Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Те, кого мы любим

От ночи веяло прохладой и сыростью, казалось, что вот-вот хлынет дождь. Плотные туши жирных туч заполонили собой всё небо, даря вечеру сумрак. Солнце тонуло в море, уныло сопротивляясь преждевременному наступлению ночи. Ещё немного и темнота поглотит весь мир. Только редкие костры на крепостной стене оставались очагами сопротивления бездушному мраку, с приходом которого могли прийти они…

Маленький скорпион, быстро перебирая ногами, вышел на охоту. Эта маленькая тварь несла внутри себя яд, способный убить лошадь. Один маленький укол жалом — и чья-то жизнь оборвется. Весь день скорпион прятался в прохладной щели между камнями крепостной стены. Сейчас он шустро передвигался по деревянному настилу, цепляясь острыми коготками за грубо отёсанные доски. Лязгнул засов и резко открылась дверь, выпуская на улицу пляшущий свет факела. Огромный сапог с кованой подошвой с хрустом раздавил панцирь животного, превращая его в кашу из хитина и мяса. Платас – высокий, широкоплечий воин — сегодня дежурил на стене. Его старого друга, с которым он обычно служил, на прошлой неделе забрали гроллы. Сейчас ему предстояло нести вахту с новым напарником – шестнадцатилетним юнцом Фингом.

— Пошевеливайся, чего застрял? – грозно рыкнул воин внутрь прохода.

Оттуда показался щуплый парнишка, военная амуниция на котором смотрелась как ветхая одежда на пугале. Худой, с копной слипшихся от грязи волос, сосульками пробивавшимися из-под массивного округлого шлема, он совсем не выглядел устрашающе, как надлежало выглядеть человеку с оружием.

Парень шагнул вперёд, оступился и упал на деревянный настил, с грохотом роняя свой шлем, прокатившийся по настилу. Неуклюже попытался подняться, но запутался в ножнах. Сильная рука старшего товарища помогла ему подняться.

— Раздери тебя лунный свет, соберись! Это твой первый день на дежурстве! Если появятся гроллы, ты будешь их смешить вместо того, чтобы убивать?

— Я убью их! Убью их всех! – буркнул юноша в ответ, поднимая шлем, — они забрали отца и мать! Они забрали тех, кого я люблю! Я обязательно отомщу! У меня лишь осталась младшая сестра…

— Конечно, отомстишь, — голос Платаса смягчился, он по-отечески похлопал мальчишку по плечу, — каждому из нас есть за что с ними поквитаться. Моих родителей они тоже забрали. И жену, и двоих детей…

Несколько секунд часовые шли молча вдоль стены. Воспоминания о потерях полностью захватили мысли двух людей.

— А правда, что у них четыре глаза? – мальчишка решил разорвать гнетущую тишину обыденным вопросом. Каждый с малолетства знал, как выглядят ночные монстры.

— Да, когда они смотрят на тебя, становится жутко. Кажется, что они всё про тебя знают. Твои движения замедляются… Это сложно объяснить, никогда не смотри им в глаза и бей всегда в живот, он у них мягкий, легко протыкается и лопается. Не пытайся отрубить им конечность или шею: они покрыты плотной чешуёй, лезвие застрянет, и тут-то они тебя и схватят. Впрочем, этому тебя учили на тренировках, ведь так?

Юноша кивнул. Он хорошо помнил все уроки и рассказы о гроллах, но не представлял себе встречи с ними. Возможно, сегодня, в первое дежурство, она состоится. Парень крепче сжал рукоять меча. Финг тысячи раз представлял, как он убивает этих монстров, мстя им за мать и отца, но только сейчас, под ветром на крепостной стене, он понимал, что может сплоховать. Вдруг он посмотрит в их глаза, оторопеет и не сможет нанести вовремя удар мечом. Такое по рассказам ветеранов частенько случалось с новичками. Тогда некому будет защитить младшую сестрёнку и Диту – девушку, нравившуюся Фингу.

Гроллы приходили всегда ночью. Солнце было главным союзником людей. Пока оно висело на небосклоне, люди чувствовали себя в безопасности. Гнездо ночных монстров находилось в неприступной скале в центре острова. Она была настолько высокой, что кутала свою вершину в перинах облаков. Гроллы и люди противостояли с незапамятных времён, с тех, когда от Луны откололся кусок и рухнул вниз…

Часовые добрались до своего поста – высокой башни со смотровой площадкой, позволявшей вести круговой обзор. В центре, на толстых опорах, покоился большой колокол. А с двух противоположных сторон размещались лёгкие стреломёты. Юноша укутался в плащ: ветер с моря сегодня был по-настоящему холодным. Финг сразу же начал всматриваться вдаль и пару раз ему казалось, что он видит странные тени вдали, но всё это было лишь плодом его воображения. Он напрягался до боли в глазах, стараясь не моргать, контролируя пространство перед собой. Его опытный напарник смотрел в противоположную сторону – центр острова, того места где находилось логово гроллов. Солнце почти нырнуло в водную гладь, даря людям последние дары света.

— Расслабься, — успокоил своего юного помощника опытный воин, — пока не наступит ночь, они не появятся. А может быть и вовсе сегодня не высунут носа из своего гнезда…

— А правда, что ты убил двадцать пять гроллов? – продолжая внимательно всматриваться в полумрак, спросил Финг, его напарник считался самым опытным воином в городе.

— Я убил тридцать, — поправил юношу Платас, он сказал это спокойным голосом, словно рассказывал о количестве собранного урожая, а не о смертельных схватках.

— Ого! – юноша с уважением посмотрел на старшего товарища. Он почувствовал, как зачатки уверенности стали отгонять страхи: если что-то пойдет не так, Платас обязательно поможет.

— Знаешь, — задумчиво произнес воин, — иногда я хочу уплыть с острова.

— Но вся вода вокруг кишит морскими драконами, никому еще не удавалось невредимым покинуть остров!

— В том и дело, все мы, все жители пяти городов, заложники бесконечной войны. Днем мы собираем скудный урожай, чтобы выжить, а по ночам боремся за своё существование. Наших врагов не становится меньше. Рано или поздно мы проиграем.

Юноша не ожидал услышать такие слова от настоящего героя, которым считал Платаса. В тусклом свете заходящего солнца он показался ему на мгновение немощным уставшим старцем.

— Береги тех, кого ты любишь, парень. Я потерял всех. Родных, друзей, любимых женщин. Даже своего старого напарника у меня забрали гроллы. Я остался один, и мне иногда кажется, что я до сих пор дышу только потому, что никого больше не люблю. Но такая жизнь – пустое существование, единственный смысл которого – это выходить ночью на стену.

Вместе с этой фразой светящаяся радужка солнечного глаза исчезла за горизонтом. Началась ночь.

— Не слушай ты меня, старого дурака, — бодро воскликнул Платас, встрепенувшись, — я просто устал. Отстоим на посту, я высплюсь, выпью пару кружек хмельного кваса и снова буду бодр и весел. Рано или поздно люди придумают, как одолеть своих старых врагов.

Несмотря на эту браваду, юноше показалось, что внутри опытного воина не осталось надежды, всё заполнили безысходность, тоска и безмерная грусть. Финг не хотел быть таким. Он был уверен, что с ним этого не произойдёт. Он отомстит за смерть своих близких и найдет способ, как уничтожить недосягаемое для людей логово гроллов. Ведь ему было ради кого жить и бороться – ради младшей сестры Лиллы и девушки Диты, в которую он был тайно влюблён. Юноша пристально всматривался в темноту в надежде увидеть тех, кто не давал спокойно жить людям. Его переполнял гнев, и сейчас он хотел встречи с ними. Финг готов был сражаться день и ночь и не желал превращаться в опустошённого человека, такого, как Платас, — сильного, могучего, но лишённого смысла жизни. Ему показалось, что с западной стороны промелькнули какие-то силуэты, хотя может быть это были лишь облака, быстро спешащие по небу.

Неожиданно тучи разбежались в стороны, и в этой прорехе стала видна огромная Луна с надкушенным боком. Её свет зажёг в небе несколько светлячков. Они летели по воздуху и двигались в сторону крепости. Чем шире становилась брешь в облаках, тем больше загоралось огоньков.

— Платас, мне кажется, я что-то вижу, — неуверенно произнёс юноша.

Воин обернулся и тут же воскликнул: «Хитрые твари решили зайти со стороны моря. Бей в колокол!».

Платас оттолкнул парня в сторону и принялся заряжать стреломёт. Мальчишка смотрел за полётом светлячков, заворожённый этим зрелищем. Из этого ступора его вывел окрик воина. Парень схватил верёвку и потянул на себя. Колокол неуверенно ухнул. Тогда парнишка потянул сильнее, всем телом, каждым движением выбивая из металлической туши гулкий звон. Зарядив метательную машину, опытный часовой шагнул в сторону сигнального костра на металлической чаше. Опрокинув на хворост кувшин с маслом, он чиркнул несколько раз огнивом, умело поджигая сухую траву, которую тут же поднес к костру. Ночь разорвала вспышка огромного пламени. Тут же с разных сторон послышался гул колоколов, а на башнях один за другим стали загораться сигнальные огни.

— Твари атакуют со всех сторон! – взревел Платас, — сегодня они получат у меня сполна!

Он подбежал к стойке с арбалетами и принялся взводить их, заряжая стальными болтами. В разгаре боя на перезарядку не будет времени.

Город проснулся. Улицы заполнились криками, топотом ног и бряцанием оружия. Люди готовились к отражению атаки. Сквозь редкие зубы мерлонов мелькали огни факелов. Переменившийся ветер сорвал планы ночных монстров по внезапному нападению. Через брешь в тучах Луна с надкушенным боком выдавала рождённых ею существ. Её дети светились мягким светло-зелёным светом и были хорошо заметны с приличного расстояния. Всё небо было усеяно яркими пятнами.

— Я давно не видел такого количества гроллов, — едва слышно произнёс Платас, эти слова не предназначались для чужих ушей, он просто озвучивал свои мысли, — я никогда не видел их столько много…

Мальчишка бросил верёвку от колокола и принялся заряжать арбалеты со второй стойки. Руки его плохо слушались, пальцы словно онемели и не хотели сгибаться. Сердце бешено заколотилось, в такт ему протопали вдоль стены солдаты, занимая места у бойниц и мерлонов. Светящиеся пятна приближались, уже были различимы мощные крылья, несшие своих обладателей на встречу с людьми. Первыми выстрелили стреломёты. Лишь паре дротиков удалось достичь цели, от остальных зарядов гроллам удалось увернуться. Люди принялись заряжать метательные машины.  Прежде чем небо пронзил второй дождь из дротиков, ночные монстры изрядно сократили расстояние, потеряв при этом ещё одного товарища. Платас медлил с выстрелом из метательной машины, долго выцеливал противника, и наконец тетива звонко хлестнула воздух, отправляя заряд точно в цель.

— Да! – радостно воскликнул воин, в победном жесте взметнув руку вверх, — хватайся за арбалет, но не стреляй слишком рано!

Парень без промедления выполнил приказ. До врагов оставалось шагов двести. Сто пятьдесят. Сто. Руки, лежавшие на спусковой скобе, вспотели. С крепостных стен сорвался рой стрел. Мальчишка, подавшись порыву, практически не целясь, тоже выстрелил, отправляя болт в темноту.

— Я же тебе говорил, не стреляй впустую! – рявкнул в запале воин, — хватай следующий арбалет, только когда они приблизятся шагов на десять, стреляй!

Мальчишка хорошо прицелился, выбрав себе цель, и нажал на спусковую скобу. Болт угодил прямо в живот монстру, тот кувыркнулся и начал падать вниз. Юноша остолбенел от неожиданности, он попал! Он убил гролла! Но радость от этой маленькой победы была недолгой. К крепости приближалось множество врагов.

— Хватайся за меч! – в запале боя скомандовал воин.

Ночная тварь зависла в воздухе перед парнем. Взмахи огромных крыльев обдували лицо Финга воздухом. Внешне они походили на людей. Лысая голова без глаз, ушей, рта и носа венчала туловище, а на груди находились четыре огромных глаза. Их взгляд притягивал, хотелось глубже всмотреться в их красные зрачки. Парень словно тонул в этих бездонных глазах. Из ступора его вывел толчок в плечо, отправивший Финга на деревянный настил. Воин спас мальчишку от удара крылом, заканчивавшимся острым как бритва когтем.

— Не смотри им в глаза! – крикнул мужчина, взмахом меча отгоняя тварь.

Гролл держался на безопасном расстоянии так, чтобы Платас не смог его достать своим оружием, готовый контратаковать в любой момент. Мальчишка дотянулся до последнего заряженного арбалета и, не целясь, выстрелил. Болт пробил крыло, монстр крутанулся в воздухе, делая свой живот досягаемым для оружия, и старый воин не медля ни секунды рубанул монстра мечом. На настил брызнула светящаяся кровь, гролл рухнул вниз, застревая между мерлонов на стене. Радоваться небольшой победе было рано, битва разгоралась по всему периметру стены. Люди самоотверженно сражались, кому-то удавалось ранить или убить врагов, другим везло меньше – монстры протыкали их острыми когтями, подхватывали на руки и уносили прочь от крепости.

Три монстра пикировали с неба на большой скорости. Мальчишка схватился за меч двумя руками, готовясь отразить атаку. В последний момент он нырнул под летящее тело и, перекатываясь по настилу, с силой воткнул оружие в открывшийся живот монстра. Тот рухнул вниз, врезаясь в стену и с хрустом ломая шею. Интуитивно парень откатился в сторону, и острый коготь лишь чиркнул его по щеке. Юноша вскрикнул и схватился за лицо руками. Рана пылала, словно в неё воткнули раскалённый метал. На несколько секунд Финг потерял ориентацию в пространстве, голова закружилась, одновременно наполняясь лёгкостью, неожиданно захотелось сомкнуть глаза и уснуть. Тряхнув головой, парень собрал все силы и открыл тяжелеющие с каждой секундой веки. Юноша был безоружен. Его меч торчал из живота убитого монстра. Платас лежал на настиле, гролл пробил когтем его правое плечо, лишая того возможности отбиваться мечом. Монстр сделал замах вторым крылом, ещё мгновение — и он проткнёт воина. Мальчишка не раздумывал, рефлексы сработали быстрее, чем мозг. Из последних сил он схватил лежавший рядом дротик для метательной машины. Сделал несколько шагов и со всей силы воткнул оружие в живот монстра. Ноги подкосились. Финг упал на колени, но чьи-то сильные руки схватили его. Его ноги оторвались от настила, и он почувствовал лёгкость во всём теле. Последнее, что он запомнил перед тем, как закрыть глаза, это состояние полёта. Кто-то нёс его на руках.

***

Финг ничего не видел. Он был погружён в кромешную темноту и первые минуты думал, что умер. Может быть смерть — это вечная жизнь во мраке? От этой мысли стало страшно. Единственными светлыми пятнами в этом мрачном мире для него были лишь его мысли. Нет, этого не может быть, он думает, а значит живой! Парень вновь попробовал открыть глаза, но сколько ни прилагал усилий, у него ничего не получалось. С ним случалось такое пару раз во сне. Один из них он хорошо запомнил, за ним гнался дикий кабан. Вернее, он его не видел, но знал, что тот бежит по пятам. Глаза в том сне юноша не мог открыть и бежал по лесу вслепую, подставляя лицо под жгучие удары веток. Может быть и сейчас он спал, находясь в чёрном, непроглядном кошмаре… Нет, слишком реальны те мысли, которые блуждали в его голове. Парень попробовал пошевелить руками или ногами, но не смог этого сделать. Он не чувствовал их. Совсем. Возможно, гроллы схватили его и крепко связали, от чего конечности затекли…

— Зачем ты убил мать? – вопрос возник сам собой. Голос был знакомым. Это был отец. Юноша не видел его, но узнал интонации.

— Я не убивал её! Это сделали гроллы! – возразил парень.

Он не произносил слов, но знал, что его мысли слышны собеседнику.

— Милый Финг, мы с мамой любим тебя и всегда будем любить! – фраза была пропитана нежностью, которую ты можешь испытывать лишь к самому родному человеку.

— Я не убивал…- успел ответить юноша и провалился в бесконечную чёрную бездну.

***

Время во мраке течёт бесконечно, особенно когда ты лишён возможности двигаться, слышать, разговаривать. Фингу казалось, что сама жизнь забыла о его существовании. Он не хотел есть и справлять нужду. Чего же он сейчас хотел? Ничего… Юноша не знал, сколько времени он прожил в своих мыслях. Однажды его утомили размышления о разгадке того места, где он находится, и парень просто начал представлять для себя идеальный мир, где живы отец и мать, рядом с ними счастливая сестрёнка и его возлюбленная… Неожиданно вернулись тактильные ощущения. Финг ощутил, что лежит, поджав колени, обхватывая их руками. Он не чувствовал вес, парень был словно пушинка, парящая в воздушном потоке.

Юноша почувствовал движение, что-то шевелило его через плотную оболочку. Приглушённый хруст неприятно резал слух. Дуновение ветра, прохладный, холодный сквозняк коснулся его влажной кожи. Это ощущение казалось новым. Испытывал ли его Финг раньше? Он не помнил. Глаза отказывались открываться. Юноша попытался встать на ноги. Земля пошатнулась, но он удержал равновесие. Мир закружился, или что-то раскручивало юношу. Вместе с этим в голове появился шёпот тысячи голосов: «Нам будет здесь хорошо. Всем вместе. Ты должен принести тех, кого ты любишь! Принеси сюда тех, кого ты любишь! Принеси!». Он почувствовал, как вязкая слизь густым потоком стекает со всего тела. Финг открыл глаза. Все четыре. Смотреть ими было гораздо удобнее, чем теми двумя, что были у него ранее. Кромешный мрак отныне не был препятствием для зрения. Юноша находился в пещере, пол которой был застлан сплетающимися телами гроллов. Монстры медленно двигались, создавая живую волну. Рядом выпрямлялись ещё несколько новообращённых ночных существ. Финг расправил мощные перепончатые крылья и был готов лететь за теми, кого он любит – за своей сестрой и самой красивой девушкой на острове – Дитой.

читателей   116   сегодня 4
116 читателей   4 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 4,33 из 5)
Loading ... Loading ...