Шаман

Шаман сидел на огромном валуне, его ноги свисали над открывающейся перед ним бездной, а взгляд был направлен вдаль. На первый взгляд могло показаться, что он погрузился глубоко в реку собственной памяти и о чём-то старательно думает в одиночестве. Но шаман не был один, над головой, перед глазами и струйками дыма, выпускаемыми его лёгкими, крутились, плавали и вытанцовывали ведомый лишь им танец духи. Они что-то нашёптывали, пролетая мимо. Шаман почти не дышал, а глаза его быстро бегали из стороны в сторону. Но вот он издал резкий вздох, и по его лицу разошлась восторженная, но при этом испуганная, улыбка. Духи показывали ему, что будет с лесом, который он так любил, через многие и многие столетия, как изменится жизнь всего мира. Человек видел, что в далёком будущем леса здесь уже не будет. Вместо него огромная толпа людей с помощью каких-то диковинных зверей, коих духи называли «машинами» возведёт полигон для испытания оружия. «Оружие», — шёпотом повторил шаман незнакомое слово. Оно ему не нравилось, как и многое из того, что будет происходить в грядущем: люди уничтожат фактически все леса и полностью потеряют связь с духами, шаманы превратятся в ряженых дураков, скачущих с бубнами для увеселения народа, реки будут загрязнены, а животные почти полностью исчезнут с лица земли. Общающемуся с духами было немного грустно и обидно за такое будущее, но он всё равно продолжал восторженно улыбаться, наблюдая за тем, как работают машины. В любом случае, что-либо изменить не было возможности, поэтому и грустить не стоило. Рядом с головой шамана игриво пролетел дух лесного кота, которого очень сильно забавляла реакция хозяина на показанное духами, те же, в свою очередь, уводили внимание шамана всё дальше во времени, пока перед его глазами не предстало испытание этого оружия. В расширившихся зрачках можно было увидеть отражение поднимающегося на огромную высоту туманного гриба, а затем неимоверной силы энергия скинула его с места. В ужасе он попытался забраться под камень, но, вовремя вспомнив, что это всего лишь видения, общающийся с духами громко засмеялся. Ему было страшно, но, когда человек боится, он либо смеётся, либо плачет. Шаман предпочитал первое. Именно за это его и звали Смеющимся.

— Общающийся с духами, в деревне случилась беда! — шаман был настолько увлечён увиденным, что не услышал, как к нему подошёл человек.

— Что произошло? — произнёс Смеющийся, стряхивая с одежды прицепившиеся веточки и делая вид, будто ничего не случилось.

— Сын Великого Лося бьётся за свою жизнь из самых последних сил. Мать ребёнка просит тебя присутствовать при этом событии.

Пару дней назад один из детей племени заболел какой-то неведомой болезнью. С каждым часом жизнь в нём угасала, а душа всё слабее держалась за умирающее тело. В отличие от жителей, шаман понимал, что у мальчика ещё есть шанс. Возраст Смеющегося давно перевалил за сто лет, и духи в любой момент могли выбрать себе нового приемника для связи с людьми. Но нужно было убедиться, что всё пройдёт правильно, и ничто не помешает завершить новому шаману обязательные испытания.

Спустившись с горы, шаман проворно забежал в свою хижину, где лежало тело мальчика. Мать ребёнка висела на руках у своего мужа, она содрогалась от стонов и слёз.

— Ты опоздал, общающийся с духами, — произнёс Великий Лось, — мой сын мёртв.

Смеющемуся хватило одного быстрого взгляда, дабы понять, что это не так. Когда человека настигает обычная смерть, его тело перестаёт светиться. Духи никак не реагируют на умершего, ведь дать или взять из него уже нечего. Мальчик, хоть и слабо, но продолжал источать свет. Всё тело его было опутано серебряными нитями, похожими на лианы, свисающие с деревьев, — это дух земли поддерживал нужный запас сил в ребёнке, пока душа его проходила все испытания по другую сторону. Сейчас же оставалось лишь одно – ждать.

— Рано печалишься, Великий Лось, — произнёс шаман, — мальчик твой не умер, но и не жив. Трудное испытание проходит его душа и, если пройдёт, то твой сын станет моим учеником.

Мать ребёнка, услышав эти слова потеряла чувства, а тело её полностью обмякло в руках мужа. Шаман отошёл в сторону, что-то поискал и протянул Лосю пучок травы.

— Завари горячей водой и дай своей жене. Горе её может плохо повлиять на здоровье, а ей сейчас нужно думать не только о себе, но и о том, кто внутри нее, — многозначительно помолчав, будто ожидая, когда Великий Лось поймёт сказанное, Смеющийся повернул голову влево и начал что-то нашёптывать:

— А ты, мой старый друг, следи за мальчиком, — говорил шаман парящему возле него лесному коту, — пока душа его там, в тело могут попасть злые силы. Физическую оболочку нам нужно сохранить, а уж какой выбор сделает его дух – неведомо.

Лесной кот несколько раз облетел вокруг мальчика и улёгся на его грудь. Смеющийся же снова обратился к Великому Лосю:

— Слушай меня внимательно, сейчас я останусь рядом с ним, дабы ни одна злая душа не могла завладеть его телом. В это время в мою хижину входить строго запрещено! Так и передай всем остальным жителям. Даже если пройдёт несколько недель – входить всё равно нельзя.

— Но как мы поймём, что у вас всё хорошо?

— Если что-то произойдёт, то мой посох, его я воткну в землю недалеко от хижины, засохнет, тогда можно будет заходить внутрь. На этом всё. Уходите.

Шаман, выпроводив из своей хижины родителей ребёнка, начал подготавливаться к долгой и ответственной службе. После того, как все нужные травы были заварены, а благовония тлели по углам комнаты, он уселся напротив мальчика и замер, перестав моргать и дышать.

Время шло. Смеющийся нёс дозор, не смыкая глаз. Иногда в комнате появлялись духи, они парили над всем и всеми, а затем улетали прочь. Каждую ночь из самой темноты появлялись чёрные, медленно ползущие сгустки, не имевшие определённой формы – это была злая сила, которая чувствовала беззащитное тепло тела ребёнка. Она осторожно подплывала к нему, но не дремлющий шаман тут же прогонял её обратно в небытие.

Прошла неделя. По хижине летало невообразимое количество духов. Они носились по всей комнате, иногда исчезая в стенах, потом появляясь вновь, садясь на лица и мельтеша перед глазами. Такое множество духов означало, что процесс подходил к концу, и скоро душа мальчика должна была вернуться обратно.

Ещё через несколько дней Смеющийся резко очнулся. Он заметил, что рядом с ним сидит красивая девушка с кувшином, на полу разложены различные яства и стоит пока ещё ненаполненный кубок. Девушка очень мило улыбалась и с нескрываемым интересом смотрела в его сторону.

— Я же сказал, никому меня не тревожить! – произнёс шаман, вскакивая на ноги и ища мальчика.

— Если ты ищешь моего брата, то он давно уже в нашем доме. Мы пытались привести тебя в чувства, но так и не смогли. Видимо, ты так глубоко погрузился в себя. Родители наказали мне дожидаться твоего пробуждения и тут же угостить спасителя их сына.

Девушка в очередной раз стрельнула улыбкой и, поправив упавшую ей на глаза прядь волос, потянулась к шаману, дабы налить тому напитка. Смеющийся не возражал. Он был слаб и очень голоден, губы его потрескались от недостатка влаги, а кожа давно сморщилась и стала сухой, подобно земле в период отсутствия дождей.

— Как долго я не приходил в себя? – произнёс общающийся с духами, пробуя напиток. Тот болезненно растекался по нутру, но был необычайно вкусен.

— Всего несколько дней, — ответила ему девушка, наполняя мигом опустевшую чашу.

Шаман принял её, но не стал пить сразу. Напиток уже начинал действовать на организм, заставляя вспомнить, что Смеющийся не спал уже несколько недель. Медленно обведя взглядом хижину, он на секунду задумался.

— Я не помню, что бы у Великого Лося была дочь. Она ещё только должна родиться, — он пристально уставился на свою гостью. Взгляд его из человеческого превратился в орлиный. Девушка перестала улыбаться и попятилась назад. Смеющийся услышал очень тихое шипение. Он даже не услышал его, а почувствовал душой. Шипение становилось всё громче с каждой секундой, пока не захлестнуло общающегося с духами одной волной звука.

— ПОШЛА ПРОЧЬ! – взревел шаман, вскакивая с места. Он тут же сделал несколько пассов руками и очень громко вскрикнул, направляя мощь всей своей души на девушку. Внешность её тут же исказилась, волосы начали вылезать из головы, она дико завизжала, выставив вперёд острые когти своих длинных пальцев, пытаясь добраться до шамана, но тот был гораздо сильнее горстки тёмных духов. Не успела та сделать и шагу, как тут же растворилась облаком дыма.

Шаман проснулся и увидел, как, изо всех сил стараясь отогнать злых духов, шипит кот. Его спина изогнулась в невообразимую дугу, шерсть встала дыбом, а хвост был таким напряжённо прямым, что больше походил на твёрдую палку. Рядом с мальчиком скопилось множество тёмных бесформенных теней, они пытались прикоснуться к безжизненному телу, добраться до столь нужной им оболочки, но кот тут же кидался в сторону наиближайшего противника и обращал того в бегство. Смеющийся набрал в грудь побольше воздуха и взревел, подобно медведю, впавшему в ярость. Злые духи тут же растворились и уже больше не появлялись.

Но всё же что-то пошло не так. Утром, когда мальчик открыл глаза, шаман увидел, что корни, питавшие ребёнка, засохли и осыпались, а никак обычно вернулись обратно в землю. На полу лежала, похожая на пыль или золу, масса, которая остаётся после насильственной смерти духа.

— Как ты? — спросил шаман у мальчика, внимательно оглядывая его и стараясь увидеть, не завладели ли им злые духи.

— Что со мной произошло? Где мои родители? – ребёнок начал крутить головой из стороны в сторону. Сначала движения его были медленны и осторожны, но с каждым мгновением, понимая, что это не его дом, а чужая хижина, он крутил головой всё быстрее и быстрее, пока не начал поворачиваться всем телом.

— Успокойся, — произнёс общающийся с духами, положив руку на его плечо, — Я – Смеющийся, или ты не признал меня?

Мальчик внимательно осмотрел шамана, потом улыбнулся и произнёс:

— Я не признал тебя, но что я делаю в твоём доме?

Тепло тела ребёнка не оставляло опасений, что в нём присутствуют злые силы, но вот настороженность, с которой кот наблюдал за ним, передавалась и шаману. Дух не хотел приближаться и предпочитал держаться за спиной у хозяина.

— Что это? – глаза мальчика расширились от удивления, а в чёрных зрачках Смеющийся увидел кота, — Я первый раз вижу таких существ. Кто они?

— Это духи. Твоё обращение завершено, мой ученик. Ты будешь следующим шаманом в деревне. Моя последняя задача – обучить тебя всему. Скажи мне, что ты видел, пока спал?

— Сначала, я оказался в абсолютной темноте и тишине, но чем больше проходило времени, тем темнота становилась…, — мальчик на секунду запнулся, подбирая нужные слова, — становилась светлее. Через какое-то время показался яркий светящийся поток. Он будто бы брал своё начало из самой черноты и уходил в неё же, поэтому я не мог определить его истинную длину.

— Это был поток жизни. Что ты помнишь ещё?

— Я долго сидел на краю этого потока, но потом увидел ещё одну яркую точку, появившуюся рядом с ним. Точка росла, пока не превратилась в огромного оленя с прекрасными витиеватыми рогами. Казалось, что олень и поток состоят из одной энергии.

— Это был Дух Леса. Где он находился? – шаман внимательно следил за рассказом, стараясь найти ответы на мучающие его вопросы.

— Он стоял на другой стороне и смотрел на меня, хотя глаз я не видел. Через некоторое время я почувствовал какой-то зов, а потом олень развернулся и пошёл прочь от источника. Я будто бы знал, что мне нужно идти за ним и вошёл в поток.

— Поток не препятствовал твоему продвижению?

— Он был очень тёплым и липким. Мне казалось, что я прохожу через густую и очень вязкую жидкость, которая утаскивала меня всё глубже. Я испугался, боясь утонуть, но в голове зазвучал чей-то голос, который твердил мне, что бояться нечего, что я должен идти дальше. Моему удивлению не было предела, когда я понял, что в потоке можно дышать. Вся эта светящаяся жидкость начала проникать внутрь меня, наполняя светом и теплом. Я понял, что сопротивляться бесполезно и отдался силе потока.

Мальчик задумчиво замолчал и уставился в пустоту.

— Это всё?

— Нет, когда я открыл глаза, вокруг меня стояло несколько существ, которые сияли тем же светом. Я не знаю, что это были за создания, не видел таких в нашем лесу никогда. Они вели беседу, но я не мог разобрать слов. До моего слуха доносился шорох листьев и не более того. Разговор был очень долгим. Помню, что беседа резко прервалась и все начали прислушиваться. Откуда-то донёсся звук – он был очень неприятным и вызывал тревогу в моём сердце. Подобно шипению змеи, подползающий к тебе вовремя сна, он нарастал, пока я не увидел тех, кто его издавал. У них не было определённой формы, и, казалось, что они сплетены из самой темноты. Одно из них почти схватило меня, но откуда-то появился силуэт человека и прогнал эти тени, а потом я очнулся.

— Попробуй вспомнить ещё что-нибудь. Конец не мог быть таким, — шаман понял, скорее всего, из-за его оплошности в обряде что-то пошло не так. Именно это что-то мальчик и не договаривал. Ребёнок неуверенно закачал головой, отрицая, что помнит хоть что-то ещё.

— Хорошо. Сейчас ты можешь идти домой, но с завтрашнего дня перебираешься в мою хижину, и мы начинаем обучение.

Перед шаманом стоял нелёгкий выбор. С одной стороны, мальчик, по крайней мере, по его словам, не до конца прошёл обряд. С другой стороны, есть шанс, что из-за вмешательства Смеющегося он забыл его завершение. В любом случае ждать нового приемника было бесполезно, его уже выбрали. К тому же, общающийся с духами был слишком стар и мог не дождаться другого случая, а оставить деревню без шамана было слишком опасно. Ребёнок не был похож на того, кого подчинила злая сила, но смерть духов, которая ознаменовала его возвращение из мира мёртвых, и недоверие, с которым на него смотрел кот, не давали покоя.

Дни шли один за другим. Шаман показывал своему будущему приемнику все тайны, которые ведал сам. Однажды, прогуливаясь по ночному лесу, Смеющийся произнёс, обводя рукой пространство перед собой:

— Духи обитают везде и во всём. Даже сейчас, как тебе кажется, этот лес пуст?

Мальчик обвёл взглядом кусты и заросли, внимательно осмотрел ближайшие деревья и попробовал заглянуть под каждую травинку, но так ничего и не нашёл. Лес был удивительно молчаливым в эту ночь. Не было слышно пения птиц, уханья и хлопанья крыльев охотящейся совы, зверей, что-то ищущих в темноте, и тех шорохов, которые преследуют человека в ночном лесу. Луна полностью спряталась за свинцовыми тучами. Сегодня можно было бы легко заплутать, если бы он не рос здесь с самого детства и не чувствовал душою каждую частичку этого мира.

— Нет, учитель, здесь ничего нет, -произнёс ученик, — я могу сказать даже больше. У меня создаётся впечатление, что живые существа покинули лес, а уж духи и подавно.

— Ты смотришь не тем зрением. Если бы духов мог разглядеть каждый человек, зачем тогда нужны были шаманы? Смотри сердцем, чувствуй их присутствие. У тебя обязательно получится, точно так же, как когда-то ты увидел духа кота в моей хижине. Сегодня я помогу.

Произнеся эти слова, шаман приблизился к мальчику и, положив ему руку на плечо, закрыл глаза. В груди у ребёнка начало теплеть, а мир стал наполняться несвойственными ему красками. С каждым мгновением лес становился всё отчётливее, казалось, что сами деревья, трава, листья и даже воздух начали светиться мягким синим цветом. Неожиданно шаман сильнее сжал плечо своего ученика, быстро открыл глаза, в данный момент больше похожие на орлиные, и, издав мощный выкрик, будто бы очистивший сознание от лишнего шума, толкнул мальчика на землю.

Тот так и остался лежать, задрав голову к небу и, боясь пошевелиться. Удивлёнными глазами он смотрел на картину, раскрывшуюся перед взором: темноты больше не было, весь лес наполнился мириадами различных огоньков, медленно плывущих медуз, плавно извивающихся ярких червячков и других существ различной формы. Ему казалось, что весь мир разговаривает с ним. Трава мягко цеплялась за тело и одежду, будто бы стараясь поднять его над землёй. При этом он видел не только саму траву, но и нечто напоминающее небольшое синее пламя, которое выходило из каждой травинки. Затем его действительно подбросило вверх, но ожидаемого резкого падения не последовало. Казалось, что сам воздух не позволяет упасть, а все эти яркие летающие существа, кружась вокруг него, помогают осторожно опуститься на землю. Он чувствовал великую мощь и энергию, исходящую из земли, чувствовал жар, наполняющий лёгкие с каждым вдохом, видел дух каждого существа. Вся эта картина не была статичной, она двигалась, танцевала и чувствовала. Ребёнок видел, как по лесу блуждают духи деревьев, как мимо проползают камни, как листья, образующие один большой светлый огонь, медленно двигаются в своём собственном танце. И всё это будто бы пело лишь ему одному. Именно в этот момент перед ним возник образ шамана, который светился ярче всех. Смеющийся стукнул своего ученика по лбу, и видения тотчас прекратились.

— Ты видишь всё это постоянно? – с восторгом спросил мальчик.

— Да, постоянно, — произнёс шаман. Ему не понравился тот факт, что ни один из духов, если у него была такая возможность, так и не приблизился к мальчику, не попытался соприкоснуться с его телом. Все они кружились и старались оставаться на расстоянии, будто бы оставляя за собой право сбежать.

— Послушай меня, мой ученик, — произнёс Смеющийся, — ты научишься этому же, когда придёт время. Сможешь взаимодействовать с каждым из них и черпать энергию из потока жизни. Но тебе придётся строго следовать моим указам, а теперь мы пойдём в другое место, мне нужно показать ещё кое-что.

Неизвестно, как долго они брели по лесу, но чем дальше уходили от деревни, тем становилось темнее и мрачнее вокруг. Стали появляться кочки, с деревьев свисала липкая, неприятно пахнущая, паутина, которая так и норовила опутать полностью и поглотить навсегда. Смеющийся же продолжал уверенно идти вперёд, будто бы знал дорогу.

— Мы идём на болота? – спросил мальчик.

— Хуже. Когда-то это было очень светлое и тихое место. Солнце пробивалось сквозь ветви прекрасных и стройных деревьев, а звери находили там упоительную безопасность. Потом случилась война, унёсшая множество жизней и пропитавшая землю потоками человеческой крови, боли, отчаяния и ненависти. Нет ничего более подходящего для злых сил, чем подобные места. Земля, по которой бежала кровь, превратилась в топкое болото, деревья скрючились, зачахли, а их души превратились в жестоких, ищущих новых жертв духов. Паутина, которую ты видишь, опасна для одиноких путников. Не успеешь оглянуться, как тут же окажешься намертво запутанным. На этом болоте больше никогда не светит солнце, а уж про лунный свет я и вовсе молчу. Там обиталище мрака, опасное и убийственное место.

— Зачем же мы тогда туда идём?

— Я хочу показать тебе то, что происходит с душами шаманов, когда они переступают черту и начинают пользоваться своими навыками во вред живым существам и духам. Таких людей называют колдунами.

Ноги начали увязать в жидко-подобной кашице, и каждый шаг издавал неприятный чавкающий звук, оповещающий всех в округе об их присутствии. Дышать становилось всё тяжелее. Воздух, сырой, гнилостный, слегка сладковатый, давно застоявшийся от отсутствия ветра, тяжело проникал в лёгкие и с трудом выходил обратно. Но здесь ещё присутствовала жизнь. Над ними, вокруг них, между деревьями – везде медленно парили светлячки, слышался редкий крик птиц, но с каждым шагом жизни становилось всё меньше и меньше.

— Мы пойдём прямо внутрь? – задал вопрос ученик.

— О нет, что ты. Даже имеющим силу опасно туда заходить. Эти бедные души не знают никакой радости, кроме той, что сожрать энергию живых существ или светлых духов.

— Но… почему… ты их… называешь… бедными… они же злы… — задыхаясь, произнёс мальчик. Он никак не мог поспеть за быстрыми и уверенными шагами шамана, который будто бы даже и не устал, а Смеющийся всё так же шёл вперёд, не отрывая своего взгляда от какой-то невидимой границы впереди.

— Представь, эти бедные создания более ничего не знают, кроме жуткого нескончаемого голода, холода, и желания снова почувствовать тепло света. Они не понимают, где находятся, для чего они здесь и почему никак не могут покинуть сии места. Но не думай, что они глупы. Эти существа чертовски хитры и пойдут на любую уловку, лишь бы заманить невнимательную жертву. А теперь стой, — шаман резко вытянул руку перед ребёнком, на которую тот налетел со всей своей прыти. Смеющийся указал мальчику головой дальше по направлению их пути, — Переходить эту границу нельзя. Там начинают свой пир тёмные силы, и я не справлюсь с их могуществом, а здесь мы ещё пока в безопасности. Теперь внимательно наблюдай. Они отличаются от обычной темноты, они ещё темнее, чем ночь, и они попробуют добраться до нас и заманить к себе в топкие болота. Но ты не бойся, я буду рядом. Будь крепок сердцем и ничего не случится.

Слова шамана, сначала такие весомые и уверенные, стали вдруг растворяться в воздухе и последние звуки уже были слышны будто издалека. Мальчик обернулся, но Смеющегося рядом не оказалось. Где-то около сердца появилось неприятное сосущее чувство. По спине будто бы пробежали сотни маленьких муравьёв, а мокрая от пота одежда прилипла к коже, стало как-то неестественно холодно. Ребёнок сделал пару шагов назад, готовясь убежать, но ноги перестали его слушаться и замерли.

Прошло некоторое время. Мальчик уже было подумал, что духи не явятся, но, вдруг, нечто тёмное мелькнуло за деревом, затем за другим, а потом ещё чуть дальше. Чёрные бесформенные облачка начали приближаться к нему, сначала медленно и осторожно, будто чувствуя какую-то опасность, но, понимая, что никто не пытается защитить их новую жертву, всё сильнее ускоряясь. Подлетев к нему, они замедлились, затем совсем остановились. Одна из теней, которая была больше и, казалось, обладала каким-то подобием физического тела, подобралась прямо к лицу ребёнка и замерла. Он никак не мог отвести от неё взгляд, а она будто бы через его глаза заглядывала в душу. Сила, исходящая от тени, была огромной и могла с лёгкостью уничтожить ослабевшего ученика шамана. Какие-то изображения мелькали в глазах паренька, он видел то, что забыл, но скорость, с которой они проносились, была настолько огромной, что всё смешивалось в одну туманную кашу событий. Не успели картинки встать на положенные места, как тень резко отлетела чуть в сторону, обратилась в продолговатый предмет с острым жалом на конце и было уже собралась атаковать, но тут появился шаман, окутанный вороньими перьями и излучающий свет такой невиданной силы, что, можно было подумать, он осветил всё болото. Тени унеслись обратно к деревьям, издавая пронзительный, наполненный болью визг. Мальчик заметил, что свет так и не смог пробиться за ту линию, на которую указывал общающийся с духами, там до сих пор властвовала кромешная тьма.

«Значит, силы учителя гораздо меньше, чем у этого тёмного болота» — пришла ему в голову мысль.

— Почему ты оставил меня одного? – накинулся ученик на Смеющегося, который уже не выглядел столь необычно, как секунду ранее, — Я же мог погибнуть!

— Я был рядом с тобой и контролировал ситуацию. А ты, ты почувствовал это бездонную темноту? Почувствовал силу их голода? Души, которые попадают сюда, больше никогда не находят пути обратно, они исчезают в сожравшей их тьме и больше не видят Истинного Света. Такое же происходит и с колдунами после их смерти.

Мальчик ничего не ответил шаману, а лишь пошёл следом за ним по направлению к деревне. За своей спиной ученик услышал звонкий и миловидный девичий смех. Любопытство взыграло в нём гораздо сильнее страха, и он обернулся. Рядом с деревьями, которые граничили с чертой, отделявшей опасное болото от обычного мира, стояло несколько девиц в полупрозрачных коротких накидках. Некоторые из них перебегали от одного дерева к другому и делали это так легко, будто бы их ноги не касались земли. Другие же бесстыдно зазывали мальчика к себе, продолжая улыбаться своими белозубыми, словно снег, улыбками. Ребёнок остановился и даже сделал несколько шагов по направлению к деревьям, но заметил их глаза, в которых не было ничего, кроме холодной и голодной пустоты. Он повернулся обратно, в сторону деревни, и увидел, что шаман точно так же остановился и наблюдает за его действиями.

— Теперь ты видишь, на сколько хитры эти создания. Им хватило нескольких секунд, дабы понять, чем тебя можно заманить обратно, но ты молодец – устоял, — произнёс Смеющийся, продолжая свой путь. Сделав всего несколько шагов, он снова повернулся к мальчику и спросил, — но всё же, скажи мне, что ты видел, пока та тень на болоте изучала тебя?

— Я не знаю. Какие-то воспоминания, но они менялись так быстро, что я не успел их запомнить и собрать в единую картину.

— Ммм… — только и услышал ученик.

Обучение мальчика продолжалось дальше. С каждым днём он узнавал всё больше и больше вещей, которые были связаны с тем миром – миром духов. Никогда ещё не видел Смеющийся такой жажды знаний и стремления в обучении, но при этом тревожил его и тот факт, что вместе с этим ученик проявлял ни малую жажду силы и власти.

Однажды, когда лес горел в лучах заката, а Смеющийся вместе со своим учеником сидели на той самой скале и любовались распустившимся закатным огнём, мальчик спросил у шамана:

— Объясни мне одну вещь. Ты мог выбрать любого духа, которого бы только пожелал, а остановил свой выбор на жалком и слабом коте, — при этих словах кот выгнул спину, шерсть на нём вздыбилась, а сам дух начал шипеть на мальчишку, — разве было бы не лучше выбрать того же самого медведя?

— Вот именно, всё дело заключается в выборе, и выбираешь не только ты, но и тебя. Это должен быть процесс взаимный – это раз, а во-вторых, нам нельзя убивать для этого живое существо, оно должно быть само на пороге смерти и, как я уже говорил, должно согласиться остаться с тобой в качестве проводника. В моём случай – это был лесной кот. У моего учителя, ты не поверишь, но была бабочка.

— Бабочка? Что хорошего может быть в духе бабочки.

— Это был прекрасный дух и проводник. Мы созданы для связи между нашим и тем миром, а для этого не нужна огромная сила. Надеюсь, ты поймёшь это.

— Но лично в тебе столько силы. Я думаю, при желании ты бы мог зачистить всё то болото в один миг.

Шаман беззвучно засмеялся:

— Что ты! Что ты! То место – очень злое место. Много шаманов нужно для его освобождения. А сколько из них погибнет? А если погибнет много шаманов, то ослабнет связь с духами. К тому же, пусть это место злое и тёмное, но даже оно должно существовать и будет всегда. Уничтожь одно – появится другое, более страшное и могущественное, чем прошлое. Лучше жить в мире, если это возможно, даже со злыми духами. А моя сила – это опыт, — произнёс Смеющийся через несколько минут, — сколько лет я уже живу в этом мире. Сколько всего повидал. Со сколькими духами общался. Но ничего, наступит время, и ты поймёшь. А теперь пойдём домой.

На обратном пути ученик заметил огромную пещеру, спрятанную в тени стоящих рядом деревьев. Осторожно пробравшись внутрь, он услышал тяжёлый и могучий звук, похожий на дыхание. Кто-то жил здесь, и он явно был очень силён. Пещера была не слишком длинной, и вскоре мальчик увидел огромного медведя. От такого вида у него перехватило дух – это был первый раз, когда он видел зверя таких размеров. Медведь был настолько древним, что его спина поросла мхом и своеобразной каменной корой. Местами, где это броня давала трещину, росли небольшие деревца, на которых вили гнёзда мелкие птицы. Зверь явно спал. Когда он делал вдох, то весь ближайший мелкий мусор и пыль двигались к нему, при выдохе же всё бурно разлеталось по сторонам. Мальчик чувствовал, как его одежда тоже двигается в такт дыханию, хотя он и стоял на приличном расстоянии. Любое некрупное животное, пробегающее мимо, было бы тут же затянуто внутрь и перемолочено мощными зубами.

Ученик попытался незаметно покинуть берлогу, но оступился и громко бухнулся на землю. Дыхание медведя тут же остановилось, он начал водить носом из стороны в сторону в поисках нарушителя. Глаза его приоткрылись, но видеть он ими точно не мог, они были белы от слепоты, время не пощадило их. Зверь медленно поднялся на свои огромные лапы и, продолжая водить носом, не торопясь двинулся вперёд, в сторону мальчика, тот попытался сдвинуться с места, но тело его явно не слушалось и отказывалось бежать. Медведь подобрался к ученику шамана совсем близко, пихнул его мордой и вдруг так резко взревел, что у ребёнка заложило уши. Казалось, что от его рыка дрожат стены и пол, а пещера попросту может обвалиться. Но тут рука Смеющегося легла на морду медведя, а сам он прокричал ему какую-то фразу, и зверь тут же успокоился, пошёл и повалился обратно на свою лежанку так, что мальчика подбросило.

— Опасно заходить одному в такие пещеры, там можно встретить тех, кто захочет тебя съесть, тебе не говорили об этом? — произнёс шаман.

— Я… я… я… д-д-думал, — заикаясь, начал мальчик.

— Я прекрасно знаю, что ты думал. Этому медведю уже много веков, и он давно не выходит из своего логова, но, поверь мне, если на него набредёт охотник, то этот зверь с огромным удовольствием вспомнит вкус свежего мяса и крови. А теперь осторожно уходим отсюда.

— Объясни мне, как ты остановил эту громадину? — спросил ученик, когда они отошли от пещеры на безопасное расстояние, — что ты ему такое сказал?

— Мы с ним давние друзья. Мой учитель, предыдущий шаман, тоже был хорошим другом этому медведю. И когда-нибудь, со временем, а не сейчас, я также хотел познакомить его с тобой, но ты устроил эту встречу раньше. Немногие звери доживают до таких размеров, а хорошие отношения с ними – это находка для шамана. Если что, то такой друг всегда может прийти на помощь деревне по моему зову.

— А что произойдёт с ним после его смерти?

— Он станет одним из Великих Духов леса. Ты их уже видел, когда проходил посвящение. Они мудры и очень сильны.

— Разве не здорово обладать силой такого могущественного создания, учитель? Что тогда можно было бы сделать для деревни!

Шаман резко остановился, обернулся к ученику и с самым суровым и серьёзным видом, который мальчик видел впервые, сказал:

— Никогда, слышишь меня, никогда не пытайся взять под контроль такую огромную силу. Эти звери растут не для нас, а для леса. Такой дух ни за что не согласится стать твоим помощником, ведь для его поддержания нужно огромное количество внутренней энергии, которой не хватит ни у одного человека в принципе. В конечном счёте, он полностью высосет своего хозяина. К тому же, зачем шаману такое могущество? Духи – это всего лишь проводники, задача которых — упростить общение с лесом. Дальше всё зависит лишь от души самого шамана. Ты понял меня, ученик?

— Понял… но всё же, что ты ему сказал в пещере? — не унимался ученик.

— Я передал ему наше почтение.

Обучение мальчика продолжалось. Вместе с его навыками увеличивалось неподчинение и жажда могущества. Смеющемуся всё тяжелее становилось контролировать своего ученика, возомнившего себя наилучшим среди шаманов. Хоть в этом, конечно, была толика правды. Многие вещи давались ему с такой лёгкостью, что, где общающийся с духами выставлял срок в десяток заходов солнца, он обучался этому всего за несколько.

Так же росло желание мальчика поскорее получить себе духа во служение, желательно, посильнее. Его никак не покидала мысль о том, что в глубине горы спит древний медведь. И хоть он старался сделать вид, что это всё во благо деревни, но внутри всегда появлялось чувство гордости и превосходства, когда он представлял, что получит дух этого зверя. Это желание росло и росло до тех пор, пока полностью не захватило всё его существо.

В одну из ночей ученик никак не мог уснуть, думая о том, как удивится его учитель, если он придёт с духом медведя.

«Сейчас зверь спит, — думал парень, — если к нему очень аккуратно подкрасться, то можно пробить голову копьём. Главное не ударить в закаменевший мех. А дальше дело за парой заклинаний, и он мой».

На данный момент ему казалось всё таким простым, что он, дольше уже не думая, начал осторожно собираться, стараясь не разбудить своего учителя. Но дикий кот не спал и всё видел. Ему не понравилось, что парень ночью куда-то уходит один, и он тут же нырнул хозяину в сознание, пытаясь разбудить его.

Сейчас найти шамана в сновидениях было гораздо легче, чем прежде. Он больше не путешествовал по ним, не изучал новые миры и не поражался картинам, которые возникали перед его взором во всей своей красоте и невозможности описания человеческим языком. Теперь Смеющийся предпочитал отдыхать в одном единственном сновидении, где, кроме тихого пруда, в котором плескалась рыба, было ещё лишь одно огромное, дающее обширную тень, дерево, под которым шаман любил расположиться и рыбачить или дремать. Вот и сейчас удочка уже далеко уплыла и всё продолжала удаляться, пока общающийся с духами тихо посмеивался над какими-то представшими пред его закрытыми глазами образами.

Только кот хотел поднять своего хозяина, как лицо Смеющегося помрачнело, улыбка сошла с губ, а скулы под кожей начали напряжённо двигаться.

Шаман быстро открыл глаза в реальном мире:

— Не может быть! Какую беду этот дурак может навести на деревню своим поступком. Его срочно нужно остановить!

В скорости Смеющийся явно уступал своему ученику, который, к тому же, окрылённый своей фантазией, чуть ли не летел в пещеру с копьём наперевес.

Зайдя внутрь, парень не поверил своим глазам, пещера полностью освещалась мягким синим цветом от парящих по её пространству духов, но больше всего их скопилось рядом со спящим медведем. Они кружили вокруг него, влетали внутрь, ведомые его дыханием и вылетали обратно. Казалось, что они танцуют, будто бы совершая некий обряд или священнодействие. Смеющийся рассказывал, что некоторые духи могут общаться только в танце, но парень не разбирался в этом. Единственное, что он понимал – сейчас они были заняты тем, что поддерживали жизнь в теле медведя, давая будущему Великому Духу возможность лучше узнать этот мир и стать мудрее.

Промедление приравнивалось к смерти. В любой момент медведь мог проснуться, учуяв присутствие парня, и тогда все шансы на удачный исход пропадали. Благо, что за последние несколько лет они приходили сюда множество раз, и зверь явно привык к его запаху.

Тихо ступая по каменному полу, парень приближался к медведю. Дыхание ученика полностью остановилось, ладони вспотели, а единственной мыслью, мелькающей в голове, была только всё уменьшающаяся уверенность, что его силы удара хватит, дабы пробить голову. Ему повезло, что духи освещали пещеру и не нужно было беспокоиться о том, куда ступать, но внутри всё сильнее и сильнее проявлялось ощущение, что как раз-таки духи могли разбудить зверя. Их танец перестал быть плавным и мелодичным, превратившись в набор резких и хаотичных движений. Руки парня начали предательски дрожать. Пот мерзкой холодной струйкой побежал по спине и лицу. Остановившись около медведя, он на одно мгновение прикрыл глаза и, набрав воздуха в лёгкие был уже готов нанести резкий удар, как с ужасом понял, что зверь смотрит на него своими белыми невидящими глазами. И тут же ученик почувствовал себя маленьким ничего незначащим мальчиком, который толком ничего не знает и не понимает. Он молился всем божествам о возможности уйти отсюда живым. Ужасный взгляд медведя приковал его к полу, а копьё всё так же нависало над головой животного, будто бы насмехаясь над парнем и его глупым решением.

Зверь резко подался вперёд и толкнул молодого человека своей огромной головой в грудь, тот кувырком пролетел половину пещеры прежде, чем сильно стукнуться об пол. Он попытался быстро подняться на ноги и скрыться, но медведь уже нависал над ним с поднятой над головой тяжелой лапой, которая могла раздавить череп точно так же, как человек с лёгкостью давит птичье яйцо. Единственное, что успел сделать парень – это вовремя выставить вперёд копье, на которое натолкнулась лапа. Дерево разлетелось в мелкие щепки, а медведь, болезненно зарычав, отступил на пару шагов. Ученик шамана чувствовал, как нечто горячее стекает по его лицу и, облизнув кожу языком, понял, что это кровь. Рассчитывая, что рана отвлечёт зверя на некоторое время и позволит скрыться, он на четвереньках пополз из пещеры. Надежда на жизнь увеличивалась с каждым метром, отделяющим его от древнего животного, но тут он почувствовал, как что-то схватило его за одежду и с яростью швырнуло в стену. Раздался хруст ломающихся рёбер. Боль красным ярким цветом вспыхнула в глазах, после чего весь мир потух.

— Отойди, прошу тебя, отойди от него! – звуки голоса раздавались эхом в голове и не было никакой возможности понять, кто говорит. Весь мир кружился перед глазами и был подёрнут пеленой.

— Это глупый и неразумный мальчишка. Не стоит тратить на него свои силы.

Зверь что-то проревел в ответ. Присмотревшись, парень увидел учителя, стоящего между ним и его смертью. Они продолжали переговариваться, не обращая внимания на стоны ученика. Иногда шаман говорил не на их языки, а на том самом, который уже звучал в этой пещере когда-то давно.

— Сейчас Я заберу его, и мы уйдём, — произнёс Смеющийся, — он больше никогда не потревожит тебя своим присутствием.

После этих слов шаман обернулся и с какой-то грустью и жалостью посмотрел на своего ученика.

— Вставай и медленно выходи отсюда.

Повторять несколько раз было не надо.

Сидя у реки и отмывая своё лицо, парень чувствовал ноющую тупую боль в грудной клетке, рёбра действительно были сломаны. Шаман сидел чуть поодаль и пристально наблюдал за ним. Ученик чувствовал себя провинившимся мальчишкой и ждал справедливого наказания, но Смеющийся продолжал молчать.

— Ты сейчас же уйдёшь из нашей деревни, — вдруг резко, но как-то тихо произнёс он вдруг.

— Что?

— В деревню ты не вернёшься больше никогда. Проход тебе туда я закрываю. А если всё же попытаешься это сделать, то познаешь всю силу моего гнева. Тебе давали шанс измениться, но ты выбрал путь тёмного колдуна. Таким, как ты, не место в обычных деревнях. Уходи и больше не возвращайся.

Голос шамана был тихим и грустным, но таким стойким и твёрдым, что желания с ним спорить не возникало.

— Зачем ты тогда спас меня? – вторя голосу Смеющегося прошептал ученик.

— Ты был мне сыном, я не мог тебя оставить, даже осознавая во что ты превратился, — общающийся с духами произнёс последние слова с какой-то особой горечью.

После этого Смеющийся направился к пещере. Его несостоявшийся приемник так и остался сидеть на месте, не понимая, что ему делать дальше.

Подойдя совсем близко ко входу, шаман увидел выходящего оттуда медведя. Он хромал на одну лапу, и был явно недоволен этим фактом.

— Куда ты направляешься? Что? Больше не можешь здесь оставаться? Слишком опасно? Значит, и ты покидаешь меня, мой старый друг. Но я не могу винить тебя в этом, как и не могу заставить остаться здесь. Деревня потеряла сильного помощника, а я теряю замечательного товарища.

Прошло несколько лет, а нового претендента на роль шамана всё так и не появлялось. К тому же, до Смеющегося стали доходить новости, что некий злой колдун разоряет деревни. Не просто разоряет, а делает это с какой-то излишней жестокостью, будто что-то кому-то доказывая. Ни один шаман ничего не мог противопоставить его силе. Общающийся с духами знал, кто это, и знал, что скоро он будет здесь. Но страха не было, в его душе присутствовала только грусть о том, что так получилось. Зная, какую опасность представляет появление его бывшего ученика здесь, Смеющийся ушёл из деревни и начал жить на той самой горе, рядом с любимой рекой, где так прекрасны закаты. Там он ходил по лесу, общался с духами и пел песни, готовясь к роковой встрече.

Однажды, когда шаман со счастливой улыбкой наблюдал за одним из закатов, он почувствовал приближение духа огромной силы. Этот дух был болен, зол и несвободен, он постоянно пытался вырваться из плена, на который его кто-то обрёк.

— Что же, вот и пришло время встречи, да, мой друг? – произнёс Смеющийся, потрепав по шерсти настороженно смотрящего в глубь леса кота.

Шаман поднялся, взял свой посох и пошёл по направлению к этой энергии. По пути он тихонько напевал какую-то песню, нежно поглаживая каждый попадавшийся на его пути объект. Но он не успел далеко отойти от своего места, его ученик предстал перед ним: одет он был в шкуру убитого медведя, глаза лихорадочно горели, мышцы на лице нервно подрагивали, само лицо втянулось так, что стали хорошо видны кости черепа. Казалось, что-то жрёт его изнутри, выедает всю энергию. Смеющийся видел, что душа парня гаснет и осталось совсем немного времени прежде, чем она полностью потухнет.

— Послушай, мальчик, — произнёс общающийся с духами, — я ещё могу помочь. Могу избавить от той дряни, которая засела в твоём нутре. Ты ещё сможешь спокойно пожить и уйти от ужасов и страданий, которые ожидают сейчас. Что бы ты не натворил, мир простит это, если ты сам сможешь простить себя. Духи не злопамятны, они примут твоё израненное сердце.

— Замолчи, — сиплым и уставшим голосом произнёс парень. Было видно, что он старается закричать, но сил на крик не хватает, — не смей называть меня мальчиком! Моё имя – Покоряющий, я есть всемогущественный колдун. Это признали те, кто были до тебя. Я нашёл способ, как покорить Великий Дух и удержать его!

Произнеся последний слова, Покоряющий зловеще заулыбался и с наглым вызовом посмотрел на Смеющегося.

— Кровь – это то, что может прокормить такую могущественное силу, как древний медведь, — и колдун зашёлся тихим, скрипучим смехом, — я столько мечтал изловить его. Это была моя идея. Идея, которая помогала жить дальше, после всех твоих ужасных прощальных слов. Но теперь всё иначе, теперь меня боятся, боятся той силы, которой я обладаю.

— У тебя нет силы, — произнёс шаман, — ты держишься только за счёт внутреннего огня твоей души, который скоро потухнет, если всё оставить, как прежде. Вспомни тех духов на болоте, это ждёт и тебя.

— Хватит! — прорычал Покоряющий. Тут же земля начала дрожать, и из-за деревьев появился огромный дух медведя. Несясь на всей скорости, он протаранил не успевшего подготовиться шамана и отбросил его.

— Не надейся умереть быстро, Смеющийся. Если хочешь, можешь улыбаться, ведь это будет твоя последняя улыбка. Конечно, если ты сможешь.

Медведь швырял шамана из стороны в сторону, топтал его и бил, но общающийся с духами стойко выдерживал каждый удар и поднимался на ноги. Его хоть и старое, но натренированное тело было крепко, как камень. Он с великой печалью смотрел на своего бывшего ученика, чьё безумство принесло столько несчастий и могло принести ещё больше, и на своего старого друга, который полностью подчинялся воле колдуна. Каждый раз, как только появлялась возможность, Смеющийся делал несколько шагов по направлению к тому месту, где он любил наблюдать за закатами. И, когда в очередной раз, он начал вставать на ноги, шаман почувствовал под рукой холод булыжника, на котором ему так хорошо сиделось всё это время.

— Ты глуп, мальчишка, — прохрипел, сплёвывая кровь Смеющийся, — сколько раз я тебе говорил, что сила шамана не заключается в силе одного лишь духа. Сколько лет, по-твоему, я живу? — с этими словами общающийся с духами полностью выпрямился, а в его глазах заиграли угрожающие огоньки, — сколько лет я знакомился, дружил и договаривался с духами? – С каждым словом голос его становился всё громче и громче. Он продолжал держаться за булыжник, а сила, которая вырывалась из, как казалось бы, мёртвого валуна, была столь велика, что можно было увидеть разряды, проходящие между пальцами и поверхностью камня, — да любое дерево, любой камень, лежащий рядом с деревней, придёт на мой зов о помощи! А чем можешь ты похвалиться, о Покоряющий? Я сотню лет просил духов о помощи в нужное время.

В этот момент на камне появился дух дикого кота, но он уже не выглядел так безобидно, как это было раньше. Он стал гораздо больше, его оскаленные клыки нервно постукивали друг об друга, а слюна, капающая на камень, оставляла после себя выжженные кратеры. Изломанный, словно пила, хвост от нетерпения хаотично двигался из стороны в сторону. Мощные загребающие под себя лапы, оставляли глубокие следы от когтей. Озлобленные глаза, не моргая, смотрели на Покоряющего. Всё его тело было готово к сражению и жаждало его.

— Ты глупец, ученик, — продолжал гремящим голосом Смеющийся, — устроить сражение рядом с местом, в которое я столько лет вкладывал силы.

Покоряющий не ожидал такого от своего учителя. Сейчас сила шамана была настолько велика, что её запросто хватило бы на очищение того болота. Сама природа чувствовала такое, вдруг резко вырвавшееся, количество силы и подчинялась ей. Смеющийся явно был в ярости, и погода вторила ему диким холодным ветром. Солнце мгновенно исчезло за появившимися откуда-то чёрными тучами, отовсюду слышались непрекращающиеся раскаты грома, молнии, как заведённые, сверкали одна за другой.

— Видишь, что может стать даже с самым невинным духом, если вложить в него нужное количество сил. И это – последний урок, который я тебе преподам.

Никогда Смеющийся не чувствовал в себе столько могущества. Он был уверен, что его тело сбросило лет сто и снова стало молодым и ловким, как раньше. Внутри засело желание остаться таким навсегда, поддаться искушению и стать повелителем всего мира. Общающийся понимал, что это проснулась его тёмная сторона и нужно было срочно заканчивать это представление. Перекосы в силе никогда и ни к чему хорошему не вели, и он это знал, как никто другой.

Огромный дикий кот резво, словно весенний ветерок, сорвался с камня и попытался добраться до Покоряющего, но медведь был готов к этому и перегородил путь. Смеющийся не хотел причинять вреда своему другу, и кот прекрасно знал это. Он ушёл в сторону и ловко запрыгнул на дерево, а за ним на следующее. Медведь не обладал такой резвостью, но всё же старался не отстать от ловкого противника. Он продолжал носиться от одного дерева к другому, чувствуя приказы колдуна. Звери долго продолжали кружиться в этом танце, то сталкиваясь, то вновь разбегаясь по сторонам. И так могло продолжаться очень долго, если бы в какой-то момент обессиливший шаман, тяжело дыша, не упал на колени, и в этот же момент дикий кот не растворился в воздухе.

— Добей его, — взревел вспотевший колдун, и медведь с диким тяжёлым рёвом помчался к шаману, занёс лапу для своего последнего удара, но именно этого и ждал Смеющийся. Он вспрыгнул на ноги, вновь выпустив всю свою энергию, и крикнул: «Сейчас!». Из кустов тотчас же вынырнул кот. Медведь не успевал защитить своего хозяина, Покоряющий в ужасе закрыл своё лицо руками, попытался вжаться в землю, но это не могло остановить челюсти уже сжимающиеся вокруг его шеи. Раздался хруст ломаемых позвонков, а земля окропилась кровью. Бой был закончен. Природа вновь вернулась в своё обычное состояние.

Смеющийся плыл вниз по реке. От страшнейшего удара мощной медвежьей лапой его грудную клетку разорвало, а сила удара скинула его вниз. Вода вокруг была красна от его крови, а в груди можно было увидеть, как бьётся ещё живое сердце. Он тяжело дышал и еле держался наплаву.

— Я не злюсь на тебя, друг, ты делал то, что должен был, — хрипло прошептал Шаман медведю.

— И ты всё сделал правильно, — произнёс он коту, парящему рядом, — Такая огромная сила должна оплачиваться. И я бы в любом случае оплатил её своей жизнью. Моё время вышло. Отпустите меня.

Шаман продолжил плыть в одиночестве. Сердце в его разорванной груди билось всё реже и реже. Ему не было страшно. Он беззвучно смеялся. Ведь, когда человеку больше ничего не остаётся делать, он либо плачет, либо смеётся. Смеющийся предпочитал второе. К тому же, он прекрасно знал, что его ждёт по ту сторону потока.

читателей   996   сегодня 3
996 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 10. Оценка: 2,90 из 5)
Загрузка...