Ева уставилась на неё во все глаза. Было что-то магнетическое в облике незнакомки, от неё не хотелось отводить взгляда, но при этом было понятно, что она из тех, кто может без колебаний тебя убить. Нельзя было точно определить её возраст и понять, как же она все-таки выглядит: черты её лица неуловимо менялись, за исключением сияющих неярким серебристым светом прищуренных глаз, которые пристально вглядывались прямо тебе в душу. Длинные прямые черные волосы наполовину закрывали кровавые пятна на белом платье, но подол его был будто бы выстиран в крови.  Вряд ли эта женщина занималась бегом по утрам, варила обеды мужу и водила детей в школу. Еве подумалось, сколько детей могла, на самом деле, убить пугающая незнакомка…

— Долго мне еще ждать, пока ты переваришь увиденное? А то тут свежая партия детишек подоспела, — женщина засмеялась. Еве, однако, было не до смеха.

— Вы меня напугали. Есть ли шанс, что я узнаю, кто вы такая, а вы меня после этого не убьете? – она решила хотя бы сохранять видимость храбрости.

— Дорогая, ты смотришь слишком много плохих фильмов. К тому же, я не смогла бы убить тебя, даже если бы захотела. Ведь это ты даешь мне жизнь, благодаря тебе я стала вновь осязаемой, — незнакомка задумчиво провела руками по своему телу.

— Что вы имеете в виду?

— А то, что ты и так знаешь, кто я. Нас с тобой слишком многое связывает. В том числе, и вот это… — она указала на свое платье. Ева совсем запуталась. Что могло связывать её с женщиной, появившейся из ниоткуда во время бесцельной прогулки по миру, в который Еву запихал странный карлик в желтых носках? И при чем тут её окровавленное платье?

— Ох, какие же вы, люди, непонятливые! Кровь! Я говорю о крови! – Ева всё еще ничего не понимала. Незнакомка передернула плечами и разочарованно покачала головой, — Вот так и помогай кому-нибудь, чтобы потом даже имени твоего не вспомнили… — она сгримасничала, — «Услыышь меня, Богиня, ибо я твоё дитя… О, троеликая хтония, покровительница юношества и колдовства, не покидай меня, помоги мне, молю… бла бла бла» — лицемерная чушь!

До Евы вдруг начало доходить. Но это просто не могло быть правдой! Она же не… она никогда сама в это не верила. То есть, конечно, пару раз это сработало, но… Ведь её не существует! Никого из них не существует… Или всё же да?

— Вы – Геката? – в глубине души Ева надеялась, что сейчас выяснится, будто это какой-то розыгрыш, отовсюду повыскакивают люди с шариками и будут её поздравлять. Однако, женщина расправила платье и торжествующе улыбнулась.

— Ну хотя бы это моё имя ты помнишь! А ведь когда-то ты кровь ради меня проливала, — Ева открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. – И не смей говорить, что меня не существует.

— Но… Я же никогда не…

— Да, да, да, ты никогда в меня по-настоящему не верила, богов не существует, магии не существует, будем рациональными и взрослыми, и т.д. и т.п. Святая наивность. Всё, что помещается в твоей дурной головушке, существует на самом деле. Так что пора бы научиться нести ответственность за помойку, из которой состоят твои мысли.

Если это и была Геката, то почему она читала ей нравоучения? Что вообще всё это значит? Почему Геката, если таковая существует, находится здесь, а не в каком-нибудь Аиде? И, здесь – это, всё-таки, где?

— Я не понимаю. Я просто ничего не понимаю. Пожалуйста, кто бы вы ни были, объясните, что происходит со мной? Я сошла с ума? – Ева решила сразу вывалить на новоприбывшую богиню хотя бы часть волнующих её вопросов. Та сразу же начала смеяться.

— А ты берешь от жизни всё, правда? – Геката взмахнула рукой, и храм, который находился довольно далеко от них и выглядел разрушенным, внезапно оказался совсем рядом и полностью отреставрированным. Богиня жестом указала Еве следовать за ней. Внутри горел огонь в жертвеннике, а вокруг него камни образовали ровный полукруг. – Садись, это будет сложный разговор. – Ева не сомневалась в этом ни на секунду. Они сели на оказавшиеся вполне удобными гладкие булыжники. Геката не казалась враждебно настроенной, разгневанной или жаждущей крови. Хотя, как вообще можно понять, жаждет ли кто-то крови… В любом случае, рядом с ней Ева не чувствовала себя так уж некомфортно. Учитывая всю нелепость этой ситуации, сидеть рядом с божеством, воплощающим твои юношеские верования, оказалось на удивление совершенно не страшно. В конце концов, нет ничего такого в том, чтобы поболтать с древнегреческой богиней на досуге. Ева ведь именно этим и занималась, когда ей было четырнадцать.

***

— Во-первых, ты должна уяснить, что я тебе не нянька, — заговорила Геката. Ева уже несколько раз ловила себя на мысли, что вела себя она не как древнее божество, а как обычная стервозная дамочка. Но, судя по тому, что как только эта мысль приходила Еве в голову, Геката бросала на неё презрительно-насмешливый взгляд, богиня явно умела читать мысли. Так что, возможно, нужно было и вправду осторожнее думать.

— Тише, девочка, ты слишком громко меня боишься. – Ева смутилась. Ну точно, она читает мысли. – Думай всё, что угодно, только не так громко, это ужасно раздражает. И не задавай мне вопросов. Кроме того, что я тебе сейчас скажу, никакой информации я всё равно не дам. Кивни, если поняла. – Ева открыла рот, чтобы сказать, что она не ребенок, и снова завалить богиню вопросами, но та бросила на девушку многозначительный взгляд и погрозила пальцем. Пламя в жертвеннике разгорелось ярче. Ева кивнула, судорожно сглотнув.

— Ну вот и отлично. – Геката запустила руку в огонь, нежно поглаживая его, как котенка. Ева продолжала смотреть на это со смесью восхищения и ужаса.

— В общем, так. Я здесь потому, что ты верила в меня, когда была подростком. Ты подкармливала меня своей кровью и слезами… Было очень мило, правда, особенно твои неумелые ритуалы. У меня было много жриц, которые приносили настоящие кровавые жертвы, но ты… Ты была настолько эмоциональна, что разбудила меня. И мне пришлось слушать твоё нытье – сколько? – пару лет?

Но теперь ты на моей территории. В каком-то смысле. Здесь ты встретишь еще очень много интересного, потому что всё, во что ты когда-либо верила – реально. Таков этот мир. У него нет названия, нет географического положения, его вообще не существует в привычном понимании этого слова. Но ты не поймешь, словами этого просто не описать, а ваши хрупкие человеческие мозги ломаются, если показать всю правду. Всё, что тебе нужно знать, — это что ты оказалась в этом мире в нужный для тебя момент. Глориус, конечно, — не самый лучший кадровик, и выбирает людей странным образом, но, видимо, что-то он в тебе нашел.

— Глориус? – перебила Ева. И тут же пожалела об этом, потому что глаза Гекаты злобно сверкнули, а вокруг стало еще темнее.

— Глориус – это карлик в желтых носках, который тебя сюда привел. Кстати, он передал тебе кое-что для меня. Но об этом чуть позже. Тебе стоит знать, что только ты можешь перемещаться по этому миру так, как тебе заблагорассудится. Вообще всё здесь зависит от тебя. Мне даже интересно посмотреть, на что ты годишься. До тебя здесь были полные придурки – блуждали как слепые котята, так и не смогли разобраться, что к чему. А мы давали им столько подсказок…

Ах, да… В нашем мире тебе не нужна ни еда, ни вода, ни сон, ни отправление других естественных потребностей. Если ты вдруг заметила, кислорода здесь тоже нет, а дышишь ты просто по привычке.

Ева стала судорожно ловить ртом воздух, которого не было. В панике она схватилась за горло и, задыхаясь, упала на землю. Через несколько минут она поняла, что на самом деле не задыхается и может вообще не делать привычных вдохов и выдохов. Геката даже не пошевелилась, лишь хмыкнув, когда Ева снова обрела власть над собой.

— Как ты до сих пор жива, с такими-то реакциями? Ладно, отдай мне посылку, и можешь немного поболтать. Не уверена, что выслушаю, но всё же.

— Какую посылку?

— От Глориуса, конечно. Я слышала его вопли за несколько километров.

— Так этот конверт для вас?

— А ты видишь здесь кого-то еще?

— Простите, я… — Ева достала конверт из кармана и передала богине, которая стала поглаживать его по верхней стороне. Серебристое свечение стало ярче, и Еве показалось, что она услышала урчание. А потом раздался хлопок и конверт просто взорвался, и Ева могла поклясться, что он разлетелся на мелкие окровавленные кусочки плоти. Она вскрикнула.

— Он что – живой? Вы только что убили живое существо?

— Не глупи, — конечно, он живой, ты же слышала его крики. Но не переживай так, эти конверты рождены, чтобы разлетаться на части, как только попадут в руки к получателю. Фактически, этот сияющий малец хранит посылку или письмо прямо в своем желудке. – Геката явно наслаждалась, рассказывая Еве всё это и видя её побледневшее лицо. В желудке несчастного существа оказался маленький кинжал, украшенный черными камнями, и какой-то круглый амулет на цепочке. Кажется, оттуда выпало еще и письмо, но Геката быстро спрятала его в полах своего платья. Амулет же богиня бросила в огонь жертвенника. Пламя не причиняло ему никакого ущерба. Через пару секунд на круге стали появляться какие-то символы.

— Как вовремя… — пробормотала Геката, а потом на глазах у изумленной Евы воткнула кинжал себе в руку. Амулет выскочил из жертвенника в тот же самый момент и, будто чувствуя кровь, подлетел к открытой ране на ладони богини. Она произнесла пару слов на неизвестном языке и позволила хищному кулону напиться из раны. К удивлению Евы, после всех этих манипуляций амулет стал похож на тот, что она сделала, будучи подростком, из обычного картона и своей крови. Это был символ Гекаты. Улучшенная версия того, который она потеряла много лет назад. Но зачем он нужен богине? И зачем кому-то присылать ей подобное?

— Ну право же, ты задаешь слишком много вопросов! – оказалось, что ритуал был завершен, и теперь Геката протягивала Еве свой символ на цепочке. – Вот, возьми. Он твой. Взамен утраченного.

— Но… Я не понимаю.

— Надень его на шею и не снимай. Пригодится. Скоро я тебя оставлю, — богиня не лукавила, когда говорила, что не собирается ничего объяснять. В итоге общение с ней еще больше запутало Еву. Кроме того, что её против воли втянули в какую-то авантюру в мире, в котором возможно очень много странных вещей, девушка не понимала почти ничего. Единственным выходом было плыть по течению и ждать, что же будет дальше.

Ева повесила амулет на шею, и её будто пронзило электрическим током, а сознание на миг помутилось. Богиня довольно хмыкнула. Видимо, такая реакция была вполне ожидаема.

— Так что же мне теперь делать? Просто… идти?

— А ты не безнадежна. Да, тебе дарована великая привилегия, между прочим. Любой из нас отдал бы многое, чтобы иметь возможность перемещаться между локациями.

Геката явно ушла в себя, задумавшись о своей печальной судьбе. Ева решила больше не задавать вопросов. Идти куда-то без цели и направления? Не то ли это, чем люди занимаются всю жизнь? Так почему бы не здесь… Поэтому, когда Геката двинулась к проходу между колоннами храма, Ева смело последовала за ней.

***

Геката вывела девушку из храма на уже знакомую черную поляну, отказавшись идти дальше. Последним напутствием грозной богини было: «Создай свой путь сама. Только так ты выберешься из этой трясины». Ева не вполне понимала, что это значит, но с каждым шагом и ей становилось всё труднее передвигаться. Казалось, что невидимые руки пытаются утянуть её под землю. А потом пришла боль. Теперь её ноги словно резали бумагой. Девушка содрогнулась и закричала, уползая вперед, но невидимые лезвия преследовали её. И тут Ева оказалась в воздухе – кто-то подхватил её на руки. Боль сразу прекратилась, а её спаситель продолжал невозмутимо идти вперед. Ева взглянула на него, и сердце остановилось. Это был он. С его ужасной бородой, которая ей никогда не нравилась, с его дурацкими ушами, кривым носом и серыми глазами. Ева и до этого была близка к истерике, но сейчас просто разрыдалась и попыталась вырваться. Но он лишь издал своё фирменное «хрюканье» и крепче сжал её в объятиях.

— Отпусти меня! Ты же исчез навсегда! – она захлебывалась слезами, но продолжала бить его кулаками по груди, — Мне было так больно, а тебя не было. Тебя никогда не было. Я тебе не нужна. Тебя не должно здесь быть! Я забыла тебя!

— Если ты себе что-то придумала, это не значит, что так всё и было. Успокойся. Я здесь. Пойдем, — он опустил её на ноги. Никаких лезвий под землей больше не было. Теперь Ева просто задыхалась. Его появление потрясло её гораздо больше, чем всё увиденное в этом мире ранее.

— Почему ты здесь? Почему ты всегда объявляешься, когда я так стараюсь научиться жить без тебя? Зачем ты меня мучаешь? Почему просто не уйдешь?

— Дурочка, я здесь, потому что нужен тебе. Приятно, что ты подумала обо мне в критической ситуации. И что я всегда буду тебе нужен.

Ева почувствовала что-то горячее на груди – амулет Гекаты загорелся красным. И тут она вспомнила, что сказала ей богиня. Создать свой путь самой? Она что, создала эту ситуацию сама? Насколько же отчаянно она по нему скучала, если выкинула такое… Девушка горько усмехнулась, посмотрела ему в глаза, а потом обняла так сильно, что онемели руки.

— Ты чего? Соскучилась? – Ева снова плакала. Но теперь это было потому, что она знала, что делать.

— Да, ты нужен мне. И я всегда по тебе скучаю и всё еще люблю до безумия. Но если ты не хочешь отпустить меня, я сделаю это за тебя. Прощай, — она закрыла глаза и представила, что улетает как можно дальше от мертвой рощи Гекаты. Слезы на щеках высохли от холода.

Окружающая действительность внезапно стала трансформироваться, и на месте выжженной земли и искусственных деревьев возникла дорожка, ведущая к решетчатым воротам. Ева моргнула, а в следующий миг оказалась прямо перед ними. Она выдохнула. Получилось. Только вот никто не предупредил её, что будет так больно.

Кажется, за оградой находился какой-то город, однако разглядеть мало что получалось. Как и в храме Гекаты, здесь тоже не было ни души. Но что-то было по-другому… Не казалось, что этот город мертв. Еве даже показалось, что она слышит музыку. Это что – лютня? Завороженная, она облокотилась на ворота и отдалась во власть гипнотических звуков. Она тут же забыла о только что пережитом потрясении. Наверное, потом она еще не одну ночь проведет в слезах, но сейчас… музыка была настолько прекрасна…

— Извините, но я не смогу открыть ворота, пока вы их подпираете, — девушка вздрогнула и обернулась. Когда же к ней перестанут незаметно подбираться!? По ту сторону её ожидал долговязый юноша с очень умным лицом и седыми волосами, одетый в длинную кожаную куртку, потертые джинсы и стертые кеды. Он что-то прошептал на незнакомом языке и прикоснулся к ручке с той стороны. Камни на воротах задвигались, и Ева получила доступ в город.

— Добро пожаловать. Меня зовут Джим. Я буду сопровождать вас в этой локации.

— Говоришь прямо как гид в туристической поездке, — усмехнулась Ева. В отличие от пугающей Гекаты в окровавленном наряде, этот юноша сразу вызывал симпатию.

— В какой-то мере все люди – туристы. Вам стоит наслаждаться моментом, пока вы еще можете путешествовать. Вы не представляете, как вам повезло… — Да уж, везения в этом путешествии было хоть отбавляй!

Ева оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, где же она оказалась на сей раз. Они с Джимом в молчании шли по обочине дороги мимо одинаковых бетонных и кирпичных строений, отличавшихся лишь высотой. Всё это выглядело как отражение любого американского города. Только вот кроме них с мальчиком здесь не было ни души.

— Скажи, Джим, — осмелилась задать вопрос Ева, — здесь еще хоть кто-нибудь живет? – парень улыбнулся и надел темные очки-авиаторы.

— Зависит от того, ожидаете ли вы здесь кого-нибудь увидеть…

— Не мог бы ты перестать говорить загадками?

— Я говорю лишь то, что способен говорить. Никто не может переступить через себя, как бы ни пытался.

— Прости, но я ничего не понимаю, — причем, не впервые. Может, Ева просто была слишком глупой для этого места?

— Всё в порядке, Ева. Вы не обязаны понимать. Этот город заброшен. Но это не значит, что здесь никто не живет. Хотя, возможно, даже я здесь не живу. Возможно, город существует, только пока вы здесь. А может, ничего не существует, кроме цели данного мгновения. – Джим на миг застыл, уставившись далеко в небо. Через секунду он вздрогнул и натянуто улыбнулся, — Кстати говоря, мы ищем Глориуса. Он говорил, что задержится здесь ненадолго.

— Глориуса? Того самого шута, который отправил меня сюда?

— Глориус – не шут. Он, конечно, весьма комичен, но не стоит так принижать его достоинство. В конце концов, мы все делаем то, что должны. А еще вы задаете слишком много вопросов. Почему бы просто не отдаться потоку, который ведет вас к конечному пункту назначения? – Ева задумалась. Почему-то облик и отрешенная мудрость этого подростка казались ей знакомыми, узнавание маячило где-то в уголке её мозга, но девушка не могла его поймать. Но сейчас она была в слишком большом замешательстве, чтобы думать еще и об этом.

Они сворачивали в узкие переулки, выходили на пустую трассу, снова протискивались между домами… Джим легко ориентировался в городе и, казалось, знал, куда идет. Так что Ева просто доверилась своему проводнику и шла молча. Порой ей даже была слышна всё та же гипнотическая струнная музыка. Атмосфера этого места странно успокаивала. Ева могла поклясться, что уснула бы, стой она на месте. Но Джим шел довольно быстро, так что приходилось за ним поспевать. Через пару кварталов он, наконец, остановился перед невзрачным заведением. Вывеска гласила: «Le Destination».

— Мы на месте, — сказал юноша и открыл дверь, пропуская Еву внутрь бара, который, как ни странно, даже не был пуст. На сцене играли музыканты, а печальный вокалист в мешковатом балахоне выдавал невероятно пронзительные ноты песни о любви и смерти.

Джим направился прямиком к барной стойке. Ева не сразу заметила маленького человечка, сидящего за баром и цедившего что-то, похожее на апельсиновый сок. Он разговаривал с барменом – высоким темноволосым мужчиной с приятным английским акцентом.  Джим подошел и весело поприветствовал обоих. Он явно был рад, что Глориус оказался здесь. Тот подскочил, увидев Еву, и жестом попросил её подойти. Карлик излучал такое добродушное участие, словно Ева была его любимой племянницей. Что вообще происходит с этими людьми?

— Здравствуйте, Ева. Налить вам чего-нибудь? – бармен выжидающе посмотрел на девушку, только что грозно протопавшую по направлению к его товарищу, – Меня зовут Нильс, и это мой бар. Очень рад, что вы, наконец, добрались.

— Нил, дружище, оставь девушку в покое, у нас есть важное дело, — вмешался Глориус. Но бармен многозначительно посмотрел на него, и карлик, пожав плечами, сказал: «Ничего не имею против. Поговорим позже, дорогуша», — и удалился, уведя за собой Джима.

— Похоже, мы всё-таки чего-нибудь выпьем? – Нильс улыбнулся до ушей. Ева поразилась исходившей от него силе и обаянию. Она никогда не могла устоять перед англичанами.

— Я буду сидр.

— Ну конечно же. Сидр. Вы позволите подать к нему одну очень хорошую историю?

***

Музыканты играли что-то печально-акустическое, золотой напиток эльфов пенился в холодном стакане, а Нильс невозмутимо протирал барную стойку. Неожиданно для себя Ева стала чувствовать себя своей в этом баре. Будто она каждый вечер приходила сюда погрустить, пропустить пару стаканчиков и послушать истории Нильса.

— Знаете, здесь все только и твердят, чтобы я не задавала вопросов…

Бармен засмеялся, и в уголках его глаз появились морщинки. Ева не могла не признать, что он был чертовски красивым мужчиной, а еще ему хотелось верить, — казалось, что он то уж точно знает все ответы.

— Ева, вы вправе задавать столько вопросов, сколько захотите. Здешние обитатели просто не способны вам на них ответить, но стараются придать этому факту значительности в ваших глазах. Но скажите мне, неужели вам совсем не ясно, где вы очутились и по какой причине? – он налил себе виски и присел на стул рядом с девушкой.

— Теперь вопросы задаете вы? – Нильс приподнял бровь и выжидающе посмотрел на Еву. – Ладно, хорошо. Я понимаю, что это место как-то связано с воображением. С моим воображением, наверное, учитывая, что древнегреческая богиня и седой юнец утверждают, будто существуют благодаря мне. И что здесь оказался тот, кого я не хотела отпускать, — Ева вздрогнула, — Еще мне ясно, что попала я сюда из-за Глориуса, который меня «выбрал» и теперь чего-то от меня хочет… Ах, да, и мир этот разделен на локации, между которыми могу перемещаться только я, по каким-то неведомым причинам. Окружение постоянно меняется, и вокруг не встретишь ни души. На самом деле, ваш бар – самое многолюдное и приятное место, в котором я оказалась за всё это время, — Евы выдохнула и залпом выпила половину стакана сидра.

— Признаюсь, вы довольно наблюдательны. Но чтобы понять суть вещей, порой стоит быть смелее и мыслить шире. Впрочем, не волнуйтесь, с этим я вам помогу. – Нильс подлил сидра в стакан Евы. – Помнится, я обещал вам хорошую историю…

Людям кажется, что Вселенная безгранична и непознаваема, и они, вероятнее всего, правы. Они чувствуют это, боятся и поэтому поместили всё невероятное в сказки, мифы или фантастические романы. Но даже среди людей находятся те, кто верит в чудеса, как бы банально это ни звучало. И они с каждым днем вычеркивают из списка невозможных вещей всё больше строчек. Вы наверняка любите истории про таких людей. Поэтому их так много в ваших мыслях. Но сейчас речь пойдет не о них.

Есть иная порода людей. Я зову их несчастными мечтателями. Их несчастья порой столь велики, что им хочется просто… исчезнуть. Нет ничего хуже, чем исчезновение, поверьте. Даже смерть не так страшна. Когда кто-то исчезает из мира, уходят и его нереализованные возможности, и счастливые воспоминания, и прекрасные мечты, — не остается ничего. Вы наверняка подумаете, что никто этого не заметит. И окажетесь неправы. Потому что, к счастью или к сожалению, есть во Вселенной те, кто замечает. Есть те, кто стоит на службе у несчастных мечтателей и старается заботиться о них по мере сил. Давайте пока назовем их Наблюдателями.

Наблюдателей слишком мало, чтобы уследить за всеми несчастными мечтателями, поэтому они стараются находить только самые тяжелые случаи, когда угроза исчезновения уже слишком сильна. Чем больше мечтателей исчезнет, тем меньше останется Наблюдателей. А жить хочется даже таким существам, как они.

На самом деле, Наблюдатели мало что могут сделать. В конце концов, сами они не имеют никакой власти. Но они могут дать мечтателю шанс увидеть, что мир не безнадежен. Они могут пробудить его воображение. Они примут любую форму и отправятся в любое место, лишь бы исцелить мечтателя от его тоски. Но если Наблюдатель терпит неудачу, мечтатель исчезает навсегда. Это одна из самых больших трагедий жизни любого Наблюдателя.

Мир воображения не всегда дружелюбен и понятен. Он полностью зависит от воли того, кто в него попадает. Здесь либо обретают свои мечты заново, либо растворяются в вечном потоке Вселенной.

Знаете, Ева, без несчастных мечтателей ничего бы этого не было — они дали нам жизнь. Множество жизней, очень разных и порой весьма неожиданных. Я, например, никогда не думал, что стану барменом-сказочником… Вот, кажется, я и раскрыл все карты… Интересно, как вы их теперь разыграете.

***

Ева неосознанно наигрывала на столешнице соль-мажорную прелюдию из ХТК Баха. Она всегда так делала, когда находилась в расстроенных чувствах или обдумывала что-то важное. История Нильса была важной и расстраивала Еву одновременно. Шла ли речь о ней? И можно ли вообще верить хоть чему-нибудь, что здесь говорят?

Еве подумалось, что все, кого она здесь встречала, были ей уже знакомы. Они походили на кого-то из её «настоящей жизни», на тех, кого она любила и в кого верила. Даже музыканты ей кого-то напоминали. Значит, её воображение и вправду сыграло свою роль. И она действительно была потеряна, когда встретила Глориуса… В конце концов, тогда ей хотелось исчезнуть, потому что она уже не знала, зачем существует. Ей было страшно и одиноко, и они вытащили её из реального мира. Так, что ли? Но ведь это всегда было одним из главных желаний Евы – сбежать от реальности в мир фантазий. Так если здесь возможно всё, почему бы просто не остаться? Однако, эту теорию еще стоило проверить.

И она просто ушла. Вообразила берег залива Голуэй и зеленые ирландские холмы и шагнула туда. Как ни странно, всё сработало. Ева стояла на краю обрыва и смотрела, как волны разбиваются о скалы. Бар Нильса исчез, она снова была одна. И её ждал домик на острове Инишман – сотворить его было несложно, учитывая, как часто Ева воображала себе жизнь отшельника на ирландском острове.

Девушка вошла в гостиную своей мечты. Здесь всё было так, как она представляла – серые стены с черно-белыми фотографиями кумиров, деревянный пол, камин, пушистый ковер, книжные шкафы повсюду, виниловый проигрыватель, кресло-качалка…

— Что за черт!? – Ева схватилась за сердце. В кресле раскачивалась уже знакомая дамочка в окровавленном платье.

— Хорошая попытка. Но ты не можешь так сделать, — Геката вытянула ноги и склонила голову на бок, изучающе разглядывая еще не успевшую отойти от шока Еву, так и стоявшую в проходе. – Ради всего святого, приземлись уже куда-нибудь! – из воздуха возникло кресло, и Ева буквально упала в него.

— Что вы здесь делаете? Это же моё место!

— Как бы не так. Я впечатлена тем, что ты вообще додумалась до изменения ландшафта. Но ты так и не поняла, как всё работает. Впрочем, никто не понимал. И даже Нильс со своими сказками не способен даровать вам чуточку проницательности.

— Погодите. Изменение ландшафта? Раз вы здесь, то… — Ева, кажется, начинала что-то понимать. – Это то место, куда я прибыла? Ваша роща смерти? – богиня пожала плечами. – Но почему я вернулась к началу? Я же хотела…

— Да-да, жить отшельником на острове Инишман, слушать пластинки и читать книжки до конца времен. Только вот это невозможно. Ты здесь, потому что это твоя локация, и ты можешь изменять её, как пожелаешь. А я здесь, потому что я – твой Наблюдатель.

— Но я думала, что Глориус – Наблюдатель…

— О, нет. Глориус – слишком важная шишка. Он единственный, кто может приводить сюда мечтателей. Но Глориус никогда не был приставлен к кому-то конкретному. Раньше он был координатором, но сейчас даже координировать нечего. Локации рассыпались. – Геката, кажется, говорила уже сама с собой, совершенно не заботясь, понимает ли собеседник хоть что-нибудь.

— Что значит – рассыпались? – богиня издала недовольное кряхтение.

— Ну почему ты такая любопытная!? Ты знаешь, что ты – единственная, кто задает столько вопросов об этом мире? Предполагается, что местность должна говорить с тобой, потом ты быстренько улаживаешь свои дела (или нет, как чаще всего происходит) и исчезаешь. А мы тут остаемся разгребать собственные проблемы.

— Ну, очевидно, что никакая местность со мной не говорит, и я хочу помочь вам, если смогу. – Ева поняла, что сказала правду. Судя по тому, что она уже успела понять, этот мир находился на грани уничтожения. Геката выглядела удивленной, но наконец-то начала говорить что-то полезное.

— Ладно. Дело вот в чем. Раньше мир Наблюдателей был цельным. В вашем мире было достаточно таких, как ты, и они своими грезами поддерживали наше существование, даже не зная об этом. Но уже довольно давно ситуация стала кризисной. Локации исчезают вместе с мечтателями. Точнее, они становятся бесформенной массой, а Наблюдатели, потерявшие своих подопечных, отправляются в пункт назначения и остаются там навсегда. Остальные же могут перемещаться только по тем локациям, чьи хозяева не исчезли. Но с каждым разом становится всё сложнее находить людей, связанных с этим миром, и всё больше локаций исчезает.

— То есть, не все мечтатели в моём мире связаны с вашим?

— Конечно, нет, глупая. Считай себя представительницей уникального вида людей, родившихся под счастливой звездой. Но о тайнах своего происхождения тебе стоило бы поговорить с Глориусом, ибо я об этом ничего не знаю.

— Но чем конкретно занимается Глориус? Он хотел со мной о чем-то поговорить, но я сбежала…

— Не переживай насчет Глориуса. Старик найдет тебя сам. Наверняка он уже знает, где ты.

Когда мир был цельным, Глориус приставлял Наблюдателей к мечтателям и следил за порядком и сохранением тайны нашего существования. Теперь же он ищет способ выживания. Кстати, Наблюдатели вымирают. Раньше мы могли быть просто приставлены к новому мечтателю, но теперь у нас не хватает локаций, и неудачники медленно угасают в пункте назначения. Глориус был единственным, кто заметил, что живой мечтатель способен перемещаться между всеми локациями, включая те, что принадлежали исчезнувшим людям. Каким-то образом вы формируете среду вокруг себя, если у вас хватает на это воображения. Так можно восстановить распавшиеся локации, а Наблюдатели, застрявшие в пункте назначения, вернутся домой, а значит снова найдут мечтателей и перестанут угасать.

— Но почему другие мечтатели не восстановили локации? Ведь я явно не первая, кто оказывается здесь.

— В этом и состоит сложность. Глориус может привести в этот мир только отчаявшихся людей. Большинство мечтателей успевает сотворить свой личный ад и решить исчезнуть еще до того, как мы расскажем им обо всём. У тебя же всё прошло легко. Несчастная любовь и парочка мыслишек об утраченной вере? Серьезно, девочка, из-за этого ты хотела исчезнуть? – Ева смутилась. Она вдруг поняла, что этот мир подстраивался под её страхи и сомнения. Но тут её осенила и другая мысль. Гениально! Это и было её спасением! Её Наблюдатель великолепно выполнял свою работу – Геката дала ей то, чего Еве действительно не хватало – цель и возможность чувствовать себя особенной.

— Я хотела исчезнуть потому, что мне нечего было делать в моем мире. Я просто не находила смысла жить. А теперь я поняла, что вы, ребята, классно делаете свою работу! – Ева подскочила и обняла ошалевшую Гекату. Теперь уже богиня выглядела так, будто ничего не понимает.

— Ну же, неужели вы не поняли!? Ваш мир прекрасен! Он дает мечтателям то, что им нужно, так? Показывает, что их жизнь имеет смысл, или что-то вроде…

— В общем и целом, да. Поэтому я и здесь, — Геката скривилась, — Я должна отговаривать тебя от глупостей.

— Но вы, сами того не ведая, великолепно справились со своей задачей! Вы дали мне цель! И я помогу вам восстановить этот мир. Ведь этого вы от меня хотите?

— Спасите, Глориус притащил сюда сумасшедшую, — но богиня улыбалась. Внезапный энтузиазм Евы оказался приятным сюрпризом. Естественно, она не верила, что у этой девочки получится хоть что-то сделать. Но, кажется, она и вправду убила двух зайцев одним выстрелом.

— Что ж, тебе придется напрячь всю свою фантазию. И будет больно.

— Я готова, — Ева знала, что не понимает и половины происходящего. Но она чувствовала, что сможет сделать что-то правильное. А значит, её существование не окажется напрасным.

***

Когда Ева в сопровождении Гекаты прибыла в уже знакомый город, Глориус и Нильс встречали их у ворот. Девушка поняла, что эта локация была единственным местом, куда могли перемещаться абсолютно все. Поэтому бар Нильса служил и пунктом назначения, и пунктом отправления. В первый раз Ева оказалась там случайно, интуитивно перенеся себя в безопасное место. Теперь же ей предстояло отправиться отсюда в путешествие по этому странному миру.

Глориус схватил Еву за руку и увел в кабинет Нильса, не дожидаясь остальных. Он тут же стал озабоченно причитать.

— Дорогая Ева! Я знал, что я в вас не ошибся! Но ваше время здесь на исходе, поэтому нужно поскорее начать. Посещение раздробленных локаций – дело непростое и болезненное, ведь исчезнувшие мечтатели не оставили ничего после себя. Так что, вам буквально придется искать пустоту.

— Как это?

— Вы поймете, как только очутитесь в межпространственном измерении. Мир говорит с вами, вы можете его изменять, даже не осознавая этого. Не зря вы носили желтые носки – символ открытости, – Ева промолчала. Старик, похоже, был чокнутым.

— Но что мне нужно делать?

— Как только вы очутитесь в разрушенной локации, вам всего-то нужно будет вообразить какую-нибудь местность, чтобы она выстроилась вокруг вас. Когда пейзаж закрепится, связи между соседними локациями установятся, и вы сможете идти дальше.

— И сколько разрушенных локаций в вашем мире?

— О, никто не знает. Только мечтатель может изменять мир, поэтому с этим вы тоже должны разобраться сами, — Глориус виновато посмотрел на Еву. Что ж, похоже, придется действовать наугад. Оставалось надеяться, что мир сам подскажет, что делать.

— Ладно, я поняла. Но как мне попасть в это ваше межпространственное измерение?

— С этим помогу я. Но это очень неприятная процедура, и мне придется приковать вас к креслу. – Ева пожала плечами. Всё равно выбора у неё не было. Но оставался лишь один вопрос.

— А что будет потом? Если я восстановлю ваши локации…

— Вы вернетесь в свой мир. Конечно, мы можем помочь вам исчезнуть, если захотите… Но я надеюсь, что вы будете готовы жить дальше, —  Ева задумалась. Возможно, она могла бы написать книгу…

Глориус тем временем привязал её руки кожаными ремнями к подлокотникам кресла. Амулет Гекаты на шее снова загорелся красным, и Ева услышала знакомые звуки лютни. Постепенно мысли покидали её голову, оставляя лишь блаженную пустоту. И к чему были эти ремни…

Ева летела в потоке белого света, поднимаясь всё выше и выше. Каким-то образом она знала, что перед нею простираются границы мира Наблюдателей – каждая локация притягивала её к себе, словно гигантский пылесос. Сначала это было даже приятно, но вскоре она перестала справляться – еще чуть-чуть, и Еву бы разорвало на части. В кресле прикованная ремнями девушка начала биться в конвульсиях. А потом что-то вытолкнуло её из тела, и белый свет затопил всё окончательно. Теперь она могла идти, куда угодно.

Множество дорожек загорелось перед глазами, будто огромные вены прокладывали путь по телу гиганта. Ева могла выбрать любую – они говорили с ней, призывая и запутывая. Это были живые пульсирующие локации, в каждой из которых бережно хранились чьи-то мечты. Но Ева не должна была поддаваться их зову. Она смотрела на открывшуюся перед ней карту и не находила чего-то важного. Дороги должны были складываться в цельный рисунок, но этого не происходило. Пустота. Она должна была войти в пустоту. И вместо того, чтобы ступить на одну из золотых дорожек, Ева прошла между ними. Уши заложило, носом пошла кровь, но она поняла, что оказалась на правильном пути. Преодолевая себя шаг за шагом, девушка продвигалась всё дальше в черноту, бывшую когда-то местом чьих-то грез. Здесь её охватывало такое отчаяние, что хотелось повернуть назад и сбежать. Но вместо этого Ева шла вперед, воображая, где хотела бы сейчас оказаться. В голове будто взрывались маленькие бомбы, но постепенно вокруг стал вырисовываться пейзаж родного города – пустота становилась вполне осязаемым местом. Но Ева не могла остановиться. Что-то тянуло её дальше, и хоть каждый шаг и отдавался болью, она должна была двигаться.

Каким-то образом локации и впрямь были связаны. Ева поняла это, когда прошла с нью-йоркской Таймс-сквер прямиком на французскую ферму, а оттуда на какой-то вокзал. Когда перед ней снова оказывалась чернота, Ева воображала случайное место, и оно постепенно вырисовывалось вокруг неё. Наверное, так она обошла весь мир Наблюдателей. В какой-то момент девушка просто перестала замечать. Ей с трудом хватало сил на то, чтобы осознавать, в какой момент она подходит к разрушенной локации, чтобы построить там хоть что-нибудь. С каждым разом это становилось всё сложнее, и в конце концов Ева просто потеряла сознание.

***

Будильник противно запищал, и молодая женщина шлепнула по нему рукой, неохотно вставая с постели. По полу зашлепали ноги в желтых носках. Она почистила зубы и отправилась на кухню готовить кофе. Хлопнула входная дверь.

— Это ты? Купил? – чашка в руках женщины замерла.

— Дорогая, я даже прочитал рецензии – все называют твою книгу открытием года, — вошедший мужчина поцеловал жену и отдал ей экземпляр газеты.

— Правда?

— Ева, ты же знаешь, что великолепна! – женщина фыркнула.

— Иногда я сомневаюсь, что они вообще читают то, что потом рецензируют…

— Хватит ложной скромности. Я люблю твою книгу, критики любят твою книгу, читатели любят твою книгу, и на этом всё. Прогуляемся после завтрака? – мужчина намазывал тосты маслом и улыбался.

— Ладно, так и быть, твоя взяла.

Ева шла по парку под руку с мужем. Теперь она всегда приходила в этот парк в надежде встретить кого-то из них. После того как она очнулась здесь с амулетом на шее, ужасной головной болью и странными воспоминаниями, она не находила себе места. И с тех пор ждала, что ей случайно встретится карлик в желтых носках и расскажет, что произошло после того, как она без сил осталась в межпространственном измерении мира Наблюдателей. Но за пять лет она так и не встретила ничего необычного. Порой Ева думала, не приснилось ли ей всё это…

Они сидели на скамейке и кормили голубей. Ева, наконец, была счастлива и абсолютно довольна жизнью. Она решила, что совсем неважно, было ли правдой то, что с ней случилось. Главное, что эта история перевернула её мир, и теперь она никуда не собиралась исчезать.

— Ты опять витаешь в облаках? – заговорил муж, — Смотри, какой смешной старичок вон там. Он, кажется, нам машет.

С соседней скамьи поднялся карлик в странной шляпе, баклажанного цвета пальто и желтых носках. Он кивнул Еве, уставившейся на него во все глаза, и быстро засеменил по дорожке.

 

 

читателей   217   сегодня 2
217 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 3,00 из 5)
Loading ... Loading ...