Начало. Трактир мирного моряка

 

Старый Ратуш уже минуту тер деревянный кубок, непрерывно глядя на видневшийся из окна лес.

— Слишком долго, слишком долго тебя нет…- тихо сказал себе в усы Ратуш.

Неприятное чувство начало потягивать желудок. Он знал, что означают задержки в таких делах . Из тревожного ожидания его вырвал крик Марии.

-Уберите руки!

-Чего ж ты тут кричишь, сладкая? Будь добрее к несчастным путникам!- сиплым голосом сказал один из сидящих за столом и одарил девушку мерзкой улыбкой, демонстрируя гнилые зубы.- Мы давно в дороге, уже успели соскучиться по сладким девичьим прелестям…

— А по болту в ребре не заскучали?- громко спросил  Ратуш. Его голос прозвучал на всю таверну. Немногочисленные посетители моментально замолкли и начали тревожно поглядывать сначала на хозяина, а затем на трех мутных странников, занявших крайний стол с единственной, почти догоревшей свечей.

-Мы шуткуем, старик! Не нервничай, в твоем возрасте это вредно!- с насмешкой в голосе ответил второй из компании и выставил одну ногу в проход, готовый подняться в любую секунду.

Ну и здоровая же детина…- подумал Ратуш, осматривая смутьяна. С сажень ростом и ростом и не менее шести пудов весу, такого кулаками не забьешь.

-Так шутковать, господа, будете в другом заведении. А у меня здесь трактир называется  — «У мирного моряка»,   и вести себя здесь надо соответственно. То есть мирно —  не сводя глаз с великана тихо, но очень отчетливо сказал Ратуш, держа правой рукой рукоять арбалета, заряженного и спрятанного под стойкой, именно для таких гостей.

Великан поднялся и плавными шагами направился к стойке, раскрывая при этом бобровую шубу и демонстрируя кожаный пояс с висящим по одну сторону лабрисом  и тесаком по другую .

Ратуш вскинул арбалет.

-Вон!- не повышая голоса, спокойно сказал старик.

-Довольно, Багдан, сядь!- нарушил звенящее молчание  третий, до этого молчавший, человек, лицо которого скрывал капюшон темно зеленого плаща.

Здоровяк не двинулся , продолжая буравить Ратуша мерзким взглядом.

Незнакомец в зеленом плаще резко поднялся  и в два шага оказавшись посреди трактира, так дернул наглую детину, что Багдан развернувшись, сделал пару шагов, чтобы восстановить равновесие . Человек в капюшоне долго смотрел в глаза недовольной детине. Щетинистая, как у борова, морда Багдана пару секунд выражала недовольство и явное желание обругать чью-то мать, но это длилось недолго. Он опустил глаза и сел обратно за стол.

Ратуш наблюдал за этой сценой, не опуская арбалет. Человек в капюшоне спокойно развернулся и подняв руки плавно пошел к стойке.

-Прошу простить моего друга. Ты добрый хозяин, приютил нас и накормил. Мы же обидели тебя и девушку. – говоря это он плавно подходил ближе.- Сейчас я расплачусь и мы уйдем.

Но Ратуш жил на свете достаточно долго, чтобы не верить людям на слово и арбалета, не опускал.

-Сейчас я достану из кошеля монету и положу на стойку.

Ратуш почувствовал, как сердце забилось быстрее. Главное успеть среагировать, если незнакомец дернется, главное успеть…- пронеслось в голове хозяина трактира.

Незнакомец подошел к стойке и плавно снял кошель с пояса, плавно раскрыв достал серебряный нимб и спокойно положил на стойку.

-Это много. С вас всего 15 медяков, рыб , как называют их в наших краях.

-Я заплатил за беспокойство.- спокойно ответил незнакомец и посмотрел старику в глаза.

Теперь Ратуш смог его рассмотреть. Густая бурая борода закрывала большую часть лица, нос был прямым, с небольшим шрамом сбоку. Выпирающее скулы подчеркивали его худизну. Но самыми выразительными были глаза. Глубоко посаженные под густыми злыми бровями, эти два ледяных озера пронизывали тебя насквозь. Пустые, лишенные чувств и страха глаза пронзали насквозь смотрящих в них.

Ратуш встречал людей с таким взглядом. Редко, но встречал. Он опустил арбалет и молча забрал монету. Седой знал, что худшее уже позади, если бы незнакомец хотел крови, то подал бы сигнал остальным  и все понимали, что Ратуш в одиночку не остановил бы троих.

Он кивнул и забрал монету.

Как по команде, незнакомцы направились к выходу.

-Спасибо, Ратуш! Эти люди меня страшно напугали…- тихо прошептала Мария , обняв трактирщика и положив голову ему на плече.

-Меня тоже, девочка, меня тоже…- глядя вслед уходящим , тихо ответил Ратуш.

Мария крепче прижалась к его плечу. Девушка не раз видела хозяина трактира в деле и знала, что старика напугать очень не просто.

Алан Войсех летел галопом по узкой лесной дороге. Вечно оглядываясь,  он время от времени откидывал мокрые черные волосы со лба и продолжал дикую скачку. Пот стекал по его крючковатому носу и капал на лошадь. Кожаное пальто развивалось, а воздух свистел в ушах. Лошадь была на последнем издыхании.

-Держись лошадка, еще совсем немного, и мы будем в безопасности…

Эко Лисмар, Багдан и Сиплый молча шли через лес. Сиплый ,обиженно потирал скулу, а верзила Багдан через каждые пару шагов сплевывал и чертыхался, держался за левое ребро.

-Ну чего ты так вызверился , Эко? Ну хватнули девку за зад разок…

-Еще раз начнешь этот говор и зубы выплюнешь. -спокойно ответил Эко и снял капюшон.- Я же приказал, скандалов не устраивать. Нас уже и так ищут в двух столицах. Нельзя светиться .

-Так почем же они узнают, что эт мы торговца прирежем? Сделаем работенку  и духу нашего тута не будет…- начал было Сиплый, но заткнулся под взглядом Лисмара.

-Умолкните, кто-то едет.

Теперь и остальные услышали топот копыт. Спустя пару секунд, на поляну выехал всадник и начал осматривать компанию неприятными водянистыми глазами навыкат.

— Трактир «У мирного рыбака» где?- раздался тихий грубый голос из едва приоткрывшегося рта с тонкими злыми губами.

Эко внимательнее присмотрелся к всаднику. Тот был высокий, жилистый, закутанный в черную обтягивающую мантию с тремя серебряными пуговицами и кожаными вставками, которая выдавала во всаднике жителя северной столицы, из-за спины торчала рукоять меча. Рожа была преотвратнейшая, хоть и гладко выбритая, покрытая многочисленными шрамами и украшенная сломанным носом. Это уродство гармонично дополнялось грязными волосами, начинающими расти практически с макушки.

-Мили полторы на юго-запад конец леса, выедешь и сразу увидишь.- ответил Эко, и продолжил путь, как вдруг его взгляд упал на полированную деревянную рукоятку, торчащую из кобуры у седла.

Минимум десять императоров только за ружье, а еще меч и лошадь. За раз можно выручить больше, чем за три заказа, надо рискнуть.- пронеслось в голове Эко.

Он посмотрел на товарищей и ухмыльнулся.

-А откуда ты путь держишь ,странник?- спросил Лисмар подходя к всаднику все ближе.

Тот молчал, лишь поочередно посмотрев на двух остальных приближающихся бандитов, которые гадко ухмылялись.

Вся четверка знала, что лошади моментально перерубят ноги, если он рванет галопом, а на разворот не хватит времени.

Всадник молниеносно соскочил с лошади и неуловимым движение выхватил меч, еще до того, как его ступни коснулись земли.

-Отдай то, что в кобуре и уйдешь живым.- тихо предложил Эко.

-Сам возьми.

-Героем себя шельма возомнил!- крикнул Сиплый и первый кинулся на незнакомца, вооруженный двумя длинными дагерами.

Багдан не отставал и с криком рванул на незнакомца справа, высоко занеся топор. Эко был единственным, кто не вступил в бой с разбегу и выжидал момент.

Сиплый прыгнул и хотел ударить с полу разворота, но незнакомец ушел пируэтом при этом махнув мечем, самый кончик которого разрубил прыгуну лицо.

Вторым смерть настигла Багдана.  Незнакомец увел его удар в бок и моментально воткнул меч в сердце громилы, да так что тот вышел наружу на добрую треть.

Убил их за четыре удара сердца- пронеслось в голове Эко. Но Лисмара трудно было напугать, даже такими виртуозными расправами. Главарь убийц доказал свое мастерство в десятках поединков, а главное не терялся даже в сложных ситуациях.

Оба мечника начали плавное движение по кругу, аккуратно шагая, чтобы не потерять равновесие. Глазной контакт не прерывался. Серые ,незнающие страха, глаза Эко встретились с выпученными мокрыми глазами противника.

Они обошли полкруга, и солнечные лучи вот-вот должны были ослепить Лисмара, оба противника знали об этом и одновременно атаковали. Клинки скрестились и Эко моментально сделал под шаг вправо, продолжая удар. Пучеглазый успел отскочить лишь на миг позже, чем следовало, и кончик лезвия слегка распорол ему бровь.

Вот сукин сын! Даже не поморщился! — про себя чертыхнулся бородатый убийца.

В эту секунду безликий напал. Каждый удар был такой силы, что мог бы разрубить лошадь пополам, но Эко отражал их с легкостью.

Проверяет. Ищет брешь в обороне. В изящном пируэте Лисмар ушел от очередного удара и лишь сантиметр спас горло противника от его меча.

Они молниеносно сошлись снова. Теперь была очередь Эко. Он молниеносно ударил от бедра, в надежде рассечь пах, но мечник прочитал этот удар и с силой отбил его сверху  вниз и тут же ударил рукоятью в лицо, оставив рассечение на скуле . Обменявшись парой ударов,  они снова разошлись.

Внезапно пучеглазый начал пронзительно свистеть, подзывая лошадь. Эко разгадал его план и бросился к лежавшему в двух метрах телу Сиплого и выхватив кинжал и его мертвой руки моментально метнул. Это спасло ему жизнь, так как рука пучеглазого уже практически вытянула ружье. Дагер  вошел в латеральную мышцу, чуть выше колена.

Через секунду Эко уже сбегал по склону, ведущему от поляны в глубь леса и мелькая между деревьями. Стрелять было уже слишком поздно .

Спрятав ружье, заряженное стальным гарпуном, обратно в кобуру, он долго смотрел вслед убегающему  и улыбался, не раскрывая рта. Его звали Грентель ван Бисмарт и впервые за много лет, он чувствовал счастье. Как долго он искал равного себе .

Грентель чувствовал, что в его жизни, наконец появился человек, который ему дорог, убить которого он хотел так сильно, что при мысли об этом сердце начинало биться быстрее.

Закончив мечтать, он выдернул нож. Одним единственным движением.

Они  молча сидели за столом напротив друг друга, глядя на огонек пылающей свечи. Старый Ратуш и Мария умели ждать, но обстоятельства заставляли думать о самом худшем. Ратуш закурил самокрутку и тяжело выдохнул дым. Он устал от такой жизни.

— Почему Старый Ратуш?- внезапно спросила девушка.

— Потому что старый и меня зовут Ратуш.- с горькой улыбкой ответил трактирщик.

— Но тебя, кажется, всегда так называли, а я работаю на тебя уже не первый год. И ты не такой уже и старый… Правда усы седоваты. –  улыбаясь закончила Мария.

Он подлил девушке в кубок густого красного вина и внимательно посмотрел в глаза.

— Ты никогда раньше не спрашивала, почему сейчас?

-Ну… До меня доходили разные слухи, а сплетням привыкла не верить.

Ратуш одобрительно поднял бокал и сделал глоток.

-И какие слухи ходят?

— Тебе действительно интересно?- с улыбкой спросила Мария

-Не очень, просто пытаюсь тему поменять.

Теперь пришла очередь девушки проницательно смотреть ему в глаза.

— У каждого из нас своя история. И лучше нам не знать прошлого друг друга, с нашей работой опасно о таком говорить.

Девушка знала, что он прав и это еще больше ее взбесило. Она резко встала и направилась к лестнице на второй этаж с пустующими комнатами.

— Ну так давай больше вообще не разговаривать!- обиженно крикнула Мария.

Старый Ратуш смотрел на удаляющуюся девушку и выдыхал дым.

-Когда-то ты поймешь, малышка, что в этом мире нет места привязанностям и искренности.- шепотом сказал он.

Топот копыт вырвал его из потока мыслей. Резко вскочив, Ратуш направился к выходу.

Открыв двери, он увидел тяжело дышащего Алана.

-Наконец-то! Чего так долго?

-Ратуш, спрячь меня быстрее, некогда объяснять!

Понимающе кивнув, Ратуш принял поводья коня.

-Мария на втором этаже. А я пока спрячу лошадь.

Быстрым шагом Войсех направился внутрь, тем временем, как Ратуш повел лошадь в стойло, позади трактира. Закрыв ворота стойла, он пошел в сторону обрыва и закурил.

Выдыхая дым, он смотрел вниз, на черные пенящиеся волны, избивающие основание мыса . Ратуш не спешил . Алан был параноиком по природе, еще и работу нервную заимел, так что опасность часто преследовала его, особенно мнимая. Трактирщик знал, что девушка уже успела проводить Войсеха по туннелю в маяк и теперь погоня была не страшна. Докурив, он пошел в сторону маяка, находившегося на самом острие мыса в сорока метрах от трактира.

Моя последняя крепость — так он про себя называл этот обросший растениями и мхом маяк, который уже много лет не освещал дорогу кораблям, с тех самых пор как выход в открытое море грозил неминуемой смертью. С тех самых пор, как появились Стражи моря.

-Ратуш! Заходи быстрее!- взволновано крикнула Мария, выбежав из маяка.

Через несколько секунд, взбежав по каменным ступеням, Ратуш оказался внутри. Люк в деревянном полу из темного дуба  был открыт. Не прошло и минуты, как спустившись по лестнице и пройдя не больше десяти метров по туннелю, освещенному тусклым синим светом нескольких фонарей, они оказались возле мощного вида деревянной двери, укрепленной полосами железа. Девушка дернула за увесистое железное кольцо торчащие из пасти потемневшей от окисления змеиной головы, но дверь не поддалась.

-Он окончательно выжил из ума!- вздохнул Ратуш  и ударил ладонью по двери.- Ты что издеваешься? Открывай быстрей!

Алан открыл дверь с видом человека, бегущего от стаи волков.

-Прости, Ратуш. – тихо сказал он.- Я должен был убедиться, что это вы.

— А кто, если не мы! Об этом туннеле знают четыре человека , из ныне живущих, трое из которых сейчас в нем. Маяк заперт, проход в погребе трактира, полагаю тоже. Так что пусти нас в комнату и расскажи, что ты узнал.

Они ступили на каменные плиты маленькой комнаты, посреди которой стоял деревянный стол с единственной табуреткой. Керосиновый фонарь и периодический стук капель также не придавали атмосфере уюта.

Ратуш снял табуретку со стола, на ее место поставил фонарь и жестом предложил Марии сесть. Девушка ответила кивком благодарности и приняла предложение. Войсех оперся руками о стол и долго смотрел на единственный огонек мрачной кельи.

— Мы доигрались, Ратуш.- наконец прервал молчание Алан.- В этот раз нас втянули в игру, из которой нет выхода. И в сейчас я не преувеличиваю.

-Давай меньше драмы и ближе к делу, мы не роман здесь пишем.- спокойно сказал Ратуш, скрещивая руки на груди.

-Ладно…  К делу. Я прибыл в северную столицу за день до намеченного строка и следуя инструкции связался с Лестером.- он тяжело вздохнул.- Дай табаку.

-Ты же бросил.- сказал Ратуш открывая серебряный портсигар.
Алан чиркнул спичками и крепкий фруктовый аромат наполнил комнату.

— Тут и так дышать нечем, а ты даешь ему сигареты!

-Мария, не злись. Пусть покурит. Мы все равно не останемся здесь на долго.- примирительно сказал Ратуш.- Продолжай, Алан.

-На чем я закончил?

-Ты связался с Лестером!- в один голос ответили слушатели.

-Да, точно. Тут-то все и началось…

Алан трижды постучал кольцом об тяжелую дверь и услышал тихие шаги. Человек посмотрел пару секунд и открыв дверь, внимательно осмотрелся по сторонам .

— Давай быстрее впускай меня, Ройман! – нервно сказал Алан и, слегка оттолкнув дверь, быстро зашел.

Лестер Ройман не спешил следовать за ним. Аккуратно прикрыв дверь, он спустился по деревянным ступеням и начал всматриваться в дождливую ночь, окутавшую мрачный переулок из практически одинаковых домов  черного дерева. Дождь падал тяжелыми каплями на каменную дорогу, освященную одинокими фонарями . Ройман промок до нити, но продолжал вглядываться, пытаясь найти источник своей тревоги. Он чувствовал, что за ним кто-то наблюдает, а чуйка редко его подводила. Прошло не меньше минуты, пока тяжелая дверь не закрылась за ним.

Лестер откинул назад длинные волосы песочного цвета и направился прямиков в кухню, из которой уже раздавалось недовольное ворчание Войсеха.

Кухня была маленькой и выглядела не менее мрачно, чем все остальное в Гладлервиге. Кладка серого камня не была прикрыта даже обоями , несколько деревянных шкафов  и дубовый, пропахший пивом стол были единственными предметами интерьера. Огромный Хьюго внимательно слушал Алана, почесывая лысину и потягивая пиво, которое обильно стекало по его черным усам.

-… что-то тут явно не чисто. – нервно говорил Алан, стуча пальцами по бокалу.- При въезде меня, как будто, ждали. Не досматривали багаж, ни спросили цель визита… Лишь выписали пропуск и , по- скотски улыбнувшись, пожелали приятного пребывания в вонючей Имперской столице!

-Слежка была? —  тихо спросил Ройман, продолжая стоять в дверном проеме.

Войсех долго смотрел на его загорелое лицо, покрытое густой рыжеватой щетиной . Лестер не сводил с него своих умных желто- зеленых глаз и ждал ответа. Тень лампы подчеркивала глубокие морщины, рассекающие его лоб.

Алан не как не мог разгадать этого, слегка сутулого человека, в бежевом кожаном плаще из мягкой кожи. С виду он больше напоминал странствующего аптекаря. Несколько кожаных ремней, крест-накрест пересекающих черный шерстяной свитер, были увешаны мензурками и пузырьками, с плотно запечатанными пробками. Черные вельветовые штаны, аккуратно заправлены в коричневые сапоги с выпуклыми носками. Мало живущих в те дни знало, что в каждом из них было спрятано по стилету, а некоторые из мензурок и пузырьков, могли разорвать целую карету в щепки. Но самым важным в его арсенале были даже не взрывные смеси, а шестизарядный револьвер, хранившийся в кобуре чуть ниже правой почки. Такое оружие имели избранные, а носить его без крайней необходимости, осмеливались единицы. Продажа такого револьвера, могла обеспечить безбедное существование целой семьи на долгие месяцы. Не раз уже Алан слышал, что человека выболтавшего в пьяном угаре про наличие такого оружия, на утро находили с перерезанным горлом в сточной канаве. А еще, что было самым опасным, незаконное хранение огнестрельного оружия отслеживалось ведомствами всех трех Столиц. Продавцы и покупатели на черном рынке быстро усвоили урок, когда из-за одного ствола, полиция устраивала настоящие погромы в целых кварталах.

Но Лестер Ройман не был обычным человеком. Вот уже шестнадцать лет он работал на внешнюю разведку Багрового Аруэля, и работал титанически. Именно благодаря таким, как он, Аруэль во время революции, стал независимой Столицей, а со временем и землей обетованной для всех жителей островов. Местом, где люди не боялись гулять по городу ночью, а женщины не дрожали от страха при виде пьяного мужлана, где не надо было убивать за кусок хлеба, где человека уважали, Столицей, в которой возродилось искусство и мораль. Конечно, трущобы города в счет не брались, но даже в трущобах жить было намного лучше, чем за пределами стен. Толпы благодарили за это правителей, войска, высшие силы… И никто из них не знал, сколько сделали эти мрачные люди, сидящие на этой тусклой кухне, положившие свою жизнь во имя служения Столице. Не имея семьи и уюта домашнего очага, уверенности в завтрашнем дне , они жили в напряженном ожидании смерти и очередного приказа. Приказа, который заставлял их ежесекундно рисковать, добывая сведенья или  убивать, а может и вовсе совершать невозможное, тем самым меняя ход истории. Одним из слуг Кинжала и Плаща был и Лестер Ройман.

-Алан. За тобой следили?- тихий голос вырвал Войсеха из задумчивости.

-Возможно… Я не уверен. Ты тоже что-то чувствуешь?

Лестер промолчал. Все трое знали, что это означает.

-Не пейте много. Предлагаю выдвигаться, как начнет светать. Хьюго, мы поднимемся на второй этаж.

Здоровяк понимающе кивнул и покинул помещение.

Выйдя из тесной кухни, они стали подниматься по крутой лестнице на второй этаж. Под лестницей была каморка,  в которой Алан никогда не был, хотя остальные ходили туда частенько.

-Что в этой каморке, Лестер?

Ответа не последовало. Алан прыснул и продолжил подъем.

На втором этаже находились три комнаты. Две по бокам и одна в конце тесного коридора, устеленного пыльным бордовым ковром, они направлялись как раз в нее. В отличии от первого этажа, состоящего из сплошной кирпичной кладки, второй целиком состоял из дерева. Везде в этом вонючем городе черное дерево, еще раз прыснув, подумал Войсех. Как же ему хотелось обратно в Аруэль, наполнить чугунную ванну горячей водой, открыть бутылку розового шампанского и провести так часок другой. Затем, насладившись ванной и шампанским, надеть свой лучший темно-синий камзол с золотыми пуговицами, пойти в бордель фрау Крю, к дорогой его сердцу Иванке . Как же он скучал по пышногрудой златовласке, так сладко причмокивающей губами в лучшие моменты их свиданий…

Лестер достал связку ключей, тем самым вырвав Алана из мечтаний. Использовав два из них, он открыл тяжелую дверь. За дверью начиналась каменная лестница, спираль которой уводила в небольшую башню. Поднявшись по лестнице, Ройман открыл очередную дверь, и они оказались в тесном овальном кабинете с небольшим балконом. Эта комната разительно отличалась от остальной части здания. Шкафы, достигающие самого потолка и идеально повторяющие овал башни, ломились от книг, пол был устелен ковром.

Двери, ведущие на балкон, были и окном одновременно и не уступали размером шкафам. Их края состояли из железа в форме деревьев, ветки которых плотно закрепляли стеклянную часть дверей. Две железные ручки посредине , были единственной помехой лучам света, освещающим комнату в дневное время. В метре перед дверьми стоял резной деревянный стол, покрытый лаком, с плотно задвинутым под него кожаным креслом, не менее изысканной работы.

Интересно, сколько жизней может разрушить содержимое ящиков этого стола?- промелькнуло в голове у Алана.

Каково было удивление Войсеха, когда его спутник прошел книжные шкафы и, не остановившись даже возле стола, направился прямиком на балкон. Потянув за ручки, он открыл двери и звук дождя заполнил комнату.

-Выходи на балкон, он с навесом, не переживай.

-А где же бумаги?- в недоумении спросил Алан.

-Иди сюда.

Выйдя на балкон, Алан непроизвольно ахнул. Он знал, что дом находится практически на окраине города, но даже не мог представить, какой вид открывался из этой башни. Отсюда была видна вся мощь Гладлервига.  Сотни огней освещали лесопилки и мастерские, на которых не было место для сна, толпы рабочих сновали туда-сюда, вечно что-то перетаскивая. Но дыхание перехватывало далеко не от этого. Позади всей этой мелкой возни возвышался огромный сталелитейный завод — самое сердце Гладлервига. Без него Имперская столица перестала бы дышать.

-Я тоже так стоял, когда первый раз вышел на этот балкон, но сейчас на это нет времени.

С этими словами Лестер достал стилет, с помощью которого отделил несколько камней от внешней стены башни. За ними оказался небольшой сейф с круглой ручкой. Он несколько раз покрутил ее в разные стороны и, обойдя все нужные цифры, отворил и достал из него тубус с кожаным ремешком.

— Вы должны доставить это Ратушу любой ценой. Он все поймет.

— Мы..?

— Ты и Хьюго! Я бы и сам поехал, но не могу.

Лестер долго смотрел в его глаза, а затем продолжил.

-Любой ценой, Алан.

Алан знал шпиона не первый год. Ройман редко повторял дважды, если и повторял, то дело было фантастической важности. Мало того, он отдает ему в сопровождение Хьюго, с которым практически никогда не расстается, а значит дело скверно. Войсех нервно сглотнул.  Компания огромного Хьюго, придавала уверенности, но в тоже время показывала степень опасности.

Вернувшись в кухню, они обсудили детали выезда из города.

Алан нервно покусывал губу, когда в кухню вошел лысый великан, успевший уже надеть кожаную куртку из укрепленной кожи, черную, как и большинство одежды в этом городе, держа в руках палаш.

Остальные сборы не заняли и пяти минут. Накинув плащи, они покинули дом и направились в конюшню. Троица тихо миновала безлюдные ночные улицы, залитые дождем. Не прошло и часа, как они стояли перед огромным ангаром конюшни. Дав номерки служащему, они принялись ждать его возвращения с лошадьми.

— Возьмите вот это.- Лестер снял один из пузырьков с ремня и протянул Алану.- В случае необходимости, кидай под ноги врагу. Желательно, чтобы он находился в нескольких метрах. При контакте с воздухом, вещество вступает в реакцию и дает много слезоточивого дыма.

— Спасибо.- сказал Алан, и они пожали руки.

Служащий привел лошадей. Теперь пришла пора прощаться Лестеру со своим напарником. Хьюго крепко обнял его, и они долго смотрели в глаза друг другу. Потом здоровяк запрыгнул на лошадь, Алан последовал его примеру, и они рысью направились в сторону Южных ворот.
Обнялись, не обменявшись не словом… В штабе ходили шуточки насчет их неразлучности, правда исключительно за спиной. Вопрос практически слетел с его губ, но внушительные размеры и репутация попутчика, не дали удовлетвориться интересу Алана.

Ратуш с Марией переглянулись.

-Хьюго..Что с ним?- спросил Старый через несколько секунд.

-Я жив благодаря ему.

-Кто это сделал?

Войсех выдохнул густой дым и оторвал взгляд от догорающей свечи.

-Зверолов.

Прошло уже несколько часов, с тех пор, как они добрались до леса. Оставалось проехать всего пару миль, по усыпанной золотистыми листьями тропинке, окруженной высокими деревьями, и они будут в трактире. Долгие дни, проведенные в пути, вечно оглядываясь и хватаясь за оружие при каждом шорохе, изрядно истощили путников. Войсех уже представил мягкую постель, графин вина и вкус фирменного жаркого Ратуша и замечтался. Как всегда вслух. Так что последний час Хьюго слышал только о еде и его головокружительном романе с златовлаской из Столицы.

— Она обещала все бросить и уехать со мной!- доказывал Алан.

Здоровяк слегка улыбнулся, но в очередной раз промолчал.

-Я серьезно! Мы с Иванкой уже все обсудили! Осталось только добраться до столицы, а потом я ее увезу на острова. Даже дом уже присмотрел! – с видом напыщенного индюка закончил Войсех.

Хьюго не выдержал и рассмеялся .

-Ой, иди к черту! У меня с ней особые отношения. Я это чувствую. Ни одна женщина не обнимала меня так нежно…

-Тогда счастливой семейной жизни. Мы с Лестером ждем приглашения на свадьбу, а после, гравюру вашего выводка.

— Шмат говна, а не приглашение! Скорее, я на вашей…- но стрела, пролетевшая мимо его носа и вонзившаяся в шею лошади здоровяка, не дала ему закончить.

Стрелок снова показался  из-за дерева слева от него. Но Алан уже успел выхватить стилет и моментально метнул его. Лезвие вошло в горло, и стрелок упал, держась за шею, не переставая при этом булькать и хрипеть.

Алан выхватил абордажную саблю и направил лошадь на бегущего на него противника. Тот был уже в нескольких метрах и перескакивая с ноги на ногу, намеревался подпрыгнуть и сбить всадника. Легким рывком поводьев Войсех увел лошадь влево, при этом рубанув  навстречу нападающему. Сабля снесла большую часть лица прыгуна, обнажив при этом его гнилые зубы.

Тем временем Хьюго успел рассечь грудь одному из трех оставшихся атакующих. Осталось двое. Оба были одеты в облегающую кожаную с капюшоном форму фехтовальщиков черного цвета.

Имперцы- пронеслось в голове Алана.

Низкорослый сделал выпад копьем, но Хьюго уклонился с легкостью танцора и воткнул палаш ему в бок. Второй на секунду замешкался, и этого хватило, чтобы великан успел сбить его с ног и пригвоздить к земле.

Алан направил лошадь к здоровяку, который добивал громко стонущего низкорослого имперца.

-Ладно, после такого, грех обделить тебя приглашением.- начал Алан, спускаясь с лошади.- Только…

-Беги…

-Что ты сказал?

Алан повернулся к здоровяку и увидел, что карминовая струйка плавно стекает по его подбородку.
Беги!- проревел Хьюго и покачиваясь развернулся, выхватив палаш. Из его спины торчал гарпун.

Алан взлетел на лошадь и оцепенел. По склону спускался Грентель фон Бисмарт. Мурашки пробежали по спине Войсеха, страх разрывал его изнутри, он не мог сдвинуться с места. Но это длилось, лишь до того мгновения, как ружье с гарпуном не нацелилось на него. Изо всех сил пришпорив лошадь, он помчался галопом. Не оглядываясь.

Хьюго собирал силы для последнего рывка.

-Трусливая шавка ты, а не Зверолов!- яростно крикнул он и сделал шаг вперед.

Грентель фон Бисмарт поднял ружье и выстрелил снова, теперь в область паха.

Дикая боль свалила великана на землю. Кровь била горячим ручьем.

— Подлая сука! Тварь!- шептал он, глядя на приближающиеся ноги своего убийцы.

Зверолов выбил палаш из ослабевшей руки и пинком перевернул, истекающего кровью Хью. Гарпун, торчащий из спины, столкнулся с землей и вошел еще глубже.

Хьюго уже не видел уродливое лицо перед собой, не видел деревьев с опавшей листвой. Он смотрел в небо, но не видел даже его. В его голове проносилась вся жизнь. Мамино лицо, когда она приносила ему маленькому молоко с свежим хлебом. Лицо младшей сестры, которая умерла от чумы, еще в детстве. Затем первая женщина, подарившая ему радости любви. Армия, служба, Лестер… Дорогой Лестер… Хьюго не стыдился своей жизни, но будь у него еще шанс, он прожил бы ее по-другому… Как же  страшно умирать…

Грентель фон Бисмарт достал стилет и наклонился над ним. Плавным движением он проткнул глаз и всадил лезвие до самой рукоятки. Он смотрел на безжизненное лицо Хьюго. Хьюго, который был одним из самых опасных людей трех Столиц… А теперь он убил его. Грентель смотрел в его мертвые глаза и улыбался.

Они долго молчали. По щекам Марии текли слезы. Ратуш положил руку на плече девушки . Они просидели так еще несколько минут. Тишину нарушил голос Ратуша:

— Мы едем в Багровый Аруэль!

читателей   856   сегодня 3
856 читателей   3 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 11. Оценка: 3,09 из 5)
Загрузка...