Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Бесценный дар

Над водной гладью легко, словно пёрышко, парил милый крылатый кот. Он был причудливого радужного окраса, а крылья его — абсолютно белые — напоминали лебединые. Чудесный зверёк ловко крутился в воздухе, задевая большими крыльями и кончиком хвоста воду, но, вопреки этому, не появилось ни брызг, ни даже легкой ряби на поверхности. И только это выдавало в происходящем вымысел, пусть и оживший. Соня смотрела на кота и думала о том, что её дар, наверное, самый бесполезный на свете.

Фантазии, воплощенные в жизнь, не материальны. София не могла мысленно возвести дворец, который бы оказался пригоден для жизни и не испарился бы, как только эта фантазия сменилась другой. Всё, что она могла, — развлекать соседских детишек. В десять лет такой дар казался подарком судьбы, но вот ей уже шестнадцать, а на большее она так и не способна. Озерцо потемнело, и даже кот нахмурился.

— Кажется, я уже говорила про то, что не стоит тратить свои силы зря, — раздался сверху голос матери. Соня подняла голову. Над ней стояла мама и с улыбкой смотрела на девочку так, как обычно смотрят на малышей. Стало обидно.

Фантазия развеялась, возвращая мать и дочь в ничем непримечательный двор. Соня, сидевшая до этого на траве, встала на ноги и, отряхнувшись, ушла в дом, по пути говоря, что такую силу, как у неё, не стоит беречь. Женщина с жалостью посмотрела ей вслед, а после повернулась к яблони, прикладывая к ней руку:

— Ну, что, милая, подаришь мне свои плоды? — Она ласково погладила дерево по коре, пока новые плоды на нём созревали с безумной скоростью. Через секунду спелые яблоки уже падали в приготовленную для них корзинку.

 

— Вау! — рядом с Софией сидел Дима, тринадцатилетний мальчик, живущий через два дома от них. Он с восторгом смотрел на белоснежного коня, который внешне ничем не отличался от обычных лошадей. И зачем просить оживлять такую фантазию? Настоящего коня погладить можно, а этого попробуешь — и рука сквозь пройдет.

— Не понимаешь ты! Он же белый-белый, совсем как из всех этих сказок о принцах и принцессах, — объяснял ей Димка, а после принялся рассказывать о том, как Нюра, сестра его лучшего друга, точно начала бы им восхищаться, появись он перед ней на таком коне. «Мне бы твой дар,» — говорил он и опять возвращался к разговору о Нюре и её мечтах, которые он хотел бы увидеть и осуществить.

Но Соня не слушала его. Она думала о других молодых людях, её ровесниках, которых видела пару дней назад. Они стояли с ней в очереди на распределение по рабочим местам. «Каждый дар полезен,»— твердило Министерство из всех радиоприёмников. «Каждый дар важен,»— кричали надписи с баннеров. Вот только это не так. И это было… грустно? Пожалуй, так. Пугающе? Очень.

Ещё в начальной школе им говорили: «Даже для тех, кто лишён дара, всегда найдется достойная работа, не беспокойтесь, если вы окажитесь в их числе.» Но это говорили детям. Маленьким детям, дарам которых только предстоит образоваться с наступлением пубертатного периода. Речь о судьбах обделённых — так называли бедняг, чьи дары так и не проявили себя, — служила только для того, чтобы малыши не боялись предстоящего взросления. Но на деле вс было не так радужно. «Достойную работу» выполняли одаренные, они справлялись с ней быстрее и, стоит признать, качественее. Обделённые чаще всего выживали на мизерное пособие от государства. Так, например, случилось с Даниилом Васильевичем, которого уволили из-за того, что на его место претендовал одаренный. Теперь старик получал пособие, которого с трудом хватало на оплату налогов, и питался у жалостливой соседки, рассыпаясь в благодарностях перед ней за «небывалую щедрость».

Соня легла на зелёную траву, с тяжелым вздохом прикрывая глаза. В детстве всё было так просто. Всё казалось таким лёгким. Будущее представлялось прекрасным, а взросление — невероятным чудом. Только в детстве ты не знаешь, что система жестока, что бесполезных она отсеивает. В детстве даже мысль о том, что ты можешь умереть для общества только из-за отсутствия профессии, вызывала смех. Только теперь смеяться больше не хочется. В глазах неприятно защипало. Она подняла свои руки к небу и взглянула на них. Глядя на размытые очертания тонких пальцев, хотелось взвыть. Софья зажмурилась, позволяя рукам упасть обратно на землю. Димка это заметил.

— Всё хорошо?

Взволнованный голос мальчишки заставил девушку приоткрыть левый глаз и посмотреть на Диму. Он глядел на неё внимательно, нависая сверху. Мальчик действительно выглядел обеспокоенным. Соня улыбнулась ему как-то устало и заверила, что всё с ней в порядке. Тот явно не поверил.

— Я просто устала. Сегодня лягу спать пораньше, и завтра буду в прекрасном расположении духа. Всё хорошо.

Димка хмыкнул, но расспрашивать не стал, а просто отвернулся к тому месту, где раньше стоял прекрасный белый конь, рассеявшийся несколькими минутами ранее. Просидев рядом с ней полчаса, он всё же ушёл к себе, оставляя опечаленную Софью одну.

А ночью девушка опять не могла уснуть, съедаемая собственным страхом. Слёзы медленно стекали по вискам на подушку. Соня боялась даже подумать о том, что станет с её жизнью, если профориетационный лист из Центра по распределению окажется девственно чист. Это будет означать лишь то, что её дар не нужен государству. А значит, она всю жизнь проведёт на попечении родителей, подрабатывая в местах для обделённых, но всё равно не получая достаточно для самостоятельной жизни. Имеющим дар, пусть и невостребованный, пособий не платили.

Семья будет разочарована. Очень.

 

— На прошлой недели вы посетили Центр распределения одарённых по рабочим местам, где дар их необходим. Спешу вас обрадовать: результаты уже пришли, — с улыбкой вещала им классная руководительница, стоящая у доски, — В конвертах вы найдёте информационный лист, в котором говорится о вашем будущем месте работы. Напоминаю, данная профориентация расчитана на то, чтобы направить вас туда, где ваш дар будет нужен. Местоположение рабочего места также указано. Обжаловать решение Центра можно в суде в течение…

Дальше Соня уже не слышала её. Учительница взяла в руки запечатанные конверты и принялась передавать их по классу, громко объявляя фамилии. Когда очередь дошла до Софьи, она с трудом могла здраво мыслить. Острые когти страха ввонзились в девушку, одаривая её липким холодком, прокатывающимся по её внутренностям. Кто-то из учеников положил конверт прямо перед ней. Соню тресло изнутри, она пыталась вдохнуть спасительный кислород, но с ужасом поняла, что не может. Пальцы вцепились в небольшой белый конверт, на котором было написано лишь имя девочки и отправитель. «Вот здесь, внутри лежит клочок бумаги, который решит твоё будущее,» — нашептывал ей змей в голове, упиваясь тем, как всё больше и больше впадает в панику бедняжка. Собственная фамилия казалась чужой. Наверное, ей этого сейчас хочется больше всего — хочется открыть глаза и понять, что всё это просто ужасный сон про совсем другую девочку, что ей по-прежнему десять, а процедура профориентации только предстоит в будущем. София зажмурилась из-за всех сил, надеясь, что сейчас сон уйдёт. Но, к сожалению, происходящее было реальностью, к которой юную девушку не готовили.

Поледние надежды на спасительное пробуждение разрушил сосед по парте. Заметив, что Соня неестественно бледна и смотрит, замерев и широко открыв рот, в свой конверт, он осторожно потряс её. Эффекта это, впрочем, не произвело, так что пришлось предпринять новую попытку. Пришедшая в себя Софья тихо поблагодарила одноклассника и спрятала конверт в рюкзак. Она не готова его открыть сейчас.

 

— Ну, что там, солнышко? — заботливо спросила мама, ставя перед дочерью тарёлку с румянным кусочком яблочного пирога. Она присела рядом и внимательно проследила за тем, как Соня взяла в руки чайную ложку и начала есть пирог. Проглотив первый кусок и запив его зелёным чаем, молодая девушка заговарила:

— Я… Я не открывала его ещё. Я не могу, — она пристыженно опустила глаза, боясь осуждения со стороны одного из самых близких ей людей. Но мать только опустила свою ладонь на плечо дочери, ласково поглаживая её.

— Всё хорошо, это нормально. Я помню себя в твоём возрасте, тебе просто нужно время. Не беспокойся.

София в который раз поблагодарила Вселенную за ту прекрасную женщину, которую даровали ей в качестве матери. Она спокойно выдохнула и вернулась к вкусному пирогу, слушая мамин рассказ про уродившиеся прекрасные плоды.

 

В классе все только и обсуждали результаты своих профориентаций. С каждой парты были слышны радостные восклицания. Ни у одного не оказалось пустого листа. Это и утешало, и одновременно с этим пугало — это явно не то, чем она хотела выделиться.

Весь учебный день прошёл для неё, словно от класса её отделял невидимый купол. Звуки отскакивали от него, лишь отголосками доносясь до Сони. Вернувшись домой, девушка устроилась на заднем дворе и достала злополучный конверт из рюкзака. Она замялась, продолжая просто осматривать его.

— Открывай, чего ждешь? — голос за спиной заставил её вздрогнуть. Рядом присел Димка, рассматривающий с интересом конверт.

— Что, если там пусто? — в её глазах опять заблестели слёзы, — какая польза от моего дара?

Дима посмотрел на неё так, будто перед ним сидел пятилетний ребёнок, спросивший что-то столь элементарное, что даже в таком возрасте надо знать.

— Не говори глупостей. Большая польза, большая! Даже если ты и не можешь лечить людей одним касанием или выращивать плоды на деревьях за секунду, это не значит, что ты бесполезна. Твой дар, — он глубоко вздохнул с восхещенным видом, — да твой дар можно много как использовать! Развлекать людей, например. Чем не польза? Обществу и развлечения нужны, знаешь ли. И киноленты снимать можешь, ты ведь лучше всех поймёшь, что от тебя твой сценарист хочет.

Мальчик с довольным видом перечислял все сферы, где Соня могла бы быть полезной. И с каждым словом его девушка чувствовала себя уверенее. Она осторожно раскрыла конверт, с замиранием сердца доставая лист. Дима рядом тоже замер в ожидании. Девушка развернула лист, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Жирным шрифтом было выведено название профессии, а ниже шли ровные абзацы с информацией о ней.

Впервые за долгое время это были слёзы радости. Широкая улыбка растянулась на её лице, а внутри разлилось прекрасное чувство — счастье.

 

читателей   98   сегодня 2
98 читателей   2 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 2. Оценка: 4,00 из 5)
Loading ... Loading ...