Что спрятано за облаками

 

Андрей и Петр Геннадьевич сидели в маленьком душном автомобиле и не знали, как поступить. Впрочем, что делать, не знали и остальные десятки и даже сотни людей, застрявшие на дороге, ведущей из города. Машины рычали, прижатые друг к другу, дрожала под ногами и колесами земля, и где-то высоко гудело небо.

— Да уж, — выдохнул Андрей, выглядывая наружу. Выйти и пройтись, чтобы размять затекшие конечности, он не решался.

Он огляделся: почти все сидели в своих автомобилях с лицами, полными то ли страха, то ли досады. Солнце припекало, поднимаясь все выше, и слепило глаза.

— Не похоже, чтоб все в скором времени разрешилось, — заметил Петр Геннадьевич, тоже выглядывая в окно.

—   Все ждут прибытия хоть какой-то помощи. Может, полиции или военных.

— Сидит сотня человек и ждет помощи от солдат, чтобы разобраться с перевернутым дождем!  И что они сделают, сочками да тазиками его ловить будут?

Петр Геннадьевич явно был зол от того, что застрял здесь. Андрей познакомился с ним около часа назад, возле магазина, где покупал продукты для своего маленького путешествия.

— Молодой человек, вы случайно не на Поляну едете?

— Вообще-то туда, как догадались? – Андрей осмотрел говорящего —  среднего роста мужчина лет пятидесяти, с начинающейся сединой и глубокими морщинами на лбу. Одет тот был скромно,  как-то бедно, да и на вид был грубоват.

-Я из деревни в пятистах километрах отсюда. Приехал посмотреть на Поляну, да деньги закончились раньше времени. Не хватает на дорогу. Подвезешь?

Не хотелось Андрею ехать  вместе с кем-то, а тем более с  незнакомым человеком.

— Да у меня машина маленькая. Будет душно, и трясет сильно.

— Нормальная у тебя машина, — мужчина будто и не заметил, с какой неохотой ему ответили. – Ты не беспокойся, еда и вода у меня есть. Буду сидеть, тебе не мешая. Мне бы только добраться. Если хочешь, паспорт покажу, — он полез в огромную сумку, висевшую за спиной. – Вот.

Андрей заглянул в открытый документ. Комаров Петр Геннадьевич, год рождения и фото. Человек на фотографии смотрел исподлобья, как недоверчивый пес, человек напротив смотрел с мольбой в глазах. Говорил он нагло и грубовато, но по лицу нет-нет и пробегало  что-то неуловимо грустное.

— Ладно, садитесь. Андрей.

— Петр Геннадьевич, — улыбнулся мужчина, пожимая протянутую руку.

Пока они заправлялись и выезжали из города, попутчик Андрея молчал, неотрывно смотря в окно. Мимо проносились обладатели более быстрых и новых машин, заставляя Андрея невольно завидовать. Густо наставленные дома постепенно разбегались друг от друга, необремененные городом, все больше становилось зелени и неба.

Впереди показались застопорившиеся машины.

— А это что такое?

Андрей остановился, за ним притормозило еще четыре машины. Все высунули головы, всматриваясь далеко вперед. Там один за одним поднимались ввысь столбы из водных капель. Остатки вчерашнего дождя покидали лужи и, сверкая на солнце, стремились к небу, которое жадно глотало воду, пролитую день назад.

— Ох!  — Петр Геннадьевич подскочил, заметив, как задрожала лужа справа от них. По ее поверхности пошли круги, сначала крупные, затем мелкие, и из них стали подниматься капли. Одна, вторая, третья, все быстрей и чаще, как разошедшийся дождь.

— Видел когда-нибудь подобное? – спросил Петр Геннадьевич, завороженно смотря, как водная колонна достигает облаков.

— Нет. Даже не слышал о таком, а ведь все странное сразу же обсуждают в интернете.

— Все странное обсуждают,  — повторил попутчик Андрея, уходя мыслями куда-то глубоко в себя.

Около часа они стояли в создавшемся заторе, так как водные колонны не исчезали, а где-то в самом начале лужи были столь огромные, что перевернутый дождь поднимался сплошной стеной, сквозь которую никто не решался проехать. Позади их маленькой машины скопилось тоже немало желающих увидеть Поляну.

— И никто не хочет пройти сквозь столбы эти, а ведь можно через лес проехать, вон сколько дорог отходит.

— И на каждой огромные лужи, — ответил Андрей, разглядывая верхушки деревьев, сквозь которые виднелись все те же колонны.  – Я вот боюсь, что если пройду сквозь, то заражусь каким-нибудь магическим проклятием. От каждого такого явления последствия одно чуднее другого. Я слышал, что в Рио-де –Жанейро люди, попавшие под эти странные извивающиеся  солнечные лучи теперь светятся в темноте. Это в какой-то степени даже полезный навык, лучше, чем встреча с ангелами или электрическим змеем.

Однако Петр Геннадьевич не отвечал, смотрел за окно каким-то упертым взглядом, словно кому-то что-то доказывал.

— Света, нет! Отойди!

Все вдруг закрутилось, зашевелилось и закричало. Пооткрывались двери, заголосили люди. Андрей увидел маленькую девочку, мочащую руки в магическом водном столбе. Ее мать с ужасом в глазах оттащила ребенка и начала вытирать маленькие ручки своей юбкой.

— Недосмотрела, — цыкнул Петр Геннадьевич, тоже наблюдая за происходящим. – Дура.

Вокруг матери с ребенком скопилось немало людей, все сопереживали,  что-то советовали, но большей частью гадали, что теперь будет с девочкой. Придется ли ей всю жизнь мочить руки или же, например, выслеживать дождь, чтобы прогуляться под ним. Проклятия, приходившие вслед за странными магическими явлениями, порой обескураживали и заставляли недоумевать. Наверное, в них была какая-то своя, особенная, логика.

— Она же не специально, — заступился за женщину Андрей. Тон, с каким его попутчик обругал мать Светы, ему не понравился. У человека беда, нельзя же так говорить. Он снова всмотрелся в толпу.

— Не пытайся что-либо рассмотреть, эффект появляется не сразу, — Андрей вздрогнул и залился краской, как нашкодивший ребенок, которого поймали за руку. Он взглянул на Петра Геннадьевича, но тот уже снова разглядывал лес за окном.

— Есть другая дорога к Поляне?

— Есть, но там дольше ехать.

— Уж быстрее, чем здесь. Можно вот по этой дорожке объехать затор, что сзади.

Андрей посмотрел туда, куда показал Петр Геннадьевич. Дорожка была старая, покрытая травой, но дождевых колонн с нее не поднималось.

— Может, все-таки подождем? – Андрей не был уверен, что они выедут куда надо и при этом не наткнуться на что-то магическое.

— Как хочешь.

Толпа стала расходиться, мать несла плачущую девочку к машине, малышка ничего не понимала, но чувствовала, что сделала что-то очень нехорошее, по крайней мере, так она могла подумать, посмотрев на потемневшее лицо матери.

Не прошло и десяти минут, как снова началось обеспокоенное движение. Оно нарастало с каждым мгновением, машины начинали двигаться, но шли в обратном направлении, испугавшись чего-то впереди.

— Военные. Вот и дождались!

Андрею стало казаться, что Петр Геннадьевич очень желчный человек сам по себе, с таким мрачным торжеством он смаковал все события.

Впереди сквозь почти исчезнувшую водяную стену показались военные машины. Солдаты обходили лужи и гнали людей назад.

— Дальнейшее передвижение по дороге запрещено! Дорога закрыта! Возвращайтесь!

Из громкоговорителей неприятный мужской голос повторял и повторял о запрете. Машины спереди стали подминать нерасторопных сзади.

— Сворачивай на лесную дорогу! – скомандовал Петр Геннадьевич, и Андрею не осталось иного выхода, как послушаться. Сзади еще не успевали отъехать, а спереди слишком нажимали. Без остановки гудели клаксоны, начинали кричать люди, опасаясь, что вот-вот дождевой навес исчезнет, и гнать их будут не только солдаты, но и военные машины.

Андрей резко съехал с дороги, машину сразу закачало и затрясло.

— Черт!

За ними незамедлительно последовали другие, уверенные в том, что раз едут одни, то тут есть выход.  Трясясь и покачиваясь, они проехали несколько развилок, Петр Геннадьевич уверенно давал указания, куда сворачивать. Если бы не он, то Андрей бы наверняка потерялся. Через некоторое время они выехали на оживленную автостраду, машины проносились по ней с большой скоростью, но уже не сворачивали к дороге, ведущей за город, видимо, новости о ее закрытии распространились быстро.

— Езжай в обход, — скомандовал Петр Геннадьевич.

— Уж так ли нам надо на эту Поляну? – пробубнил Андрей, но повиновался. Был бы он один, то уже давно бросил затею посмотреть миграцию ангелов, но теперь ему никак не хотелось, чтобы его попутчик подумал о нем что-то не так, например, что он трус, которого легко напугать правительственными запретами. В конце концов, люди имели право смотреть на то, что показывало им небо, даже если это часто было опасно.

Поток становился гуще. По второй дороге ехало немало желающих увидеть небо с Поляны, часть из них наверняка так же свернула с первой огороженной магистрали.

— Думаете, здесь нам дадут проехать?

— Нет, конечно, — даже не задумываясь ответил Петр Геннадьевич.  – Где-нибудь нам надо свернуть и ехать огородами. Потом все равно придется машину оставить и идти пешком.

— Чего это?

— Если там огораживают военные, значит, огораживают везде. Скорей всего, опасаются.

— Думаете, боятся, что народу будет много?

— Поляна – это целая равнина, людей влезет много, хоть концерты давай. Боятся, что фанатики взрываться начнут.

— Хм, скорей всего, — Андрей задумался. А ведь в последнее время все чаще в новостях упоминались религиозные группы, не принимающие происходящее в мире. Им не нравилось, что люди назвали самое невероятное явление, что происходило за последние годы, миграцией ангелов. Им не нравилось, что использовалось слово – ангелы, — по их мнению, это больше были демоны, создания проклятые и проклинающие. Но вот почему они были так уверены, что ангелы – это именно люди с крыльями за спиной? Почему они не могли быть теми существами, что появились из-за облаков?

Андрей посмотрел на своего попутчика, а зачем тот едет на Поляну? На простого любопытного человека он не похож, чрезмерно религиозным тоже не выглядел. Исследователь? Ученый? Писатель?

— Можно вопрос?

— Какой?

«Зачем вы едете на Поляну?» — подумал, но не спросил Андрей. Лицо у Петра Геннадьевича был столь угрюмым и недружелюбным, будто он читал мысли Андрея и был ими недоволен.

— Что вы думаете про все эти магические штуки, то происходят в мире? –  Андрей произнес первое, что пришло в голову.

— Хмм.

Петр Геннадьевич повернулся к окну и замолчал. То ли он не хотел отвечать, то ли обдумывал ответ, но тянулась тишина довольно долго, поэтому Андрей решил рассказать про себя.

— Я вот, например, сначала даже не поверил. Когда это случилось-то, три года назад? По новостям показывали Сеул и говорили, что во время грозы на город обрушился электрический змей. Упал с небес вместе с молниями и кусал здания. Даже видео показали, правда, размазанное, все-таки вблизи эти штуки снять не удается, — Андрей вспомнил, как сидел на кухне, а перед глазами замелькали кадры какого-то фантастического фильма. Черное небо, высотки, в которые слишком часто били молнии. После трех ударов подряд, когда стены здания словно бы побелели и расплавились, небо порвалось, выпуская наружу нечто огромное и светящееся. Сначала показалось, что это чересчур мощная молния, но вела она себя неправильно – извивалась, и в каждом ее изгибе читалось какое-то неимоверное желание жить. А потом это существо раскрыло пасть, и даже у себя на кухне, в тысячах километрах от Сеула, Андрей почувствовал, как загустел и задрожал воздух от рева электрического зверя.

—  Говорят, что у них какое-то особое излучение, которое перебивает все наши частоты и волны. Не снять, не фотографию нормальную сделать, но вот проклятие подхватить – на раз. Теперь очень много корейцев током бьются и технику заряжать могут прикосновением. Удобно с такими в поход ходить, сел телефон – дал ему в руки, через десять минут батарея полная и живая.

— Хмм.

— После этого магические существа появлялись по всему миру, и все приходили с небес. Как думаете, в нашем небо что-то такое завелось? Может, даже не из нашего мира?

— Нет, не думаю. Скорей, просто небо решило показать нам то, что прятало все это время за облаками.

А ведь интересная идея, решил Андрей.  Вполне возможно, что это все жило в мире вместе с людьми, но в последние годы решило показаться. Знать бы только, почему?

Движение стало замедляться.

— Сворачивай вон там, — Петр Геннадьевич показал на дорогу, усыпанную мелкими камнями, ведущую к невысоким горам, виднеющимся на горизонте.

Андрей послушно свернул, думая  о том, что понятия не имеет, куда они приедут.

Солнце вовсю пекло, в салоне было жарко, несмотря на то, что все окна были полностью открыты. Огромные кучевые облака медленно проплывали по небу, а от синевы начинала кружиться голова. Иногда по кустарникам  и траве пробегал ветер, деревьев было все меньше, а далекие, затянутые призрачной дымкой горы становились ближе и ощутимей.

За ними следовало несколько машин, пытающихся скрыться от военных заграждений. Только  Андрей подозревал, что раз поставили запрет на въезд, то перегорожено практически все.

По каменистой дороге доехали до небольшого села. В беспорядке из густой зелени огородов торчали старые покосившиеся домики. Навстречу им, размахивая руками, выбежал мальчишка.

— Стой! Стой!

— Чего тебе? – спросил, останавливаясь, Андрей. Машины сзади так же остановились, из окон появились головы.

— Вы на Поляну едете?

— Да

— Там огорожено все, машины не пускают и людей отлавливают. Говорят, что террористы обещали прийти и взорвать всех.

— А где точно стоят военные? – крикнул из задней машины какой-то парень, по виду не очень дружелюбно настроенный.

— Вон там проезжали с утра, — мальчик махнул рукой в сторону,  намного левей от лесопосадок.

— Только проезжали? Не останавливались?

— Только проезжали, — мальчик сконфузился,  — но папа говорит, что на машинах туда лучше не ехать, сразу поймают и отправят назад.

— Пф, — только и фыркнул молодой человек, после завел машину и поехал дальше. За ним тронулись и остальные.

— А мы поедем? – неуверенно спросил Андрей. Незаметно для себя он стал во всем полагаться на своего попутчика.

— А сами пешком идете? – спросил Петр Геннадьевич у парнишки.

— Конечно! Ночью пойдем через лесопосадки, мы их хорошо знаем. К утру как раз придем на Поляну.

— Папа твой не против будет, если мы с вами?

— Неа, тут уже несколько человек с нами идут. Тоже на машине ехали. Мы машину за домом поставили, там и вам места хватит.

Так  и сделали, поставили машин за дом и отдохнули в гостях у этого дружелюбного мальчишки и его родителей. Андрей с интересом рассматривал людей, что пришли сюда до них, это была набожная немолодая пара и их подруга. Все скромные, добрые и слишком отзывчивые, пугающие своей искренностью и прямотой. Как будто с неприкрытой душой, смотрели прямо в глаза и сияли, как, наверное, и должны сиять праведники.

— Мы молиться идем, — говорила Вера Алексеевна, подруга пожилой пары,  когда они покидали деревню.

Вокруг было тихо, только полаивали сонные собаки и кудахтали куры. Все жители деревни ушли на Поляну заранее, чтобы занять места получше.  Только их провожатые задержались из-за хозяйства, чему остальные были рады.

Над головами перемигивались миллиарды звезд, ночная прохлада приятно щекотала кожу после дневной духоты, пахло свежестью и травами.

— Думаете, ангелам можно молиться? – ехидно спросил отец мальчика, он хоть и принял радушно гостей, но и подшучивал над ними непрестанно.

— Думаем, что можно, — Вера Алексеевна лишь улыбнулась.  В лунном свете да тенях высоких тонких деревьев, сквозь которые они шли, лицо праведницы казалось Андрею не менее мистическим, чем и все остальное, происходящее в мире.

— Они ведь не такие, как в священных книгах? И не дают благословений. Зачем им молиться?

— А почему они должны быть такими, как люди себе надумали? Они пришли из облаков и идут сквозь них, огибая всю Землю, они видят нас, понимают нас. Если помолиться, то обязательно найдешь благословение.

Андрей завороженно слушал женщину. А ведь кроме фанатиков, которые не верили, что ангелы — божьи посланники, были и те, кто искал в них бога. Интересно, какие еще люди стремились на Поляну? Что они хотели увидеть, понять, почувствовать? Во что они верили и о чем мечтали? Андрей посмотрел на Петра Геннадьевича, тот молчал всю дорогу, погруженный в свои мысли.

Подождав, пока остальные отойдут чуть вперед, Андрей решился.

— А вы, Петр Геннадьевич, зачем так рветесь на Поляну? Я вот из простого любопытства. Сколько бы раз не смотрел видео с миграцией, не мог до конца все осознать. Слишком все размазано и нечетко, после таких видео и фотографий нет чувства удовлетворенности.

Петр Геннадьевич недобро взглянул на Андрея, что у того невольно все сжалось, но ответил:

— Я сына потерял.

— …соболезную. Простите,  — только и смог выдавить из себя Андрей. Как оно бывает. Видимо, Петр Геннадьевич тоже шел молиться, вот только не за себя, а за близкого человека. Стало немного стыдно, и Андрей поспешно догнал проводников, которые активно обсуждали проклятия.

— Я вот хочу получить какую-нибудь суперспособность, — мальчишка активно махал руками и прыгал, представляя, чем его может наделить разглядывание ангелов.

— Что, думаешь, научишься летать? – поддразнил его Андрей.

— А почему бы и нет? Столько людей стали уметь делать всякие штуки, я тоже хочу! – мальчик неловко прыгнул и упал, рассмешив остальных.

— Люди были прокляты. Должны гнаться за молниями, принимать на себя удары огромной мощности, чтобы выжить, не могут обнять тех, кого любят, следуют неотрывно за тем, что хотели увидеть лишь однажды. Стоят ли твои маленькие способности таких проклятий? – Петр Геннадьевич поднял мальчишку, и если бы не темнота, Андрей был уверен, что увидел бы как, залилось краснотой лицо мальчика.

После тихого, но меткого замечания, все притихли. Все-таки Петр Геннадьевич был тяжелым человеком, не подстраивающимся под других.

Некоторое время шли молча, пока не дошли до сопок, цепочкой раскинувшихся перед ними.

— Несколько сопок пройдем и уже там! – и отец мальчика первым пошел наверх.

Поднимались медленно, так как многим требовалось время от времени отдыхать. Да и Андрей был довольно уставшим, чтобы брать высоты быстро и уверенно. Стало совсем темно, и они включили фонарики.  И как будто по велению огоньки загорелись отовсюду – недалеко впереди от них, позади, с соседних сопок, вереницы людей следовали друг за другом, освещая сгустившуюся ночь.

— Как красиво, — выдохнула Вера Алексеевна, выражая все то, что наверняка ощущали все остальные.

Они одолели одну сопку и поднялись на вторую, после которой должна была начаться Поляна, когда все задрожало и завертелось. Тишину прорвали громкие хлопающие звуки, затем все окрасилось в красный цвет, закричали люди, кто-то протяжно заплакал. Огоньки исчезли, но в них больше не было нужды, лес на сопках горел и визжал, и всполохи огня от новых взрывов устремлялись  к небу.

— Беги, дурень! – Петр Геннадьевич потащил ошарашенного Андрея за собой.  Молодой человек не мог понять, что происходит, все вертелось перед глазами. Мимо пробегали люди, некоторые были перемазаны кровью, кто-то сидел, качаясь, на земле, обхватив себя руками. Лес горел и ненавидел людей, побеспокоивших его, он кидался искрами и жаркими руками хлестал всех, до кого мог дотянуться. Откуда-то слышались выстрелы, покой неба нарушили вертолеты с яркими прожекторами, гул от них рвал уши, а воздух прибивал к земле. Андрей закашлялся, упал, споткнувшись. Поднимаясь, увидел Веру Алексеевну широко раскрытыми глазами смотрящую на верх сопки, там темные неясные фигуры что-то кричали и кидали вниз предметы, взрывающиеся и калечащие. За ними появились другие, похожие на солдат, они гнали первых, наставляли на них оружие, и Андрей не мог понять, слышал он выстрелы или ему только казалось.

Петр Геннадьевич резко поднял его на ноги и снова потащил за собой.  Они петляли, прятались, тащили в укрытие испуганных людей и снова куда-то бежали, от усталости немели ноги, а грудь стянуло в непрекращающемся спазме.

Когда все затихло? Когда небо стало светлым, прошитым  тонкими розовыми нитями? Андрей уже ничего не понимал. Он устало брел за Петром Геннадьевичем и несколькими мужчинами, которых не помнил. Недалеко проезжали военные, они скользили по измученным искателям приключений равнодушным взглядом и уезжали вперед, исчезая в предрассветном тумане.

Было пугающе тихо.

— Не думал, что все так обернется, — сказал Андрей, когда они наконец дошли до Поляны – длинной открытой равнины меж гор и сопок. Он упал на мокрую траву и сразу же уснул, и снились ему облака и кристально голубое небо. Он летел, широко раскинув руки, и рассматривал земли внизу. Серые, погоревшие, израненные, и не было у него желания спускаться вниз.

— Эй, проснись, вставай!

Андрея грубо трясли за плечо. Он с трудом разлепил глаза и тут же зажмурился. Яркое солнце слепило, воздух приятно нагрелся, и дышалось не так тяжело, как накануне. Протерев глаза, Андрей осмотрелся. На Поляне стояли, сидели, лежали тысячи людей. Все завороженно смотрели наверх, тянули к небу руки и смеялись.

— Смотри! – Петр Геннадьевич скривил губы в подобии улыбки и уставился наверх.

Андрей посмотрел на небо. Сквозь пушистые облака просвечивала голубизна, холодная и беспристрастная. Некоторое время ничего не происходило, а потом раздался гул. Тот самый, который Андрей хотел услышать своими ушами, не испорченный многочисленными видео.

Гул нарастал  и сменился протяжным многоголосным криком. Казалось, что перекрикиваются десятки китов. В облаках появились ангелы.

Полупрозрачные гигантские существа, с большими полукруглыми крыльями, с длинными острыми хвостами. На их гладких головах не было глаз, не было рта, и непонятно было, как они видят, как слышат и как разговаривают между собой, но их разговоры сейчас слышали все, завороженно смотрящие наверх.

Один за другим они прорывали облака, кружились, образуя за собой хвост из облачных завихрений, петляли и словно бы пели. И сразу становилось покойно, солнечно на душе. Ангелы летели, заняв собой большую часть неба, летели куда-то дальше, к новым людям, которые захотят их увидеть. Уже третий год они огибали планету, и каждый раз по новому маршруту, не останавливаясь и не исчезая. Однако никто не мог их заснять и отследить из-за помех, что они создавали.

Андрей с удовольствием провожал ангелов взглядом, понимая, что все приключения стоили того, чтобы их увидеть. Вдруг по Поляне раздался общий удивленный возглас, а Петр Геннадьевич подскочил, жадно всматриваясь в небо. Андрей видел, как сжались у него кулаки, как сморщился лоб и заслезились глаза. Следом за ангелами летели самолеты. Проклятые.

И тут Андрей понял, почему Петр Геннадьевич так стремился сюда. Он не молиться хотел, а попрощаться. Летчики со всего мира, близко подошедшие к ангелам и следовавшие за ними некоторое время, чтобы отследить или заснять, больше и минуты не могли прожить вдали от них. Как  завороженные, они следовали за длинной вереницей небесных жителей, пока не кончалось топливо или пока сами не умирали от обезвоживания. Поначалу правительство пыталось помочь им, подвозило топливо и еду, но беспилотники не могли подобраться близко, теряя управление, а живые люди сами становились проклятыми.

— Ваш сын, он там? – осторожно спросил Андрей, чувствуя комок в горле.

Петр Геннадьевич плакал, не сводя глаз с неба, где десятки самолетов зачарованно следовали за ангелами. Маленькие и смешные на фоне полупрозрачных гигантов, но такие родные.

Андрей  вздохнул. Мир  был полон удивительных и ужасных  противоречий. Благословлял и  проклинал  одновременно. Все,  что  показало  им  небо,  притягивало  и пугало,  заставляло совершать  немыслимые  поступки. А сколько всего  еще  спрятано там, за облаками.

читателей   230   сегодня 1
230 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 5. Оценка: 2,80 из 5)
Loading ... Loading ...