Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Любой ценой

 

Клубы речного тумана иногда скрывали от глаз крепость. Легендарную Цитадель, никому еще и никогда не покорившуюся. Неизвестно, в какие времена она появилась, кто ее построил, для каких целей. Многочисленны ее защитники, а главное, неуязвим и могуч ее Звездный Страж, пробуждающийся в минуту великой опасности. Но именно через Цитадель проходит единственная дорога на запад, дорога к власти над всем миром…

Он танцевал у костра в тесном круге заворожено наблюдавших за ним зрителей. Огненные блики, плясавшие вместе с ним, прыгали по лицам, броне, земле, окрашивая все в красные и багровые тона.  Плавные движения рук, небольшой  шаг в сторону, медленный разворот. Мечи, его партнеры в танце, напротив, кружились вокруг друг друга и танцора с сумасшедшей скоростью. Почти невидимые, они вышивали в воздухе смертельно опасные узоры, иногда позволяя себе губительный выпад в сторону. Зрители хранили благоговейное молчание, недовольно косясь на позволявших себе вскрик восхищения.

Танец становился все горячее. Уже дикие прыжки сменялись падениями с перекатами,  мечи с легким свистом атаковали, казалось, одновременно все вокруг. И тогда в круг вытолкнули совсем молоденькую девчонку, испуганно прянувшую от танцора в сторону. Ее затравленный взгляд метался по жестким лицам, понимая с каждой секундой все отчетливее, здесь не дождаться сочувствия и помощи.

— Мамочка! – прорезал ночной воздух отчаянный девичий крик – Мама!

В следующее же мгновение мечи вспороли ее плоть, омывшись кровью невинной жертвы.

— Вам, Темные! – выкрикнул танцор, тотчас поддержанный восторженным ревом воинов.

Отряд Харта в триста мечей кружил по долине, оставляя за собой сожженные дотла деревушки, вырезая поголовно всех  жителей. Жалкие остатки наголову разбитого у  речушки Делонги ополчения попрятались, спасая собственные жизни, по лесам.

Старик бесстрастно взирал на согнанных в загон для скота пленных. Плач и крики детей, страх на лицах женщин, опущенные вниз глаза мужчин. Все как обычно.

Харт остановился перед пленными. По его знаку несколько воинов притащили и бросили на землю рядом захваченное оружие.

— Победивший меня в поединке сохранит свою жизнь и завоюет свободу соплеменникам.

Никто не шагнул вперед, никто не подхватил с земли оружие, принимая вызов. Ничего не могли противопоставить дровосеки да землепашцы мастерству грозного воина. И в безумной надежде на чудо все молчали. Старик презрительно скривился

— Могучий Харт, твои люди уже поняли,  среди лесных жителей нет мужчин. Но может быть, найдутся загнанные в угол крысы, защищающие свой приплод? Разреши им собственной смертью купить жизнь ребенку.

Раздались одобрительные выкрики воинов. Харт усмехнулся

— Пусть будет так. Есть крысы?

Здоровенный бородач взял на руки сынишку и шагнул вперед.

— Беги, сынок! Беги к деду Сивахше, не заблудись только. Скажи ему, что скоро заеду в гости, медка завезу.

Мальчишка понесся к лесу. Бородач подобрал топор, решительно шагнул в круг.

Отбитый небрежным движением топор, кувыркаясь, полетел на землю, и следом за ним голова неудачливого поединщика. Обезглавленное тело сделало неверный шаг и рухнуло, обильно поливая землю кровью.

— Следующий! – взревел Харт.

Следующим оказался кряжистый дровосек. Привычно поплевав на ладони, он покрепче ухватился за топорище и осторожно двинулся навстречу воину. Взметнулись мечи, и не успевший отскочить мужик дико заорал от боли, глядя на упавшие на землю собственные руки, все еще сжимающие топор.

— Следующий!

Ужас парализовал людей, уже не смевших мечтать даже о чуде.

— Следующий, говорю!

Вперед протиснулся толстячок с девчонкой лет десяти. Воины загоготали

— Да это суслик, а не крыса. Харт, осторожнее, заплюет зернами.

Девчонка стрелой кинулась прочь. Ее отец остановился возле сваленного кучей оружия и стал придирчиво выбирать, затем, досадливо плюнув, достал маленький ножик. Зрители завизжали в восторге

— Берегись, у него нож-кладенец!

А мужик неловко швырнул в воина нож и бросился бежать. Подальше от этого кошмара наяву. И убежал бы, но стрела, клюнувшая его в шею, оказалась быстрее.

— Трусливая тварь! — гневно рявкнул Харт. — Следующий!

Древнее, как сам мир, слово Справедливость родилось и растворилось в воздухе.

Верес, еще не понимая, что делает, шагнул к оружию.

Верес, нет! — бросилась к нему Данка, цепляясь за рубаху — Пусть другие! Кто угодно, не ты! Не губи себя!

Охранники грубо отшвырнули девушку. Верес поднял с земли первое попавшееся в руку оружие, здоровенный двуручник. Потянул его за собой, совершенно не представляя, как с ним управляться. Кончик меча чертил на земле извилистую линию, воины откровенно хохотали над горе-бойцом.  Харт презрительно кинул

— Жалкое зрелище. Вот народ, недостойный существования на земле. Жертвенные овцы.

Тогда родилось второе слово. Сила.

В Вереса потоком хлынула запредельная мощь, наполняя его могуществом и умением. И запел послушно устроившийся в руках двуручник песнь смерти. Пушинкой закружил он вокруг Вереса, разрезая воздух, меняя движение самым немыслимым образом. А потом легко взлетел и застыл на плече хозяина, когда тот шагнул к Данке. Расступились охранники, совершенно ясно понимая, что расстанутся с жизнью быстрее, чем договорят хотя бы слово против.

Опустился Верес на колени рядом с Данкой, обнял за вздрагивающие плечи, поднял. Заглянул ласково в зеленые омуты ее глаз, погладил по щеке и шепнул что-то пронзительно нежное.

Настороженно следил за его каждым движением Харт. Не было сомнений, каким-то чудом этот деревенщина обернулся вдруг Мастером боя. Ничуть не уступающим самому Харту, по меньшей мере.

И родилось последнее слово. Возмездие.

Яростным взглядом Верес ожег противника

— Сразимся, убийца детей?

Харт содрогнулся, перед ним стояло  само воплощение смерти. Однако нашел в себе силы шагнуть вперед. Мечи вылетели из ножен, хищно высматривая добычу. В памяти послушно всплыли слова защитных заклинаний и черных наговоров. Налетели невесть откуда струйки дыма черного, окутали Харта, застывая на нем глухой броней. Засветилось оружие тусклым ядовито-зеленым светом.

— Колдовство! — зашептались воины, опасливо отодвигаясь подальше. Старик напряженно всматривался в происходящее.

Расхохотался Верес, и эхом смеху в небе громыхнуло.

— Страшно, убийца детей?

Туман скрыл двуручник, лишь ослепительно-яркая синяя звездочка засияла на его кончике.

Зелеными молниями сверкнули мечи Харта, обрушиваясь на врага. Но бессильно отлетели, отбитые Вересом. Двуручный меч, казалось, ожил и сам бросается из стороны в сторону, надежно защищая своего повелителя.

— Чувствуешь приближение собственной смерти, убийца детей? — грозно вопросил Верес.

— Да — ответил Харт. — Но моя смерть приблизит победу. — И атаковал с удвоенной силой.                      Тогда тишину, прерываемую лишь лязгом оружия, прорезал голос одного из воинов, тотчас же подхваченный остальными. Мрачный гимн смерти, воспевающий доблесть павших в битве.

Старик кинжалом пронзил свою руку и воззвал. Кровь струйками потекла на жертвенный алтарь. Легкое головокружение и, наконец, долгожданный толчок в сердце.

— Господин, Харт бьется со Звездным Стражем, никаких сомнений!  Дело сделано.

— Воистину, славная новость, старик! — ответил приглушенный расстоянием голос. — Воплотившись, Страж уже не успеет вовремя добраться до Цитадели, крепость падет!

— Именно так, Господин.

— Но мои победы все чаще и чаще оплачивают своими жизнями дорогие мне люди. Пришел и твой черед. Прости.

— Так надо, Господин.

— Твое имя всегда будут помнить, старик. Прощай!

Неожиданный удар эфесом в лицо оказался сокрушительным. Харт полетел на землю, тут же кувырком назад попытался уйти из опасной зоны. Вскочил, стряхивая с лица рукой кровь, заливавшую глаза. Бросил мечи навстречу летящему двуручнику. Тщетно.

Звездный Страж уничтожал верещавших в слепом ужасе и разбегавшихся во все стороны воинов. Избежавшие удара меча живыми факелами носились среди деревьев, рассыпаясь на ходу пеплом. Никому не суждено было остаться в живых.

Пленники, не разбирая дороги, мчались к спасительному лесу, надеясь укрыться там и от врагов, и от внушающего ужас спасителя.

Старик, превозмогая внезапно подступившую слабость, добрел до тела Харта. Тот лежал на спине, мертвым взором уставясь ввысь. Но равнодушному небу не было никакого дела до развернувшейся под ним в бесчисленный раз очередной бойни. Куда-то летели редкие белые облачка, высоко в синеве пели о своем птицы.

Повалившись на колени, старик глухо заплакал, роняя редкие слезы на землю

— Сынок…

 

 

читателей   123   сегодня 2
123 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 3. Оценка: 3,67 из 5)
Loading ... Loading ...