Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Почта, дракон и мечты

— Кто здесь?

Ощущение чужого присутствия усилилось, и послышалось чье-то легкое дыхание — это вовсе не повод испугаться, даже если сидишь в одиночестве в совершенно пустой аудитории запертый снаружи.

Вилл глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и уверяя себя это лишь чья-то глупая шутка, и повторил громче и увереннее:

— Кто здесь?

— Это я здесь.

Говоривший, видимо, находился рядом, возможно, даже стоял напротив, и Вилл, инстинктивно открыл глаза шире, стараясь что-то разглядеть.

— Ты ничего не видишь что ли?

— Неа.

— Странно, потому ты не выглядишь слепым.

— Я и не слепой. Это заклятье временной потери зрения, — пояснил он.

— А как же тебе удалось так вляпаться?

Тон неизвестного был ироничный, но не злой, и вообще, кем бы ни был этот невидимый собеседник, он производил хорошее впечатление.

— Потеря зрения – это побочное явление при создании двойной шаровой молнии. Если при использовании заклинания допустить малейшую ошибку, то от внезапной вспышки можно ослепнуть по-настоящему. Вот мой наставник и придумал такую хитрость: за миг до сияния, наступает временная слепота, чтобы и глаза остались целы и урок я усвоил.

— Ого! Да ты великий маг. Это заклинание настолько сложное, что некоторых даже не допускают до его изучения. А дойти до практической части…

— Великий маг – это наш профессор, мало того, что он закончил Лоустивский университет, так он еще и получил Золотой Медальон.

Почувствовав, что собеседник не понял о чем речь, Вилл пояснил:

— Это даже престижнее, чем стать посвященным дракона.

— О!

Голос у незнакомца был мелодичным, мягким и приятным, а выговор настолько безукоризненным, что молодой маг сразу понял – перед ним не уроженец здешних мест, мало того – не человек.

— Славный у вас городишко, я тут погулял, осмотрелся.

— Городишко? – Вилл удивился, — ты сказал городишко, а между тем, Фер-Лаас-Тиз,  второй по величине город  в королевстве.

— Фер-Лаас… повтори-ка. Разве «лаас» — это не «лес» на одном из языков гоблинов?

— Так и есть – «лиственный лес», видимо, ты издали, раз ничего не знаешь о «городишке». Вообще-то я подумал, что ты гоблин, но как видно, ошибся.

— А ты что, гоблинов не любишь?

— Как можно жить в Фер-Лаас-Тиз и не любить их – рассмеялся Вилл, — да они тут на каждом шагу, тем более, это, по сути, их древний город. Точнее, на этом месте было их поселение, а уже после, Фернанд Первый, основал тут настоящий город, вот и получилось Фер-Лаас.

— Это получается «лес Фернанда», ведь  первое слово «Фер», от имени короля?

— Ага, — сказал Вилл, а про себя подумал: «Кто же ты, раз не знаешь Фернанда- завоевателя?».

— Да, городишко у вас неповторимый, — рассуждал дальше неизвестный, — я видел орков-охранников. А чего стоит городской парк с его серебряными платанами и изумрудной травой, в которой так и хочется поваляться.

— Так ты эльф! – догадался, наконец, парень, — а я все гадал, откуда такой голос и знание стольких языков.

— Почему эльф? – явно обиделся собеседник, — если много языков знаешь, так сразу и эльф?

— Вовсе не поэтому! Просто эльфы прямо-таки поведены на серебристых платанах, а ты говорил об этих деревьях с таким восторгом, вот я и подумал…

— А, это, — незнакомец вернулся в хорошее расположение духа, — да просто деревья удивительные, питаются магией.

— Это пока маленькие, а вырастая, они поглощают магии не так уж и много, а отдают в сотни раз больше. Кроме того, они используют темную магическую энергию, перерабатывают ее, как бы очищая. А вообще-то это не платаны, эти деревья так назвали, потому что листья у них и платанов похожи.

— Ты столько знаешь!

— Да это все знают, а тем более те, кто в университете учился.

— Может, тогда ты объяснишь мне, почему у здешних гоблинов кожа зеленая?

— Видимо, ты из южных стран, раз для тебя это удивительно. Бывал я в Западном Султанате, там у гоблинов кожа светло-серая или коричневая, загорелая, как у моряков. А здесь, у гоблинов под кожей живут такие очень-очень маленькие растения, которые, как и большинство растений, зеленые. Они не вредят им, а наоборот, помогают, вот из-за них, кожа у гоблинов и зеленоватая.

— Да ты просто находка! Чаще бы с тобой встречаться, а то порой я вижу что-то, а объяснить не могу, и хотя мой дедушка говорит, что я самый способный из всех его внуков, без знаний никакой талант не пригоден.

— Ты прав, конечно, но и способности очень важны. Никаких моих знаний не хватит, чтобы увеличить полученную при рождении силу магии. Я мог бы использовать артефакты, но это лишь временно.

— А сделать это навсегда никак нельзя?

— Можно, к примеру, стать посвященным дракона, я всегда об этом мечтал, после университета даже полгода провел в Пчелиных горах.

— Что за горы такие?

— А, ты, видно, не знаешь, потому что Пчелиные они только на человеческих картах, а все остальные называют их Драконьи горы. Там мы почти шесть месяцев искали хоть какого-то дракона, хотя знали, что встреча с большинством из них заканчивается плохо.

— Хм, а я вот мечтал о том, чтобы как-то вытащить из забытья моих сородичей, но у меня тоже ничего не получилось, вот скитаюсь теперь по разным местам.

— Если тебе не хватает знаний, с удовольствием поделюсь с тобой моими, особенно, если это приблизит исполнение твоей мечты. Меня Виллиарий зовут, сокращенно Вилл.

— Виллиарий – красивое имя, а мое тебе не выговорить, как не старайся.

— Это имя одного великого мага, которого причислили к лику святых, как покровителя волшебства и всего, что с ним связано. Назовись любым именем, если твое такое сложное.

На самом деле Вилл подумал, что неизвестный просто не хочет называть свое настоящее имя, но в этом не было ничего удивительного: гоблины тоже хранили тайну имени. И хотя перед ним не гоблин – это уж точно – мало ли у кого такие же нравы.

— А можно,  я тоже буду Веллиарием, только сокращать не надо, очень уж имя звучное, красивое.

— Договорились, — Вилл улыбнулся, потому что сам не слишком любил свое имя, а вот нашелся некто, кто им восхищается.

Тут часы на городской ратуше стали отбивать время, возвещая жителям и гостям Фер-Лаас-Тиза, что скоро вечер.

— Пять часов! – ужаснулся Виллиарий, — мне пора, но мы еще встретимся. Ты ведь не шутил, когда говорил о знаниях?

— Конечно, нет.

— Тогда до встречи.

— А как же ты найдешь меня? – закричал парень, но аудитория отозвалась лишь звенящей тишиной.

Минут через десять ключ в замке повернулся, раздались гулкие шаги, и до боли знакомый голос наставника произнес:

— Как ты тут, не скучал в одиночестве? Было время подумать над ошибками?

— О, скучать мне не пришлось, — произнес Вилл, и тут понял, что зрение возвращается к нему.

Молодой маг зажмурился от солнечного света, и, постепенно открывая глаза, начал рассказывать профессору Магической Трансформации о своем незнакомом собеседнике, который так и остался для него загадкой.

Наставник слушал молча, не перебивая, лишь иногда глубоко вздыхал и пристально смотрел в глаза Виллу, а когда тот закончил, то спросил:

— Как я понял, тебе не удалось узнать, кем был твой гость?

— Нет.

— Хм… — наставник задумался, — имя свое тебе он тоже не назвал, а предпочел воспользоваться твоим, а потом еще и внезапно исчез, неизвестно как, и тебе не показалось это странным?

— Конечно, показалось, думаю, он вылетел в открытое окно.

— И как же он смог это сделать? – тон преподавателя не предвещал ничего хорошего, — вылететь в открытое окно университетской аудитории?

И только тут, молодой маг Виллиарий понял, что упустил из виду одну деталь: в окна университета нельзя влетать, также, как и вылетать из них, уже примерно лет двести. Такой необычный способ защиты создали для того, чтобы студенты не покидали занятия,  и самое главное, чтобы никто не проникал снаружи. Потому что, как показала история, это чревато печальными последствиями.

Вилл молча кусал губу, стараясь понять, как же все-таки незнакомец исчез.

— А ты уверен, что здесь был кто-то? – по-отечески ласково спросил наставник.

— Конечно! Я почти два часа беседовал с ним, он сказал, что вернется вскоре, и что мы с ним будем делиться знаниями.

— Видишь ли,  Виллиарий, — теперь профессор говорил с ним, как доктор с очень-очень тяжело больным человеком, — иногда, очень редко, случается такое, что заклинание действует не только на зрение, но и на рассудок.

— Вы что, думаете, это я все придумал? Да он был здесь! Не знаю, как он попал сюда, и как вышел – может он владеет пространственными переходами, может он обошел защиту на окнах, может на него вообще человеческая магия плохо действует, как на эльфов, но здесь точно кто-то был и он был живой.

— Успокойся и послушай меня: он не захотел называться, согласен, такое бывает, но почему он взял твое имя? Он появился ниоткуда и исчез, как раз перед моим приходом – тоже странно. Сказав, что найдет тебя, он не спросил где тебя можно найти и когда он появится, к примеру: «До завтра», или «Через пару дней».

— Это могло быть простым совпадением – я тоже не говорю до завтра, — пробормотал Вилл, пытаясь защититься.

— Ты просто не хочешь признать, что незнакомец – это плод твоего воображения, помноженный на действие заклятия. Он – как твое зеркало, похож на тебя, и в тоже время отражает твои мечты и стремления, поэтому он и назвался твоим именем – это ведь ты сам.

— Не может быть, все было слишком реально.

— А ты пожимал ему руку на прощанье? – вдруг сменил тему наставник.

— Нет, — парень растерялся, не понимая, почему ему задали такой вопрос.

— Вот видишь, — профессор ласково похлопал Вилла по плечу, — это все было лишь плодом твоего воображения.

— Но…

— Не переживай, все это проходит, как и слепота, только нужно подождать пару дней. Иди домой, отдыхай, а завтра можешь не приходить: выспись, погуляй по городу, сходи в парк, или поезжай за город в лес.

— Хорошо, профессор, я так и сделаю, — подхватив свои вещи, он грустно вышел из аудитории, — до свиданья.

Вилл опустив голову, побрел по коридору, и не слышал, как преподаватель Магической Трансформации задумчиво бормотал: «Странно, ведь никогда не было таких эффектов, я лишь читал о том, что они возможны, в редких случаях, и что они проходят. Но когда они проходят – никто не установил, может через день, а может и через год».

Маг шел по освещенным солнечным светом улицам, и казалось, крыши, стены, и камни мостовой посыпаны золотистой пылью – кто-то снова использовал заклинание «эффект радости».  Только радости и хорошего настроения, в этот раз, у Вилла не прибавилось.

Так он и дошел до дома, и только лишь поздоровавшись с родителями, ушел  в свою комнату, отказавшись от обеда.

Сперва Вилл решил пересмотреть все имеющиеся у него в наличии книги о пространственных перемещениях, и попробовать узнать мог ли кто-то пройти сквозь университетскую защиту. Не смотря на все увещевания наставника, парень все-таки надеялся, что не сходит с ума, и что посетитель не плод его воображения.

Но начав читать, Вилл вдруг почувствовал сильную усталость, как будто не спал дня три, да при этом еще и носил мешки с капустой. Встав из-за стола он с трудом разделся, повалился в кровать, и не смотря на то, что на улице еще светило солнце, тут же заснул крепким сном без сновидений.

Среди ночи его разбудил какой-то шум, казалось, кто-то шуршит бумагами, лежавшими на столе. А упавшая на пол книга и вовсе убедила Вилл, что в комнате кто-то есть. Он приподнялся, пытаясь разглядеть что происходит, но увидал лишь мелькнувшую тень:

— Это я, не пугайся, просто не было времени прийти раньше, принес тут тебе подарочек. Удачи.

И снова комната стала пустой и тихой, Вилл помедлил, а потом положил голову на подушку, и опять уснул, уже до утра.

Проснувшись утром, Вилл и не вспомнил о ночном визитере, пока не увидал валяющуюся на полу книгу, а затем, лежащий на столе огромный оранжевый апельсин.

Вскочив, он обеими руками схватил круглый спелый плод, и принялся носиться по комнате, восклицая:

— Так это правда! Ты существуешь! Это не галлюцинация, и не плод моего воображения!

Он подбрасывал апельсин и ловил, заставлял его зависать в воздухе и выписывать неимоверные фигуры, даже сделал его невидимым на пару минут. Вилл был счастлив: теперь-то он докажет наставнику, что с мозгами у него все в порядке.

Спустившись вниз, парень не обнаружил в доме никого, даже прислуги, и вспомнил, что сегодня пятница, и родители, как всегда, на городском рынке – в пятницу ведь самая бойкая торговля.

Вилл решил поделиться апельсином с родителями, но когда разрезал плод, обнаружил, что внутри он не оранжевый, как обычно, и даже не рубиново-красный, а ярко-зеленый, как молодая весенняя трава.

— Это не может быть простой апельсин, апельсины не бывают зелеными. Возможно, он создан при помощи магии или вырос в саду какого-то волшебника. Не стоит давать его родителям, мало ли что может с ними случится, а я все-таки маг.

Рассуждая так, Вилл откусил кусочек дольки апельсина, и стал прислушиваться к своим ощущениям: ничего не произошло. Он подождал пять минут, и съел весь плод без остатка. После этого оделся, перекусил, и, сложив в сумку несколько книг, отправился в университет, надеясь, что профессор Магической Трансформации уже на месте.

— Наставник, наставник! Добрый день Вам! – радостно закричал Виллиарий, подбегая к профессору, — все-таки он существует, он приходил сегодня ночью, и даже принес подарок – апельсин!

— Добрый день и тебе, мой самый упорный ученик.

Хотя Вилл давно был полноправным магом с дипломом и даже с лицензией, наставник все равно относился к нему, как к студенту, но Вилла вовсе не обижало такое отношение.

— Профессор, ночью мой новый знакомый приходил, и принес мне в подарок большой апельсин. Жаль только, что было темно, и я был сонный, поэтому снова не заметил, как он выглядит.

— Так значит, твой знакомый принес тебе плод – это хорошо. Я несказанно рад, то все обошлось, и что ты в добром здравии. Так покажи мне скорее, это подношение незнакомца, кстати, возможно он был заколдован.

— О, я в первую очередь проверил его на присутствие магии, а заодно, и ядов, ничего такого в нем не было, поэтому я его съел. На вкус он восхитительный сладкий, сочный, ароматный, хоть и зеленого цвета.

Профессор резко остановился, и, посмотрев на Вилла, медленно спросил:

— Ответь-ка мне, Виллиарий, а когда ты ел этот необычный зеленый апельсин, не было ли кого-то поблизости? Возможно, ты кому-то показывал его или угостил им?

— Я хотел дать попробовать его родителям, но они уехали на рынок, как всегда по пятницам.

— Понятно, — пожилой наставник надолго замолчал, а потом предложил, — а пойдем-ка со мной, сынок.

Обращение было настолько необычно, что Вилл, не сказав ни слова, молча пошел за профессором. Пройдя широким мраморным коридором, они спустились этажом ниже, где коридоры были не такими широкими, и просто оштукатуренными, а не выложены мрамором.

Остановившись возле окованной железом деревянной двери, стрик открыл ее и произнес:

— Посиди, пока здесь, сынок, и ничего бойся, вскоре я навещу тебя.

Как только Вилл переступил порог загадочной комнаты, дверь з ним закрылась, и он оказался в закрытом каменном помещении. Не смотря на отсутствие окон и каменные стены в комнате было светло и очень уютно. На потолке висел шарообразный солнечный светильник, еще один, поменьше, стоял на столик рядом с кроватью. Собранные и сохраненные лучи солнца создавали эффект настоящего летнего дня, а гобелены на стенах почти полностью закрывали каменную кладку. Вдобавок, под ногами лежал настоящий восточный ковер, рисунок на котором говорил о том, что соткан он не где-нибудь, а в Восточном Султанате.

Парень огляделся  — в комнате находился шкаф с различными книгами, тумбочка, какой-то сундук из потемневшего от времени дерева и стул с резной спинкой, выполненный рукой истинного мастера.

Первым делом Вилл открыл сундук, в котором оказалось чистое постельное белье и даже две чистых рубашки, пахнущих шалфеем или лавандой. Далее, пришел черед шкафа – но, к сожалению, в нем находились лишь книги о любви и рыцарских подвигах. Те несколько трактатов о магии, что удалось найти, были лишь общим введением в те или иные области магических знаний, и не представляли интереса для Вилла.

Минут двадцать маг пытался занять себя чтением, затем, попробовал колдовать, что оказалось невозможным —  видимо, комната была защищена от всех проявлений магической энергии.

— Почти от всех, — произнес вслух Вилл, — ведь светильники-то работают.

Сначала он подумал, что разговаривать вслух, плохой знак, но оценив толщину стен и дверей, понял, что его никто не услышит, даже если он будет кричать изо всех сил.

— Можно было бы поспать, но я как раз отлично выспался, — рассуждал он дальше, — читать здесь не чего, тренироваться тоже нельзя. Думаю, что профессор, в целях безопасности, поместил меня в комнату, где не работает магия, как раз с целью, чтобы я ею не пользовался. Интересно, что его так напугало?

Вилл посмотрел на один из гобеленов, на нем была изображена сцена охоты, на другом – какой-то рыцарский поединок, а на третьем – экспедиция в Пчелиных горах. То, что это именно Пчелиные горы, сомневаться не приходилось – неизвестный автор так точно передал характерные очертания Драконьего хребта, что парень, как будто вновь очутился в горной местности.

— Ну что ж, поищу что-то интересное в комнате. В старинных комнатах всегда были скрытые двери, потайные выходы, черные ходы. Для начала, осмотрю-ка я стены.

Не теряя времени, он приступил к выполнению поставленной задачи. Но то ли Вилл искал плохо, то ли строители не предусмотрели дополнительных выходов в подобной комнате, запасных дверей он так и не нашел.

Передохнув, он посмотрел на толстый восточный ковер, и, свернув его, начал разглядывать пол: все плиты были идеально подогнаны, и никакого намека на люк не было, даже заглянув под кровать Вилл не нашел ничего, кроме какой-то мелкой монеты.

Разозлившись, парень отодвинул шкаф с книгами, и тут ему улыбнулась удача: под шкафом была деревянная крышка люка. Недолго думая, он открыл ее, и, взяв в руки светильник, попытался разглядеть, что там, внизу.

Ничего, кроме каменных плит разглядеть не удалось, поэтому Вилл решил, спуститься и исследовать нижнюю комнату. Связав две простыни и привязав их к ножке кровати  — хорошо, что она была дубовая и тяжелая – парень легко спустился этажом ниже. Осветив помещение, он понял, что нижняя комната меньше, и не так хорошо обустроена. Здесь не было ковров, гобеленов, книг и светильников – лишь небольшая лежанка с простым матрасом, и плетеным ковриком возле нее.

Дверь в комнату была распахнута, как будто приглашая выйти из нее, или, наоборот, в ожидании узника. То, что это своеобразная тюрьма для магов Вилл нисколько не сомневался, а выйдя в коридор, еще раз убедился в правильности своих выводов. Справа тянулся ряд одинаковых дверей, некоторые из них были заперты, а другие, распахнуты настежь, а слева была гладкая стена.

Посмотрев на дверь, из которой вышел Вилл постарался запомнить ее до мельчайших деталей, а потом, на всякий случай, поставил на стене возле нее грифелем крестик. Лучше было бы воспользоваться мелом, или краской, но в сумке у себя он носил только грифель. Да и вообще, если здраво рассудить – зачем магу на занятиях краска?

Он отправился вперед, не забывая время от времени останавливаться, заглядывать в комнаты с открытыми дверями, и ставить пометки на стенах. В комнаты Вилл не заходил, а лишь заглядывал, опасаясь, как бы двери за ним не захлопнулись. Там вообще-то смотреть было не на что – все они были одинаково пустыми и чистыми: ни пылинки, ни соринки, ни неприятного запаха, ни единой вещи, которую оставил кто-то находящийся здесь. Вскоре маг заметил, что коридор не прямой, а немного поворачивает вправо, а приблизительно через час, Вилл начал подозревать, что камеры расположены по кругу, а это значило, что скоро он должен был вернуться в исходную точку.

Но время шло, Вилл начал уставать, а его двери все не было. Еще через час, он заметил свои отметки на стене и понял, что каким-то образом пропустил нужную дверь, и вернулся, чтобы найти ее. Теперь парень начал осматривал не только стены рядом с дверями, но и характерные дверные признаки.

Нужная дверь нашлась минут через двадцать, увидев ее Вилл не поверил своим глазам – она была заперта. Проверив несколько раз, он убедился, что это и есть та самая дверь – с царапиной на ручке, и продольной трещиной, рядом был его крестик, выведенный грифелем.

Сперва, подумав, что дверь закрылась случайно от какого-то дуновения ветра, Вилл попробовал открыть ее, но поняв, что она не поддается, парень впал в настоящее отчаянье. Он колотил в дверь руками, кричал, произносил заклятья, пытаясь разбить дверь, забыв о том, что магия здесь не действует.

Устав, он сел возле двери и заплакал, как в детстве – с громкими всхлипываниями и морем слез. И лишь когда светильник начал гаснуть, Вилл понял, что находится в этом подземелье значительно дольше, чем думал вначале, и что если его до сих пор не начали искать, то, возможно и не начнут. Обхватив руками колени, маг сидел и смотрел на угасающий светильник, пока тот и вовсе не погас.

Он задремал, а когда в темноте послышался шорох, то Вилл вздрогнул от страха, и шарахнулся в сторону и завалился на бок.

— Это я, привет, что испугался?

— Виллиарий? Теперь я понимаю, что ты точно галлюцинация.

— Галлюцинация? – не знаю такого слова, ты еще многому должен меня научить. Хватит тут сидеть и пора выбираться – там настоящий переполох – все тебя ищут уже два дня

— Два дня?  Не может быть.

— Ты приготовься, а можешь удариться, и зажмурься, а то на улице слишком солнечно.

Вилл не успел даже спросить, как они будут выбираться, как почувствовал, что его потащило куда-то, как будто он попал в огромный водоворот. Он зажмурился и на всякий случай выставил руки, чтобы не ударится, но почувствовал, что приземлился на что-то мягкое.

Приоткрыв глаза, парень заметил, что лежит на своей кровати, а рядом находится нечто ярко-синее, величиной с крупную кошку. Когда глаза привыкли к свету, Вилл разглядел, кто его новый приятель, и спаситель.

— Сапфировый дракон! Виллиарий, так это ты меня вытащил! Как же ты меня нашел?

— Да, я дракон, хотя и не большой… и огнем дышать я не могу, и летать тоже…

— Какая разница! – Вилл светился от счастья, — я знаком с настоящим драконом, это же мечта всей моей жизни.

Дракон, видимо был польщен таким восторженным отношением, потому что поменял цвет, став синим с изумрудным оттенком.

— Ничего себе, ты еще и цвет меняешь, да ты просто сокровище, — и маг подхватил на руки своего старого-нового знакомого, стал тараторить, как заведенная игрушка, рассказывая о своих приключениях.

Дракончику все нравилось, он пребывал в состоянии близком к эйфории, и со всем соглашался.

— Давай я познакомлю тебя со своими родителями, — Вилл уже несся по лестнице: — Смотрите, это мой друг, его зовут также, как и меня.

— Виллиарий! – отец встал из-за стола.

— Сынок! – заплаканная мама, с платком  в руках, сидевшая в кресле, мгновенно вскочила,  — нашелся!

Тут Вилл вспомнил слова дракона о том, что его два дня все ищут, и что он вообще-то пропал. Кинувшись в объятия родителей, он успокаивал их, говоря, что все это недоразумение и никуда он не пропадал.

— Просто заблудился в университете, а вот Виллиарий меня нашел и перенес прямо домой.

— Это дракон? – отец разглядывал его с уважением и небольшой опаской, — ты все-таки нашел его тогда, в горах?

— Нет, мы познакомились недавно, в университете.

— А как же он перенес тебя, сынок?

— Хм… ну сапфировые драконы мастера в пространственных перемещениях, а вот как он смог и меня переместить… — Вилл посмотрел на своего приятеля, ожидая ответа.

— Своего посвященного дракон может переносить хоть на край света.

— Так Виллиарий стал посвященным? – отец в недоумении поглядел сыну в глаза.

— Я ничего такого не помню, — признался парень и начал краснеть, — вроде никакого обряда и не было.

— А посвящение это не обряд, — пояснил дракон, — достаточно, чтобы обе стороны были согласны, а Вилл так мечтал об этом… и… он ведь мой друг.

— Так я что теперь посвященный дракона?

Вилл посмотрел на свои руки, затем, подошел к большому зеркалу и начал рассматривать лицо, как будто мог увидеть там следы перемен.

— Если тебя не смущает, что я не пещерный, озерный, или огненный дракон, — смущаясь, пробормотал Виллиарий.

— Вовсе не смущает – ты же мой друг. Видел бы ты Хитрюгу – тот вообще гоблин, и ничего, мы с ним с детства дружим.

— Да, они друзья – не разлей вода – подтвердил отец Вилла.

— Я бы тоже хотел познакомить всех вас со своими родственниками – дедушкой и братьями.

— Будем польщены таким знакомством – только и успел произнести Вилл, как дракон исчез.

— И часто он так? – спросила мама у Вилла.

— Да постоянно, для них же нырять сквозь пространство – одно удовольствие, как для нас купаться в жаркий день.

Вдруг из воздуха стали появляться сине-зеленые драконы, их было больше десятка – одни возникли на полу, другие на столе, кто-то появился на подоконнике, а кто-то в мамином любимом кресле.

Тут Вилл понял, почему его друг не назвал своего имени, сказав, что оно сложно в произношении: ни один человек не смог бы воспроизвести язык этих драконов. Они пищали, чирикали, свистели, вскрикивали и заливались трелями, и при этом лазили везде, где придется – начиная от стен, заканчивая каминной полкой.

Интересно, что никто из них не только ничего не уронил, но даже не задел ни одного предмета – эти удивительные существа, как будто были созданы из воды, которая легко огибал преграды.

— Ой, — воскликнул Вилл, — а как же мой наставник, ведь он до сих пор ищет меня, и не знает, что со мной все в порядке. Я должен прямо сейчас бежать в университет, и рассказать ему что произошло.

— Можно и не бежать, — Виллиарий оказался у его ног, — сейчас будем там. Ах, да, это — мой дедушка, — он кивнул в сторону одного из драконов, который почти ничем не отличался от других, кроме увеличенных шипов на хвосте.

Вилл как можно вежливее поклонился, и дракон, наклони голову в знак почтения.

— Ты осторожнее, как бы не удариться, — успел услышать парень, и уже знакомая, похожая на водоворот, сила, потащила его прочь, выбросив прямо посреди аудитории.

Вилл действительно чуть не упал и не ударился о стол, но устоял на ногах, и даже смог улыбнуться, увидев наставника и нескольких своих знакомых.

— Добрый день, профессор.

— Виллиарий?  — удивлению старика не было предела, — мы все тебя искали.

— Да, мне уде рассказали, я случайно попал в помещение видимо, тюрьму для магов, потому что там не действовала почти никакая магия.

— А как же ты выбрался? – спросил маленький гобилн, друг Вилла.

— Мне помог мой друг, и он, кстати, вполне реален, а не плод моей фантазии, зовут его Веллиарий, потому что имя его мы вряд ли выучим.

Дракон как обычно, возник из ниоткуда, презрев все многочисленные университетские средства защиты, и взобравшись по одежде улегся на плечах у мага.

— Как же я не догадался! – наставник всплеснул руками, — я должен был понять, но их так давно никто не видел…

— Да, сапфировые драконы не со всеми любят общаться, они не умеют летать, и не дышат огнем, не обладают магией воды и не могут предсказывать будущее, но надежнее друга, вам не найти, — Вилл посмотрел на дракона, а тот снова исчез, а через миг вернулся с большим апельсином.

— А, тот зеленый апельсин, — догадался профессор, — откуда он?

— Из Западного Султаната. Однажды я отнес записку одного вельможи его возлюбленной, которая находилась взаперти и добраться до нее не было никакой возможности. И с тех пор, его сад в полном моем распоряжении.

— А ты не мог бы, найти моего брата? – маленький гоблин протиснулся поближе к Виллиаию, — пожалуйста, от него нет вестей уже месяц.

— Прости, но я смогу его найти.

— А как же ты отыскал Вилла?

— С Виллом я был знаком, я его везде отыщу, тебя теперь тоже. А может у тебя есть кусок его кожи, клок волос, пучок шерсти…

— Ничего такого нет, но есть его медальон, который он носил лет двадцать, а перед отъездом, почему-то оставил мне, может, предчувствуя беду?

— Давай его сюда. Ту девушку из Султаната, я отыскал по одному лишь платку, а тут целый медальон.

Дракон взял круглый тусклый медальон в лапы и снова изменил цвет, став темно-синим, подержав немного его, он спрыгнул с плеч Вилла, и исчез. Все застыли в томительном ожидании, а профессор, для чего-то достал песочные часы и поставил их на стол. Песок не успел высыпаться и наполовину, как дракон появился снова, без медальона, но с каким-то куском бумаги в зубах.

— Твой брат, как и все из его обоза живы, хотя их изрядно потрепали разбойники. Вот. – он передал обрывок зеленокожему, а тот, развернул его и принялся читать.

— Все правда, он жив!

— Хм, чего бы я стал врать – пробормотал дракон, снова взбираясь на плечи  Вилла.

— Заметь, сынок, — наставник указал на песочные часы, — за десять минут он успел сделать то, что не сделал бы ни один маг-искатель.

— Веллиарий, мы можем поговорить о тебе и твоей семье? –  Вилл покосился на мордочку дракона, который, казалось, дремал.

Открыв один глаз, он поинтересовался:

— Найти уединенное место для разговора?

 

Через две недели Фер-Лаас-Тиз снова смог удивить жителей королевства Фернандия – здесь появилась необычная доставка писем и небольших пакетов, которую осуществляли сапфировые драконы. Удовольствие это было не из дешевых, но оно того стоило: драконы доставляли послание да считанные секунды. Единственная проблема была в том, что если ты им не понравился, то письмо они не доставляли.

Мэр города сразу смекнул, какую выгоду это принесет Фер-Лаас-Тизу, и не только разрешил драконам валяться на травке в городском парке, но и под страхом сурового наказания запретил их тревожить.

Так что теперь любой желающий, может прийти в городской парк, и увидеть, как резвятся дракончики.

читателей   86   сегодня 1
86 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 1. Оценка: 4,00 из 5)
Loading ... Loading ...