Реликт

 

Под утро подул северо-восточный ветер, немного разогнал тучи. Гари в воздухе стало меньше, и впервые за неделю можно было оглядеть местность до самого горизонта. Стояли вдалеке плотные ряды скал, снизу изломанных, а сверху гладких, похожих на сточенные пеньки клыков. Чернели промеж них затопленные всякой дрянью ущелья. Над болотом размазало тонким слоем желтоватый туман. Угурук оторвал взгляд от мутного оконца, закинул за спину мешок и вышел из барака. Маску оставил болтаться на шее. Хураг, его обычный напарник, уже стоял на улице в полном облачении и потягивался. Угурук осторожно перешёл мутную лужу по заранее перекинутым доскам. Пихнул Хурага в плечо.

– Хорошая погода! – заявил тот, с довольной улыбкой обнажив клыки. – До обеда точно чёрного снега не будет. Успеем управиться?

Угурук в ответ буркнул неразборчиво. В последние дни перед сменой у него всегда портилось настроение. В голову лезли мысли, что в этот раз они точно нарвутся на такую дрянь, против которой ни один их фокус не поможет. И останутся меж камней или в болоте две кучки тряпья, которые и домой отправлять не станут. Только выписку из доклада жене покажут, мол за такое-то число потеряны нижеперечисленные чистильщики. Хлопнет входная дверь, а жена всё будет смотреть застывшим взглядом на строку с его именем…

– Пошли к сотнику, – отогнав тяжёлые мысли, произнёс Угурук. – Посмотрим, чего нам сегодня выпало.

Дождь прошёл ещё позавчера, но расцвеченные жирным пятнами лужи стояли повсюду. Чёрный снег с земли смыло в русло давно пересохшей речки. Теперь там пузырилась плотная упругая масса, которая за неделю перепреет, и от вони даже в бараке без маски не продохнёшь.

Угурук двинулся по мосткам, опасливо поглядывая на разноцветную поверхность луж. На кладбище трое солдат кого-то хоронили. Один то ли хрипло матерился, то ли пел по случаю хорошей погоды.

Здоровый и толстый сотник Грурт уже был на заставе, водил скрюченным пальцем по карте, медленно шевелил губами и прикладывал к уху шайтан-трубу.

– Вот этот квадрат, – сказал он, подняв взгляд на Угурука. – Уже троих потеряли. Выскакивает из-под земли пляшущий огонь… Раз! И… – Грурт хлопнул кулаком по раскрытой ладони.

Угурук молча кивнул. Настроение стало ещё поганей.

– Где-то пещера должна быть. Или трещины, – деловито сказал Хураг. – Магия в них скапливается, а излишки наверх выплёскиваются.

– Просто уберите это, – с отвращением промычал Грурт. – Или у меня солдат даже на караулы не останется.

Угурук ещё раз кивнул и достал из заплечного мешка трос, сплетённый из тонких стальных нитей.

 

Пещеру они нашли почти сразу. Большую пещеру. От мысли, сколько туда могло натечь чёрной магии Угуруку стало не по себе.

– Хреново, – сказал невозмутимый Хураг и шагнул в темноту.

Пещера быстро сузилась до узкого извилистого хода. Никакой чёрной магии здесь не было и это было самым странным – место для неё просто идеальное. Но стены не светились, под ногами не хлюпала ядовитая жижа, даже не воняло. Только на поворотах выступающие углы вроде как закоптились… Потом появился звук. Как будто пьяный комар крутится перед носом, пробуя одну и ту же заунывную ноту на разные лады. Но звук шёл издалека, и от него даже бывалому орку становилось жутко. Живая тварь такого звука не издаст.

Сердце в груди забилось редко и гулко, будто время замедлилось. Надо бы зажечь фонарь, но они шли в темноте. Там, где ход сужался, приходилось прижиматься к скале и ползти. И сразу чувствовалась дрожь, бегущая сквозь камень. Дрожь забиралась во внутренности, лезла вдоль костей и пыталась выдать ту же самую ноту.

За четверть часа они преодолели полмили. Звук превратился в истошный визг, на стенах отразились сполохи пляшущего за поворотом огня. Высветили лежащее поперёк хода тело. Угурук подполз, заглянул в застывшие глаза мертвеца. Осторожно ощупал успевшее окоченеть тело. Никаких повреждений или крови. Не простой смертью умер, успел подумать Угурук. Потом из-за угла плавно выплыла тварь. Её силуэт всё время менялся – сотни голубых и жёлтых языков пламени соединялись и тут же распадались, успевая за мгновение составить несколько замысловатых рисунков. Но жара от огня не было, словно он лишь иллюзия. Тварь непрерывно выла, так пронзительно, аж зубы сводило.

Оглушённый, заворожённый зрелищем, Угурук не сразу понял, что призрак тянется к нему. Хураг сообразил быстрее – бросил заговорённый стальной шнур навстречу призраку. На их счастье, бросок вышел почти идеальным – клинья воткнулись в стены как раз, когда заплетённый в косицу металл прошёл через тело призрака. Вспышка чистейшего белого света ударила в глаза, и тут же от грома заложило уши. Мягкая волна уронила Угурука на острые камни и перевернула несколько раз. Он даже не успел почувствовать боль, словно тело – набитое мхом чучело.

– Всякая магия уходит в землю… – пробился сквозь звон в ушах голос Хурага.

Угурук поднялся. В пещере снова стало темно, и он зажёг фонарь. Второй загорелся в руке Хурага. За поворотом нашлось ещё одно тело. Раскинув руки, лежал орк в тяжёлых доспехах.

– Никогда не видел такого, – шумно выдохнув, сказал Угурук. – Что это за тварь была?

– Понятия не имею. – Хураг тронул ладонью стену. – Сажей покрыта…

– Может, в ваших университетах такие хоть на картинках есть?

Хураг покачал головой.

– Нет. Ничего похожего. Либо оно новое, рождённое Взрывом. Либо вышедшее из таких глубин, которые раньше были недоступны.

«Взрывом, – устало подумал Угурук. – Как всегда, любая гадость рождена Взрывом». Он поднял труп и отнёс к первому мертвецу. Здесь даже камней нет, чтобы хоть как-то похоронить. А вытащить наружу не получится.

Хураг ушёл вперёд, на разведку. Через пять минут возвратился.

– Там ещё одна тварь, – сказал он. – И скорее всего не одна.

Они сели у стены, достали еду и воду.

– С первой нам просто повезло, – жуя, произнёс Угурук. – Мы даже не знаем, чем они опасны.

– Угу, – кивнул Хураг. – Но, если мы вернёмся, придётся идти кому-то менее опытному.

Через два поворота они наткнулись на ещё один танцующий огонь. Хураг бросил трос, но клинья не успели воткнутся в камень. Угурук бросил свой, но увидеть, как попал не успел – взрыв метнул осколки и пыль в лицо, откинул к дальней стене. Потом Хураг стоял на коленях, вытирая глаза, а Угурук долго откашливался.

Третий, и почти сразу четвёртый призраки попались им через сотню шагов. Одного получилось развоплотить уже привычным способом, но другой кинулся в атаку. Хураг попятился, споткнулся и упал на пол. От тела призрака неуловимым движением отделились две длинные руки-плети, взметнулись над Хурагом. Невероятно красивые в каждом движении, голубые, жёлтые и зелёные огоньки потекли в сторону орка, трепеща и переливаясь. Угурук выдернул из сумки мешочек с намагниченным металлическим порошком, во все стороны полетели зацепившиеся инструменты. Порошок тёмным облаком полетел к огненной твари, мелкие точки сложились в замысловатый рисунок и тело призрака искривилось, языки пламени вспыхнули ещё ярче. Что произошло дальше, Угурук не запомнил. Только сильно тряслись руки, и душил кашель от горечи в горле. Рядом лежал Хураг, с удивлённым лицом ощупывал себя. Потом Угурук собрал инструменты, и они снова двинулись в темноту.

Ход закончился неожиданно. Дверь выглядела совсем просто – оббитая листовым железом, гнутым и подпаленным, с массивной оплавившейся ручкой. Угурук потянул её на себя – та оказалась не заперта, медленно поддалась и открыла взгляду заброшенное жилище: стол, лавки, мешки и груды тряпья – всё под толстым слоем пыли.

Они осторожно шагнули внутрь. В противоположной стене зияла тёмная пасть ещё одного коридора, где-то за ним, в полумраке что-то шебуршилось и звякало. Коридор повернул и закончился обширным залом, освещённым лишь в одном углу. Мерцало большое прямоугольное зеркало, и возился рядом сгорбленный, но широкий в плечах орк. На вид ему было лет триста, не меньше. Лицо и руки в густой сетке морщин, жёлтые клыки стёрты почти до самых губ. Но движения, хоть неторопливые, зато уверенные. Старый орк резко повернулся, правой рукой схватил посох. Потом вгляделся в темноту и ухмыльнулся:

– Ну-ну… Дошли и сюда, значит. Не зря я ждал и работал столько лет…

– Кто ты, дедушка? – спросил Угурук. – И как оказался в таком страшном месте?

– Меня зовут Вогор! – объявил старик. – Но не удивлюсь, если вы ни разу не слышали это имя. Слишком долго я жил затворником.

– Долго – это сколько?

Вогор помедлил, что-то подсчитывая.

– А сколько лет прошло после взрыва?

– Почти полтора века, – ответил Хураг.

– Быстро же время летит. – Вогор внимательно посмотрел на пришедших, будто только увидел. – Мои правнуки умерли задолго то того, как ваши деды родились.

– Что же ты делал всё это время, уважаемый Вогор? – спросил Угурук.

– Пойдёмте, покажу, – призывно махнул старик.

Они подошли к большому зеркалу. Впрочем, первого же внимательного взгляда хватило, чтобы понять, что это совсем не зеркало – за стеклом мелькали малопонятные картины, никак не относящиеся к происходящему в зале.

– Оно досталось мне от самого Хозяина. Тот следил через него за всем миром. Но когда гора взорвалась, кончилась сила, питавшая артефакт. Зеркало почернело. Я долго настраивал его, но увидеть, что творится в нашем мире так и не смог. Зато намного большая удача выпала мне. Я увидел другой мир!

Вогор сделал паузу и победно глянул на Угурука и Хурага.

– Совсем другой мир, – продолжил старый орк. – Ничего общего с нашим. Они не знают магии. У них всего одна раса. Люди. Но зато они искусны в строительстве механизмов и многих других вещах. И я задумал научиться их уловкам, а потом тайно, через видения шаманов, передать эти знания племенам орков. Последние сто пятьдесят лет я наблюдал за жизнью с той стороны. О, я многому научился! Такие силы лежат за пределами магии, совершенно неизвестные в нашем мире! И наши враги познают их на себе. С такими могучими воинами, как вы…

– Я вообще-то в университете преподаю, – негромко сказал Хураг.

Старик споткнулся на полуслове. Озадаченно посмотрел на Хурага, презрительно скривился и перевёл взгляд на Угурука.

– А я инженер, очисткой воды занимаюсь, – сказал тот.

Вогор поскрёб пятернёй затылок. Звук вышел – будто тролль о камни чешется.

– Я-то думал – вы лучшие из воинов-шаманов, другим с моей охраной не справиться… Как же вы прошли?

– Любое явление проистекает из неких закономерностей, – монотонно пробубнил Хураг, будто выступая перед учениками. – Любую закономерность можно познать с помощью наблюдений и логики.

– Хитростью, значит, – немного подумав, сказал Вогор. – Ну что, и так можно. В конце концов, секреты, которые я из другого мира выведывал, не только для нового оружия годятся. Вот эти штуки, – старик ткнул пальцем в маску Угурука, потом в балахон, сделанный из непромокаемой ткани, хоть по горло в дерьме стой, чистым останешься. – Эти штуки тоже из того мира. Раньше таких не было.

– После того, как гора взорвалась, пришлось придумать, – сказал Хураг.

– Всё это я вытащил из этой штуки! – Вогор стукнул по зеркалу, и то ответило чистым высоким звуком. – И та крупица знаний, что досталась вам от меня – ничто перед раскрывшимися мне тайнами! Что с вами, орки? Вы что, не понимаете, о чём я говорю? Мы сломаем и людишек, и эльфов, сотрём даже память о них! Разве у вас кровь не бурлит при мысли о мести?

– Наша страна до сих пор в руинах, – сказал Угурук. – Всё что мы делаем – только пытаемся выжить, поколение за поколением.

– Я знаю, – покачал головой Вогор, – непросто вам наверху пришлось. Но они извратили нашу историю, они объявили нас порождениями зла, выведенными Сауроном только для свершения разных мерзостей! Если бы они могли, то извели бы наш род под корень!

– У нас и без войн треть рождённых младенцами умирает. Полстраны – ядовитая пустыня. Мы привыкли. Другой родины у нас не было.

– А я помню. Помню другую страну, до того, как её уничтожили. Большую. Сильную. С могучим народом – нас все боялись. Но мы и сейчас выжили – наша сила с нами осталась. Мы вернёмся и вернём все долги! Перед новым оружием никто не устоит. Больше не надо будет прятаться в отравленных землях – мы заберём себе весь мир.

– Ага. А если он нам не достанется, пусть тогда и все остальные испытают, что выпало нам, – сказал Хураг.

– Вот! – радостно вскрикнул Вогор. – Наконец-то и в твоей голове появились умные мысли! Узнаю настоящего орка!

– Это не мои мысли, – сказал Хураг.

Вогор посмотрел на него непонимающе.

– Думаешь, ты первый такой нам попался? – устало произнёс Хураг.

Угурук сделал шаг за спину Вогора и ударил топориком в затылок старику. Тот дёрнулся, магия ударила из тела в топор мощным потоком, плавя метал. Но Хураг с другой стороны уже достал инструмент, одним движением оказался рядом с Вогором, и поток энергии иссяк, ушёл в землю.

– Много магии накопил, – только и сказал Хураг.

 

Они стащили в зал всю мебель, положили тело старика на верх получившейся неопрятной кучи. Угурук с трудом разбил зеркало на несколько больших осколков, подтащил к будущему костру. Хураг просмотрел старые книги, кинул их туда же. За ними последовал посох Вогора.

Угурук зажёг огонь, тот быстро побежал по сухим доскам. Хураг кинул в пламя старые тряпки – огонь перекинулся на них и побежал дальше по залу, сжирая всё, что может гореть. Орки отошли в коридор, потом дальше. Позади бушевал пожар. Хураг захлопнул оббитую сталью дверь, подпёр камнем.

– Кажется здесь чисто, – сказал он и вытер со лба пот.

 

На поверхности уже занялся день. Со стороны Горгорота ветер снова тащил ядовитые тучи – чадила разбомбленная эльфами Роковая гора. Эльфы правда врали, что это хоббиты туда чего-то обронили, но какой орк эльфу поверит? Шаманы обычно говорят, что длинноухие просто испугались мощи возрождающегося Мордора, скрытно подлетели к горе на гигантских орлах и применили какую-то магию массового поражения. Гора той магии не выдержала, сначала провалилась внутрь, а потом, единым мигом взлетела на воздух, отравив три четверти Мордора.

– Эй! Ну что там? – издалека помахал рукой Грурт. Он осторожно выглядывал из-за скалы.

– Всё чисто! – махнул в ответ Угурук.

Грурт с десятком солдат полез вниз. На всех тяжёлая броня, да ещё нагружены разным военным хламом, поэтому двигались они крайне неловко и бестолково. Один ветеран громко жаловался, что при Сауроне такого не было. Угурук с Хурагом терпеливо ждали.

Грурт выслушал их, повеселел, и принялся докладывать по шайтан-трубе начальству.

– Аномалия, говорю! – выговаривал он старательно. – Остаточная магия… Убрали, убрали. Что? Не слышу!

– Слушай, ты же технику хорошо знаешь? – обратился он к Угуруку. – На какой магии эта шайтан-труба работает? А то половину слов не слышно. Можно починить?

Угурук только пожал плечами.

– Не знаю. Наверное, какой-то старый шаман придумал. Я в таком не силён.

Сотник разочарованно вздохнул и отвернулся. Зычно крикнув, он погнал солдат дальше.

– Давай, давай! Пошевеливайся! Может найдём какую-нибудь древнюю хрень, разбогатеем!

Солдаты недовольно ворчали, но по сторонам зыркали: вдруг и впрямь что-то из Сауроновых богатств завалялось? Здесь же никто со времени взрыва не ходил…

– Что, пошли? – кивнул Хураг вслед солдатам. – Дальше вроде ничего интересного и опасного. На сегодня приключения закончены.

Угурук нашёл силы улыбнуться:

– Хорошо бы ещё и на завтра. А там домой.

– У меня дома внуки – не меньшая напасть, чем здешние монстры, – без улыбки сказал Хураг. – Вот появятся у тебя свои, будешь ещё просится подольше в пустоши остаться.

Угурук засмеялся и погрозил кулаком Горгороту. «Когда-нибудь и до тебя доберёмся, – подумал он».

читателей   276   сегодня 1
276 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 6. Оценка: 3,67 из 5)
Loading ... Loading ...