Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Договор, который лишил самого ценного

Запах сырости, плесени и собственных испражнений уже стал, как родным. Если первые дни тошнило и рвало, то сейчас – это обычный аромат, с которым придётся, ещё долго мирится. Единственное, что на самом деле беспокоило – затёкшие руки и ноющие колени. В жизни было много лишений и трудностей, голода и холода, ранений и ощущений боли. Вот прикованным к стене, стоя на коленях – впервые. В запястье впивалось железо, а не ровный каменный пол, сбивал колени в кровь. Ныли зубы от частых побоев. Жевать становилось всё сложнее. Они гнили от еды и сырости. Но самым чудовищным испытанием оказалась дверь, которая открывалась один раз в день. Глаза привыкли к кромешной тьме камеры, и когда она отворялась, в подвал врывался яркий свет. Ощущения были такие, словно приходилось каждый раз испытывать восход солнца, стоя на горе. Свет жёг глаза, даже когда их прикрывали веки.

Дакхар сидел закованным в кандалы, вот уже… Он и не помнил. Единственная картина, которая въелась в память – момент, когда он попался в руки прислужников колдуна. Так глупо, словно рыба, угадившая в сеть речных жителей. Ему говорили, что в руинах старых замков, делать нечего. Там не найти и ржавого гвоздя, не то, что какую-то древнюю побрякушку. А вот охапку неприятностей – найти можно. Дакхар не послушал. Он взял оплату вперёд и отправился за неким артефактом. Банальное задание, для обычного наёмника, не сулило ничего хорошего – это он понял только, когда руки заковали в холодную сталь.

Счёт времени уже потерян. Он даже перестал считать, сколько раз приносят еду. Иногда даже казалось, что он смирился: с пытками, лишением драгоценной свободы и голодом. Хотя где-то в глубине душе – тлел уголёк надежды.

Иногда, вместе с едой, приходили надзиратели. У них были одни и те же вопросы – ничего не значащие и не понятные для Дакхара. Но они продолжали их задавать, с таким упорством, будто за каждый раз, когда произносят вопрос, им платят целый золотой. Дакхар ещё ни разу не ответил, он просто не знал ответа. И за это всегда получал несколько ударов. Потом сыпались проклятия и ругань, плевки, ещё удары. Обещания повесить, как старую дворнягу. И многое другое. Но этого Дакхар уже не слышал – терял сознание.

Всё проходило строго по расписанию, будто там наверху кто-то сидел и специально считал звон колокола и отправлял в камеру сначала еду, а потом и громил: с сумкой вопросов и телегой тумаков. В один прекрасный день или ночь, после очередного такого посещения, когда Дакхар очнулся – в камере, что-то изменилось. Запах. В месте заточения Дакхара, поменялся аромат. Источник запаха он не видел, как и всё остальное, но нос не обманешь, даже если он превратился в лепёшку. Пахло серой. Да, да именно ей и так как Дакхар, частенько пользовался всякими хитростями и новыми открытиями алхимиков, он не мог его перепутать ни с чем другим. Источник прятался недолго. Скоро послышались шебаршение и самая настоящая ругань – отборные слова на общем языке.

– Кто здесь? – спросил Дакхар пустоту.

Пустота не ответила. Возня продолжилась, а писклявый голос перестал ругаться и перешёл на шёпот. Потом в темноте вспыхнули два огонька, словно кто-то ночью за сотни лиг отсюда зажёг два костра.

– Кто здесь? – Дакхар решил во второй раз попытать удачу.

– Кто здесь? – ответили из темноты.

– О, судьба, неужто мой пленитель придумал новую пытку: послать ко мне того, кто будет повторять за мной слова, – вздохнул Дакхар.

– Кто здесь? – повторили из темноты.

Два маленьких огонька, на высоте колена или ниже. Писклявый голос, словно взрослому мужу защемили что-то. И запах серы. Дакхар любил загадки, но только те, которые он мог разгадать.

– Я ещё раз спрашиваю, кто здесь? – кто-то совсем разговорился.

Дакхар удивился. Его вопрос не повторяли. Вопрос задавали.

– Я здесь. Пленник. Дакхар.

Дакхар всмотрелся в темноту. Другой бы от испуга схватился за сердце, но только не он. Дакхар бесстрашный. Не считая боязни потерять свободу.

– Давно я здесь никого не встречал. Зачем ты здесь? Разве тебе приятно стоять на коленях и быть закованным в цепи, как раб? – жёлтые огоньки опустились ниже.

Дакхар представил, как это маленькое существо садится. Почему не человек, да потому что люди не задают глупых вопросов. Не считая громил, которые заходят каждый день.

– Понимаешь, мне нравятся сырые подземелья. Я, видите ли, бездомный и мне негде жить. Вот и явился сюда, и заковал себя в кандалы, – отшутился Дакхар.

– А ты мне нравишься человек, – добавил писклявый голос.

– А ты кто?

– Я, – огоньки вновь поднялись и, раскачиваясь, приближались, как ночной свечник с фонарём. Теперь Дакхар мог разглядеть жёлтые глаза без зрачков. – Вот он я.

– Извини, конечно, но я не вижу. Вокруг темнота, – поморщился Дакхар, от резкого запаха серы.

– Люди, – фыркнуло существо и чем-то щёлкнуло. Камеру осветил мягкий желтоватый свет. Дакхар зажмурился, но вскоре понял, что свет не приносит боли.

– Что это? – Дакхар открыл глаза и поискал источник света, но не нашёл.

Нашёл только источник запаха. Перед ним стояло существо. Чуть ниже колена. Без одежды. С красной кожей и черными полосками. Большие торчащие уши. Вдавленный нос. Пара клыков. Выпученный живот и крылья. Вполне сходил на младенца. Только на руках и ногах по три пальца место пяти.

– О, судьба, кто ты?

– Только не ругайся, прошу тебя, – существо село, скрестив под собой ноги. – Я так сказать… исчадье ада.

– Демон что ли?

– Да. Ну, или чёрт. Как тебе больше нравится, – ответил демонёнок.

– Мне вообще ты не нравишься, – сказал Дакхар.

– Это ещё почему? Я среди своих собратьев считаюсь самым красивым, – демон почесал макушку, на которой рос маленький островок волос.

– А имя есть у такого красавца? – усмехнулся Дакхар.

– Имя есть, но тебе оно не к чему. Я дорожу своей свободой, хотя бы от людей.

– И как же мне тебя называть?

– Просто демон, – ответило существо, и развело руки.

– Хорошо. Тогда перейдём к самому интересному – тебе что надо? Если тебя послали, те, кто наверху, то я ничего не знаю, так и передай.

Демон мерзко засмеялся. Из большого рта, летели слюни. А когда жидкость падала на пол, то она начинала шипеть, будто капли воды, попали на раскалённую сковородку.

– Я просто гуляю. А это одно из мест, где я могу чувствовать себя свободным.

– Смешно звучит… не заметил, – сказал Дакхар.

– Да? – демон задумался, а потом рассмеялся. – И точно. Искать свободу в камере. Это тебя наверно задевает?

– Ещё как, – Дакхар потряс руками, и цепи загремели.

– Ох, наверно не удобно-то. Подожди, – демон поднялся и подошёл к Дакхару, оглядел, и начал на него карабкаться, словно на гору.

– Эй, ты чего делаешь?

– Подожди, – руки демона цеплялись за одежду, которой осталось не так много, а ноги ловко ступали по телу Дакхара. Демон добрался до рук. Послышался плевок, и руки с грохотом освободились.

Дакхар завалился на бок, словно буйвол, раненный копьём охотника. Он поджал ноги и застонал от резкой боли. Потом вытянулся и лёг на спину. Ему плевать на холодный и сырой пол – он впервые за неизвестно, сколько времени лежал на спине.

– Спасибо, – захрипело горло.

– Не за что, – ответил демон и уселся прямо на груди Дакхара. Весил он не много, как большой графский кот, которого Дакхар как-то пнул, когда приходил в гости к жене графа. – И как ты себя чувствуешь?

– Свободным, – ответил Дакхар.

– Но тебя ещё окружают четыре стены, – глаза Демона ещё ни разу не моргнули.

– Хотя бы не в кандалах.

– И то верно, – демон улыбнулся.

– Только, пожалуйста, не смейся, а то прожжёшь во мне дыру.

Демон вытер слюну с подбородка.

– Что ты мне дашь?

Дакхар поначалу не понял вопроса, но безмятежный вид демона, говорил о том, что он спрашивал серьёзно. Слухи и байки про хитрых демонов, которые с лёгкостью обманывают людей, Дакхар слышал, но не верил в них. Он вообще раньше не встречался с такими рода существами и считал их всего лишь мифом. Хотя знал, род людской – не единственный на этой земле.

– А я тебе разве, что-то должен?

– Да. Я же тебя освободил от железа, – на лбу демона появились складки.

Спорить бессмысленно – это Дакхар понял точно. Но и предложить он ничего не мог, кроме дырявой рубахи и штанов. Поиграть с ним в загадки. Попытаться обмануть демона. Нет. Всё это из разряда сказок.

– У меня ничего нет. Душу я свою тебе не отдам, можешь обратно заковывать меня в кандалы, – Дакхар поднял руки.

– Ты что… какая душа. Я из благородного дома, мы не забираем душ, даже если их предлагают добровольно. У нас, как и у всех цивилизованных существ этого мира существуют договора, писанные на древнем.

– Серьёзно? – удивился Дакхар. – Тогда могу написать расписку. И если выберусь, то золото, из-за которого я попал сюда, будет твоё. Где поставить подпись?

– Подожди, подожди. Не спеши тратить чернила, – демон слез с Дакхара, покачиваясь как лодка, отошёл в центр камеры и своими маленькими ступнями, расчистил пол. – Итак, – демон, как заправский деревенский фокусник вытащил откуда-то палку и начал что-то чертить на камнях.

– И что ты делаешь? – поинтересовался Дакхар.

– Договор, – не отвлекаясь, ответил демон, – повысим ставки.

Дакхар заинтересовался. Сейчас он готов, на всё лишь бы выбраться отсюда. Хоть и давал себе отчёт, что на кон не сможет поставить свою душу.

– Это уже интересно, – Дакхар с трудом поднялся и сел, облокотившись на стену, поросшую мхом. – Твои предложения?

– Я вытащу тебя отсюда. Переправлю за стены. Подальше от злых людей, – ответил демон и продолжал царапать пол.

– Звучит заманчиво.

– Ещё как заманчиво. Моё предложение как вкусный пирог, который только что вынули из печи, – демон облизнулся.

– Ты любишь пироги? А я думал, вы питаетесь человечиной. По договору случайно мне не придётся тебе отдать одну из моих рук?

– О, нет, руки ещё понадобятся и тебе и мне. А насчёт пирогов – я их просто обожаю, – демон отошёл в сторону и оглядел своё творение. – Превосходно. Эй, давай ползи сюда.

Дакхар закряхтел и как старая телега, пополз к демону, который смотрел на странный рисунок. Очерченный круг, с множеством линий и каракуль, красовался на каменном полу. Вокруг рисунка сгрудился мусор: обломки костей, гнилая солома и прочий мелкий хлам, оставшийся от прежних гостей.

– Ты хорошо рисуешь, – заметил Дакхар.

– Вот. Стандартный договор между демоном и человеком, – Демон указал на круг. – По нему помогу тебе сбежать отсюда, а ты мне кое-что отдашь…

– Это самый главный вопрос, – прервал демона Дакхар. – Кое-что это что?

– Ну, я думаю это… что я хочу попросить – не так уж и нужно тебе, – демон соединил ладошки, и на лице расплылась улыбка. – Тем более я это возьму только на время.

– Дак, что же это?

– Что тебе дорого? Какая у тебя есть драгоценность, которую ты не собираешься продавать? Ты можешь отдать её мне на хранение.

Дакхар не понимал, что именно хочет чертёнок. Драгоценность, которую он бережёт. У него есть только одна такая вещь – кинжал отца, точнее уже нет. Нож у тех, кто засунул Дакхара в эту дыру.

– Ну что вспомнил?

– Если только ты хочешь воспользоваться кинжалом отца, – Дакхар пожал плечами. – Ручная работа, не требуется заточка, превосходная сталь…

– И сколько же он успел испробовать крови?

– Увы, совсем немного. Видишь ли… я не любитель кромсать людей, без необходимости, – объяснил Дакхар. – Только вот не очень-то хочется расставаться с этим оружием. Всё-таки память об отце. Помню, когда он мне его отдавал – отец лежал на смертном одре. Тогда он сказал, что пусть кинжал всегда напоминает тебе о том, кто ты. И тогда я решил, что никогда не приклоню колен и не продам свою свободу.

– Свобода, только для идиотов, – фыркнул демон.

– И, тем не менее, сам ты сказал, что ты свободен.

– Да, но только от людей. Увы, моё имя известно хозяину и теперь я должен приносить ему подарки.

– И ты хочешь сказать, что подаришь ему мой кинжал?

– Я не говорил этого… хотя мне нужна твоя любая драгоценность только на время, и когда срок истечёт – хозяин вернёт то, что я возьму у тебя.

– И сколько времени должно пройти?

– Кто знает? Обычно по истечению десяти лет, всё встаёт на свои места. Но бывает, что он возвращает взятое и раньше. На моём тысячелетии были случаи, когда люди забирали свою драгоценность и через несколько дней. Так что решай сам. Я тебя освобожу от оков на десять лет. Но продолжительность договора – зависит полностью от тебя.

– А у меня есть выбор?

– Выбор есть всегда, – демон улыбнулся.

– Хорошо, я согласен. Только кинжал не у меня…

– Ничего страшного, я сам всё сделаю, – демон заторопился. Он стал поправлять чёрточки и добавлять новые. Демон обошёл вокруг рисунка несколько раз, словно курица, оглядывавшая камушек и прикидывая его съедобность. Что-то буркнул себе под нос. Потом повернулся к Дакхару и улыбнулся:

– Начинаем. Давай. Быстрее садись в круг.

– Прямо туда, – Дакхар указал на рисунок.

– Конечно туда. Садись. Быстрее.

Дакхар заполз в начерченный круг. Сел. Прижал к себе колени. И огляделся по сторонам и мысленно попрощался со своим временным домом.

– Начинаем. Будет больно, – предупредил демон.

– В смысле больно?

– Люди, вы иногда такие глупые. Мне нужна кровь. Сиди смирно, – подошёл ближе демон. В руке появился ножичек, сверкнуло лезвие.

Пронзила боль. По щеке побежала тёплая кровь. Дакхар не понимая, что происходит, приложил руку к лицу. Кровь пошла сквозь пальцы.

– Ты хоть бы предупредил.

– Я же сказал, что будет больно, – ответил демон и смахнул капли крови с ножа, на рисунок. – Вот и всё. Поехали.

Демон забрался на плечо и схватился за волосы Дакхара, как коня за гриву. Вдруг камера закрутилась. Сначала медленно. Потом все быстрее и быстрее. Стены уже не разглядеть, только жёлтое свечение. Голова закружилась. Вспышка и темнота.

Лицо обдул холодный и свежий воздух. Глаза заболели от яркого солнечного света. Щека горела, а желудок выворачивало наружу, будто матросы вязали из него морской узел.

– Вот это да, – простонал Дакхар и прокатился по траве. – Мы на свободе? – он так и не мог открыть глаза.

– Кто-то да, а кто-то нет, – ответил всё тот же голос.

Дакхар продолжал лежать на спине и впитывать лучи солнца. Он никогда так не радовался небесному светилу. Он счастлив, что наконец-то глотнул свежего воздуха.

– Спасибо, – поблагодарил демона Дакхар, – я никогда этого не забуду.

– Я знаю, – согласился демон. – А теперь переходим к оплате, – трава зашуршала. Дакхар почувствовал, как приближался демон.

– Как ты достанешь кинжал? – спросил Дакхар, когда в нос ударил запах серы.

– Нужен мне твой кинжал. Мне нужна другая драгоценность, – ответил демон.

Дакхар почувствовал тень демона, которая накрыла лицо.

– Ха, у меня нет другой…

– А как же твои слова, что тебя лишили драгоценной свободы?

Слова демона щёлкнули, словно кожаный кнут, погоняющий скот.

– Я… я не говорил таких слов, – Дакхар попытался оправдаться.

– Ну, подумал о них, – демон снова залез на Дакхара, но теперь он показался во много раз тяжелее. Грудь сдавило. Из горла послышался хрип. – Согласно нашему договору, я освобождаю тебя от оков свободы. Пока ты не умрёшь или не отслужишь десять лет. Теперь твоя свобода принадлежит мне.

Лица коснулась маленькая ладонь демона. В глазах зажгло, словно Дакхар посмотрел на тысячу солнц разом. Ему захотелось закричать, но голос стал ему неподвластен. Дакхар медленно погружался в землю. Он почувствовал, как под ним разрывается дёрн, и недра забирают его к себе, словно сыпучие пески.

Так, Дакхар потерял свободу, не успев её и приобрести.

читателей   141   сегодня 2
141 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 3,50 из 5)
Loading ... Loading ...