Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Каин должен умереть

1.

Ветер бросал в стекло окна крупные хлопья мокрого снега. Снег шел с утра и, падая на землю, превращался в липкую грязь. Серые тучи затянули небо, а ветер окончательно портил и так скверную погоду.

У камина было тепло, мягко потрескивали поленья, а плед, укрывавший мои ноги, приносил еще больше уюта в комнату, освещенную редкими свечами. Бокал хорошего бренди грел руку, свет переливами проходил по жидкости, играл в ней искрами. Благодать.

Нарушало идиллию только то, что в комнате я был не один…

Тварь молча сидела слева от камина, только зыркала в мою сторону налитыми кровью глазами, и время от времени противно скрипела о кладку стены сложенными за спиной крыльями. Младший демон, а это был именно он, появился в комнате с негромким хлопком минут десять назад, и с тех пор старался выдать себя за предмет интерьера.

— Чего приперся?

Демоненок аж подпрыгнул от звука моего голоса.

— Ш-ш-ш — тебе послание. — выйдя из тени он медленно подошел ко мне.

Он был серого цвета, шкура, похожая на змеиную, только с более крупными чешуйками, высотой около метра, раскосые красные глаза, лапы с внушительными для его роста когтями, сантиметров по десять, не меньше, и конечно крылья в которые он мог бы завернуться как в плащ.

— Ну!

— Ш-ш-ш — вот оно.

Тварь вытащила из — за спины сверток и швырнула мне под ноги. Хлопок — и посланник исчез в портале.

Я шевельнул ногой посылку, круглая, упала с глухим стуком, на ткани, в которую завернута, явственно проступают кровавые пятна. Не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что передо мной голова. Только вопрос: «Чья?».

Поставив недопитый бокал на край журнального столика я наклонился к посылке и вытряхнул содержимое на пол. М-да, голова принадлежала когда — то моему другу и коллеге Алексу Себу, больше известному в наших кругах как Алекс Мучитель, и отрезана она была не так давно, уж точно меньше суток.

Подняв бокал и пригубив прекрасного напитка я понял, что скоротать вечерок спокойно у камина не выйдет, вернулся Каин!

Каина мы с Алексом и Юнгом заточили в ледниках лет триста назад. Старейшины братства охотников запретили его убивать, дескать, гибель такого как он, истинного и первого, прародителя вампирского рода может по их мнению привести к последствиям, которые в то время было не сдюжить всему братству. А зря! Теперь когда он на свободе и снова соберет под свое начало старых вампиров, не тот молодняк, который породили старые, а тысячелетних, вот тогда придут последствия! Но к старейшинам идти бесполезно, они все равно не дадут мне лицензию на Каина, сотни предлогов и отговорок, надоело. За Мучителя я должен отомстить, мне плевать на мнение кучки старых маразматиков!

Резко поднявшись, я подошел к камину над которым висел мой Меч, именно так, с большой буквы! Его, кстати, выковал для меня Мучитель, который тогда еще не имел такого прозвища в узких охотничьих кругах, а был простым кузнецом в забытой богом Румынской деревне, куда приполз умирать охотник на нечисть сильно подранный мантикорой. Для справок: тогда меня тоже не звали Мясником. Знахарь, выходивший меня, понял кто я, за то время пока силы возвращались ко мне Алекс приходил несколько раз, мы говорили. То, что в парне был дар я понял сразу, а когда он принес в дом знахаря сверток, в который был и завернут Меч, стало ясно что он один из нас, он охотник.

Меч был прекрасен, полутораручный палаш, с серебряным узором вдоль всего клинка, ручкой, обтянутой серебряной же нитью, и камнем силы, куском метеорита вместо балансира, вот так вот! Не один клинок не собрал такой жатвы как он, мой Меч. Я не снимал его со стены без повода, для меня он стал другом, которого не стоит тревожить по пустякам. На низшую нечисть проще было охотиться с огнестрелом, правда серебряные пули, это было немного расточительно, но того стоило, а некоторых существ можно было убить обычными свинцом и железом. Но сейчас время меча!

Сняв его со стены, я почувствовал как он радуется тому, что должен сделать, своему предназначению.

Пройдя через комнату, и выйдя в коридор, свистнул в костяной свисток. Мелкого было слышно издалека, царапая когтями паркет он несся ко мне, подбежав он ткнулся своей лобастой головой в грудь, и заплясал, цокая суставами, таким образом выражая запредельную радость. Мелкий был костяной гончей, полутора метров в холке с клыками как указательный палец и добродушным нравом, не для всех, стоит отметить.

Когда — то я отбил его еще щенком, от дикой охоты, та еще скажу вам была история. Его мать, здоровенный монстр, у которого в генах было заложено гнать и пожирать людей, пришлось убить, что само по себе было не просто! Но оно стоило пролитой крови, и теперь я обрел настоящего друга и надежного телохранителя в одном лице.

Так мы и направились к выходу из дома, Мелкий то исчезал, то появлялся, играя с пространствами, а я думал о том, что собираюсь сделать и чем это может аукнуться для устоев мира.

Каин должен умереть и это аксиома.

2.

Ночь — дурное время, не люблю охотится тогда, когда нечисть сильна, а ночью ее власть, её сила. Но мне не привыкать играть по чужим правилам. Тем более, сегодня у меня неординарная цель.

Улица встретила диким холодом, погода изменилась, стало намного холоднее, снег, падавший целый день, превратился в противный хрустящий под ногами лед, а ветер колол лицо морозной свежестью. Только Мелкому все было не по чем, он, радуясь тому что выбрался на прогулку, резво метался впереди меня, отпугивая крыс, которые хоть и не видели, но чувствовали его присутствие.

Я направлялся туда, где точно знают о Каине, а может быть даже знают где он, их только надо правильно спросить, а уж спросить, будьте уверенны, я умею. Это заведение на перекрестке семи дорог, что является местом силы, давно стало пристанищем для нечисти и существ разной масти и размера, ему уже лет семьсот и оно прошло сложный путь от жертвенника в средневековье до приличного паба в наше время. Только контингент не поменялся, всё те же ведьмы, вампиры, крысолюды, домовые, даже лешие иногда забредают пивка попить.

Неприметная дверь под вывеской «Серый Паб», без скрипа отворилась, гончая скользнула вперед меня и прижала к стене вышибалу, который был поставлен на входе не пускать гостей незванных, кем я и являлся. Малой стал видимым и играл в гляделки с существом, которым и являлся страж дверей, он был оборотнем, причем не врожденным, а укушенным, то есть даже по иерархии существ низшим.

Не спеша оттряхнув плащ, и выбив ботинки об коврик, подошел к вышибале:

— Есть кто из старших?

Он часто закивал боясь сказать, а тем более шевельнуть рукой или ногой.

— Проведешь?

Еще больше кивков. Да он рекордсмен по кивкам!

— Пошли, Малой, пусть идет — гончак отступил на шаг от ошалелого ликана.

Тот живо толкнул вторую дверь в зал, и засеменил в дальний угол. Я двигался позади, осматривая пеструю публику, вот две ведьмы в истинном обличье — дряхлые старухи, в лохмотьях пьют, кстати не пиво, а дорогое вино, а вот и тролль, хранитель городского моста, перед ним ведерная кружка имбирного эля, на фей и лесных эльфов я посмотрел с удивлением, как только сюда добрались из своей глуши, но тоже тут. А вообще много их, разных и добрых, и злых — все сюда приходят.

Сопровождающий несмело тыкнул пальцем в сторону углового стола, и, ускорившись, убежал в сторону двери, Мелкий проводил его взглядом, но не тронул. Не время.

За столом сидели двое: хлипкий парнишка, на вид лет шестнадцати, в камзоле семнадцатого века, и шикарная дама, в современном коротком платье на голое тело. У обоих в бокалах было налито что-то красное, уж очень похожее на кровь, но не кровь — это я знаю точно, владельцы заведения следят за репутацией и не позволят такое даже старшим вампирам, а это они, сомнений нет. Оба кровососа давно заметили меня, но даже виду не подали, хотя уверен, что узнали. Мясника знают и боятся.

Без церемоний присел на свободный стул, погладил по костяной голове гончака, закурил. Все это время парочка молча изучала меня, не часто вампир может увидеть охотника так близко, зачастую это первый и последний раз.

— У меня вопрос, — затянулся, выпустил кольцо дыма прямо в лицо вампирки, та от неожиданности зажмурила глаза. — Где он?!

Парочка переглянулась, придурки, они наверное до сих пор не поняли, чтобы отвечать на вопросы мне совсем не нужно двое, и целостность их конечностей меня тоже не очень то и волнует. Но они решили для себя по другому, а зря! Резко парень взлетел под потолок, рот ощетинился иглами нехилых клыков, да ему лет семьсот, успел подумать я перед тем как дама опрокинула на меня стол. Она и умерла первой, Меч порхнул как бабочка, встречая ее рывок ударом наискось, выстеленные вперед нее кисти рук с глухим стуком упали на пол, кованая подошва ботинка ударила тварь в грудь, отправляя в полет к стене, но уже без головы, которая на самом деле была отсечена одним ударом с руками.

Малой по полу волок ко мне как тряпку, скулящего вампира.

— Где он?! — повторил я.

— Молодой человек, а у вас есть лицензия?

Я с недоумение посмотрел на низкорослого человечка, одетого в кожаные бриджи и кожаный камзол, на который опускалась с подбородка ухоженная заплетенная в косицы борода. За пояс гнома, а передо мной стоял гном, была подвешена внушительного вида секира.

— Нет, а вообще-то я занят! — понимая свое дурное положение, но не желая отступать, я решил сбить спесь хозяина паба.

Тем временем моя псина подволокла кровососа мне под ноги.

— Постойте! — гном покраснел и, пыхтя как паровоз, собой заслонил от меня вампира.

— Мне некогда, жалуйтесь в совет!

— Принеприменно! Прочь из моего паба! — он тыкал то в меня то в дверь коротким мясистым пальцем.

— Пошли, Малой, — и я насвистывая направился к указанной мне гномом двери, а гончак поволок за мной парнишку вампира.

— Стой, клиента надо оставить! — никак не мог угомониться коротышка.

— Заберешь у пса — и он останется, — не сбавляя хода бросил гному.

Тот, к его счастью, оказался благоразумным и к гончаку не сунулся, а то мог бы и не пережить этой ночи. А то, что совет узнает об произошедшем уже сегодня было ясно и так.

Каин должен умереть — это аксиома.

3.

От кровососа я узнал, что Каин нашел убежище в «Подземном замке» или «Замке наоборот» это кому как угодно. Тот стал пристанищем нечисти уже очень давно, хотя в свое время был построен как цитадель добра и света крестоносцами, по приданию те хотели хранить там Грааль, Плащаницу и другие священные реликвии. Но место осквернили, и нежить, и нечисть не упустили шанса этим воспользоваться. Тем более, что он находился под землей, глубоко под землей. Управлял им сейчас Граф тьмы Велизар, он не был вампиром, хуже! Он был некромантом, сильнейшим из существующих на данный момент. В эго силах было поднять и удерживать управление над кладбищем такого мегаполиса как этот, а это тысячи мертвецов. Его покой по слухам охраняло несколько костяных драконов, а дикую охоту он мог вызывать хоть раз в месяц. Но это только слухи, но почему то я им верю.

Идя по улице, скрытый амулетом отводящим взгляды прохожих, я перебирал в голове варианты событий. Соваться в одиночку в Велизарову твердыню было равносильно шагу под поезд, и то, поезд это безопасней. Он по крайней мере не подымит тебя после смерти и не заставит служить себе вечность. Вариант был один — найти кого-нибудь из охотников и заручится поддержкой, ну или армию какую-нибудь нанять, по сложности равносильно.

Сегодня я стал изгоем, наверняка совет уже получил донос гнома и разослал гонцов ко всем нашим, объявляя меня вне закона и запрещая иметь какие-либо контакты со мной. Но в голове крутилась мысль, она подталкивала меня к тому, чего я делать ну никак ни хотел.

Аннет.

Когда-то очень давно мы любили друг друга, но союз двух охотников не имел будущего, так сказал совет и, несмотря на мои уговоры, Аннет послушалась старейшин. Но я знал, что несмотря на сотни лет позади, она любит меня и клянет тот свой поступок, а может и помнит мой прощальный поцелуй. Помнит, я знаю. Она мой шанс!

Зайдя в подворотню я начал нашептывать слова открывающие портал, если амулет мог скрыть меня, то воронку в которую продеться войти никак. Передо мной появился сначала легкий дымок, потом он закрутился обретая плотность, по его периметру начали носиться огоньки искр. Хлопок.

Я оказался в просторном холле, пол устилали дорогие ковры, на стенах в дорогих золоченных рамах висели картину знаменитых и не очень художников, а в конце коридора с «Валом» в руках стояла она.

— Ну здравствуй Колин, — сказала она, опуская оружие.

Моя Аннет не изменилась ни на йоту с нашей последней встречи, грациозна как пантера, её темные чуть с завитками волосы ниспадали водопадом на плечи, синие глаза, точеный носик и грустно опущенные вниз уголки красивых губ. Она прекрасна!

— Здравствуй, Аня, — еле удержав дрожь в голосе говорю в ответ.

— Я ждала тебя, но ждала просто думая что ты придешь ко мне, а ты пришел только когда тебя привела нужда! Я знаю чего тебе надо! — укор в голосе она даже не скрывала, а я молчал.

— Охота всей жизни, — медленно говорю, тщательно подбираю слова. — Ты не поможешь, пойду один, — хочется блевать от того, что давлю на нее, но продолжаю. — Каин должен умереть, за тысячи отобранных им жизней, за Мучителя наконец!

— Стой! Помолчи! — Аннет заходит в зал, призывно махнув мне рукой.

Подойдя к столику с напитками она не спрашивая наливает два стакана бренди, один протянула мне.

— Как ты любишь, — голос ровный, шелковистый.

— Да, люблю.

— Ко мне приходил вестник, старики говорят, что ты спятил, что убиваешь направо и налево, это правда?

— В какой-то мере да, в какой-то нет. Мне надо было узнать где он.

— И где?

— Ты со мной?

— Я думаю,- она делает глоток бренди, ставит стакан на стол, глаза смотрят в мои. — Да, я с тобой! Черт возьми, я с тобой!

Каин должен умереть, это аксиома.

4.

Собирались недолго, нельзя медлить, давать ему время действовать. Я взял себе такой же как и у Аннет «вал» и три магазина к нему, все с серебром, а в девяти миллиметровом патроне его достаточно, чтобы упокоить любую погань. Как сказал давно один мудрец «против сотен метких стрел, всё решает огнестрел» и он был прав. Аня в придачу к автомату прицепила за спину тонкий обоюдо острый меч, тоже как и мой с серебром.

Только выйти из её дома нам было не суждено. Мы опоздали.

Взрыв вынес в холл вместе с рамой входную дверь, одновременно с этим в окна второго этажа влетели гранаты с газом. Работали слаженные профи и это было скверно для нас!

Было плохо видно, газ жрал глаза, раздирал горло. Аннет ушла по лестнице наверх, отрезая проникших на второй этаж вампиров, я же пошел по первому. Страшно хотелось закашляться, но терпя и задерживая дыхания продвигаюсь вперед. Вот первый, на нем нету противогаза и очков, кровосос. Затвор щелкает три раза, тварь падает на стеклянный столик, звон и грохот. Но слышно его, где я им не определить.

Делаю два шага влево, замираю вдоль стены с окнами на фасад, ага, вот еще один, в руках АК 107 в обвесе, бронежилет и тоже без противогаза, похоже команда только из вампиров. Этому двойка в голову. Готов.

Теперь качая маятник ухожу на два шага вправо. Легкие уже просто жжет и саднит от недостатка кислорода, еще четь и сам умру от удушья. Сверху раздается несколько выстрелов, тело в черном падет через перила недалеко от меня, поделом супостату.

Зову Малого, пусть гульнет. Гончак уходит вверх, значит там хуже, пусть поможет.

Сам уже не в силах терпеть, прыгаю в окно, слава богу, что не новомодный стеклопакет, а обычная деревянная рама со стеклами, а то был бы казус. Приземлился, и с перекатом ухожу в сторону, вдохнул! Круги перед глазами пропали, это уже другое дело.

Тут никого, бегу воль дома к парадному входу там должен быть хоть один, и он есть. Реакция у сторожа хороша до не приличия, но позиция не та, не открытом крыльце и в пол оборота ко мне. В ад тварь! Пули просто сносят его голову с плеч, а тело, фонтанируя кровью, еще секунду продолжает поворачиваться.

Из проема взорванных дверей вылетел гончак, таща за собой охотницу. Аня без сознания, но жива вся в черной крови, не своей, ран нет.

Но это не всё, Каин здесь! Я чувствую его!

По ухоженной траве газона, неспешно, как на прогулке, приковывая к себе взгляд, он, походкой гуляющего денди, движется к крыльцу. Одетый во франтоватый черный смокинг с расстегнутым воротом, лакированные туфли с острым носком прародитель вампирского рода улыбаясь идет нас убивать. Ну нет! Посмотрим кто в ад!

Автомат я ложу на доски пола, а в руку приятной тяжестью ложиться рукоять Меча.

Каин должен умереть, это аксиома.

читателей   110   сегодня 1
110 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 4. Оценка: 3,25 из 5)
Loading ... Loading ...