КОЛЫБЕЛЬНЫЙ КОТ

 

Вы верите в сказки?.. Ну и правильно делаете.

А вот я, к примеру, этот вопрос перед собой не ставлю принципиально. Ибо как можно верить или не верить в то, что сам же и создаёшь? Нет, я не писатель, не художник-мультипликатор и даже не избирающийся в парламент политик.

Я – кот. Простой кот.

Ну ладно, пусть не совсем простой. А если совсем уж честно – то и вовсе уникальный. Скажете, тщеславно звучит? И будете правы. Мы, кошки и коты, вообще генетически лишены такого качества как скромность. Хотя, если нам самим надо, то мы можем успешно это скрывать. Но зачем, скажите на милость, скромничать, если мне – и это документальный факт! – посвятил аж целых четыре строчки гениальнейший человек, солнце русской поэзии?! Ну вы наверняка поняли, кого я имею в виду. И, быть может, уже догадались, кто я такой на самом деле. А если нет… Что ж, мне жаль. Вряд ли мы в этом случае друг другу понравимся.

Что ж ещё рассказать о себе, пока у нас с вами есть свободная минутка?

Как зовут и сколько лет?

На белом свете я живу очень долго. Сколько точно, врать не буду, потому что дневников не веду, да и с арифметикой у меня, как почти у любого словесника, не очень. Имён у меня много, одно из них даже созвучно имени легендарного сказителя. С которым, как полагают некоторые учёные мужи, мы вообще являемся одним и тем же вымышленным лицом. А вот это уже чистой воды враньё, потому что как я могу быть чьим-то лицом, если у меня – морда? И вообще я – настоящий, а не мифический… Извините, увлёкся. Так сказать, следствие профессиональной деформации.

Итак, имён у меня много, поэтому могу откликнуться вообще на любое. Если оно мне, конечно, понравится. Можете даже Барсиком назвать, но тогда и к себе особого уважения не ждите.

Как я отношусь к детям?

Вы лучше об этом у дворовых котов спросите. И у большинства домашних. Они вам такого про этих мелких понарасскажут! А что до меня, то у меня с детьми отношения сложные. Когда-то, давным-давно, ещё во времена моей молодости, когда не то что Интернета, а даже велосипеда ещё не изобрели… Впрочем, кто старое помянет… И вообще, есть такое выражение: «за истечением срока давности обвинение снять». Давайте лучше поближе к современности.

Современных же детей я не слишком жалую. Сказки они не слушают, в волшебство не верят. Подавай им, понимаешь, всяких заморских супер-пупер-героев в нелепой одежде. А ещё – компьютер. А в нём, между прочим, ничего хорошего. Особенно сейчас, когда мониторы стали тонкими и плоскими. Это я вам с точки зрения кота говорю.

Какой я породы?

Какой-то, право, обидный вопрос. Вы же, люди, обижаетесь, когда вас делят на европейцев, африканцев, азиатов? Тогда почему считаете, что британцы лучше персов? Или тайцы лучше египтян? Мы – просто кошки, и не надо нам тут ваших псевдонаучных расовых теорий. Вернее, это они – просто кошки. А я – уникальный.

Ну а если по существу, то я могу выглядеть как угодно. Вот захотелось сегодня быть сибиряком, и буду. Назавтра перехотел – назло всем стал сиамцем. Про цвет шерсти и глаз я вообще молчу. Это мне как чихнуть. А что? Женщинам, значит, можно, а котам нельзя? Где справедливость?

Кстати, о женщинах. Смотрите, видите вон ту? Да не эту, которая сейчас в джип садится, про неё мне сегодня говорить неохота, даже не упрашивайте. А вон ту, что по дорожке вдоль дома идёт, с полным пакетом продуктов из гипермаркета. Да-да, ту, которая только что нечаянно в лужу наступила. Воды теперь в сапоге…

Вот о ней я вам сегодня и расскажу. Только, чур, не перебивать, ладно?

***

В этот двор – один из многих в тихом спальном районе – девушка переехала не так давно. Перед этим она отучилась в институте, получив нравившуюся ей раньше, но, увы, не слишком хорошо оплачиваемую в наши дни профессию. Теперь же, как начирикали мне болтливые воробьи, она упрямо грызла гранит второго высшего. Разумеется, заочно, зарабатывая на учёбу не самым престижным, но зато морально тяжёлым трудом, опять же, не связанным с первой специальностью.

Спрашивается, зачем так над собой издеваться? Одним словом – человек.

Живущая в подвале мышка, одна из немногих на весь многоквартирный дом, которой пару раз случилось пробежаться по её жилищу, рассказала, что девушка живёт одна, ни с кем не встречается, всё свободное время проводит в Сети, а по ночам иногда тихо плачет в подушку.

Я наблюдал за ней уже несколько дней и пришёл к выводу, что девушка эта – человек в высшей степени замечательный, добрый, а вдобавок ещё и талантливый. Стихи, которые точно пчёлки роились в её голове, мне очень даже нравились. Жаль только, что она стеснялась их записать на бумажку или в электронный блокнот. А может быть, девушка просто ленилась поймать прыгающие строчки, выстроить их и как следует причесать. По крайней мере, мытьём посуды она иногда пренебрегала, даже если для этого были и силы, и время. Это мне уже одна любопытная сорока натрещала.

Но ведь так же нельзя! Пусть ты даже одна живёшь, но ведь для самой себя тоже нужно уют создавать и поддерживать. Иначе так и вовсе опуститься можно. И руки опустить – тоже.

С каждым днём девушка становилась всё более и более грустной. Всякий раз в её взгляде я замечал всё меньше надежды, и всё больше глухой тоски и усталости. И сегодня я решил, что без моего попечения ей уже не обойтись, и начал действовать.

Подгадал момент, когда хорошее в честь солнечного весеннего дня настроение омрачится маленькой неприятностью в виде угодившего в лужу сапога, и сочувственно мяукнул.

Девушка расправила нахмурившиеся было от досады пушистые брови.

— Ой, ты так мявкаешь, как будто всё понимаешь.

А ведь догадливая! Не зря я на неё глаз положил.

Я довольно сощурился и коротко, покровительственным тоном мурлыкнул.

— Считаешь, что всё это мелочи жизни? – усмехнулась она, наверняка сама чувствуя, как постепенно возвращается хорошее расположение духа.

Бабульки на соседней скамейке смотрели на девушку с некоторой настороженностью. С котом же разговаривает! Чокнулась, что ли? Да вы себя в младые годы вспомните! Кто из вас с нами, котами, не беседовал?

Я же философски зевнул и зажмурился, продолжая негромко урчать в знак того, что готов и дальше поддерживать диалог.

— Слушай, а пойдёшь ко мне жить? Раз уж мы с тобой так хорошо друг друга понимаем.

Ну, это смотря, как позовёшь. Я демонстративно привстал и, подойдя к пакету, вежливо его обнюхал.

— Намёк понял! – рассмеялась девушка и стала рыться в покупках.

А вот надо ли говорить о себе в мужском роде? Впрочем, это мы потом исправим, если не всё ещё запущено. А пока… Ну вот что ты возишься? Что копаешься? Пакет с мойвой у тебя возле бутылки с подсолнечным маслом, под батоном… Ага, наконец-то!

Благодарно мяркнув, я начал чинно-благородно, без всякой спешки расправляться с угощением. А закончив, галантно потёрся о второй, неподмоченный сапог и с гордо поднятым, точно штандарт победителя, хвостом неторопливо направился к подъезду.

Как вы поняли, приглашение было одобрено и принято. Не потребовалось дополнительных объяснений и моей новой хозяйке.

Квартирка у неё оказалась достаточно просторная, даром что однокомнатная. Но, мать моя, народная мудрость, какой же она была запущенной! Нет, не в плане грязи, конечно, хотя и идеально чистой её тоже нельзя было назвать. Дело было, так сказать, в эмоциональной картине. Тоска, грусть, безнадёга, жалость к себе и неуверенность в своих силах цвели здесь махровым цветом.

Пришлось как следует потереться мордой обо все углы, поскакать по шкафам, попутно вытирая с них слежавшуюся пыль и даже взобраться на ковёр на стене в погоне за завистью к подружке по институту. Неплохо было бы ещё сбросить с люстры подростковые комплексы, но эту задачу я решил оставить на потом, когда хозяйки не будет дома.

В завершении знакомства с жилплощадью я остановился возле туалета, царапнув лапой дверь. Это был знак того, что я – существо цивилизованное и готов вести себя соответственно. Мне тут же были предоставлены старая коробка из-под обуви и кипа прошлогодних рекламных проспектов. Ещё раз отметив похвальную сметливость девушки, я от души понадеялся, что у неё хватит денег купить мне приличный лоток, пусть даже без наполнителя. В противном случае мне пришлось бы пользоваться унитазом. А это уже откровенная демонстрация интеллектуального превосходства над немалым числом представителей человеческого населения.

 

***

Зажили мы с ней, честно скажу, душа в душу. Без всяких взаимных притираний друг к дружке, без унизительных попыток отвести мне строго определённое спальное место, без диверсий ей в домашние тапочки и всего прочего, что сплошь и рядом случается у других котов и хозяек.

Когда она приходила с работы, я требовательно выспрашивал её о том, как прошёл день. Разумеется, на кошачьем, чтобы, как говорят, не палить контору. Но она всё равно понимала меня и честно обо всём рассказывала. Иногда, если она чересчур уж задерживалась у одной из немногочисленных подружек, я её ругал. Но больше для проформы, потому что понимал, насколько важным для человека является межличностное общение. Порой мы спорили о том, что приготовить на ужин, периодически вежливо уступая друг другу. Но в целом наши вкусы совпадали, ибо глупыми диетами и вегетарианством хозяйка не страдала.

Благодаря моим стараниям, девушка стала более спокойной и уравновешенной, принялась чаще напевать, когда занималась хозяйственными делами и даже – вы только представьте! – заново начала пользоваться косметикой.

Иногда, впрочем, у неё случались рецидивы. В те дни, когда она морально себя накручивала из-за пустяков на работе или в транспорте. Я же там за ней присматривать не могу, ведь она меня с собой не берёт и в автобусах не катает. В такие вечера она порывалась сесть к компьютеру и написать на своей страничке в соцсети что-нибудь псевдофилософское с депрессивным оттенком. Тогда мне приходилось плюхаться пузом на руки или даже на клавиатуру и негодующе мурчать, а если порывалась ссаживать – то и слегка кусаться.

Постепенно удалось изжить и эту беду. Вместо этого я приучил девушку снимать меня цифровую камеру – иногда в парадном виде, но чаще в быту – и выкладывать фотографии всё в тот же Интернет с весёлыми комментариями. А что? И ей польза в виде освоения фотоискусства, и мне чешущая самомнение популярность. «Лайки» к некоторым, особо удачным фоткам мы даже считали вместе.

Но это всё были приятные, или не очень, житейские мелочи. Моя основная специализация – это всё-таки сказки. А в них моя хозяйка, увы, давно уже не верила. И в этом была основная проблема.

Нет, то, что она не верила в круглый кусок ожившего теста, вставшего на путь бродяжничества с закономерным исходом, или в петуха, обратившего в бегство позарившуюся на заячий домик лису – это нормально. Всё-таки не ребёнок. Но вот вера в чудо, которое может случиться с тобой в любую минуту, это, согласитесь, совсем другое дело. Без этого человеку, особенно в нашем современном мире, никак нельзя. Утратишь эту веру – и сам не заметишь, как станешь безликим винтиком на работе, пожирателем телевизионного фаст-фуда или придатком к собственному компьютеру. А иногда и всем этим вместе.

Поэтому самое главное для меня начиналось, когда девушка гасила свет и ложилась спать. Тогда я приходил к ней, устраивался в ногах или на животе и, стоило лишь ей начать проваливаться в сон, начинал рассказывать ей сказки.

 

Спрашиваете, как?

Но я же просил не перебивать! Ну ладно, ладно. Только вам, и то по большому секрету. Другим про это – ни-ни, договорились?

Когда к девушке приходил сон, я ловко когтил его и начинал легонько уминать подушками лап, превращая в то, что мне сегодня хотелось ей показать. Чаще всего это была всё та же окружающая её реальность, но сделанная мною чище, лучше и привлекательнее. Порой я позволял себе добавить лёгкой, ни в коем случае не пугающей мистики. Иногда, если настроение у меня было излишне шаловливым, приправлял сон всякими любовными штучками, но опять же – лишь в меру. Порой позволял девушке вернуться в детство, чтобы увидеть давно позабытых друзей и беззаботно поиграть с ними.

А один раз я так увлекался, что сварганил полноценное фэнтези с волшебством, принцами и головокружительными приключениями. Но, смею уверить, безо всякой, модной ныне у некоторых мрачнятины. Хотя её я тоже стряпать умею, будьте покойны. Вот только попробуйте снова меня отвлечь, и тогда я вам такую сказочку намурлычу!

Впрочем, ладно, вернусь к моей хозяйке. От которой я, впрочем, пока что и не уходил. А ведь уйти-то придётся. Я ж не навек собрался у неё поселиться. Сами, небось, не маленькие, должны понимать.

 

Так вот, плоды моих трудов не заставили себя долго ждать и даже превзошли самые смелые ожидания. Девушка не просто начала заново верить в сказки, пусть даже и сама того не понимая. Она принялась их творить! Почти совсем как я. Реальность, конечно, они изменить не могли, но ведь и хозяйка – это не её кот, согласитесь.

Всё началось со стихов, которые девушка вновь начала писать. И пришёл момент, когда ей впервые захотелось ими поделиться, и это я заслуженно счёл своим личным достижением. Извилистые тропинки Интернета, перед которыми померк бы и дремучий лес разными с бабами-ягами, привели её на какой-то литературный форум. Там она начала общаться с разными, порой весьма своеобразными личностями, и постепенно, сама того не заметив, от обсуждений чужого творчества перешла к собственному. Сперва стихи, затем – попытка прозы. Потом ещё несколько, одна другой достойней.

И ведь не мешали ей ни усталость после работы, ни маячившая впереди очередная сессия. Садилась, наскоро отужинав и покормив меня, и начинала писать. Вдохновение-то к ней приходило на раз, но ведь это лишь полдела! Если процесс начинал сбоить, терялись нужные слова и мысли, моя хозяйка хмурилась, забавно покусывала губу, наматывала на палец прядь волос и барабанила пальцами по краю стола. Иногда, когда было совсем уж туго, под руку ей лез я и через гладящие меня пальцы делился с ней частичкой своих способностей. И тогда всё сразу налаживалось.

Не стану скрывать, что порой я тактично вмешивался в творческий процесс. Когда хозяйка заканчивала особенно удачную сцену, я одобрительно щурился и мурчал. Если же буквы на мониторе, рядом с которым я сидел, складывались в какую-то нелепость, я начинал гнусаво орать. Разумеется, она меня не понимала, но тут срабатывало переключение внимания. Когда девушка, после безуспешных попыток выведать у меня причину горестных воплей, возвращалась к тексту, то сама превосходно находила неудачный фрагмент. Впрочем, на мелочи вроде орфографии с пунктуацией я не разменивался. Не всё ж за неё делать, пусть сама вычитывает.

Но вечером я всё равно продолжал рассказывать хозяйке свои сказки. Ей лишним не будет, да и сам я форму не потеряю. Тем более, что обвинить девушку в плагиате у меня бы пасть не открылась. Сюжеты она всегда брала свои собственные.

И вот настал тот день, когда моя хозяйка заявилась на сетевой конкурс!

Собственно, тогда-то я и понял, что теперь мне можно и уйти. Что смог, то я сделал. А самую главную и единственно доступную ему сказку человек должен сотворить себе сам. Дело оставалось лишь за малым. Ведь не мог я оставить её ну совсем уж одну? Это было бы не по-дружески.

 

***

На том самом форуме девушка познакомилась с молодым человеком. По счастливой случайности – хотя, если разобраться, то никакой случайности здесь и в помине не было – он жил в этом же городе. От всё тех же воробьёв, с которыми мы периодически общались сквозь оконное стекло, я узнал, что он много читает, но вот сам ничего не пишет, предпочитая совершенствовать себя как литературного критика. Его отзывы я, кстати, читал. Толковые, мне понравилось.

Они уже пару раз встречались, ходили вместе в кафе и кино, долго разговаривали по телефону. Я не вмешивался, ибо всё это соответствовало моим ожиданиям и даже тайным желаниям. Потому что кот – даже такой уникальный, как я – это хорошо, но люди всё-таки должны тянуться к людям. Да и загостился я в этом доме, а ведь в нашем городе, да и во всей стране ещё столько квартир, где без меня ну никак не могут обойтись.

Свой побег я подготовил тщательней, чем известный граф из не менее известного романа. Сначала несколько дней прилежно изображал любовное томление, тем более что за окном снова стояла весна, и это не вызывало подозрений. Потом незаметно подсунул между рамой и форточкой бумажку, чтобы можно было легко открыть одной лапой. Загодя приготовил клочок меха от старой шубы, с которым, согласно должностным обязанностям, мне приходилось время от времени играть, и который цветом был точь-в-точь как моя собственная шкурка в нынешнем её варианте. И, на всякий случай, тайком изодрал обои в углу коридора с тем расчётом, что заметить можно было бы только вечером при включенном свете.

В тот день хозяйка ждала гостя. И если вы меня внимательно слушали, то уже догадались, кого именно. Она была взволнована до такой степени, что даже почти не разговаривала со мной. Я её понимал и осуждать не собирался. Лишь философски щурил глаза, глядя на то, как она расставляет на столе тарелки и чашки… Да-да, правильно, и фужеры поставь, он же наверняка с вином придёт. Умница, и вазу под цветы приготовь, чтобы потом не метаться, как угорелая.

Раздался звонок. Я мысленно вздохнул и чисто из любопытства потрусил вслед за хозяйкой к двери. Так, что тут у нас? Хм, а вроде как и ничего, на первый-то взгляд. Впрочем, что я, кот, могу понимать в человеческой привлекательности? Тут ж пусть сама разбирается, ей с ним жить. А вот теперь проявим такт и изобразим паническое отступление в комнату.

Теперь нужно было создать видимость того, что я забрался за диван. Не для гостя, а для хозяйки. Тут мне и пригодился клочок шубы… Вот, то, что надо! Если с этого угла да с высоты её роста смотреть, вообще можно принять за кончик хвоста. А теперь пришла пора с наглым видом развалиться в кресле. Хозяйка всё равно пока на кухне, с ней я прощаться не буду. Но не изобразить драматическую сцену при её кавалере я просто не имел права. В конце концов, мне нужны свидетели.

— А, вот ты где, шкодник! Зачем обои порвал? Ревнуешь? – осведомился отправленный пока на «посидеть в комнате» парень.

Ага, аж трясусь весь, сейчас на дуэль вызову. Вокально-литературную.

— Ну, и как бабу делить будем? – уже шёпотом поинтересовался он. И внезапно оглушительно чихнул.

Что с котом разговаривать не брезгуешь, это хорошо. Ну зачем же так грубо? Мы же с тобой не трактористы за сельским клубом. Или ты просто сам перед собой храбришься? Тогда всё, вопрос снят. Тем более что у тебя на меня аллергия. И не как на кота, а как на живую сказку, в которые ты временно не веришь. Ничего, я тут такую волшебницу тебе оставляю, что рано или поздно ты своё мнение переменишь. А там, пожалуй, и сам сочинять начнёшь.

Поняв, что диалог пора завершать и проявить аристократическое благородство, я медленно продефилировал к окну, вспрыгнул на подоконник, отворил форточку и в последний раз оглянулся на ставшую мне ненадолго домом комнату. Сколько таких было, а сколько ещё впереди…

Но под конец я всё же не удержался и подмигнул хозяйкиному выбору. Если ты умный, то сейчас промолчишь. Если порядочный, то потом сможешь утешить. Если сильный, то никогда не дашь ей сорваться. А если у ваших детей – а я знаю, их будет не меньше двух – вдруг возникнут проблемы с верой в сказки, ты же не будешь против, если однажды они принесут с улицы маленького котёнка?

Помахав парню лапой, я сиганул на растущую под окном берёзу.

Мур вашему дому, ребятки!

 

 

апрель, 2015 г.

 

читателей   1768   сегодня 1
1768 читателей   1 сегодня

Оцените прочитанное:  12345 (Голосов 20. Оценка: 4,00 из 5)
Загрузка...